Введение

Филипп I, ландграф Гессенский (13 ноября 1504 – 31 марта 1567), прозванный Великодушным (der Großmütige), был немецким дворянином и сторонником протестантской Реформации, известным как один из наиболее значимых ранних протестантских правителей Германии. Он был одним из главных участников войны за Катценельнбогенское наследство.

Ранняя жизнь и принятие протестантизма

Филипп был сыном ландграфа Вильгельма II Гессенского и его второй жены Анны Мекленбург-Шверинской. Его отец умер, когда Филиппу было пять лет, и в 1514 году его мать, после серии конфликтов с сословиями Гессена, сумела стать регентом от его имени. Однако борьба за власть продолжалась. Чтобы положить ей конец, Филиппа объявили совершеннолетним в 1518 году, а фактическое вступление в управление началось в следующем году. Власть сословий была сломлена его матерью, но он был ей мало чем обязан. Его образование было крайне неполным, а нравственное и религиозное воспитание заброшено. Несмотря на это, он быстро развивался как государственный деятель и вскоре начал предпринимать шаги для укрепления своей власти как правителя. Первая встреча Филиппа Гессенского с Мартином Лютером состоялась в 1521 году, в возрасте 17 лет, на рейхстаге в Вормсе. Там его привлекла личность Лютера, хотя поначалу он не проявлял особого интереса к религиозным аспектам собрания. Филипп принял протестантизм в 1524 году после личной встречи с богословом Филиппом Меланхтоном. Затем он помог подавить немецкую крестьянскую войну, разгромив Томаса Мюнцера в битве при Франкенхаузене. Филипп отказался в 1525 году присоединиться к антилютеранской лиге Георга, герцога Саксонского. Своим союзом с Иоанном, курфюрстом Саксонии, заключенным в Готе 27 февраля 1526 года, он продемонстрировал, что уже предпринимает шаги по организации оборонительного союза всех протестантских князей и сил. В то же время он сочетал политические мотивы со своей религиозной политикой. Уже весной 1526 года он стремился предотвратить избрание католического эрцгерцога Фердинанда императором Священной Римской империи. На рейхстаге в Шпайере в том же году Филипп открыто отстаивал протестантское дело, позволяя протестантским проповедникам распространять свои взгляды во время заседаний рейхстага и, подобно своим сторонникам, открыто пренебрегая общепринятыми римско-католическими церковными обрядами.

Введение Реформации в Гессен

Хотя в Гессене не было сильного народного движения за протестантизм, Филипп решил организовать церковь там в соответствии с протестантскими принципами. В этом ему помогали не только его канцлер, гуманист Иоганн Фейге, и его капеллан Адам Крафт, но и бывший францисканец Франсуа Ламберт из Авиньона, ярый враг той веры, которую он покинул. Радикальная политика Ламберта, воплощенная в церковном уставе Хомберга, была отброшена, по крайней мере частично, монастыри и церковные фонды были распущены, а их имущество направлено на благотворительность и образование. Летом 1527 года был основан Марбургский университет, чтобы, подобно Виттенбергскому университету, стать школой для протестантских теологов. Отец Филиппа, герцог Саксонский Георг, епископ Вюрцбургский Конрад II фон Тунген и архиепископ Майнцский Альберт III Бранденбургский активно выступали против распространения Реформации. Их деятельность, наряду с другими обстоятельствами, включая слухи о войне, убедила Филиппа в существовании тайной лиги среди римско-католических князей. Его подозрения были подтверждены, по его мнению, подделкой, переданной ему авантюристом, состоявшим на службе у Георга Саксонского в важных миссиях, – Отто фон Паком. После встречи с курфюрстом Иоанном Саксонским в Веймаре 9 марта 1528 года было решено, что протестантские князья должны перейти в наступление, чтобы защитить свои территории от вторжения и захвата. И Лютер, и канцлер курфюрста Грегор Брюк, хотя и были убеждены в существовании заговора, настоятельно советовали воздержаться от наступления. Имперские власти в Шпайере запретили любые нарушения мира, и после долгих переговоров Филиппу удалось добиться выделения средств на вооружение из епархий Вюрцбурга, Бамберга и Майнца, причем последний епископский округ также был вынужден признать законность церковной юрисдикции на территории Гессии и Саксонии до тех пор, пока император Священной Римской империи или христианский собор не решат иначе. Политические условия, тем не менее, были крайне неблагоприятны для Филиппа, которому могли легко предъявить обвинение в нарушении мира империи, и на Втором рейхстаге в Шпайере весной 1529 года император Карл V публично проигнорировал его. Тем не менее, он активно участвовал в объединении протестантских представителей, а также в подготовке знаменитой Шпайерской протестации. Перед отъездом из города 22 апреля 1529 года ему удалось заключить секретное соглашение между Саксонией, Гессеном, Нюрнбергом, Страсбургом и Ульмом.

Подозревают в зуинглианстве

Филипп особенно стремился предотвратить раскол по вопросу об Евхаристии. По его приглашению Гюльдрих Цвингли прибыл в Германию, и Филипп тем самым подготовил почву для знаменитого Марбургского диспута. Хотя позиция виттенбергских теологов сорвала его попытки установить гармоничные отношения, и ситуация усугубилась требованием Георга, маркграфа Бранденбург-Ансбахского, о едином вероисповедании и едином церковном строе, Филипп считал, что различия между последователями Мартина Буцера и последователями Лютера в их учениях о таинствах допускают добросовестное несогласие, и что Священное Писание не в силах окончательно разрешить эти разногласия. В результате Филиппа заподозрили в симпатиях к цвинглианству. Его сочувствие реформаторам, связанным с Цвингли в Швейцарии и Буцером в Страсбурге, усилилось из-за гнева императора, получившего от Филиппа изложение протестантских догматов, составленное бывшим францисканцем Ламбертом, а также из-за неспособности ландграфа добиться согласованных действий протестантских держав в связи с надвигающейся турецкой войной. Филипп с энтузиазмом поддержал план Цвингли о создании обширного протестантского союза от Адриатического моря до Дании, чтобы не допустить вторжения императора Священной Римской империи в Германию. Этот союз вызвал некоторую прохладу в отношениях с последователями Лютера на Аугсбургском рейхстаге в 1530 году, особенно когда он изложил свою политику примирения Меланхтону и призвал всех протестантов объединиться в требовании, чтобы религиозные разногласия решались исключительно всеобщим собором. Это было воспринято как проявление цвинглианства, и Филиппу вскоре пришлось разъяснить свою позицию по вопросу об Евхаристии, после чего он заявил о полном согласии с лютеранами, но выразил неодобрение преследованиями швейцарцев. Прибытие императора временно положило конец этим спорам. Однако, когда Карл V потребовал от протестантских представителей участия в процессии Корпус-Кристи и прекращения протестантской проповеди в городе, Филипп открыто отказался повиноваться. Он безуспешно пытался добиться внесения изменений в десятую статью Аугсбургского вероисповедания, но после официального отклонения позиции верхнегерманских князей Филипп покинул рейхстаг, поручив своим представителям твердо отстаивать протестантские позиции и руководствоваться общими, а не частными интересами. В это время он предложил Лютеру убежище на своей территории и начал развивать тесные отношения с Мартином Буцером, чье понимание политических вопросов создало между ними общую основу для симпатии. Более того, Буцер полностью согласился с ландграфом в отношении важности компромиссных решений в споре об Евхаристии.

Лидер Шмалькальдийской лиги

Евангельская интерпретация немецкого принца принципа “cuius regio, eius religio” (“Чье царство, того и вера”) на рейхстаге в Шпайере в 1526 году дала ландграфу возможность заручиться достаточной политической поддержкой для начала военных действий или, по крайней мере, оборонительной кампании. Эти усилия привели к созданию: Лиги Готы, затем Лиги Торгау и, наконец, Шмалькальдийского союза. Избиратель Священной Римской империи Иоганн Саксонский, самый влиятельный союзник Филиппа, согласился “противостоять условиям Вормсского эдикта, который объявлял Мартина Лютера вне закона и требовал его наказания как еретика”. Шмалькальдийский союз взял на себя роль защитника протестантских земель, члены которого были официально признаны в Первом соглашении Шмалькальдийского союза в 1531 году. В 1531 году Филиппу удалось достичь цели, к которой он так долго стремился, обеспечив присоединение протестантских держав к Шмалькальдийскому союзу, призванному защищать их религиозные и светские интересы от вмешательства императора. Ландграф и его союзник, Иоганн, курфюрст Саксонии, стали признанными лидерами этого союза немецких князей и городов. Филипп был убежден, что успех протестантского дела зависит от ослабления власти Габсбургов как внутри страны, так и за рубежом. Прежде чем прибегнуть к оружию, Филипп пытался достичь целей протестантской политики мирным путем. Он предложил компромисс по вопросу конфискованной церковной собственности, но одновременно неустанно готовился к возможной войне и развивал дипломатические отношения со всеми державами, которые, как он знал, были настроены антигабсбургски. Мирный поворот наступил благодаря договоренностям с императором в Нюрнберге 25 июля 1532 года, однако это не помешало Филиппу готовиться к будущей борьбе. Филипп неустанно стремился привлечь новых союзников в лигу против Карла V и эрцгерцога Фердинанда I Австрийского, которому было передано герцогство Вюртембергское. Битва при Лауфене 13 мая 1534 года стоила Фердинанду его недавно приобретенного владения и принесла Филиппу славу героя протестантской Германии; его победа рассматривалась как победа Шмалькальдийского союза. Война за Вюртемберг обошлась Филиппу более чем в полмиллиона флоринов, что стало самой дорогостоящей его кампанией. После консультаций с потенциальными инвесторами в войну Филиппа, он привлек: “21 000 флоринов от Конрада Йохама, февраль 1543 года – 10 000 флоринов от городского управления, апрель 1534 года – 10 000 флоринов от городского управления, 24 июня 1534 года – 5 000 флоринов от Больницы”. Суммы оказалось недостаточно, чтобы противостоять многонациональным имперским войскам, поддерживаемым генуэзскими банками, папскими резервами и субсидиями из Нидерландов. В последующие годы эта коалиция стала одним из важнейших факторов европейской политики, во многом благодаря влиянию Филиппа, который не упускал возможности укреплять протестантское дело. Его союз искали как Франция, так и Англия; он был продлен на десять лет Конституцией Шмалькальдийского союза от 23 декабря 1535 года, и к нему присоединялись новые члены ради достижения этой цели: "Прежде всего, эта конституция не должна преследовать никакой иной цели, формы или намерения, кроме как обеспечения защиты и отражения [атаки] и сохранения себя и наших подданных и связанных с ними лиц от несправедливого насилия. Под этим мы подразумеваем случаи, когда из-за христианского, справедливого и правильного дела – как оно определено в нашем договоре о христианском союзе – на нас нападают, вторгаются, завоевывают или иным образом причиняют вред, но только по этой причине и ни по какой другой". С другой стороны, борьба между протестантскими группировками препятствовала продвижению их общих интересов, и Буцер, поощряемый Филиппом, был занят попытками объединить протестантов на общей религиозной платформе, результатом чего стал Виттенбергский конкорд. Опасения императора относительно политических целей Лиги были временно отложены, но в то же время совет с участием представителей папы был отвергнут и были приняты меры для обеспечения будущего протестантского дела. В 1538–1539 годах отношения между католиками и протестантами обострились до предела, и войны удалось избежать лишь благодаря Франкфуртскому перемирию. Однако протестанты не смогли воспользоваться своими возможностями, во многом из-за чрезмерной покорности и уступчивости Филиппа.

Бигамный брак

Через несколько недель после женитьбы в 1523 году на непривлекательной и болезненной Кристине Саксонской, которую также обвиняли в злоупотреблении вином, Филипп совершил прелюбодеяние; и уже в 1526 году он начал размышлять о допустимости многоженства. По словам Мартина Лютера, он жил "постоянно в состоянии прелюбодеяния и блуда". Филипп обратился к Лютеру за советом, приводя в качестве примера полигамию патриархов, но Лютер ответил, что христианину недостаточно рассматривать поступки патриархов, ему, как и им, необходимо особое божественное разрешение. Поскольку в данном случае такого разрешения явно не было, Лютер предостерег от вступления в бигамный брак, особенно для христиан, если только не существует крайней необходимости, например, если жена страдает проказой или иными недугами. Несмотря на это, Филипп не отказался ни от своего замысла заключить бигамный брак, ни от распутной жизни, которая в течение многих лет лишала его возможности причаститься. Филиппа затронуло мнение Меланхтона по делу Генриха VIII, где реформатор предложил, что проблему короля можно решить, взяв вторую жену, а не разводясь с первой. В поддержку своей позиции Филипп ссылался на высказывания Лютера в его проповедях о Книге Бытия, а также на исторические прецеденты, которые убедили его в том, что ничто не может считаться нехристианским, если это не было наказано Богом в случае с патриархами, которые в Новом Завете представлены как образцы веры. Именно во время болезни, вызванной его излишествами, мысль о втором браке стала для него навязчивой идеей. Ему казалось, что это единственный способ облегчить муки совести и единственная надежда на нравственное исправление. Он предложил жениться на дочери одной из фрейлин своей сестры, Маргарете фон дер Заале. Ландграф не испытывал никаких колебаний по этому поводу, однако Маргарета не хотела вступать в брак без одобрения теологов и согласия курфюрста Саксонии Иоанна Фридриха I и герцога Маврикия Саксонского. Филиппу легко удалось получить согласие своей первой жены на этот брак. Буцер, находившийся под сильным влиянием политических соображений, был склонен угрозами ландграфа о союзе с императором, если он не получит одобрения теологов, а виттенбергские богословы были убеждены необходимостью уступить просьбе принца. Таким образом, "тайный совет исповедника" был получен от Лютера и Меланхтона (10 декабря 1539 года), не подозревавших, что невеста для бигамного брака уже выбрана. Буцера и Меланхтона без объяснения причин вызвали в Ротенбург-на-Фульде, где 4 марта 1540 года Филипп и Маргарета были обвенчаны. Время было крайне неблагоприятным для любого скандала, затрагивающего протестантов, поскольку император, отклонивший Франкфуртский мир, готовился вторгнуться в Германию. Однако через несколько недель сестра Филиппа, Элизабет, раскрыла всю правду, и скандал вызвал болезненную реакцию по всей Германии. Некоторые союзники Филиппа отказались служить под его началом, а Лютер, ссылаясь на тайну исповеди, отказался признать свою причастность к этому браку.

Облигации к императору

Это событие повлияло на всю политическую ситуацию в Германии. Даже когда вопрос о браке занимал его внимание, Филипп был занят разработкой далеко идущих планов по реформированию Церкви и объединению всех противников дома Габсбургов, хотя в то же время он не отказался от надежды достичь религиозного компромисса дипломатическим путем. Он был крайне возмущен критикой, направленной против него, и опасался, что закон, который он сам издал против прелюбодеяния, может быть применен к его собственному случаю. В таком душевном состоянии он был теперь полон решимости заключить мир с императором на условиях, не предполагавших отказа от протестантского дела. Он предложил соблюдать нейтралитет в отношении имперского приобретения Клевского герцогства и предотвратить французский альянс, при условии, что император помилует его за все противодействие и нарушение имперских законов, хотя и без прямого упоминания о его двоебрачии. Предложения Филиппа, несмотря на его отказ предпринимать что-либо, наносящее ущерб протестантскому делу, были благосклонно приняты императором. Следуя совету Буцера, ландграф приступил к активным действиям в надежде установить религиозный мир между католиками и протестантами. Уверенный в императорской милости, он согласился явиться на Рейхстаг в Регенсбурге в 1541 году, и его присутствие там способствовало направлению, которое приняли дела на Регенсбургском религиозном диспуте, в котором протестантскую сторону представляли Меланхтон, Буцер и Иоганн Писторий Старший. Филиппу удалось получить разрешение императора на основание университета в Марбурге, и в обмен на дарование амнистии он согласился поддержать Карла против всех его врагов, за исключением протестантизма и Шмалькальденского союза; не заключать союзы с Францией, Англией или герцогом Клевским; и предотвратить вступление этих держав в Шмалькальденский союз. Император, со своей стороны, согласился не нападать на него в случае развязывания общей войны против всех протестантов. Эти особые условия привели к ослаблению позиций Филиппа как лидера протестантской партии. Он стал объектом подозрений, и хотя лига продолжала существовать и приобрела новых сторонников в последующие годы, ее реальная сила рассеялась. Но поскольку из светских князей лишь Альбрехт VII, герцог Мекленбургский, и Генрих V, герцог Брауншвейг-Люнебургский, оставались верны католической церкви, и поскольку объединенные действия в то время могли легко привести к триумфу протестантизма, единства целей не было. Герцог Мориц Саксонский и Иоахим II Бранденбургский не присоединились к Шмалькальденскому союзу; Клевес был успешно захвачен имперскими войсками; а протестантизм был жестоко подавлен в Меце. В 1543 году внутренние распри в протестантской лиге вынудили Филиппа уйти с поста ее руководителя и серьезно задуматься о ее роспуске. Он полностью доверился добросовестности императора, согласившись помочь ему против французов и турок. На Рейхстаге в Шпейере в 1544 году он с большим красноречием отстаивал политику императора. Епископ Аугсбургский заявил, что он должен быть вдохновлен Святым Духом, и император Карл V теперь намеревался назначить его главнокомандующим в следующей войне против турок.

Возобновление враждебности к Карлу

Однако ситуация внезапно изменилась, и Филипп был вынужден вновь выступить в оппозиции к императору, хотя и с опозданием, благодаря Крепийскому договору 1544 года, который открыл ему глаза на угрозу, нависшую над протестантизмом. Он помешал римско-католическому герцогу Генриху V Брауншвейг-Люнебургскому силой завладеть своими землями и безуспешно пытался создать новый союз с немецкими князьями против Австрии, обязывая его членов не допустить принятия решений планируемого Тридентского собора. Когда это не увенчалось успехом, он попытался обеспечить нейтралитет Баварии в возможной войне против протестантов и предложил новый протестантский союз в качестве замены Шмалькальдийскому союзу. Но все эти усилия, как и его предполагаемая коалиция со швейцарцами, были сорваны из-за соперничества между герцогом Морицем Саксонским и курфюрстом Иоанном Фридрихом I Саксонским. Опасаясь успеха этих планов, император пригласил Филиппа на встречу в Шпейер. Филипп открыто критиковал политику императора, и вскоре стало очевидно, что мир невозможен. Через четыре месяца (20 июля 1546 года) против Иоанна Фридриха и Филиппа был объявлен имперский бан, как против лжеприсяжников, мятежников и изменников. Результатом стала Шмалькальдийская война, исход которой был неблагоприятен для протестантских интересов. Поражение в битве при Мюльберге в 1547 году и пленение курфюрста Иоанна Фридриха ознаменовали падение Шмалькальдийской лиги. В отчаянии Филипп, который уже некоторое время вел переговоры с императором, согласился довериться его милосердию, при условии сохранения его территориальных прав и невключения в тюрьму. Однако эти условия были проигнорированы, и 23 июня 1547 года оба лидера Шмалькальдийской лиги были доставлены в Южную Германию и содержались в плену.

Заключение Филиппа и временное заключение в Гессен

Заключение Филиппа в тюрьму подвергло протестантов в Гессене великим испытаниям и трудностям. Ранее Филипп и Буцер тщательно организовали их общину, учредив синоды, пресвитерии и систему дисциплины. Теперь же общественное богослужение утратило единообразие, дисциплина была ослаблена, и возникло множество соперничающих сект. В конечном итоге был введен Аугсбургский Интерсим, санкционировавший католические обряды и терминологию. Сам Филипп писал из тюрьмы, призывая к принятию Аугсбургского Интерсима, особенно поскольку его освобождение зависело от этого. До тех пор, пока сохранялось свободное проповедование Евангелия и протестантский догмат об оправдании верой, другие вопросы казались ему менее важными. Он изучал католическую полемическую литературу, посещал мессу и был глубоко впечатлен изучением трудов Отцов Церкви. Однако гессенское духовенство смело выступило против введения Интерсима, а правительство в Касселе отказалось выполнять приказы ландграфа. Между тем, его заключение стало еще более тягостным из-за известий о ситуации в Гессене, а строгость содержания была усилена после его безуспешной попытки побега. Лишь в 1552 году Пассауский мир даровал ему долгожданную свободу, и он смог 12 сентября 1552 года вернуться в свою столицу, Кассель.

Годы закрытия

Хотя Филипп активно восстанавливал порядок в своих владениях, выдвинулись новые лидеры, такие как Морис Саксонский и Кристоф Вюртембергский. Филипп больше не стремился возглавить протестантскую партию. Все его усилия теперь были направлены на поиск основы для соглашения между протестантами и католиками. По его распоряжению его богословы играли заметную роль на различных конференциях, где представители католиков и протестантов собирались, чтобы попытаться найти практическую основу для воссоединения. Филиппа также глубоко беспокоили внутренние разногласия, возникшие после смерти Лютера между его сторонниками и учениками Меланхтона. Он неустанно призывал к взаимной терпимости между кальвинистами и лютеранами и до конца жизни сохранял надежду на создание великой протестантской федерации, поэтому с этой целью он поддерживал дружеские отношения с французскими протестантами и Елизаветой I Английской. Гугенотам оказывалась финансовая поддержка, а гессенские войска сражались плечом к плечу с ними в религиозных войнах во Франции, что способствовало принятию декларации о веротерпимости в Амбуазе в марте 1563 года. Он окончательно оформил структуру Гессенской церкви посредством обширной программы 1566–1567 годов, а в своем завещании, датированном 1562 годом, призвал своих сыновей придерживаться Аугсбургского вероисповедания и Виттенбергского согласия и одновременно работать над воссоединением католиков и протестантов, если позволят обстоятельства и возможности. Филипп умер в 1567 году и был похоронен в Касселе.