Введение

Забастовка 1929 года была трудовым спором в Австралии, вызванным судьей Лукиным из Арбитражного суда, вынесшим решение о сокращении заработной платы и увеличении часов для 20 000 работников лесозаготовительной промышленности с 44 часов в неделю до 48 часов в неделю. Это была первая забастовка в Австралии после начала Великой депрессии. Первоначальной реакцией рабочих на массовых собраниях 3 января в Мельбурне, Сиднее и Аделаиде было отказ от работы в четыре часа больше, предусмотренных премией Лукина. Это заставило работодателей обратиться в суд с заявлением о том, что забастовка существует. Наказания Закона об изменении арбитража, принятого в 1928 году, были затем применены. Городской характер лесозаготовительных заводов означал, что промышленная деятельность была сосредоточена вокруг рабочих районов пострадавших городов, особенно Глейба в Сиднее. Спор расширился, когда грузоотправители и водители кранов объявили забастовку в знак солидарности. На специальной конференции Австралийского совета профсоюзов (ACTU) 7 февраля 1929 года было принято решение о расширении забастовки до общего движения; о бойкоте Федерального промышленного суда; и о том, что проведение забастовки будет управляться Комитетом по спорам ACTU. 25 февраля судья Лукин приказал провести тайное голосование лесозаготовителей в Виктории и Новом Южном Уэльсе. Это была первая попытка принудить к тайному голосованию в производственном споре. 1 марта Лукин наложил штраф в размере 1000 фунтов стерлингов на профсоюз лесозаготовителей, а затем штраф в размере 50 фунтов стерлингов на Джека Холлоуэя, секретаря Совета Мельбурнского торгового зала. На протестном собрании за пределами Сиднейского торгового зала 25 марта приняли участие 25 000 профсоюзных членов. На этой встрече 3000 забастовщиков публично сожгли свои бюллетени. Затем толпа прошла в Хайд-парк, где был сожжен портрет судьи Лукина. Тайное голосование было в основном бойкотировано рабочими. Когда были подсчитаны голоса, они были от 5000 до 7000 против принятия награды в Новом Южном Уэльсе и Виктории. Участие женщин в профсоюзах и их непосредственное участие в производственных акциях стало предметом растущего интереса для историков труда и ученых по трудовым отношениям. Некоторые исследования также были сосредоточены на непрямом участии женщин в оплачиваемой работе. Однако, как только эта область исследования пробилась в изучение истории труда, некоторые советовали вернуться к "традиционным" вопросам институциональной истории труда. В следующей статье рассматриваются эти вопросы в связи со забастовкой в лесозаготовительной промышленности в 1929 году. В нем предлагается более полное понимание до сих пор неизученных аспектов мобилизации путем анализа тех, кто тесно связан с забастовщиками и их профсоюзами. В частности, в ней подчеркивается роль сообщества и гендерных отношений. Женщины играли особенно активную роль в споре, проводили еженедельные собрания, посещали пикеты и собирали деньги. Несколько женщин были привлечены к ответственности и отправлены в тюрьму за сбор денег для забастовщиков. Для забастовщиков была мобилизована значительная поддержка со стороны сообщества и профсоюзов, что позволило им выжить в забастовке так долго. После пяти месяцев забастовка закончилась 24 июня на основе 48-часовой рабочей недели, но с назначением независимого расследования финансового состояния отрасли. В конце июля семь профсоюзных лидеров, включая Джока Гардена, секретаря Совета профсоюзов и труда; Джона Калберта, секретаря Союза лесозаготовителей; и председателя Комитета по спорам ACTU, были обвинены в "незаконном заговоре с применением насилия и угроз насилия", чтобы помешать лесозаготовителям работать. Впоследствии присяжные оправдали всех обвиняемых.