Искатели сокровищ на пляже: История и судьбы "бич-комберов"

Введение

Поиск коллекционных предметов на пляже

Пляжный поиск – это деятельность, заключающаяся в "прочесывании" (или исследовании) пляжа и приливной зоны в поисках ценных, интересных или полезных находок. Человек, занимающийся пляжным поиском, называется пляжником. Несмотря на эти общие определения, слова "пляжный поиск" и "пляжник" имеют несколько, но взаимосвязанных значений, которые менялись со временем.

Историческое использование

Первое упоминание слова "beachcombers" в печати встречается в книге Ричарда Генри Даны-младшего «Два года перед мачтой» (1840) и позднее в «Омоо» Германа Мелвилла (1847). В ней описывается группа европейцев, живших на островах Южной части Тихого океана, которые «прочесывали» пляжи и прибрежные воды в поисках выброшенных морем вещей, обломков или чего-либо, что можно было использовать или обменять. Когда "beachcomber" полностью зависел от прибрежного рыболовства для пропитания или отказывался от своей прежней культуры и системы ценностей ("становился дикарем"), термин "beachcomber" стал синонимом преступника, бродяги или нищего. Хотя подавляющее большинство "beachcombers" были просто безработными моряками, многие, возможно, сознательно выбирали жизнь в островных общинах Тихого океана, как описано Германом Мелвиллом в «Тайпи» или Гарри Франком в книге «Странствия по миру». После опасного и изнурительного плавания морякам нередко случалось дезертировать с китобойного судна, прибывшего на Таити или Маркизские острова, и хотя бы на время оседать на островах Полинезии. Если другой "beachcomber" был готов занять его место, чтобы вернуться домой, капитан мог отпустить недовольного матроса; в противном случае капитан предлагал местным жителям награду за поимку и возвращение дезертира, вычитая сумму награды с процентами из его зарплаты. Иными словами, пойманный дезертир должен был отработать все время плавания бесплатно или даже вернуться домой в долгу перед работодателями. В «Тайпи» Мелвилл дезертировал не один, а дважды, прежде чем поступить матросом на фрегат ВМС, не опасаясь последствий. Некоторые "beachcombers" торговали между местными племенами, а также между племенами и посещавшими судами. Чарльз Сэвидж возглавил небольшую группу "beachcombers" в качестве наемников на службе вождя острова Бау Науливу и быстро доказал свою ценность в сражениях с его врагами. Некоторые жили за счет награды за дезертиров или находили замену экипажу либо убеждением, либо насильственным набором. Многие, такие как Дэвид Уиппи, также служили посредниками между враждующими племенами и между местными жителями и посещавшими судами. Уиппи дезертировал с корабля в 1820 году и прожил среди каннибалов Фиджи до конца своей жизни. Жители Фиджи иногда захватывали экипаж потерпевшего кораблекрушение судна за выкуп и съедали их, если те оказывали сопротивление. Уиппи пытался спасти их, но иногда находил лишь обожженные кости. В конечном итоге он стал американским консулом на Фиджи и оставил много потомков на островах. В Южной части Тихого океана всегда было небольшое количество потерпевших кораблекрушение с тех пор, как появились первые испанские исследователи, но их число резко возросло в начале XIX века с началом китобойной эпохи примерно в 1819 году. По оценкам, 75% "beachcombers" были моряками, особенно китобоями, которые бросили свои корабли. В основном это были британцы, но с ростом числа американцев, особенно на Гавайях и Каролинских островах. Около 20% составляли английские каторжники, сосланные в Австралию и бежавшие из австралийских колоний. По оценкам, в 1850 году в Полинезии и Микронезии насчитывалось более 2000 "beachcombers". Общины Полинезии и Меланезии обычно благосклонно относились к "beachcombers" и потерпевшим кораблекрушение, которые ассимилировались в местное общество, обычно посредством официального усыновления или брака, причем "beachcombers" и потерпевшие кораблекрушение часто считались символом статуса местного вождя. "Beachcombers", вернувшиеся в Европу, привезли с собой стили татуировок, характерные для островов Тихого океана. Социальная и коммерческая роль "beachcombers" завершилась с приходом миссионеров и с развитием коммерческого сообщества с европейскими (палагами) торговцами, проживавшими на каждом острове и представлявшими торговые компании. Испанская форма также основана на сходстве со испанскими словами bicho (маленькое животное/насекомое) и comer (есть). Аналогичным образом, термин вошел в греческий сленг через моряков в форме "пицикомис" (πιτσικόμης). Русское слово бич (и более редкая форма бичкомбер, бичкомер) появилось не позднее 1930-х годов в значении временно безработного моряка, слоняющегося по порту и живущего сегодняшним днем; в настоящее время оно означает бродягу или бездомного.

The first appearance of the word "beachcombers" in print was in Richard Henry Dana Jr.'s Two Years Before the Mast (1840) and later referenced in Herman Melville's Omoo (1847). It described a population of Europeans who lived in South Pacific islands, "combing" the beach and nearby water for flotsam, jetsam, or anything else they could use or trade. When a beachcomber became totally dependent upon coastal fishing for his sustenance, or abandoned his original culture and set of values ("went native"), then the term "beachcomber" was synonymous with a criminal, a drifter, or a bum. While the vast majority of beachcombers were simply unemployed sailors, many may have chosen to live in Pacific island communities; as described by Herman Melville in Typee, or Harry Franck in the book Vagabonding Around the World. After enduring a voyage of danger and hardship, it was not uncommon for a few sailors to desert a whaling ship when it arrived in Tahiti or the Marquesas and reside, at least for a while, in the South Sea islands of Polynesia. If another beachcomber was ready to take his place in order to get home, the captain might let the disgruntled crewman go; otherwise, the captain would offer the natives a reward to find and return the deserter, and deduct the reward, plus interest, from the deserter's pay. In other words, the deserter, if caught, would end up working the entire voyage for no pay at all, or even return home in debt to his employers. In Typee, Melville deserted, not once but twice, before signing on as a crewman on a Navy frigate, without fear of repercussions. Some beachcombers traded between local tribes, and between tribes and visiting ships. Charles Savage led a small group of beachcombers as mercenaries in the service of the Bau Island chieftain Naulivou and quickly showed their worth in fights with his enemies. Some lived on the rewards for deserters, or found replacement crewmen either through persuasion or through shanghaiing. Many, such as David Whippy, also served as mediators between hostile native tribes as well as between natives and visiting ships. Whippy deserted his ship in 1820 and lived among the cannibal Fijis for the rest of his life. The Fijis would sometimes capture the crew of a stranded ship for ransom, and eat them if they resisted. Whippy would try to rescue them but sometimes found only roasted bones. Ultimately he became American consul to Fiji, and left many descendants among the islands. There had always been a small number of castaways in the South Pacific since the earliest Spanish explorers, but the numbers increased dramatically in the early 19th century with the beginning of the whaling era circa 1819. It is estimated that 75% of beachcombers were sailors, particularly whalemen, who had jumped ship. They were predominantly British but with an increasing number of Americans, particularly in Hawaii and the Carolines. Perhaps 20% were English convicts who had been transported to Australia and escaped from the penal colonies there. It is estimated that in 1850 there were over 2,000 beachcombers throughout Polynesia and Micronesia. The Polynesia and Melanesia communities were usually receptive to beachcombers and castaways who were absorbed into the local community, usually by formal adoption or by marriage, with the beachcombers and castaways often being considered a status symbol of the local chief. Beachcombers who returned to Europe conveyed tattoo styles of the Pacific islands. The social and commercial role of beachcombers ended when missionaries arrived, and with the growth of a commercial community with European (palagi) traders, resident on each island, who were the representatives of trading companies. The Spanish form also draws on the similarities to the Spanish bicho (small animal/insect) and comer (eat). Similarly, the term has entered the Greek slang through sailors, in the form "pitsikómis" (πιτσικόμης). The Russian word бич (and a rarer form бичкомбер, бичкомер) appeared not later than 1930s, in the sense of temporarily unemployed sailor, hanging about in the port and living from hand to mouth; nowadays it means a vagabond or a hobo.

Археология

В археологии образ жизни, связанный со сбором выброшенных морем предметов, ассоциируется с прибрежными кучами ракушек, которые иногда накапливаются на протяжении сотен, а то и тысяч лет. Свидетельства, обнаруженные в пещерах Клазис в Южной Африке и в заливе Зула в Эритрее, показывают, что сбором выброшенных морем предметов является один из самых ранних видов деятельности, отличающих анатомически современного человека Homo sapiens от предковых подвидов Homo erectus.

Современное использование

Многие современные собиратели на пляже следуют "линиям прилива" или "линиям выброса" на пляже и интересуются (в основном природными) предметами, которые приносит море. Для этих людей "собирательство на пляже" – это досуг, заключающийся в поиске и нахождении различных диковинок, вынесенных приливом: морских раковин всех видов, окаменелостей, осколков керамики, исторических артефактов, морских бобов (вынесенных морем семян), морского стекла (битое стекло), выброшенной древесины и сообщений в бутылках. Некоторые собиратели собирают такие предметы, как пиломатериалы, пластик и всевозможные вещи, потерянные или выброшенные морскими судами, если эти предметы либо декоративны, либо полезны коллекционеру. (Однако это обычно не включает в себя основную массу морского мусора, который в большинстве своем не представляет ни полезности, ни декоративной ценности.) Эдмунд Джеймс Бэнфилд является примером современного собирателя на пляже, жившего на острове Данк в начале двадцатого века, где он изучал и описывал растительность, птиц и морскую жизнь острова. Опытные собиратели используют знания о том, как штормы, география, океанические течения и сезонные явления определяют появление и обнаружение редких находок. Они также заботятся об экологии, не убивают моллюсков ради раковин, не роют ямы в песке и не откалывают куски от скал в поисках окаменелостей или рифов ради образцов кораллов. Многие собиратели на пляже являются отличными хранителями береговой линии, сотрудничая с государственными органами для мониторинга береговой эрозии, свалок и загрязнения, а также повреждений рифов и скал и т.д. К признанным экспертам в области собирательства на пляже сегодня относятся океанограф Кертис Эббсмайер (Flotsametrics and the Floating World); эколог-просветитель доктор Дикон Риттербуш (A Beachcomber’s Odyssey); эксперты по морскому стеклу Ричард ЛаМотт (Pure Sea Glass) и С. С. Ламберт (Sea Glass Chronicles); геолог Маргарет Каррутерс (Beach Stones); специалисты по раковинам Чак и Дебби Робинсон (The Art of Shelling), а также зоологи доктор Блэр Уизерингтон и Дон Уизерингтон (Florida's Living Beaches: A Guide for the Curious Beachcomber).

Many modern beachcombers follow the "drift lines" or "tide lines" on the beach and are interested in the (mostly natural) objects that the sea casts up. For these people, "beachcombing" is the recreational activity of looking for and finding various curiosities that have washed in with the tide: seashells of every kind, fossils, pottery shards, historical artifacts, sea beans (drift seeds), sea glass (beach glass), driftwood, and messages in bottles. Items such as lumber, plastics, and all manner of things that have been lost or discarded by seagoing vessels will be collected by some beachcombers, as long as the items are either decorative or useful in some way to the collector. (However, this usually does not include the great bulk of marine debris, most of which is neither useful nor decorative.) Edmund James Banfield is an example of the modern beachcomber in his residence on Dunk Island in the early twentieth century where he studied and wrote about the vegetation, bird and sea life of the island. Sophisticated recreational beachcombers use knowledge of how storms, geography, ocean currents, and seasonal events determine the arrival and exposure of rare finds. They also practice eco conservation and do not kill mollusks for their shells, dig holes in the sand, or gouge cliff faces for fossils or reefs for coral specimens. Many beachcombers serve as excellent stewards of the seashore, working with government agencies to monitor shore erosion, dumping and pollution, and reef and cliff damage, etc. Recognized beachcomb experts today include oceanographer Curtis Ebbesmeyer (Flotsametrics and the Floating World); eco educator Dr. Deacon Ritterbush (A Beachcomber’s Odyssey); sea glass experts Richard LaMotte (Pure Sea Glass) and C. S. Lambert (Sea Glass Chronicles); geologist Margaret Carruthers (Beach Stones); shell specialists Chuck and Debbie Robinson (The Art of Shelling), and zoologist Dr. Blair Witherington and Dawn Witherington, (Florida's Living Beaches: A Guide for the Curious Beachcomber).

Спасение бревен

Вдоль побережья Британской Колумбии в Канаде сбор выброшенных бревен или их спасение с моря — это промысел, заключающийся в извлечении блуждающих бревен из моря для перепродажи лесозаготовительной промышленности. Этот промысел ведется с 1880-х годов и до сих пор осуществляется на основании лицензии, выдаваемой провинцией.

В популярной культуре

И рекреационные, и практические аспекты сбора на пляже или "вылазки за обломками" были показаны в фильме "Сезон обломков", отмеченном наградами фильме, который изображает страсть драматурга Ника Дарка к сбору на пляже на побережье Корнуолла, Великобритания. Популярная канадская семейная телевизионная драма "Собиратели с пляжа" рассказывала о двух людях, занимавшихся спасением бревен с пляжей в Британской Колумбии в конце двадцатого века. В фильме о Джеймсе Бонде "На службе Ее Величества" Бонд берет двухнедельный отпуск, и когда Манипенни спрашивает его, куда он направляется, он отвечает: "просто в какое-нибудь место, чтобы отдохнуть. Собирать на пляже".