Введение

1513 год, битва между Англией и Шотландией.

Битва при Флоддене, Флодден-Филд, или иногда Бранкстон или Брейстон-Мур. По численности войск это было самое крупное сражение, когда-либо происходившее между двумя королевствами. Осадив и захватив несколько английских приграничных замков, Джеймс расположил свою армию на господствующей высоте при Флоддене, ожидая английских сил, направленных против него, и отказался принять вызов сразиться на открытой местности. Армия Суррея, следовательно, совершила обходной марш, чтобы занять позиции в тылу шотландского лагеря. Шотландцы ответили на это, покинув лагерь и заняв соседний холм Бранкстон, лишив его англичан. Битва началась с артиллерийской перестрелки, за которой последовало наступление шотландской пехоты, вооружённой пиками. Не зная об этом, шотландцы столкнулись на своём пути с болотистой местностью, которая нарушила их строй. Это дало английским войскам возможность вступить в ближний бой, к которому они были лучше подготовлены. Яков IV был убит в бою и стал последним монархом из Великобритании, погибшим на поле брани. Это, а также потеря значительной части знати, привели к политическому кризису в Шотландии. Британские историки иногда используют битву при Флоддене для обозначения конца Средневековья на Британских островах; другим претендентом является битва при Босворте в 1485 году.

Предыстория

Веками прерывистая война между Англией и Шотландией была официально прекращена Договором о вечном мире, подписанным в 1502 году. Однако отношения вскоре ухудшились из-за повторных пограничных набегов, соперничества в морских сражениях, приведшего к гибели шотландского капера Эндрю Бартона и захвату его кораблей в 1511 году, и все более воинственной риторики короля Англии Генриха VIII, заявлявшего о своем верховенстве над Шотландией. Конфликт начался, когда Яков IV, король Шотландии, объявил войну Англии, чтобы почтить Старый союз с Францией, отвлекая английские войска Генриха от кампании против французского короля Людовика XII. В то время Англия участвовала как член "Католической лиги" в войне Лиги Камбрей, защищая Италию и Папу от французов – части Итальянских войн. Папа Лев X, уже подписавший антифранцузский Мехлинский договор, 28 июня 1513 года направил Якову письмо с угрозой церковного отлучения за нарушение мирных договоров с Англией, и впоследствии Яков был отлучен кардиналом Кристофером Бэйнбриджем. Яков также созвал моряков и отправил шотландский флот, включая "Великий Михаил", чтобы присоединиться к кораблям Людовика XII во Франции. Флот из двадцати двух судов под командованием Джеймса Гамильтона, 1-го графа Аррана, отплыл из Ферт-оф-Форт 25 июля в сопровождении Якова до острова Мэй, намереваясь обойти север Шотландии и создать отвлекающий маневр в Ирландии, прежде чем присоединиться к французам в Бресте, откуда можно было бы перерезать английские коммуникации через Ла-Манш. Однако флот сильно задержался и не сыграл никакой роли в войне; к несчастью, Яков отправил большую часть своих опытных артиллеристов с экспедицией, решение, которое имело непредвиденные последствия для его наземной кампании. Генрих находился во Франции с императором Максимилианом во время осады Теруанны. Шотландский король геральдов Лион доставил ему письмо Якова IV от 26 июля. Яков попросил его прекратить нападение на Францию, нарушая их договор. Беседа Генриха с Ислейским геральдом или королем Лионом 11 августа в его шатре во время осады была зафиксирована. Геральд заявил, что Генрих должен отказаться от попыток захватить город и вернуться домой. Разгневанный, Генрих сказал, что Яков не имеет права вызывать его и должен быть союзником Англии, поскольку Яков был женат на его сестре Маргарет. Он заявил: «И теперь, в заключение, передайте привет моему господину и скажите ему, что если он осмелится вторгнуться в мое королевство или хотя бы войти одним шагом на мою землю, я заставлю его пожалеть о своем решении, как никогда не жалел никто, кто начинал подобное дело. И уверяю его, клянусь своей верностью английской короне и словом короля, ни один король или принц не заключит со мной мир, если он будет в нем участвовать. Более того, мне ничего не нужно, кроме как наказать мою сестру, да Бог даст, чтобы она была в Англии, пусть даже это обойдется шотландскому королю ни в грош». Генрих также ответил письмом 12 августа, заявив, что Яков заблуждается и что любые его попытки напасть на Англию встретят сопротивление. Под предлогом мести за убийство Роберта Керра, начальника шотландской Восточной марки, убитого Джоном "Бастардом" Героном в 1508 году, Яков вторгся в Англию с армией около 30 000 человек. Во Францию было отправлено лишь небольшое количество легкой кавалерии шотландской границы. Северная армия была обеспечена артиллерией, и учет ее расходов начался 21 июля. Первые капитаны были набраны в Ламбете. Многие из этих солдат носили зеленые и белые цвета Тюдоров. Суррей двинулся к Донкастеру в июле, а затем в Понтефракт, где собрал больше войск из северной Англии.

"Плохой набег"

5 августа силы, численность которых оценивалась до 7000 шотландских пограничных рейверов под командованием лорда Хоума, вторглись в Нортумберленд и начали грабить фермы и деревни, унося все ценное, а затем поджигая дома. Суррей предвидел это и отправил сэра Уильяма Булмера на север с 200 конных лучников, которых Булмер пополнил местным ополчением, доведя общую численность до почти 1000 человек. 13 августа они устроили засаду шотландцам, возвращавшимся на север, нагруженным добычей, спрятавшись в зарослях вереска, достигавшего высоты плеча на равнине Милфилд. Застигнув шотландцев врасплох внезапным градом стрел, англичане убили до 600 из них, прежде чем те смогли спастись, оставив добычу и знамя клана Хоумов. Хотя этот "Неудачный набег" мало повлиял на ход предстоящей кампании, он мог повлиять на решение Джеймса не вступать с Сурреем в открытое сражение на той же территории. Неизвестно, был ли этот набег предпринят исключительно по инициативе лорда Хоума или с одобрения Джеймса.

Вторжение

18 августа пять пушек, сброшенных из Эдинбургского замка в порт Недербоу у Сент-Мэри-Уайнд для вторжения, были отправлены в Англию, запряжённые заёмными волами. 19 августа два больших кульверина, четыре кульверина пикмоянс и шесть (средних) кульверов мояна последовали за канониром Робертом Бортвиком и главным плотником Джоном Драммондом. Король сам отправился той ночью с двумя поспешно изготовленными знаменами Святой Маргариты и Святого Андрея. Екатерина Арагонская была регентом в Англии. 27 августа она издала предписания о конфискации имущества всех шотландцев в Англии. Узнав о вторжении 3 сентября, она приказала Томасу Ловеллу собрать армию в центральных округах. В соответствии со своим пониманием средневекового рыцарского кодекса, король Джеймс за месяц до этого уведомил англичан о своём намерении вторгнуться. Это дало англичанам время собрать армию. После смотра на Бург-Мюре в Эдинбурге, шотландское войско двинулось в Эллемфорд, к северу от Данса, в Шотландские приграничные земли, и расположилось лагерем, ожидая Ангуса и Хоума. Шотландская армия, насчитывавшая около 42 000 человек, перешла реку Твид в Англию близ Колдстрима; точная дата перехода не зафиксирована, но обычно считается 22 августа. Шотландские войска не получали жалованья и были обязаны служить сорок дней по феодальному обязательству. Перейдя границу, отряд повернул на юг, чтобы атаковать замок Уорк на Твиде, а основная часть армии последовала вдоль реки Твид вниз по течению к северо-востоку, чтобы осадить оставшиеся пограничные замки. 24 августа Джеймс IV созвал совет или парламент в Твизельхо и издал прокламацию в пользу наследников всех, кто погибнет во время этого вторжения. К 29 августа, после шестидневной осады, замок Норхэм епископа Томаса Руталла был взят и частично разрушен после того, как шотландская тяжёлая артиллерия пробила недавно отремонтированные внешние стены. Затем шотландцы двинулись на юг, захватив замки Этал и Форд. Поздний шотландский хронист Роберт Линдсей из Питскотти рассказывает, что Джеймс потратил драгоценное время в Форде, наслаждаясь компанией Элизабет, леди Херон, и её дочери. Эдвард Холл сообщает, что леди Херон была пленницей (в Шотландии) и договорилась с Джеймсом IV и графом Сурреем о своём освобождении и о том, что Фордский замок не будет разрушен в обмен на пленных. Английский геральд Руж Кросс прибыл в Форд, чтобы назначить место для битвы 4 сентября, с дополнительным указанием, что любых шотландских геральдов, отправленных к Суррею, следует встречать там, где они не смогут видеть английские войска. По рассказу Рафаэля Холиншеда, часть шотландской армии вернулась в Шотландию, а остальные остались в Форде, ожидая капитуляции Норхэма и обсуждая дальнейшие действия. Джеймс IV хотел сразиться и рассматривал возможность штурма Берика-на-Твиде, но граф Ангус выступил против этого, заявив, что Шотландия сделала достаточно для Франции. Джеймс отправил Ангуса домой, и, по словам Холиншеда, граф разразился слезами и ушёл, оставив своих двух сыновей, Мастера Ангуса и Гленберви, с большинством рода Дугласов для участия в сражении. Тем временем Суррей не хотел вводить свою армию в бой слишком рано, поскольку, оказавшись в поле, их нужно было оплачивать и обеспечивать продовольствием за огромные деньги. Из своего лагеря в Понтефракте он отдал приказ о сборе сил, набранных в северных графствах, в Ньюкасле-на-Тайне 1 сентября. Суррей имел с собой 500 солдат, и к ним в Ньюкасле должны были присоединиться 1000 опытных солдат и моряков с артиллерией, которые должны были прибыть по морю под командованием сына Суррея, также известного как Томас Говард, лорда-адмирала Англии. К 28 августа Суррей прибыл в Даремский собор, где ему было вручено знамя святого Кутберта, которое англичане несли в победах над шотландцами в 1138 и 1346 годах. 3 сентября Суррей перебросил свой авангард в Алнвик, ожидая завершения смотра и прибытия лорда-адмирала, корабли которого задержались из-за штормов.

Суррейский вызов

В воскресенье, 4 сентября, Джеймс и шотландская армия заняли позицию у Флодден-Эдж, холма к югу от Бранкстона. Это было исключительно выгодное с точки зрения обороны местоположение, поскольку фланги были защищены болотами с одной стороны и крутыми склонами с другой, оставляя лишь прямой подход. Объем укреплений, возведенных Джеймсом на холме, является предметом споров: на протяжении веков несколько историков картографировали предполагаемые валы и бастионы, однако раскопки, проведенные в период с 2009 по 2015 год, не обнаружили следов сооружений XVI века и показали, что Джеймс, возможно, повторно использовал некоторые элементы холмистого укрепления эпохи железного века. Граф Суррей, писавший из Вулер-Хо в среду, 7 сентября, сравнил эту позицию с крепостью в вызове, направленном Джеймсу IV его геральдом, Томасом Хоули, Руж-Круа Пурсьювантом. Суррей жаловался, что Джеймс отправил своего геральда из Ислэя, согласившись, что они сойдутся в битве в пятницу между полуднем и тремя часами дня, и попросил Джеймса встретиться с ним на равнине Милфилд, как и было условлено. Джеймс не намеревался покидать свою тщательно подготовленную позицию, возможно, памятуя о судьбе неудачного набега на той же равнине; он ответил Суррею, что "графу не подобает стремиться командовать королем". Это поставило Суррея в сложное положение: выбор состоял в том, чтобы предпринять фронтальную атаку на Флодден-Эдж, поднимаясь в гору под огнем шотландской артиллерии в их укрепленной позиции и, скорее всего, потерпеть поражение, или отказаться от сражения, навлекая на себя позор и гнев короля Генриха. Ожидать действий со стороны Джеймса было невозможно, поскольку его 26-тысячная армия отчаянно нуждалась в пополнении запасов, а обоз с продовольствием и пивом для войск из Ньюкасла был атакован и разграблен местными англичанами. Во время военного совета в среду вечером был предложен гениальный альтернативный план, рекомендованный "Бастардом" Героном, который хорошо знал местность и недавно прибыл в английский лагерь.

Первоначальные маневры

В четверг, 8 сентября, Суррей перевел свою армию из Вуллер-Хоу и, вместо того чтобы двигаться на северо-запад к Флоддену, повернул на восток, переправившись через реку Тилл. Оттуда англичане вышли на старую римскую дорогу, известную как Дьявольская тропа, и двинулись на север, разбившись лагерем в Бармуре, близ Ловика. Джеймс, возможно, полагал, что Суррей направляется в Бервик-на-Твиде за пополнением запасов, но на самом деле он намеревался обойти шотландцев с фланга и либо атаковать, либо блокировать их с тыла. В 5 утра в пятницу, 9 сентября, после сырой ночи с скудным пайком и необходимости пить воду из ручьев, так как пиво закончилось, люди Суррея двинулись на запад, чтобы завершить свой маневр. Их целью был холм Бранкстон, расположенный менее чем в лиге к северу от лагеря Джеймса у Флоддена. Для переправы через реку Тилл английская армия разделилась на две части: одна, под командованием Суррея, перешла несколько бродов у замка Хитон, а более крупный авангард, насчитывавший около 15 000 человек и включавший артиллерийский обоз, под командованием лорда-адмирала, переправился по мосту Твизелл ниже по течению. Питскотти утверждает, что авангард перешел мост в 11 утра и что Джеймс не позволил шотландской артиллерии открыть огонь по уязвимым англичанам во время этого маневра. Это маловероятно, поскольку мост находится на значительном расстоянии от Флоддена, но разведчики Джеймса, должно быть, доложили о их приближении. Джеймс быстро оценил угрозу и приказал своей армии снять лагерь и выдвинуться к холму Бранкстон – выгодной позиции, которая лишила бы англичан этой точки и одновременно дала бы его пикинерам преимущество атаки с высоты, если представится возможность. Недостатком было то, что шотландцы перемещались на незнакомую местность. Лорд-адмирал, прибыв со своим авангардом в деревню Бранкстон, не знал о новой шотландской позиции, скрытой дымом от горящего мусора; когда он наконец увидел шотландскую армию, выстроенную на холме Бранкстон, он послал гонца к отцу с просьбой поторопиться и отправил свой анюс-дей в знак серьезности положения. Тем временем он расположил свои войска в низине, надеясь, что шотландцы не смогут оценить численность его сил. Джеймс отказался атаковать уязвимый авангард, заявив, по преданию, что он "решил увидеть их всех перед собой на одном поле и узнать, на что они способны".

Противоборствующие силы

Армия Джеймса, несколько сократившаяся с первоначальных 42 000 из-за болезней и дезертирства, все еще насчитывала около 34 000 человек, превосходя численность английских войск на 8 000. Шотландская армия была организована в четыре дивизии или батальона. Левым крылом командовали графы Хоум и Хантли, и оно состояло из пограничников и горцев. Далее в линии находился батальон под командованием графов Эрролла, Кроуфорда и Монтроуза, укомплектованный воинами с северо-востока Шотландии. Третьим командовал сам Джеймс вместе со своим сыном Александром и графами Кассиллис, Ротсом и Кейтнессом. На правом фланге графы Аргилла и Леннокс командовали силами, набранными из Шотландского нагорья и островов. Некоторые источники указывают на существование пятого батальона, действовавшего в качестве резерва, возможно, под командованием графа Ботуэлла. Шотландская пехота была оснащена длинными пиками, предоставленными их французскими союзниками – новым оружием, которое оказалось разрушительным в континентальной Европе, но требовало обучения, дисциплины и подходящей местности для эффективного применения. Шотландская артиллерия, состоявшая в основном из тяжелых осадных орудий, включала пять больших корталей и два больших кульверина (известных как «Семь сестер»), а также четыре сакера и шесть больших серпентин. Эти современные орудия стреляли железными ядрами весом до, но самые тяжелые из них требовали команды из 36 волов для перемещения и могли вести огонь не чаще одного раза в двадцать минут. Командовал артиллерией королевский секретарь Патрик Панитер, опытный дипломат, но не имевший опыта в артиллерийском деле. По прибытии Суррея он развернул свои войска на переднем склоне Пайпер-Хилла, чтобы соответствовать шотландским позициям. На правом фланге, напротив Хьюма и Хантли, находился батальон, состоящий из воинов из Чешира, Ланкашира и Йоркшира, под командованием третьего сына Суррея, лорда Эдмунда Говарда. Одним из центральных батальонов командовал лорд-адмирал, а другим – сам Суррей. Силы кавалерии и лучников сэра Эдварда Стэнли покинули Бармур последними и прибыли на левый фланг лишь к концу дня. Резерв конных пограничников под командованием Томаса, барона Дейкра, был размещен в тылу. Английская пехота была вооружена традиционным оружием, в основном алебардами, которые были их любимым оружием. Также имелся крупный контингент хорошо обученных лучников, вооруженных английским длинным луком. Английская артиллерия состояла из легких полевых орудий довольно старой конструкции, обычно стрелявших ядрами весом около, но они были легко управляемы и могли вести огонь быстро.

Привлечение

Около 4 часов вечера в пятницу, в мокрую и ветреную погоду, Джеймс начал сражение с артиллерийской дуэли, но его крупные орудия не показали той эффективности, на которую он рассчитывал. Современные источники объясняют это сложностью стрельбы вниз по склону для шотландцев, однако еще одним фактором, вероятно, было неудачное расположение их орудий, вместо тщательной установки, обычно необходимой для такого тяжелого вооружения, что также замедляло их медленный темп стрельбы. Это может объяснить английские утверждения о том, что шотландские орудия были уничтожены ответным огнем, в то время как на самом деле они были захвачены невредимыми после битвы. Очевидное затишье шотландской артиллерии позволило легким английским орудиям открыть быстрый огонь по сплоченным рядам пехоты, хотя оценить эффективность этой бомбардировки сложно. Следующий этап начался, когда отряд Хоума и Хантли на шотландском левом фланге двинулся вниз по склону к войскам противника под командованием Эдмунда Говарда. По словам англичан, они продвигались "в хорошем порядке, по манере аламаннов [то есть немцев], не произнося ни слова". Шотландцы выставили в первый ряд наиболее тяжелобронированных воинов, что снизило эффективность английских лучников. Английский отряд был отброшен, и его части начали разбегаться. Суррей спас сына от поражения, приказав вмешаться легкой кавалерии Дакре, которая смогла незамеченной приблизиться по местности, ранее использованной авангардом. В итоге наступил тупик, в котором обе стороны отступили и больше не принимали участия в битве. Согласно более поздним свидетельствам, когда Хантли предложил возобновить сражение, Хоум ответил: "Тот, кто сегодня спасет себя, поступит мудро: мы сражались с теми, кто был против нас, и победили их; пусть наши другие отряды сделают то же самое!". Тем временем Джеймс наблюдал за первоначальным успехом Хоума и Хантли и приказал продвинуться следующему отряду, возглавляемому Эрролом, Кроуфордом и Монтрозом. У подножия Бранкстон-Хилла они столкнулись с неожиданным препятствием – заболоченной местностью, которую современные гидрологи определили как зону просачивания грунтовых вод, усугубленную многодневными сильными дождями. Пытаясь преодолеть переувлажненную почву, шотландцы потеряли сплоченность и импульс, необходимые для успеха пикинерских построений. После нарушения строя длинные пики стали неуклюжей помехой, и шотландцы начали их бросать "так, что казалось, будто падает лес", как описано в более позднем английском стихотворении. Доставая мечи и топоры, они обнаружили, что английские глефы превосходят их в ближнем бою. Неясно, видел ли Джеймс трудности, с которыми столкнулся отряд трех графов, но он последовал за ними вниз по склону, направляясь к построению Суррея. Джеймса критиковали за то, что он вышел на передовую, подвергая себя личной опасности и теряя обзор поля боя. Однако он был известен склонностью к риску в бою, и ему было бы несвойственно оставаться в тылу. Столкнувшись с теми же трудностями, что и в предыдущей атаке, люди Джеймса все же пробились к телохранителям Суррея, но не дальше. Последнее не задействованное шотландское формирование, горцы Аргилла и Леннокса, оставались в резерве, возможно, ожидая приказов. Последним английским отрядом, вступившим в бой, были силы Стэнли, которые, совершив обходной путь из Бармура, наконец прибыли на правый фланг шотландской линии. Они выпустили залпы стрел по отряду Аргилла и Леннокса, воины которого не имели доспехов или другой эффективной защиты от лучников. Понеся большие потери, горцы рассеялись. Ожесточенные бои продолжались, сосредоточившись на противостоянии между Сурреем и Джеймсом. По мере того как другие английские отряды одолевали шотландские силы, с которыми они первоначально вступили в бой, они перешли к подкреплению своего лидера. Указание английским войскам не брать пленных объясняет исключительно высокую смертность среди шотландской знати. Сам Джеймс был убит на заключительном этапе битвы; его тело было найдено в окружении трупов его телохранителей из гвардии лучников, набранных из Леса Эттрика и известных как "Цветы леса". Несмотря на наличие лучших доспехов, на теле короля было обнаружено два стрелочных ранения, одно в челюсть, а также раны от клинкового оружия в шею и запястье. Он был последним монархом, погибшим в бою на Британских островах. Хоум, Хантли и их отряды были единственными, кто избежал поражения; остальные бежали небольшими группами, преследуемые англичанами.

Тактика и последствия

Вскоре после битвы шотландский совет решил обратиться за помощью к Кристиану II Датскому. Шотландскому послу Эндрю Брунхиллу было дано указание объяснить, "как так случилось". В инструкциях Брунхилла Джеймс IV обвиняется в том, что он спустился с холма для атаки англичан на болотистой местности, отказавшись от выгодной позиции, а победа приписывается шотландской неопытности, а не английской храбрости. В письме также упоминается, что шотландцы выставили своих офицеров на передовую в средневековом стиле, где они оказались уязвимы, противопоставляя эту потерю знати английским военачальникам, которые заняли позиции с резервом и в тылу. Английские генералы оставались позади линии фронта в духе Ренессанса. Потеря стольких шотландских офицеров лишила возможности организовать отступление. Однако, согласно современным английским отчетам, Томас Говард пешком повел английский авангард к подножию холма. Говард был побужден спешиться и сделать это из-за упреков в трусости, брошенных глашатаями Джеймса IV, по-видимому, основываясь на его морской службе и смерти два года назад шотландского морского офицера сэра Эндрю Бартона. В более поздних английских хрониках битвы была включена версия заявления Говарда Джеймсу IV о том, что он возглавит авангард и не будет брать пленных. Говард утверждал, что его личное присутствие на передовой является поединком за смерть Бартона.

Вооружение

Флодден по сути был победой английских глефов над пиками шотландцев. Пика был эффективным оружием лишь в маневренном бою, особенно для отражения кавалерийской атаки. Шотландские пики были описаны автором трактата «Истинное столкновение» как «острые и длинные копья длиной в 5 ярдов». Хотя пика стала основным оружием швейцарцев и символизировала современную войну, холмистый рельеф Нортумберленда, характер сражения и скользкий грунт не позволили использовать ее в полной мере. Епископ Руталл доложил Томасу Уолси, что «глефы лишили шотландцев преимущества их длинных копий, на которые они полагались». Пехотинцы при Флоддене, как шотландцы, так и англичане, сражались в основном как их предки, и Флодден был назван последней крупной средневековой битвой на Британских островах. Это был последний раз, когда глеф и пика сошлись в бою как равные. Два года спустя Франциск I разгромил швейцарских пикемеров в битве при Мариньяно, используя комбинацию тяжелой кавалерии и артиллерии, что ознаменовало новую эру в истории войны. В официальном английском дипломатическом отчете Брайана Тюка отмечалось, что у шотландцев были железные копья и первоначально они демонстрировали «очень хороший порядок в немецком стиле», но в заключение говорилось, что «английские глефы решили исход дела, так что в битве луки и артиллерия оказались малоэффективными». Несмотря на комментарий Тюка (он не присутствовал на битве), это сражение стало одним из первых крупных сражений на Британских островах, где артиллерия была использована в значительных масштабах. Джон Лесли, писавший шестьдесят лет спустя, отметил, что шотландские пули пролетали над головами англичан, в то время как английская артиллерия была эффективна: одна армия находилась на возвышенности, а другая – в низине. Шотландское наступление с холма было встречено градом стрел, что позднее было воспето в английских балладах. Холл сообщает, что бронированная передовая линия практически не пострадала; это подтверждается балладами, в которых говорится, что лишь немногие шотландцы были ранены в голову, а, по словам Холла, Яков IV получил серьезное стрелочное ранение. Многие лучники были набраны из Ланкашира и Чешира. Сэр Ричард Эшетон сформировал одно такое подразделение в Миддлтоне, недалеко от Манчестера. Он восстановил свою приходскую церковь Святого Леонарда в Миддлтоне, в которой находится уникальное «Флодденское окно». На нем изображены и названы лучники и их священник на витражах. Это окно называют старейшим известным военным мемориалом в Великобритании. Успех чеширской милиции под командованием Ричарда Чолмели привел к его последующему назначению лейтенантом Лондонского Тауэра.

Почести

В качестве награды за победу Томас Говард впоследствии был восстановлен в титуле герцога Норфолка, который его отец лишился из-за поддержки Ричарда III. Герб герцогов Норфолк до сих пор содержит почетное добавление, присвоенное в память о победе их предка при Флоддене – модифицированный вариант королевского герба Шотландии, с удаленной нижней частью льва и стрелой, пронзающей его пасть. В замке Фрэмлингем герцог хранил две серебряные позолоченные чаши, украшенные гравировкой герба Якова IV, которые он завещал кардиналу Вулси в 1524 году. Потомки герцога в 1681 году подарили Коллегии геральдики меч, кинжал и кольцо с бирюзой. Семейное предание гласит, что эти предметы принадлежали Якову IV или были оружием, которое носил Томас Говард при Флоддене. На клинке меча стоит подпись мастера Доминго из Толедо. Существуют сомнения в том, что оружие относится к нужному периоду. Граф Арундель был изображен Филиппом Фруйтером по композиции Энтони ван Дейка 1639 года, с мечом, нарукавником и шлемом своего предка, участвовавшего в битве при Флоддене. Томас, лорд Дарси, заполучил пороховницу, принадлежавшую Якову IV, и передал ее Генриху VIII. Генриху был подарен крест с рубинами и сапфирами на золотой цепи, который носил Яков, а также шестигранная солонница с изображением святого Андрея на крышке – Джеймсом Стэнли, епископом Эли.

Легенды о потерянном короле

Лорд Дейкр обнаружил тело Якова IV на поле боя. Позже он писал, что шотландцы "любят меня меньше, чем любого англичанина, по причине того, что я нашел тело короля шотландцев". Хроникер Джон Стоу указал место смерти короля: "Холм Пипарда", ныне неизвестный, который, возможно, был небольшим холмом на Бранкстонском хребте с видом на церковь Бранкстона. Дейкр доставил тело в Берик-на-Твиде, где, согласно "Хронике Холла", его осмотрели плененные шотландские придворные Уильям Скотт и Джон Форман, которые подтвердили, что это тело короля. (Форман, королевский сержант-дворник, был взят в плен Ричардом Ашетоном из Миддлтона.) Затем тело было забальзамировано и доставлено в Ньюкасл-на-Тайне. Из Йорка, города, который Яков обещал захватить до Михайлова дня, тело было доставлено в приорат Шин близ Лондона. Была произведена оплата в размере £12 9s 10d за "подготовку, бальзамирование и облачение тела короля шотландцев" и его перевозку в Йорк и Виндзор. Знамя Якова, меч и его куисы – доспехи для бедер – были доставлены в святилище Святого Кутберта в Даремском соборе. Большая часть доспехов шотландских погибших была продана на поле боя, а 350 доспехов были доставлены в замок Ноттингем. Список лошадей, захваченных на поле боя, занимает 24 страницы. Томас Хоули, гонец с Красным Крестом, первым сообщил о победе. Он принес "запятнанный кровью плащ короля шотландцев" Екатерине Арагонской в аббатстве Вобурн. Она отправила известие о победе Генриху VIII в Турне вместе с Хоули, а затем 16 сентября послала Джона Глина с мантией Якова (и железными перчатками) и подробным описанием битвы, написанным лордом Говардом. Брайан Тюк упомянул в своем письме кардиналу Бэйнбриджу, что мантия была изодрана и покрыта кровью. Екатерина предложила Генриху использовать мантию в качестве боевого знамени и написала, что думала отправить ему и тело, поскольку Генрих отправил ей герцога Лонгвиля, своего пленника из Теруанна, но "сердца англичан этого не допустили бы". Помимо этих реликвий, золотой крест, который носил Яков IV на поле боя, украшенный тремя баловыми рубинами и тремя сапфирами и содержащий фрагмент Истинного Креста, был занесен в инвентарь драгоценностей Генриха VIII в часовне Лондонского Тауэра. Вскоре после битвы возникли легенды о том, что Яков IV выжил; шотландский купец в Турне в октябре утверждал, что разговаривал с ним. Линдсей из Питскотти записал два мифа: "явились четыре знатных человека на лошадях, и у каждого на копье был обмоток, чтобы они могли узнать друг друга, и вывели короля с поля боя, и что король бежал с поля боя, но был убит между Дансом и Келсо". Подобно этому, Джон Лесли добавляет, что тело, доставленное в Англию, принадлежало "лорду Бонхарду", а Яков был замечен в Келсо после битвы, а затем тайно отправился в паломничество в дальние страны. Джордж Бьюкенен сообщил о слухах, что Яков IV сбежал с поля боя, оставив своего оруженосца Александра Элфинстоуна, 1-го лорда Элфинстоуна, сражаться, и что англичане могли принять тело Элфинстоуна за тело короля. Возникла легенда о том, что Якова предупредили о вторжении в Англию сверхъестественные силы. Пока он молился в церкви Святого Михаила в Линлитгоу, к его столу подошел человек, странно одетый в синее, который сказал, что его мать велела ему сказать Якову, что он не должен идти на войну или прислушиваться к советам женщин. И прежде чем король смог ответить, человек исчез. Дэвид Линдсей из Маунта и Джон Инглис не смогли найти его следов. Историк Р. Л. Макки задавался вопросом, действительно ли этот инцидент произошел как маскарад, организованный антивоенной партией: Норман Макдугалл сомневается в существовании значительной антивоенной фракции. Три других предзнаменования беды были описаны Паоло Джовио в 1549 году и повторены в 1578 году в отчете Джона Полемона о битве. Когда Яков был на совете в лагере у Флодденского хребта, из его палатки выбежал заяц и избежал оружия его рыцарей; было обнаружено, что мыши перегрызли ремни и пряжку шлема короля; и утром его палатку покрыли кровавые капли росы.

Шотландия после Флоддена

Супруга Джеймса IV, королева Маргарет Тюдор, по преданию, ждала известий о муже в дворце Линлитгоу, где комната на вершине башни известна как "боуэр королевы Маргарет". Десять дней спустя после битвы при Флоддене, 19 сентября, лорды Совета встретились в Стерлинге и учредили Генеральный совет Королевства "для рассмотрения ежедневными заседаниями вопросов, возникающих в королевстве". В состав совета вошли тридцать пять лордов, включая духовенство, лордов парламента и двух младших баронов – лаирдов Басса и Инверруги. Этот комитет должен был править от имени Маргарет Тюдор и ее сына, Джеймса V Шотландского. Полный парламент Шотландии собрался в Стирлингском замке 21 октября, где 17-месячный король был коронован в Королевской капелле. Генеральный совет лордов принял особые меры в отношении наследников погибших при Флоддене, следуя объявлению, сделанному Джеймсом IV в Твизельхо, и обеспечил защиту их вдов и дочерей. Маргарет Тюдор оставалась опекуном, или "тутриксом" короля, но не была назначена регентом Шотландии. Французский солдат Антуан д’Арсе прибыл в замок Дамбартон в ноябре с грузом вооружений, который был доставлен в Стирлинг. Англичане уже знали детали этой запланированной поставки по документу, найденному в мешке на поле Флоддена. После смерти Джеймса IV Антуан д’Арсе способствовал назначению Джона Стюарта, герцога Олбани, внука Джеймса II Шотландского, регентом для правления Шотландией вместо Маргарет и ее сына. Олбани, проживавший во Франции, прибыл в Шотландию 26 мая 1515 года. К этой дате Маргарет родила посмертного сына Джеймса, Александра, и вышла замуж за графа Ангса. Позднее шотландское отношение к бессмысленности битвы выразил Роберт Линдсей из Пискотти, словами, которые он приписывал Патрику, лорду Линдсею, на совете перед сражением. Лорд Линдсей советовал королю отступить, сравнив их положение с честным купцом, играющим в кости с мошенником и ставящим золотой благородный против изогнутой полупенни. Их король был золотой монетой, Англия – мошенником, а Томас Говард – полупенни.

Английские солдаты в Флоддене

После битвы около сорока пяти английских солдат были возведены в рыцарское достоинство графом Сурреем. Эдвард Холл упоминает некоторые из их должностей во время продвижения армии из Ньюкасла.

Поле битвы сегодня

Поле битвы по-прежнему выглядит почти так же, как и во время сражения, но выжженная местность и болота, сильно затруднявшие продвижение шотландцев, теперь осушены. До памятника, воздвигнутого в 1910 году, легко добраться из деревни Бранкстон, следуя по дороге мимо церкви Святого Павла. Там есть небольшая автостоянка и четко обозначенная тропа по полю боя с информационными стендами, которые помогают представить ход сражения. От средневековой церкви, где, по преданию, покоилось тело Якова IV после битвы, осталась лишь арка хора – остальное построено в викторианском стиле в 1849 году, в подражание "нормандскому" стилю. Каждый год соседний шотландский город Колдстрим отмечает битву при Флоддене традиционным конным походом к полю боя, после чего проводится служба памяти погибших во время сражения в рамках городской "Гражданской недели", которая проводится в первую неделю августа.

Празднование

Витраж Флодденского окна в церкви Святого Леонарда в Миддлтоне, ныне в Большом Манчестере, по преданию, содержит старейший военный мемориал в Великобритании, возведенный сэром Ричардом Ашетоном в память о битве при Флоддене и лучниках из Миддлтона, участвовавших в ней. 500-летие битвы в 2013 году было отмечено программой проектов и мероприятий, объединивших сообщества с обеих сторон границы. Ряд из этих проектов был профинансирован грантом Фонда лотереи наследия в размере 887 300 фунтов стерлингов, включая расширение Экомузея Флоддена 1513, археологические, документальные исследовательские и образовательные проекты, выставки и торжественную церемонию памяти.

В кино и телевидении

Британский документальный сериал «Два человека в окопе» также осветил битву в своем первом сезоне, представив точную картину событий и объясняя динамику сражения, демонстрируя сильные и слабые стороны использованного оружия и многое другое. Второй сезон телесериала Starz «Испанская принцесса» также показал эту битву. Изображение в некоторых аспектах было художественно вымышленным, например, в сериале титульная героиня, Екатерина Арагонская, предстает на поле боя во главе английских войск, будучи на последних месяцах беременности. Съёмки проходили в холмах Мендип в Сомерсете.