Введение

Фильм 2001 года Мишеля Гондри "Человеческая природа" – комедийная драма 2001 года, сценарий к которой написал Чарли Кауфман, а снял Мишель Гондри в своем режиссерском дебюте. В фильме снимались Тим Роббинс, Патрисия Аркетт, Рис Ифанс, Миранда Отто и Рози Перес. В центре сюжета – истории трех людей: писателя, страдающего гипертрихозом, человека, выросшего как обезьяна вдали от цивилизации, и психолога, пытающегося социализировать этого «человека-обезьяну», превратив его в полноценного члена общества и обуздать его звериные инстинкты. Фильм провалился в прокате и получил преимущественно негативные и смешанные отзывы. Он был показан вне конкурсной программы на 54-м Каннском международном кинофестивале.

Производство

Стивен Содерберг впервые заинтересовался сценарием Чарли Кауфмана в конце 1996 года, когда Кауфман все еще пытался запустить в производство фильм «Быть Джоном Малковичем». Содерберг рассматривал кандидатуры Дэвида Хайда Пирса на роль Натана Бронфмана, Криса Каттана на роль Пуффа (вероятно, из-за его персонажа Мистера Пиперса в «Saturday Night Live» в то время) и Марисы Томей на роль Лилы Джут. Он был готов приступить к предпроизводству, когда ему предложили фильм «Out of Sight», и после долгих раздумий покинул проект. На Metacritic у фильма средний рейтинг 56 из 100, основанный на 30 рецензиях, что указывает на «смешанные или средние отзывы». Роджер Эберт оценил фильм в три звезды из четырех, отметив его «беззаботное очарование» и прокомментировав, что режиссер Гондри ставит фильм с «уровнем безудержной причудливости», который кажется «в самый раз». В рецензии 2009 года, написанной в рамках его серии «Год провалов», критик Нейтан Рабин утверждал, что сценарий, а также сотрудничество Кауфмана и Гондри (первое перед фильмом «Вечное сияние чистого разума»), содержали все необходимые элементы для острой социальной сатиры. Рабин писал, что, как и сценарии Кауфмана к фильмам «Вечное сияние», «Быть Джоном Малковичем» и «Адаптация», «Человеческая природа» «использует фантастическую предпосылку, чтобы исследовать новый ад существования и наши отчаянные попытки отрицать, кто мы есть и чего хотим». Однако Рабин отметил, что другие работы Кауфмана «основаны на глубоких человеческих эмоциях и ощущаются великолепно, мучительно живо, [в то время как] «Человеческая природа» кажется странно замкнутой. Ифанс, Роббинс и Аркетт вкладывают в своих персонажей невероятную меланхолию, боль и смятение, но не могут сделать их по-настоящему живыми. Возможно, в этом и заключается трагедия «Человеческой природы»: несмотря на название и обилие блестящих идей и остроумных реплик, она кажется странно абстрактной и теоретической. Пересмотрев «Человеческую природу» спустя восемь лет, глубинная печаль фильма отзывается сильнее, чем его интеллектуальная комедия нравов. Это глубоко несовершенный и странно трогательный фильм о том, что Аркетт называет «неуправляемостью человечества» и возвышенной муке человеческого бытия».