Китайская космическая программа: история и современность

Китайская космическая программа: история, достижения и современные проекты. Запуски ракет Long March, спутники, космопорты и место Китая в мировой космонавтике.

44 мин чтения

100%

Источник: Chinese space program — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Космическая программа Китайской Народной Республики
Китайская космическая программа в целом
(частично) гражданские аспекты китайской космической программы в XXI веке

Космическая программа Китайской Народной Республики охватывает деятельность в космическом пространстве, осуществляемую и направляемую Китайской Народной Республикой. Истоки китайской космической программы восходят к 1950-м годам, когда, при помощи недавно приобретенного союза с Советским Союзом, Китай начал разработку своих первых баллистических ракет и ракетных программ в ответ на предполагаемые американские (а позднее и советские) угрозы. Подстегнутый успехами советского спутника "Спутник-1" и американского "Эксплорер-1", запущенных в 1957 и 1958 годах соответственно, Китай запустил свой первый спутник "Дунфан Хун-1" в апреле 1970 года на ракете-носителе "Чанчжэн-1", став пятой страной, выведшей спутник на орбиту. Китай обладает одной из самых активных космических программ в мире. Благодаря возможностям запуска, предоставляемым семейством ракет "Чанчжэн" и четырьмя космодромами (Цзюцюань, Тайюань, Сичан, Вэньчан) на своей территории, Китай ежегодно осуществляет либо наибольшее, либо второе по величине количество орбитальных запусков. Он управляет спутниковым парком, состоящим из большого числа спутников связи, навигации, дистанционного зондирования и научных исследований. Сфера его деятельности расширилась от низкой околоземной орбиты до Луны и Марса. Китай – одна из трех стран, наряду с Соединенными Штатами и Россией, обладающих независимыми возможностями пилотируемых космических полетов. В настоящее время большинство космической деятельности, осуществляемой Китаем, управляется Китайским национальным космическим управлением (CNSA) и Силами стратегической поддержки Народно-освободительной армии, которые руководят корпусом тайконавтов и Китайской сетью дальнего космоса. К основным программам относятся Китайская пилотируемая космическая программа, навигационная спутниковая система "Бэйдоу", Китайская лунная программа, система наблюдения "Гаофэнь" и программа исследования планет Китая. В последние годы Китай провел ряд миссий, включая "Чанъэ-4", "Чанъэ-5", "Чанъэ-6", "Тяньвэнь-1" и космическую станцию "Тяньгун".

Ранние годы (1950-е - середина 1970-х)

Китайская космическая программа началась в виде ракетных исследований в 1950-х годах. После своего основания в 1949 году, новообразованная Китайская Народная Республика стремилась к овладению ракетными технологиями для укрепления национальной обороны в период холодной войны. В 1955 году Цянь Сюэшэнь, выдающийся ученый-ракетчик мирового уровня, вернулся в Китай из Соединенных Штатов. В 1956 году Цянь представил предложение о разработке китайской ракетной программы, которое было одобрено всего через несколько месяцев. 8 октября был создан первый в Китае институт ракетных исследований – Пятая исследовательская академия при Министерстве национальной обороны, насчитывавшая менее 200 сотрудников, большинство из которых были отобраны Цянем. Это событие впоследствии было признано рождением китайской космической программы. Для максимально эффективного использования имеющихся ресурсов Китай начал разработку ракет, изготовив лицензионную копию двух советских ракет Р-2, которые были тайно доставлены в Китай в декабре 1957 года в рамках программы сотрудничества в области передачи технологий между Советским Союзом и Китаем. Китайской версии ракеты было присвоено кодовое название "1059" с расчетом на запуск в 1959 году. Однако целевая дата вскоре была перенесена из-за различных трудностей, возникших в связи с внезапным прекращением советской технической помощи в результате советско-китайского раскола. Тем временем Китай приступил к строительству своего первого ракетного полигона в пустыне Гоби во Внутренней Монголии, который впоследствии стал знаменитым Цзюцюаньским центром запуска спутников – первым космодромом Китая. После запуска первым искусственным спутником Земли, "Спутником-1", Советским Союзом 4 октября 1957 года, Мао Цзэдун принял решение на Национальном съезде Коммунистической партии Китая (КПК) 17 мая 1958 года приравнять Китай к сверхдержавам, приняв проект 581 с целью вывода спутника на орбиту к 1959 году в ознаменование 10-й годовщины основания КНР. Эта цель вскоре оказалась нереалистичной, и было решено сосредоточиться на разработке зондирующих ракет. Первым достижением программы стал запуск ракеты-зондирующей Т-7М, достигшей высоты 8 км 19 февраля 1960 года. Это была первая ракета, разработанная китайскими инженерами. Успех был высоко оценен Мао Цзэдуном как хорошее начало самостоятельной китайской ракетной разработки. Однако вся советская техническая помощь была резко прекращена после советско-китайского раскола в 1960 году, и китайские ученые продолжили работу над программой, располагая крайне ограниченными ресурсами и знаниями. В этих тяжелых условиях Китай 5 декабря 1960 года успешно запустил первую "ракету 1059", работающую на спирте и жидком кислороде, что стало успешной имитацией советской ракеты. Ракета "1059" впоследствии была переименована в Dongfeng-1 (DF-1). В последующие годы Dongfeng-2 совершила еще семь успешных запусков. 27 октября 1966 года в рамках проекта "Две бомбы, один спутник" усовершенствованная версия DF-2, Dongfeng-2A, успешно запустила и взорвала ядерную боеголовку в заданном районе. По мере развития ракетной промышленности Китая в 1965 году был предложен и утвержден новый план разработки ракет-носителей и запуска спутников под названием проект 581, который впоследствии был переименован в проект 651. 30 января 1970 года Китай успешно испытал новую двухступенчатую ракету Dongfeng-4 (DF-4), продемонстрировав критически важные технологии, такие как ступенчатое разделение ракеты, зажигание двигателя в полете и управление ориентацией. DF-4 была использована для разработки ракеты "Чанчжэн-1" (LM-1 или CZ-1), к которой была добавлена новая третья ступень с твердотопливным двигателем для вывода на орбиту, к двум существующим ступеням с жидким топливом на основе азотной кислоты и UDMH. Китайская космическая программа выиграла от кампании "Третий фронт", направленной на развитие базовой и оборонной промышленности в труднодоступных внутренних районах Китая в преддверии возможного вторжения Советского Союза или Соединенных Штатов. Почти все новые аэрокосмические предприятия Китая в конце 1960-х и начале 1970-х годов были созданы в рамках "Третьего фронта", который включал расширение Цзюцюаньского центра запуска спутников, строительство Сичанского центра запуска спутников и строительство Тайюаньского центра запуска спутников. Второй спутник Китая был запущен с последней ракеты "Чанчжэн-1" 3 марта 1971 года. 221-килограммовый ShiJian-1 (SJ-1) был оснащен магнитометром и детекторами космических лучей/рентгеновского излучения. Помимо запуска спутников, Китай также добился небольшого прогресса в пилотируемой космонавтике. Первый успешный запуск и возвращение ракеты-зондирующей T-7A(S1) с биологическим экспериментом (на борту находились восемь белых мышей) состоялся 19 июля 1964 года с базы 603. Когда космическая гонка между двумя сверхдержавами достигла своего апогея с покорением Луны, Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай решили 14 июля 1967 года, что Китай не должен отставать и начали собственную пилотируемую космическую программу. Первый китайский космический корабль, предназначенный для пребывания человека, был назван Shuguang-1 в январе 1968 года. Китайский институт космической медицины был основан 1 апреля 1968 года, и Центральный военный совет издал приказ о начале отбора космонавтов. Первая пилотируемая космическая программа, известная как проект 714, была официально принята в апреле 1971 года с целью отправки двух космонавтов в космос к 1973 году на борту космического корабля Shuguang. Первый этап отбора космонавтов завершился 15 марта 1971 года, в результате чего были выбраны 19 космонавтов. Однако программа была вскоре отменена в том же году из-за политической нестабильности, что положило конец первой попытке Китая в пилотируемой космонавтике. В то время как разрабатывалась CZ-1, разработка первого китайского межконтинентального баллистического ракеты большой дальности, Dongfeng-5 (DF-5), началась еще в 1965 году. Первый испытательный полет DF-5 был проведен в 1971 году. После этого его технологии были использованы в двух различных моделях китайских ракет-носителей средней грузоподъемности, находящихся в разработке. Одной из двух была Feng Bao-1 (FB-1), разработанная вторым бюро механоэлектрической промышленности Шанхая, предшественником Шанхайской академии космических технологий (SAST). Другая параллельная программа разработки ракет-носителей средней грузоподъемности, также основанная на той же МБР DF-5 и известная как Long March-2 (CZ-2), была начата в Пекине Первой исследовательской академией Седьмого министерства машиностроения, которая впоследствии стала Китайской академией технологий ракет-носителей (CALT). И FB-1, и CZ-2 работали на N2O4 и UDMH, том же топливе, которое использовалось в DF-5. 26 июля 1975 года FB-1 совершила свой первый успешный полет, выведя на орбиту спутник Changkong-1 весом 1107 килограммов. Это был первый случай, когда Китай вывел на орбиту полезную нагрузку весом более 1 тонны. FB-1 и CZ-2, разработанные двумя разными институтами, впоследствии превратились в два различных направления классической ракетной семьи "Чанчжэн": "Чанчжэн-4" и "Чанчжэн-2". В рамках усилий "Третьего фронта" по перемещению критически важной оборонной инфраструктуры в относительно отдаленные внутренние районы (вдали от советской границы) было решено построить новый космический центр в гористой местности Сичуани, в районе Сичан, под кодовым названием "База 27". После расширения Северный ракетный испытательный полигон был модернизирован в январе 1976 года и стал Северной ракетной испытательной базой, известной как "База 25".

The Chinese space program began in the form of missile research in the 1950s. After its birth in 1949, the newly founded People's Republic of China was in pursuit of missile technology to build up the nation's defense for the Cold War. In 1955, Qian Xuesen , the world class rocketry scientist, returned to China from the United States. In 1956, Qian submitted a proposal for the development of China's missile program, which was approved in just a few months. On October 8, China's first missile research institute, the Fifth Research Academy under the Ministry of National Defense, was established with less than 200 staff, most of which were recruited by Qian. The event was later recognized as the birth of China's space program. To fully utilize all available resources, China kick started its missile development by manufacturing a licensed copy of two Soviet R 2 missiles, which were secretly shipped to China in December 1957 as part of the cooperative technology transfer program between the Soviet Union and China. The Chinese version of the missile was given the code name "1059" with the expectation of being launched in 1959. But the target date was soon postponed due to various difficulties arising from the sudden withdrawal of Soviet technical assistance due to the Sino Soviet split. Meanwhile, China started constructing its first missile test site in the Gobi desert of Inner Mongolia, which later became the famous Jiuquan Satellite Launch Center , China's first spaceport. After the launch of mankind's first artificial satellite, Sputnik 1, by the Soviet Union on October 4, 1957, Mao Zedong decided during the National Congress of the Chinese Communist Party (CCP) on May 17, 1958, to make China an equal of the superpowers , by adopting Project 581 with the objective of placing a satellite in orbit by 1959 to celebrate the 10th anniversary of the PRC's founding. This goal was soon proven unrealistic, and it was decided to focus on the development of sounding rockets first. The first achievement of the program was the launch of T 7M, a sounding rocket that eventually reached the height of 8 km on February 19, 1960. It was the first rocket developed by Chinese engineers. The success was praised by Mao Zedong as a good beginning of an indigenous Chinese rocket development. However, all Soviet technological assistance was abruptly withdrawn after the 1960 Sino Soviet split, and Chinese scientists continued on the program with extremely limited resources and knowledge. It was under these harsh conditions that China successfully launched the first "missile 1059", fueled by alcohol and liquid oxygen, on December 5, 1960, marking a successful imitation of Soviet missile. The missile 1059 was later renamed as Dongfeng 1 (DF 1, ). In the next few years, Dongfeng 2 conducted seven more launches, all ended in success. On October 27, 1966, as part of the "Two Bombs, One Satellite" project, Dongfeng 2A, an improved version of DF 2, successfully launched and detonated a nuclear warhead at its target. As China's missile industry matures, a new plan of developing carrier rockets and launching satellites was proposed and approved in 1965 with the name Project 581 changed to Project 651. On January 30, 1970, China successfully tested the newly developed two stage Dongfeng 4 (DF 4) missile, which demonstrated critical technologies like rocket staging, engine in flight ignition, attitude control. The DF 4 was used to develop the Long March 1 (LM 1 or CZ 1, ), with a newly designed spin up orbital insertion solid propellant rocket motor third stage added to the two existing Nitric acid/UDMH liquid propellant stages. China's space program benefited from the Third Front campaign to develop basic industry and national defense industry in China's rugged interior in preparation for potential invasion by the Soviet Union or the United States. Almost all of China's new aerospace work units in the late 1960s and early 1970s were established as part of the Third Front and Third Front projects included expansion of Jiuquan Satellite Launch Center, building Xichang Satellite Launch Center, and building Taiyuan Satellite Launch Center. China's second satellite was launched with the last Long March 1 on March 3, 1971. The 221 kg ShiJian 1 (SJ 1, ) was equipped with a magnetometer and cosmic ray/x ray detectors. In addition to the satellite launch, China also made small progress in human spaceflight. The first successful launch and recovery of a T 7A(S1) sounding rocket carrying a biological experiment (it carried eight white mice) was on July 19, 1964, from Base 603 As the space race between the two superpowers reached its climax with the conquest of the Moon, Mao and Zhou Enlai decided on July 14, 1967, that China should not be left behind, and started China's own crewed space program. China's first spacecraft designed for human occupancy was named Shuguang 1 in January 1968. China's Space Medical Institute was founded on April 1, 1968, and the Central Military Commission issued the order to start the selection of astronauts. The first crewed space program, known as Project 714, was officially adopted in April 1971 with the goal of sending two astronauts into space by 1973 aboard the Shuguang spacecraft. The first screening process for astronauts had already ended on March 15, 1971, with 19 astronauts chosen. But the program was soon canceled in the same year due to political turmoil, ending China's first human spaceflight attempt. While CZ 1 was being developed, the development of China's first long range intercontinental ballistic missile, namely Dongfeng 5 (DF 5), has started since 1965. The first test flight of DF 5 was conducted in 1971. After that, its technology was adopted by two different models of Chinese medium lift launch vehicles being developed. One of the two was Feng Bao 1 (FB 1, ) developed by Shanghai's 2nd Bureau of Mechanic Electrical Industry, the predecessor of Shanghai Academy of Spaceflight Technology (SAST). The other parallel medium lift LV program, also based on the same DF 5 ICBM and known as Long March 2 (CZ 2, ), was started in Beijing by the First Research Academy of the Seventh Ministry of Machine Building, which later became China Academy of Launch Vehicle Technology (CALT). Both FB 1 and CZ 2 were fueled by N2O4 and UDMH, the same propellant used by DF 5. On July 26, 1975, FB 1 made its first successful flight, placing the 1107 kilogram Changkong 1 satellite into orbit. It was the first time that China launched a payload heavier than 1 metric ton. FB 1 and CZ 2, which were developed by two different institutes, were later evolved into two different branches of the classic Long March rocket family: Long March 4 and Long March 2. As part of the Third Front effort to relocate critical defense infrastructure to the relatively remote interior (away from the Soviet border), it was decided to construct a new space center in the mountainous region of Xichang in the Sichuan province, code named Base 27. After expansion, the Northern Missile Test Site was upgraded as a test base in January 1976 to become the Northern Missile Test Base known as Base 25.

Новая эра (конец 1970-х - 1980-х)

После смерти Мао 9 сентября 1976 года его соперник Дэн Сяопин, подвергшийся критике во время Культурной революции как реакционер и вынужденный уйти со всех постов, постепенно вновь стал лидером Китая в 1978 году. Первоначально развитие шло медленно. Затем несколько ключевых проектов, признанных ненужными, были просто отменены: система противоракетной обороны Фанджи, сверхмощная противоракетная пушка Сяньфэн, радиолокационная станция раннего предупреждения о ракетном нападении 7010 и наземная программа высокоэнергетического лазера для борьбы с ракетами. Тем не менее, некоторые разработки продолжались. Первый космический корабль слежения класса "Юаньван" был введен в эксплуатацию в 1979 году. Первое полномасштабное испытание межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) DF-5 было проведено 18 мая 1980 года. Головная часть достигла цели, расположенной на расстоянии 9300 км в южной части Тихого океана, и была извлечена через пять минут с помощью вертолета. В 1982 году ракета-носитель "Чанчжэн-2С" (CZ-2C), модернизированная версия "Чанчжэн-2", созданная на базе DF-5 с полезной нагрузкой 2500 кг на низкой околоземной орбите (LEO), совершила свой первый полет. "Чанчжэн-2С", наряду со многими его производными моделями, в конечном итоге стала основой китайской космической программы в последующие десятилетия. Поскольку Китай с конца 1970-х годов переориентировался с политической деятельности на экономическое развитие, спрос на спутники связи резко возрос. В результате 31 марта 1975 года была начата китайская программа спутниковой связи под кодовым названием "Проект 331". Первое поколение собственных китайских спутников связи получило название "Дунфанхун-2" (DFH-2), разработку которого возглавлял известный эксперт по спутникам Сунь Цзядун. Поскольку спутники связи работают на геостационарной орбите, значительно более высокой, чем та, на которую могли достичь существующие ракеты-носители, запуск спутников связи стал следующей крупной задачей для китайской космической программы. Эта задача была поручена ракете-носителю "Чанчжэн-3" (CZ-3), самой передовой китайской ракете-носителю 1980-х годов. "Чанчжэн-3" была производной от "Чанчжэн-2С" с добавленной третьей ступенью, предназначенной для вывода полезных нагрузок на геосинхронную переходную орбиту (GTO). Когда разработка "Чанчжэн-3" началась в начале 1970-х годов, инженерам пришлось выбирать между двумя вариантами двигателя для третьей ступени: либо традиционным двигателем, работающим на тех же гиперголических компонентах топлива, что и первые две ступени, либо передовым криогенным двигателем, работающим на жидком водороде и жидком кислороде. Хотя план криогенного двигателя был гораздо сложнее, он в конечном итоге был выбран главным конструктором Жэнь Синьмином, который предвидел большой потенциал его использования для китайской космической программы в будущем. Разработка криогенного двигателя с возможностью повторного зажигания в полете началась в 1976 году и была завершена только в 1983 году. Одновременно с этим космодром Сичан был выбран в качестве стартовой площадки для "Чанчжэн-3" из-за его низкой широты, обеспечивающей лучшие возможности запуска на GTO. 29 января 1984 года "Чанчжэн-3" совершила свой первый полет с космодрома Сичан, доставив на орбиту первый экспериментальный спутник DFH-2. К сожалению, из-за отказа криогенного двигателя третьей ступени повторно запуститься в полете, спутник был выведен на низкую околоземную орбиту высотой 400 км вместо запланированной GTO. Несмотря на отказ ракеты, инженерам удалось вывести спутник на эллиптическую орбиту с апогеем 6480 км, используя собственную двигательную установку спутника. Затем была проведена серия испытаний для проверки характеристик спутника. Этот успех сделал Китай пятой страной в мире, обладающей независимыми возможностями разработки и запуска геостационарных спутников.

After Mao died on September 9, 1976, his rival, Deng Xiaoping, denounced during the Cultural Revolution as reactionary and therefore forced to retire from all his offices, slowly re emerged as China's new leader in 1978. At first, the new development was slowed. Then, several key projects deemed unnecessary were simply cancelled—the Fanji ABM system, the Xianfeng Anti Missile Super Gun, the ICBM Early Warning Network 7010 Tracking Radar and the land based high power anti missile laser program. Nevertheless, some development did proceed. The first Yuanwang class space tracking ship was commissioned in 1979. The first full range test of the DF 5 ICBM was conducted on May 18, 1980. The payload reached its target located 9300 km away in the South Pacific and retrieved five minutes later by helicopter. In 1982, Long March 2C (CZ 2C, ), an upgraded version of Long March 2 based on DF 5 with 2500 kg low Earth orbit (LEO) payload capacity, completed its maiden flight. Long March 2C, along with many of its derived models, eventually became the backbone of Chinese space program in the following decades. As China changing its direction from political activities to economy development since late 1970s, the demand for communications satellites surged. As a result, the Chinese communications satellite program, code name Project 331, was started on March 31, 1975. The first generation of China's own communication satellites was named Dong Fang Hong 2 (DFH 2, ), whose development was led by the famous satellite expert Sun Jiadong. Since communications satellites works in the geostationary orbit much higher than what the existing carrier rockets could reach, the launching of communications satellites became the next big challenge for the Chinese space program. The task was assigned to Long March 3 (CZ 3, ), the most advanced Chinese launch vehicle in the 1980s. Long March 3 was a derivative of Long March 2C with an additional third stage, designed to send payloads to geosynchronous transfer orbit (GTO). When the development of Long March 3 began in the early 1970s, the engineers had to make a choice between the two options for the third stage engine: either the traditional engine fueled by the same hypergolic fuels used by the first two stages, or the advanced cryogenic engine fueled by liquid hydrogen and liquid oxygen. Although the cryogenic engine plan was much more challenging than the other one, it was eventually chosen by Chief Designer Ren Xinmin , who had foreseen the great potential of its use for the Chinese space program in the coming future. The development of cryogenic engine with in flight re ignition capability began in 1976 and wasn't completed until 1983. At the same time, Xichang Satellite Launch Center was chosen as the launch site of Long March 3 due to its low latitude, which provides better GTO launch capability. On January 29, 1984, Long March 3 performed its maiden flight from Xichang, carrying the first experimental DFH 2 satellite. Unfortunately, because of the cryogenic third stage engine failed to re ignite during flight, the satellite was placed into a 400 km LEO instead of its intended GTO. Despite the rocket failure, the engineers managed to send the satellite into an elliptic orbit with an apoapsis of 6480 km using the satellite's own propulsion system. A series of tests were then conducted to verify the performance the satellite. The success made China the fifth country in the world with independent geostationary satellite development and launch capability.

Рост и падение коммерческих запусков (1990-е годы)

После первоначального успеха "Долгого Марша-3" дальнейшее развитие серии ракет "Долгого Марша" позволило Китаю объявить о коммерческой программе запусков для международных клиентов в 1985 году, что открыло десятилетие коммерческих запусков китайскими ракетами-носителями в 1990-х годах. Услуги запуска предоставлялись China Great Wall Industry Corporation (CGWIC) при поддержке CALT, SAST и China Satellite Launch and Tracking Control General (CLTC). Первый контракт был подписан с AsiaSat в январе 1989 года на запуск коммуникационного спутника AsiaSat 1, изготовленного компанией Hughes. Ранее этот спутник принадлежал Westar, но был выведен на неправильную орбиту из-за неисправности разгонного блока, прежде чем был возвращен в ходе миссии STS 51 A в 1984 году. 7 апреля 1990 года ракета "Долгий Марш-3" успешно вывела AsiaSat 1 на целевую геосинхронную переходную орбиту с высокой точностью, выполнив условия контракта. Поскольку первый коммерческий запуск завершился полным успехом, китайская программа коммерческих запусков была представлена миру с благоприятным началом. Хотя "Долгий Марш-3" успешно выполнил свою первую коммерческую миссию, его грузоподъемность в 1500 кг не позволяла выводить на геостационарную переходную орбиту новое поколение коммуникационных спутников, масса которых обычно превышала 2500 кг. Для решения этой проблемы Китай представил Long March 2E (CZ 2E), первую китайскую ракету с боковыми ускорителями, способную выводить до 3000 кг полезной нагрузки на GTO. Разработка "Долгого Марша 2E" началась в ноябре 1988 года, когда CGWIC получила контракт от Hughes на запуск двух спутников Optus, главным образом благодаря низкой цене. В то время ни ракета, ни стартовый комплекс не представляли собой ничего большего, чем концепции на бумаге. Однако инженеры CALT в рекордно короткие 18 месяцев построили все оборудование с нуля, что произвело впечатление на американских специалистов. 16 сентября 1990 года "Долгий Марш 2E", несущий макет спутника Optus, совершил испытательный полет и достиг расчетной орбиты в соответствии с проектом. Успех испытательного полета вдохновил всех участников и вселил оптимизм относительно предстоящего запуска реальных спутников Optus. Однако 22 марта 1992 года во время этого долгожданного запуска на космодроме Сичан произошла авария. После начального зажигания все двигатели неожиданно остановились. Ракета не смогла оторваться от стартовой площадки, что привело к прерыванию запуска, транслировавшегося в прямом эфире. Послезапускное расследование показало, что небольшие алюминиевые обломки вызвали короткое замыкание в цепи управления, что привело к аварийному отключению всех двигателей. Хотя сильная вибрация, вызванная кратковременным зажиганием, привела к повороту всей ракеты на 1,5 градуса по часовой стрелке и частичному смещению опорных блоков, ракета, заполненная топливом, все еще стояла на стартовой площадке, когда рассеялась пыль. После 39-часовой спасательной операции полезная нагрузка, ракета и стартовый комплекс были сохранены, что позволило избежать значительных потерь. Менее чем через пять месяцев, 14 августа, новая ракета "Долгий Марш 2E" успешно стартовала с Сичана, выведя спутник Optus на орбиту. В июне 1993 года в Пекине была основана Китайская аэрокосмическая корпорация, которой также было присвоено звание Китайского национального космического управления (CNSA). Улучшенная версия "Долгого Марша-3", а именно "Долгий Марш-3A" (CZ 3A), с грузоподъемностью 2600 кг на GTO, была введена в эксплуатацию в 1994 году. Однако 15 февраля 1996 года во время первого полета еще более улучшенной ракеты "Долгий Марш-3B" (CZ 3B), несущей Intelsat 708, ракета отклонилась от курса сразу после отрыва от стартовой площадки и упала через 22 секунды. В результате катастрофы погибли 6 человек и 57 получили ранения, что стало самым трагическим событием в истории китайской космической программы. Хотя ракета "Долгий Марш-3" успешно запустила коммуникационные спутники APStar 1A 3 июля, во время запуска ChinaSat 7 18 августа произошла неисправность повторного зажигания третьей ступени, что привело к еще одной неудаче запуска. Эти два неудачных запуска в течение нескольких месяцев серьезно подорвали репутацию ракет "Долгий Марш". В результате китайская служба коммерческих запусков столкнулась с отменой заказов, отказом в страховании или значительным увеличением страховых премий. Строгая система управления качеством значительно повысила надежность запусков с тех пор. В течение следующих 15 лет, с 20 октября 1996 года по 16 августа 2011 года, Китай осуществил 102 последовательных успешных запуска в космос. 20 августа 1997 года "Долгий Марш-3B" успешно совершил свой первый успешный полет со второй попытки, выведя на орбиту коммуникационный спутник Agila 2 массой 3770 кг. Он обеспечивал грузоподъемность на GTO до 5000 кг, что позволяло выводить на орбиту различные тяжелые спутники, доступные на международном рынке. С тех пор "Долгий Марш-3B" стал основой китайских запусков на средние и высокие околоземные орбиты и на протяжении почти 20 лет считался самой мощной ракетой Китая. В 1998 году административное подразделение Китайской аэрокосмической корпорации было разделено и объединено с недавно созданной Комиссией по науке, технологиям и промышленности для национальной обороны, сохранив при этом звание CNSA. Оставшаяся часть была вновь разделена на Китайскую корпорацию космической науки и техники (CASC) и Китайскую корпорацию космической промышленности (CASIC) в 1999 году. Это решение резко прекратило коммерческое сотрудничество между Китаем и Соединенными Штатами. Два спутника Iridium, запущенные "Долгим Маршем 2C" 12 июня 1999 года, стали последней партией американских спутников, запущенных китайской ракетой. Кроме того, из-за жесткого регулирования и доминирования США в космической отрасли ракеты "Долгий Марш" фактически были исключены с международного коммерческого рынка запусков, что привело к стагнации китайской программы коммерческих запусков в последующие годы. Ее цели можно описать как "Три этапа": Запуск и возвращение пилотируемого космического корабля; Космическая лаборатория для краткосрочных миссий; Долговременная модульная космическая станция. В связи со своей сложностью программой было инициировано несколько передовых проектов, включая космический корабль "Шэньчжоу", ракету-носитель "Долгий Марш-2F", космодром для пилотируемых полетов в Цзюцюане, Пекинский центр управления космическими полетами и Центр подготовки космонавтов Китая в Пекине. Что касается космонавтов, было отобрано четырнадцать кандидатов для формирования Отряда космонавтов Народно-освободительной армии, которые приступили к подготовке к космическим полетам.

After the initial success of Long March 3, further development of the Long March rocket series allowed China to announce a commercial launch program for international customers in 1985, which opened up a decade of commercial launches by Chinese launch vehicles in the 1990s. The launch service was provided by China Great Wall Industry Corporation (CGWIC) with support from CALT, SAST and China Satellite Launch and Tracking Control General (CLTC). The first contract was signed with AsiaSat in January 1989 to launch AsiaSat 1, a communications satellite manufactured by Hughes. It was previously a satellite owned by Westar but placed into a wrong orbit due to kick motor malfunction before being recovered in the STS 51 A mission in 1984. On April 7, 1990, a Long March 3 rocket successfully launched AsiaSat 1 into target geosynchronous transfer orbit with high precision, fulfilling the contract. As its very first commercial launch ended in full success, the Chinese commercial launch program was introduced to the world with a good opening. Although Long March 3 completed its first commercial mission as expected, its 1,500 kg payload capability was not capable of placing the new generation of communication satellites, which were usually over 2,500 kg, into geostationary transfer orbit. To deal with the problem, China introduced Long March 2E (CZ 2E, ), the first Chinese rocket with strap on boosters that can place up to 3,000 kg payload into GTO. The development of Long March 2E began in November 1988 when CGWIC was awarded the contract of launching two Optus satellites by Hughes mostly due to its low price. At that time, neither the rocket nor the launch facility was anything more than concepts on paper. Yet the engineers of CALT eventually built all the hardware from scratch in a record breaking period of 18 months, which impressed the American experts. On September 16, 1990, Long March 2E, carrying an Optus mass simulator, conducted its test flight and reached intended orbit as designed. The success of the test flight was a huge inspiration for all parties involved and brought optimism about the coming launch of actual Optus satellites. However, an accident occurred during this highly anticipated launch on March 22, 1992, at Xichang Satellite Launch Center. After initial ignition, all engines shut down unexpectedly. The rocket was unable to lift off, resulting in a launch abort while being live streamed to the world. The post launch investigation revealed that some minor aluminum scraps caused a shortage in the control circuit, triggering an emergency shutdown of all engines. Although the huge vibration brought by the short lived ignition had led to a rotation of the whole rocket by 1.5 degree clockwise and partial displacement of the supporting blocks, the rocket filled with propellant was still standing on the launch pad when the dust settled. After a rescue mission that lasted for 39 hours, the payload, rocket, and launch facilities were all preserved intact, avoiding huge losses. Less than five months later, on August 14, a new Long March 2E rocket successfully lifted off from Xichang, sending the Optus satellite into orbit. In June 1993, the China Aerospace Corporation was founded in Beijing. It was also granted the title of China National Space Administration (CNSA). A improved version of Long March 3, namely Long March 3A (CZ 3A, ) with 2,600 kg payload capacity to GTO, was put into service in 1994. However, on February 15, 1996, during the first flight of the further improved Long March 3B (CZ 3B, ) rocket carrying Intelsat 708, the rocket veered off course immediately after clearing the launch platform, crashing 22 seconds later. The crash killed 6 people and injured 57, making it the most disastrous event in the history of Chinese space program. Although the Long March 3 rocket successfully launched APStar 1A communication satellites on July 3, it came across a third stage re ignition malfunction during the launch of ChinaSat 7 on August 18, resulting in another launch failure. The two launch failures within a few months dealt a severe blow to the reputation of the Long March rockets. As a consequence, the Chinese commercial launch service was facing canceled orders, refusal of insurance, or greatly increased insurance premium. The strict quality management system remarkably increased the success rate ever since. Within the next 15 years, from October 20, 1996, up until August 16, 2011, China had achieved 102 consecutive successful space launches. On August 20, 1997, Long March 3B accomplished its first successful flight on its second attempt, placing the 3,770 kg Agila 2 communications satellite into orbit. It offered a GTO payload capacity as high as 5,000 kg capable of putting different kinds of heavy satellites available on the international market into orbit. Ever since then, Long March 3B had become the backbone of China's mid to high Earth orbit launches and been granted the title of most powerful rocket by China for nearly 20 years. In 1998, the administrative branch of China Aerospace Corporation was split and then merged into the newly founded Commission for Science, Technology and Industry for National Defense while retaining the title of CNSA. The remaining part was split again into China Aerospace Science and Technology Corporation (CASC) and China Aerospace Science and Industry Corporation (CASIC) in 1999. The regulation abruptly killed the commercial cooperation between China and the United States. The two Iridum satellites launched by Long March 2C on June 12, 1999, became the last batch of American satellites launched by Chinese rocket. Furthermore, due to the strict regulation applied and the U. S. dominance in space industry, the Long March rockets had been de facto excluded from the international commercial launch market, causing a stagnation of the Chinese commercial launch program in the next few years. Its goals can be described as "Three Steps": Crewed spacecraft launch and return; Space laboratory for short term missions; Long term modular space station. Due to its complex nature, a series of advanced projects were introduced by the program, including Shenzhou spacecraft, Long March 2F rocket, human spaceflight launch site in Jiuquan, Beijing Aerospace Flight Control Center, and Astronaut Center of China in Beijing. In terms of astronauts, fourteen candidates were selected to form the People's Liberation Army Astronaut Corps and started accepting spaceflight training.

Прорывы Шэньчжоу и Чанъэ (2000-е годы)

С начала XXI века Китай переживает быстрый экономический рост, что привело к увеличению инвестиций в космические программы и ряду крупных достижений в последующие десятилетия. В ноябре 2000 года китайское правительство опубликовало свою первую белую книгу под названием «Космическая деятельность Китая», в которой были описаны его цели на следующее десятилетие: создание системы наблюдения за Землей для обеспечения долгосрочной стабильной работы; создание независимой спутниковой системы телерадиовещания и телекоммуникаций; создание независимой системы спутниковой навигации и позиционирования; повышение общего уровня и возможностей китайских ракет-носителей; осуществление пилотируемых космических полетов и создание первоначально полной системы НИОКР и испытаний для пилотируемых космических проектов; создание скоординированной и полной национальной системы применения спутникового дистанционного зондирования; развитие космической науки и исследование космоса. Независимой системой спутниковой навигации и позиционирования, упомянутой в белой книге, была Beidou. Разработка Beidou началась в 1983 году, когда академик Китайской академии наук Чэнь Фангюнь спроектировал примитивную спутниковую навигационную систему, состоящую из двух спутников на геостационарной орбите. Сунь Цзядонг, известный китайский специалист по спутникам, позже предложил «трехступенчатую» стратегию разработки собственной спутниковой навигационной системы Китая, охват которой расширяется от Китая до Азии, а затем и всего мира. Два спутника «первого шага», а именно BeiDou 1, были запущены в октябре и декабре 2000 года. В качестве экспериментальной системы BeiDou 1 предоставляла базовые услуги позиционирования, навигации и определения времени в ограниченных районах Китая и его окрестностях. После нескольких лет экспериментов Китай начал строительство BeiDou 2, более продвинутой системы для обслуживания Азиатско-Тихоокеанского региона, запустив первые два спутника в 2007 и 2009 годах соответственно. Еще одной важной целью, указанной в белой книге, было осуществление пилотируемых космических полетов. Китайская пилотируемая космическая программа продолжила свое устойчивое развитие в XXI веке после своего первоначального успеха. С января 2001 года по январь 2003 года Китай провел три испытательных полета космического корабля Shenzhou без экипажа, подтвердив все системы, необходимые для полетов человека в космос. Среди этих миссий, Shenzhou 4, запущенный 30 декабря 2002 года, был последней беспилотной репетицией Shenzhou. Он летел 6 дней и 18 часов и совершил 108 кругов вокруг Земли, прежде чем вернуться 5 января 2003 года. Успех Shenzhou 4 устранил все препятствия для реализации пилотируемых космических полетов, поскольку первая миссия китайского космического полета с экипажем стала неизбежной. 15 октября 2003 года первый китайский космонавт Ян Ливэй был запущен на борту космического корабля Shenzhou 5 на ракете Long March 2F из центра запуска спутников в Цзюкуане. Космический корабль был выведен на орбиту через десять минут после запуска, сделав Яна первым китайцем в космосе. После более чем 21-часового полета и 14 орбит вокруг Земли космический корабль вернулся и благополучно приземлился во Внутренней Монголии на следующее утро, после чего Ян вышел из капсулы возвращения сам. Полностью успешная миссия Shenzhou 5 была широко отмечена в Китае и получила всемирную поддержку от разных людей и сторон, включая Генерального секретаря ООН Кофи Аннана. Миссия, официально признанная Китаем в качестве второй вехи своей космической программы после запуска Dongfanghong 1, ознаменовала собой позицию Китая как третьей страны, способной завершить независимый пилотируемый космический полет, положив конец более чем 40-летней дуополии Советского Союза/России и Соединенных Штатов. Китайская пилотируемая космическая программа не остановилась после своего исторического первого пилотируемого космического полета. В 2005 году два китайских космонавта Фэй Чжунлонг и Ний Хайшен успешно завершили первую китайскую многочеловеческую и многодневную космическую миссию на борту Shenzhou 6 в период с 12 по 17 октября. 25 сентября 2008 года Shenzhou 7 был запущен в космос с тремя космонавтами: Чжай Чжиганом, Лю Бомином и Цзинь Хайпэнем. Во время полета Чжай и Лю провели первый китайский выход в открытый космос на орбите. С успехом миссии Shenzhou 7 Китайская пилотируемая космическая программа вступила во «Второй этап», где более сложные технологии должны были быть проверены в следующем десятилетии. Примерно в то же время Китай начал подготовку к исследованию внеземного пространства, начиная с Луны. Ранние исследования Луны в Китае восходят к 1994 году, когда ее необходимость и осуществимость изучались и обсуждались среди китайских ученых. В результате белая книга 2000 года включила Луну в качестве основной цели глубокого космического исследования Китая в течение десятилетия. В январе 2004 года, через год после первой пилотируемой космической миссии Китая, китайская программа исследования Луны была официально одобрена и впоследствии преобразована в Китайскую лунную программу (CLEP). Как и несколько других космических программ Китая, CLEP была разделена на три этапа, которые были упрощены как «Орбита, Посадка, Возврат», все из которых должны были быть выполнены роботизированными зондами на момент планирования. 24 октября 2007 года первый лунный орбитальный аппарат Chang'e 1 был успешно запущен ракетой Long March 3A и выведен на лунную орбиту 7 ноября, став первым искусственным спутником Луны Китая. Затем он выполнил серию обследований и создал первую лунную карту Китая. 1 марта 2009 года Chang'e 1, проработавший дольше запланированного срока службы, совершил управляемое жесткое приземление на лунную поверхность, завершив миссию Chang'e 1. Будучи первой миссией Китая по исследованию дальнего космоса, Chang'e 1 была признана Китаем третьей вехой китайской космической программы и «вступительным билетом» в мировой клуб исследователей дальнего космоса. В мае 2007 года Китай запустил спутник NigComSat 1, разработанный Китайской академией космических технологий. Это был первый случай, когда Китай предоставил полный спектр услуг, от производства спутника до запуска, для международных клиентов.

Since the beginning of 21st century, China has been experiencing rapid economic growth, which led to higher investment into space programs and multiple major achievements in the following decades. In November 2000, the Chinese government released its first white paper entitled China's Space Activities, which described its goals in the next decade as:
To build up an earth observation system for long term stable operation. To set up an independently operated satellite broadcasting and telecommunications system. To establish an independent satellite navigation and positioning system. To upgrade the overall level and capacity of China's launch vehicles. To realize manned spaceflight and establish an initially complete R&D and testing system for manned space projects. To establish a coordinated and complete national satellite remote sensing application system. To develop space science and explore outer space. The independent satellite navigation and positioning system mentioned by the white paper was Beidou The development of Beidou dates back to 1983 when academician of the Chinese Academy of Sciences Chen Fangyun designed a primitive satellite navigation systems consisting of two satellites in the geostationary orbit. Sun Jiadong, the famous satellite expert of China, later proposed a "three step" strategy to develop China's own satellite navigation system, whose service coverage expands from China to Asia then the globe. The two satellites of the "first step", namely BeiDou 1, were launched in October and December 2000. As an experimental system, Beidou 1 offered basic positioning, navigation and timing services to limited areas in and around China. After a few years of experiment, China started the construction of BeiDou 2, a more advanced system to serve the Asia Pacific region by launching the first two satellites in 2007 and 2009 respectively. Another major goal specified by the white paper was to realize manned spaceflight. The China Manned Space Program continued its steady evolvement in the 21st century after its initial success. From January 2001 to January 2003, China conducted three uncrewed Shenzhou spacecraft test flights, validating all systems required by human spaceflight. Among these missions, the Shenzhou 4 launched on December 30, 2002, was the last uncrewed rehearsal of Shenzhou. It flew for 6 days and 18 hours and orbited around the Earth for 108 circles before returning on January 5, 2003. The success of Shenzhou 4 cleared all obstacles to the realization of human spaceflight as China's first crewed spaceflight mission became imminent. On October 15, 2003, the first Chinese astronaut Yang Liwei was launched aboard Shenzhou 5 spacecraft atop a Long March 2F rocket from Jiuquan Satellite Launch Center. The spacecraft was inserted into orbit ten minutes after launch, making Yang the first Chinese in space. After a flight of more than 21 hours and 14 orbits around the Earth, the spacecraft returned and landed safely in Inner Mongolia in the next morning, followed by Yang's walking out of the return capsule by himself. The complete success of Shenzhou 5 mission was widely celebrated in China and received worldwide endorsements from different people and parties, including UN Secretary General Kofi Annan. The mission, officially recognized by China as the second milestone of its space program after the launch of Dongfanghong 1, marked China's standing as the third country capable of completing independent human spaceflight, ending the over 40 year long duopoly by the Soviet Union/Russia and the United States. The China Manned Space Program did not stop its footsteps after its historic first crewed spaceflight. In 2005, two Chinese astronauts, Fei Junlong and Nie Haisheng , safely completed China's first "multi person and multi day" spaceflight mission aboard Shenzhou 6 between October 12 and 17. On 25 September 2008, Shenzhou 7 was launched into space with three astronauts, Zhai Zhigang , Liu Boming and Jing Haipeng During the flight, Zhai and Liu conducted China's first spacewalk in orbit. With the success of Shenzhou 7 mission, China Manned Space Program had entered the "Second Step", where more complex technologies were to be verified in the next decade. Around the same time, China began preparation for extraterrestrial exploration, starting with the Moon. The early research of Moon exploration of China dates back to 1994 when its necessity and feasibility were studied and discussed among Chinese scientists. As a result, the white paper of 2000 enlisted the Moon as the primary target of China's deep space exploration within the decade. In January 2004, the year after China's first human spaceflight mission, the Chinese Moon orbiting program was formally approved and was later transformed into Chinese Lunar Exploration Program (CLEP, ). Just like several other space programs of China, CLEP was divided into three phases, which were simplified as "Orbiting, Landing, Returning" , all to be executed by robotic probes at the time of planning. On October 24, 2007, the first lunar orbiter Chang'e 1 was successfully launched by a Long March 3A rocket, and was inserted into Moon orbit on November 7, becoming China's first artificial satellite of the Moon. It then performed a series of surveys and produced China's first lunar map. On March 1, 2009, Chang'e 1, which had been operating longer than its designed life span, performed a controlled hard landing on lunar surface, concluding the Chang'e 1 mission. Being China's first deep space exploration mission, Chang'e 1 was recognized by China as the third milestone of the Chinese space program and the admission ticket to the world club of deep space explorations. In May 2007, China launched NigComSat 1 satellite developed by China Academy of Space Technology. This was the first time China provided the full service from satellite manufacture to launch for international customers.

Расширение и революция (2010-е годы)

С 2000 по 2010 год ВВП Китая вырос в четыре раза и стал второй по величине экономикой в мире. В связи с быстрым развитием экономической деятельности по всей стране спрос на системы наблюдения за Землей с высоким разрешением значительно возрос. Чтобы покончить с зависимостью от зарубежных данных дистанционного зондирования высокого разрешения, Китай инициировал программу Китайской системы наблюдения за Землей высокого разрешения, более известную как Gaofen, в мае 2010 года. Ее цель – создать систему наблюдения за Землей, обеспечивающую круглосуточное, всепогодное покрытие для удовлетворения потребностей социально-экономического развития в рамках китайской космической инфраструктуры. Первый спутник Gaofen, Gaofen 1, был запущен на орбиту 26 апреля 2013 года, а затем в течение следующих нескольких лет на различные орбиты были запущены другие спутники для охвата различных спектральных диапазонов. На сегодняшний день Китай эксплуатирует более 30 спутников Gaofen, поскольку завершение космической части программы Gaofen было объявлено в конце 2022 года. Система спутниковой навигации "Бэйду" развивалась с необычайной скоростью после запуска первого спутника "Бэйду-2" в 2007 году. Только в 2010 году было запущено пять навигационных спутников Beidou 2. В конце 2012 года навигационная система Beidou 2, состоящая из 14 спутников, была завершена и начала предоставлять услуги в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Последний спутник Beidou 3 был успешно запущен ракетой Long March 3B 23 июня 2020 года. 31 июля 2020 года генеральный секретарь ЦК КПК Си Цзиньпин объявил об этом на церемонии завершения строительства "Бэйду-3", объявив о вводе системы "Бейду-3" в эксплуатацию по всему миру. Завершенная навигационная система Beidou 3 объединяет навигационные и коммуникационные функции и обладает множеством сервисных возможностей, включая определение местоположения, навигацию и синхронизацию времени, передачу коротких сообщений, международный поиск и спасение, спутниковую и наземную коррекцию, а также высокоточное позиционирование. Китайская пилотируемая космическая программа продолжала добиваться прорывов в технологиях пилотируемых космических полетов в 2010-х годах. В начале 2000-х годов китайская пилотируемая космическая программа продолжала сотрудничать с Россией в области технологического обмена, касающегося разработки механизма стыковки, используемого для космических станций. Заместитель главного конструктора Хуан Вейфен заявила, что в конце 2009 года Китайское космическое агентство начало обучение космонавтов процедурам стыковки космических аппаратов. Для отработки сближения и стыковки в космосе Китай запустил целевой модуль Tiangong 1 в 2011 году, за которым последовал беспилотный Shenzhou 8. Два космических корабля выполнили первую автоматическую стыковку Китая 3 ноября 2011 года, что подтвердило работоспособность процедур и механизмов стыковки. Примерно через 9 месяцев, в июне 2012 года, Tiangong 1 завершил первую ручную стыковку с Shenzhou 9, пилотируемым космическим кораблем, на борту которого находились Цзин Хайпэн, Лю Ван и первая женщина-космонавт Китая Лю Ян. Успех миссий Shenzhou 8 и 9, особенно эксперименты по автоматической и ручной стыковке, ознаменовали прогресс Китая в области сближения и стыковки космических аппаратов. Tiangong 1 позже был стыкован с пилотируемым космическим кораблем Shenzhou 10, на борту которого находились космонавты Нье Хайшэн, Чжан Сяогуан и Ван Япин, которые провели многочисленные научные эксперименты, прочитали лекции более чем 60 миллионам школьников в Китае и провели дополнительные испытания стыковки перед безопасным возвращением на Землю после 15 дней, проведенных в космосе. Завершение миссий от Shenzhou 7 до 10 продемонстрировало мастерство Китая во всех основных технологиях пилотируемых космических полетов, завершив первую фазу "Второго шага". Хотя Tiangong 1 рассматривался как прототип космической станции, его функциональность значительно уступала полноценным космическим лабораториям. Tiangong 2, первая настоящая космическая лаборатория Китая, была запущена на орбиту 15 сентября 2016 года. Ее посетили члены экипажа Shenzhou 11 месяц спустя. Два космонавта, Цзин Хайпэн и Чэнь Дун, вошли в Tiangong 2 и находились там около 30 дней, побив рекорд Китая по продолжительности пилотируемого космического полета, выполняя различные эксперименты с участием человека. В апреле 2017 года первый китайский грузовой космический корабль Tianzhou 1 состыковался с Tiangong 2 и завершил несколько испытаний по дозаправке топливом на орбите. Миссии космической лаборатории подтвердили способность Китая обеспечивать среднесрочное жизнеобеспечение и снабжение ресурсами в космосе. Успешное завершение серии миссий завершило "Второй шаг" китайской пилотируемой космической программы и проложило путь к "Третьему шагу", а именно к строительству Китайской космической станции, в ближайшее десятилетие. В области глубокого космического исследования, после завершения задачи "Орбита" в 2007 году, Китайская программа исследования Луны начала подготовку к фазе "Посадка". Второй китайский лунный зонд Chang'e 2 был запущен 1 октября 2010 года. Он впервые использовал переходную окололунную инъекцию для достижения Луны и получил изображения района Sinus Iridum, где ожидались будущие посадочные миссии. 2 декабря 2013 года ракета Long March 3B запустила Chang'e 3, первый китайский лунный посадочный аппарат, к Луне. 14 декабря Chang'e 3 успешно приземлился в районе Sinus Iridum, сделав Китай третьей страной, осуществившей мягкую посадку на внеземное тело. На следующий день луноход Yutu был развернут на лунной поверхности и начал свое исследование, достигнув цели "посадки и передвижения" второй фазы CLEP. Помимо исследования Луны, стоит отметить, что Китай предпринял свою первую попытку межпланетного исследования в тот же период. Yinghuo 1, первый китайский орбитальный аппарат для Марса, был запущен на борту российского космического аппарата Fobos Grunt в качестве дополнительного полезного груза в ноябре 2011 года. Yinghuo 1 был миссией в сотрудничестве с Российским космическим агентством. Это был относительно небольшой проект, инициированный Национальным центром космических наук Китайской академии наук, а не крупная космическая программа, управляемая государственным космическим агентством. Орбитальный аппарат Yinghuo 1 весил около 100 кг и перевозился зондом Fobos Grunt. Ожидалось, что он отделится от зонда Fobos Grunt и будет выведен на марсианскую орбиту после достижения Марса. Однако из-за ошибки бортового компьютера зонд Fobos Grunt не смог запустить свой основной двигатель и остался на низкой околоземной орбите после запуска. Через два месяца Fobos Grunt, вместе с орбитальным аппаратом Yinghuo 1, вошел в атмосферу Земли и сгорел, что привело к провалу миссии. Хотя миссия Yinghuo 1 не достигла своей первоначальной цели из-за факторов, не контролируемых Китаем, она положила начало китайским межпланетным исследованиям, собрав группу специалистов, занимающихся межпланетными исследованиями. В 2016 году первая независимая китайская миссия на Марс была официально одобрена и включена в число основных задач в "Белой книге о космической деятельности Китая в 2016 году". Миссия, которая планировалась беспрецедентным образом, была направлена на достижение марсианской орбиты, посадки и передвижения по поверхности в одной попытке в 2020 году. В то время как Китай добивался значительных успехов во всех вышеперечисленных областях, ракеты Long March, абсолютная основа китайской космической программы, также переживали решающую революцию. С 1970-х годов ракеты семейства Long March использовали тетраоксид диазота и УДМГ в качестве топлива для жидкостных двигателей. Хотя это гиперголическое топливо простое, дешевое и надежное, его недостатки, включая токсичность, ущерб окружающей среде и низкий удельный импульс, препятствовали конкурентоспособности китайских ракет-носителей по сравнению с другими космическими державами с середины 1980-х годов. Чтобы избавиться от такой неудовлетворительной ситуации, Китай начал изучение новых вариантов топлива после внедрения проекта 863 в 1986 году. После раннего исследования, продолжавшегося более десяти лет, разработка 120-тонного ракетного двигателя, работающего на жидком кислороде и керосине в каскадном цикле сгорания, была официально одобрена в 2000 году. Несмотря на неудачи, такие как взрывы двигателей во время первоначальных испытаний, команда разработчиков все же добилась прорывов в ключевых технологиях, таких как…

From 2000 to 2010, China had quadrupled its GDP and became the second largest economy in the world. Due to the rapid development of economy activities across the nation, the demand for high resolution Earth observation systems increased in a remarkable manner. To end the reliance on foreign high resolution remote sensing data, China initiated the China High resolution Earth Observation System program , most commonly known as Gaofen , in May 2010. Its purpose is to establish an all day, all weather coverage Earth observation system for satisfying the requirements of social development as part of the Chinese space infrastructures. The first Gaofen satellite, Gaofen 1, was launched into orbit on April 26, 2013, followed by more satellites being launched into different orbits in the next few years to cover different spectra. As of today, more than 30 Gaofen satellites are being operated by China as the completion of the space based section of Gaofen was announced in late 2022. The Beidou Navigation Satellite System proceeded in extraordinary speed after the launch of first Beidou 2 satellite in 2007. As many as five Beidou 2 navigation satellites were launched in 2010 alone. In late 2012, the Beidou 2 navigation system consisting of 14 satellites was completed and started providing service to Asia Pacific region. The final satellite of Beidou 3 was successfully launched by a Long March 3B rocket on June 23, 2020. On July 31, 2020, CCP general secretary Xi Jinping made the announcement on the Beidou 3 completion ceremony, declaring the commission of Beidou 3 system across the globe. The completed Beidou 3 navigation system integrates navigation and communication function, and possesses multiple service capabilities, including positioning, navigation and timing, short message communication, international search and rescue, satellite based augmentation, ground augmentation and precise point positioning. The China Manned Space Program continued to make breakthroughs in human spaceflight technologies in 2010s. In the early 2000s, the Chinese crewed space program continued to engage with Russia in technological exchanges regarding the development of a docking mechanism used for space stations. Deputy Chief Designer, Huang Weifen, stated that near the end of 2009, the China Manned Space Agency began to train astronauts on how to dock spacecraft. In order to practice space rendezvous and docking, China launched an target vehicle, Tiangong 1 , in 2011, followed by the uncrewed Shenzhou 8 The two spacecraft performed China's first automatic rendezvous and docking on 3 November 2011, which verified the performance of docking procedures and mechanisms. About 9 months later, in June 2012, Tiangong 1 completed the first manual rendezvous and docking with Shenzhou 9 , a crewed spacecraft carrying Jing Haipeng, Liu Wang and China's first female astronaut Liu Yang The successes of Shenzhou 8 and 9 missions, especially the automatic and manual docking experiments, marked China's advancement in space rendezvous and docking. Tiangong 1 was later docked with crewed spacecraft Shenzhou 10 carrying astronauts Nie Haisheng, Zhang Xiaoguang and Wang Yaping , who conducted multiple scientific experiments, gave lectures to over 60 million students in China, and performed more docking tests before returning to the Earth safely after 15 days in space. The completion of missions from Shenzhou 7 to 10 demonstrated China's mastery of all basic human spaceflight technologies, ending phase 1 of "Second Step". Although Tiangong 1 was considered as a space station prototype, its functionality was still remarkably weaker than decent space laboratories. Tiangong 2 , the first real space laboratory of China, was launched into orbit on September 15, 2016. It was visited by Shenzhou 11 crew a month later. Two astronauts, Jing Haipeng and Chen Dong entered Tiangong 2 and were stationed for about 30 days, breaking China's record for the longest human spaceflight mission while carrying out different types of human attended experiments. In April 2017, China's first cargo spacecraft, Tianzhou 1 , docked with Tiangong 2 and completed multiple in orbit propellant refueling tests. The space laboratory missions verified China's capability of medium term life support and resource resupply in space. The successful completion of the series of missions concluded the "Second Step" of China Manned Space Program and paved the way for the "Third Step", namely the construction of China Space Station, in the coming decade. In terms of deep space explorations, after completing the objective of "Orbiting" in 2007, the Chinese Lunar Exploration Program started preparing for the "Landing" phase. China's second lunar probe, Chang'e 2 , was launched on October 1, 2010. It used trans lunar injection orbit to reach the Moon for the first time and imaged the Sinus Iridum region where future landing missions were expected to occur. On December 2, 2013, a Long March 3B rocket launched Chang'e 3 , China's first lunar lander, to the Moon. On December 14, Chang'e 3 successfully landed on the Sinus Iridum region, making China the third country that made soft landing on an extraterrestrial body. A day later, the Yutu rover was deployed to the lunar surface and started its survey, achieving the goal of "landing and roving" for the second phase of CLEP. In addition to lunar exploration, it is worth noting that China made its first attempt of interplanetary exploration during the same period. Yinghuo 1 , China's first Mars orbiter, was launched on board the Russian Fobos Grunt spacecraft as an additional payload in November 2011. Yinghuo 1 was a mission in cooperation with Russian Space Agency. It was a relatively small project initiated by National Space Science Center of Chinese Academy of Sciences instead of a major space program managed by the state space agency. The Yinghuo 1 orbiter weighed about 100 kg and was carried by the Fobos Grunt probe. It was expected to detach from the Fobos Grunt probe and injected into Mars orbit after reaching Mars. However, due to an error of the onboard computer, the Fobos Grunt probe failed to start its main engine and was stranded in the low Earth orbit after launch. Two months later, Fobos Grunt, along with the Yinghuo 1 orbiter, re entered and eventually burned up in the Earth atmosphere, resulting in a mission failure. Although the Yinghuo 1 mission did not achieve its original goal due to factors not controlled by China, it led to the dawn of the Chinese interplanetary explorations by gathering a group of talents dedicated to interplanetary research for the first time. In 2016, the first Chinese independent Mars mission was formally approved and listed as one of the major tasks in "White Paper on China's Space Activities in 2016". The mission, which was planned in an unprecedented manner, aimed to achieve Mars orbiting, landing and roving in one single attempt in 2020. While China was making remarkable progress in all areas above, the Long March rockets, the absolute foundation of Chinese space program, were also experiencing a crucial revolution. Ever since 1970s, the Long March rocket family had been using dinitrogen tetroxide and UDMH as propellant for liquid engines. Although this hypergolic propellant is simple, cheap and reliable, its disadvantages, including toxicity, environmental damages, and low specific impulse, hindered Chinese carrier rockets from being competitive against other space powers since the mid 1980s. To get rid of such unsatisfying situation, China commenced the study of new propellant selection since the introduction of Project 863 in 1986. After an early study that lasted for over a decade, the development of a 120 ton rocket engine burning LOX and kerosene in staged combustion cycle were formally approved in 2000. Despite setbacks like engine explosions during initial firing tests, the development team still made breakthroughs in key technologies like superalloy production and engine ignition and completed its first long duration firing test in 2006. The engine, which was named YF 100, was eventually certified in 2012, and the first engine for actual flight was ready in 2014. On September 20, 2015, the Long March 6 , a small rocket using one YF 100 engine on its first stage, successfully conducted its maiden flight. On June 25, 2016, the medium lift Long March 7 , which was equipped with six YF 100 engines, completed its maiden flight in full success, increasing the maximum LEO payload capacity by Chinese rockets to 13.5 tons. The successes of Long March 6 and 7 signified the introduction of the "new generation of Long March rockets" powered by clean and more efficient engines. The maiden launch of Long March 7 was also the very first launch from Wenchang Space Launch Site located in Wenchang, Hainan Province. It marked the inauguration of Wenchang on the world stage of space activities. Compared with the old Jiuquan, Taiyuan, and Xichang, the Wenchang Space Launch Site, whose construction began in September 2009, is China's latest and most advanced spaceport. Rockets launched from Wenchang can send ten to fifteen percent more payloads in mass to orbit thanks to its low latitude. Additionally, due to its geographic location, the drop zones of rocket debris produced by rocket launches are in the ocean, eliminating threats posed to people and facilities on the ground. Wenchang's coastal location also allows larger rockets to be delivered to launch site by sea, which is difficult, if not impossible, for inland launch sites due to the size limits of tunnels needed to be passed through during transportations. The unique advantages made Wenchang the launch site of many major space missions of China in the following years, drawing attention of the world. The biggest breakthrough within the decade, if not decades, were brought by Long March 5 , the leading role of the new generation of Long March rockets and China's first heavy lift launch vehicle. The early study of Long March 5 can be traced back to 1986, and the project was formally approved in mid 2000s. It applied 247 new technologies during its development while over 90% of its components were newly developed and applied for the first time. Instead of using the classic 3.35 meter diameter core stage and 2.25 meter diameter side boosters, the 57 meter tall Long March 5 consists of one 5 meter diameter core stage burning LH2/LOX and four 3.35 meter diameter side boosters burning kerosene/LOX. With a launch mass as high as 869 metric tons and 10,573 kN lift off thrust, the Long March 5, being China's most powerful rocket, is capable of lifting up to 25 tons of payload to LEO and 14 tons to GTO, making it more than 2.5 times as much as the previous record holder (Long March 3B) and nearly as equal as the most powerful rocket in the world at that time (Delta IV Heavy). Due to its unprecedented capability, the Long March 5 was expected as the keystone for the Chinese space program in the early 21st century. However, after a successful maiden flight in late 2016, the second launch of the Long March 5 on July 2, 2017 suffered a failure, which was considered as the biggest setback for Chinese space program in nearly two decades. Because of the failure, the Long March 5 was grounded indefinitely until the problem was located and resolved, and multiple planned major space missions were either postponed or facing the risk of being postponed in the next few years. Despite the uncertain future of Long March 5, China managed to make history in space explorations with existing hardware in the next two years. Due to tidal locking, the Moon has been orbiting the Earth as the only natural satellite by facing it with the same side. Humans had never seen the far side of the Moon until the Space Age. Although humans have already got quite an amount of knowledge about the overall condition of the far side of the Moon in early 21st century with the help of numerous visits by lunar orbiters since the 1960s, no country had ever explored the area in close distance due to lack of communications on the far side. This missing piece was eventually filled by China's Chang'e 4 mission in 2019. To solve the communications problem, China launched Queqiao , a relay satellite orbiting around the Earth–Moon L2 Lagrangian point, in May 2018 to enable communications between the far side of the Moon and the Earth. On December 8, 2018, the Chang'e 4, which was originally built as the backup of Chang'e 3, was launched by a Long March 3B rocket from Xichang and entered lunar orbit on December 12. On January 3, 2019, Chang'e 4 successfully soft landed at the Von Kármán (lunar crater) on the far side of the Moon, and returned the first close up image of the lunar surface on the far side. A rover named Yutu 2 was deployed onto the lunar surface a few hours later, leaving the first trial on the far side. The accomplishment of a series of tasks by Chang'e 4 made China the first country to successfully achieved soft landing and roving on the far side of the Moon. Because of its great success, the project team received IAF World Space Award of 2020. It was the first time that a Chinese team be awarded with this honor. Aside from Chang'e 4, there were some other events worth noting during this period. In August 2016, China launched world's first quantum communications satellite Mozi In June 2017, the first Chinese X ray astronomy satellite named Huiyan was launched into space. In August of the same year, the Astronaut Center of China organized a joint training in which sixteen Chinese and two ESA astronauts participated. It was the first time that foreign astronauts took part in astronaut training organized by China. In 2018, China performed more orbital launches than any other countries on the planet for the first time in history. On June 5, 2019, China conducted its first Sea Launch with Long March 11 in the Yellow Sea. On July 25, Chinese company i Space became the first Chinese private company to successfully conduct an orbital launch with its Hyperbola 1 small solid rocket. As 2010s coming to an end, the Chinese space program was poised to conclude the decade with an inspiring event. On December 27, 2019, after a grounding and fixture that lasted for 908 days, the Long March 5 rocket conducted a highly anticipated return to flight mission from Wenchang. The mission ended in full success by placing Shijian 20, the heaviest satellite China had ever built, into the intended supersynchronous orbit. The flawless return of Long March 5 swept away all the depressions brought by its last failure since 2017. With its great power, the Long March 5 cleared the paths to multiple world class space projects, allowing China to make great strides toward its ambitions in the coming 2020s.

2020 - настоящее время

Будучи продуктом новейших технологий и инженерии китайской космической промышленности в начале XXI века, ракета-носитель "Чанчжэн-5" (Long March 5), прошедшая летные испытания, в значительной степени раскрыла потенциал китайской космической программы. Различные проекты, ранее ограниченные массой и размерами полезной нагрузки, получили шанс на реализацию. С 2020 года, благодаря "Чанчжэн-5", китайская космическая программа добилась огромного прогресса в нескольких областях, выполнив одни из самых сложных миссий в истории освоения космоса и впечатлив мир как никогда прежде. "Третий этап" китайской пилотируемой космической программы стартовал в 2020 году. Модификация "Чанчжэн-5Б" (Long March 5B) успешно совершила свой первый полет 5 мая 2020 года. Ее высокая грузоподъемность и большой обтекатель полезной нагрузки позволили доставлять модули китайской космической станции на низкую околоземную орбиту. 29 апреля 2021 года был успешно выведен на низкую околоземную орбиту ракетой "Чанчжэн-5Б" основной модуль "Тяньхэ" (Tianhe) весом 22 тонны – центральный элемент космической станции, также известной как "Тяньгун" (Tiangong). За этим последовала беспрецедентно высокая частота пилотируемых космических миссий. Месяц спустя Китай запустил "Тяньчжоу-2" (Tianzhou 2) – первую грузовую миссию к космической станции. 17 июня был осуществлен запуск "Шэньчжоу-12" (Shenzhou 12) – первой пилотируемой миссии к китайской космической станции, в состав экипажа которой вошли Не Хайшэн (Nie Haisheng), Лю Бомин (Liu Boming) и Тан Хунбо (Tang Hongbo). Экипаж состыковался с "Тяньхэ" и вошел в основной модуль примерно через 9 часов после запуска, став первыми обитателями станции. Экипаж прожил и работал на станции в течение трех месяцев, совершил два выхода в открытый космос и благополучно вернулся на Землю 17 сентября 2021 года, побив рекорд продолжительности китайского пилотируемого космического полета (33 дня), ранее установленный "Шэньчжоу-11" (Shenzhou 11). Примерно через месяц к станции был отправлен экипаж "Шэньчжоу-13" (Shenzhou 13). Астронавты Чжай Чжиган (Zhai Zhigang), Ван Япин (Wang Yaping) и Е Гуанфу (Ye Guangfu) завершили первую длительную космическую миссию Китая, которая продолжалась более 180 дней, прежде чем они благополучно вернулись на Землю 16 апреля 2022 года. Астронавт Ван Япин стала первой китайской женщиной, совершившей выход в открытый космос в ходе этой миссии. Начиная с мая 2022 года китайская пилотируемая космическая программа перешла в фазу сборки и строительства космической станции. 5 июня 2022 года был запущен и состыкован с основным модулем "Тяньхэ" "Шэньчжоу-13" (Shenzhou 13). Ожидалось, что экипаж, в состав которого вошли Чэнь Дун (Chen Dong), Лю Ян (Liu Yang) и Цай Сючжэ (Cai Xuzhe), примет два модуля космической станции во время шестимесячной миссии. 24 июля с космодрома Вэньчан (Wenchang) стартовала третья ракета "Чанчжэн-5Б", доставив на орбиту лабораторный модуль "Вэньтянь" (Wentian) весом 23,2 тонны – самый большой и тяжелый космический аппарат, когда-либо построенный и запущенный Китаем. Модуль состыковался с космической станцией менее чем через 20 часов, добавив второй модуль и первый лабораторный модуль. 30 сентября новый модуль "Вэньтянь" был переведен из переднего стыковочного узла в правый парковочный порт. 31 октября был запущен на орбиту ракетой "Чанчжэн-5Б" лабораторный модуль "Мэнтянь" (Mengtian) – третий и последний модуль Китайской космической станции, который состыковался с космической станцией менее чем через 13 часов. 3 ноября, после успешного перемещения модуля "Мэнтянь", была завершена "Т-образная" конфигурация Китайской космической станции. 29 ноября был запущен "Шэньчжоу-15" (Shenzhou 15), который позже состыковался с Китайской космической станцией. Астронавты Фэй Цзюньлун (Fei Junlong), Дэн Цинмин (Deng Qingming) и Чжан Лу (Zhang Lu) были встречены экипажем "Шэньчжоу-14" на борту станции, завершив первую совместную встречу и передачу смены китайскими космонавтами в космосе и начав эру непрерывного присутствия китайских космонавтов в космосе. Третий этап китайской лунной программы также получил возможность продолжить работу в 2020 году. В качестве подготовки Китай провел миссию "Чанъэ-5 T1" (Chang'e 5 T1) в 2014 году. Завершив свою основную задачу 1 ноября 2014 года, Китай продемонстрировал способность безопасно возвращать космический аппарат с лунной орбиты на Землю, проложив путь для миссии по возвращению образцов лунного грунта, которая должна была быть проведена в 2017 году. Однако, неудача второй миссии "Чанчжэн-5" нарушила первоначальный план. Несмотря на готовность космического аппарата, миссия была отложена из-за недоступности ракеты-носителя до успешного возвращения в строй "Чанчжэн-5" в конце 2019 года. 24 ноября 2020 года стартовала миссия по возвращению образцов, получившая название "Чанъэ-5" (Chang'e 5), когда ракета "Чанчжэн-5" вывела на орбиту космический аппарат весом 8,2 тонны. Космический аппарат вышел на лунную орбиту 28 ноября, после чего комплекс разделился на две части. Посадочный модуль приземлился вблизи горы Рюмкер (Mons Rümker) в Океане Бурь (Oceanus Procellarum) 1 декабря и начал сбор образцов на следующий день. Через два дня после посадки, 3 декабря, взлетный модуль, прикрепленный к посадочному модулю, стартовал с лунной поверхности и вышел на лунную орбиту, неся контейнер с собранными образцами. Это был первый случай, когда Китай запустил космический аппарат с внеземного тела. 6 декабря взлетный модуль успешно состыковался с орбитальным модулем на лунной орбите и передал контейнер с образцами в возвращаемый модуль, выполнив первую в истории роботизированную встречу и стыковку на лунной орбите. 13 декабря орбитальный модуль, вместе с возвращаемым модулем, вышел на траекторию возвращения на Землю после работы основных двигателей. Возвращаемая капсула в конечном итоге приземлилась в целости и сохранности во Внутренней Монголии 17 декабря, ознаменовав полное завершение миссии. 19 декабря 2020 года CNSA провела церемонию передачи образцов лунного грунта "Чанъэ-5" в Пекине. Взвесив контейнер с образцами, извлеченный из возвращаемой капсулы, CNSA объявила, что "Чанъэ-5" доставила с Луны 1731 грамм образцов. Будучи самой сложной миссией, завершенной Китаем на тот момент, миссия "Чанъэ-5" достигла множества выдающихся результатов, включая первый в Китае отбор лунных образцов, первый взлет с внеземного тела, первую автоматическую встречу и стыковку на лунной орбите (любой страной) и первый космический аппарат, возвращающийся в атмосферу Земли на высокой скорости с образцами. Ее успех также ознаменовал завершение цели "Орбита, посадка, возвращение", запланированной CLEP с 2004 года. До запуска "Чанъэ-5", нацеленного на Луну, находящуюся в 380 000 км от Земли, Китай отправил свой первый марсианский зонд, направляющийся к Марсу, находящемуся в 400 миллионах километров от Земли. С момента одобрения марсианской миссии в 2016 году Китай разработал различные необходимые технологии, включая сеть дальнего космоса, вход в атмосферу, зависание и обход препятствий посадочного модуля. "Чанчжэн-5", единственная ракета-носитель, способная доставить космический аппарат, вернулась в строй после своего критического возвращения в строй в декабре 2019 года. В результате все было готово, когда наступили окна запуска в июле 2020 года. 24 апреля 2020 года CNSA официально объявила о программе "Планетарные исследования Китая" и назвала первую независимую марсианскую миссию Китая "Тяньвэнь-1" (Tianwen 1). 23 июля 2020 года "Тяньвэнь-1" был успешно запущен с помощью ракеты "Чанчжэн-5" на траекторию перелета к Марсу. Космический аппарат, состоящий из орбитального модуля, посадочного модуля и марсохода, был направлен на достижение целей орбиты, посадки и исследования Марса в рамках одной миссии при первой попытке страны. Из-за своей высокой сложности и рискованности миссия была широко описана международными наблюдателями как "амбициозная". После семимесячного путешествия 10 февраля 2021 года "Тяньвэнь-1" вышел на марсианскую орбиту и стал первым действующим марсианским зондом Китая. Оборудование на борту орбитального модуля было активировано и начало обследование Марса в подготовку к посадке. В последующие месяцы CNSA опубликовала серию изображений, сделанных орбитальным модулем. 24 апреля CNSA объявила, что первый китайский марсоход, перевозимый зондом "Тяньвэнь-1", был назван "Чжужун" (Zhurong) – бог огня в древнекитайской мифологии. 15 мая 2020 года, около 1 часа ночи (пекинское время), "Тяньвэнь-1" начал процесс посадки, включив свои основные двигатели и…

Being the product of latest technology and engineering by Chinese space industry in the early 21st century, the flight proven Long March 5 unleashed the potential of Chinese space program to a great extent. Various projects previously restricted by the mass and size limits of the payloads were now offered a chance of realization. Ever since 2020, with the help of Long March 5, the Chinese space program has made tremendous progress in multiple areas by completing some of the most challenging missions ever conducted in history of space explorations, impressing the world like never before. The "Third Step" of China Manned Space Program kicked off in 2020. Long March 5B, a variant of Long March 5, conducted its maiden flight successfully on May 5, 2020. Its high payload capacity and large payload fairing space enabled the delivery of Chinese space station modules to low Earth orbit. On April 29, 2021, Tianhe core module , the 22 tonne core module of the space station, was successfully launched into Low Earth orbit by a Long March 5B rocket, marking the beginning of the construction of the China Space Station, also known as Tiangong , followed by unprecedented high frequency of human spaceflight missions. A month later, China launched Tianzhou 2, the first cargo mission to the space station. On June 17, Shenzhou 12, the first crewed mission to the Chinese Space Station consisting of Nie Haisheng, Liu Boming and Tang Hongbo, was launched from Jiuquan. The crew docked with Tianhe and entered the core module about 9 hours after launch, becoming the first residents of the station. The crew lived and worked on the space station for three months, conducted two spacewalks, and returned to Earth safely on September 17, 2021., breaking the record of longest Chinese human spaceflight mission (33 days) previously made by Shenzhou 11. Roughly a month later, the Shenzhou 13 crewed was launched to the station. Astronaut Zhai Zhigang, Wang Yaping and Ye Guangfu completed the first long duration spaceflight mission of China that lasted for over 180 days before returning to Earth safely on April 16, 2022. Astronaut Wang Yaping became the first Chinese female to perform a spacewalk during the mission. Starting from May 2022, the China Manned Space Program had entered the space station assembly and construction phase. On June 5, 2022, Shenzhou 13 was launched and docked to Tianhe core module. The crew, including Chen Dong, Liu Yang and Cai Xuzhe, were expected to welcome the arrival of two space station modules during the six month mission. On July 24, the third Long March 5B rocket lifted off from Wenchang, carrying the 23.2 t Wentian laboratory module , the largest and heaviest spacecraft ever built and launched by China, into orbit. The module docked with the space station less than 20 hours later, adding the second module and the first laboratory module to it. On September 30, the new Wentian module was rotated from the forward docking port to starboard parking port. On October 31, the Mengtian laboratory module , the third and final module of China Space Station, was launched by another Long March 5B rocket into orbit and docked with the space station in less than 13 hours later. On November 3, the 'T shape' China Space Station was completed after the successful transposition of the Mengtian module. On November 29, Shenzhou 15 was launched and later docked with China Space Station. Astronauts Fei Junlong, Deng Qingming, and Zhang Lu were welcomed by the Shenzhou 14 crew on board the station, completing the first crew gathering and handover in space by Chinese astronauts and starting the era of continuous Chinese astronaut presence in space. The third phase of Chinese Lunar Exploration Program was also allowed to proceed in 2020. As preparation, China conducted Chang'e 5 T1 mission back in 2014. By completing its main task on November 1, 2014, China had demonstrated the capability of returning a spacecraft from the lunar orbit back to Earth safely, paving the way for the lunar sample return mission to be conducted in 2017. However, the failure of the second Long March 5 mission disrupted the original plan. Despite the readiness of the spacecraft, the mission had to be postponed due to the unavailability of its launch vehicle, until the successful return to flight of Long March 5 in late 2019. On November 24, 2020, the sample return mission, entitled Chang'e 5 , kicked off as the Long March 5 rocket launched the 8.2 t spacecraft stack into space. The spacecraft entered lunar orbit on November 28, followed by a separation of the stack into two parts. The lander landed near Mons Rümker in Oceanus Procellarum on December 1 and started the sample collection process the next day. Two days after the landing, on December 3, the ascent vehicle attached to the lander took off from lunar surface and entered lunar orbit, carrying the container with collected samples. This was the first time that China launched a spacecraft from an extraterrestrial body. On December 6, the ascent vehicle successfully docked with the orbiter in lunar orbit and transferred the sample container to the return capsule, accomplishing the first robotic rendezvous and docking in lunar orbit in history. On December 13, the orbiter, along with the return module, entered the orbit back to Earth after main engine burns. The return capsule eventually landed intact in Inner Mongolia on December 17, sealing the perfect completion of the mission. On December 19, 2020, CNSA hosted the Chang'e 5 lunar sample handover ceremony in Beijing. By weighing the sample container taken out from the return capsule, CNSA announced that Chang'e 5 retrieved 1,731 grams of samples from the Moon. Being the most complex mission completed by China at the time, the Chang'e 5 mission achieved multiple remarkable milestones, including China's first lunar sampling, first liftoff from an extraterrestrial body, first automated rendezvous and docking in lunar orbit (by any nation) and the first spacecraft carrying samples to re enter Earth's atmosphere at high speed. Its success also marked the completion of the goal of "Orbiting, Landing, Returning" planned by CLEP since 2004. Prior to the launch of Chang'e 5, which targeted the Moon 380,000 km away from the Earth, China's first Mars probe had departed, heading to the Mars 400 million kilometers away. Ever since the approval of the Mars mission in 2016, China had developed required various technologies required, including deep space network, atmospheric entry, lander hovering and obstacle avoidance. Long March 5, the only launch vehicle capable of delivering the spacecraft, was back to service after its critical return to flight in December 2019. As a result, all things were ready when the launch windows of July 2020 arrived. On April 24, 2020, CNSA officially announced the program of Planetary Exploration of China and named China's first independent Mars mission as Tianwen 1 On July 23, 2020, Tianwen 1 was successfully launched atop a Long March 5 rocket into Trans Mars injection orbit. The spacecraft, consisting of an orbiter, a lander, and a rover, aimed to achieve the goals of orbiting, landing, and roving on Mars in one single mission on the nation's first attempt. Due to its highly complex and risky nature, the mission was widely described as "ambitious" by international observers. After a seven month journey, on February 10, 2021, Tianwen 1 entered Mar orbit and became China's first operational Mars probe. The payloads on the orbiter were subsequently activated and started surveying Mars in preparation for the landing. In the following few months, CNSA released a series of images captured by the orbiter. On April 24, CNSA announced that the first Chinese Mars rover carried by Tianwen 1 probe had been named Zhurong, the god of fire in ancient Chinese mythology. On May 15, 2020, around 1 am (Beijing time), Tianwen 1 initiated its landing process by igniting its main engines and lowering its orbit, followed by the separation of landing module at 4 am. The orbiter then returned to the parking orbit while the lander moved toward Mars atmosphere. Three hours later, the landing experienced the most dangerous atmospheric entry process that lasted for nine minutes. At 7:18 am, the lander successfully landed on the preselected southern Utopia Planitia. On May 25, the Zhurong rover drove onto the Martian surface from the lander. On June 11, CNSA released the first batch of high resolution images of landing sites captured by Zhurong rovers, marking the success of the Mars landing mission. Being China's first independent Mars mission, Tianwen 1 completed the daunting process involving the orbiting, landing, and roving in highly sophisticated manner on one single attempt, making China the second nation to land and drive a Mars rover on Martian surface after the United States. It drew attention of the world as another example of China's rapidly expanding presence in outer space. Rescue attempts had been made as its orbit had been observed being significantly raised to a highly elliptical orbit since its launch, yet the following status remains unknown to the public. On 20 March 2024 China launched its relay satellite, Queqiao 2, in the orbit of the Moon, along with two mini satellites Tiandu 1 and 2. Queqiao 2 will relay communications for the Chang'e 6 (far side of the Moon), Chang'e 7 and Chang'e 8 (Lunar south pole region) spacecrafts. Tiandu 1 and 2 will test technologies for a future lunar navigation and positioning constellation. All the three probes entered lunar orbit successfully on 24 March 2024 (Tiandu 1 and 2 were attached to each other and separated in lunar orbit on 3 April 2024). China sent Chang'e 6 on 3 May, which will conduct the first lunar sample return from the far side of the Moon. This is China's second lunar sample return mission, the first was achieved by Chang'e 5 from the lunar near side 4 years ago. It also carried a chinese rover to conduct infrared spectroscopy of lunar surface.

Инициатива "Один пояс, один путь"

Одним из приоритетов Китая в инициативе «Один пояс — один путь» является совершенствование каналов получения спутниковой информации.

Двустороннее космическое сотрудничество

Китай является привлекательным партнером для космического сотрудничества с другими развивающимися странами, поскольку он запускает их спутники по сниженной стоимости и часто предоставляет финансирование в форме льготных кредитов. Среди наиболее успешных проектов космического сотрудничества – разработка и запуск спутников наблюдения Земли. Правительство Соединенных Штатов уже давно выступает против использования услуг запуска ракет КНР американской промышленностью из-за опасений по поводу возможной передачи гражданских технологий, которые могут быть использованы в военных целях такими странами, как Северная Корея, Иран или Сирия. В связи с этим, неоднократно принимались финансовые меры воздействия в отношении ряда китайских космических компаний.

Политика НАСА, исключающая китайские государственные филиалы

Из соображений безопасности всем исследователям из Национального управления аэронавтики и космоса США (NASA) запрещено сотрудничать с гражданами Китая, связанными с китайским государственным предприятием или организацией. В апреле 2011 года 112-й Конгресс США запретил NASA использовать свои средства на прием китайских посетителей в учреждениях NASA. В марте 2013 года Конгресс США принял закон, запрещающий гражданам Китая въезд в учреждения NASA без специального разрешения. Ситуация усугубилась в 2007 году, когда Китай уничтожил недействующий метеорологический спутник на низкой околоземной орбите в ходе испытаний наземной противоспутниковой ракеты (ASAT). Образовавшиеся в результате взрыва обломки увеличили количество космического мусора на орбите Земли, подвергая космические аппараты других стран риску случайных столкновений. В ответ на политику исключения Китай принял собственную космическую политику, открыв свою космическую станцию для международного сотрудничества и приветствуя ученых из всех стран.

Организация

Первоначально космическая программа КНР была организована под эгидой Народно-освободительной армии, в частности, 2-го артиллерийского корпуса (ныне Ракетные войска и артиллерия НОАК, РВ и А НОАК). В 1990-х годах КНР реорганизовала космическую программу в рамках общей реорганизации оборонной промышленности, чтобы привести её в соответствие с западными системами оборонных закупок. Китайское национальное космическое управление, являющееся агентством в составе Комиссии по науке, технологиям и промышленности для национальной обороны, в настоящее время возглавляемое Чжан Кэцзянем, отвечает за осуществление запусков. Ракета-носитель "Чанчжэн" производится Китайской академией технологий ракет-носителей, а спутники – Китайской корпорацией аэрокосмической науки и техники. Эти организации являются государственными предприятиями, однако правительство КНР стремится к тому, чтобы они не находились под непосредственным государственным управлением и функционировали как независимые конструкторские бюро.

Подорбитальные стартовые площадки

Нанхуэй. Первый успешный запуск ракеты-зондировщика Т-7М состоялся 19 февраля 1960 года. База 603. Также известна как стартовая площадка Гуандэ. 19 июля 1964 года был осуществлен и успешно завершен первый полет биологической экспериментальной ракеты-зондировщика с восемью белыми мышами на борту.

Проект 714

Когда космическая гонка между двумя сверхдержавами достигла своего пика с высадкой людей на Луну, Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай решили 14 июля 1967 года, что КНР не должна отставать, и поэтому инициировали собственную пилотируемую космическую программу. Сверхсекретный проект 714 был направлен на отправку двух человек в космос к 1973 году на космическом корабле "Шугуан". В марте 1971 года для этой цели были отобраны девятнадцать пилотов ВВС НОАК. Космический корабль "Шугуан-1", который должен был быть запущен ракетой ЧЖ-2А, был разработан для экипажа из двух человек. Программа была официально отменена 13 мая 1972 года по экономическим причинам, хотя внутренняя политическая обстановка во время Культурной революции, вероятно, послужила мотивом для закрытия. Кратковременная вторая пилотируемая программа основывалась на успешной реализации технологии посадки (третья в мире после СССР и США) спутниками серии FSW. О ней несколько раз сообщалось в 1978 году с открытой публикацией некоторых деталей, включая фотографии, но затем она была внезапно отменена в 1980 году. Утверждалось, что вторая пилотируемая программа была создана исключительно в пропагандистских целях и не предполагала достижения реальных результатов.

Проект 863

Новая пилотируемая космическая программа была предложена Китайской академией наук в марте 1986 года в рамках Астронавтического плана 863-2. Она включала в себя пилотируемый космический корабль (Проект 863–204), предназначенный для доставки экипажей космонавтов на космическую станцию (Проект 863–205). В сентябре того же года китайские СМИ представили космонавтов, проходивших подготовку. Большинство предлагавшихся пилотируемых космических кораблей представляли собой космические самолеты. В конечном итоге Проект 863 трансформировался в Проект 921 в 1992 году.

Космический корабль

В 1992 году было получено разрешение и финансирование на первый этап проекта 921, который предусматривал план запуска пилотируемого космического корабля. Программа "Шэньчжоу" включала четыре беспилотных испытательных полета и две пилотируемые миссии. Первым стал "Шэньчжоу-1", запущенный 20 ноября 1999 года. 9 января 2001 года был запущен "Шэньчжоу-2" с животными на борту для проведения испытаний. "Шэньчжоу-3" и "Шэньчжоу-4" были запущены в 2002 году с манекенами. Затем, 15 октября 2003 года, состоялся успешный запуск "Шэньчжоу-5" – первой китайской пилотируемой космической миссии, в ходе которой Ян Ливэй находился на орбите 21 час, что сделало Китай третьей страной, осуществившей вывод человека на орбиту. "Шэньчжоу-6" последовал два года спустя, завершив первый этап проекта 921. Миссии запускаются с помощью ракеты-носителя "Чанчжэн-2F" (Long March 2F) с космодрома Цзюкуань. Китайское национальное космическое управление с пилотируемыми программами (CMSA), входящее в Департамент разработки вооружений Центрального военного совета, обеспечивает инженерно-техническую и административную поддержку пилотируемых миссий "Шэньчжоу".

Космическая лаборатория

Вторая фаза проекта 921 началась с Shenzhou 7, первой китайской миссии с выходом в открытый космос. Затем были запланированы две пилотируемые миссии к первой китайской космической лаборатории. Первоначально Китай разработал космический корабль Shenzhou с использованием технологий стыковки, импортированных из России, что обеспечивало его совместимость с Международной космической станцией (МКС). 29 сентября 2011 года Китай запустил "Тяньгун-1". Этот целевой модуль должен стать первым шагом к испытанию технологий, необходимых для планируемой космической станции. 31 октября 2011 года ракета-носитель "Чанчжэн-2F" вывела на орбиту беспилотный космический корабль "Шэньчжоу-8", который дважды состыковался с модулем "Тяньгун-1". Корабль "Шэньчжоу-9" стартовал 16 июня 2012 года с экипажем из трех человек. Он успешно состыковался с лабораторией "Тяньгун-1" 18 июня 2012 года в 06:07 UTC, ознаменовав первую стыковку китайского пилотируемого космического корабля. Еще одна пилотируемая миссия, "Шэньчжоу-10", была запущена 11 июня 2013 года. В дальнейшем ожидается, что целевой модуль "Тяньгун-1" будет сведен с орбиты. Вторая космическая лаборатория, "Тяньгун-2", была запущена 15 сентября 2016 года в 22:04:09 (UTC+8). Масса при запуске составила 8600 кг, длина – 10,4 м, ширина – 3,35 м, аналогично "Тяньгун-1". "Шэньчжоу-11" стартовал и состыковался с "Тяньгун-2" в октябре 2016 года, с неподтвержденной последующей миссией "Шэньчжоу-12" в будущем. "Тяньгун-2" доставил на орбиту детектор гамма-всплесков POLAR, систему квантового распределения ключей между Землей и космосом, а также экспериментальную установку для лазерной связи, предназначенную для совместного использования со спутником "Mozi" ("Квантовая научная спутниковая система"), эксперимент по термокапиллярной конвекции жидкостного моста и эксперимент по исследованию космических материалов. Также в состав оборудования входят стереоскопический микроволновый высотомер, эксперимент по выращиванию растений в космосе, многоугольный широкополосный спектральный имэджер и многоспектральный спектрометр для съемки лимба. На борту "Тяньгун-2" также находится первый в мире атомный фонтанный хронометр, работающий в условиях холодного атома, но от его заказа в итоге отказались после объединения его целей с "Тяньгун-2". Это также могло стать началом международного сотрудничества Китая в области пилотируемых полетов, о котором было официально объявлено впервые после запуска "Шэньчжоу-7". Первый модуль космической станции "Тяньгун", основной модуль "Тяньхэ", был запущен 29 апреля 2021 года с космодрома Вэньчан и должен стать полностью работоспособным к 2023 году.

The second phase of the Project 921 started with Shenzhou 7, China's first spacewalk mission. Then, two crewed missions were planned to the first Chinese space laboratory. The PRC initially designed the Shenzhou spacecraft with docking technologies imported from Russia, therefore compatible with the International Space Station (ISS). On September 29, 2011, China launched Tiangong 1. This target module is intended to be the first step to testing the technology required for a planned space station. On October 31, 2011, a Long March 2F rocket lifted the Shenzhou 8 uncrewed spacecraft which docked twice with the Tiangong 1 module. The Shenzhou 9 craft took off on 16 June 2012 with a crew of 3. It successfully docked with the Tiangong 1 laboratory on 18 June 2012, at 06:07 UTC, marking China's first crewed spacecraft docking. Another crewed mission, Shenzhou 10, launched on 11 June 2013. The Tiangong 1 target module is then expected to be deorbited. A second space lab, Tiangong 2, launched on 15 September 2016, 22:04:09 (UTC+8). The launch mass was 8,600 kg, with a length of 10.4m and a width of 3.35m, much like the Tiangong 1. Shenzhou 11 launched and rendezvoused with Tiangong 2 in October 2016, with an unconfirmed further mission Shenzhou 12 in the future. The Tiangong 2 brings with it the POLAR gamma ray burst detector, a space Earth quantum key distribution, and laser communications experiment to be used in conjunction with the Mozi 'Quantum Science Satellite', a liquid bridge thermocapillary convection experiment, and a space material experiment. Also included is a stereoscopic microwave altimeter, a space plant growth experiment, and a multi angle wide spectral imager and multi spectral limb imaging spectrometer. Onboard TG 2 there will also be the world's first ever in space cold atomic fountain clock. but ultimately not ordered after its goals were merged with Tiangong 2. This could also be the beginning of China's crewed international cooperation, the existence of which was officially disclosed for the first time after the launch of Shenzhou 7. The first module of Tiangong space station, Tianhe core module, was launched on 29 April 2021, from Wenchang Space Launch Site. and fully operational by 2023.

Исследование Луны

В январе 2004 года КНР официально начала этап реализации своего проекта по беспилотному исследованию Луны. По словам администратора Китайского национального космического управления Сунь Лайяна, проект включает три этапа: выведение аппарата на орбиту Луны, посадку и возвращение образцов. 14 декабря 2005 года сообщалось, что "попытки запуска спутников на окололунную орбиту в 2007 году будут заменены программой, направленной на осуществление беспилотной посадки на Луну. Программа возвращения беспилотных космических аппаратов с Луны начнется в 2012 году и продлится пять лет, до начала пилотируемой программы в 2017 году, после чего планируется пилотируемая посадка на Луну". Решение о разработке новой лунной ракеты, основанной на советской UR 700M 1962 года (проект "Аэлита"), способной выводить на LTO 500 тонн полезной нагрузки и на LTO более скромные 50 тонн, было обсуждено на конференции в 2006 году академиком Чжан Гуйтианем, специалистом по жидкостным ракетным двигателям, разработавшим двигатели ракет CZ-2 и CZ-4A. 22 июня 2006 года Лонг Лехао, заместитель главного архитектора проекта лунного зонда, представил график лунных исследований Китая, назначив 2024 год датой первого выхода китайского космонавта на лунную поверхность. В сентябре 2010 года было объявлено о планах страны по осуществлению глубококосмических исследований, включая отправку человека на Луну к 2025 году. Китай также рассчитывал вернуть образцы лунного грунта на Землю в 2017 году и впоследствии построить обсерваторию на поверхности Луны. Е Пейцзянь, главный конструктор программы "Чанъэ" и академик Китайской академии наук, добавил, что Китай обладает "полной способностью осуществить исследование Марса к 2013 году". 14 декабря 2013 года китайский "Чанъэ-3" стал первым аппаратом, совершившим мягкую посадку на Луну после советской "Луны-24" в 1976 году. 20 мая 2018 года, за несколько месяцев до миссии "Чанъэ-4", с космодрома Сичан в Китае была запущена "Queqiao" ракетой-носителем Long March 4C. Космическому аппарату потребовалось 24 дня, чтобы достичь точки L2, используя гравитационный маневр вблизи Луны для экономии топлива. 14 июня 2018 года "Queqiao" завершила финальную корректировку и вышла на рабочую орбиту вблизи Луны. Это первый лунный ретрансляционный спутник, размещенный в данной точке. Ян Ливэй заявил на 16-м симпозиуме "Человек в космосе" Международной академии астронавтики (IAA) в Пекине 22 мая 2007 года, что создание лунной базы является ключевым шагом для реализации полета на Марс и к другим планетам. Однако, учитывая, что проект находится лишь на ранней стадии научно-исследовательской подготовки, официальная пилотируемая лунная программа пока не была объявлена властями. Тем не менее, её существование периодически подтверждается намеренными утечками информации в СМИ. Примером может служить лунный ровер, продемонстрированный на китайском телеканале во время празднования Первомая в 2008 году. 23 ноября 2020 года Китай запустил новую лунную миссию "Чанъэ-5", которая 16 декабря 2020 года вернулась на Землю с образцами лунного грунта. До этого момента только США и бывший Советский Союз возвращали материалы с Луны, что сделало Китай третьей страной, достигшей этого успеха. 3 мая Китай отправил "Чанъэ-6", который должен осуществить первый возврат образцов с обратной стороны Луны. Это вторая миссия Китая по возврату лунных образцов, первая, с ближней стороны Луны, была выполнена "Чанъэ-5" четыре года назад.

In January 2004, the PRC formally started the implementation phase of its uncrewed Moon exploration project. According to Sun Laiyan, administrator of the China National Space Administration, the project will involve three phases: orbiting the Moon; landing; and returning samples. On December 14, 2005, it was reported "an effort to launch lunar orbiting satellites will be supplanted in 2007 by a program aimed at accomplishing an uncrewed lunar landing. A program to return uncrewed space vehicles from the Moon will begin in 2012 and last for five years, until the crewed program gets underway" in 2017, with a crewed Moon landing planned after that. The decision to develop a new Moon rocket in the 1962 Soviet UR 700M class (Project Aelita) able to launch a 500 ton payload in LTO and a more modest 50 tons LTO payload LV has been discussed in a 2006 conference by academician Zhang Guitian , a liquid propellant rocket engine specialist, who developed the CZ 2 and CZ 4A rockets engines. On June 22, 2006, Long Lehao, deputy chief architect of the lunar probe project, laid out a schedule for China's lunar exploration. He set 2024 as the date of China's first moonwalk. In September 2010, it was announced that the country is planning to carry out explorations in deep space by sending a man to the Moon by 2025. China also hoped to bring a Moon rock sample back to Earth in 2017, and subsequently build an observatory on the Moon's surface. Ye Peijian, Commander in Chief of the Chang'e program and an academic at the Chinese Academy of Sciences, added that China has the "full capacity to accomplish Mars exploration by 2013." On December 14, 2013 China's Chang'e 3 became the first object to soft land on the Moon since Luna 24 in 1976. On 20 May 2018, several months before the Chang'e 4 mission, the Queqiao was launched from Xichang Satellite Launch Center in China, on a Long March 4C rocket. The spacecraft took 24 days to reach L2, using a gravity assist at the Moon to save propellant. On 14 June 2018, Queqiao finished its final adjustment burn and entered the mission orbit, about from the Moon. This is the first lunar relay satellite ever placed in this location. Yang Liwei declared at the 16th Human in Space Symposium of International Academy of Astronautics (IAA) in Beijing, on May 22, 2007, that building a lunar base was a crucial step to realize a flight to Mars and farther planets. According to practice, since the whole project is only at a very early preparatory research phase, no official crewed Moon program has been announced yet by the authorities. But its existence is nonetheless revealed by regular intentional leaks in the media. A typical example is the Lunar Roving Vehicle that was shown on a Chinese TV channel during the 2008 May Day celebrations. On 23 November 2020, China launched the new Moon mission Chang'e 5, which returned to Earth carrying lunar samples on 16 December 2020. Only two nations, the United States and the former Soviet Union have ever returned materials from the Moon, thus making China the third country to have ever achieved the feat. China sent Chang'e 6 on 3 May, which will conduct the first lunar sample return from the far side of the Moon. This is China's second lunar sample return mission, the first was achieved by Chang'e 5 from the lunar near side 4 years ago.

Космическая солнечная энергия

Согласно презентации Китайской академии космических технологий (CAST) на Международном конгрессе по развитию космического пространства 2015 года в Торонто, Канада, китайский интерес к космической солнечной энергетике возник в период 1990–1995 годов. К 2013 году была поставлена национальная цель: "государство решило, что энергия, поступающая из-за пределов Земли, такая как солнечная энергия и развитие других космических энергетических ресурсов, станет будущим направлением развития Китая", и была определена следующая дорожная карта: "В 2010 году CAST завершит концептуальное проектирование; в 2020 году мы завершим промышленные испытания по орбитальному строительству и беспроводной передаче энергии. В 2025 году мы завершим первую демонстрацию SPS мощностью 100 кВт на низкой околоземной орбите (LEO); а в 2035 году SPS мощностью 100 МВт достигнет электрической генерирующей мощности. Наконец, в 2050 году в GEO будет запущена первая коммерческая система SPS". В статье далее отмечалось, что "поскольку разработка SPS станет масштабным проектом, она будет сопоставима с программой "Аполлон" в области энергетики. В прошлом веке лидерство Америки в науке и технике во всем мире было неразрывно связано с технологическим прогрессом, достигнутым в ходе реализации программы "Аполлон". Аналогичным образом, поскольку нынешние достижения Китая в аэрокосмической технике основаны на его последовательных поколениях спутниковых проектов, Китай будет использовать свои возможности в космической науке для обеспечения устойчивого развития энергетики из космоса". Детальное описание конструкции было представлено в статье для онлайн-журнала космической связи. В 2016 году генерал-лейтенант Чжан Юлин, заместитель начальника департамента разработки вооружений ЦК НОАК, предположил, что Китай в дальнейшем начнет осваивать пространство Земли и Луны для промышленного развития. Целью станет строительство космических солнечных электростанций, которые будут передавать энергию на Землю. В июне 2021 года китайские официальные лица подтвердили продолжение планов по созданию геостационарной солнечной электростанции к 2050 году. Обновленный график предусматривает проведение испытаний малой генерации электроэнергии в 2022 году, а затем создание орбитальной электростанции мощностью в один мегаватт к 2030 году. Для создания геостационарной станции мощностью в один гигаватт потребуется более 10 000 тонн инфраструктуры, доставляемой с помощью более 100 запусков ракеты-носителя "Чанчжэн-9".

According to the China Academy of Space Technology (CAST) presentation at the 2015 International Space Development Congress in Toronto, Canada, Chinese interest in space based solar power began in the period 1990–1995. By 2013, there was a national goal, that "the state has decided that power coming from outside of the earth, such as solar power and development of other space energy resources, is to be China's future direction" and the following roadmap was identified: "In 2010, CAST will finish the concept design; in 2020, we will finish the industrial level testing of in orbit construction and wireless transmissions. In 2025, we will complete the first 100kW SPS demonstration at LEO; and in 2035, the 100MW SPS will have an electric generating capacity. Finally in 2050, the first commercial level SPS system will be in operation at GEO." The article went on to state that "Since SPS development will be a huge project, it will be considered the equivalent of an Apollo program for energy. In the last century, America's leading position in science and technology worldwide was inextricably linked with technological advances associated with the implementation of the Apollo program. Likewise, as China's current achievements in aerospace technology are built upon with its successive generations of satellite projects in space, China will use its capabilities in space science to assure sustainable development of energy from space." The design was presented in detail in a paper for the Online Journal of Space Communication. In 2016, Lt Gen. Zhang Yulin, deputy chief of the PLA armament development department of the Central Military Commission, suggested that China would next begin to exploit Earth Moon space for industrial development. The goal would be the construction of space based solar power satellites that would beam energy back to Earth. In June 2021, Chinese officials confirmed the continuation of plans for a geostationary solar power station by 2050. The updated schedule anticipates a small scale electricity generation test in 2022, followed by a megawatt level orbital power station by 2030. The gigawatt level geostationary station will require over 10,000 tonnes of infrastructure, delivered using over 100 Long March 9 launches.

Отменен/отведен на пенсию

CZ 1D, основанный на CZ 1, но с новой второй ступенью на N2O4/UDMH. Многоразовая шаттловая система проекта 869 с орбитальными аппаратами "Тяньцзяо-1" или "Чан Чэн-1" ("Великая стена-1"). Проект 1980-х – 1990-х годов.