Фредрик Джеймисон: Жизнь и творчество

Введение

Американский ученый-филолог и литературный критик (род. 1934)

Фредерик Джеймсон (род. 14 апреля 1934) – американский литературный критик, философ и марксистский политический теоретик. Он наиболее известен своим анализом современных культурных тенденций, в особенности анализом постмодернизма и капитализма. Наиболее известные книги Джеймсона включают «Постмодернизм, или Культурная логика позднего капитализма» (1991) и «Политическое бессознательное» (1981). Джеймсон является профессором сравнительной литературы имени Кнута Шмидта Нильсена, профессором романских языков (французского языка) и директором Института критической теории при Университете Дьюка. В 2012 году Ассоциация современного языка присудила Джеймсону шестую премию за выдающиеся научные достижения за всю карьеру.

Жизнь и творчество

Джеймсон родился в Кливленде, штат Огайо, и окончил школу Moorestown Friends School в 1950 году. После окончания колледжа Хаверфорд в 1954 году, где среди его преподавателей был Уэйн Бут, он совершил кратковременное путешествие по Европе, где учился в Экс-ан-Провансе, Мюнхене и Берлине, ознакомившись с новейшими течениями в континентальной философии, включая становление структурализма. В следующем году он вернулся в Америку для получения докторской степени в Йельском университете, где был учеником Эриха Ауербаха.

Ранние работы

Ауэрбах оказал продолжительное влияние на мышление Джеймсона. Это уже проявилось в его докторской диссертации, опубликованной в 1961 году под названием «Сартр: истоки стиля». Интересы Ауэрбаха были укоренены в немецкой филологической традиции; его работы по истории стиля анализировали литературную форму в контексте социальной истории. Джеймсон пошел по этому пути, исследуя взаимосвязь поэзии, истории, филологии и философии в произведениях Жана Поля Сартра. Работа Джеймсона была сосредоточена на связи между стилем письма Сартра и политическими и этическими позициями его экзистенциалистской философии. Марксистские аспекты работ Сартра в этой книге были обойдены вниманием, но Джеймсон вернулся к ним в следующее десятилетие. Диссертация Джеймсона, хотя и опиралась на давнюю традицию европейского культурологического анализа, существенно отличалась от преобладающих тенденций в англо-американской академической среде (где доминировали эмпиризм и логический позитивизм в философии и лингвистике, а также новый критический формализм в литературоведении). Тем не менее, это позволило Джеймсону получить должность в Гарвардском университете, где он преподавал в первой половине 1960-х годов.

Исследования марксизма

Интерес к Сартру привел Джеймсона к интенсивному изучению марксистской литературной теории. Хотя Карл Маркс уже становился важным влиянием в американской социальной науке, отчасти благодаря влиянию многих европейских интеллектуалов, искавших убежища от Второй мировой войны в Соединенных Штатах, таких как Теодор Адорно, литературные и критические работы западных марксистов оставались в значительной степени неизвестными в американской академической среде в конце 1950-х и начале 1960-х годов. Его исследования были сосредоточены на критической теории: мыслителях Франкфуртской школы и находившихся под ее влиянием, таких как Кеннет Берк, Дьёрдь Лукач, Эрнст Блох, Теодор Адорно, Вальтер Беньямин, Герберт Маркузе, Луи Альтюссер и Сартр, которые рассматривали культурную критику как неотъемлемую часть марксистской теории. В 1969 году Джеймсон совместно с рядом своих аспирантов в Калифорнийском университете в Сан-Диего основал Марксистскую литературную группу. В то время как ортодоксальный марксистский взгляд на идеологию предполагал, что культурная "надстройка" полностью детерминирована экономической "базой", западные марксисты критически анализировали культуру как историческое и социальное явление наряду с экономическим производством и распределением или политическими отношениями власти. Они считали, что культуру необходимо изучать, используя гегелевскую концепцию имманентной критики: теорию, согласно которой адекватное описание и критика философского или культурного текста должны осуществляться в тех же терминах, что и сам текст, чтобы выявить его внутренние противоречия и тем самым способствовать интеллектуальному развитию. Маркс подчеркнул имманентную критику в своих ранних работах, восходящую к развитию Гегелем новой формы диалектического мышления, которая, по замечанию Джеймсона, стремилась "подняться на свои собственные силы".

Рассказ и история

История стала играть все более центральную роль в интерпретации Джеймсоном как чтения (потребления), так и написания (производства) литературных текстов. Джеймсон закрепил свою полную приверженность гегелевской марксистской философии публикацией книги «Политическое бессознательное: повествование как социально-символический акт», открывающейся лозунгом «всегда историзируй» (1981). «Политическое бессознательное» берет в качестве объекта не сам литературный текст, а скорее интерпретационные рамки, посредством которых он теперь конструируется. Книга явилась манифестом для новой исследовательской деятельности в области литературного повествования. Основной аргумент книги подчеркивал, что история является «предельным горизонтом» литературного и культурного анализа. Джеймсон заимствовал идеи из структурной традиции и работ Реймонда Уильямса в области культурологии, объединив их с преимущественно марксистским взглядом на труд (как физический, так и интеллектуальный) в качестве центрального фокуса анализа. В своих интерпретациях Джеймсон использовал как явные формальные и тематические решения писателя, так и бессознательные структуры, которые их направляли. Художественные выборы, которые обычно рассматривались в чисто эстетических терминах, были переосмыслены в контексте исторических литературных практик и норм, в попытке разработать систематический перечень ограничений, которые они налагали на художника как на индивидуального творческого субъекта. Для дальнейшего развития этого метакомментария Джеймсон описал идеологиему, или «наименьшую понятную единицу по существу антагонистических коллективных дискурсов социальных классов», – наименьший уловимый след реальной, продолжающейся борьбы между социальными классами. (Термин «идеологиема» впервые был использован Михаилом Бахтиным и Павлом Николаевичем Медведевым в их работе «Формальный метод в литературоведении», а позднее был популяризирован Юлией Кристовой. Кристова определила ее как «пересечение заданной текстовой организации с высказываниями, которые она либо ассимилирует в своем пространстве, либо к которым она отсылает в пространстве внешних текстов»). Установление Джеймсоном истории как единственного релевантного фактора в этом анализе, выводящего категории, регулирующие художественное производство, из их исторического контекста, сопровождалось смелым теоретическим утверждением. Его книга претендовала на создание марксистской литературной критики, основанной на понятии художественного способа производства, как наиболее всеобъемлющей и исчерпывающей теоретической рамки для понимания литературы. По словам Винсента Б. Лейча, публикация «Политического бессознательного» «сделала Джеймсона ведущим марксистским литературным критиком в Америке».

History came to play an increasingly central role in Jameson's interpretation of both the reading (consumption) and writing (production) of literary texts. Jameson marked his full fledged commitment to Hegelian Marxist philosophy with the publication of The Political Unconscious: Narrative as a Socially Symbolic Act, the opening slogan of which is "always historicize" (1981). The Political Unconscious takes as its object not the literary text itself, but rather the interpretive frameworks by which it is now constructed. It emerges as a manifesto for new activity concerning literary narrative. The book's argument emphasized history as the "ultimate horizon" of literary and cultural analysis. It borrowed notions from the structuralist tradition and from Raymond Williams's work in cultural studies, and joined them to a largely Marxist view of labor (whether blue collar or intellectual) as the focal point of analysis. Jameson's readings exploited both the explicit formal and thematic choices of the writer and the unconscious framework guiding these. Artistic choices that were ordinarily viewed in purely aesthetic terms were recast in terms of historical literary practices and norms, in an attempt to develop a systematic inventory of the constraints they imposed on the artist as an individual creative subject. To further this meta commentary, Jameson described the ideologeme, or "the smallest intelligible unit of the essentially antagonistic collective discourses of social classes", the smallest legible residue of the real life, ongoing struggles occurring between social classes. (The term "ideologeme" was first used by Mikhail Bakhtin and Pavel Nikolaevich Medvedev in their work The Formal Method in Literary Scholarship and was later popularised by Julia Kristeva. Kristeva defined it as "the intersection of a given textual arrangement with the utterances that it either assimilates into its own space or to which it refers in the space of exterior texts ".) Jameson's establishment of history as the only pertinent factor in this analysis, which derived the categories governing artistic production from their historical framework, was paired with a bold theoretical claim. His book claimed to establish Marxian literary criticism, centered in the notion of an artistic mode of production, as the most all inclusive and comprehensive theoretical framework for understanding literature. According to Vincent B. Leitch, the publication of The Political Unconscious "rendered Jameson the leading Marxist literary critic in America."

Критика постмодернизма

В 1984 году, занимая должность профессора литературы и истории сознания в Калифорнийском университете в Санта-Крузе, Джеймсон опубликовал статью под названием «Постмодернизм, или культурная логика позднего капитализма» в журнале New Left Review. Эта спорная статья, которую Джеймсон впоследствии расширил до уровня книги, стала частью серии анализов постмодернизма с диалектической точки зрения, разработанной им ранее в работах по теории повествования. Джеймсон рассматривал постмодернистский «скептицизм по отношению к метанарративам» как «способ переживания», обусловленный условиями интеллектуального труда, навязанными способом производства позднего капитализма. Постмодернисты утверждали, что сложная дифференциация между «сферами» жизни (такими как политическая, социальная, культурная, коммерческая) и между различными социальными классами и ролями внутри каждой из них была преодолена кризисом фундаментализма и последовавшей за ним релятивизацией претензий на истину. Джеймсон возражал против этого, утверждая, что эти явления были или могли быть успешно поняты в рамках модернистской парадигмы; неспособность постмодернизма к такому пониманию свидетельствовала о резком разрыве в диалектической отработке мысли. По его мнению, сведение постмодернизмом всех дискурсов к единому недифференцированному целому стало результатом колонизации культурной сферы – сферы, сохранившей хотя бы частичную автономию в предшествующую модернистскую эпоху, – со стороны вновь организованного корпоративного капитализма. Продолжая анализ индустрии культуры Адорно и Хоркхаймера, Джеймсон рассмотрел это явление в критическом обсуждении архитектуры, кино, повествования и изобразительного искусства, а также в своих чисто философских работах. Два наиболее известных тезиса Джеймсона о постмодернизме заключаются в том, что постмодернизм характеризуется пастишем и кризисом историчности. Джеймсон утверждал, что пародию (которая подразумевает моральную оценку или сопоставление с общественными нормами) заменил пастиш (коллаж и другие формы сопоставления без нормативной основы). В связи с этим Джеймсон утверждал, что постмодернистская эпоха страдает от кризиса историчности: «кажется, что больше не существует органической связи между американской историей, которую мы изучаем по учебникам, и реальным опытом нынешнего многонационального, небоскребного, пораженного стагфляцией города, каким он предстает в газетах и в нашей повседневной жизни». Анализ постмодернизма Джеймсоном был направлен на то, чтобы рассматривать его как исторически обусловленный феномен; поэтому он решительно отверг любую моралистическую оппозицию постмодернизму как культурному явлению и продолжал настаивать на гегелевской имманентной критике, которая «мыслила бы о культурной эволюции позднего капитализма диалектически, как о катастрофе и прогрессе одновременно». Однако его отказ сразу же отвергать постмодернизм был неверно истолкован некоторыми марксистскими интеллектуалами как косвенное одобрение постмодернистских взглядов.

In 1984, during his tenure as Professor of Literature and History of Consciousness at the University of California, Santa Cruz, Jameson published an article titled "Postmodernism, or, the Cultural Logic of Late Capitalism" in the journal New Left Review. This controversial article, which Jameson later expanded into a book, was part of a series of analyses of postmodernism from the dialectical perspective Jameson had developed in his earlier work on narrative. Jameson viewed the postmodern "skepticism towards metanarratives" as a "mode of experience" stemming from the conditions of intellectual labor imposed by the late capitalist mode of production. Postmodernists claimed that the complex differentiation between "spheres" or fields of life (such as the political, the social, the cultural, the commercial), and between distinct social classes and roles within each field, had been overcome by the crisis of foundationalism and the consequent relativization of truth claims. Jameson argued against this, asserting that these phenomena had or could have been understood successfully within a modernist framework; the postmodern failure to achieve this understanding implied an abrupt break in the dialectical refinement of thought. In his view, postmodernity's merging of all discourse into an undifferentiated whole was the result of the colonization of the cultural sphere, which had retained at least partial autonomy during the prior modernist era, by a newly organized corporate capitalism. Following Adorno and Horkheimer's analysis of the culture industry, Jameson discussed this phenomenon in his critical discussion of architecture, film, narrative, and visual arts, as well as in his strictly philosophical work. Two of Jameson's best known claims from Postmodernism are that postmodernity is characterized by pastiche and a crisis in historicity. Jameson argued that parody (which implies a moral judgment or a comparison with societal norms) was replaced by pastiche (collage and other forms of juxtaposition without a normative grounding). Relatedly, Jameson argued that the postmodern era suffers from a crisis in historicity: "there no longer does seem to be any organic relationship between the American history we learn from schoolbooks and the lived experience of the current, multinational, high rise, stagflated city of the newspapers and of our own everyday life". Jameson's analysis of postmodernism attempted to view it as historically grounded; he therefore explicitly rejected any moralistic opposition to postmodernity as a cultural phenomenon, and continued to insist upon a Hegelian immanent critique that would "think the cultural evolution of late capitalism dialectically, as catastrophe and progress all together". His refusal to simply dismiss postmodernism from the onset, however, was misinterpreted by some Marxist intellectuals as an implicit endorsement of postmodern views.

Последние работы

Поздние работы Джеймсона включают «Археологии будущего» – исследование утопии и научной фантастики, представленное в Университете Монаш в Мельбурне, Австралия, в декабре 2005 года, и «Модернистские документы» (2007) – сборник эссе о модернизме, задуманный как «сборник источников» к теоретической работе «Сингулярная современность» (2002). Эти книги, вместе с «Постмодернизмом» и «Антиномиями реализма» (2013), составляют часть продолжающегося исследования под названием «Поэтика социальных форм», которое, по словам Сары Даниус, стремится «предоставить общую историю эстетических форм, одновременно показывая, как эту историю можно рассматривать в связи с историей социальных и экономических формаций». По состоянию на 2010 год Джеймсон планировал дополнить уже опубликованные тома «Поэтики социальных форм» исследованием аллегории под названием «Овертоны: Гармоники аллегории». «Антиномии реализма» были удостоены премии Трумана Капоте за литературную критику в 2014 году. Параллельно с этим продолжающимся проектом он недавно опубликовал три взаимосвязанных исследования диалектической теории: «Валентности диалектики» (2009), включающую критические ответы Джеймсона на Славоя Жижека, Жиля Делёза и других современных теоретиков; «Вариации Гегеля» (2010) – комментарий к «Феноменологии духа» Гегеля; и «Представление капитала: Чтение первого тома» (2011) – анализ «Капитала» Маркса. Обзор творчества Джеймсона, «Фредерик Джеймсон: Живая теория» Иэна Бьюкенена, был опубликован в 2007 году.

Международная мемориальная премия Холберга

В 2008 году Джеймсон был удостоен ежегодной Международной мемориальной премии Холберга за его многолетние исследования "связи между социальными структурами и культурными формами". Премия, сумма которой составляла (приблизительно 648 000 долларов США), была вручена Джеймсону Торой Аасланд, министром образования и научных исследований Норвегии, в Бергене, Норвегия, 26 ноября 2008 года.

Премия Лаймана Тауэра Сарджента

В 2009 году Джеймсон был удостоен награды "Выдающийся ученый Лайман Тауэр Сарджент" от Североамериканского общества утопических исследований.

Влияние в Китае

Джеймсон оказал влияние на теоретическое осмысление постмодерна в Китае. В середине 1985 года, вскоре после начала культурного подъема (начало 1985 года – 4 июня 1989 года) – периода в китайской интеллектуальной истории, характеризующегося, в частности, интенсивным интересом к западной критической теории, теории литературы и смежным дисциплинам – Джеймсон обсуждал идею постмодернизма в Китае в лекциях, прочитанных в Пекинском университете и недавно основанном Шэньчжэньском университете. Идеи Джеймсона, представленные в Пекинском университете, повлияли на некоторых студентов, включая Чжан Иву и Чжан Худуна, ученых, чьи работы впоследствии сыграли важную роль в анализе постмодернизма в Китае. В 1987 году Джеймсон опубликовал книгу под названием «Постмодернизм и культурные теории», переведенную на китайский язык Тан Сяобином. Хотя активное взаимодействие китайской интеллигенции с постмодернизмом началось только в 1990-е годы, книга «Постмодернизм и культурные теории» стала ключевым текстом в этом взаимодействии; как пишет ученый Ван Нин, ее влияние на китайских мыслителей невозможно переоценить. Ее популярность может быть частично обусловлена тем, что она написана не сложным языком, и тем, что благодаря стилю письма Джеймсона текст можно было использовать как для поддержки, так и для критики китайского проявления постмодернизма. В интерпретации Ван Чаохуа, работы Джеймсона в основном использовались для выражения одобрения, что привело к фундаментальному неверному пониманию Джеймсона:

Острая критичность теории Джеймсона, в которой постмодернизм описывался как «культурная логика позднего капитализма», была заменена довольным или даже восторженным одобрением массовой культуры, которую [определенная группа китайских критиков] рассматривала как новое пространство народной свободы. По мнению этих критиков, интеллектуалы, считавшие себя носителями модернизма, реагировали на потерю контроля с приходом постмодернистского общества потребления шоком и тревогой, издавая возгласы «квиксотической истерии», охваченные паникой от осознания того, о чем они призывали в 1980-е годы. Дебаты, вызванные Джеймсоном, и в частности книгой «Постмодернизм и культурные теории», достигли наибольшей интенсивности в период с 1994 по 1997 год и велись китайскими интеллектуалами как на материке, так и за его пределами; особенно важный вклад внесли Чжао Ихэн из Лондона, Сюй Бэнь из Соединенных Штатов и Чжан Худун, также из Соединенных Штатов, который продолжил обучение у Джеймсона в качестве докторанта в Университете Дьюка.