Введение

"Здравый смысл" – это 47-страничный памфлет, написанный Томасом Пейном в 1775–1776 годах, призывающий к независимости от Великобритании жителей Тринадцати колоний. Пиша простым и убедительным языком, Пейн собрал различные моральные и политические аргументы, чтобы побудить простых людей в колониях бороться за равноправное правительство. Памфлет был опубликован анонимно 10 января 1776 года, в начале Американской революции, и сразу же вызвал сенсацию. Он широко продавался и распространялся, его читали в тавернах и на собраниях. По отношению к населению колоний того времени (2,5 миллиона человек) он имел самый большой тираж и распространение среди всех книг, изданных в американской истории. По состоянию на 2006 год он остается самым продаваемым американским изданием всех времен и до сих пор печатается. "Здравый смысл" публично представил убедительный и страстный аргумент в пользу независимости, который до этого не получал серьезного интеллектуального рассмотрения ни в Великобритании, ни в американских колониях. В Англии Джон Картрайт опубликовал "Письма об американской независимости" в газете "Public Advertiser" в начале весны 1774 года, выступая за законодательную независимость колоний, а в Вирджинии Томас Джефферсон написал "Краткий обзор британской Америки" три месяца спустя. Однако ни один из них не пошел так далеко, как Пейн, в предложении полной независимости. Пейн связал независимость с распространенными протестантскими убеждениями диссентеров, чтобы сформировать отчетливую американскую политическую идентичность, и структурировал "Здравый смысл" как проповедь. Историк Гордон Вуд описал "Здравый смысл" как "самый подстрекательский и популярный памфлет всей революционной эпохи". В 1791 году текст был переведен на французский язык Антуаном Жильбером Гриффетом де Лабаумом.

Публикация

Пейн прибыл в американские колонии в ноябре 1774 года, незадолго до битв при Лексингтоне и Конкорде. Хотя колонии и Великобритания начали враждебные действия друг против друга, мысль о независимости изначально не рассматривалась. Описывая свой ранний опыт в колониях в 1778 году, Пейн отметил, что "нашел людей такими, что ими можно было бы вести за ниточку и управлять тростью. Их привязанность к Британии была упорной, и в то время высказываться против нее считалось своего рода предательством. Они не испытывали обиды, и их единственной целью было примирение". Пейн быстро вошел в филадельфийский газетный бизнес и начал писать "Здравый смысл" в конце 1775 года под рабочим названием "Простая истина". Хотя изначально это была серия писем для публикации в различных филадельфийских газетах, работа разрослась и стала слишком объемной для публикации в виде писем, что побудило Пейна выбрать форму памфлета. Бенджамин Раш рекомендовал издателя Роберта Белла, пообещав Пейну, что, хотя другие типографы могут возражать против содержания памфлета, Белл не станет колебаться или задерживать его печать. Памфлет был впервые опубликован 10 января 1776 года. Пейн, воодушевленный успехом, попытался собрать свою долю прибыли и пожертвовать ее на покупку рукавиц для войск генерала Монтгомери, находившихся в лагере в холодной Квебеке. Однако, когда выбранные Пейном посредники проверили счета Белла, они обнаружили, что памфлет фактически не принес никакой прибыли. Возмущенный, Пейн приказал Беллу не приступать ко второму изданию, поскольку он планировал добавить несколько приложений к "Здравому смыслу". Белл проигнорировал это и начал рекламировать "новое издание". В то время как Белл полагал, что реклама убедит Пейна сохранить его услуги, эффект оказался противоположным. Пейн заручился поддержкой братьев Брэдфордов, издателей "Pennsylvania Evening Post", и выпустил свое новое издание, включающее несколько приложений и дополнительных материалов. Белл начал работу над вторым изданием. Это привело к месячным публичным дебатам между Беллом и все еще анонимным Пейном, которые велись на страницах и в рекламе "Pennsylvania Evening Post", где каждая сторона обвиняла другую в обмане и мошенничестве. Пейн и Белл опубликовали еще несколько изданий до окончания их публичной ссоры. Огласка, вызванная первоначальным успехом и усугубленная разногласиями между издателями, привела к невероятным продажам и распространению памфлета. По собственной оценке Пейна, некоторые историки утверждают, что в 1776 году было продано почти 100 000 экземпляров "Здравого смысла", а по словам самого Пейна, 120 000 экземпляров были проданы в первые три месяца. Один из биографов оценивает, что в первый год было продано 500 000 экземпляров (как в Америке, так и в Европе, преимущественно во Франции и Великобритании), а другой пишет, что памфлет Пейна был издан в 25 изданиях только в первый год. Однако некоторые историки оспаривают эти цифры, считая их неправдоподобными из-за уровня грамотности населения того времени, и оценивают верхний предел в 75 000 экземпляров. Помимо печатного памфлета, распространялись многочисленные рукописные резюме и полные копии. Пейн также предоставлял права на издание практически каждому, кто их запрашивал, включая несколько международных изданий. Он пользовался огромной популярностью во Франции, где был опубликован без выпадов против монархии. По крайней мере одна газета напечатала весь памфлет: "Connecticut Courant" в своем выпуске от 19 февраля 1776 года. В 1956 году Ричард Гимбель, рассуждая о тираже и влиянии, оценил, что "эквивалентный объем продаж сегодня, исходя из нынешнего населения Соединенных Штатов, составил бы более шести с половиной миллионов экземпляров в течение короткого промежутка трех месяцев". Пейн так и не вернул прибыль, которую, по его мнению, ему полагалась от первого издания Белла. В конечном итоге он также потерял деньги на печати Брэдфордов, и, поскольку он решил отказаться от своих авторских прав, он никогда не получил прибыли от "Здравого смысла".

Разделы

Первое и последующие издания делили памфлет на четыре раздела.

I. О происхождении и устройстве правительства в целом с краткими замечаниями об английской конституции

В первом разделе Пейн соотнес общепринятые теории Просвещения о естественном состоянии с целью заложить основу для республиканского правления. Пейн начинает раздел с разграничения общества и правительства, утверждая, что правительство – это "необходимое зло". Он иллюстрирует способность общества создавать и поддерживать человеческое счастье на примере нескольких обособленных людей, которым легче жить вместе, чем врозь, тем самым формируя общество. По мере роста общества возникает необходимость в правительстве для предотвращения естественного зла, которое Пейн видел в человеческой природе. Для укрепления гражданского общества посредством законов и с учетом невозможности централизованного собрания всех людей для их принятия, становятся необходимыми представительство и выборы. Поскольку эта модель явно отражала положение колонистов на момент публикации, Пейн перешел к рассмотрению английской конституции. Пейн выявил в английской конституции две тирании: монархическую и аристократическую, воплощенные в короле и пэрах, которые правят по наследству и не приносят пользы народу. Пейн критиковал английскую конституцию, анализируя взаимоотношения между королем, пэрами и палатой общин.

III. Размышления о современном состоянии американских дел

В третьем разделе Пейн рассматривает враждебность между Британией и американскими колониями и утверждает, что лучшим курсом действий является независимость. Пейн предлагает Континентальную хартию (или Хартию Объединенных колоний), которая могла бы стать американской Magna Carta. Пейн пишет, что Континентальная хартия «должна исходить от какого-то промежуточного органа между Конгрессом и народом» и описывает Континентальную конференцию, которая могла бы разработать Континентальную хартию. Каждая колония должна была провести выборы для пяти представителей от штата, к которым присоединялись бы два члена палаты ассамблеи каждой колонии и два члена Конгресса от каждой колонии, в общей сложности девять представителей от каждой колонии на Континентальной конференции. Конференция затем должна была собраться и составить Континентальную хартию, которая обеспечила бы «свободу и собственность всем людям, а также свободное исповедание религии». Пейн предложил создать конгресс следующим образом: каждая колония должна быть разделена на округа, и каждый округ должен был «направить в Конгресс надлежащее количество делегатов». Он заявил: «Я не нахожу здравого смысла в этом памфлете, но много необычного безумия». Он осудил радикальную демократию, продвигаемую «Здравым смыслом», и провозгласил, что «ограниченная монархия – это форма правления, наиболее благоприятная для свободы, которая лучше всего соответствует духу и темпераменту британцев; хотя здесь и там среди нас можно встретить сумасшедшего фанатика демократии или абсолютной монархии». Лоялистский офицер Джеймс Чалмерс опубликовал «Простую истину» под псевдонимом «Кандид». Чалмерс защищал британскую конституцию и утверждал, что без монархии тринадцать колоний скатятся к радикальной демократии. О радикальном демократическом обществе, продвигаемом «Здравым смыслом», Чалмерс процитировал Монтескье, говоря, что «ни одно правительство не подвержено гражданским войнам и внутренним распрям». Памфлет заканчивается утверждением: «Независимость и рабство – это синонимы». Джон Адамс, который должен был сменить Джорджа Вашингтона и стать вторым президентом новой страны, в своих «Мыслях о правительстве» писал, что идеал Пейна, изложенный в «Здравом смысле», был «так демократичен, без каких-либо ограничений или даже попыток какого-либо равновесия или противовеса, что он должен был привести к путанице и всякому злу». Другие, такие как писатель, называющий себя «Катон», осудили Пейна как опасного, а его идеи – как насильственные. Пейн также был активным и готовым участником того, что в конечном итоге стало шестимесячным рекламным туром за независимость. Пиша под псевдонимом «Лесник», он ответил Катону и другим критикам на страницах филадельфийских газет с пылом и вновь заявил в широких выражениях, что их конфликт был не только с Великобританией, но и с тиранией, неизбежно вытекающей из монархического правления. Активная реклама как Беллом, так и Пейном и огромная огласка, вызванная их издательским спором, сделали «Здравый смысл» немедленной сенсацией не только в Филадельфии, но и во всех Тринадцати колониях. Ранние «рецензенты» (в основном выдержки из писем, опубликованные анонимно в колониальных газетах) восхваляли ясный и рациональный аргумент в пользу независимости, выдвинутый Пейном. Один житель Мэриленда написал в «Пенсильванской вечерней газете» 6 февраля 1776 года: «Если вы знаете автора «ЗДРАВОГО СМЫСЛА», скажите ему, что он совершил чудеса и творил чудеса. Его стиль ясен и энергичен; его факты верны; его рассуждения справедливы и убедительны». Автор продолжил утверждать, что памфлет был очень убедителен в том, чтобы склонить людей к независимости. Как отметил один из поздних рецензентов, массовая привлекательность была вызвана драматическими призывами Пейна к народной поддержке революции, «давая свободу каждому человеку вносить материалы в это великое здание, великую хартию американской свободы». Видение Пейна о радикальной демократии, в отличие от сбалансированной и контролируемой нации, позже одобренной консерваторами, такими как Джон Адамс, было очень привлекательным для широкой аудитории, которая читала и перечитывала «Здравый смысл». В месяцы, предшествовавшие Декларации независимости, многие другие рецензенты отметили, что две основные темы (прямой и страстный стиль и призывы к расширению прав и возможностей личности) были решающими в том, чтобы склонить колонистов от примирения к восстанию. Памфлет также имел большой успех благодаря блестящей маркетинговой тактике, разработанной Пейном. Он и Белл синхронизировали выпуск первого издания с прокламацией короля Георга III о колониях, надеясь противопоставить сильное монархическое послание резко антимонархическому «Здравому смыслу». В то время как Пейн сосредоточил свой стиль и обращение на простых людей, аргументы, которые он приводил, касались прозорливых дебатов о морали, правительстве и механизмах демократии. Это дало «Здравому смыслу» «вторую жизнь» в публичном характере дебатов в газетах, которые вели интеллектуалы Филадельфии. Формулировка Пейна «войны за идею» привела, как описывает Эрик Фонер, к «потоку писем, памфлетов и листовок о независимости и смысле республиканского правительства, критикующих или защищающих, или расширяющих и уточняющих идеи Пейна». Поздние ученые оценивали влияние «Здравого смысла» по-разному. Некоторые, такие как А. Оуэн Олдридж, подчеркивают, что «Здравый смысл» вряд ли можно считать воплощением какой-либо конкретной идеологии, и что «даже сам Пейн, возможно, не осознавал конечного источника многих своих концепций». Они утверждают, что большая часть ценности памфлета была обусловлена контекстом, в котором он был опубликован. Эрик Фонер писал, что памфлет затронул радикально настроенное население в пик его радикализма, что вылилось в Пенсильвании в новую конституцию, соответствующую принципам Пейна. Многие отмечали, что навыки Пейна заключались главным образом в убеждении и пропаганде, и что, независимо от содержания его идей, пыл его убеждений и различные инструменты, которые он использовал на своих читателях (например, утверждение о своей христианской вере, когда он на самом деле был деистом), «Здравый смысл» был обречен на успех. Другие подчеркивали уникальность видения Пейна, называя его «прагматичным утопистом», который недооценивал экономические аргументы в пользу моралистических, тем самым подтверждая аргумент о том, что «Здравый смысл» был пропагандой.

Вторичные источники

(См. гл. VI.)