Введение
Ландур, небольшой военный городок, примыкающий к Муссури, расположен примерно в [укажите расстояние, если оно есть в оригинале, иначе опустите] от города Дехрадун в северном штате Уттаракханд в Индии. Города Муссури и Ландур, вместе взятые, являются известным горным курортом эпохи британского Раджа на севере Индии. Муссури-Ландур широко известен как "Королева холмов". Название Ландур происходит от Лланддорор, деревни в Кармартеншире на юго-западе Уэльса. Во времена Раджа было принято давать своим домам (и даже британским городам) ностальгические английские, шотландские, валлийские или ирландские имена, отражающие этническую принадлежность. Также часто использовались имена, взятые из литературных произведений, например, из работ Роберта Бернса, сэра Уолтера Скотта, Томаса Харди, Роберта Льюиса Стивенсона и многих других.
Расположение и климат
Ландур расположен в нижней части Западных Гималаев, в хребте Муссури, втором из пяти параллельных складок Гималаев. В среднем, Ландур находится примерно на 300 м выше Муссури, который сам по себе расположен в основном на высоте от 2250 до 2377 м (от 6800 до 7798 футов). Город в основном лежит на восточно-западном хребте, с заметным южным отрогом, соединяющим его западный край с Муссури. Разница в высоте, усугубляемая тем, что Ландур частично обращен к Тибету, оказывает заметное влияние на температуру, которая может быть на 2–3 °C (4–5 °F) ниже, чем в Муссури. Во время муссонов Ландур получает почти ежедневные дожди, часто обильные. Кроме того, дождевые осадки до и после муссонов приводят к сезону дождей, который может длиться с мая по сентябрь, хотя он может быть и короче. Перед началом сезона дождей, в апреле-мае, наблюдается самый теплый период, когда температура может подниматься выше 30 °C (~85 °F) в жаркие дни. С декабря по февраль здесь довольно холодно, особенно на северных склонах, где недостаточно прямого солнечного света. Зимой может выпадать снег от 3 до 15 раз, иногда очень сильный. В Ландуре за год выпадает примерно в два раза больше снега, чем в Муссури; он также тает медленнее, особенно на склонах, обращенных к северу. Если вы путешествуете в Ландур из Нью-Дели на поезде или автобусе, потребуется пересадка в Дехрадуне. Автобусы и такси, а также "совместные такси" легко доступны. Также есть прямые автобусы из Нью-Дели, и можно легко договориться о поездке на такси на любом из железнодорожных вокзалов Нью-Дели или в аэропорту Дели. Можно также долететь из Дели до аэропорта Джолли Грант к востоку от Дехрадуна всего за 40 минут, что значительно экономит время, но дорога от аэропорта до Ландура займет еще 90 минут. К востоку от Ландура расположены небольшая деревня Дханаулти и храм Суркханда Деви; дальше на восток находятся Канатал, Техри (теперь затопленный плотиной Техри) и Чамба (не путать с городом и районом с таким же названием в Химачал-Прадеше). А к западу – туристическая достопримечательность Кемпти-Фолс, военный городок Чакрата и регион Джаунсар, граничащий с Химачал-Прадешем.
Ранняя история
Ландур расположен в округе Дехрадун бывших Объединенных провинций. Сами Объединенные провинции были выделены из бывшей Северо-Западной провинции обширного Бенгальского президентства, простиравшегося от Бирмы до прохода Хайбер; соответственно, ранние отчеты указывают на Ландур как часть "Бенгалии", что технически верно, хотя и неполно. Ландур был первоначально построен для Британской Индийской армии. С 1827 года, когда в Ландуре был построен санаторий, первое постоянное здание во всем Муссури-Ландуре также было возведено в Ландуре в 1825 году. Дом построил капитан Фредерик Янг, "открыватель" Муссури, который также был командующим первого батальона Гуркхов (или Горкхов), сформированного британцами после победы в Гуркхской войне. Дом Янга, "Муллингар" (намекающий на его ирландские корни), служил семейным домом в жаркие летние месяцы на равнинах. Батальон Янга, базировавшийся в Дехрадуне и тогда называвшийся Сырмурским (или Сирмурским) стрелковым полком, изначально был сформирован в лагере для военнопленных-гуркхов в Паонта-Сахибе, округе Сырмур – отсюда и название. Огромное здание в форме буквы L с просторным внутренним двором в изгибе буквы "L" возвышается на холме Муллингар в кантонменте Ландур. Среди выдающихся гостей дома "Муллингар" в первые десятилетия была Эмили Иден (см. ниже). "Муллингар" был расширен, несколько раз менял владельцев и к началу XX века стал отелем Mullingar Estate. Во время Второй мировой войны армия арендовала "Муллингар" для размещения переполненных выздоравливающих солдат из санатория, учитывая резкий рост числа военных ранений. Отель был переполнен, поскольку в "Муллингаре" также разместили ряд британских гражданских лиц, эвакуированных из Бирмы, Андаманских островов, Манипура и Нагаленда, оккупированных японскими войсками, прежде чем их отправили в другие места. "Муллингар" окончательно пришел в неиспользование после 1947 года, когда британцы начали покидать Индию, а армия уже покинула его после послевоенной демобилизации 1945–1946 годов. Здание вскоре обветшало и было занято в основном, если не полностью, самозахватчиками (см. ниже). Многие семьи, проживающие сейчас в "Муллингаре", – тибетцы. Каждый день на ветру развеваются молитвенные флаги, а ежегодно во дворе проводятся празднования Лосара. Юридическое различие между Муссури и Ландуром возникло только в 1860-х годах, когда после исторических событий 1857 года кантоны были надлежащим образом обследованы и оформлены. В частности, контроль над водораздельными хребтами и источниками воды был крайне важен, учитывая растущую обеспокоенность британцев по поводу их контроля над Индией. Обороноспособность гарнизонов была критически важна, особенно в горных станциях с большим европейским населением. Закон о кантонах 1924 года дополнительно уточнил права владельцев недвижимости; новое строительство любого рода, особенно частных домов, было фактически запрещено. Сохранение также было ключевой целью, учитывая излишества XIX века (см. ниже); Закон четко устанавливает, что право собственности на все деревья остается у армии, поэтому в Ландуре не проводилась вырубка леса более столетия, что очевидно. По определению, все невоенные и негосударственные здания, построенные после 1924 года, являются "незаконными". Поэтому в Ландуре мало "современных" домов, хотя разрешены ремонт и реконструкция существующих зданий. Благодаря Закону 1924 года, Ландурский кантон, в отличие от Ландурского базара, в значительной степени свободен от коммерциализации, которую можно увидеть в большей части Муссури, особенно вдоль главной улицы Молл-роуд, где летом толпятся туристы. В расовом отношении Ландур был заметно более европейским, чем Муссури. Это не было случайностью. Во-первых, присутствие армии (хотя и неполкового) давало повод "не допускать" индийцев. Во-вторых, махараджей поощряли строить великолепные летние резиденции, но их направляли в Муссури. Среди них были правящие семьи Капурталы, Набхи, Алвара, Джинда, Бароды, Касманды, Катесара, Кучесара и других княжеских государств. И это несмотря на то, что махараджи были тесно связаны с Раджем в плане управления индийскими массами; первые, остававшиеся номинально "автономными", легитимизировали правление последних. Показательно, что в Ландуре не было построено ни одной княжеской резиденции. (Единственным "исключением" был Замок, см. ниже, но он был построен британцами как подобие тюрьмы). Даже правящая семья Техри Гархвал (у которой регион был захвачен британцами) не имела резиденции в Ландуре, хотя семья позже приобрела некоторые объекты у британцев, которые их продали. Эти расовые барьеры, хотя и вполне реальные, были скорее неформальными, чем формальными; они начали ослабевать после Первой мировой войны, когда индийское движение за свободу набирало обороты. Писательница Эмили Иден, сестра генерал-губернатора лорда Окленда, остроумно писала о резком расизме британцев по отношению ко всем индийцам (за исключением махараджей, чье чрезмерное гостеприимство они ценили), после того как провела много времени в Ландуре, Шимле и Ути в конце 1830-х годов. Многие семьи англоиндийцев также пустили корни в Ландуре и в Барлоугандже, расположенном прямо под Муссури, в XIX веке. Их привлекали, в частности, школы и ощущение "инаковости" по сравнению с повседневной Индией. Немногие из них остались, большинство эмигрировало после 1947 года, но те, кто остался (в основном в преклонном возрасте), являются сокровищницей местных преданий. Действительно, события 1857 года привели к увеличению европейского населения Муссури-Ландура, поскольку многие семьи покинули "уязвимые" города Гангской равнины. Среди британцев, переехавших в Ландур, были родители Джима Корбетта. Оба потеряли своих супругов и встретились и повторно женились в Ландуре (см. ниже). Его мать переехала из Меерута, где ее первый муж погиб в бою в 1857 году. Тысячи европейцев, в основном британцев, похоронены в этих двух городах. В кантонменте находятся протестантское и католическое кладбища, расположенные рядом друг с другом, однако из-за переполненности первого последнее в последнее время стало неконфессиональным – ими управляет один и тот же комитет. В 1901 году население города составляло 1720 человек, которое увеличилось до 3700 летом, когда жара на Индийской равнине становилась невыносимой.
The first permanent building in all of Mussoorie Landour was also built in Landour in 1825. The house was built by Captain Frederick Young, the "discoverer" of Mussoorie, who was also the Commandant of the first Gurkha (or Gorkha) battalion raised by the British after prevailing in the Gurkha War. Young's house, "Mullingar" (hinting at his Irish blood), was the family home during the hot summers in the plains. Young's Dehradun based battalion, then called the Sirmour (or Sirmoor) Rifles, was initially raised in a Gurkha POW camp in Paonta Sahib in Sirmour District – hence the name. The huge L shaped building, with an outsized courtyard inside the bend of the "L", sits prominently atop Mullingar Hill in Landour Cantonment. Among distinguished house guests at Mullingar in the early decades were Emily Eden (see below). Mullingar was expanded, changed hands several times and by the early 20th century had become the Mullingar Estate Hotel. During World War II, Mullingar was leased by the army to house the overflow of convalescing soldiers from the sanatorium, given the huge increase in war related injuries. The hotel was bursting at the seams, as a number of British civilian evacuees from Burma, the Andamans, Manipur & Nagaland, which were occupied by Japanese forces, were also housed in Mullingar before being shipped out elsewhere. Mullingar finally fell into disuse after 1947 when Britons began to leave India, with the army already having vacated it after the postwar demobilization of 1945–46. The building soon fell into disrepair, occupied largely if not entirely by squatters (see below). A number of the families now living in Mullingar are Tibetan. Prayer flags flutter in the wind every day, and Losar celebrations are held in the courtyard every year. The legal distinction between Mussoorie and Landour did not arise until the 1860s, when after the historic events of 1857 cantonments were properly surveyed and formalized. In particular, control of the ridge lines and water sources was crucial, given rising British anxieties over their grip on India. The defensibility of garrisons was critical, especially in hill stations with large European populations. The Cantonments Act of 1924 further clarified the rights of the property owners; new construction of any kind, especially of private homes, was virtually banned. Conservation was also a key goal, given the excesses of the 19th century (see below); the Act clearly states that title to all trees remains with the army, hence there has been no logging in Landour since in over a century, as can be seen. By definition, all non military and non governmental buildings built after 1924 are 'illegal'. Therefore, there are few 'modern' homes in Landour, though renovations and reconstruction of pre existing houses are permitted. Thanks to the 1924 Act, Landour Cantonment is—unlike Landour Bazaar—largely free of the commercialization that can be seen in much of Mussoorie proper, especially along the 'main drag' of Mall Road where tourists throng in the summer. Racially, Landour was distinctly more European than Mussoorie. It was no accident. First, the army presence (albeit non regimental) offered an excuse to 'keep out' Indians. Second, Maharajas were encouraged to build grand summer homes, but were directed towards Mussoorie. Among them were the ruling families of Kapurthala, Nabha, Alwar, Jind, Baroda, Kasmanda, Katesar, Kuchesar and other princely states. And this despite Maharajas being hand in glove with the Raj in terms of ruling the Indian masses; the former, who remained nominally 'autonomous', legitimized the rule of the latter. Tellingly, not a single princely residence was ever built in Landour. (The only 'exception' was The Castle, see below, but it was built by the British as a quasi prison). Even the ruling family of Tehri Garhwal (from whom the region was seized by the British) had no residence in Landour, though the family later did acquire some properties from Britons who sold out. These racial barriers, while quite real were more informal than formal; they began to weaken after World War I as the Indian freedom movement gained steam. The author Emily Eden, sister of the Governor General Lord Auckland, wrote incisively about the biting racism of Britons towards all Indians (except Maharajas, whose over the top hospitality they craved), after spending much time in Landour, Shimla and Ooty in the late 1830s. Many Anglo Indian families also put down roots in Landour, and in Barlowganj just below Mussoorie, in the 19th century. They were attracted in part by the schools, and by the sense of 'otherness' versus quotidian India. A handful remain, most having emigrated after 1947, but the few who remain (most are in their golden years) are treasure troves of local lore. Indeed, the events of 1857 led to a spurt in the European population of Mussoorie Landour, with many families leaving the 'exposed' towns of the Gangetic Plain. Among the Britons who thus moved to Landour were the parents of Jim Corbett. Both had lost their spouses, and would meet and remarry in Landour (see below). His mother had moved from Meerut, where her first husband had been killed in action in 1857. Thousands of Europeans, mostly Britons, are buried in the twin towns. The Cantonment has adjacent Protestant and Catholic cemeteries, though due to overcrowding in the former, the latter has of late become non denominational – they are managed by the same committee. In 1901, the town had a population of 1720, which climbed up to 3700 in the summers, when the heat of the Indian plains became unbearable.
Гражданское управление
Поскольку Ландур является городом-кантоментом, он управляется советом кантомента, который находится под контролем Министерства обороны. Командующий гарнизоном кантомента является президентом совета по должности, а офицер из IDES или организации Defence Estates Organisation является главным исполнительным директором, который также является секретарем совета. Председателем Совета кантомента Ландура является бригадир С.Н. Сингх, а генеральным директором – Шри Абхишек Ратур, IDES. Советники, или представители граждан, избираются от 6 избирательных округов в Ландуре.
Несколько местных фактов
Как и Муссури и Дехрадун, Ландур издавна был центром среднего образования. В этих городах с середины XIX века существовало несколько школ и «детских домов» для европейских и детей англо-индийцев смешанной расы. (Примечание: «Детский дом» часто был эвфемизмом эпохи британского правления для школы для незаконнорожденных детей смешанной расы). Также было много школ, управляемых миссионерами, среди которых наиболее известна (и остается) школа Вудсток, основанная в 1854 году для детей американских миссионеров. Практически все другие известные школы, включая школу Уинберга Аллена, школу Святого Георгия, государственную школу Муссури, монастырь Уэверли (ныне CJM) и Винсент Хилл (ныне школа Гуру Нанака V столетия), находятся в Муссури, а не в Ландуре. Индийская армия также управляет начальной школой в Ландурском кантоне. В кантоне менее 100 отдельных частных домов и менее 200 зданий в целом. Нежилые здания принадлежат либо военным, либо государственным телерадиокомпаниям Doordarshan и All India Radio, у которых есть ретрансляционные станции на вершине холма Лал Тибба, на высоте более 7700 футов – самой высокой точке во всем Муссури-Ландуре. Передатчики установлены на «эйфелеву башню» Ландура, окрашенную в оранжевый и белый цвета, которая является самой узнаваемой достопримечательностью Ландура. Лал Тибба также был известен как Depot Hill, что отсылало к восстановительному депо. Близлежащий Sisters Bazaar также назывался в честь общежития медсестер, расположенного там; медсестер до сих пор называют «сестрами» на Индийском субконтиненте, со времен XIX века, когда большинство медсестер были англиканскими, методистскими или католическими монахинями. В кантоне также находится известная общественная больница Ландур, основанная американскими миссионерами. На момент основания в 1931 году это была одна из первых хороших больниц в регионе, не принадлежащих военным. С 1981 года ею управляет Ассоциация больниц Эммануэля, местное христианское агентство здравоохранения и развития, и она продолжает предоставлять доступную (или бесплатную) медицинскую помощь жителям Ландура и окрестных холмов. Среди природных достопримечательностей в этом районе наиболее заметны местные вершины. («Тибба» – местное слово, означающее холм/пик). Помимо «Старой» Лал Тиббы и холма Ландур (которые находятся в пределах кантона), есть сгорбленный, густо заросший лесом Пари Тибба (также называемый Холмом фей или Холмом ведьм), расположенный к югу от школы Вудсток и к востоку от школы Уинберг Аллен. Когда-то это было частное охотничье поместье правящей семьи Техри Гархвал, и лес не был вырублен именно по этой причине. Его также называют Сгоревшим холмом, из-за необычно большого количества ударов молний, что породило местные суеверия и помогло сохранить его свободным от людей. Холм остается популярным местом для пеших прогулок для учеников местных школ-интернатов, но, к счастью, отсутствие автомобильных дорог оберегает его от «туризма». К северу от Ландура, по прямой, находится Наг Тибба («Пик змеи»), на высоте 3022 м (9972 фута) – самая высокая вершина в этом районе. Он дал название хребту Наг Тибба, который является ближайшим к северу из пяти складок Гималаев. К востоку от Ландура расположены Топ Тибба и гора Пепперпот причудливой формы; оба являются популярными направлениями для пеших прогулок. В Ландурском кантоне нет коммерческих отелей, и лишь несколько примитивных, полулегальных «гостевых домов». В Ландур-Базаре менее 10 столь же примитивных отелей, ни один из которых не заслуживает даже одной звезды, и во всех вместе взятых, возможно, около 125 номеров. (В самом Муссури более ста отелей с разными ценами). В Ландуре никогда не было развлечений – все театры, кинотеатры, танцевальные залы, катки и общественные сады эпохи британского правления находились в Муссури. Соответственно, уровень шума был – и остается – заметно ниже (благодаря правилам зонирования, установленным военными), чем в Муссури, где он постоянно растет из-за бума туризма среднего класса.
Американа в Гималаях
Помимо очевидного британского наследия, Ландур пронизан и американским влиянием: американские миссионеры прочно обосновались в городе с 1830-х годов, когда изменения в политике, введенные английским администратором лордом Маколеем, стимулировали быстрый рост американских миссий по всей Индии, особенно пресвитерианских и баптистских церквей. Поколения детей американских миссионеров (см. «Дети третьей культуры») учились в школе Вудсток и/или родились в Ландуре (см. Джона Бирча ниже). В последнее время их потомки считают посещение Ландура достойным внимания. Сегодня многие молодые американцы, находящиеся в году перерыва или по обмену, изучают хинди в популярной Ландурской языковой школе, основанной в конце XIX века для обучения новоприбывших миссионеров. Еще одним прочным напоминанием об американской связи служит повсеместная кулинарная книга общины Ландур (первое официальное издание: 1938 год; неофициальные копии, сделанные методом машинописи, с примерно 1900 года), хотя Общинный центр Ландура – некогда центр жизни англо-американской общины – сам находится в упадке. Около полудюжины пекарен в Ландуре до сих пор предлагают различные виды хлеба, печенья и пирожных по рецептам из этой книги, однако с распространением упакованных продуктов и отъездом большинства миссионеров пекарни лишь бледная тень своего былого величия. Ландур также был одним из первых мест в Индии, где арахисовое масло, эта американская классика, начали производить в коммерческих масштабах. Вероятно, многие дома в Ландуре носят американские (а не британские) названия, такие как Алоха, Голливуд и Роанок.
Экология и окружающая среда
Ландур по большей части (в отличие от в значительной степени обезлесенного Муссури) покрыт старыми лесами кедра деодар, гималайского дуба, пирога чира, голубой сосны, ели западной Гималаи, клена гималайского, рододендрона, гималайской манны и других видов деревьев. На склонах Ландура, обращенных к северу, больше деодара и ели, чем других видов; на склонах, обращенных к югу, больше дуба, чем других видов. Сосны растут на более низких высотах, чем деодар и ель, что закономерно. Среди интродуцированных видов хорошо прижился адаптируемый платиклад (хинди: morpankhi), а также восточный платан (хинди: chinar). В заповедных лесах вокруг Ландура давно действует запрет на вырубку, и он достаточно строго соблюдается. Ландур открывает впечатляющие виды на Гархвалский Гималай, с широкой панорамой до видимой в ясный день. Видимые массивы и вершины включают (с запада на восток) Сваргарохини, Бандарпунч, Ямунотри, Джаонли, Ганготри, Шриканта, Кедарнатх, Сатопантх, Чоухамба (Бадринатх) и даже Нанда Деви. В ближайшей точке Тибет находится примерно в 113 км по прямой; именно через Ландур Генрих Харрер бежал в Тибет во время Второй мировой войны, сбежав из британского лагеря для интернированных в Дехрадуне. Птичье разнообразие поражает своим богатством видов: в течение года на разных высотах можно увидеть более 350 видов, включая эндемичные и перелетные виды из Тибета, Центральной Азии и Сибири. Среди наиболее ярких видов – несколько эндемичных фазанов и хищных птиц. Что касается диких млекопитающих, то леопарды время от времени проходят через эту местность; их основная добыча – собаки, в том числе бродячие из Ландура, Муссури и окрестных деревень. Здесь также встречаются шакалы, лающий олень (мунджак), горал (горная коза), и скрытный медведь-ленивец. Среди более мелких млекопитающих можно увидеть желтогорлых мартенов, циветт, джунгливых кошек и гималайских ласок, а иногда и летящую белку. В Ландуре, как и везде, встречаются надоедливые макаки-резусы и лангуры-хануманы. Браконьерство значительно сократило численность крупных диких млекопитающих, хотя сама среда обитания могла бы поддерживать большие популяции. Конечно, большинство харизматичной мегафауны уже была уничтожена британцами в XIX веке. Неудивительно, учитывая британскую склонность к "кровавым развлечениям", особенно среди военных. В конце концов, Муссури был впервые "открыт" капитаном Янгом во время охотничьей экспедиции из его гарнизона в Дехрадуне. Экология этого района показывает, что тигр, гималайский черный медведь, полосатая гиена, самбар, сероу, гималайский тар, гаур и другие впечатляющие виды (все они сейчас локально вымерли) были широко распространены в Муссури-Ландуре до британской колонизации; британские охотники в XIX веке хвастались бесчисленными трофеями, добытыми в этом районе. Вырубка лесов началась еще во времена британского правления. Существовало также раннее поверье, что "индийские леса полны микробов, которые не переносят европейские организмы"; решением стала сплошная вырубка, что до сих пор заметно, за исключением территории Кантонмента, благодаря закону 1924 года (см. выше). Многие инициативы по лесовосстановлению начались в различных горных станциях в конце XIX века благодаря просвещенным администраторам британской администрации, но не в Муссури. В последнее время индийская армия оказывает значительную помощь в лесовосстановлении через свои "экологические батальоны". Еще одна местная проблема – неразлагаемые отходы. Хотя местные жители предприняли некоторые шаги (без особой помощи властей) для борьбы с этим, проблема остается актуальной. Многие местные жители просто выбрасывают мусор вниз по склонам холмов – лангуры, макаки, циветты, бродячие собаки и другие животные роются на этих открытых свалках. Индийская армия демонстрирует несколько лучшие результаты, в то время как "Дордаршан" и "Всеиндийское радио" (оба государственные, что примечательно) печально известны тем, что спокойно сбрасывают большую часть своего мусора вниз по склонам Кантонмента. В Ландурском базаре мало кто серьезно относится к проблемам окружающей среды; это забота "богатых" из Кантонмента. Школа Вудсток, которая остается крупнейшим землевладельцем в Ландуре после индийской армии, стремится быть прогрессивной в этом отношении (например, собирая использованный пластик по всему Ландуру), но ее усилия более эффективны на территории и вокруг ее большого кампуса, чем в других частях Ландура.
Гражданство
Постоянное население Кэнтонмента составляет менее 1200 человек, а с учетом Ландур Базара – менее 4000. Летом население Муссури увеличивается втрое, достигая, возможно, 90 000 человек, за счет притока бюджетных туристов (а также персонала гостиниц, владельцев магазинов, ремесленников и других, обслуживающих их). Однако население Ландур Базара увеличивается лишь примерно на 1000 человек из-за ограниченного количества отелей. Летом население Кэнтонмента увеличивается всего на 500 человек, и то не факт; для приезжих здесь практически нет места для проживания. Более того, население собственно Муссури в выходные дни теперь также резко возрастает – круглый год – почти до летнего уровня, благодаря улучшению индийских автомагистралей и постоянно растущему количеству частных автомобилей. Этнический состав Ландура значительно изменился с 1947 года, а также с 1970-х – 1980-х годов в связи с отъездом большинства миссионеров и благодаря недавнему экономическому подъему в Индии. Многие владельцы магазинов и малого бизнеса Ландур Базара и Кэнтонмента происходят от купцов-бания, прибывших из отдаленных регионов в XIX веке – вплоть до Гуджарата и Бомбея – для обслуживания тогдашнего растущего англо-американского сообщества.
Демография
Согласно переписи населения 2001 года, в Ландуре проживало около 3500 человек. Мужчины составляют 55% населения, а женщины – 45%. Средний уровень грамотности в Ландуре составляет 78%, что выше общенационального показателя в 59,5%: грамотность среди мужчин – 85%, среди женщин – 70%. 8% населения Ландура – дети в возрасте до 6 лет. Однако эта статистика не учитывает временное население гарнизона, включающее военнослужащих, находящихся в учебных командировках, а также владельцев домов, использующих недвижимость в гарнизоне Ландура как дачи. Она также не учитывает учащихся школы Вудсток и языковой школы.
Архитектура
С архитектурной точки зрения, Ландур схож с другими горными станциями эпохи британского правления в Северной Индии. Поскольку Ландур никогда не соперничал с Шимлой в административном, политическом или военном отношении, здесь немногочисленны "великолепные официальные здания". Частные дома в основном представляют собой типичные эклектичные постройки эпохи британского правления, с двускатными крышами (часто выкрашенными в приглушенный красный цвет) и большими верандами, что особенно важно из-за сильных муссонов. В большинстве домов можно увидеть архитектурные отголоски как английских графств, так и курортных городов Шотландского нагорья. Многие дома окружены ухоженными садами. Единственным "архитектурно значимым" зданием был Замок на подходяще названном Замковом холме, ныне часть Геодезической службы Индии, где свергнутый юный король Дулип Сингх из Пенджаба, сын знаменитого Махараджи Ранджит Сингха, часто находился на поправке здоровья в период с 1849 по 1853 год. (Замок был значительно перестроен в течение десятилетий, что сделало его неузнаваемым по сравнению с ранними фотографиями). Эмир Афганистана также находился в городе в своеобразном изгнании в различные периоды в начале 20-го века, пока чиновники британской администрации занимались привычными интригами по составлению и пересмотру карт Субконтинента. Примечательной местной достопримечательностью была Часовая башня у начала базара Ландур. Она не представляла особой архитектурной ценности, но неофициально отмечала границу между Ландуром и Муссури (другие утверждают, что это бывший кинотеатр "Picture Palace", расположенный чуть ниже). Башня была снесена в 2011 году, и ожидается, что она будет восстановлена в будущем, задержка связана с местными политическими распрями. В Ландуре четыре церкви, построенные в эпоху британского правления, две из которых выполнены в стиле индо-готики. Из этих четырех две до сих пор используются: церковь Келлогга (построенная в 1903 году, изначально пресвитерианская, теперь неконфессиональная, а также место расположения Ландурской языковой школы) и церковь Святого Павла (построенная в 1840 году, изначально англиканская, теперь неконфессиональная) в Чар Дукан, где 13 октября 1859 года поженились родители Джима Корбетта, Кристофер и Мэри Корбетт. Третья методистская церковь в базаре Ландур пришла в запустение после окончания британского правления и в конечном итоге была захвачена самозахватчиками для коммерческих целей посредством практики "кабза". Четвертая церковь – это бывшая англиканская церковь Святого Петра, позднее католическая, которая сейчас не используется и занята самозахватчиками, предположительно с "разрешения" церковного комитета; она расположена на вершине холма Ландур.
Жители
Ландур также занимает значительное место на культурной карте Индии, его самым известным жителем является англо-индийский писатель Раскин Бонд. Другой актер, Том Альтер, сам выросший в Ландуре и окончивший школу Вудсток, был резидентом часть года, проводя остальное время в Болливуде. Его кузен Стивен Альтер, также выпускник Вудстока и автор, пронизанный "индо-ностальгией", часто бывает в городе на длительные периоды. Отец Стивена, преподобный Боб Альтер, был директором Вудстока в 1970-х и 1980-х годах. Медиамагнаты Пранной Рой и Радхика Рой, основатели NDTV, также владеют в Ландуре вторым домом. У индийского кинорежиссера Вишала Бхардваджа есть дом в Ландуре, и он живёт по соседству с Раскином Бондом. Еще один известный житель этого очаровательного городка – индийский актер Виктор Банерджи. В 1850-х и 1860-х годах Ландур был домом для разносторонне талантливого Джона Лэнга, которого считают "первым австралийским романистом". Могила Лэнга 1864 года была заново открыта Раскином Бондом на кладбище Кэмелс Бэк в Муссори и восстановлена Австралийской верховной комиссией в Дели (которая также имеет убежище неподалеку). Другими представителями богемы, живущими в Муссори (но не в Ландуре), являются писатель Билл Эйткен и супружеская команда тревел-блогеров Хью и Колин Гантцер. А еще Аллан Сили, автор "Trotter Nama", проживающий в долине, в Дехрадуне. И, наконец, Ландур стал неожиданным местом рождения в 1918 году Джона Бирча, в честь которого в Америке было основано противоречивое крайне консервативное общество Джона Бирча после его убийства в Китае коммунистами. Ландур во многом сохранился "нетронутым" благодаря военному присутствию и своим небольшим размерам.