Введение
Американский журналист и лоббист Крейг Дж. Спенс (25 октября 1940 года – 10 ноября 1989 года) — американский журналист, лоббист и светский человек, который покончил с собой в 1989 году после публикации в газете "Вашингтон Таймс" расследования о его причастности к сети проституции и вымогательству.
Craig J. Spence (October 25, 1940 – November 10, 1989) was an American journalist, lobbyist, and socialite who committed suicide in 1989 in the wake of a Washington Times exposé reporting on his involvement in a prostitution ring and in blackmail.
Предыстория
Спенс учился в Сиракузском университете и начал свою карьеру журналиста, работая на WCBS в Нью-Йорке. Впоследствии он стал корреспондентом телекомпании ABC News. Во время войны во Вьетнаме он освещал события в Юго-Восточной Азии, но в 1969 году правительство запретило ему вести репортажи из Вьетнама, после чего ABC перевела его в Токио. Он начал заниматься PR-консультированием для Японской организации внешней торговли (Japan External Trade Organization), поддерживаемой правительством, и японских корпораций. В конце 70-х годов Спенс прибыл в Вашингтон, округ Колумбия, и вскоре стал завсегдатаем столичной элиты, что отразилось в статье 1982 года в New York Times, где отмечалось, что "личная телефонная книга и списки гостей вечеринок Спенса представляют собой "Кто есть кто" в Конгрессе, правительстве и журналистике". Среди гостей его роскошных вечеринок были известны Уильям Сафайр, Джон Н. Митчелл, Филлис Шлафли, Джеймс Лилли, Альфред М. Грей, Джозеф диДженнова и Рой Кон. Спенс был близок с журналисткой Лиз Тротта, которая посвятила ему много страниц в своих мемуарах. Они познакомились в 1966 году в доме Леонарда Бернштейна, а позже оба работали военными корреспондентами во Вьетнаме. Тротта впоследствии вспоминала разнообразные личности, которых она встречала на его вечеринках в Вашингтоне, округ Колумбия, включая Теда Коппеля, Уильяма Кейси и Эрика Севареида. Тротта также вспоминала ночные экскурсии по Белому дому, которые устраивал Спенс, и среди гостей на них были двое мужчин, занимавшихся проституцией. Расследование, проведенное администрацией Белого дома по поводу этих экскурсий, привело к отстранению трех сотрудников Секретной службы, однако публично заявлялось, что безопасность семьи президента не подвергалась угрозе, и объяснялось, что охранникам разрешено проводить частные экскурсии. Президент Буш был проинформирован о скандале. В последующей статье были опубликованы свидетельства друзей и гостей Спенса, указывающие на то, что его дом был оборудован обширной системой слежения, и что он пытался вовлечь гостей в сексуальные контакты с проститутками, чтобы использовать это в качестве рычага шантажа. После разоблачения Спенс скатился в пропасть, все больше вовлекаясь в общение с представителями мужской проституции и употребляя крэк. Он на короткое время исчез, скрываясь от правительственных агентов, которые хотели вызвать его для дачи показаний по делу о сети проституции Винсона. Спенс вновь оказался в центре внимания после ареста 31 июля 1989 года в отеле Barbizon на Ист-63-й улице в Манхэттене по обвинению в незаконном хранении огнестрельного оружия и кокаина. В августе 1989 года в ходе восьмичасового интервью с Washington Times Спенс отрицал, что ДеГулдр единолично санкционировал экскурсии по Белому дому, и пояснил, что охранник выполнял лишь функции гида. Репортеры Майкл Хеджес и Джерри Сепер написали, что "Мистер Спенс намекнул, что экскурсии были организованы лицами "высокого ранга", включая Дональда Грегга, советника по национальной безопасности вице-президента Джорджа Буша-старшего на момент проведения этих экскурсий.
Смерть
10 ноября 1989 года Спенс был найден мертвым и забаррикадированным в номере 429 Бостонского Риц-Карлтона, самого дорогого отеля в городе. Он был одет в смокинг, а в кармане у него было три доллара. Согласно полицейскому отчету, когда его обнаружили сотрудники отеля, он был одет в стиле, который он обычно демонстрировал на своих роскошных приемах: "черный смокинг с белой рубашкой, галстуком-бабочкой, белыми подтяжками, черными носками и туфлями", с телефонной трубкой, прижатой к уху, и наушниками Walkman, в которых играла кассета с "Маленькой ночной серенадой" Моцарта. Рядом с телом лежала газетная вырезка о предпринимаемых усилиях по защите агентов ЦРУ от дачи показаний перед государственными органами. Позднее его смерть была признана самоубийством, вызванным употреблением алкоголя и антидепрессантов. В ванной комнате, спрятанные в фальшпотолке, были найдены семь маленьких пакетиков Ксанакса – рецептурного препарата от тревожности, – из одного из которых была извлечена таблетка. Черным маркером он написал на зеркале в своей комнате:
"Начальник, считайте это моей немедленной отставкой. Как вы всегда говорили, нельзя требовать жертв от других, если сам не готов пойти на них. Жизнь – это долг. Да благословит Бог Америку." В качестве примечания он добавил: "Администрации отеля Риц приношу свои извинения за доставленные неудобства." За несколько месяцев до смерти, в разговоре в своей манхэттенской квартире, Спенс намекнул на более серьезные обстоятельства. "Все, что вам удалось выяснить, если честно, незначительно по сравнению с тем, что я сделал. Но я не собираюсь вам об этом рассказывать, и мир как-нибудь обойдется." Незадолго до этого, во время телефонного разговора с Троттой, которая убеждала Спенса сдаться властям, желавшим его допросить, он в ответ заявил, что они не смогут "раскрыть главное".
Chief, consider this my resignation, effective immediately. As you always said, you can't ask others to make a sacrifice if you are not ready to do the same. Life is duty. God bless America. As a postscript, he wrote, "To the Ritz, please forgive this inconvenience." Manhattan apartment a few months before his death, Spence alluded to more intricate involvements. "All this stuff you've uncovered, to be honest with you, is insignificant compared to other things I've done. But I'm not going to tell you those things, and somehow the world will carry on." Shortly before that in a phone call with Trotta, during which she had urged Spence to turn himself in to the authorities who wanted him for questioning, he had also retorted that they wouldn't be able to "solve the big thing".