Толедская война: Пограничный спор Огайо и Мичигана (1835–1836)

Введение

1835–1836 Огайо–Мичиганский спор

Война за Толедо (1835–1836), также известная как Мичиганско-Огайоская война или Огайо-Мичиганская война, была пограничным спором между штатом Огайо и прилегающей территорией Мичиган из-за территории, ныне известной как Толедская полоса. Контроль над устьем реки Мауми и возможности, которые она предоставляла для внутреннего судоходства, а также плодородные земли к западу рассматривались обеими сторонами как ценные экономические активы. Недостаточное географическое понимание Великих озёр способствовало принятию противоречивого государственного и федерального законодательства в период с 1787 по 1805 год, а различные толкования законов привели к тому, что правительства Огайо и Мичигана предъявили претензии на юрисдикцию над регионом площадью 468 квадратных миль (1212 км²) вдоль их границы. Ситуация достигла кульминации, когда Мичиган в 1835 году подал прошение о признании штатом и стремился включить спорную территорию в свои границы. Обе стороны приняли законодательство, пытаясь вынудить другую сторону к капитуляции, а губернатор Огайо Роберт Лукас и 24-летний «губернатор-мальчик» Мичигана Стивенс Т. Мейсон помогли ввести уголовные наказания для жителей, подчиняющихся власти другой стороны. Оба штата развернули ополчения на противоположных берегах реки Мауми возле Толедо, но, помимо взаимных насмешек, взаимодействие между двумя силами было незначительным. Единственное военное столкновение в ходе «войны» закончилось сообщением о выстрелах в воздух, без жертв. Единственная пролитая кровь – это не смертельное ранение сотрудника правоохранительных органов. Летом 1836 года Конгресс Соединенных Штатов предложил компромисс, согласно которому Мичиган отказывался от своих претензий на полосу в обмен на признание его штатом и оставшиеся три четверти Верхнего полуострова. Минеральные богатства северного региона впоследствии стали экономическим активом для Мичигана, но в то время компромисс считался невыгодной сделкой для нового штата, и избиратели на конвенции о государственности в сентябре решительно отвергли его. Однако в декабре, столкнувшись с серьезным финансовым кризисом и давлением со стороны Конгресса и президента Эндрю Джексона, правительство Мичигана созвало еще одну конвенцию (названную «Конвенцией обмороженных»), которая приняла компромисс, положив конец войне за Толедо.

The Toledo War (1835–36), also known as the Michigan–Ohio War or the Ohio–Michigan War, was a boundary dispute between the U. S. state of Ohio and the adjoining territory of Michigan over what is now known as the Toledo Strip. Control of the mouth of the Maumee River and the inland shipping opportunities it represented, and the good farmland to the west were seen by both parties as valuable economic assets. Poor geographical understanding of the Great Lakes helped produce conflicting state and federal legislation between 1787 and 1805, and varying interpretations of the laws led the governments of Ohio and Michigan to both claim jurisdiction over a 468 square miles (1,212 km2) region along their border. The situation came to a head when Michigan petitioned for statehood in 1835 and sought to include the disputed territory within its boundaries. Both sides passed legislation attempting to force the other side's capitulation, and Ohio's Governor Robert Lucas and Michigan's 24 year old "Boy Governor" Stevens T. Mason helped institute criminal penalties for residents submitting to the other's authority. Both states deployed militias on opposite sides of the Maumee River near Toledo, but besides mutual taunting, there was little interaction between the two forces. The single military confrontation of the "war" ended with a report of shots being fired into the air, incurring no casualties. The only blood spilled was the non fatal stabbing of a law enforcement officer. During the summer of 1836, the United States Congress proposed a compromise whereby Michigan gave up its claim to the strip in exchange for its statehood and the remaining three quarters of the Upper Peninsula. The northern region's mineral wealth later became an economic asset to Michigan, but at the time the compromise was considered a poor deal for the new state, and voters in a statehood convention in September soundly rejected it. But in December, facing a dire financial crisis and pressure from Congress and President Andrew Jackson, the Michigan government called another convention (called the "Frostbitten Convention"), which accepted the compromise, resolving the Toledo War.

Происхождение

В 1787 году Конгресс Конфедерации принял Северо-Западный ордонанс, который учредил Северо-Западную территорию на территории нынешнего северо-западного Среднего Запада Соединенных Штатов. В ордонансе указывалось, что территория в конечном итоге должна быть разделена на «не менее трех и не более пяти» будущих штатов. Одной из границ между ними должна была служить «восточно-западная линия, проходящая через южный изгиб или край озера Мичиган». Когда в 1802 году Конгресс принял Акт о наделении полномочиями штата Огайо, который разрешил Огайо начать процесс становления штатом США, формулировка, определяющая северную границу Огайо, была более подробной, но в целом оставалась прежней: «восточно-западная линия, проведенная через южную оконечность озера Мичиган, идущая на восток, пока не пересечет озеро Эри или территориальную линию [с Британской Северной Америкой, ныне Канадой], а затем вдоль озера Эри до вышеупомянутой линии Пенсильвании». Самая авторитетная карта того времени, «Карта Митчелла», показывала южную оконечность озера Мичиган на широте к северу от устья реки Детройт, что указывало на то, что восточно-западная линия вообще не пересечет озеро Эри, пока не окажется далеко за международной границей. Поэтому составители Конституции Огайо 1802 года полагали, что Конгресс намеревался установить северную границу Огайо определенно к северу от устья реки Мауми и, возможно, даже от реки Детройт. Таким образом, Огайо должен был получить доступ к большей части или ко всему берегу озера Эри к западу от Пенсильвании, а любые другие новые штаты, образованные из Северо-Западной территории, имели бы доступ только к озерам Мичиган, Гурон или Верхнее. Однако делегаты якобы получили сведения от охотника на пушного зверя о том, что озеро Мичиган простирается значительно дальше на юг, чем считалось ранее (или было отображено на картах). Следовательно, восточно-западная линия, идущая на восток от южной оконечности озера Мичиган, могла пересечь озеро Эри где-то к юго-востоку от залива Мауми или, что еще хуже, вообще не пересечь озеро; чем дальше на юг на самом деле простиралось озеро Мичиган, тем больше земли потерял бы Огайо, возможно, даже всю береговую линию озера Эри к западу от Пенсильвании. Когда в 1805 году Конгресс учредил территорию Мичиган, он использовал формулировку Северо-Западного ордонанса для определения южной границы территории, проигнорировав это положение в конституции штата Огайо. Эта разница и ее потенциальные последствия, по-видимому, остались незамеченными в то время, но она заложила правовую основу для конфликта, который разразился 30 лет спустя. Работа над обследованием началась только после принятия Индианы в Союз в 1816 году. В то время граница между Мичиганом и Индианой была изменена по сравнению с границей, установленной Северо-Западным ордонансом, — несмотря на протесты территории Мичиган, — и смещена на 16 километров (10 миль) к северу, чтобы предоставить новому штату значительный выход к озеру Мичиган. Генеральный землеустроитель США Эдвард Тиффин, руководивший обследованием, был бывшим губернатором Огайо и нанял Уильяма Харриса для обследования не линии, установленной ордонансом, а линии, описанной в Конституции Огайо 1802 года. После завершения «линия Харриса» поместила устье реки Мауми полностью в Огайо, как и предполагалось составителями конституции штата. Когда результаты обследования были опубликованы, губернатор территории Мичиган Льюис Касс выразил возражения, написав в письме Тиффину, что обследование было предвзятым в пользу Огайо и «лишь усиливает сильных, делая слабых еще слабее». В ответ Мичиган поручил провести второе обследование, которое выполнил Джон А. Фултон. Обследование Фултона основывалось на первоначальной линии, установленной ордонансом 1787 года, и после измерения линии на восток от озера Мичиган до озера Эри он обнаружил, что граница Огайо находится к юго-востоку от устья реки Мауми. Область между линиями Харриса и Фултона образовала то, что теперь известно как «Полоса Толедо». Эта полоса земли между северным Огайо и южным Мичиганом имела значительную ширину, и обе юрисдикции претендовали на суверенитет над ней. Хотя Огайо отказался отказаться от своих притязаний, Мичиган в течение следующих нескольких лет тихо оккупировал эту полосу, создавая местные органы власти, строя дороги и собирая налоги на всей территории. Небольшая, но важная часть Полосы — территория вокруг современного Толедо и залива Мауми — находилась в пределах Великого Черного болота, и по этой территории было почти невозможно передвигаться по дороге, особенно после весенних и летних дождей. Река Мауми, впадающая в озеро Эри, не всегда подходила для крупных судов, но она обеспечивала легкий доступ к Форт-Уэйну в Индиане. Успех Эрийского канала вдохновил множество других канальных проектов. Поскольку западный конец озера Эри предлагал кратчайший сухопутный путь к границам Индианы и Иллинойса, гавань Мауми рассматривалась как место первостепенной важности и большой ценности. Детройт находился в 32 километрах (20 милях) вверх по реке Детройт от озера Эри и сталкивался с труднопроходимым препятствием в виде Великого Черного болота к югу. По этой причине Детройт был менее пригоден для новых транспортных проектов, таких как каналы, а позже железные дороги, чем Толедо. Исходя из этой перспективы быстро развивающегося Среднего Запада 1820-х и 1830-х годов, оба штата могли много выиграть от контроля над землей в Полосе Толедо. Таким образом, поселения, основанные к северу от линии, предполагали, что они являются частью территории Мичиган. К началу 1820-х годов растущая территория Мичиган достигла минимального порога населения в 60 000 человек, необходимого для получения статуса штата. Когда в 1833 году она попыталась созвать конституционный конвент штата, Конгресс отклонил эту просьбу из-за все еще оспариваемой Полосы Толедо. В феврале 1835 года Огайо принял закон, учредивший органы окружного управления в Полосе. Округ, в котором располагался Толедо, позже в 1835 году был назван в честь действующего губернатора Роберта Лукаса, что еще больше обострило растущую напряженность с Мичиганом. Кроме того, в этот период Огайо попытался использовать свою власть в Конгрессе для повторного рассмотрения ранее отклоненного законопроекта о границе, который официально установил бы государственную границу по линии Харриса. Мичиган, возглавляемый молодым и вспыльчивым Мейсоном, ответил принятием Закона о штрафах и наказаниях всего через шесть дней после образования округа Лукаса; этот закон предусматривал уголовную ответственность для жителей Огайо за осуществление государственных действий в Полосе, под страхом штрафа в размере до 1000 долларов, лишения свободы на срок до пяти лет с принудительными работами или и того, и другого. Выступая в качестве главнокомандующего территорией, Мейсон назначил бригадного генерала Джозефа В. Брауна из Третьей бригады США во главе ополчения штата с инструкциями быть готовым к действиям против нарушителей из Огайо. Лукас получил законодательное одобрение на формирование собственного ополчения и вскоре отправил войска в район Полосы. Война за Толедо началась.

In 1787, the Congress of the Confederation enacted the Northwest Ordinance, which created the Northwest Territory in what is now the upper Midwestern United States. The Ordinance specified that the territory was eventually to be divided into "not less than three nor more than five" future states. One of the boundaries between them was to be "an east and west line drawn through the southerly bend or extreme of Lake Michigan". When Congress passed the Enabling Act of 1802, which authorized Ohio to begin the process of becoming a U. S. state, the language defining Ohio's northern boundary elaborated on that, but was fundamentally the same: "an east and west line drawn through the southerly extreme of Lake Michigan, running east until it shall intersect Lake Erie or the territorial line [with British North America, now Canada], and thence with the same through Lake Erie to the Pennsylvania line aforesaid". The most highly regarded map of the time, the "Mitchell Map", showed the southerly extreme of Lake Michigan at a latitude north of the mouth of the Detroit River, suggesting that an east–west line would not intersect with Lake Erie at all, until well across the international border. The framers of the 1802 Ohio Constitution therefore believed it was the intent of Congress that Ohio's northern boundary should certainly be north of the mouth of the Maumee River, and possibly even of the Detroit River. Ohio would thus be granted access to most or all of the Lake Erie shoreline west of Pennsylvania, and any other new states carved out of the Northwest Territory would have access to only Lakes Michigan, Huron, or Superior. However, the delegates allegedly received reports from a fur trapper that Lake Michigan extended significantly farther south than had previously been believed (or mapped). Thus, it was possible that an east–west line extending east from Lake Michigan's southern tip might intersect Lake Erie somewhere southeast of Maumee Bay, or worse, might not intersect the lake at all; the farther south that Lake Michigan actually extended, the more land Ohio would lose, conceivably even the entire Lake Erie shoreline west of Pennsylvania. When Congress created the Michigan Territory in 1805, it used the Northwest Ordinance's language to define the territory's southern boundary, disregarding that provision in Ohio's state constitution. This difference, and its potential ramifications, apparently went unnoticed at the time, but it established the legal basis for the conflict that would erupt 30 years later. Delayed because of the War of 1812, it was only after Indiana's admission to the Union in 1816 that work on the survey commenced. At that time, the border between Michigan and Indiana was altered from the Northwest Ordinance boundary – over the protests of the Michigan Territory – moving it 10 mile (16 km) northward to give the new state substantial frontage on Lake Michigan. U. S. Surveyor General Edward Tiffin, who was in charge of the survey, was a former Ohio governor, and employed William Harris to survey not the Ordinance Line, but the line described in the Ohio Constitution of 1802. When completed, the "Harris Line" placed the mouth of the Maumee River completely in Ohio, as intended by the drafters of the state constitution. When the results of the survey were made public, Michigan territorial governor Lewis Cass objected, writing in a letter to Tiffin that the survey was biased to favor Ohio and "is only adding strength to the strong, and making the weak still weaker." In response, Michigan commissioned a second survey that was carried out by John A. Fulton. The Fulton survey was based upon the original 1787 Ordinance Line, and after measuring the line eastward from Lake Michigan to Lake Erie, it found the Ohio boundary to lie just southeast of the mouth of the Maumee River. The region between the Harris and Fulton survey lines formed what is now known as the "Toledo Strip". This ribbon of land between northern Ohio and southern Michigan spanned a region wide, over which both jurisdictions claimed sovereignty. While Ohio refused to cede its claim, Michigan quietly occupied it for the next several years, setting up local governments, building roads, and collecting taxes throughout the area. A small but important part of the Strip—the area around present day Toledo and Maumee Bay—fell within the Great Black Swamp, and this area was nearly impossible to navigate by road, especially after spring and summer rains. Draining into Lake Erie, the Maumee River was not necessarily well suited for large ships, but it did provide an easy connection to Indiana's Fort Wayne. The success of the Erie Canal inspired many other canal projects. Because the western end of Lake Erie offered the shortest overland route to the frontiers of Indiana and Illinois, Maumee Harbor was seen as a site of immediate importance and great value. Detroit was 20 mile (32 km) up the Detroit River from Lake Erie, and faced the difficult barrier of the Great Black Swamp to the south. Because of this, Detroit was less suited to new transportation projects such as canals, and later railroads, than was Toledo. From this perspective on the rapidly developing Midwest of the 1820s and 1830s, both states had much to gain by controlling the land in the Toledo Strip. Thus, townships that were established north of the line assumed they were part of the Michigan Territory. By the early 1820s, the growing Michigan Territory reached the minimum population threshold of 60,000 to qualify for statehood. When it sought to hold a state constitutional convention in 1833, Congress rejected the request because of the still disputed Toledo Strip. In February 1835, Ohio passed legislation that set up county governments in the Strip. The county in which Toledo sat would, later in 1835, be named after incumbent Governor Robert Lucas, a move that further exacerbated the growing tensions with Michigan. Also, during this period, Ohio attempted to use its power in Congress to revive a previously rejected boundary bill that would formally set the state border to be the Harris Line. Michigan, led by the young and hot headed Mason, responded with the passage of the Pains and Penalties Act just six days after Lucas County was formed; the act made it a criminal offense for Ohioans to carry out governmental actions in the Strip, under penalty of a fine up to $1,000 , up to five years imprisonment at hard labor, or both. Acting as commander in chief of the territory, Mason appointed Brigadier General Joseph W. Brown of the Third U. S. Brigade to head the state militia, with the instructions to be ready to act against Ohio trespassers. Lucas obtained legislative approval for a militia of his own, and he soon sent forces to the Strip area. The Toledo War had begun.

Война

В качестве главнокомандующего ополчением Огайо, губернатор Лукас вместе с генералом Джоном Беллом и примерно 600 вооруженными ополченцами прибыли в Перрисбург, штат Огайо, в 16 км к юго-западу от Толедо, 31 марта 1835 года. Вскоре после этого губернатор Мейсон и генерал Браун прибыли, чтобы занять сам город Толедо с отрядом численностью около 1000 вооруженных человек, с целью предотвратить продвижение Огайо в район Толедо и остановить дальнейшую разметку границы.

Президентское вмешательство

В отчаянной попытке предотвратить вооруженное столкновение и избежать последовавшего политического кризиса, президент США Эндрю Джексон обратился за юридическим заключением к своему генеральному прокурору Бенджамину Батлеру относительно пограничного спора. В то время Огайо являлся растущей политической силой в Союзе, имея 19 представителей США и двух сенаторов. В отличие от него, Мичиган, все еще остававшийся территорией, был представлен лишь одним делегатом, не имевшим права голоса. Огайо был ключевым колеблющимся штатом на президентских выборах, и потеря его голосов была бы губительна для только формирующейся Демократической партии. Джексон полагал, что наилучшим интересам его партии будет служить сохранение Толедской полосы в составе Огайо. Однако Батлер утверждал, что до тех пор, пока Конгресс не примет иное решение, земля по праву принадлежала Мичигану. Это создало для Джексона политическую дилемму, которая побудила его к действиям, оказавшим значительное влияние на исход дела. Лукас с неохотой согласился с предложением и начал расформировывать свое ополчение, полагая, что спор улажен. Через три дня в регионе прошли выборы, проведенные в соответствии с законодательством Огайо. Мэйсон отказался от сделки и продолжил готовиться к возможному вооруженному конфликту. Во время выборов чиновники Огайо подвергались домогательствам со стороны властей Мичигана, а местным жителям угрожали арестом в случае подчинения властям Огайо. 8 апреля 1835 года шериф округа Монро (Мичиган) прибыл в дом майора Бенджамина Ф. Стикни, сторонника Огайо. В первом столкновении между сторонниками Мичигана и семьей Стикни шериф арестовал двух жителей Огайо по статье "Боли и наказания", мотивируя это тем, что мужчины проголосовали на выборах в Огайо.

Битва за Филипс-Корнерс

После выборов Лукас полагал, что действия комиссаров улучшили ситуацию, и снова направил геодезистов для определения линии Харриса. Проект продвигался без серьёзных происшествий до 26 апреля 1835 года, когда на группу геодезистов напали от 50 до 60 человек из ополчения генерала Брауна в битве при Филиппсе Корнерс. Поскольку это было единственное место вооружённого столкновения, название битвы иногда используется как синоним всей Толедской войны. Геодезисты впоследствии написали Лукасу, что, соблюдая "тишину субботы", получили совет от ополченцев Мичигана об отступлении. В последовавшей погоне "девять наших людей, не успевших вовремя покинуть местность после того, как по ним противник открыл огонь от тридцати до пятидесяти раз, были взяты в плен и увезены в Текумсе, штат Мичиган". Хотя обстоятельства нападения оспариваются – Мичиган утверждал, что не вел огонь, лишь произведя несколько холостых выстрелов в воздух во время отступления группы из Огайо – эта битва ещё больше разожгла вражду между жителями Огайо и Мичигана и подвела обе стороны к грани полномасштабной войны.

Кровопролитие в 1835 году

В ответ на обвинения в том, что ополченцы Мичигана открыли огонь по жителям Огайо, Лукас созвал внеочередную сессию законодательного собрания Огайо 8 июня для принятия ряда спорных законов, включая учреждение Толедо в качестве административного центра округа Лукас, создание суда общей юрисдикции в городе, закон о предотвращении насильственного похищения граждан Огайо из этого района и бюджет в размере 300 000 долларов (в современных деньгах) для реализации этих законов. Лукас приказал своему адъютанту-генералу Сэмюэлю К. Эндрюсу провести перепись ополчения и получил информацию о готовности 10 000 добровольцев к сражению. Эта новость, распространяясь на север, была сильно преувеличена, и вскоре после этого пресса Мичиганской территории бросила вызов «миллиону» Огайо, призывая их войти в Стрип, где их якобы «приветствуют гостеприимными могилами». В июне 1835 года Лукас направил делегацию в состав которой вошли федеральный прокурор Ной Хейнс Суэйн, бывший конгрессмен Уильям Аллен и Дэвид Т. Дисней в Вашингтон, округ Колумбия, для встречи с Джексоном. Делегация изложила позицию Огайо и настоятельно призвала Джексона к оперативным действиям. На протяжении всей середины 1835 года обе стороны продолжали политику взаимного давления, что приводило к постоянным столкновениям и арестам. Жители округа Монро объединились в дружину для проведения арестов в Толедо. Сторонники Огайо, возмущенные преследованиями, инициировали уголовные дела против нарушителей. 15 июля заместитель шерифа округа Монро (Мичиган) Джозеф Вуд прибыл в Толедо для ареста майора Бенджамина Стикни, но когда Стикни и его семья оказали сопротивление, вся семья была обезврежена и взята под стражу. Стремясь к миру, Лукас предпринял собственные усилия по урегулированию конфликта, вновь обратившись к федеральному вмешательству через делегацию конгресса от Огайо.

Замороженный конгресс и конец Толединской войны

Хорнер оказался крайне непопулярен в качестве губернатора, и его срок полномочий был очень коротким. Жители настолько его невзлюбили, что сжигали его чучело и закидывали овощами при его въезде в территориальную столицу. На выборах в октябре 1835 года избиратели одобрили проект конституции и переизбрали губернатора Мейсона. На тех же выборах Айзек Э. Крэри был избран первым представителем Мичигана в Конгресс США. Из-за спора Конгресс отказался утвердить его полномочия и назначил делегатом без права голоса. К двум сенаторам США, избранным законодательным собранием штата в ноябре – Люциусу Лайону и Джону Норвеллу – отнеслись ещё менее уважительно, разрешив им присутствовать в сенаторской галерее лишь в качестве зрителей. В сентябре 1836 года специальный конвент в Энн-Арборе отклонил предложение, поскольку отдалённые земли Верхнего полуострова, непригодные для сельского хозяйства, считались бесполезными. По мере истечения года Мичиган оказался в глубоком финансовом кризисе, почти обанкротившись из-за высоких расходов на ополчение. Правительство было вынуждено действовать, осознав, что профицит в размере 400 000 долларов США в казначействе Соединённых Штатов вот-вот будет распределён между 25 штатами, но не между территориями; Мичиган не имел бы права на долю. "Война" неофициально завершилась 14 декабря 1836 года на втором конвенте в Энн-Арборе. Делегаты приняли резолюцию о принятии условий Конгресса. Созыв конвента сам по себе был предметом споров. Он состоялся лишь благодаря волне частных повестek, петиций и общественных собраний. Поскольку законодательное собрание не санкционировало созыв конвента, некоторые утверждали, что он был нелегитимным. Виги бойкотировали конвент. В результате резолюция вызвала насмешки у многих жителей Мичигана. Мичиган отказался от полосы Толедо, но сохранил весь Верхний полуостров. Однако открытие медных рудников на полуострове Кьюно и железных рудников в центральной части Верхнего полуострова в 1840-х годах привело к горнодобывающему буму, который продолжался далеко в XX веке. Потеря Мичиганом 2849 квадратных километров сельскохозяйственных земель и порта Толедо была компенсирована приобретением 23 310 квадратных километров земель, богатых лесом и рудой. Хотя сухопутная граница была окончательно установлена в начале XX века, два штата продолжали не соглашаться с прохождением границы на востоке, в озере Эри. В 1973 году они наконец добились слушания в Верховном суде США по своим конкурирующим претензиям на воды озера Эри. В деле "Мичиган против Огайо" суд поддержал заключение специального эксперта и постановил, что граница между двумя штатами в озере Эри проходит под углом к северо-востоку, как указано в конституции штата Огайо, а не по прямой линии с востока на запад. Одним из последствий этого решения стало разделение острова Черепахи, расположенного недалеко от залива Мауми и первоначально считавшегося полностью принадлежащим Мичигану, между двумя штатами. Это решение стало последней корректировкой границы, положившей конец многолетним спорам. В наши дни, хотя общее соперничество между жителями Мичигана и Огайо сохраняется, открытое противостояние между штатами ограничивается в основном соперничеством между командами Мичиганского и Огайского университетов в студенческом американском футболе, а в меньшей степени – соперничеством между "Детройт Тайгерс" и "Кливленд Гардианс" в бейсболе Высшей лиги; Война за Толедо иногда упоминается как источник враждебности, проявляющейся в сегодняшнем соперничестве.

Horner proved extremely unpopular as governor and his tenure was very short. Residents disliked him so much they burned him in effigy and pelted him with vegetables upon his entry into the territorial capital. In the October 1835 elections, voters approved the draft constitution and re elected Mason governor. The same election saw Isaac E. Crary chosen as Michigan's first U. S. Representative to Congress. Because of the dispute Congress refused to accept his credentials and seated him as a non voting delegate. The two U. S. Senators chosen by the state legislature in November, Lucius Lyon and John Norvell, were treated with even less respect, being allowed to sit only as spectators in the Senate gallery. Because of the perceived worthlessness of the Upper Peninsula's remote wilderness, which was ill suited for agriculture, a September 1836 special convention in Ann Arbor rejected the offer. As the year wore on, Michigan found itself deep in financial crisis, nearly bankrupt because of the high militia expenses. The government was spurred to action by the realization that a $400,000 surplus ($ in ) in the United States Treasury was about to be distributed to the 25 states but not to territorial governments; Michigan would have been ineligible to receive a share. The "war" unofficially ended on December 14, 1836, at a second convention in Ann Arbor. Delegates passed a resolution to accept Congress's terms. The calling of the convention was itself controversial. It came about only because of an upswelling of private summonses, petitions, and public meetings. Since the legislature did not approve a call to convention, some said the convention was illegal. Whigs boycotted the convention. As a consequence, the resolution was ridiculed by many Michigan residents. without the Toledo Strip but with the entire Upper Peninsula. However, the discovery of copper in the Keweenaw Peninsula and iron in the Central Upper Peninsula in the 1840s led to a mining boom that lasted long into the 20th century. Michigan's loss of 1,100 square miles (2,849 km2) of agricultural land and the port of Toledo was offset by the gain of 9,000 square miles (23,310 km2) of timber and ore rich land. While the land border was firmly set in the early 20th century, the two states still disagreed on the path of the border to the east, in Lake Erie. In 1973, they finally obtained a hearing before the U. S. Supreme Court on their competing claims to the Lake Erie waters. In Michigan v. Ohio, the court upheld a special master's report and ruled that the boundary between the two states in Lake Erie was angled to the northeast, as described in Ohio's state constitution, and not a straight east–west line. One consequence of the decision was that Turtle Island, just outside Maumee Bay and originally treated as wholly in Michigan, was split between the two states. This decision was the last border adjustment, putting an end to years of debate. In modern times, although a general rivalry between Michiganders and Ohioans persists, overt conflict between the states is restricted primarily to the Michigan–Ohio State rivalry in collegiate American football and to a lesser degree to the rivalry between the Detroit Tigers and Cleveland Guardians in American League baseball; the Toledo War is sometimes cited as the origin of the animosity represented in today's rivalry.