Ворон обыкновенный: описание и распространение.

Введение

Крупная чёрная птица-певчая Северного полушария.

Обыкновенный ворон (Corvus corax) – крупная, полностью чёрная птица-певчая. Это наиболее широко распространённый вид из всех врановых, встречающийся по всему Северному полушарию. Ворон известен под многими названиями на уровне подвидов; существует по крайней мере восемь подвидов с незначительными различиями во внешнем виде, хотя недавние исследования выявили значительные генетические различия между популяциями из различных регионов. Это один из двух крупнейших видов врановых, наряду с толстоклювым вороном, и, возможно, самая тяжёлая птица-певчая; во взрослом состоянии обыкновенный ворон достигает в среднем в длину и в массе. Хотя их типичная продолжительность жизни значительно меньше, в дикой природе обыкновенные вороны могут жить более 23 лет. Молодые птицы могут перемещаться стаями, но позже образуют пары на всю жизнь, и каждая пара защищает свою территорию. Обыкновенные вороны сосуществовали с людьми на протяжении тысячелетий, и в некоторых районах их численность была настолько велика, что люди считали их вредителями. Часть их успеха как вида обусловлена всеядностью; они чрезвычайно приспособляемы и используют любую возможность для поиска источников питания, питаясь падалью, насекомыми, злаками, ягодами, фруктами, мелкими животными, гнездящимися птицами и пищевыми отходами. Некоторые выдающиеся примеры решения проблем свидетельствуют об необычайном интеллекте обыкновенного ворона. На протяжении веков ворон был объектом мифологии, фольклора, искусства и литературы. Во многих культурах, включая культуры коренных народов Скандинавии, древней Ирландии и Уэльса, Бутана, северо-западного побережья Северной Америки, Сибири и Северо-Восточной Азии, обыкновенный ворон почитается как духовное существо или божество.

Таксономия

Обыкновенный ворон был одним из многих видов, первоначально описанных Карлом Линнеем в его знаменитом издании 1758 года Systema Naturae, где в качестве типовой местности была указана Европа. Он до сих пор сохраняет свое первоначальное название – Corvus corax. Это типовой вид рода Corvus, название которого происходит от латинского слова, означающего «ворон». Видовой эпитет corax является латинизированной формой греческого слова κόραξ, означающего «ворон» или «ворона». Современное английское слово raven имеет родственные слова во многих других германских языках, включая древнескандинавский (и впоследствии современный исландский) hrafn и древневерхненемецкий (h)raban. Старое шотландское слово corby или corbie, сродни французскому corbeau, использовалось для обозначения как этого вида, так и серого ворона. Коллективные названия для группы ворон (или, по крайней мере, обыкновенного ворона) включают «неблагожелательность» и «заговор».

Распространение и среда обитания

Общий ворон может процветать в разнообразных климатических условиях; он обладает самым широким ареалом среди всех видов рода и одним из самых больших среди всех воробьинообразных. Они распространены по всей Холарктике – от арктических и умеренных местообитаний в Северной Америке и Евразии до пустынь Северной Африки и островов в Тихом океане. На Британских островах они чаще встречаются в Шотландии, Уэльсе, северной Англии и западной Ирландии. В Тибете их регистрировали на высотах до 5000 м и до 6350 м на горе Эверест. Популяция, иногда называемая пенджабским вороном, была описана Алланом Октавианом Хьюмом как *Corvus corax laurencei* (также пишется *lawrencii* или *laurencii*), но чаще рассматривается как синоним *subcorax*. Однако в Арктической Канаде и на Аляске они встречаются круглый год. Молодые птицы могут расселяться на небольшие расстояния. В Соединенном Королевстве ареал обыкновенного ворона в настоящее время расширяется. Он предпочитает гористую или прибрежную местность, но также может встречаться в парках с высокими деревьями, подходящими для обустройства гнезд. Наибольшая плотность популяции наблюдается на севере и западе страны, хотя ареал вида расширяется на юг. Большинство обыкновенных ворон предпочитают лесные массивы с обширными открытыми пространствами поблизости или прибрежные районы для гнездования и поиска пищи. В некоторых районах с высокой плотностью населения, таких как Калифорния в США, они используют в своих интересах обилие пищи, что привело к увеличению их численности. Обыкновенные вороны часто встречаются в прибрежных районах, поскольку там легко получить доступ к воде и разнообразным источникам пищи. Кортикостерон активируется, когда птица подвергается стрессу, например, во время длительных перелетов.

Поведение

Обычно вороны путешествуют парами, хотя молодые птицы могут образовывать стаи. Отношения между воронами часто бывают конфликтными, однако они проявляют значительную преданность своим семьям. В Евразии к их хищникам, помимо золотых орлов, относятся евразийские филины, белохвостые орлы, орлы Стеллера, восточные императорские орлы и сапсаны. Поскольку они представляют собой потенциально опасную добычу для хищных птиц, те обычно должны застать их врасплох, и большинство атак направлены на птенцов. Еще реже на воронов нападают крупные хищные млекопитающие, такие как рыси, койоты и пумы. Это происходит главным образом вблизи гнездового участка и при недостатке другой добычи для хищников. Вороны проявляют большую осторожность возле новых мест с падалью и, в Северной Америке, были замечены ожидающими присутствия американских ворон и голубых соек, прежде чем приблизиться, чтобы поесть. Случаи немоногамии наблюдались у обыкновенных ворон, когда самцы посещают гнездо самки в отсутствие ее партнера. Самки откладывают от трех до семи бледно-голубовато-зеленых яиц с коричневыми пятнами. Птенцы вылетают из гнезда в возрасте 35–42 дней и кормятся обоими родителями. Они остаются с родителями еще в течение шести месяцев после вылета. В большинстве ареала откладывание яиц начинается в конце февраля, но в более холодных регионах, таких как Гренландия и Тибет, это может происходить до апреля. В Пакистане яйцекладка происходит в декабре. Они были замечены сбрасывающими камни на потенциальных хищников, приближающихся к их гнездам. Обыкновенные вороны могут жить очень долго, особенно в неволе или в охраняемых условиях; особи в Лондонском Тауэре доживали до более чем 40 лет, что среди воробьинообразных превосходит лишь несколько австралийских видов, таких как райская лирохвостая сорока.

Кормление

Вороны всеядны и крайне оппортунистичны: их рацион может сильно варьироваться в зависимости от местоположения, сезона и удачи. Например, вороны, добывающие пищу на тундре на Северном склоне Аляски, получали около половины необходимой энергии за счет хищничества, в основном на микротинных грызунов, и половину – за счет падали, в основном карбу и туш птиц. В некоторых местах они преимущественно питаются падалью, употребляя в пищу трупы, а также личинок и жуков-падальщиков. С крупной падалью, которую они не могут разорвать, как, например, стервятники, им приходится ждать, пока добычу разорвет другой хищник или ее откроют иным способом. Также известно, что они поедают последы овец и других крупных млекопитающих. Растительная пища включает зерновые, желуди, почки, ягоды и фрукты. Вороны также могут потреблять непереваренные остатки фекалий животных и пищевые отходы человека. Они запасают излишки пищи, особенно богатой жирами, и учатся прятать ее от других ворон. Иногда они ассоциируются с серыми волками как клептопаразиты, следуя за ними, чтобы питаться волчьей добычей зимой. Вороны регулярно разоряют птичьи гнезда, нагло выклевывая яйца, птенцов и иногда взрослых птиц, когда появляется возможность. Считается, что они являются, возможно, главной естественной угрозой для успешности размножения калифорнийского кондора, находящегося под угрозой исчезновения, поскольку охотно поедают яйца кондора и широко распространены в районах, где вид реинтродуцируется. Однако, защищая свои собственные соседние гнезда, они могут случайно приносить пользу кондорам, прогоняя золотых орлов, которые в противном случае могли бы охотиться на более крупных птенцов и молодых кондоров. Несмотря на свои большие размеры, кондоры, по-видимому, не обладают хорошо развитой защитой гнезда. Вороны, гнездящиеся вблизи источников человеческого мусора, включают в свой рацион более высокий процент пищевых отходов, птицы, гнездящиеся вблизи дорог, потребляют больше позвоночных, погибших под колесами, а те, что гнездятся вдали от этих источников пищи, едят больше беспозвоночных и растительного материала. Успех выведения птенцов был выше у тех, кто использовал человеческий мусор в качестве источника пищи. В отличие от этого, исследование 1984–1986 годов рациона воронов в сельскохозяйственном регионе юго-западного Айдахо показало, что зерновые были основным компонентом попеллов, хотя также употреблялись мелкие млекопитающие, кузнечики, туши скота и птицы. Одним из видов поведения является вербовка, когда молодые вороны призывают других ворон к обильному источнику пищи, обычно к туше, с помощью серии громких криков. В книге «Вороны зимой» Бернд Генрих предположил, что это поведение эволюционировало, чтобы молодые особи численно превосходили взрослых особей, что позволяло им питаться тушей, не будучи прогнанными. Более простое объяснение заключается в том, что особи сотрудничают в обмене информацией о тушах крупных млекопитающих, поскольку их размер не позволяет нескольким птицам использовать их в одиночку. Однако эксперименты с приманками показывают, что такое поведение вербовки не зависит от размера приманки. Кроме того, исследования показали, что обыкновенные вороны участвуют в распространении семян. В дикой природе обыкновенный ворон выбирает наиболее подходящую среду обитания и рассеивает семена в местах, наиболее благоприятных для его выживания. Один эксперимент, разработанный для оценки способности к пониманию и решению проблем, включал кусок мяса, привязанный к веревке, свисающей с жердочки. Чтобы добраться до еды, птице нужно было стоять на жердочке, понемногу подтягивать веревку и наступать на петли, чтобы постепенно укорачивать ее. Четыре из пяти обыкновенных ворон в конечном итоге преуспели, и «переход от неудачи (игнорирование пищи или просто дерганье за веревку) к постоянному надежному доступу (подтягивание мяса) произошел без каких-либо очевидных проб и ошибок». Это подтверждает гипотезу о том, что обыкновенные вороны являются «изобретателями», подразумевая, что они способны решать проблемы. Многие из подвигов обыкновенных ворон ранее считались стереотипным врожденным поведением, но теперь установлено, что их способность решать проблемы индивидуально и учиться друг у друга отражает гибкую способность к интеллектуальному пониманию, необычную для животных. Другой эксперимент показал, что некоторые обыкновенные вороны могут намеренно обманывать своих сородичей. Исследование, опубликованное в 2011 году, показало, что вороны могут распознавать, когда им предлагают несправедливую сделку во время взаимного взаимодействия с сородичами или людьми, сохраняя память об этом взаимодействии в течение длительного периода времени. Птицы, которым предложили справедливую сделку, предпочитали взаимодействовать с этими экспериментаторами по сравнению с теми, кто этого не сделал. Кроме того, в дикой природе наблюдалось, что вороны прекращают сотрудничество с другими воронами, если видят, что они обманывают во время групповых задач. Вороны наблюдались, вызывающих волков к месту гибели животных. Волки разрывают тушу, делая остатки более доступными для птиц. Они наблюдают, где другие вороны прячут свою пищу, и запоминают местонахождение тайников друг друга, чтобы украсть ее. Эта кража происходит настолько регулярно, что вороны пролетают дополнительные расстояния от источника пищи, чтобы найти лучшие места для укрытия пищи. Также наблюдалось, что они делают вид, что создают тайник, не кладя туда пищу, предположительно, чтобы запутать наблюдателей. Вороны известны тем, что крадут и прячут блестящие предметы, такие как галька, куски металла и мячи для гольфа. Одна из теорий заключается в том, что они накапливают блестящие предметы, чтобы произвести впечатление на других ворон. Другие исследования показывают, что молодые особи глубоко любопытны ко всему новому, и что обыкновенные вороны сохраняют тягу к ярким, круглым предметам из-за их сходства с птичьими яйцами. Взрослые птицы теряют свой интенсивный интерес к необычному и становятся крайне неофобами. Первая масштабная оценка когнитивных способностей ворон показывает, что к четырем месяцам возраста вороны справляются с тестами на причинно-следственное мышление, социальное обучение, теорию разума и т. д. не хуже, чем взрослые шимпанзе и орангутаны.

Common ravens are omnivorous and highly opportunistic: their diet may vary widely with location, season and serendipity. For example, those foraging on tundra on the Arctic North Slope of Alaska obtained about half their energy needs from predation, mainly of microtine rodents, and half by scavenging, mainly of caribou and ptarmigan carcasses. In some places they are mainly scavengers, feeding on carrion as well as the associated maggots and carrion beetles. With large bodied carrion, which they are not equipped to tear through as well as birds such as hook billed vultures, they must wait for the prey to be torn open by another predator or flayed by other means. They are also known to eat the afterbirth of ewes and other large mammals. Plant food includes cereal grains, acorns, buds, berries and fruit. Ravens may also consume the undigested portions of animal feces, and human food waste. They store surplus food items, especially those containing fat, and will learn to hide such food out of the sight of other common ravens. They sometimes associate with another canine, the grey wolf, as a kleptoparasite, following to scavenge wolf kills in winter. Ravens are regular predators at bird nests, brazenly picking off eggs, nestlings and sometimes adult birds when they spot an opportunity. They are considered perhaps the primary natural threat to the nesting success of the critically endangered California condor, since they readily take condor eggs and are very common in the areas where the species is being re introduced. On the other hand, when they defend their own adjacent nests, they may incidentally benefit condors since they chase golden eagles out of the area that may otherwise prey upon larger nestling and fledging condors. Condors, despite their large size, do not seem to have well developed nest defenses. Common ravens nesting near sources of human garbage included a higher percentage of food waste in their diet, birds nesting near roads consumed more road killed vertebrates, and those nesting far from these sources of food ate more arthropods and plant material. Fledging success was higher for those using human garbage as a food source. In contrast, a 1984–1986 study of common raven diet in an agricultural region of southwestern Idaho found that cereal grains were the principal constituent of pellets, though small mammals, grasshoppers, cattle carrion and birds were also eaten. One behaviour is recruitment, where juvenile ravens call other ravens to a food bonanza, usually a carcass, with a series of loud yells. In Ravens in Winter, Bernd Heinrich posited that this behaviour evolved to allow the juveniles to outnumber the resident adults, thus allowing them to feed on the carcass without being chased away. A more mundane explanation is that individuals co operate in sharing information about carcasses of large mammals because they are too big for just a few birds to exploit. Experiments with baits however show that such recruitment behaviour is independent of the size of the bait. Furthermore, there has been research suggesting that the common raven is involved in seed dispersal. In the wild, the common raven chooses the best habitat and disperses seeds in locations best suited for its survival. One experiment designed to evaluate insight and problem solving ability involved a piece of meat attached to a string hanging from a perch. To reach the food, the bird needed to stand on the perch, pull the string up a little at a time, and step on the loops to gradually shorten the string. Four of five common ravens eventually succeeded, and "the transition from no success (ignoring the food or merely yanking at the string) to constant reliable access (pulling up the meat) occurred with no demonstrable trial and error learning." This supports the hypothesis that common ravens are 'inventors', implying that they can solve problems. Many of the feats of common ravens were formerly argued to be stereotyped innate behaviour, but it now has been established that their aptitudes for solving problems individually and learning from each other reflect a flexible capacity for intelligent insight unusual among non human animals. Another experiment showed that some common ravens could intentionally deceive their conspecifics. A study published in 2011 found that ravens can recognise when they are given an unfair trade during reciprocal interactions with conspecifics or humans, retaining memory of the interaction for a prolonged period of time. Birds that were given a fair trade by experimenters were found to prefer interacting with these experimenters compared to those that did not. Furthermore, ravens in the wild have also been observed to stop cooperating with other ravens if they observe them cheating during group tasks. Common ravens have been observed calling wolves to the site of dead animals. The wolves open the carcass, leaving the scraps more accessible to the birds. They watch where other common ravens bury their food and remember the locations of each other's food caches, so they can steal from them. This type of theft occurs so regularly that common ravens will fly extra distances from a food source to find better hiding places for food. They have also been observed pretending to make a cache without actually depositing the food, presumably to confuse onlookers. Common ravens are known to steal and cache shiny objects such as pebbles, pieces of metal, and golf balls. One theory is that they hoard shiny objects to impress other ravens. Other research indicates that juveniles are deeply curious about all new things, and that common ravens retain an attraction to bright, round objects based on their similarity to bird eggs. Mature birds lose their intense interest in the unusual, and become highly neophobic. The first large scale assessment of ravens' cognitive abilities suggests that, by four months of age, ravens do about as well as adult chimps and orangutans on tests of causal reasoning, social learning, theory of mind, etc.

Играй .

Все больше признается, насколько широко птицы вовлечены в игровую деятельность. Молодые обыкновенные вороны – одни из самых игривых видов птиц. Наблюдали, как они скатываются с сугробов, очевидно, ради чистого удовольствия. Они даже играют с представителями других видов, например, играют в догонялки с волками, выдрами и собаками. Обыкновенные вороны известны своими впечатляющими акробатическими трюками, такими как полеты в петлях или сцепление когтей в воздухе во время полета. Они также входят в число немногих диких животных, которые самостоятельно изготавливают игрушки. Наблюдали, как они отламывают ветки, чтобы играть с сородичами.

Сохранение и управление

По сравнению со многими более мелкими видами воронов (такими как американская ворона), вороны предпочитают нетронутые горные или лесные места обитания или сельскую местность, а не городскую. В других районах их численность резко возросла, и они стали сельскохозяйственными вредителями. Обыкновенные вороны могут наносить ущерб посевам, таким как орехи и зерно, или причинять вред домашнему скоту, особенно убивая молодых козлят, ягнят и телят. Вороны обычно нападают на морды молодых животных, но более распространенное поведение ворон – падальничество – может быть ошибочно принято за хищничество фермерами. В западной части пустыни Мохаве заселение людьми и освоение земель привели к примерно 16-кратному увеличению популяции воронов за 25 лет. Города, свалки, очистные сооружения и искусственные водоемы создают источники пищи и воды для падальщиков. Вороны также находят места для гнездования на линиях электропередач и декоративных деревьях и привлекаются к дорожной добыче на трассах. Резкий рост популяции воронов в Мохаве вызвал опасения за судьбу пустынной черепахи, находящейся под угрозой исчезновения. Вороны охотятся на молодых черепах, у которых мягкий панцирь и медлительная походка. Планы по контролю популяции включают отстрел и отлов птиц, а также обращение к операторам свалок с просьбой уменьшить количество открытого мусора. В Финляндии охотничьи премии как метод контроля исторически использовались с середины XVIII века до 1923 года. Ограниченная выбраковка проводится на Аляске, где увеличение численности обыкновенных ворон угрожает уязвимой морской утке Стеллера (Polysticta stelleri). Вороны, как и другие врановые, являются основными хозяевами вируса Западного Нила (WNV). Заражение может передаваться от инфицированных птиц к людям, и вороны восприимчивы к WNV. Однако исследование 2010 года показало, что у калифорнийских воронов не был зафиксирован высокий процент положительных результатов на WNV.

Культурные изображения

В своем ареале в Северном полушарии и на протяжении всей истории человечества обыкновенный ворон был могущественным символом и популярным объектом мифологии и фольклора. В некоторых западных традициях вороны издавна считались предвестниками несчастья, смерти и зла в целом, отчасти из-за негативной символики их полностью черного оперения и питания падалью. В Швеции вороны известны как призраки убитых людей, а в Германии – как души проклятых. В датском фольклоре вальравны, съевшие сердце короля, обретали человеческие знания, могли совершать злодеяния, сбивать людей с пути, обладали сверхъестественными силами и считались "ужасными существами". Ворон продолжает использоваться как символ в регионах, где он когда-то имел мифологическое значение: как национальная птица Бутана и на гербе острова Мэн (бывшей викинговской колонии). В Персии и Аравии ворона считали птицей дурного предзнаменования, однако в арабском труде XIV века упоминается использование ворона в соколиной охоте. Современное унисекс имя Рейвен происходит от английского слова "raven". Как мужское имя, Рейвен сопоставимо со древнескандинавским Hrafn и древнеанглийским *Hræfn, которые использовались как прозвища и личные имена.

Мифология

В культуре тлинкитов и хайда, Ворон был одновременно и обманщиком, и богом-создателем. Сходные верования широко распространены среди народов Сибири и северо-восточной Азии. Например, считалось, что полуостров Камчатка был создан богом Кутхом-Вороном. В Ветхом Завете есть несколько упоминаний о воронах, и он является аспектом Махакалы в бутанской мифологии. В скандинавской мифологии Хугинн (от древнеисландского "мысль") и Мунинн (от древнеисландского "память" или "разум") – пара ворон, которые летают по всему миру людей, Мидгарду, и приносят богу Одину информацию. Кроме того, среди скандинавов знамёна с изображением ворона несли такие вожди, как ярлы Оркнейских островов, король Кнут Великий Англии, Норвегии и Дании, и Харальд Хардрада. На Британских островах ворон также был символом кельтов. В ирландской мифологии богиня Морриган садилась на плечо героя Кухулина в обличье ворона после его смерти. В валлийской мифологии ворон был связан с валлийским богом Браном Благословенным, чьё имя переводится как "ворон". Согласно "Мабиногиону", голова Брана была похоронена на Белом Холме в Лондоне как талисман против вторжения. Возникла легенда, что Англия не падёт перед иноземными захватчиками, пока в лондонском Тауэре живут вороны; хотя часто считается, что это древнее поверье, официальный историк лондонского Тауэра Джефф Парнелл полагает, что это, скорее, романтическое викторианское изобретение. В иудейской, христианской и исламской традициях ворон был первым животным, выпущенным из Ноева ковчега. «И случилось, по истечении сорока дней, что Ной открыл окно ковчега, который он сделал. И выпустил ворона, и тот летал туда и обратно, пока вода не высохла с земли. Затем он выпустил голубя, чтобы узнать, спала ли вода с поверхности земли». Ворон упоминается 12 раз в Библии. В Новом Завете Иисус рассказывает притчу, используя ворона, чтобы показать, как людям следует полагаться на Бога в своих нуждах, а не на богатство (Луки 12:24). Ворон также упоминается в Коране в истории о Каине и Авеле. Первенец Адама Каин убивает своего брата Авеля, но не знает, что делать с телом: «Тогда Аллах послал ворона, который рыл землю, чтобы показать ему, как скрыть обнажённое тело своего брата. Он сказал: «О горе мне! Неужели я не могу поступить как этот ворон и скрыть обнажённое тело моего брата?» И он раскаялся».

In Tlingit and Haida cultures, Raven was both a trickster and creator god. Related beliefs are widespread among the peoples of Siberia and northeastern Asia. The Kamchatka Peninsula, for example, was supposed to have been created by the raven god Kutkh. There are several references to common ravens in the Old Testament of the Bible and it is an aspect of Mahakala in Bhutanese mythology. In Norse mythology, Huginn (from the Old Norse for "thought") and Muninn (from the Old Norse for "memory" or "mind") are a pair of ravens that fly all over the world of humans, Midgard, and bring the god Odin information. Additionally among the Norse, raven banner standards were carried by such figures as the Jarls of Orkney, King Cnut the Great of England, Norway and Denmark, and Harald Hardrada. In the British Isles, ravens also were symbolic to the Celts. In Irish mythology, the goddess Morrígan alighted on the hero Cú Chulainn's shoulder in the form of a raven after his death. In Welsh mythology they were associated with the Welsh god Brân the Blessed, whose name translates to "crow". According to the Mabinogion, Brân's head was buried in the White Hill of London as a talisman against invasion. A legend developed that England would not fall to a foreign invader as long as there were ravens at the Tower of London; although this is often thought to be an ancient belief, the official Tower of London historian, Geoff Parnell, believes that this is actually a romantic Victorian invention. In the Jewish, Christian and Islamic traditions, the raven was the first animal to be released from Noah's Ark. "So it came to pass, at the end of forty days, that Noah opened the window of the ark which he had made. Then he sent out a raven, which kept going to and fro until the waters had dried up from the earth. He also sent out from himself a dove, to see if the waters had receded from the face of the ground." The raven is mentioned 12 times in the Bible. In the New Testament Jesus tells a parable using the raven to show how people should rely on God for their needs and not riches (Luke 12:24). The raven is also mentioned in the Quran at the story of Cain and Abel. Adam's firstborn son Cain kills his brother Abel, but he does not know what to do with the corpse: "Then Allah sent a raven scratching up the ground, to show him how to hide his brother's naked corpse. He said: Woe unto me! Am I not able to be as this raven and so hide my brother's naked corpse? And he became repentant."