Битвы при Лексингтоне и Конкорде: Начало Войны за независимость США

Введение

Первые военные столкновения в американской войне за независимость (1775)

Британские войска добились успеха в уничтожении пушек и припасов в Конкорде.
Милиция успешно оттеснила британцев обратно в Бостон.
Начало американской войны за независимость.
| combatant2 = Королевство Великобритания
| combatant1 = Массачусетский залив
| commander2 = Фрэнсис Смит, Джон Питкэрн, Хью Перси
| commander1 = Джон Паркер, Джеймс Барретт, Джон Баттрик, Джон Робинсон, Уильям Хит, Джозеф Уоррен, Исаак Дэвис
| strength2 = Отправление из Бостона: 700, Лексингтон: 400, Конкорд: 100, К концу битвы: 1500
| strength1 = Лексингтон: 77, Конкорд: 400, К концу битвы: 3960
| casualties2 = 73 убитых, 174 раненых, 53 пропавших без вести
| casualties1 = 49 убитых, 39 раненых, 5 пропавших без вести.
Битвы произошли 19 апреля 1775 года в округе Мидлсекс, провинции Массачусетский залив, в городах Лексингтон, Конкорд, Линкольн, Менотоми (современный Арлингтон) и Кембридж. Они ознаменовали начало вооруженного конфликта между Королевством Великобритания и патриотическими ополчениями из тринадцати американских колоний. В конце 1774 года колониальные лидеры приняли Резолюции Саффолка в знак протеста против изменений, внесенных британским парламентом в колониальное правительство Массачусетса после Бостонского чаепития. Колониальная ассамблея ответила формированием временного правительства патриотов, известного как Массачусетский провинциальный конгресс, и призвала местные ополчения тренироваться на случай военных действий. Колониальное правительство фактически контролировало колонию за пределами британского Бостона. В ответ британское правительство в феврале 1775 года объявило Массачусетс находящимся в состоянии восстания. Около 700 регулярных солдат британской армии в Бостоне под командованием подполковника Фрэнсиса Смита получили секретный приказ захватить и уничтожить колониальные военные припасы, которые, по сообщениям, хранились милицией Массачусетса в Конкорде. Благодаря эффективной разведке лидеры патриотов за несколько недель до экспедиции узнали, что их запасы могут быть под угрозой, и переместили большую их часть в другие места. Накануне битвы предупреждение о британской экспедиции быстро распространилось из Бостона по ополчениям в этом районе несколькими гонцами, включая Пола Ревира и Сэмюэля Прескотта, с информацией о британских планах. Начальный способ прибытия армии по воде был подан сигналом из Старой Северной церкви в Бостоне в Чарльзтаун с помощью фонарей: "один, если по суше, два, если по морю". Первые выстрелы прогремели как раз на рассвете в Лексингтоне. Восемь ополченцев были убиты, в том числе энсин Роберт Манро, их третий по командованию. Британцы потеряли только одного человека. Ополченцы были малочисленнее и отступили, а регулярные войска продолжили путь в Конкорд, где разделились на роты для поиска припасов. На Северном мосту в Конкорде около 400 ополченцев вступили в бой со 100 регулярными солдатами из трех рот королевских войск около 11:00 утра, в результате чего обе стороны понесли потери. Регулярные войска, уступая в численности, отступили с моста и воссоединились с основным корпусом британских войск в Конкорде. Британские войска начали обратный марш в Бостон после завершения поисков военных припасов, и из соседних городов продолжали прибывать ополченцы. Перестрелка между двумя сторонами возобновилась и продолжалась в течение дня, пока регулярные войска возвращались в Бостон. По возвращении в Лексингтон экспедиция подполковника Смита была спасена подкреплением под командованием бригадного генерала Хью Перси, будущего герцога Нортумберленда, который в то время носил учтивое звание графа Перси. Объединенная сила, насчитывавшая около 1700 человек, вернулась в Бостон под сильным огнем, осуществляя тактическое отступление, и в конечном итоге достигла безопасности Чарльзтауна. Собравшиеся ополченцы затем заблокировали узкие сухопутные подходы к Чарльзтауну и Бостону, начав осаду Бостона. Ральф Уолдо Эмерсон описывает первый выстрел, сделанный патриотами на Северном мосту в своем "Гимне Конкорду", как "выстрел, который был услышан по всему миру".

British forces succeed in destroying cannon and supplies in Concord
Militia successfully drive British back to Boston
Start of the American Revolutionary War
| combatant2 = Kingdom of Great Britain
| combatant1 = Massachusetts Bay
| commander2 = Francis SmithJohn PitcairnHugh Percy
| commander1 = John ParkerJames BarrettJohn ButtrickJohn RobinsonWilliam HeathJoseph WarrenIsaac Davis
| strength2 = Departing Boston: 700Lexington: 400Concord: 100End of Battle: 1,500
| strength1 = Lexington: 77Concord: 400End of Battle: 3,960
| casualties2 = 73 killed174 wounded53 missing
| casualties1 = 49 killed39 wounded5 missing The battles were fought on April 19, 1775, in Middlesex County, Province of Massachusetts Bay, within the towns of Lexington, Concord, Lincoln, Menotomy (present day Arlington), and Cambridge. They marked the outbreak of armed conflict between the Kingdom of Great Britain and Patriot militias from America's thirteen colonies. In late 1774, Colonial leaders adopted the Suffolk Resolves in resistance to the alterations made to the Massachusetts colonial government by the British parliament following the Boston Tea Party. The colonial assembly responded by forming a Patriot provisional government known as the Massachusetts Provincial Congress and calling for local militias to train for possible hostilities. The Colonial government effectively controlled the colony outside of British controlled Boston. In response, the British government in February 1775 declared Massachusetts to be in a state of rebellion. About 700 British Army regulars in Boston, under Lieutenant Colonel Francis Smith, were given secret orders to capture and destroy Colonial military supplies reportedly stored by the Massachusetts militia at Concord. Through effective intelligence gathering, Patriot leaders had received word weeks before the expedition that their supplies might be at risk and had moved most of them to other locations. On the night before the battle, warning of the British expedition had been rapidly sent from Boston to militias in the area by several riders, including Paul Revere and Samuel Prescott, with information about British plans. The initial mode of the Army's arrival by water was signaled from the Old North Church in Boston to Charlestown using lanterns to communicate "one if by land, two if by sea". The first shots were fired just as the sun was rising at Lexington. Eight militiamen were killed, including Ensign Robert Munroe, their third in command. The British suffered only one casualty. The militia was outnumbered and fell back, and the regulars proceeded on to Concord, where they broke apart into companies to search for the supplies. At the North Bridge in Concord, approximately 400 militiamen engaged 100 regulars from three companies of the King's troops at about 11:00am, resulting in casualties on both sides. The outnumbered regulars fell back from the bridge and rejoined the main body of British forces in Concord. The British forces began their return march to Boston after completing their search for military supplies, and more militiamen continued to arrive from the neighboring towns. Gunfire erupted again between the two sides and continued throughout the day as the regulars marched back towards Boston. Upon returning to Lexington, Lt. Col. Smith's expedition was rescued by reinforcements under Brigadier General Hugh Percy, a future Duke of Northumberland styled at this time by the courtesy title Earl Percy. The combined force of about 1,700 men marched back to Boston under heavy fire in a tactical withdrawal and eventually reached the safety of Charlestown. The accumulated militias then blockaded the narrow land accesses to Charlestown and Boston, starting the siege of Boston. Ralph Waldo Emerson describes the first shot fired by the Patriots at the North Bridge in his "Concord Hymn" as the "shot heard round the world".

Предыстория

Британских солдат колонисты прозвали "краснокожими", а иногда и "дьяволами". Они оккупировали Бостон с 1768 года и были усилены военно-морскими силами и морской пехотой для обеспечения соблюдения так называемых "Невыносимых актов 1774 года", принятых британским парламентом для наказания провинции Массачусетского залива за Бостонское чаепитие и другие акты протеста. Генерал Томас Гейдж был военным губернатором Массачусетса и главнокомандующим примерно 3000 британских войск, расквартированных в Бостоне. Однако он не имел никакого контроля над Массачусетсом за пределами Бостона, где введение этих актов усилило напряженность между патриотическим большинством, придерживавшимся взглядов вигов, и пробританским меньшинством тори. План Гейджа заключался в предотвращении конфликта путем тайных, быстрых и небольшими силами осуществляемых захватов военных припасов у ополченцев-вигов. Эта борьба за снабжение привела к одной британской победе и нескольким победам патриотов в серии почти бескровных столкновений, известных как "Пороховые тревоги". Гейдж считал себя сторонником свободы и пытался разграничить свои обязанности губернатора колонии и генерала оккупационных войск. Эдмунд Берк описал противоречивые отношения Гейджа с Массачусетсом, сказав в парламенте: "Англичанин – наименее подходящий человек на Земле, чтобы убедить другого англичанина в рабстве". Колонисты начали формировать ополчение с первых дней колонизации для защиты от нападений индейцев. Эти формирования также участвовали в войне между Францией и индейцами (1754–1763 гг.), сражаясь бок о бок с британскими регулярными войсками. По законам каждой колонии Новой Англии, все города были обязаны формировать ополченческие роты из всех мужчин старше 16 лет (с некоторыми исключениями) и обеспечивать их надлежащим вооружением. Массачусетское ополчение формально находилось под юрисдикцией провинциального правительства, но ополченческие роты по всей Новой Англии избирали собственных офицеров. Гейдж фактически распустил провинциальное правительство в соответствии с положениями Закона об управлении Массачусетсом, и колонисты использовали существующие связи в рамках Массачусетского провинциального конгресса для организации сопротивления военной угрозе со стороны Великобритании.

The British Army's infantry were nicknamed "redcoats" and sometimes "devils" by the colonists. They had occupied Boston since 1768 and had been augmented by naval forces and marines to enforce what the colonists called The Intolerable Acts of 1774, which had been passed by the British Parliament to punish the Province of Massachusetts Bay for the Boston Tea Party and other acts of protest. General Thomas Gage was the military governor of Massachusetts and commander in chief of the roughly 3,000 British military forces garrisoned in Boston. He had no control over Massachusetts outside of Boston, however, where the implementation of the Acts had increased tensions between the Patriot Whig majority and the pro British Tory minority. Gage's plan was to avoid conflict by removing military supplies from Whig militias using small, secret, and rapid strikes. This struggle for supplies led to one British success and several Patriot successes in a series of nearly bloodless conflicts known as the Powder Alarms. Gage considered himself to be a friend of liberty and attempted to separate his duties as governor of the colony and as general of an occupying force. Edmund Burke described Gage's conflicted relationship with Massachusetts by saying in Parliament, "An Englishman is the unfittest person on Earth to argue another Englishman into slavery." The colonists had been forming militias since the very beginnings of Colonial settlement for the purpose of defense against Indian attacks. These forces also saw action in the French and Indian War between 1754 and 1763 when they fought alongside British regulars. Under the laws of each New England colony, all towns were obligated to form militia companies composed of all males 16 years of age and older (there were exemptions for some categories) and to ensure that the members were properly armed. The Massachusetts militias were formally under the jurisdiction of the provincial government, but militia companies throughout New England elected their own officers. Gage effectively dissolved the provincial government under the terms of the Massachusetts Government Act, and these existing connections were employed by the colonists under the Massachusetts Provincial Congress for the purpose of resistance to the military threat from Britain.

Войска ополчения собираются .

Доус проехал южным сухопутным маршрутом верхом через Бостонскую шею и по Великому мосту в Лексингтон. Ревир первым дал указание подать сигнал в Чарльзтаун, используя фонари, зажжённые на шпиле Бостонской Старой Северной церкви. Затем он отправился северным водным путём, переправившись через устье реки Чарльз на гребной лодке, незаметно миновав британский военный корабль HMS Somerset, стоявший на якоре. Переправы в это время были запрещены, но Ревир благополучно высадился в Чарльзтауне и поскакал на запад в Лексингтон, предупредив почти каждый дом по пути. Из Чарльзтауна были отправлены дополнительные гонцы. По прибытии в Лексингтон Ревир, Доус, Хэнкок и Адамс обсудили ситуацию с милицией, собравшейся там. Они полагали, что силы, покидающие город, слишком велики для простой задачи ареста двух человек, и что главной целью был Конкорд. Жители Лексингтона отправили гонцов в окрестные города, а Ревир и Доус продолжили путь в Конкорд в сопровождении Сэмюэля Прескотта. В Линкольне они столкнулись с британским патрулём под командованием майора Митчелла. Ревир был захвачен в плен, Доуса сбросили с лошади, и только Прескотту удалось спастись и добраться до Конкорда. Из Конкорда также были отправлены дополнительные гонцы. Поездка Ревира, Доуса и Прескотта активировала гибкую систему «тревоги и сбора», которая была тщательно разработана за несколько месяцев до этого в ответ на неэффективные действия колонистов во время Пороховой тревоги. Эта система была усовершенствованной версией старой сети оповещения, предназначенной для использования в чрезвычайных ситуациях. Колонисты периодически использовали её в первые годы индейских войн в колонии, прежде чем она пришла в упадок во время Франко-индейской войны. Помимо других гонцов, доставлявших сообщения, для быстрой связи между городами использовались колокола, барабаны, сигнальные пушки, костры и трубы, оповещая повстанцев в десятках восточных деревень Массачусетса о необходимости собрать ополчение, поскольку из Бостона выдвинулось более 500 регулярных войск. Эта система была настолько эффективной, что жители городов, расположенных в 40 километрах от Бостона, узнавали о передвижениях армии, пока те ещё разгружали лодки в Кембридже. Эти ранние предупреждения сыграли решающую роль в сборе достаточного количества колониального ополчения, чтобы нанести значительный урон британским регулярным войскам позднее в тот же день. Адамса и Хэнкока в конечном итоге перевезли в безопасное место, сначала в то, что сейчас является Берлингтоном, а затем в Билерику.

Dawes covered the southern land route by horseback across Boston Neck and over the Great Bridge to Lexington. Revere first gave instructions to send a signal to Charlestown using lanterns hung in the steeple of Boston's Old North Church. He then traveled the northern water route, crossing the mouth of the Charles River by rowboat, slipping past the British warship HMS Somerset at anchor. Crossings were banned at that hour, but Revere safely landed in Charlestown and rode west to Lexington, warning almost every house along the route. Additional riders were sent north from Charlestown. After they arrived in Lexington, Revere, Dawes, Hancock, and Adams discussed the situation with the militia assembling there. They believed that the forces leaving the city were too large for the sole task of arresting two men and that Concord was the main target. The Lexington men dispatched riders to the surrounding towns, and Revere and Dawes continued along the road to Concord accompanied by Samuel Prescott. In Lincoln, they ran into the British patrol led by Major Mitchell. Revere was captured, Dawes was thrown from his horse, and only Prescott escaped to reach Concord. Additional riders were sent out from Concord. The ride of Revere, Dawes, and Prescott triggered a flexible system of "alarm and muster" that had been carefully developed months before, in reaction to the colonists' impotent response to the Powder Alarm. This system was an improved version of an old notification network for use in times of emergency. The colonists had periodically used it during the early years of Indian wars in the colony before it fell into disuse in the French and Indian War. In addition to other express riders delivering messages, bells, drums, alarm guns, bonfires and a trumpet were used for rapid communication from town to town, notifying the rebels in dozens of eastern Massachusetts villages that they should muster their militias because over 500 regulars were leaving Boston. This system was so effective that people in towns 25 mile (40 km) from Boston were aware of the army's movements while they were still unloading boats in Cambridge. These early warnings played a crucial role in assembling a sufficient number of colonial militia to inflict heavy damage on the British regulars later in the day. Adams and Hancock were eventually moved to safety, first to what is now Burlington and later to Billerica.

Британские войска продвигаются вперед.

Около заката генерал Гейдж созвал совещание своих старших офицеров в Доме провинции. Он сообщил им, что поступили инструкции от лорда Дартмута, предписывающие ему принять меры против колонистов. Он также сказал, что командование над отрядом будет возложено на старшего полковника его полков, подполковника Смита, а майор Джон Питкэрн станет его заместителем. Совещание завершилось около 20:30, после чего граф Перси общался с жителями Бостона на Бостонском поле. Согласно одному из свидетельств, разговор среди собравшихся перешел к необычному передвижению британских солдат в городе. Когда Перси расспросил одного из мужчин, тот ответил: "Ну, регулярные войска промахнутся". "Какая цель?" – спросил Перси. "Пушки в Конкорде", – был ответ. Услышав это, Перси быстро вернулся в Провинс-Хаус и доложил о случившемся генералу Гейджу. Ошеломленный, Гейдж отдал приказ не выпускать гонцов из Бостона, но было уже слишком поздно, чтобы остановить Доуза и Ривера. Британские регулярные войска, около 700 пехотинцев, были отобраны из 11 из 13 пехотных полков, оккупировавших Бостон. Майор Питкэрн командовал десятью элитными ротами легкой пехоты, а подполковник Бенджамин Бернард – одиннадцатью ротами гренадеров, действуя под общим командованием подполковника Смита. Из числа войск, выделенных для экспедиции, 350 человек были из рот гренадеров, набранных из 4-го (Королевского), 5-го, 10-го, 18-го (Королевского ирландского), 23-го, 38-го, 43-го, 47-го, 52-го и 59-го пехотных полков, а также 1-го батальона морской пехоты Его Величества. Около 320 легких пехотинцев из 4-го, 5-го, 10-го, 23-го, 38-го, 43-го, 47-го, 52-го и 59-го полков и 1-го батальона морской пехоты прикрывали роты гренадеров. Каждая рота имела своего лейтенанта, но большинство капитанов, командующих ими, были добровольцами, прикомандированными к ним в последнюю минуту из всех полков, дислоцированных в Бостоне. Такое незнание командиров со своими ротами создало проблемы во время сражения. Британцы начали поднимать войска в 9 вечера 18 апреля и собрали их к 10 вечера на берегу воды на западном конце Бостонского поля. Полковник Смит опоздал, и погрузка в лодки была плохо организована, что привело к путанице в месте сбора. Использовались морские баржи, которые были настолько переполнены, что негде было сесть. Высадившись около полуночи у фермы Фиппса в Кембридже, солдаты оказались в воде по пояс. После длительной задержки, связанной с разгрузкой снаряжения, регулярные войска начали свой 27-километровый марш в Конкорд около 2 часов ночи. Около 3 часов ночи полковник Смит отправил майора Питкэрна вперед с шестью ротами легкой пехоты, приказав им ускоренным маршем двигаться к Конкорду. Около 4 часов утра Смит принял разумное, но запоздалое решение отправить гонца в Бостон с просьбой о подкреплении.

Around dusk, General Gage called a meeting of his senior officers at the Province House. He informed them that instructions from Lord Dartmouth had arrived, ordering him to take action against the colonials. He also told them that the senior colonel of his regiments, Lieutenant Colonel Smith, would command, with Major John Pitcairn as his executive officer. The meeting adjourned around 8:30 pm, after which Earl Percy mingled with town folk on Boston Common. According to one account, the discussion among people there turned to the unusual movement of the British soldiers in the town. When Percy questioned one man further, the man replied, "Well, the regulars will miss their aim." "What aim?" asked Percy. "Why, the cannon at Concord" was the reply. Upon hearing this, Percy quickly returned to Province House and relayed this information to General Gage. Stunned, Gage issued orders to prevent messengers from getting out of Boston, but these were too late to prevent Dawes and Revere from leaving. The British regulars, around 700 infantry, were drawn from 11 of Gage's 13 occupying infantry regiments. Major Pitcairn commanded ten elite light infantry companies, and Lieutenant Colonel Benjamin Bernard commanded 11 grenadier companies, under the overall command of Lieutenant Colonel Smith. Of the troops assigned to the expedition, 350 were from grenadier companies drawn from the 4th (King's Own), 5th, 10th, 18th (Royal Irish), 23rd, 38th, 43rd, 47th, 52nd and 59th Regiments of Foot, and the 1st Battalion of His Majesty's Marine Forces. Protecting the grenadier companies were about 320 light infantry from the 4th, 5th, 10th, 23rd, 38th, 43rd, 47th, 52nd, and 59th Regiments, and the 1st Battalion of the Marines. Each company had its own lieutenant, but the majority of the captains commanding them were volunteers attached to them at the last minute, drawn from all the regiments stationed in Boston. This lack of familiarity between commander and company would cause problems during the battle. The British began to awaken their troops at 9 pm on the night of April 18 and assembled them on the water's edge on the western end of Boston Common by 10 pm. Colonel Smith was late in arriving, and there was no organized boat loading operation, resulting in confusion at the staging area. The boats used were naval barges that were packed so tightly that there was no room to sit down. When they disembarked near Phipps Farm in Cambridge, it was into waist deep water at midnight. After a lengthy halt to unload their gear, the regulars began their 17 mile (27 km) march to Concord at about 2 am. At about 3 am, Colonel Smith sent Major Pitcairn ahead with six companies of light infantry under orders to quick march to Concord. At about 4 am Smith made the wise but belated decision to send a messenger back to Boston asking for reinforcements.

Континентальные

Континентальные силы насчитывали около 4000 ополченцев и отрядов местной минутной стражи. Хотя Провинциальный конгресс организовал местные роты в полки и бригады с назначенными командирами, подразделения прибывали постепенно в течение дня. Тридцать городов из окрестностей направили в бой своих людей, и многие другие были в пути. К полудню большинство полковых командований сформировались и действовали согласованно. Несколько провинциальных генералов направлялись к месту сражения в течение дня, но не имели возможности взять на себя общее командование. Генерал Уильям Хит из Роксбери, штат Массачусетс, осуществлял командование на одном из этапов сражения к концу дня.

Британские войска

Британские силы были организованы следующим образом: Когда авангард регулярных войск под командованием Питкэрна вошел в Лексингтон на рассвете 19 апреля 1775 года, около 80 ополченцев из Лексингтона вышли из таверны Бакмана и выстроились в ряды на Лексингтонском сквере, наблюдая за ними, а вдоль дороги стояло от 40 до 100 зрителей. Их возглавлял капитан Джон Паркер, ветеран франко-индейской войны, страдавшей туберкулезом и порой трудноразличимый в речи. Среди выстроившихся ополченцев девять носили фамилию Харрингтон, семь – Манро (включая сержанта роты Уильяма Манро), четыре – Паркер, три – Тидд, три – Локк и три – Рид; полностью четверть из них были так или иначе связаны с капитаном Паркером. Эта группа ополченцев входила в "тренировочный отряд" Лексингтона – систему организации местных ополчений, восходящую к пуританам, а не к так называемым "минутменам". Проведя большую часть ночи, не дождавшись британских войск (и сомневаясь в правдивости предупреждения Пола Ревира), около 4:15 утра Паркер получил подтверждение. Таддеус Боуман, последний разведчик, которого он отправил, прибыл скачкой и сообщил, что британцы не только приближаются, но и идут большими силами и уже близко. Капитан Паркер ясно понимал, что его силы уступают противнику, и не был готов жертвовать своими людьми бесцельно. Он знал, что большая часть пороха и военных припасов колонистов в Конкорде уже была спрятана. Война еще не была объявлена (Декларация независимости была более чем на четырнадцать месяцев в будущем). Он также знал, что британцы уже совершали подобные экспедиции в Массачусетсе, ничего не находили и возвращались в Бостон. У Паркера были все основания ожидать, что и сейчас все повторится: регулярные войска дойдут до Конкорда, ничего не обнаружат и уставшие вернутся в Бостон с пустыми руками. Он тщательно расставил свою роту, выстроив ее в парадный строй на Лексингтонском сквере. Они были на виду (не прятались за стенами), но не перекрывали дорогу в Конкорд. Они продемонстрировали политическую и военную решимость, но не пытались помешать маршу регулярных войск. Много лет спустя один из участников вспомнил слова Паркера, которые теперь выгравированы на камне на месте битвы: "Стой на своем месте, не открывайте огонь, пока не откроют по вам, но если они хотят войны, пусть она начнется здесь". Согласно присяжной показаниям Паркера, данным после битвы:

The British force was organized into: As the regulars' advance guard under Pitcairn entered Lexington at sunrise on April 19, 1775, about 80 Lexington militiamen emerged from Buckman Tavern and stood in ranks on Lexington common watching them, and between 40 and 100 spectators watched from along the side of the road. Their leader was Captain John Parker, a veteran of the French and Indian War, who had developed tuberculosis and was at times difficult to hear. Of the militiamen who lined up, nine had the surname Harrington, seven Munroe (including the company's orderly sergeant, William Munroe), four Parker, three Tidd, three Locke, and three Reed; fully one quarter of them were related to Captain Parker in some way. This group of militiamen was part of Lexington's "training band", a way of organizing local militias dating back to the Puritans, and not what was styled a minuteman company. After having waited most of the night with no sign of any British troops (and wondering if Paul Revere's warning was true), at about 4:15 a. m., Parker got his confirmation. Thaddeus Bowman, the last scout that Parker had sent out, rode up at a gallop and told him that they were not only coming but coming in force and they were close. Captain Parker was clearly aware that he was outmatched in the confrontation and was not prepared to sacrifice his men for no purpose. He knew that most of the colonists' powder and military supplies at Concord had already been hidden. No war had been declared. (The Declaration of Independence was more than fourteen months in the future.) He also knew the British had gone on such expeditions before in Massachusetts, found nothing, and marched back to Boston. Parker had every reason to expect that to occur again. The Regulars would march to Concord, find nothing, and return to Boston, tired but empty handed. He positioned his company carefully. He placed them in parade ground formation, on Lexington Common. They were in plain sight (not hiding behind walls), but not blocking the road to Concord. They made a show of political and military determination, but no effort to prevent the march of the Regulars. Many years later, one of the participants recalled Parker's words as being what is now engraved in stone at the site of the battle: "Stand your ground; don't fire unless fired upon, but if they mean to have a war, let it begin here." According to Parker's sworn deposition taken after the battle:

Я приказал нашей милиции собраться на Коммуне в Лексингтоне, чтобы посоветоваться, что делать, и решил не привлекать к себе внимания и не вмешиваться в действия упомянутых регулярных войск (если они подойдут), если они не оскорбят или не притеснят нас; и, когда они внезапно приблизились, я немедленно приказал нашей милиции рассеяться и не стрелять. Сразу же войска появились и яростно бросились вперед, открыли огонь и убили восемь наших людей, не получив от нас никакой провокации. Джон Паркер

Вместо того чтобы повернуть налево в сторону Конкорда, лейтенант морской пехоты Джесси Адайр, возглавлявший авангард, решил самостоятельно защитить фланг британской колонны, сначала повернув направо, а затем поведя роты на Коммуну, в смутной попытке окружить и разоружить ополчение. Майор Питкэрн прибыл с тыла авангарда и повел свои три роты налево, остановив их. Остальные роты под командованием полковника Смита находились дальше по дороге в сторону Бостона.

Первый выстрел

Британский офицер (вероятно, Питкэрн, но свидетельства неоднозначны, поскольку это мог быть также лейтенант Уильям Сазерленд) затем выехал вперед, размахивая мечом, и призвал собравшуюся милицию разойтись, а также, возможно, приказал им: «Сложите оружие, вы проклятые мятежники!» Капитан Паркер приказал своим людям вместо этого разойтись и идти домой, но из-за путаницы, криков вокруг и из-за хриплости голоса Паркера, вызванной туберкулезом, некоторые не услышали его, некоторые уходили медленно, и никто не сложил оружие. Паркер и Питкэрн приказали своим людям не открывать огонь, но выстрел был произведен из неизвестного источника. [В 5 часов мы прибыли [в Лексингтон] и увидели несколько человек, по моим оценкам, от 200 до 300, собравшихся на общей площади в центре города; мы продолжали продвигаться вперед, готовясь к атаке, хотя и не намереваясь нападать, но когда мы приблизились к ним, они открыли по нам огонь, дважды, после чего наши люди, без приказа, бросились на них, открыли огонь и обратили их в бегство; несколько человек были убиты, мы не могли сказать, сколько, так как они укрылись за стенами и в лесу. Один человек из 10-го легкопехотного полка был ранен, никто больше не пострадал. Затем мы построились на площади, но с трудом, так как солдаты были взбудоражены и не слышали приказов; мы ждали там довольно долго, и наконец двинулись в Конкорд. Лейтенант Джон Баркер, 4-й пехотный полк.

A British officer (probably Pitcairn, but accounts are uncertain, as it may also have been Lieutenant William Sutherland) then rode forward, waving his sword, and called out for the assembled militia to disperse, and may also have ordered them to "lay down your arms, you damned rebels!" Captain Parker told his men instead to disperse and go home, but, because of the confusion, the yelling all around, and due to the raspiness of Parker's tubercular voice, some did not hear him, some left very slowly, and none laid down their arms. Both Parker and Pitcairn ordered their men to hold fire, but a shot was fired from an unknown source. [A]t 5 o'clock we arrived [in Lexington], and saw a number of people, I believe between 200 and 300, formed in a common in the middle of town; we still continued advancing, keeping prepared against an attack though without intending to attack them; but on our coming near them they fired on us two shots, upon which our men without any orders, rushed upon them, fired and put them to flight; several of them were killed, we could not tell how many, because they were behind walls and into the woods. We had a man of the 10th light Infantry wounded, nobody else was hurt. We then formed on the Common, but with some difficulty, the men were so wild they could hear no orders; we waited a considerable time there, and at length proceeded our way to Concord.|Lieutenant John Barker, 4th Regiment of Foot

According to one member of Parker's militia, none of the Americans had discharged their muskets as they faced the oncoming British troops. The British did suffer one casualty, a slight wound, the particulars of which were corroborated by a deposition made by Corporal John Munroe. Munroe stated that:

After the first fire of the regulars, I thought, and so stated to Ebenezer Munroe who stood next to me on the left, that they had fired nothing but powder; but on the second firing, Munroe stated they had fired something more than powder, for he had received a wound in his arm; and now, said he, to use his own words, "I'll give them the guts of my gun." We then both took aim at the main body of British troops the smoke preventing our seeing anything but the heads of some of their horses and discharged our pieces. Some witnesses among the regulars reported the first shot was fired by a colonial onlooker from behind a hedge or around the corner of a tavern. Some observers reported a mounted British officer firing first. Both sides generally agreed that the initial shot did not come from the men on the ground immediately facing each other. Speculation arose later in Lexington that a man named Solomon Brown fired the first shot from inside the tavern or from behind a wall, but this has been discredited. Some witnesses (on each side) claimed that someone on the other side fired first; however, many more witnesses claimed to not know. Yet another theory is that the first shot was fired by the British, one which killed Asahel Porter, their prisoner who was running away (he had been told to walk away and he would be let go, though he panicked and began to run). Historian David Hackett Fischer has proposed that there may actually have been multiple near simultaneous shots. Historian Mark Urban said that after telling them to disperse, Pitcairn signalled his soldiers to move forward and disarm the locals. The sight of the Americans lowering their weapons and moving off touched [a] nerve among the British soldiers. For months the local people had abused and taunted them. Instead of a deliberate, orderly walk forward, many [British soldiers] started shouting and cheering, running towards the Americans with bayonets [still fixed]. Facing this onslaught, one or two of those villagers opened fire Without orders from Pitcairn, one of the formed British companies levelled its weapons and let fly a crashing volley. Witnesses at the scene described several intermittent shots fired from both sides before the lines of regulars began to fire volleys without receiving orders to do so. A few of the militiamen believed at first that the regulars were only firing powder with no ball, but when they realized the truth, few if any of the militia managed to load and return fire. The rest ran for their lives. Blockquote|We Nathaniel Mulliken, Philip Russell, [and 32 other men ] do testify and declare, that on the nineteenth in the morning, being informed that a body of regulars were marching from Boston towards Concord About five o'clock in the morning, hearing our drum beat, we proceeded towards the parade, and soon found that a large body of troops were marching towards us, some of our company were coming to the parade, and others had reached it, at which time, the company began to disperse, whilst our backs were turned on the troops, we were fired on by them, and a number of our men were instantly killed and wounded, not a gun was fired by any person in our company on the regulars to our knowledge before they fired on us, and continued firing until we had all made our escape. The companies under Pitcairn's command got beyond their officers' control in part because they were unaware of the actual purpose of the day's mission. They fired in different directions and prepared to enter private homes. Colonel Smith, who was just arriving with the remainder of the regulars, heard the musket fire and rode forward from the grenadier column to see the action. He quickly found a drummer and ordered him to beat assembly. The grenadiers arrived shortly thereafter, and once order was restored among the soldiers, the light infantry was permitted to fire a victory volley, after which the column was reformed and marched on toward Concord.

По словам одного из членов ополчения Паркера, ни один из американцев не выстрелил из своих мушкетов, когда столкнулся с приближающимися британскими войсками. Британцы потеряли одного человека, получившего легкое ранение, подробности которого подтвердил капрал Джон Манро в своих показаниях. Манро заявил, что после первого выстрела регулярных войск он подумал, и сообщил об этом Эбенезеру Манро, стоявшему слева от него, что они стреляли только порохом; но после второго выстрела Манро заявил, что они стреляли чем-то большим, чем порох, так как получил ранение в руку; и теперь, сказал он, своими словами: «Я выпотрошу их из своего ружья». Затем мы оба прицелились в основную часть британских войск, а дым мешал нам видеть что-либо, кроме голов некоторых их лошадей, и выстрелили. Некоторые свидетели из числа регулярных войск сообщили, что первый выстрел был произведен колониальным зрителем из-за изгороди или из-за угла таверны. Некоторые наблюдатели сообщили, что первым выстрелил британский офицер. Обе стороны в целом согласились, что первый выстрел не был произведен людьми, стоящими друг напротив друга. Позже в Лексингтоне возникли предположения, что первым выстрелил человек по имени Соломон Браун из таверны или из-за стены, но это было опровергнуто. Некоторые свидетели (с обеих сторон) утверждали, что кто-то с другой стороны стрелял первым; однако многие свидетели утверждали, что не знают. Существует также теория, что первый выстрел был произведен британцами и убил Асахеля Портера, их пленника, который бежал (ему сказали уйти, и его отпустили, но он запаниковал и побежал). Историк Дэвид Хакетт Фишер предположил, что могло быть несколько почти одновременных выстрелов. Историк Марк Урбан сообщил, что после того, как Питкэрн приказал разойтись, он подал своим солдатам сигнал двигаться вперед и разоружить местных жителей. Вид американцев, опускающих оружие и уходящих, задел чувства британских солдат. Местные жители месяцами оскорбляли и издевались над ними. Вместо сознательного и упорядоченного продвижения вперед многие [британские солдаты] начали кричать и ликовать, бежа к американцам со штыками [которые все еще были насажены]. Столкнувшись с этим натиском, один или два жителя деревни открыли огонь. Без приказа Питкэрна одна из британских рот выровняла оружие и выпустила сокрушительный залп. Свидетели на месте происшествия описали несколько разрозненных выстрелов с обеих сторон, прежде чем ряды регулярных войск начали стрелять залпами, не получив приказа сделать это. Некоторые из ополченцев сначала полагали, что регулярные войска стреляют только порохом, но когда они поняли правду, немногим, если вообще кому-либо из ополченцев, удалось перезарядить оружие и ответить огнем. Остальные бежали, спасая свои жизни. Мы, Натаниэль Мулликен, Филипп Рассел, [и 32 других мужчины] засвидетельствуем и заявляем, что утром девятнадцатого числа, узнав, что отряд регулярных войск марширует из Бостона в Конкорд, около пяти часов утра, услышав бой барабана, мы направились к месту сбора, и вскоре обнаружили, что крупный отряд войск движется к нам, некоторые из нашей роты направлялись к месту сбора, а другие уже прибыли туда, в это время рота начала расходиться, когда мы отворачивались от войск, они открыли по нам огонь, и несколько наших людей были мгновенно убиты и ранены, никто из нашей роты, насколько нам известно, не стрелял по регулярным войскам до того, как они открыли по нам огонь, и продолжали стрелять, пока мы все не спаслись бегством. Компании под командованием Питкэрна вышли из-под контроля своих офицеров, отчасти потому, что они не знали истинной цели миссии на этот день. Они стреляли в разных направлениях и готовились войти в частные дома. Полковник Смит, который только что прибыл с остальными регулярными войсками, услышал выстрелы и поскакал вперед из колонны гренадеров, чтобы увидеть происходящее. Он быстро нашел барабанщика и приказал ему бить отбой. Гренадеры прибыли вскоре после этого, и после восстановления порядка среди солдат легкой пехоте было разрешено дать победный залп, после чего колонна была переформирована и двинулась в сторону Конкорда.

Конкорд

В ответ на поднятую тревогу, ополченцы Конкорда и Линкольна собрались в Конкорде. Они получили сообщения о стрельбе в Лексингтоне и не были уверены, ждать ли подкрепления из соседних городов, остаться и защищать город, или же выйти навстречу британской армии восточнее, заняв более выгодную позицию. Колонна ополченцев двинулась по дороге в сторону Лексингтона, чтобы встретить британцев, пройдя около 1,5 мили (2 км), пока не столкнулась с приближающейся колонной регулярных войск. Поскольку численность регулярных войск составляла около 700 человек, а ополченцев – всего около 250, колонна ополченцев развернулась и вернулась в Конкорд, опережая регулярных войск примерно на 400 метров. Ополченцы отступили на возвышенность с видом на город, где их офицеры обсудили дальнейшие действия. Преобладала осторожность, и полковник Джеймс Барретт вывел людей из центра города и повел их через Северный мост на холм, расположенный примерно в миле к северу, откуда они могли наблюдать за передвижениями британских войск и событиями в центре города. Этот шаг оказался удачным, поскольку ряды ополченцев продолжали пополняться за счет прибывающих рот народного ополчения из западных городов.

Поиск припасов для ополченцев

Когда британские войска прибыли в деревню Конкорд, подполковник Смит разделил их для выполнения приказов Гейджа. Гренадерская рота 10-го полка заняла Южный мост под командованием капитана Манди Пола, а семь рот лёгкой пехоты под командованием капитана Парсонса, общей численностью около 100 человек, заняли Северный мост, где их было видно через расчищенные поля приближающимся ротам ополчения. Капитан Парсонс отправил четыре роты из 5-го, 23-го, 38-го и 52-го полков вверх по дороге на 3 километра (2 мили) за Северный мост, чтобы обыскать ферму Барретта, где, по данным разведки, должны были находиться запасы. Две роты из 4-го и 10-го полков были оставлены для охраны пути возвращения, а одна рота из 43-го полка осталась охранять сам мост. Эти роты, находившиеся под относительно неопытным командованием капитана Уолтера Лори, знали, что их численно превосходят более чем 400 ополченцев. Обеспокоенный капитан Лори послал гонца к подполковнику Смиту с просьбой о подкреплении. Используя подробную информацию, предоставленную лоялистскими шпионами, гренадерские роты обыскали небольшой городок в поисках военных припасов. Когда они прибыли в таверну Эфраима Джонса, расположенную рядом с тюрьмой на дороге к Южному мосту, они обнаружили запертую дверь, и Джонс отказался впустить их внутрь. По сведениям местных лоялистов, Питкэрн знал, что на территории Джонса были зарыты пушки. Джонсу приказали под дулом ружья показать, где спрятаны орудия. Оказалось, что это три массивных орудия, стрелявших ядрами весом 24 фунта, которые были слишком тяжелы для оборонительных целей, но очень эффективны против укреплений и обладали достаточной дальностью для обстрела города Бостона из других частей материка. Гренадиры сломали станины этих трёх орудий, чтобы их нельзя было установить. Они также сожгли несколько лафетов, найденных в деревенском собрании, и когда огонь перекинулся на само здание, местная жительница Марта Моултон убедила солдат помочь организовать бригаду с ведрами, чтобы спасти здание. Около ста бочек муки и солёных продуктов были сброшены в пруд, вместе с 550 фунтами пушечных ядер. Из всего нанесённого ущерба значительным был только ущерб, нанесённый пушкам. Все ядра и большая часть продовольствия были возвращены после ухода британцев. Во время обыска регулярные войска в целом проявляли осмотрительность в обращении с местными жителями, в том числе оплачивая еду и напитки. Этим чрезмерным вежливостью воспользовались местные жители, которые смогли сбить поиски с толку и увести от нескольких небольших тайников с припасами ополчения. Ферма Барретта несколько недель назад служила арсеналом, но сейчас там почти не осталось оружия, и, согласно семейной легенде, его быстро закопали в борозды, чтобы создать впечатление, будто поле засеяно. Отправленные туда войска не обнаружили никаких значительных запасов.

When the British troops arrived in the village of Concord, Lt. Col. Smith divided them to carry out Gage's orders. The 10th Regiment's company of grenadiers secured South Bridge under Captain Mundy Pole, while seven companies of light infantry under Captain Parsons, numbering about 100, secured the North Bridge, where they were visible across the cleared fields to the assembling militia companies. Captain Parsons took four companies from the 5th, 23rd, 38th, and 52nd Regiments up the road 2 mile (3 km) beyond the North Bridge to search Barrett's Farm, where intelligence indicated supplies would be found. Two companies from the 4th and 10th Regiments were stationed to guard their return route, and one company from the 43rd remained to guard the bridge itself. These companies, which were under the relatively inexperienced command of Captain Walter Laurie, were aware that they were significantly outnumbered by the 400 plus militiamen. The concerned Captain Laurie sent a messenger to Lt. Col. Smith requesting reinforcements. Using detailed information provided by Loyalist spies, the grenadier companies searched the small town for military supplies. When they arrived at Ephraim Jones's tavern, by the jail on the South Bridge road, they found the door barred shut, and Jones refused them entry. According to reports provided by local Loyalists, Pitcairn knew cannon had been buried on the property. Jones was ordered at gunpoint to show where the guns were buried. These turned out to be three massive pieces, firing 24 pound shot, that were much too heavy to use defensively, but very effective against fortifications, with sufficient range to bombard the city of Boston from other parts of nearby mainland. The grenadiers smashed the trunnions of these three guns so they could not be mounted. They also burned some gun carriages found in the village meetinghouse, and when the fire spread to the meetinghouse itself, local resident Martha Moulton persuaded the soldiers to help in a bucket brigade to save the building. Nearly a hundred barrels of flour and salted food were thrown into the millpond, as were 550 pounds of musket balls. Of the damage done, only that done to the cannon was significant. All of the shot and much of the food was recovered after the British left. During the search, the regulars were generally scrupulous in their treatment of the locals, including paying for food and drink consumed. This excessive politeness was used to advantage by the locals, who were able to misdirect searches from several smaller caches of militia supplies. Barrett's Farm had been an arsenal weeks before, but few weapons remained now, and according to family legend, these were quickly buried in furrows to look like a crop had been planted. The troops sent there did not find any supplies of consequence.

Северный мост

Войска полковника Барретта, увидев дым, поднимающийся с деревенской площади, когда британцы сжигали лафеты орудий, и заметив лишь несколько рот лёгкой пехоты непосредственно под собой, решили вернуться к городу со своего наблюдательного пункта на холме Панкатассет на более низкий, близлежащий плоский холм, примерно в от Северного моста. По мере продвижения ополченцев, две британские роты 4-го и 10-го полков, удерживавшие позицию у дороги, отступили к мосту и уступили холм войскам Барретта. Пять полных рот Минутменов и ещё пять рот ополченцев из Актона, Конкорда, Бедфорда и Линкольна заняли этот холм, по мере прибытия новых групп людей, в общей сложности не менее 400 человек против лёгких пехотных рот капитана Лори, численностью 90–95 человек. Барретт приказал массачусетским ополченцам выстроиться в одну длинную шеренгу в два ряда на дороге, ведущей к мосту, а затем созвал ещё одну консультацию. Наблюдая за Северным мостом с вершины холма, Барретт, подполковник Джон Робинсон из Вестфорда и другие капитаны обсудили возможное наступление на мост. Барретт спросил капитана Айзека Дэвиса, командовавшего ротой Минутменов из Актона, согласна ли его рота возглавить наступление. Дэвис ответил: «Я не боюсь идти, и у меня нет ни одного человека, который бы боялся». Барретт приказал зарядить оружие, но не открывать огонь, пока не получат приказ, а затем приказал продвигаться вперёд. Лори приказал британским ротам, охранявшим мост, отступить через него. Один офицер попытался вытащить шаткие доски моста, чтобы замедлить продвижение колонистов, но майор Баттрик начал кричать на регулярных солдат, чтобы они прекратили повреждать мост. Минутмены и ополченцы из Конкорда, Актона, Линкольна и немногочисленные Минутмены из Вестфорда, продвинулись колонной по два человека, во главе с майором Баттриком, подполковником Робинсоном, затем капитаном Дэвисом, придерживаясь дороги, так как она была окружена весенним половодьем реки Конкорд. Капитан Лори принял неудачное тактическое решение. Поскольку его просьба о подкреплении не принесла результатов, он приказал своим людям занять позиции для «уличной стрельбы» за мостом, выстроившись колонной перпендикулярно реке. Эта формация была подходящей для ведения интенсивного огня по узкому переулку между зданиями города, но не для открытого пространства за мостом. Воцарилась путаница, когда отступающие через мост регулярные солдаты пытались занять позицию для уличной стрельбы. Лейтенант Сазерленд, находившийся в тылу, заметил ошибку Лори и приказал отправить фланговые заслоны. Но поскольку он принадлежал к другой роте, чем его подчиненные, ему подчинились лишь трое солдат. Остальные, насколько это было возможно в царящей неразберихе, пытались выполнять приказы вышестоящего офицера. Прозвучал выстрел. По сообщению капитана Лори своему командиру после боя, это, вероятно, был предупредительный выстрел, сделанный испуганным и измотанным британским солдатом из 43-го полка. Сразу после этого выстрелили ещё два регулярных солдата, пули плюхнулись в реку, а затем небольшая группа впереди, возможно, решив, что дан приказ об открытии огня, произвела нестройный залп, прежде чем Лори успела их остановить. Двое Минутменов из Актона, рядовой Абнер Хосмер и капитан Айзек Дэвис, находившиеся впереди колонны, маршировавшей к мосту, были мгновенно подбиты и убиты. Преподобный доктор Рипли вспоминал: «Американцы начали марш в два ряда. Через минуту-другую, американцы, двигаясь быстро и находясь в десяти-пятнадцати ярдах от моста, британский солдат сделал выстрел, указав путь, пролетевший под рукой полковника Робинсона и слегка ранив в бок Лютера Бланчарда, флейтиста из роты Актона. Ещё четверо были ранены. Майор Баттрик закричал ополченцам: «Огонь, ради Бога, товарищи, огонь!» В этот момент линии разделяла река Конкорд и мост, находясь на расстоянии всего лишь . Несколько передних рядов колонистов, скованных дорогой и не имевших возможности сформировать линию огня, сумели стрелять друг над друг над головами и плечами по регулярным солдатам, собравшимся на мосту. Четыре из восьми британских офицеров и сержантов, возглавлявших свои войска, были ранены залпом. По меньшей мере три рядовых (Томас Смит, Патрик Грей и Джеймс Холл, все из 4-го полка) были убиты или смертельно ранены, а девять получили ранения. В 1824 году преподобный и Минутмен Джозеф Такстер написал: «Я был очевидцем следующих событий. Жители Вестфорда и Актона, а также немногочисленные жители Конкорда первыми вступили в бой с британцами у моста Конкорд. Британцы разместили около девяноста человек в качестве охраны у Северного моста; у нас не было достоверной информации о том, что кто-то был убит в Лексингтоне, мы видели, как британцы творили разрушения в городе Конкорд; было предложено продвинуться к мосту; на это полковник Робинсон из Вестфорда вместе с майором Баттриком взяли на себя инициативу; были даны строгие приказы не открывать огонь, если британцы не откроют первыми; когда они продвинулись примерно на середину насыпи, британцы сделали выстрел, второй, третий, а затем вся группа; они убили капитана Дэвиса из Актона и господина Хосмера. Наши люди тогда стреляли над головами друг друга, находясь в длинной колонне по два человека; они убили двоих и ранили одиннадцать. Лейтенант Хокстон, которого считали самой большой красотой британской армии, получил такие сильные раны на щеках, что это сильно обезобразило его, о чем он горько жаловался. После этого британцы бежали и собрались на холме, на северной стороне Конкорда, и перевязали раненых, а затем начали отступать. Спускаясь с холма возле дороги, выходящей из Бедфорда, они были преследованы; полковник Бридж с несколькими людьми из Бедфорда и Челмсфорда нагнали их и убили нескольких человек. Регулярные войска оказались в ловушке, будучи превосходящими по численности и переигранными. Не имея эффективного руководства и испуганные превосходящими силами противника, с подорванным духом и, вероятно, не имея боевого опыта, они бросили раненых и бежали в безопасное место, к приближающимся гренадерам, прибывающим из центра города, отрезав капитана Парсонса и роты, искавших оружие на ферме Барретта. Подполковник Смит услышал перестрелку из города вскоре после того, как получил от Лори запрос о подкреплении. Он быстро собрал две роты гренадеров и сам повел их к Северному мосту. По пути эти войска встретили разбитые остатки трех рот лёгкой пехоты, бежавшие к ним. Смит беспокоился о четырех ротах, находившихся у Барретта, поскольку их путь в город теперь был незащищен. Увидев Минутменов вдали за стеной, он остановил свои две роты и двинулся вперёд только со своими офицерами, чтобы рассмотреть их поближе. Один из Минутменов за стеной заметил: «Если бы мы открыли огонь, я думаю, мы могли бы убить почти всех офицеров, находящихся там, но у нас не было приказа стрелять, и ни один выстрел не был сделан». Во время напряжённой паузы, продолжавшейся около десяти минут, психически больной местный житель по имени Элиас Браун бродил между обеими сторонами, продавая сидр.

Colonel Barrett's troops, upon seeing smoke rising from the village square as the British burned cannon carriages, and seeing only a few light infantry companies directly below them, decided to march back toward the town from their vantage point on Punkatasset Hill to a lower, closer flat hilltop about from the North Bridge. As the militia advanced, the two British companies from the 4th and 10th Regiments that held the position near the road retreated to the bridge and yielded the hill to Barrett's men. Five full companies of Minutemen and five more of militia from Acton, Concord, Bedford and Lincoln occupied this hill as more groups of men streamed in, totaling at least 400 against Captain Laurie's light infantry companies, a force totaling 90–95 men. Barrett ordered the Massachusetts men to form one long line two abreast on the highway leading down to the bridge, and then he called for another consultation. While overlooking North Bridge from the top of the hill, Barrett, Lt. Col. John Robinson of Westford and the other captains discussed a possible advance on the bridge. Barrett asked Captain Isaac Davis, who commanded a company of Minutemen from Acton, if his company would be willing to lead the advance. Davis responded, "I'm not afraid to go, and I haven't a man that's afraid to go." Barrett told the men to load their weapons but not to fire unless fired upon, and then ordered them to advance. Laurie ordered the British companies guarding the bridge to retreat across it. One officer then tried to pull up the loose planks of the bridge to impede the colonial advance, but Major Buttrick began to yell at the regulars to stop harming the bridge. The Minutemen and militia from Concord, Acton, Lincoln and a handful of Westford Minutemen, advanced in column formation, two by two, led by Major Buttrick, Lt. Col. Robinson, then Capt. Davis, on the light infantry, keeping to the road, since it was surrounded by the spring floodwaters of the Concord River. Captain Laurie then made a poor tactical decision. Since his summons for help had not produced any results, he ordered his men to form positions for "street firing" behind the bridge in a column running perpendicular to the river. This formation was appropriate for sending a large volume of fire into a narrow alley between the buildings of a city, but not for an open path behind a bridge. Confusion reigned as regulars retreating over the bridge tried to form up in the street firing position of the other troops. Lieutenant Sutherland, who was in the rear of the formation, saw Laurie's mistake and ordered flankers to be sent out. But as he was from a company different from the men under his command, only three soldiers obeyed him. The remainder tried as best they could in the confusion to follow the orders of the superior officer. A shot rang out. It was likely a warning shot fired by a panicked, exhausted British soldier from the 43rd, according to Captain Laurie's report to his commander after the fight. Two other regulars then fired immediately after that, shots splashing in the river, and then the narrow group up front, possibly thinking the order to fire had been given, fired a ragged volley before Laurie could stop them. Two of the Acton Minutemen, Private Abner Hosmer and Captain Isaac Davis, who were at the head of the line marching to the bridge, were hit and killed instantly. Rev. Dr. Ripley recalled:

The Americans commenced their march in double file In a minute or two, the Americans being in quick motion and within ten or fifteen rods of the bridge, a single gun was fired by a British soldier, which marked the way, passing under Col. Robinson's arm and slightly wounding the side of Luther Blanchard, a fifer, in the Acton Company. Four more men were wounded. Major Buttrick then yelled to the militia, "Fire, for God's sake, fellow soldiers, fire!" At this point the lines were separated by the Concord River and the bridge, and were only apart. The few front rows of colonists, bound by the road and blocked from forming a line of fire, managed to fire over each other's heads and shoulders at the regulars massed across the bridge. Four of the eight British officers and sergeants, who were leading from the front of their troops, were wounded by the volley of musket fire. At least three privates (Thomas Smith, Patrick Gray, and James Hall, all from the 4th) were killed or mortally wounded, and nine were wounded. In 1824, Reverend and Minuteman Joseph Thaxter wrote:

I was an eyewitness to the following facts. The people of Westford and Acton, some few of Concord, were the first who faced the British at Concord bridge. The British had placed about ninety men as a guard at the North Bridge; we had then no certain information that any had been killed at Lexington, we saw the British making destruction in the town of Concord; it was proposed to advance to the bridge; on this Colonel Robinson, of Westford, together with Major Buttrick, took the lead; strict orders were given not to fire, unless the British fired first; when they advanced about halfway on the causeway the British fired one gun, a second, a third, and then the whole body; they killed Colonel Davis, of Acton, and a Mr. Hosmer. Our people then fired over one another's heads, being in a long column, two and two; they killed two and wounded eleven. Lieutenant Hawkstone, said to be the greatest beauty of the British army, had his cheeks so badly wounded that it disfigured him much, of which he bitterly complained. On this, the British fled, and assembled on the hill, the north side of Concord, and dressed their wounded, and then began their retreat. As they descended the hill near the road that comes out from Bedford they were pursued; Colonel Bridge, with a few men from Bedford and Chelmsford, came up, and killed several men. The regulars found themselves trapped in a situation where they were both outnumbered and outmaneuvered. Lacking effective leadership and terrified at the superior numbers of the enemy, with their spirit broken, and likely not having experienced combat before, they abandoned their wounded, and fled to the safety of the approaching grenadier companies coming from the town center, isolating Captain Parsons and the companies searching for arms at Barrett's Farm. Lieutenant Colonel Smith heard the exchange of fire from his position in the town moments after he received the request for reinforcements from Laurie. He quickly assembled two companies of grenadiers to lead toward the North Bridge himself. As these troops marched, they met the shattered remnants of the three light infantry companies running towards them. Smith was concerned about the four companies that had been at Barrett's since their route to town was now unprotected. When he saw the Minutemen in the distance behind their wall, he halted his two companies and moved forward with only his officers to take a closer look. One of the Minutemen behind that wall observed, "If we had fired, I believe we could have killed almost every officer there was in the front, but we had no orders to fire and there wasn't a gun fired." During a tense standoff lasting about 10 minutes, a mentally ill local man named Elias Brown wandered through both sides selling hard cider.

Конкорд в Лексингтон .

Подполковник Смит, обеспокоенный безопасностью своих людей, отправил фланговых солдат, чтобы следовать по гребню и защитить свои силы от примерно 1000 колонистов, развернутых в поле, по мере того как британцы двигались на восток из Конкорда. Этот гребень заканчивался в районе Мериамс-Корнер, на перекрестке примерно в миле (2 км) за пределами деревни Конкорд, где главная дорога вела к мосту через Элм-Брук, приток Милл-Брук. Чтобы пересечь узкий мост, британцам пришлось отвести фланговых солдат обратно в основную колонну и сомкнуть ряды до трех солдат в шеренгу. Колониальные ополченческие роты, прибывавшие с севера и востока, сошлись в этой точке и имели явное численное превосходство над регулярными войсками. Британцы вновь стали свидетелями того, чего генерал Гейдж надеялся избежать, отправляя экспедицию в тайне и в ночной темноте: способности колониальных ополченцев подниматься и сходиться тысячами, когда британские войска покидали Бостон. Когда последний отряд британской колонны перешел узкий мост, британский арьергард открыл огонь по колониальным ополченцам, которые стреляли нерегулярно и неэффективно с расстояния, но теперь подошли на расстояние мушкетного выстрела. Колонисты ответили огнем, на этот раз с летальным исходом. Два регулярных солдата были убиты и, возможно, шесть ранены, колониальные потери отсутствовали. Смит вновь отправил свои фланговые отряды после пересечения небольшого моста. На холме Брукс (также известном как Холм Харди), примерно в миле (2 км) от Мериамс-Корнер, собралось около 500 ополченцев к югу от дороги, ожидая возможности открыть огонь по британской колонне, двигавшейся ниже по дороге. Передовые силы Смита предприняли штурм холма, чтобы вытеснить их, но колонисты не отступили, нанеся значительные потери нападавшим. Смит отозвал своих людей с холма Брукс, и колонна продолжила путь к другому небольшому мосту в Линкольн, к таверне Брукс, где дополнительные ополченческие роты усилили атаку с северной стороны дороги. Регулярные войска вскоре достигли точки на дороге, теперь известной как "Кровавый угол", где дорога поднимается и резко поворачивает налево через слабозалесенную местность. В этом месте рота ополченцев из Воберна заняла позиции на юго-восточной стороне поворота в скалистом, слабозалесенном поле. Дополнительные ополченцы, двигавшиеся параллельно дороге от столкновения в Мериамс-Корнер, заняли позиции на северо-западной стороне дороги, зажав британцев в перекрестном огне, в то время как другие ополченческие роты на дороге сзади сближались для атаки. Вскоре после этого дорога сделала еще один резкий поворот, на этот раз вправо, и снова британская колонна попала под огонь крупного отряда ополченцев, стрелявших с обеих сторон. Проходя через эти два резких поворота, британские войска потеряли тридцать солдат убитыми или ранеными, а также были убиты четыре колониальных ополченца, в том числе капитан Джонатан Уилсон из Бедфорда, капитан Натан Уайман из Бильмерики, лейтенант Джон Бэкон из Натика и Дэниел Томпсон из Воберна. Британские солдаты ускорили шаг, темпа, который колонисты не могли поддерживать в лесу и болотистой местности. Колониальные войска на самой дороге позади британцев были слишком плотно упакованы и дезорганизованы, чтобы предпринять больше, чем беспокоящую атаку с тыла. По мере прибытия ополченцев из других городов численность колониальных сил возросла до 2000 человек. Дорога теперь выпрямилась на восток, по обеим сторонам были расчищенные поля и сады. Подполковник Смит вновь отправил фланговых солдат, которым удалось заманить в ловушку некоторых ополченцев сзади и нанести им потери. Британские потери также росли из-за этих столкновений и непрерывного огня с дальних дистанций со стороны ополченцев, а измотанные британцы заканчивали боеприпасы. Когда британская колонна приблизилась к границе между Линкольном и Лексингтоном, она столкнулась с новой засадой с холма, возвышающегося над дорогой, устроенной ополченцами капитана Джона Паркера, включая некоторых из тех, кто был перевязан после столкновения в Лексингтоне ранее в тот же день. В этот момент подполковник Смит был ранен в бедро и сбит с лошади. Майор Джон Питкэрн принял на себя фактическое командование колонной и отправил легкую пехоту на холм, чтобы очистить его от ополченцев. Легкая пехота очистила два дополнительных холма, по мере того как колонна продолжала двигаться на восток – "Блафф" и "Холм Фиска", – и понесла еще больше потерь от засад, устроенных новыми ротами ополченцев. Во время одного из мушкетных залпов со стороны колониальных солдат лошадь майора Питкэрна испугалась и понеслась, сбросив Питкэрна на землю и повредив ему руку. Теперь оба главных руководителя экспедиции были ранены или сбиты с лошадей, а их люди были уставшими, испытывали жажду и заканчивали боеприпасы. Несколько человек сдались или были взяты в плен; некоторые бросили строй и побежали вперед к Лексингтону. По словам одного британского офицера: "мы начали бежать, а не отступать в порядке. Мы попытались остановить людей и построить их в два ряда, но безуспешно, смятение только усиливалось. Офицеры вышли вперед и представили штыки и сказали солдатам, что если они продвинутся, они умрут". После этого они начали выстраиваться под сильным огнем. Только один британский офицер остался невредимым среди трех рот в голове британской колонны, когда она приближалась к центру Лексингтона. Он понял опасное положение колонны: "У очень немногих солдат остались боеприпасы, и они были настолько измотаны, что не могли выставить фланговые отряды, так что мы скоро должны были сложить оружие или быть уничтоженными повстанцами по их усмотрению – ближе к – и мы не могли их остановить". Затем он услышал ликование впереди. Полная бригада, около 1000 человек с артиллерией под командованием графа Перси, прибыла, чтобы спасти их. Было около 2:30 дня, и британская колонна находилась в пути с 2 часов утра. Вестфордский Минутмен, пастор Джозеф Такстер, написал о своем рассказе:

Lieutenant Colonel Smith, concerned about the safety of his men, sent flankers to follow a ridge and protect his forces from the roughly 1,000 colonials now in the field as the British marched east out of Concord. This ridge ended near Meriam's Corner, a crossroads about a mile (2 km) outside the village of Concord, where the main road came to a bridge across Elm Brook, a tributary of Mill Brook. To cross the narrow bridge, the British had to pull the flankers back into the main column and close ranks to a mere three soldiers abreast. Colonial militia companies arriving from the north and east had converged at this point and held a clear numerical advantage over the regulars. The British were now witnessing once again what General Gage had hoped to avoid by dispatching the expedition in secrecy and in the dark of night: the ability of the colonial militiamen to rise and converge by the thousands when British forces ventured out of Boston. As the last of the British column marched over the narrow bridge, the British rear guard wheeled and fired a volley at the colonial militiamen, who had been firing irregularly and ineffectively from a distance but now had closed to within musket range. The colonists returned fire, this time with deadly effect. Two regulars were killed and perhaps six wounded, with no colonial casualties. Smith sent out his flanking troops again after crossing the small bridge. On Brooks Hill (also known as Hardy's Hill) about 1 mile (2 km) past Meriam's Corner, nearly 500 militiamen had assembled to the south of the road, awaiting an opportunity to fire down upon the British column on the road below. Smith's leading forces charged up the hill to drive them off, but the colonists did not withdraw, inflicting significant casualties on the attackers. Smith withdrew his men from Brooks Hill, and the column continued on to another small bridge into Lincoln, at Brooks Tavern, where more militia companies intensified the attack from the north side of the road. The regulars soon reached a point in the road, now referred to as the "Bloody Angle", where the road rises and curves sharply to the left through a lightly wooded area. At this place, the militia company from Woburn had positioned themselves on the southeast side of the bend in the road in a rocky, lightly wooded field. Additional militia flowing parallel to the road from the engagement at Meriam's Corner positioned themselves on the northwest side of the road, catching the British in a crossfire, while other militia companies on the road closed from behind to attack. Some further along, the road took another sharp curve, this time to the right, and again the British column was caught by another large force of militiamen firing from both sides. In passing through these two sharp curves, the British force lost thirty soldiers killed or wounded, and four colonial militia were also killed, including Captain Jonathan Wilson of Bedford, Captain Nathan Wyman of Billerica, Lt. John Bacon of Natick, and Daniel Thompson of Woburn. The British soldiers escaped by breaking into a trot, a pace that the colonials could not maintain through the woods and swampy terrain. Colonial forces on the road itself behind the British were too densely packed and disorganized to mount more than a harassing attack from the rear. As militia forces from other towns continued to arrive, the colonial forces had risen to about 2,000 men. The road now straightened to the east, with cleared fields and orchards along the sides. Lt. Col. Smith sent out flankers again, who succeeded in trapping some militia from behind and inflicting casualties. British casualties were also mounting from these engagements and from persistent long range fire from the militiamen, and the exhausted British were running out of ammunition. When the British column neared the boundary between Lincoln and Lexington, it encountered another ambush from a hill overlooking the road, set by Captain John Parker's Lexington militiamen, including some of them bandaged up from the encounter in Lexington earlier in the day. At this point, Lt. Col. Smith was wounded in the thigh and knocked from his horse. Major John Pitcairn assumed effective command of the column and sent light infantry companies up the hill to clear the militia forces. The light infantry cleared two additional hills as the column continued east—"The Bluff" and "Fiske Hill"— and took still more casualties from ambushes set by fresh militia companies joining the battle. In one of the musket volleys from the colonial soldiers, Major Pitcairn's horse bolted in fright, throwing Pitcairn to the ground and injuring his arm. Now both principal leaders of the expedition were injured or unhorsed, and their men were tired, thirsty, and exhausting their ammunition. A few surrendered or were captured; some now broke formation and ran forward toward Lexington. In the words of one British officer, "we began to run rather than retreat in order. We attempted to stop the men and form them two deep, but to no purpose, the confusion increased rather than lessened. the officers got to the front and presented their bayonets, and told the men if they advanced they should die. Upon this, they began to form up under heavy fire." Only one British officer remained uninjured among the three companies at the head of the British column as it approached Lexington Center. He understood the column's perilous situation: "There were very few men had any ammunition left, and so fatigued that we could not keep flanking parties out, so that we must soon have laid down our arms, or been picked off by the Rebels at their pleasure—nearer to—and we were not able to keep them off." He then heard cheering further ahead. A full brigade, about 1,000 men with artillery under the command of Earl Percy, had arrived to rescue them. It was about 2:30 p. m., and the British column had now been on the march since 2 o'clock in the morning. Westford Minuteman, Rev. Joseph Thaxter, wrote of his account:

Блокцитата|Мы преследовали их и убили нескольких; когда они добрались до Лексингтона, они были так близко преследуемы и измотаны, что вскоре должны были сдаться, если бы лорд Перси не встретил их с большим подкреплением и двумя полевыми орудиями. Они выстрелили из них, но ядра пролетели над нашими головами. Но ни одна пушка не нанесла больше вреда, такие истории об их эффектах были распространены тори через наши войска, что с этого времени больше отступало, чем преследовало. Мы преследовали до Чарльстаун Коммон, а затем отступили в Кембридж. Когда армия собралась в Кембридже, полковник Прескотт со своим полком минутных людей и Джон Робинсон, его подполковник, быстро заняли свои посты. Этот образ отдельного колониального фермера с мушкетом в руке, сражающегося под своим собственным командованием, также был воспитан в американском мифе: "Преследуя красные мундиры по переулку / Затем пересекая поля, чтобы снова появиться / Под деревьями на повороте дороги, / И только останавливаясь, чтобы выстрелить и перезарядить". Напротив, начиная с Северного моста и на протяжении всего британского отступления, колониальные ополчения неоднократно действовали как скоординированные роты, даже когда они рассредоточивались, чтобы использовать преимущества укрытия. Размышляя об опыте британцев в тот день, граф Перси понял значение американской тактики: "На протяжении всего дела повстанцы атаковали нас очень разрозненно и беспорядочно, но настойчиво и решительно, и они никогда не осмеливались формироваться в какое-либо регулярное тело. Действительно, они слишком хорошо знали, что правильно, чтобы делать это. Тот, кто считает их нерегулярной толпой, сильно заблуждается. У них есть люди, которые очень хорошо знают, что они делают, поскольку они были заняты рейнджерами против индейцев и канадцев, и эта страна сильно покрыта лесами и холмами, что очень выгодно для их метода ведения боя".

Спасение Перси

Генерал Гейдж предвидел, что экспедиции подполковника Смита может потребоваться подкрепление, поэтому Гейдж подготовил приказ о сборе подкреплений в Бостоне к 4 часам утра. Но, одержимый секретностью, Гейдж отправил лишь одну копию приказа адъютанту 1-й бригады, чей слуга затем оставил конверт на столе. К тому же, примерно в 4 часа утра британская колонна находилась в трех милях от Лексингтона, и подполковник Смит получил явное указание на то, что элемент внезапности утрачен и тревога распространяется по окрестностям. Поэтому он послал гонца в Бостон с просьбой о подкреплении. Около 5 утра гонец достиг Бостона, и 1-й бригаде было приказано собраться: линейные пехотные роты 4-го, 23-го и 47-го полков, а также батальон королевских морских пехотинцев под командованием графа Перси. К несчастью для британцев, вновь лишь одна копия приказа была отправлена каждому командиру, а приказ для королевских морских пехотинцев оказался на столе майора Джона Питкэрна, который в тот час уже находился с колонной Смита на Лексингтонском поле. После этих задержек бригада Перси, насчитывавшая около 1000 человек, покинула Бостон около 8:45 утра, направившись к Лексингтону. По дороге, как рассказывают, они маршировали под мелодию "Янки-дудл", чтобы насмехаться над местными жителями. Менее чем через два месяца, в битве при Банкер-Хилле, эта песня стала популярным гимном колониальных сил. Перси выбрал сухопутный путь через Бостонскую шею и Большой мост, который предусмотрительные колонисты разобрали, чтобы задержать британцев. Его люди встретили рассеянного преподавателя Гарвардского колледжа и спросили, какая дорога ведет в Лексингтон. Преподаватель, очевидно, не осознавая происходящего, без раздумий указал им верный путь. (Позже ему пришлось покинуть страну за непреднамеренную поддержку противника.) Войска Перси прибыли в Лексингтон около 14:00. Они услышали отдаленные выстрелы, устанавливая пушки и выстраивая ряды регулярных войск на возвышенности с хорошим обзором города. Люди полковника Смита приближались, словно разбегающаяся толпа, а за ними, в плотном строю, преследовала вся колониальная милиция. Перси приказал артиллерии открыть огонь с предельной дистанции, рассеивая колониальных ополченцев. Люди Смита, измученные, рухнули на землю, достигнув безопасности в рядах Перси. Вопреки совету своего начальника артиллерии, Перси покинул Бостон, не взяв с собой запасные боеприпасы ни для своих людей, ни для двух орудий, полагая, что дополнительные повозки замедлят его. У каждого солдата в бригаде Перси было всего 36 патронов, а каждое орудие снабжено лишь несколькими патронами в боковых ящиках. После отъезда Перси, Гейдж отправил за ним два вагона с боеприпасами, охраняемые одним офицером и тринадцатью солдатами. Этот конвой был перехвачен небольшой группой пожилых, опытных ополченцев, все еще числившихся в "списке тревоги", но неспособных присоединиться к своим ротам из-за преклонного возраста – им было больше 60 лет. Они устроили засаду и потребовали сдачи повозок, но регулярные солдаты проигнорировали их и погнали лошадей вперед. Старики открыли огонь, подстрелили ведущих лошадей, убили двух сержантов и ранили офицера. Выжившие британцы бросились врассыпную, и шестеро из них бросили оружие в пруд, прежде чем сдаться.

General Gage had anticipated that Lt. Col. Smith's expedition might require reinforcement, so Gage drafted orders for reinforcing units to assemble in Boston at 4 a. m. But in his obsession for secrecy, Gage had sent only one copy of the orders to the adjutant of the 1st Brigade, whose servant then left the envelope on a table. Also at about 4 a. m., the British column was within three miles of Lexington, and Lt. Col. Smith now had a clear indication that all element of surprise had been lost and that alarm was spreading throughout the countryside. So he sent a rider back to Boston with a request for reinforcements. At about 5 a. m., the rider reached Boston, and the 1st Brigade was ordered to assemble: the line infantry companies of the 4th, 23rd, and 47th Regiments, and a battalion of Royal Marines, under the command of Earl Percy. Unfortunately for the British, once again only one copy of the orders was sent to each commander, and the order for the Royal Marines was delivered to the desk of Major John Pitcairn, who was already on the Lexington Common with Smith's column at that hour. After these delays, Percy's brigade, about 1,000 strong, left Boston at about 8:45 a. m., headed toward Lexington. Along the way, the story is told, they marched to the tune of "Yankee Doodle" to taunt the inhabitants of the area. By the Battle of Bunker Hill less than two months later, the song would become a popular anthem for the colonial forces. Percy took the land route across Boston Neck and over the Great Bridge, which some quick thinking colonists had stripped of its planking to delay the British. His men then came upon an absent minded tutor at Harvard College and asked him which road would take them to Lexington. The Harvard man, apparently oblivious to the reality of what was happening around him, showed him the proper road without thinking. (He was later compelled to leave the country for inadvertently supporting the enemy.) Percy's troops arrived in Lexington at about 2:00 p. m. They could hear gunfire in the distance as they set up their cannon and deployed lines of regulars on high ground with commanding views of the town. Colonel Smith's men approached like a fleeing mob with the full complement of colonial militia in close formation pursuing them. Percy ordered his artillery to open fire at extreme range, dispersing the colonial militiamen. Smith's men collapsed with exhaustion once they reached the safety of Percy's lines. Against the advice of his Master of Ordnance, Percy had left Boston without spare ammunition for his men or for the two artillery pieces they brought with them, thinking the extra wagons would slow him down. Each man in Percy's brigade had only 36 rounds, and each artillery piece was supplied with only a few rounds carried in side boxes. After Percy had left the city, Gage directed two ammunition wagons guarded by one officer and thirteen men to follow. This convoy was intercepted by a small party of older, veteran militiamen still on the "alarm list", who could not join their militia companies because they were well over 60 years of age. These men rose up in ambush and demanded the surrender of the wagons, but the regulars ignored them and drove their horses on. The old men opened fire, shot the lead horses, killed two sergeants, and wounded the officer. The British survivors ran, and six of them threw their weapons into a pond before they surrendered.

Лексингтон - Менотомия

Перси взял под свой контроль объединенные силы численностью около 1700 человек и позволил им отдохнуть, поесть, выпить и оказать помощь раненым в полевом штабе (таверне Монро), прежде чем продолжить марш. Они выступили из Лексингтона около 15:30 в построении, акцентировавшем оборону по бокам и в тылу колонны. Во время передышки в Лексингтоне прибыл бригадный генерал Уильям Хит и принял командование ополчением. Ранее в тот же день он сначала отправился в Уотертаун, чтобы обсудить тактику с Джозефом Уорреном, покинувшим Бостон этим утром, и другими членами Массачусетского комитета безопасности. Хит и Уоррен, реагируя на артиллерию и фланговые отряды Перси, приказали ополченцам избегать плотных построений, привлекающих пушечный огонь. Вместо этого они окружили марширующий строй Перси подвижным кольцом стрелков на дистанции, чтобы нанести максимальные потери с минимальным риском. Несколько ополченцев на лошадях спешивались, вели огонь из мушкетов по приближающимся регулярным войскам, затем снова садились в седла и галопом двигались вперед, повторяя тактику. Пешие ополченцы часто вели огонь с большого расстояния, надеясь поразить кого-нибудь в основной колонне солдат на дороге и выжить, поскольку как британцы, так и колонисты использовали мушкеты с эффективной дальностью огня около… Пехотные подразделения оказывали давление на бока британской колонны. Когда она выходила из зоны поражения, эти подразделения обходили и двигались вперед, чтобы снова вступить в бой с колонной дальше по дороге. Хит отправил гонцов для перехвата прибывающих отрядов ополчения, направляя их на соответствующие участки дороги для вовлечения в бой с регулярными войсками. Некоторые города отправили обозы с провизией для снабжения и перевооружения ополченцев. Хит и Уоррен лично возглавляли небольшие стычки, но именно наличие эффективного руководства, вероятно, оказало наибольшее влияние на успех этих тактик. Он остался и был убит у порога своего дома. Его друзья, в зависимости от версии, либо спрятались в подвале, либо погибли в доме от пуль и штыков, отстреливаясь от преследовавших их солдат. Дом Джейсона Рассела сохранился до наших дней и хранит пулевые отверстия от того боя. Отряд ополченцев, предпринявший попытку засады из сада Рассела, был обнаружен фланговыми отрядами, и одиннадцать человек были убиты, некоторые, предположительно, после того как сдались. Многим младшим офицерам во фланговых отрядах было трудно остановить своих измотанных и разъяренных солдат от убийства всех, кого они находили в зданиях. Например, двое невинных пьяниц, отказавшихся спрятаться в подвале таверны в Менотоми, были убиты лишь из-за подозрений в причастности к событиям дня. Хотя многие рассказы о разграблениях и поджогах были преувеличены колонистами позднее в пропагандистских целях (и для получения финансовой компенсации от колониального правительства), достоверно известно, что таверны вдоль дороги были разграблены, а алкоголь украден солдатами, которые в некоторых случаях сами напивались. Серебряная посуда для причастия из одной церкви была украдена, но позже возвращена после продажи в Бостоне. В целом, в Менотоми и Кембридже было пролито больше крови, чем где-либо в тот день. Колонисты потеряли 25 убитыми и 9 ранеными, а британцы – 40 убитыми и 80 ранеными, причем наибольшие потери понесли 47-й пехотный полк и морская пехота. На каждый из них приходилось около половины всех потерь за день.

Percy assumed control of the combined forces of about 1,700 men and let them rest, eat, drink, and have their wounds tended at field headquarters (Munroe Tavern) before resuming the march. They set out from Lexington at about 3:30 p. m., in a formation that emphasized defense along the sides and rear of the column. During the respite at Lexington, Brigadier General William Heath arrived and took command of the militia. Earlier in the day, he had traveled first to Watertown to discuss tactics with Joseph Warren, who had left Boston that morning, and other members of the Massachusetts Committee of Safety. Heath and Warren reacted to Percy's artillery and flankers by ordering the militiamen to avoid close formations that would attract cannon fire. Instead, they surrounded Percy's marching square with a moving ring of skirmishers at a distance to inflict maximum casualties at minimum risk. A few mounted militiamen on the road would dismount, fire muskets at the approaching regulars, then remount and gallop ahead to repeat the tactic. The unmounted militia would often fire from long range, in the hope of hitting somebody in the main column of soldiers on the road and surviving, since both British and colonials used muskets with an effective combat range of about Infantry units would apply pressure to the sides of the British column. When it moved out of range, those units would move around and forward to re engage the column further down the road. Heath sent messengers out to intercept arriving militia units, directing them to appropriate places along the road to engage the regulars. Some towns sent supply wagons to assist in feeding and rearming the militia. Heath and Warren led skirmishers in small actions into battle themselves, but it was the presence of effective leadership that probably had the greatest impact on the success of these tactics. He stayed and was killed in his doorway. His friends, depending on which account is to be believed, either hid in the cellar or died in the house from bullets and bayonets after shooting at the soldiers who followed them in. The Jason Russell House still stands and contains bullet holes from this fight. A militia unit that attempted an ambush from Russell's orchard was caught by flankers, and eleven men were killed, some allegedly after they had surrendered. Many of the junior officers in the flank parties had difficulty stopping their exhausted, enraged men from killing everyone they found inside these buildings. For example, two innocent drunks who refused to hide in the basement of a tavern in Menotomy were killed only because they were suspected of being involved with the day's events. Although many of the accounts of ransacking and burnings were exaggerated later by the colonists for propaganda value (and to get financial compensation from the colonial government), it is certainly true that taverns along the road were ransacked and the liquor stolen by the troops, who in some cases became drunk themselves. One church's communion silver was stolen but was later recovered after it was sold in Boston. All told, far more blood was shed in Menotomy and Cambridge than elsewhere that day. The colonists lost 25 men killed and nine wounded there, and the British lost 40 killed and 80 wounded, with the 47th Foot and the Marines suffering the highest casualties. Each was about half the day's fatalities.

Менотомия в Чарльзтауне

Британские войска перешли реку Менотоми (ныне известную как Алева́йф-Брук) в Кембридж, и сражение стало более ожесточённым. Свежие силы ополчения прибыли сомкнутыми рядами, а не разрозненно, и Перси использовал свои два артиллерийских орудия и фланговые отряды на перекрёстке, известном как Уотсонский угол, чтобы нанести им значительные потери. Ранее в тот день Хит приказал разобрать Большой мост. Бригада Перси собиралась подойти к разрушенному мосту и к берегу реки, занятому ополченцами, когда Перси направил свои войска по узкой тропе (сейчас Бич-стрит, недалеко от современной площади Портер-сквер) и на дорогу в Чарльстаун. Ополченцы (теперь их число достигало около 4000) были застигнуты врасплох этим манёвром, и кольцо окружения было разорвано. Американский отряд двинулся к Холму Проспекта (в современном Сомервилле), который господствовал над дорогой, но Перси вывел свои пушки вперёд и последними выстрелами рассеял их.

Последствия

Утром Бостон был окружен огромной армией ополченцев, насчитывающей более 15 000 человек, прибывших со всей Новой Англии. В отличие от «Пороховой тревоги», слухи о пролитой крови оказались правдой, и началась Война за независимость. Теперь, под руководством генерала Артемаса Уорда, прибывшего 20-го числа и сменившего бригадного генерала Уильяма Хита, они сформировали линию осады, протянувшуюся от Челси, вокруг полуостровов Бостона и Чарльзтауна, до Роксбери, эффективно окружив Бостон с трех сторон. В ближайшие дни численность колониальных сил увеличилась с прибытием ополченцев из Нью-Гэмпшира, Род-Айленда и Коннектикута. Второй Континентальный конгресс принял этих людей в ряды формирующейся Континентальной армии. Даже после начала открытых боевых действий Гейдж все еще отказывался вводить военное положение в Бостоне. Он убедил городских старост сдать все личное оружие в обмен на обещание, что любой житель сможет покинуть город. Битва не была значительной с точки зрения тактики или потерь. Однако, с точки зрения поддержки британской политической стратегии, лежавшей в основе «Невыносимых актов», и военной стратегии, стоявшей за «Пороховыми тревогами», битва стала серьезным провалом, поскольку экспедиция способствовала конфликту, который она должна была предотвратить, и из-за того, что было захвачено немного оружия. За битвой последовала борьба за британское общественное мнение. В течение четырех дней после битвы Массачусетский провинциальный конгресс собрал десятки письменных показаний под присягой от ополченцев и британских пленных. Когда через неделю после битвы стало известно, что Гейдж отправляет в Лондон свое официальное описание событий, провинциальный конгресс отправил пакет этих подробных показаний, подписанных более чем 100 участниками событий, на более быстром судне. Документы были переданы сочувствующему чиновнику и опубликованы в лондонских газетах за две недели до получения доклада Гейджа. Официальный доклад Гейджа был слишком расплывчатым, чтобы повлиять на чье-либо мнение. Джордж Гермен, не симпатизировавший колонистам, написал: «Жители Бостона имеют право выставить войска короля агрессорами и заявить о победе». Политики в Лондоне были склонны возлагать вину за конфликт на Гейджа, а не на свою собственную политику и инструкции. Британские войска в Бостоне обвиняли генерала Гейджа и полковника Смита в неудачах при Лексингтоне и Конкорде. На следующий день после битвы Джон Адамс покинул свой дом в Брэйнтри, чтобы объехать поля сражений. Он убедился, что «жребий брошен, Рубикон перейден». Томас Пейн в Филадельфии ранее рассматривал спор между колониями и метрополией как «вид судебного разбирательства», но после известия о битве он «навсегда отверг жестокого, угрюмого фараона Англии». Джордж Вашингтон получил известие в Маунт-Верноне и написал другу: «Когда-то счастливые и мирные равнины Америки либо будут обагрены кровью, либо заселены рабами. Печальный выбор! Но может ли добродетельный человек колебаться в своем решении?»

In the morning, Boston was surrounded by a huge militia army, numbering over 15,000, which had marched from throughout New England. Unlike the Powder Alarm, the rumors of spilled blood were true, and the Revolutionary War had begun. Now under the leadership of General Artemas Ward, who arrived on the 20th and replaced Brigadier General William Heath, they formed a siege line extending from Chelsea, around the peninsulas of Boston and Charlestown, to Roxbury, effectively surrounding Boston on three sides. In the days immediately following, the size of the colonial forces grew, as militias from New Hampshire, Rhode Island, and Connecticut arrived on the scene. The Second Continental Congress adopted these men into the beginnings of the Continental Army. Even now, after open warfare had started, Gage still refused to impose martial law in Boston. He persuaded the town's selectmen to surrender all private weapons in return for promising that any inhabitant could leave town. The battle was not a major one in terms of tactics or casualties. However, in terms of supporting the British political strategy behind the Intolerable Acts and the military strategy behind the Powder Alarms, the battle was a significant failure because the expedition contributed to the fighting it was intended to prevent, and because few weapons were actually seized. The battle was followed by a war for British political opinion. Within four days of the battle, the Massachusetts Provincial Congress had collected scores of sworn testimonies from militiamen and from British prisoners. When word leaked out a week after the battle that Gage was sending his official description of events to London, the Provincial Congress sent a packet of these detailed depositions, signed by over 100 participants in the events, on a faster ship. The documents were presented to a sympathetic official and printed by the London newspapers two weeks before Gage's report arrived. Gage's official report was too vague on particulars to influence anyone's opinion. George Germain, no friend of the colonists, wrote, "the Bostonians are in the right to make the King's troops the aggressors and claim a victory". Politicians in London tended to blame Gage for the conflict instead of their own policies and instructions. The British troops in Boston variously blamed General Gage and Colonel Smith for the failures at Lexington and Concord. The day after the battle, John Adams left his home in Braintree to ride along the battlefields. He became convinced that "the Die was cast, the Rubicon crossed". Thomas Paine in Philadelphia had previously thought of the argument between the colonies and the Home Country as "a kind of law suit", but after news of the battle reached him, he "rejected the hardened, sullen tempered Pharaoh of England forever". George Washington received the news at Mount Vernon and wrote to a friend, "the once happy and peaceful plains of America are either to be drenched in blood or inhabited by slaves. Sad alternative! But can a virtuous man hesitate in his choice?"

Наследие

Для раннего американского правительства было важно, чтобы образ британской вины и американской невиновности сохранился в этой первой битве войны. История подготовки патриотов, разведданные, предупреждающие сигналы и неопределенность относительно первого выстрела редко обсуждались в общественной сфере в течение десятилетий. История о раненом британском солдате на Северном мосту, выведенном из строя ударом топора по голове от ополченца, предполагаемый "скальпинг", была сильно подавлена. Показания, упоминающие некоторые из этих действий, не были опубликованы и возвращены участникам (в частности, это произошло с Полом Ревиром). На картинах Лексингтонское сражение изображалось как несправедливая резня. Ральф Уолдо Эмерсон увековечил события на Северном мосту в своем "Гимне Конкорду" 1837 года. "Гимн Конкорду" стал важным, поскольку он отмечал начало Американской революции, и на протяжении большей части XIX века служил способом для американцев узнать о революции, способствуя формированию национальной идентичности. После 1860 года несколько поколений школьников заучивали поэму Генри Уодсворта Лонгфелло "Поездка Пола Ревира". Исторически она неточна (например, Пол Ревир никогда не доехал до Конкорда), но она передает идею о том, что один человек может изменить ход истории. В XX веке общественное и историческое мнение о событиях этого дня менялось, часто отражая политическую обстановку того времени. Изоляционистские антивоенные настроения перед мировыми войнами породили скептицизм относительно роли Пола Ревира (если таковая вообще была) в мобилизации ополчения. Англофилия в Соединенных Штатах после начала XX века привела к более взвешенным подходам к истории сражения. Во время Первой мировой войны фильм о поездке Пола Ревира был конфискован в соответствии с Законом о шпионаже 1917 года за разжигание розни между Соединенными Штатами и Великобританией. Существует менее распространенная, но спорная точка зрения, согласно которой битва при Пойнт-Плезанте 10 октября 1774 года в современной Западной Вирджинии была первым военным столкновением Войны за независимость, и резолюция Сената США 1908 года признала ее таковой. Однако, мало историков придерживаются этой точки зрения, даже в Западной Вирджинии. Во время холодной войны Ревир использовался не только как символ патриотизма, но и как символ капитализма. В 1961 году левый писатель Говард Фаст опубликовал роман "Апрельское утро", описывающий сражение с точки зрения вымышленного 15-летнего подростка, и его чтение часто задавалось в американских средних школах. В 1987 году была снята телевизионная экранизация с участием Чада Лоу и Томми Ли Джонса. В 1990-х годах проводились параллели между американской тактикой во Вьетнаме и тактикой британской армии в Лексингтоне и Конкорде. Место битвы в Лексингтоне теперь известно как Лексингтонская площадь. Оно включено в Национальный реестр исторических мест и является Национальным историческим памятником. Там установлено несколько мемориалов, посвященных битве. Земли вокруг Северного моста в Конкорде, а также примерно 8 километров дороги и прилегающие земли и здания периода между углом Мериам и западной частью Лексингтона входят в состав Национального исторического парка "Минута-Мэн". Вдоль маршрутов, которые могли использовать колонисты, проложены пешеходные тропы с информационными стендами, а сотрудники парка (обычно одетые в исторические костюмы) часто предоставляют описания местности и объяснения событий того дня. В парке находится бронзовый барельеф майора Баттрика, спроектированный Дэниелом Честером Френчем и выполненный Эдмондом Томасом Квинном в 1915 году, а также статуя "Минутного человека" Френча. Американский фонд сохранения полей сражений и его партнеры сохранили один акр поля битвы на месте "Мести Паркера". Четыре нынешних подразделения Национальной гвардии Массачусетса (181-й пехотный, 182-й пехотный, 101-й инженерный батальон и 125-я квартирная рота) происходят от американских подразделений, участвовавших в битвах при Лексингтоне и Конкорде. В настоящее время в армии США насчитывается всего тридцать подразделений с колониальными корнями. Несколько кораблей ВМС США, включая два авианосца времен Второй мировой войны, были названы в честь битвы при Лексингтоне.

It was important to the early American government that an image of British fault and American innocence be maintained for this first battle of the war. The history of Patriot preparations, intelligence, warning signals, and uncertainty about the first shot was rarely discussed in the public sphere for decades. The story of the wounded British soldier at the North Bridge, hors de combat, struck down on the head by a Minuteman using a hatchet, the purported "scalping", was strongly suppressed. Depositions mentioning some of these activities were not published and were returned to the participants (this notably happened to Paul Revere). Paintings portrayed the Lexington fight as an unjustified slaughter. Ralph Waldo Emerson immortalized the events at the North Bridge in his 1837 "Concord Hymn". The "Concord Hymn" became important because it commemorated the beginning of the American Revolution, and that for much of the 19th century it was a means by which Americans learned about the Revolution, helping to forge the identity of the nation. After 1860, several generations of schoolchildren memorized Henry Wadsworth Longfellow's poem "Paul Revere's Ride". Historically it is inaccurate (for example, Paul Revere never made it to Concord), but it captures the idea that an individual can change the course of history. In the 20th century, popular and historical opinion varied about the events of the historic day, often reflecting the political mood of the time. Isolationist anti war sentiments before the World Wars bred skepticism about the nature of Paul Revere's contribution (if any) to the efforts to rouse the militia. Anglophilia in the United States after the turn of the twentieth century led to more balanced approaches to the history of the battle. During World War I, a film about Paul Revere's ride was seized under the Espionage Act of 1917 for promoting discord between the United States and Britain. A minor controversial interpretation holds that the Battle of Point Pleasant on October 10, 1774, in what is now West Virginia was the initial military engagement of the Revolutionary War, and a 1908 United States Senate resolution designated it as such. However, few historians subscribe to this interpretation, even in West Virginia. During the Cold War, Revere was used not only as a patriotic symbol, but also as a capitalist one. In 1961, left wing novelist Howard Fast published April Morning, an account of the battle from a fictional 15 year old's perspective, and reading of the book has been frequently assigned in American secondary schools. A film version was produced for television in 1987, starring Chad Lowe and Tommy Lee Jones. In the 1990s, parallels were drawn between American tactics in the Vietnam War and those of the British Army at Lexington and Concord. The site of the battle in Lexington is now known as the Lexington Battle Green. It has been listed on the National Register of Historic Places and is a National Historic Landmark. Several memorials commemorating the battle have been established there. The lands surrounding the North Bridge in Concord, as well as approximately 5 mile (8 km) of the road along with surrounding lands and period buildings between Meriam's Corner and western Lexington are part of Minute Man National Historical Park. There are walking trails with interpretive displays along routes that the colonists might have used that skirted the road, and the Park Service often has personnel (usually dressed in period dress) offering descriptions of the area and explanations of the events of the day. A bronze bas relief of Major Buttrick, designed by Daniel Chester French and executed by Edmond Thomas Quinn in 1915, is in the park, along with French's Minute Man statue. The American Battlefield Trust and its partners have saved one acre of the battlefield at the site of Parker's Revenge. Four current units of the Massachusetts National Guard units (181st Infantry, 182nd Infantry, 101st Engineer Battalion, and 125th Quartermaster Company) are derived from American units that participated in the Battles of Lexington and Concord. There are only thirty current units of the U. S. Army with colonial roots. Several ships of the United States Navy, including two World War II aircraft carriers, were named in honor of the Battle of Lexington.

Праздники

День патриотов, отмечаемый как официальный праздник, ежегодно проводится в память о сражениях в штате Массачусетс. Он признан этим штатом, а также штатами Коннектикут и Мэн, и государственными школами Висконсина, в третий понедельник апреля. Устраиваются исторические реконструкции поездки Пола Ревира, а также битвы на Лексингтонской площади, и проводятся церемонии и салюты у Северного моста.

Празднование столетия

19 апреля 1875 года президент Улисс С. Грант и члены его кабинета присоединились к 50 000 человек, чтобы отметить 100-летие битв. В этот день на Северном мосту была представлена скульптура "Минуточный человек" работы Дэниела Честера Френча. Вечером в Конкорде, в Зале сельского хозяйства, состоялся торжественный бал.

Празднование шестисотлетия

В апреле 1925 года Почтовая служба Соединенных Штатов выпустила три почтовые марки, посвященные 150-летию битв при Лексингтоне и Конкорде. Памятные марки, посвященные Лексингтону и Конкорду, стали первыми из многих, выпущенных в ознаменование 150-летия событий, связанных с Войной за независимость Америки. Первые продажи этих марок состоялись в Вашингтоне (округ Колумбия) и в пяти городах и поселках штата Массачусетс, сыгравших ключевую роль в истории Лексингтона и Конкорда: Лексингтоне, Конкорде, Бостоне, Кембридже и Конкорд-Джанкшн (тогдашнее название Западного Конкорда). Это не означает, что другие места не были вовлечены в эти сражения. События также были увековечены на полудолларе, выпущенном в 1925 году в честь 150-летия битв при Лексингтоне и Конкорде.

Празднование двухсотлетия

Город Конкорд пригласил 700 видных граждан США и лидеров из сфер правительства, вооруженных сил, дипломатического корпуса, искусства, науки и гуманитарных наук, чтобы почтить память 200-й годовщины сражений. 19 апреля 1975 года, когда толпа, по оценкам, насчитывавшая 110 000 человек, собралась в Конкорде, чтобы посмотреть парад и отпраздновать двухсотлетие, президент Джеральд Форд произнес важную речь у Северного моста, которая была показана по телевидению всей стране. Свобода взращивалась на американской земле, потому что принципы Декларации независимости процветали в нашей стране. Эти принципы, провозглашенные 200 лет назад, были мечтой, а не реальностью. Сегодня они стали реальностью. Равенство окрепло в Америке. Наши неотъемлемые права стали еще более священными. В нашей стране нет правительства без согласия управляемых. Многие другие страны свободно приняли принципы свободы, изложенные в Декларации независимости, и создали свои собственные независимые республики. Именно эти принципы, свободно принятые и свободно разделяемые, совершили революцию в мире. Выстрел, прогремевший здесь, в Конкорде, два столетия назад, "выстрел, обошедший весь мир", до сих пор отзывается сегодня в эту годовщину. | Президент Джеральд Р. Форд

Президент Форд возложил венок к подножию статуи "Минутмен", а затем с уважением наблюдал, как сэр Питер Рамсботем, британский посол в Соединенных Штатах, возложил венок на могилу британских солдат, погибших в битве.