Введение
Грузинский дворянин и генерал князь Павел Дмитриевич Цицианов, также известный как Павел Димитрис дзе Цицишвили (; 19 сентября 1754 [О. С. 19 сентября 1754]20 февраля 1806 [О. С. 8 февраля 1806]), был грузинским дворянином и видным генералом Императорской русской армии. Служил в русско-персидской войне 1804-1813 годов, с 1802 по 1806 год также служил российским главнокомандующим на Кавказе. Он также сыграл важную роль в геноциде черкесов, будучи одним из первых русских генералов, начавших использовать методы геноцида против гражданских лиц в Русско-черкесской войне. Он назвал коренных черкесов "недоверчивыми свиньями", чтобы "показать, насколько они незначительны по сравнению с Россией".
Prince Pavel Dmitriyevich Tsitsianov (Па́вел Дми́триевич Цициа́нов), also known as Pavle Dimitris dze Tsitsishvili (; 19 September 1754 [O. S. 19 September 1754]—20 February 1806 [O. S. 8 February 1806]), was a Georgian nobleman and a prominent general of the Imperial Russian Army. Serving in the Russo Persian War of 1804–1813, from 1802 to 1806 he also served as the Russian Commander in chief in the Caucasus. He also played a major role in the Circassian genocide, being one of the first Russian generals to start using genocidal methods against civilians in the Russo Circassian War. He referred to the indigenous Circassians as "untrustworthy swine" to "show how insignificant they are compared to Russia."
Семья и начало карьеры
Цитсянов родился в знатной грузинской семье Цитсишвили, в семье Дмитрия Павлеса Цитсишвили и его жены Елизаветы Багратион Давиташвили. Его дед, Паата, переехал в Россию в начале 1700-х годов в составе группы грузинских эмигрантов, сопровождавших ссыльного грузинского монарха Вахтанга VI. У Цицианова был младший брат, Михаил Дмитриевич Цицианов, сенатор Российской империи. Свою карьеру Цитсянов начал в элитном Преображенском полке Императорской гвардии (Россия) в 1772 году. В 1786 году он был назначен полковником гренадерского полка и именно в этом качестве начал свою выдающуюся карьеру во время русско-турецкой войны (1787-92) под Екатериной Великой. В вышеупомянутой войне он сражался в Хотине, на реке Салхея, в Исмаиле и Бендере. В 1796 году императрица Екатерина II поспешила поздно наказать Персию за вторжение в Грузию, отправив Цицианова в составе Персидской экспедиции 1796 года под командованием графа Валериана Зубова. После смешанных результатов миссии, а также смерти императрицы и последующих беспорядков, связанных с правлением императора Павла I, Цицианов временно ушёл из службы, но вернулся к работе после вступления на престол Александра I.
Правление Цицианова в Грузии и войны на Кавказе
В 1802 году Цицианов был назначен генерал-губернатором недавно аннексированной Восточной Грузии (Королевство Картли-Кахетия), где его правление характеризовалось бескомпромиссной политикой в отношении местных жителей, включая изгнание оставшихся членов бывшей правящей династии Грузии в Россию. Он успешно осуществил очень важные проекты, такие как модернизация грузинской военной дороги, и привел русские армии к успехам на ранних этапах предстоящей русско-иранской войны 1804-1813 годов. Имя Цицианова обычно произносилось как "Сисианов" или "Зизианов" на персидском языке; однако его титул "инспектор" произносился как "Испохдор" на азербайджанском турецком языке. Большинство иранцев называли его так. "Испохдор" буквально переводится как "его работа - дерьмо / тот, чья работа - дерьмо". Как утверждает профессор Стефани Кронин, Цицианов возглавил новый раунд жестокой военной агрессии, которая спровоцировала Русско-персидскую войну 1804-1813 годов. У него были сильные негативные чувства к мусульманам в целом и "персам" в частности, и он презирал все, что связано с Ираном. Прекрасный пример тактики и отношения были показаны в завоевании Гянджи в начале 1804 года. По словам Стефани Кронин, завоевание Цитсяновым Гянджи, которое превратило город в руины и привело к убийству его губернатора Джавад-хана, его сына и многих защитников города и гражданского населения, было не менее жестоким и убийственным, чем захват Тифлиса Ага-Мухаммадом-ханом в 1795 году. Хотя многие возмущались его политикой, правление Цицианова принесло грузинам столь необходимую стабильность, особенно в плане удержания от ранее безудержных вторжений и мародерства лезгийских альпинистов. Когда один из его генералов был убит в битве с лезгинцами, его гнев не знал границ и он написал гневное письмо султану Элису: "Бесстыдный султан с душой перса, так что вы все еще осмеливаетесь писать мне! У тебя душа собаки и разум осла, и ты думаешь обмануть меня своими ложными фразами. Знайте, что пока вы не станете верным вассалом моего императора, я буду только жаждать мыть свои сапоги в вашей крови": По приказу императора Александра I, позже он возглавил русские армии в новую русско-персидскую войну. Летом 1804 года он выступил против персидских войск в Персидской Армении, и сражался в Гюмри, Эчмиадзине, на реке Занг, и, наконец, в Ереване. Его действия принесли ему орден Святого Владимира 1-й степени.
Смерть и связанные с ней мифы
В 1806 году он в характерной для него браваде поднялся к стенам Баку, чтобы принять участие в церемонии передачи города под власть России после успешной осады. Когда генерал собирался получить ключи от города, войска, лояльные хану Баку, неожиданно расстреляли его и его коллегу-адъютанта Элисбара Эристова, отрубив голову и обе руки Цицианову. Третий член небольшой миссии сбежал, чтобы рассказать ужасную историю. Его голова была отправлена Фатх Али Шаху Каджару в Тегеран. В связи с этим эпизодом стоит отметить, что в 1806 году Мирза Мохаммад Ахбари, преподаватель Ахбариской школы фикха (исламского права) в Тегеране, якобы пообещал Фатх Али Шаху Каджару обеспечить смерть Цицианова сверхъестественными средствами. Отступив на сорок дней в святилище Шаха Абдол Азима, он начал заниматься некоторыми магическими практиками, такими как обезглавление восковых фигур, представляющих Цицианова. После того, как генерал был фактически убит, его отрубленная голова (или, согласно некоторым сведениям, рука) прибыла в Тегеран незадолго до истечения сорока дней. Поскольку Фатх Али Шах боялся, что сверхъестественные силы Мирзы могут быть обращены против него, он сослал его в арабский Ирак.