Бразилия в эпоху колониализма: 1500–1815 гг.

Введение

Португальское владение в Южной Америке 1500–1815 гг.

Колониальная Бразилия (Бразильская колония) охватывает период с 1500 г., с прибытием португальцев, до 1815 г., когда Бразилия была возведена в ранг королевства в унии с Португалией. В течение 300 лет бразильской колониальной истории основными экономическими видами деятельности на территории были, прежде всего, добыча палисандра (бразильского дерева, бразильский цикл), давшего название территории; производство сахара (сахарный цикл); и, наконец, добыча золота и алмазов (золотой цикл). Рабы, особенно привезенные из Африки, обеспечивали основную рабочую силу бразильской экспортной экономики после непродолжительного первоначального периода использования труда коренного населения для вырубки палисандра. В отличие от соседних испанских владений, которые имели несколько вице-королевств с юрисдикцией, изначально распространявшейся на Новую Испанию (Мексику) и Перу, а в XVIII веке расширившихся за счет вице-королевств Рио-де-ла-Плата (Аргентина, Уругвай и Боливия) и Новой Гранады (Колумбия, Венесуэла, Панама, Эквадор и Гайана), колония Бразилия была заселена преимущественно в прибрежной зоне португальцами и многочисленным чернокожим рабочим населением, занятым на сахарных плантациях и в шахтах. Подъемы и спады экономических циклов были связаны с экспортными товарами. Эпоха бразильского сахара, с развитием плантационного рабства и торговцами, выступавшими посредниками между местами производства, бразильскими портами и Европой, была подорвана ростом сахарной промышленности в Карибском бассейне на островах, захваченных европейскими державами у Испании. Золото и алмазы были обнаружены и добывались в южной Бразилии на протяжении всего колониального периода. Бразильские города были в основном портовыми, а колониальная административная столица была перенесена из Сальвадора в Рио-де-Жанейро в связи с изменением значимости экспортных товаров. В отличие от испанской Америки, которая после обретения независимости распалась на множество республик, Бразилия оставалась единым административным образованием под властью монарха в виде Империи Бразилия, что привело к образованию крупнейшей страны в Латинской Америке. Подобно тому, как испанский язык и римский католицизм были ключевым фактором сплоченности обширных и многонациональных территорий Испании, бразильское общество объединяли португальский язык и римский католицизм. Будучи единственным лузофонным государством в Америке, португальский язык имел особое значение для бразильской идентичности.

Colonial Brazil (Brasil Colonial) comprises the period from 1500, with the arrival of the Portuguese, until 1815, when Brazil was elevated to a kingdom in union with Portugal. During the 300 years of Brazilian colonial history, the main economic activities of the territory were based first on brazilwood extraction (brazilwood cycle), which gave the territory its name; sugar production (sugar cycle); and finally on gold and diamond mining (gold cycle). Slaves, especially those brought from Africa, provided most of the workforce of the Brazilian export economy after a brief initial period of Indigenous slavery to cut brazilwood. In contrast to the neighboring Spanish possessions, which had several viceroyalties with jurisdiction initially over New Spain (Mexico) and Peru, and in the eighteenth century expanded with the viceroyalties of the Río de la Plata (Argentina, Uruguay and Bolivia) and New Granada (Colombia, Venezuela, Panama, Ecuador and Guyana), the colony of Brazil was settled mainly in the coastal area by the Portuguese and a large black slave population working on sugar plantations and mines. The boom and bust of the economic cycles were linked to export products. Brazil's sugar age, with the development of plantation slavery, merchants serving as middle men between production sites, Brazilian ports, and Europe was undermined by the growth of the sugar industry in the Caribbean on islands that European powers seized from Spain. Gold and diamonds were discovered and mined in southern Brazil through the end of the colonial era. Brazilian cities were largely port cities and the colonial administrative capital was moved from Salvador to Rio de Janeiro in response to the rise and fall of export products' importance. Unlike Spanish America, which fragmented into many republics upon independence, Brazil remained a single administrative unit under a monarch as the Empire of Brazil, giving rise to the largest country in Latin America. Just as Spanish and Roman Catholicism were a core source of cohesion among Spain's vast and multi ethnic territories, Brazilian society was united by the Portuguese language and Roman Catholicism. As the only Lusophone polity in the Americas, the Portuguese language was particularly important to Brazilian identity.

Первоначальный контакт с европейцами и ранняя история (14941530)

Португалия проложила первые европейские морские пути, ставшие единственными каналами взаимодействия между всеми континентами мира и положившими начало процессу глобализации. Помимо имперских и экономических предприятий по открытию и колонизации земель, удаленных от Европы, эти годы ознаменовались значительным прогрессом в картографии, кораблестроении и навигационных приборах, которыми воспользовались португальские мореплаватели. В 1494 году два королевства Иберийского полуострова разделили Новый Свет между собой согласно Тордесильясскому договору, а в 1500 году мореплаватель Педру Алвариш Кабрал высадился на территории современной Бразилии и объявил о ее принадлежности Португалии от имени короля Мануэла I. Португальцы обнаружили, что бразильское дерево является ценным источником красного красителя и пригодным для эксплуатации ресурсом, и предприняли попытки принудить коренное население Бразилии к его вырубке.

Эпоха исследований

Португальские мореплаватели в начале XV века, как продолжение португальской Реконкисты, начали расширять свои владения с небольшой территории Пиренейского полуострова, начав с захвата мусульманской крепости Сеута в Северной Африке. Затем их морские экспедиции продолжились вдоль побережья Западной Африки и через Индийский океан к Южно-Азиатскому субконтиненту, а также к Атлантическим островам у побережья Африки. Они искали источники золота, слоновой кости и африканских рабов – высокоценные товары в африканской торговле. Португальцы создавали укрепленные торговые фактории (посты), посредством которых постоянные, относительно небольшие торговые поселения закрепляли торговлю в регионе. Первоначальные затраты на создание этих торговых постов несли частные инвесторы, которые взамен получали наследственные титулы и торговые привилегии. С точки зрения португальской короны, ее владения расширялись с относительно небольшими затратами для государства. На Атлантических островах – Азорских, Мадейре и Сан-Томе – португальцы начали плантационное производство сахарного тростника с использованием принудительного труда, что послужило прецедентом для производства сахара в Бразилии в XVI и XVII веках. Португальскому открытию Бразилии предшествовала серия договоров между королями Португалии и Кастилии, последовавшая за португальскими плаваниями вдоль побережья Африки в Индию и путешествиями в Карибское море генуэзского мореплавателя, служившего Кастилии, Христофора Колумба. Наиболее важным из этих договоров был Тордесильясский договор, подписанный в 1494 году, который установил Тордесильясский меридиан, разделивший мир между двумя королевствами. Все земли, открытые или подлежащие открытию к востоку от этого меридиана, должны были принадлежать Португалии, а все к западу от него – Испании. Тордесильясский меридиан разделил Южную Америку на две части, предоставив большую территорию для эксплуатации испанцам. Тордесильясский договор считается первым документом в истории Бразилии, поскольку он определил, что часть Южной Америки будет заселена Португалией, а не Испанией. Договор в Тордесильясе был предметом споров более двух с половиной веков, но он четко закрепил присутствие португальцев в Америке. Он был заменен Мадридским договором в 1750 году, и оба договора отражают современную протяженность береговой линии Бразилии.

Portuguese seafarers in the early fifteenth century, as an extension of the Portuguese Reconquista, began to expand from a small area of the Iberian Peninsula, to seizing the Muslim fortress of Ceuta in North Africa. Its maritime exploration then proceeded down the coast of West Africa and across the Indian Ocean to the south Asian subcontinent, as well as the Atlantic islands off the coast of Africa on the way. They sought sources of gold, ivory, and African slaves, high value goods in the African trade. The Portuguese set up fortified trading feitorias (factories), whereby permanent, fairly small commercial settlements anchored trade in a region. The initial costs of setting up these commercial posts was borne by private investors, who in turn received hereditary titles and commercial advantages. From the Portuguese Crown's point of view, its realm was expanded with relatively little cost to itself. On the Atlantic islands of the Azores, Madeira, and São Tomé, the Portuguese began plantation production of sugarcane using forced labor, a precedent for Brazil's sugar production in the sixteenth and seventeenth centuries. The Portuguese discovery of Brazil was preceded by a series of treaties between the kings of Portugal and Castile, following Portuguese sailings down the coast of Africa to India and the voyages to the Caribbean of the Genoese mariner sailing for Castile, Christopher Columbus. The most decisive of these treaties was the Treaty of Tordesillas, signed in 1494, which created the Tordesillas Meridian, dividing the world between the two kingdoms. All land discovered or to be discovered east of that meridian was to be the property of Portugal, and everything to the west of it went to Spain. The Tordesillas Meridian divided South America into two parts, leaving a large chunk of land to be exploited by the Spaniards. The Treaty of Tordesillas has been called the earliest document in Brazilian history, since it determined that part of South America would be settled by Portugal instead of Spain. The Treaty of Tordesillas was an item of dispute for more than two and a half centuries but clearly established the Portuguese in America. It was replaced by the Treaty of Madrid in 1750, and both reflect the present extent of Brazil's coastline.

Прибытие и ранняя эксплуатация

22 апреля 1500 года, во время правления короля Мануэля I, флот под командованием мореплавателя Педру Алвареша Кабрала высадился в Бразилии и завладел землей от имени короля. Хотя ведутся споры о том, посещали ли Бразилию другие португальские исследователи ранее, эта дата общепринята и политически признана как день открытия Бразилии европейцами. Место, куда прибыл Кабрал, сейчас известно как Порту-Сегуру, на северо-востоке Бразилии. Кабрал возглавлял крупный флот из 13 кораблей и более 1000 человек, следуя по пути Васко да Гамы в Индию, вокруг Африки. Кабрал смог безопасно войти в бразильские воды и покинуть их через десять дней, несмотря на отсутствие возможности коммуникации с местным населением, благодаря опыту, накопленному португальскими исследователями, такими как Гама, за последние десятилетия в общении с другими народами. Колонизация Португалией островов у западного побережья Африки, таких как Сан-Томе и Принсипи, примерно за 80 лет до этого, стала первыми примерами перехода португальской монархии от политики крестовых походов и грабежей к политике, ориентированной на торговлю, при освоении новых земель. На ранних этапах колонизации Бразилии, а также впоследствии, португальцы часто полагались на помощь европейцев, живших среди коренного населения и знавших их языки и культуру. Наиболее известными из них были Жоау Рамалью, живший среди племени гуаянас в районе современного Сан-Паулу, и Диогу Алвареш Коррейя, получивший имя Карамуру, который жил среди тупинамба в районе современного Сальвадора. Со временем португальцы узнали, что другие европейские страны, особенно Франция, также отправляют экспедиции в Бразилию для добычи бразильского дерева. Опасаясь иностранных вторжений и надеясь найти минеральные богатства, португальская корона решила отправить крупные экспедиции для установления контроля над землей и борьбы с французами. В 1530 году экспедиция под руководством Мартима Афонсу де Суза прибыла в Бразилию для патрулирования всего побережья, изгнания французов и основания первых колониальных поселений, таких как Сан-Висенте на побережье.

On 22 April 1500, during the reign of king Manuel I, a fleet led by navigator Pedro Álvares Cabral landed in Brazil and took possession of the land in the name of the king. Although it is debated whether previous Portuguese explorers had already been in Brazil, this date is widely and politically accepted as the day of the discovery of Brazil by Europeans. The place where Álvares Cabral arrived is now known as Porto Seguro, in northeastern Brazil. Cabral was leading a large fleet of 13 ships and more than 1,000 men following Vasco da Gama's way to India, around Africa. Cabral was able to safely enter and leave Brazil in ten days, despite having no means of communication with the indigenous people there, due to the experience Portuguese explorers, such as Gama, had been amassing over the past few decades in interacting with foreign peoples. The Portuguese colonization, around 80 years earlier, of islands off West Africa such as São Tomé and Príncipe, were the first examples of the Portuguese monarchy beginning to move from a crusading and looting centric attitude, to a trade centric attitude when approaching new lands. In this early stage of the colonization of Brazil, and also later, the Portuguese frequently relied on the help of Europeans who lived together with the indigenous people and knew their languages and culture. The most famous of these were João Ramalho, who lived among the Guaianaz tribe near today's São Paulo, and Diogo Álvares Correia, who acquired the name Caramuru, who lived among the Tupinambá natives near today's Salvador. Over time, the Portuguese realized that some European countries, especially France, were also sending excursions to the land to extract brazilwood. Worried about foreign incursions and hoping to find mineral riches, the Portuguese crown decided to send large missions to take possession of the land and fight the French. In 1530, an expedition led by Martim Afonso de Sousa arrived in Brazil to patrol the entire coast, expel the French, and create the first colonial villages like São Vicente on the coast.

Структура колонизации

Поскольку в Бразилии не было развитых цивилизаций, подобных ацтекам и инкам в Мексике и Перу, португальцы не смогли встроиться в существующую социальную структуру. Это, вкупе с тем, что ощутимые материальные богатства были обнаружены лишь в XVIII веке, сделало отношения между португальцами и бразильской колонией существенно отличными от отношений испанцев со своими владениями в Америке. Например, бразильская колония изначально рассматривалась как коммерческий актив, призванный облегчить торговлю между Португалией и Индией, а не как территория для заселения и создания общества. Социальная модель завоевания в Бразилии была ориентирована на торговлю и предпринимательские идеи, а не на завоевание, как это было в испанских владениях. Со временем португальская корона пришла к выводу, что использование колонии в качестве торгового поста не позволяет эффективно регулировать земельные притязания в Америке, и решила, что лучший способ удержать контроль над землей – это её заселение. В 1549 году Томе де Соуза отплыл в Бразилию для создания центрального правительства. Он взял с собой иезуитских священников, которые основали миссии, спасли многих коренных жителей от рабства, изучали местные языки и обратили многих в католицизм. Благодаря усилиям иезуитов по умиротворению враждебного племени, португальцам удалось вытеснить французов из колонии, основанной ими на территории современного Рио-де-Жанейро.

Капитанские должности

Первая попытка колонизации Бразилии последовала за системой наследственных капитанств (Capitanias Hereditárias), которая ранее была успешно использована при колонизации Мадейры. Эти капитанства предоставлялись по королевскому указу частным владельцам, а именно купцам, солдатам, морякам и мелкой знати, что избавляло португальскую корону от высоких затрат на колонизацию. Больше, чем какой-либо другой религиозный орден, иезуиты представляли духовную сторону предприятия и были призваны играть центральную роль в колониальной истории Бразилии. Распространение католической веры было важным обоснованием португальских завоеваний, и иезуиты пользовались официальной поддержкой короля, который поручил Тому де Суза оказать им всю необходимую поддержку для христианизации коренного населения. Первые иезуиты, руководимые отцом Мануэлем да Нобрегой и включавшие таких видных деятелей, как Хуан де Азпилкуэта Наварро, Леонардо Нуньес и позднее Жозеф Аншиета, основали первые иезуитские миссии в Сальвадоре и в Сан-Паулу-дус-Кампус-де-Пиратининга, поселение, давшее начало городу Сан-Паулу. Нобрега и Аншиета сыграли ключевую роль в разгроме французских колонистов Франции Антарктики, сумев усмирить туземцев Тамоио, которые ранее воевали с португальцами. В 1565 году иезуиты приняли участие в основании города Рио-де-Жанейро. Успех иезуитов в обращении коренного населения в католицизм был связан с их способностью понимать местную культуру, особенно язык. Первая грамматика языка тупи была составлена Жозефом Аншиетой и напечатана в Коимбре в 1595 году. Иезуиты часто собирали аборигенов в общины переселения, называемые альдейями, с целью, схожей с редукциями, осуществляемыми Франсиско де Толедо в южном Перу в 1560-х годах, где коренные жители работали на общину и проходили евангелизацию. Основанные после кампании, предпринятой Мем де Са с 1557 года, чтобы добиться подчинения сальвадорских туземцев, альдейи ознаменовали переход политики иезуитов от обращения только путем убеждения к принятию силы как средства организации туземцев для последующей евангелизации. Тем не менее, эти альдейи были непривлекательны для туземцев из-за распространения эпидемических заболеваний в общинах, принудительного переселения жителей альдей для работы в других местах и набегов колонистов на альдейи с целью похищения рабочей силы, что приводило к бегству туземцев из поселений. Модель альдейи вновь была использована, хотя и безуспешно, губернатором капитанства Сан-Паулу в 1765 году, чтобы побудить метисов, туземцев и мулатов отказаться от подсечно-огневого земледелия и перейти к оседлому образу жизни. У иезуитов часто возникали споры с другими колонистами, стремившимися поработить туземцев, а также с иерархией католической церкви. После создания римско-католической архиепископии Сан-Сальвадор-да-Баия папой, епископ Перу Фернандеш Сардинья прибыл в Баию в 1552 году и вступил в конфликт с иезуитской миссией под руководством Мануэля да Нобреги. Сардинья возражал против участия иезуитов в местных танцах и игре на местных инструментах, поскольку считал, что эти занятия мало способствуют обращению. Использование иезуитами переводчиков при исповеди также подверглось критике со стороны Сардиньи, который выступал против заимствования элементов коренной культуры для евангелизации. Сардинья также оспорил запрет иезуитов на ведение войны против и порабощение коренного населения, в конечном итоге вынудив Нобрегу покинуть Баию и отправиться в иезуитскую миссию в Сан-Висенте в конце 1552 года, вернувшись лишь после окончания срока пребывания Сардиньи в должности. Действия иезуитов спасли многих туземцев от рабства, но также нарушили их традиционный образ жизни и непреднамеренно способствовали распространению инфекционных заболеваний, против которых у аборигенов не было естественной защиты. Рабский труд и торговля были жизненно важны для экономики Бразилии и других американских колоний, и иезуиты обычно не возражали против порабощения африканцев.

The first attempt to colonize Brazil followed the system of hereditary captaincies (Capitanias Hereditárias), which had previously been used successfully in the colonization of Madeira. These captaincies were granted by royal decree to private owners, namely to merchants, soldiers, sailors, and petty nobility, saving the Portuguese crown from the high costs of colonization. More than any other religious order, the Jesuits represented the spiritual side of the enterprise and were destined to play a central role in the colonial history of Brazil. The spreading of the Catholic faith was an important justification for the Portuguese conquests, and the Jesuits were officially supported by the king, who instructed Tomé de Sousa to give them all the support needed to Christianise the indigenous people. The first Jesuits, guided by Father Manuel da Nóbrega and including prominent figures like Juan de Azpilcueta Navarro, Leonardo Nunes and later Joseph of Anchieta, established the first Jesuit missions in Salvador and in São Paulo dos Campos de Piratininga, the settlement that gave rise to the city of São Paulo. Nóbrega and Anchieta were instrumental in the defeat of the French colonists of France Antarctique by managing to pacify the Tamoio natives, who had previously fought the Portuguese. The Jesuits took part in the foundation of the city of Rio de Janeiro in 1565. The success of the Jesuits in converting the indigenous people to Catholicism is linked to their capacity to understand the native culture, especially the language. The first grammar of the Tupi language was compiled by Joseph of Anchieta and printed in Coimbra in 1595. The Jesuits often gathered the aborigines into communities of resettlement called aldeias, similar in intent to the reductions implemented by Francisco de Toledo in southern Peru during the 1560s. where the natives worked for the community and were evangelized. Founded in the aftermath of the campaign undertaken by Mem de Sá from 1557 to force the submission of Salvadoran natives, the aldeias marked the transition of Jesuit policy from conversion by persuasion alone to the acceptance of force as a means of organizing natives with a means to then evangelizing them. Nevertheless, these aldeias were unattractive to the natives due to the introduction of epidemic diseases to the communities, the forced settlement of aldeia natives elsewhere to labor, and raiding of the aldeias by colonists eager to steal laborers for themselves thus causing natives to flee the settlements. The aldeia model would again be used, though also unsuccessfully, by the Governor of the captaincy of São Paulo, , in 1765, in order to encourage mestizos, natives, and mulattoes to abandon slash and burn agriculture and adopt a sedentary farming lifestyle. The Jesuits had frequent disputes with other colonists who wanted to enslave the natives, but also with the hierarchy of the Catholic Church itself. Following the creation of the Roman Catholic Archdiocese of São Salvador da Bahia by the Pope, Bishop Pero Fernandes Sardinha arrived in Bahia in 1552 and took issue with the Jesuit mission led by Manoel da Nóbrega. Sardinha opposed the Jesuits taking part in indigenous dances and playing indigenous instruments since he viewed these activities had little effect on conversion. The use of interpreters at confession by the Jesuits was also railed against by Sardinha who opposed the appropriation of indigenous culture for evangelization. Sardinha also challenged the Jesuit prohibition on waging war against and enslaving the indigenous population, eventually forcing Nóbrega to leave Bahia for the Jesuit mission at São Vicente in late 1552 to return only at the conclusion of the Sardinha's tenure. The action of the Jesuits saved many natives from slavery, but also disturbed their ancestral way of life and inadvertently helped spread infectious diseases against which the aborigines had no natural defenses. Slave labour and trade were essential for the economy of Brazil and other American colonies, and the Jesuits usually did not object to the enslavement of African people.

Французские вторжения

Потенциальные богатства тропической Бразилии побудили французов, не признававших Тордесильясский договор, разделивший мир между Испанией и Португалией, к попыткам колонизировать части Бразилии. В 1555 году Никола Дюран де Вильгенон основал поселение в заливе Гуанабара, на острове напротив современного Рио-де-Жанейро. Колония, названная Францией Антарктикой, привела к конфликту с генерал-губернатором Мем де Са, который в 1560 году развязал войну против колонии. Эстасиу де Са, племянник губернатора, основал Рио-де-Жанейро в 1565 году и в 1567 году сумел изгнать последних французских колонистов. Иезуиты Мануэл да Нобрега и Жозеф Аншиета сыграли важную роль в португальской победе, умиротворив коренное население, поддерживавшее французов. В 1612 году была основана еще одна французская колония, Франция Эквиноксиальная, в современном Сан-Луисе, на севере Бразилии. В 1614 году португальцы вновь изгнали французов из Сан-Луиса.

Сахарный век (1530-1700)

Поскольку первоначальные попытки найти золото и серебро не увенчались успехом, португальские колонисты перешли к экономике, основанной на производстве сельскохозяйственных товаров для экспорта в Европу. Производились табак, хлопок и другие культуры, но сахар стал важнейшим колониальным продуктом Бразилии до начала XVIII века. Первые плантации сахарного тростника были основаны в середине XVI века и стали ключом к успеху капитанств Сан-Висенте и Пернамбуку, что привело к быстрому распространению сахарных плантаций по другим прибрежным районам колониальной Бразилии. Изначально португальцы пытались использовать труд индейцев для выращивания сахара, но затем перешли к использованию африканских рабов. Численность коренного населения сократилась из-за эпидемий, охвативших прибрежные племена, и указа 1570 года короля Себастьяна I, провозгласившего свободу бразильских индейцев, однако порабощение коренных народов возобновилось после 1570 года. Возникла новая работорговля, при которой индейцев приводили из серта́у – внутренних диких земель – мамелу́ку, смешанного происхождения, используя лазейку в законе 1570 года, согласно которой они захватывались в справедливых войнах против коренных групп, которые «обычно» нападали на португальцев. К 1580 году из внутренних районов Бразилии могли быть вывезены до 40 000 индейцев для работы в качестве рабов, и это порабощение продолжалось на протяжении всего колониального периода. Период экономики, основанной на сахаре (1530 – ок. 1700 гг.), известен как сахарный цикл в Бразилии. Развитие сахарного комплекса происходило постепенно, с использованием различных моделей. В состав хозяйства входили ка́за гра́нди (большой дом), где жил хозяин с семьей, и сенза́ла, где содержались рабы. Значительное раннее исследование этого комплекса принадлежит бразильскому социологу Жилберту Фрейре. Эта структура была изображена на гравюрах и картинах Франса Поста как характерная черта, казалось бы, гармоничного общества. Первоначально португальцы использовали труд индейцев для сбора и переработки сахарного тростника, но вскоре начали ввозить африканских рабов из Западной Африки, хотя порабощение коренных народов продолжалось. Португальцы создали ряд торговых факторий в Западной Африке, где африканские работорговцы продавали западноафриканских рабов. Затем этих рабов перевозили в Бразилию на невольничьих судах, скованных цепями и в стесненных условиях. Западноафриканские рабы были более востребованы и практичны, поскольку многие из них происходили из оседлых земледельческих обществ и не требовали такого же обучения сельскому хозяйству, как представители индейских обществ, которые обычно не занимались преимущественно сельским хозяйством. Африканцы также были менее восприимчивы к болезням, чем индейцы. Спрос на рабский труд варьировался в зависимости от региона и выращиваемой культуры. В регионе Баия, где сахар был основной культурой, условия для рабов были крайне тяжелыми. Рабовладельцам часто было дешевле буквально довести рабов до смерти за несколько лет и заменить их вновь прибывшими рабами. В районах, где выращивали манио́к – продовольственную культуру, также использовалось большое количество рабов. В этих регионах от 40 до 60 процентов населения составляли рабы. Эти регионы характеризовались меньшими требованиями к труду и лучшими условиями жизни и труда для рабов по сравнению с условиями труда на сахарных плантациях. Торговцы в начале прибывали из разных стран, включая Германию, Фландрию и Италию, но португальские купцы постепенно стали доминировать в торговле в Бразилии. Во время унии испанской и португальской корон (1580–1640 гг.) они также активно торговали в Испанской Америке, особенно африканскими рабами. Несмотря на репутацию бразильского сахара как высококачественного, в XVII и XVIII веках отрасль столкнулась с кризисом, когда голландцы и французы начали производить сахар на Антильских островах, расположенных гораздо ближе к Европе, что привело к падению цен на сахар.

Since the initial attempts to find gold and silver failed, the Portuguese colonists adopted an economy based on the production of agricultural goods that were to be exported to Europe. Tobacco and cotton and some other agricultural goods were produced, but sugar became by far the most important Brazilian colonial product until the early 18th century. The first sugarcane farms were established in the mid 16th century and were the key for the success of the captaincies of São Vicente and Pernambuco, leading sugarcane plantations to quickly spread to other coastal areas in colonial Brazil. Initially, the Portuguese attempted to utilize Indian slaves for sugar cultivation, but shifted to the use of black African slave labor. While the availability of Amerindians did decrease due to epidemics afflicting the coastal native population and the declaration of king Sebastian I's 1570 law which proclaimed the liberty of Brazilian natives, the enslavement of indigenous people increased after 1570. A new slave trade emerged where indigenous people were brought from the sertões or "inland wilderness frontiers" by mixed race mameluco under the loophole in the 1570 law that they were captured in just wars against native groups who "customarily" attacked the Portuguese. By 1580, as many as 40,000 natives could have been taken from the interior to toil as slaves on Brazil's interior, and this enslavement of indigenous people continued right throughout the colonial period. The period of sugar based economy (1530 – c. 1700) is known as the sugar cycle in Brazil. The development of the sugar complex occurred over time, with a variety of models. The dependencies of the farm included a casa grande (big house) where the owner of the farm lived with his family, and the senzala, where the slaves were kept. A notable early study of this complex is by Brazilian sociologist Gilberto Freyre. This arrangement was depicted in engravings and paintings by Frans Post as a feature of an apparently harmonious society. Initially, the Portuguese relied on enslaved Amerindians to work on sugarcane harvesting and processing, but they soon began importing enslaved Africans from West Africa, though the enslavement of indigenous people continued. The Portuguese had established several commercial facilities in West Africa, where West African slaves were bought from African slave traders. The enslaved West Africans were then sent via slave ships to Brazil, chained and in crowded conditions. Enslaved West Africans were more desirable and practical because many came from sedentary, agriculture based societies and did not require as much training in how to farm as did members of Amerindian societies, which tended to not be primarily agricultural. Africans were also less vulnerable to disease than Amerindians were. Slave labor demands varied based on region and on the type of harvest crop. In the Bahia region, where sugar was the main crop, conditions for enslaved peoples were extremely harsh. It was often cheaper for slaveowners to literally work enslaved peoples to death over the course of a few years and replace them with newly imported enslaved people. Areas where manioc, a subsistence crop, was cultivated also utilized high numbers of enslaved peoples. In these areas, 40 to 60 percent of the population was enslaved. These regions were characterized by fewer work demands and better living and working conditions for enslaved peoples as compared to labor conditions for enslaved populations in sugar regions. Merchants in the early came from many nations, including Germans, Flemings, and Italians, but Portuguese merchants came to dominate the trade in Brazil. During the union of the Spanish and Portuguese crowns (1580–1640), to be active in Spanish America as well, especially trading African slaves. Even though Brazilian sugar was reputed as being of high quality, the industry faced a crisis during the 17th and 18th centuries when the Dutch and the French started producing sugar in the Antilles, located much closer to Europe, causing sugar prices to fall.

Города и поселки

В Бразилии были прибрежные города и поселки, которые считались значительно менее важными, чем колониальные поселения в Испанской Америке, но, подобно Испанской Америке, городские поселения играли важную роль как центры институциональной жизни церкви и государства, а также как места концентрации купеческих групп. В отличие от многих регионов Испанской Америки, здесь не было густого, оседлого коренного населения, которое уже создало поселения, однако города и поселки в Бразилии были схожи с теми, что существовали в испанской колониальной Венесуэле. Портовые города обеспечивали ввоз португальских торговых товаров, включая африканских рабов, и экспорт сахара, а позднее золота и кофе в Португалию и другие страны. Прибрежные города Олинда (основан в 1537 году), Сальвадор (1549), Сантос (1545), Витория (1551) и Рио-де-Жанейро (1565) также имели жизненно важное значение для обороны от пиратов. Только Сан-Паулу являлся важным городом во внутренних районах. В отличие от сети городов, развивавшейся в большинстве регионов Испанской Америки, прибрежные города и их тыловые районы были ориентированы непосредственно на Португалию, практически не поддерживая связей с другими территориями. В ранний период сахар был основным экспортным товаром, а необходимость переработки тростника в рафинированный сахар непосредственно на месте приводила к тому, что на сахарных плантациях (энженею) проживали ремесленники и хирурги-цирюльники, и они в некотором смысле функционировали как небольшие города. Кроме того, в отличие от большинства испанских поселений, бразильские города и поселки не имели единой планировки с центральной площадью и сеткой улиц, часто из-за того, что рельеф местности препятствовал такому упорядоченному расположению.

Новые христиане

В колониальной Бразилии значительную роль играли обращенные в христианство евреи, так называемые новохристиане, многие из которых были торговцами. Их "влияние в колонии, возможно, является одним из объяснений того, почему инквизиция не была прочно учреждена в Бразилии во время Иберийской унии". Новохристиане были хорошо интегрированы в институциональную жизнь, занимая должности как в гражданской, так и в церковной сферах. Относительно небольшое количество преследований и обилие возможностей позволили им занять важное место в обществе. С наступлением Иберийской унии (1580–1640) многие эмигрировали в Испанскую Америку.

Иберийский союз (1580-1640 гг.)

В 1580 году династический кризис привел к тому, что Португалия и Испания оказались под властью короля Габсбургов Филиппа II. Объединение корон двух иберийских королевств, известное как Иберийская уния, продолжалось до 1640 года, когда португальцы восстали. В период унии институты обоих королевств оставались разделенными. Для португальских купцов, многие из которых были новообращенными христианами из иудаизма ("новыми христианами") или их потомками, уния корон открыла коммерческие возможности в торговле рабами в Испанской Америке. Семнадцать провинций получили независимость от Испании в 1581 году, что побудило Филиппа II запретить торговлю с голландскими кораблями, включая торговлю в Бразилии. Поскольку голландцы вложили значительные средства в финансирование производства сахара на северо-востоке Бразилии и играли важную роль в его транспортировке, начался конфликт с голландскими каперами, грабившими побережье: они разграбили Сальвадор в 1604 году, вывезя оттуда большие запасы золота и серебра, прежде чем совместный испанско-португальский флот вернул город. В мае 1624 года город был вновь захвачен голландцами, а спустя 11 месяцев сдался лузо-испанской армаде.

Голландское правление на северо-востоке Бразилии, 16301654

С 1630 по 1654 год голландцы прочно обосновались в торговом Ресифе и аристократической Олинде. Захватив Параибу в 1635 году, голландцы установили контроль над обширным участком побережья, наиболее удобным для доступа из Европы (Голландская Бразилия), однако не продвинулись вглубь страны. Крупные голландские корабли не могли заходить в прибрежные лагуны и заливы, где стояли небольшие португальские суда. Ирония заключалась в том, что захват голландцами сахарного побережья привел к росту цен на сахар в Амстердаме. В период Новой Голландии колонисты Голландской Вест-Индской компании в Бразилии находились в состоянии постоянной осады, несмотря на то, что губернатором (1637–1644) в Ресифе (переименованном в Маурицстад) был граф Ян Мауриц Нассауский. Нассау пригласил научные экспедиции для изучения местной флоры и фауны, что расширило знания о территории. Кроме того, он разработал градостроительный проект для Ресифе и Олинды, который был реализован лишь частично. Его следы сохранились до наших дней. После нескольких лет открытой войны голландцы окончательно покинули Бразилию в 1654 году; португальцы выплатили военные долги солью. Голландское культурное и этническое влияние осталось незначительным, однако картины Альберта Экхаута с изображением индейцев и рабов, а также его натюрморты являются важными произведениями искусства эпохи барокко.

Рабство в Бразилии

В отличие от соседней испанской Америки, Бразилия с самого начала была рабовладельческим обществом. Торговля африканскими рабами была неотъемлемой частью экономической и социальной структуры колонии. За много лет до начала североамериканской работорговли в Бразилию было ввезено больше рабов, чем когда-либо прибыло в Тринадцать колоний. По оценкам, около 35% всех африканцев, захваченных в атлантической работорговле, были отправлены в Бразилию. Торговля рабами в Бразилии продолжалась почти двести лет и оказалась самой продолжительной во всей Америке. Африканские рабы стоили дороже коренных, главным образом потому, что многие из них происходили из земледельческих общин и, следовательно, уже были знакомы с работой, необходимой для поддержания прибыльных бразильских сахарных плантаций. Кроме того, африканские рабы уже обладали иммунитетом к ряду болезней Старого Света, которые унесли жизни многих коренных жителей, и они реже бежали по сравнению с коренными рабами, поскольку их родину было труднодоступно. Однако многие африканские рабы все же бежали и создавали собственные поселения беглых рабов, называемые киломбу, которые часто превращались в самостоятельные политические и экономические образования.