Бои за Хумин-Болимов: Сражение 1915 года

Введение

Битва при Хумине-Болимове — сражение 1915 года во время Первой мировой войны между Императорской немецкой армией и Россией, проходившее с 14 января по 28 февраля. Битва рассматривается как прелюдия ко Второй битве при Мазурских озёрах.

Битва

16 января 1915 года немецкая 4-я пехотная дивизия предприняла несколько атак на участке фронта южнее Болимова, в направлении Хумина. После двухчасовой артиллерийской подготовки (одновременно впервые было использовано 2200 снарядов со слезоточивым газом) подразделения российской 55-й пехотной дивизии были выбиты из окопов штыковой атакой четырех немецких полков. Командующий 2-й армией генерал-инфантерии В. Смирнов приказал организовать контратаку всеми силами 6-го армейского корпуса генерал-лейтенанта Василия Гурко (4-я, 16-я, 55-я пехотные дивизии и бригада 76-й пехотной дивизии – всего 42 895 человек, 68 пулеметов, 130 орудий). Однако до наступления темноты русским войскам не удалось вернуть потерянные окопы в районе деревень Хумин и Доловатка. В ночь на 17 января русская пехота, совершив несколько атак, взяла противника в клещи и выбила его из захваченных накануне окопов. Попытки немцев возобновить наступление до вечера были отражены пулеметным и артиллерийским огнем. Немецким войскам удалось продвинуться всего на 20 м за два дня упорных боев; два полка потеряли 3 офицера и 297 солдат, в 14-м пехотном полку был убит командир, и его атака провалилась. Потери российской стороны составили 725 убитых, 101 пропавших без вести, 3019 раненых и отравленных. Для нового наступления на Хумин и Суху командующий 9-й немецкой армией генерал-полковник Август фон Маккенсен сосредоточил войска усиленного XVII армейского корпуса и I резервного корпуса – 4-й, 35-й, 36-й пехотные и 1-й, 36-й и 49-й резервные дивизии. Слева атаку должна была поддержать 26-я пехотная дивизия XIII армейского корпуса, справа – силы группы генерала артиллерии Фридриха фон Шолца, 11-го и XX армейских корпусов. Но в связи с раскрытием сосредоточения русских войск к югу от Млавы Верховный главнокомандующий всеми германскими войсками на Востоке Пауль фон Гинденбург приказал усилить это направление силами XX армейского корпуса (37-я и 41-я пехотные дивизии), 1-й гвардейской резервной дивизии и 5-й гвардейской пехотной бригады. К 31 января 1915 года немецкие войска сосредоточили в районе прорыва шесть дивизий (до 40 000 человек) и 92 батареи с 596 орудиями, 150 из них тяжелых и 2 австрийских 30,5-см миномета. Было подготовлено 18 000 снарядов, наполненных слезоточивым газом и хлором. Русские войска также были усилены, но немцам удалось создать подавляющее превосходство в артиллерии. Следует отметить, что тактика оборонительного боя накануне войны не была разработана ни в одной из армий. Переход к обороне рассматривался лишь как средство измотать противника и накопить силы для нового наступления. Соответственно, даже зная точно или приблизительно о наступлении противника, российское командование на всех уровнях могло лишь требовать от подчиненных войск “удерживать свои позиции любой ценой”, создание укрепленных зон большой глубины не практиковалось. В 8:30 утра 31 января был открыт огонь по российским позициям вблизи Хумина и Волы Шидловской. Затем начались атаки, в основном против 4-й и 55-й пехотных дивизий. К 16:00 немцы выбили из окопов части 4-й, 27-й и 55-й пехотных дивизий. Ночью была подготовлена контратака силами отряда генерал-майора Михаила Соковина, но она не принесла успеха. Василию Гурко также была передана 13-я Сибирская стрелковая дивизия. Командующий 2-й армией В. Смирнов доложил главнокомандующему войсками Северо-Западного фронта: “Согласно сообщениям начальников секций, отход батальонов 13-го и 14-го полков обусловлен опьяняющим действием газов от вражеских снарядов, от которых люди задыхались и не могли смотреть”. С 5:00 1 февраля русские войска начали контратаку, которая, несмотря на введение в бой 59-й пехотной и 13-й Сибирской стрелковой дивизий, не увенчалась успехом. С 9:00 немцы открыли тяжелый артиллерийский и минометный огонь большой разрушительной силы, уничтожили передовые окопы и с 16:00 возобновили наступление, атакуя левый фланг 98-го Юрьевского пехотного полка. К вечеру большинство атак немцев было отбито, и новые полки, введенные в бой, остановили их наступление. Потери двух немецких корпусов превысили 5200 человек, они захватили 6232 русских пленных, 7 пулеметов и, что самое главное, ключевые точки первой русской линии. 3 февраля немцы атаковали фланг сектора генерал-майора П. Захарова. Для подкрепления группы Гурко была направлена 3-я Сибирская стрелковая дивизия (он сам заболел и вернулся в корпус только 6 февраля под угрозой увольнения), а соседняя 1-я армия генерала от кавалерии Александра Литвинова организовала отвлекающее наступление силами 1-го Сибирского корпуса, усиленного 14-й Сибирской стрелковой дивизией и 3-й Туркестанской стрелковой бригадой. К ночи 4 февраля положение VI армейского корпуса было частично восстановлено, деревня Воля Шидловская была занята, но основные опорные пункты от немцев вернуть не удалось. Утром немцы вновь перешли в наступление, оттеснив прибывшую 13-ю Сибирскую стрелковую дивизию. Батальон 93-го немецкого резервного пехотного полка усилил бригаду 4-й пехотной дивизии и нанес решающий удар по сибирякам. В бой были брошены 4-я Сибирская стрелковая дивизия II Сибирского армейского корпуса и сводная дивизия генерал-майора Н. Карепова из IV армейского корпуса, но им удалось лишь остановить натиск немцев. 93-й немецкий резервный пехотный полк потерял 36 убитых, 152 раненых и 11 пропавших без вести и захватил 1556 русских пленных. Действия 1-й армии в период с 21 января по 4 февраля были более успешными. В наступление были вовлечены все корпуса; в результате в районе Борзымова и Витковице немцы были отброшены, у них было захвачено четыре пулемета (6-й Сибирский стрелковый полк). Неожиданный удар с северного фланга, завершившийся тяжелым поражением немецкого резервного полка подполковника В. Келлера, вынудил немцев прекратить атаки на 2-ю армию, но 14-я Сибирская стрелковая дивизия, отправленная к Хумину, встретила мощную контратаку резервов, не смогла форсировать Бзуру и понесла большие потери. Командир 21-го Туркестанского стрелкового полка был убит. 8-й немецкий ландверный полк в ходе этой контратаки потерял семь убитых и 14 раненых и захватил 325 русских пленных.

January 16, 1915 the German 4th Infantry Division carried out several attacks on the sector of the front south of Bolimów, in the direction of Humin. After a two hour artillery preparation (at the same time, tear gas shells were used for the first time 2200 shots), units of the Russian 55th Infantry Division were knocked out of the trenches by a bayonet attack of the four German regiments. The commander of the 2nd Army, Infantry General V. Smirnov, ordered to organize a counterattack with all the forces of the VI Army Corps, Lieutenant General Vasily Gurko (4th, 16th, 55th Infantry Divisions and a brigade of the 76th Infantry Division a total of 42,895 men, 68 machine guns, 130 guns). However, until nightfall, the Russian troops failed to recapture the lost trenches near vil. Humin and Dołowatka. On the night of January 17, the Russian infantry, having made several attacks, took the enemy in pincers and knocked him out of the trenches he had captured the day before. Attempts by the Germans to resume the offensive until the evening were repulsed by machine gun and artillery fire. The German troops managed to advance only 20 m in two days of stubborn battle; two regiments lost 3 officers and 297 soldiers, in the 14th infantry regiment was killed commander, and his attack failed. The casualties of the Russian side amounted to 725 killed, 101 missing, 3,019 wounded and poisoned. For a new attack on Humin and Sucha, the commander of the German 9th Army, Colonel General August von Mackensen, concentrated the troops of the reinforced XVII Army Corps and I Reserve Corps the 4th, 35th, 36th Infantry and 1st, 36th and 49th reserve divisions. On the left, the attack was to be supported by the 26th Infantry Division of the XIII Army Corps, on the right, forces of the group of artillery general Friedrich von Scholtz, the 11th and XX Army Corps. But in connection with the disclosure of the concentration of Russian troops south of Mlawa, Supreme Commander of All German Forces in the East Paul von Hindenburg ordered to strengthen this direction with the forces of the XX Army Corps (37th and 41st Infantry Divisions), the 1st Guards Reserve Division and the 5th Guards Infantry Brigade. By January 31, 1915, the German troops concentrated six divisions (up to 40,000 men) and 92 batteries with 596 guns, 150 of them heavy and 2 Austrian 30.5 cm mortars, in the breakthrough area. 18,000 shells filled with tear gas and chlorine were prepared. Russian troops were also reinforced, but the Germans managed to create an overwhelming superiority in artillery. It should also be noted that the tactics of defensive combat on the eve of the war were not developed in any of the armies. Going on the defensive was seen only as a means to wear down the enemy and gather strength for a new offensive. Accordingly, even knowing exactly or approximately about the enemy’s offensive, the Russian command at all levels could only demand from subordinate troops “to hold their positions at all costs”, the creation of fortified zones of great depth was not practiced. At 8.30 am on January 31, heavy fire was opened on the Russian positions near Humin and Wola Szydłowska. Then attacks began, mainly against the 4th and 55th Infantry Divisions. By 16 o'clock the Germans knocked out units of the 4th, 27th and 55th infantry divisions from the trenches. At night, a counterattack was prepared by the forces of the detachment of Major General Mikhail Sokovin, but it did not bring success. Vasily Gurko was also transferred the 13th Siberian Rifle Division. The commander of the 2nd Army, V. Smirnov, reported to the commander in chief of the armies of the North Western Front: “According to the reports of the chiefs of the sections, the withdrawal of the battalions of the 13th and 14th regiments is due to the intoxicating effect of gases from enemy shells, from which people suffocated and could not look”. From 5 o'clock on February 1, Russian troops launched a counterattack, which, despite the introduction of the 59th Infantry and 13th Siberian Rifle Divisions into battle, was unsuccessful. From 9 o'clock the Germans opened heavy artillery and mortar fire of great destructive force, destroyed the advanced trenches and from 16 o'clock resumed the offensive, attacking the left flank of the 98th Yuryevsky Infantry Regiment. By nightfall, most of the Germans's attacks were repulsed, and new regiments brought into battle stopped his advance. The casualties of the two German corps exceeded 5,200 men, they captured 6,232 Russian prisoners, 7 machine guns, and most importantly the key points of the first Russian line. On February 3, the Germans attacked the flank of the sector's Major General P. Zakharov. The 3rd Siberian Rifle Division was sent to reinforce Gurko’s group (he himself fell ill and returned to the corps only on February 6 under the threat of dismissal), and the neighboring 1st Army of Cavalry General Alexander Litvinov organized a distracting offensive by the forces of the 1st Siberian corps, reinforced by the 14th Siberian Rifle Division and the 3rd Turkestan Rifle Brigade. By the night of February 4, the position of the Russian VI Army Corps was partially restored, the village of Wola Szydłowska was occupied, but the main strongholds could not be recaptured from the Germans. In the morning, the Germans again went on the offensive, pushing back the 13th Siberian Rifle Division that had arrived. The German 93rd Reserve Infantry Regiment battalion by battalion reinforced the brigade of the 4th Infantry Division and dealt a decisive blow to the Siberians. The 4th Siberian Rifle Division of the II Siberian Army Corps and the combined division of Major General N. Karepov from the IV Army Corps were thrown into battle, but they only managed to stop the onslaught of the Germans. The 93rd German Reserve Infantry Regiment lost 36 killed, 152 wounded and 11 missing and captured 1,556 Russian prisoners. The actions of the units of the 1st Army on January 21 February 4 were more successful. All corps were involved in the offensive; as a result, at Borzymów and Witkowice, the Germans was pushed back, four machine guns were captured from him (6th Siberian Rifle Regiment). An unexpected blow from the northern flank, which ended in a heavy defeat of the German reserve regiment of Lieutenant Colonel V. Keller, forced the Germans to stop attacks on the 2nd Army, but the 14th Siberian Rifle Division sent to Humin was met by a powerful counterattack of reserves, could not cross the Bzura and suffered large losses. The commander of the 21st Turkestan Rifle Regiment was killed. The 8th German Landwehr Regiment during this counterattack lost seven killed and 14 wounded and captured 325 Russian prisoners.

Исход

К концу января бои у Доловатки, Хумина, Воли-Шидловской, Болимова и Борзымова вовлекли почти все формирования 1-й и 2-й русских армий. На фронте 5-й армии обстановка была более спокойной, откуда отдельные полки также были направлены для усиления атак на позиции, занимаемые немцами. Тем не менее, сосредоточение сил на узком участке фронта лишь увеличило потери, не приведя к изменению положения войск. Непосредственно у Хумина, Борзымова и Воли-Шидловской русские войска потеряли 7911 убитых, 12248 пропавших без вести, 20614 раненых. Погибли командиры 18-го Сибирского стрелкового полка и 21-го Туркестанского стрелкового полка генерал-майор С. Москвин и полковник А. Селядцев. Немецкая армия непосредственно у Хумина, Борзымова и Воли-Шидловской потеряла 57 офицеров и 2584 солдат убитыми, 4 офицера и 1308 солдат пропавшими без вести, 79 офицеров и 6811 солдат ранеными. Верховный главнокомандующий всеми немецкими войсками на Востоке считает задачу 9-й армии выполненной, определяя цель сражения как сковывание русских войск перед решающим наступлением в Восточной Пруссии. Немецким войскам удалось продвинуться на незначительное расстояние, закрепиться в ключевых опорных пунктах и привязать к себе значительные силы противника. Было взято свыше 7000 пленных. Прибыв на фронт 7 февраля, император Вильгельм II поздравил войска с победой и вручил награды. Однако разочарование военачальников было велико. «Атаки 9-й армии к востоку от Ракки принесли отличный тактический успех, но прорыва достигнуто не было. Впервые примененные химические снаряды не оказали ожидаемого эффекта. Захваченные русские жаловались на слезотечение и головную боль, но не были выведены из строя», – заявил командир 1-го резервного корпуса генерал-лейтенант К. фон Морген. Бои, лишенные прежней активности и ожесточенности, продолжались по всему фронту от устья Бзуры до Пилицы до конца февраля. Немецким войскам не удалось прорвать российские позиции, но стало очевидно, что потеря ключевых оборонительных пунктов вынуждает русское командование прилагать большие усилия для их возвращения, невзирая на потери.

By the end of January, fighting at Dołowatka, Humin, Wola Szydłowska, Bolimov and Borzymów drew in almost all formations of the 1st and 2nd Russian armies. A calmer situation was on the front of the 5th Army, from which separate regiments were also taken to reinforce the attacks on the positions occupied by the Germans. Nevertheless, the build up of forces on a narrow sector of the front only increased losses without leading to a change in the position of the troops. Directly at Humin, Borzymów and Wola Szydłowska Russian troops lost 7,911 killed, 12,248 missing, 20,614 wounded. The commanders of the 18th Siberian Rifle Regiment and the 21st Turkestan Rifle Regiment, Major General S. Moskvin and Colonel A. Selyadtsev, were killed. The German army directly at Humin, Borzymów and Wola Szydłowska lost 57 officers and 2584 soldiers killed, 4 officers and 1,308 soldiers missing, 79 officers and 6,811 soldiers wounded. The Supreme Commander of All German Forces in the East considers the task of the 9th Army completed, while defining the goal of the battle as pinning down the Russian troops before the decisive offensive in East Prussia. The German troops managed to move forward an insignificant distance, gain a foothold in key strongholds, and chain significant Russian forces to themselves. Over 7,000 prisoners were taken. Arrived February 7 to the front, Emperor Wilhelm II congratulated the troops on their victory and handed out awards. But the disappointment of the military leaders was also great. “The attacks of the 9th Army east of Rawka brought excellent tactical success, but there was no breakthrough, however, achieved. For the first time used chemical projectiles did not lead to the expected effect. Captured Russians complained of lacrimation, headache, but were not put out of action” the commander of the 1st reserve corps, Lieutenant General C. von Morgen, was stated. The fighting, without the previous activity and bitterness, continued along the entire front from the mouth of the Bzura to Pilica until the end of February. The German troops failed to break through the Russian positions, but it became clear that the loss of key defense points forces the Russian command to make great efforts to return them, regardless of victims.

Дополнительные материалы

Бои на Бзуре и Равке (ноябрь 1914 – январь 1915 года). Перлюстрированные письма, воспоминания, фронтовые корреспонденции / сост., перевод, автор коммент. и предисловия Н.Д. Постников. – М.: ИИУ МГОУ, 2018 – 238 с.

Постников Н.Д. Битва на Равке (январь 1915 г.): управление войсками командованием VI армейского корпуса в условиях оборонительного боя // Ключевские чтения – 2014. Россия и русский мир перед лицом глобальных угроз: Материалы Всероссийской научной конференции: Сборник научных трудов. М.: «Спутник +», 2015. С. 217–222. Постников Н.Д. «Великая битва на Равке» в январе 1915 года: взгляд с немецкой стороны // Международная жизнь. Специальный выпуск. История без купюр. Великая война. Начало. 2014. С. 144–159. Постников Н.Д. Воспоминания русских офицеров и фронтовые письма о сражении под Волей Шидловской и Гуминым 18–23 января 1915 года как исторический источник // Первая мировая война и историческая память. Материалы Декабрьских научных чтений, состоявшихся 18 декабря 2014 г. М., 2015. С. 293–307. Постников Н.Д. Забытые страницы Великой войны: Равка, сражение за Гумин и Волю Шидловскую (январь 1915 г.) // Россия в годы Первой мировой войны, 1914–1918: материалы Междунар. науч. конф. (Москва, 30 сентября – 3 октября 2014 г.). / отв. ред.: А.Н. Артизов, А.К. Левыкин, Ю.А. Петров; Ин-т рос. истории РАН; Гос. ист. музей; Федеральное арх. агентство; Рос. ист. о-во. – М.: [ИРИ РАН], 2014. 712 с.: ил., 16 л. ил. С. 667–671. Постников Н.Д. Первая газовая атака на русско-германском фронте в январе 1915 года // Преподавание истории в школе. 2017. № 3. С. 27–31. Постников Н.Д. Последний бой Юрьевского полка // Великая война: сто лет. М., СПб.: Нестор История. 2014. С. 87–108. https://histrf.ru/uploads/media/default/0001/07/2dacf59d881aec5bee5f84d2f5b462c412e5e2f0.pdf

Постников Н.Д. Битва на Равке (январь 1915 г. ): управление войсками командованием VI го армейского корпуса в условиях оборонительного боя // Ключевские чтения – 2014. Россия и русский мир перед лицом глобальных угроз: Материалы Всероссийской научной конференции: Сборник научных трудов. М.: «Спутник +», 2015. С. 217–222. Постников Н.Д. «Великая битва на Равке» в январе 1915 года: взгляд с немецкой стороны // Международная жизнь. Специальный выпуск. История без купюр. Великая война. Начало. 2014. С. 144–159. Постников Н.Д. Воспоминания русских офицеров и фронтовые письма о сражении под Волей Шидловской и Гуминым 18–23 января 1915 года как исторический источник // Первая мировая война и историческая память. Материалы Декабрьских научных чтений, состоявшихся 18 декабря 2014 г. М., 2015. С. 293–307. Постников Н.Д. Забытые станицы Великой войны: Равка, сражение за Гумин и Волю Шидловскую (январь 1915 г.) // Россия в годы Первой мировой войны, 1914–1918: материалы Междунар. науч. конф. (Москва, 30 сентября – 3 октября 2014 г.). /отв. ред. : А.Н. Артизов, А.К. Левыкин, Ю.А. Петров; Ин т рос. истории Рос. акад. наук; Гос. ист. музей; Федеральное арх. агентство; Рос. ист. о во. – М.: [ИРИ РАН], 2014. 712 с.: ил., 16 л. ил. С. 667–671. Постников Н.Д. Первая газовая атака на русско германском фронте в январе 1915 года // Преподавание истории в школе. 2017. No.3. С. 27–31. Постников Н.Д. Последний бой Юрьевского полка // Великая война: сто лет. М., СПб. : Нестор История. 2014. С. 87–108. https://histrf. ru/uploads/media/default/0001/07/2dacf59d881aec5bee5f84d2f5b462c412e5e2f0. pdf

Постников Н.Д. «Те, кто был в эти дни под Гуминым, вряд ли забудет их». Русские офицеры 97-го Лифляндского и 98-го Юрьевского полков о сражении 18–31 января 1915 г. // Исторический архив. 2014. № 3. С. 40–62. Постников Н.Д. Убитые на Равке. М.: ИИУ МГОУ, 2016. 286 с.

Постников Н.Д. Убитые на Равке. 2-е изд., испр. и доп. М.: ИИУ МГОУ, 2018. – 296 с.

Постников Н.Д. «Куда ни взгляни – всюду носится призрак смерти». Бои на Бзуре и Равке в фронтовых письмах (декабрь 1914 – январь 1915) // Международная жизнь. № 8. Август. 2015. С. 167–185. Постников Н.Д. Фронтовые письма как исторический источник Первой мировой войны. На примере боев на реке Равке в январе 1915 г. // Преподавание истории в школе. 2016. № 5. С. 25–30. Постников Н.Д. «Этот бой напоминал Бородинское сражение». Бои на Равке в письмах с фронта (декабрь 1914 – январь 1915) // Вестник Московского государственного областного университета. Серия «История и политические науки». 2014. № 4. С. 8–19. https://vestnik.mgou.ru/Articles/View/7737

Kaliński, Stanisław. Ataki gazowe w bitwie pozycyjnej 9 Armii Niemieckiej nad Rawką i Bzurą 1914–1915. Przemyśl. 2010.