Речь о распятии на золотом кресте: Выступление Уильяма Дженнингса Брайана в защиту биметаллического стандарта.

Введение

Речь Уильяма Дженнингса Брайана в поддержку биметаллического стандарта, произнесенная в 1896 году Вильямом Дженнингсом Брайаном, бывшим членом Палаты представителей США от штата Небраска, на Национальном съезде Демократической партии в Чикаго 9 июля 1896 года. В своем выступлении Брайан поддержал "свободное серебро" (то есть биметаллизм), полагая, что это принесет стране процветание. Он резко критиковал золотой стандарт, завершив речь словами: "Вы не должны распинать человечество на золотом кресте". Это выступление помогло ему получить выдвижение кандидатом в президенты от Демократической партии и считается одним из величайших политических выступлений в истории США. На протяжении двадцати лет американцы были глубоко разделены из-за денежного стандарта в стране. Золотой стандарт, фактически действовавший в Соединенных Штатах с 1873 года, ограничивал денежную массу, но облегчал торговлю с другими странами, такими как Великобритания, чья валюта также была привязана к золоту. Однако многие американцы считали, что биметаллизм (придание золоту и серебру статуса законного платежного средства) необходим для экономического благополучия страны. Финансовая паника 1893 года обострила эти дебаты, и когда президент Гровер Кливленд (демократ) продолжал поддерживать золотой стандарт вопреки мнению большинства членов своей партии, активисты решили взять под контроль партийную организацию и выдвинуть кандидата, поддерживающего серебро, в 1896 году. Брайан считался кандидатом-аутсайдером, не имевшим значительной поддержки на съезде. Его речь, произнесенная в конце обсуждения партийной платформы, произвела фурор на съезде и, как считается, обеспечила ему номинацию на пост президента. Однако он проиграл всеобщие выборы Уильяму Маккинли, а Соединенные Штаты официально приняли золотой стандарт в 1900 году.

Денежные стандарты и Соединенные Штаты

В январе 1791 года по просьбе Конгресса министр финансов Александр Гамильтон опубликовал доклад о валюте. В то время в Соединенных Штатах не было монетного двора; использовались иностранные монеты. Гамильтон предложил денежную систему, основанную на биметаллизме, в которой новая валюта приравнивалась бы к определенному весу золота или большему весу серебра; в то время определенный вес золота стоил примерно в 15 раз дороже того же веса серебра. Хотя Гамильтон понимал, что время от времени может потребоваться корректировка, поскольку цены на драгоценные металлы колебались, он считал, что если национальная единица стоимости определялась бы только одним из двух драгоценных металлов, используемых для чеканки монет, другой опустился бы до уровня простого товара, непригодного для сохранения ценности. Он также предложил учредить монетный двор, где граждане могли бы сдавать золото или серебро и получать их обратно в виде монет. 2 апреля 1792 года Конгресс принял Закон о чеканке монет 1792 года. Этот закон определил единицу стоимости для новой страны, известную как доллар. Новая денежная единица была определена как равная определенному весу золота или, альтернативно, определенному весу серебра, устанавливая соотношение стоимости между золотом и серебром в размере 15:1. Законом также был учрежден Монетный двор Соединенных Штатов. В начале XIX века экономические потрясения, вызванные наполеоновскими войнами, привели к тому, что американские золотые монеты стали стоить дороже как слитки, чем как деньги, и исчезли из обращения. Реакция правительства на эту нехватку была затруднена тем, что чиновники не до конца понимали, что произошло. В 1830 году министр финансов Сэмюэл Д. Ингем предложил скорректировать соотношение между золотом и серебром в американской валюте до 15,8:1, которое в течение некоторого времени действовало в Европе. Конгресс принял меры только в 1834 году, изменив соотношение золота к серебру до 16,002:1. Это было достаточно близко к рыночной стоимости, чтобы сделать невыгодным экспорт американских золотых или серебряных монет. Когда цены на серебро выросли по отношению к золоту в ответ на Калифорнийскую золотую лихорадку, серебряные монеты стоили дороже номинала и быстро вывозились за границу для переплавки. Несмотря на резкую оппозицию во главе с представителем штата Теннесси (и будущим президентом) Эндрю Джонсоном, содержание драгоценных металлов в мелких серебряных монетах было уменьшено в 1853 году. Серебро теперь было недооценено на Монетном дворе; соответственно, для чеканки монет представлялось мало металла. Закон о чеканке монет 1873 года упразднил стандартный серебряный доллар. Он также отменил законодательные положения, разрешавшие сдавать серебряные слитки на Монетный двор и получать их обратно в виде монет для обращения. Приняв Закон о чеканке монет, Конгресс упразднил биметаллизм. Во время экономического хаоса, вызванного Паникой 1873 года, цена на серебро значительно упала, но Монетный двор не принимал его для чеканки законного платежного средства. Производители серебра жаловались, и многие американцы пришли к убеждению, что только биметаллизм может обеспечить стране процветание и его поддержание. Они призывали вернуться к законам, действовавшим до 1873 года, которые обязывали Монетный двор принимать все предлагаемое серебро и возвращать его в виде серебряных долларов. Это увеличило бы денежную массу, и, по мнению сторонников, способствовало бы процветанию страны. Критики утверждали, что инфляция, которая последует за введением такой политики, нанесет ущерб рабочим, чья заработная плата будет расти медленнее, чем цены, а закон Грешема приведет к изъятию золота из обращения, фактически переведя Соединенные Штаты на серебряный стандарт.

In January 1791, at the request of Congress, Secretary of the Treasury Alexander Hamilton issued a report on the currency. At the time, there was no mint in the United States; foreign coins were used. Hamilton proposed a monetary system based on bimetallism, in which the new currency would be equal to a given amount of gold, or a larger amount of silver; at the time a given weight of gold was worth about 15 times as much as the same amount of silver. Although Hamilton understood that adjustment might be needed from time to time as precious metal prices fluctuated, he believed that if the nation's unit of value were defined only by one of the two precious metals used for coins, the other would descend to the status of mere merchandise, unusable as a store of value. He also proposed the establishment of a mint, at which citizens could present gold or silver, and receive it back, struck into money. On April 2, 1792, Congress passed the Mint Act of 1792. This legislation defined a unit of value for the new nation, to be known as a dollar. The new unit of currency was defined to be equal to of gold, or alternatively, of silver, establishing a ratio of value between gold and silver of 15:1. The legislation also established the Mint of the United States. In the early 19th century, the economic disruption caused by the Napoleonic Wars caused United States gold coins to be worth more as bullion than as money, and they vanished from circulation. Governmental response to this shortage was hampered by the fact that officials did not clearly understand what had happened. In 1830, Treasury Secretary Samuel D. Ingham proposed adjusting the ratio between gold and silver in US currency to 15.8:1, which had for some time been the ratio in Europe. It was not until 1834 that Congress acted, changing the gold/silver ratio to 16.002:1. This was close enough to the market value to make it uneconomic to export either US gold or silver coins. When silver prices rose relative to gold as a reaction to the California Gold Rush, silver coinage was worth more than face value, and rapidly flowed overseas for melting. Despite vocal opposition led by Tennessee Representative (and future president) Andrew Johnson, the precious metal content of smaller silver coins was reduced in 1853. Silver was now undervalued at the Mint; accordingly little was presented for striking into money. The Coinage Act of 1873 eliminated the standard silver dollar. It also repealed the statutory provisions allowing silver bullion to be presented to the Mint and returned in the form of circulating money. In passing the Coinage Act, Congress eliminated bimetallism. During the economic chaos of the Panic of 1873, the price of silver dropped significantly, but the Mint would accept none for striking into legal tender. Silver producers complained, and many Americans came to believe that only through bimetallism could the nation achieve and maintain prosperity. They called for the return to pre 1873 laws, which would require the Mint to take all the silver offered it and return it, struck into silver dollars. This would inflate the money supply, and, adherents argued, increase the nation's prosperity. Critics contended that the inflation which would follow the introduction of such a policy would harm workers, whose wages would not rise as fast as prices would, and the operation of Gresham's law would drive gold from circulation, effectively placing the United States on a silver standard.

Первые попытки получить свободное серебро

Для сторонников того, что стало известно как «свободное серебро», акт 1873 года стал известен как «Преступление 73-го». Сторонники серебра, с лидерами Конгресса, такими как представитель от Миссури Ричард П. Бленд, добивались принятия законопроектов, позволяющих вкладчикам серебряных слитков получать их обратно в форме монет. Такие законопроекты, спонсируемые Бландом, были приняты Палатой представителей в 1876 и 1877 годах, но оба раза потерпели неудачу в Сенате. Третья попытка в начале 1878 года вновь прошла в Палате представителей, и в конечном итоге обе палаты после внесения поправок в Сенате. Законопроект, измененный поправками, спонсируемыми сенатором от штата Айова Уильямом Б. Эллисоном, не отменил положения 1873 года, но требовал от Казначейства покупать минимум 2 миллиона долларов серебряных слитков в месяц; прибыль, или сеньораж от монетизации серебра, должна была использоваться для покупки большего количества серебряных слитков. Серебро чеканилось в долларовые монеты для обращения, либо хранилось и использовалось в качестве обеспечения для серебряных сертификатов. Закон Блэнд-Эллисона был наложен вето президентом Резерфордом Б. Хейсом, но был принят Конгрессом 28 февраля 1878 года. Реализация закона Блэнд-Эллисона не прекратила призывы к «свободному серебру». В 1880-х годах произошло резкое снижение цен на зерно и другие сельскохозяйственные товары. Сторонники серебра утверждали, что это падение цен, которое привело к тому, что цена на зерно опустилась ниже себестоимости производства, было вызвано неспособностью правительства адекватно увеличить денежную массу, которая оставалась стабильной в расчете на душу населения. Сторонники золотого стандарта объясняли снижение прогрессом в производстве и транспортировке. В конце XIX века в экономике существовали различные точки зрения, поскольку ортодоксальность принципа невмешательства государства была поставлена под сомнение молодыми экономистами, и обе стороны находили достаточную поддержку своих взглядов у теоретиков. В 1890 году закон Шермана о покупке серебра значительно увеличил государственные закупки серебра. Правительство обязалось поддерживать серебряные доллары и казначейские банкноты, выпущенные в соответствии с законом, путем их выкупа золотом. В соответствии с этим обещанием, государственные золотые резервы сократились в течение следующих трех лет. Хотя экономическая паника 1893 года имела ряд причин, президент Гровер Кливленд считал, что инфляция, вызванная актом Шермана, является основным фактором, и созвал специальную сессию Конгресса для его отмены. Конгресс так и сделал, но дебаты показали глубокие разногласия в обеих основных партиях между сторонниками серебра и золота. Кливленд пытался пополнить казначейство путем выпуска облигаций, которые можно было приобрести только за золото, но это оказало незначительный эффект, кроме как увеличение государственного долга, поскольку золото продолжало изыматься в обмен на бумажную и серебряную валюту. Многие в обществе считали, что облигации приносят пользу банкирам, а не нации. Банкиры не хотели, чтобы кредиты погашались в обесцененной валюте — золотой стандарт был дефляционным, и как кредиторы, они предпочитали получать выплаты в такой валюте, в то время как должники предпочитали погашать в обесцененной валюте. Последствия депрессии, начавшейся в 1893 году и продолжавшейся до 1896 года, разорили многих американцев. По современным оценкам, уровень безработицы достигал 25%. Задача помощи безработным легла на плечи церквей и других благотворительных организаций, а также профсоюзов. Фермеры банкротились; их фермы продавались для погашения долгов. Некоторые из них умирали от болезней или голода; другие совершали самоубийства.

To advocates of what became known as free silver, the 1873 act became known as the "Crime of '73". Pro silver forces, with congressional leaders such as Missouri Representative Richard P. Bland, sought the passage of bills to allow depositors of silver bullion to receive it back in the form of coin. Such bills, sponsored by Bland, passed the House of Representatives in 1876 and 1877, but both times failed in the Senate. A third attempt in early 1878 again passed the House, and eventually both houses after being amended in the Senate. The bill, as modified by amendments sponsored by Iowa Senator William B. Allison, did not reverse the 1873 provisions, but required the Treasury to purchase a minimum of $2 million of silver bullion per month; the profit, or seignorage from monetizing the silver was to be used to purchase more silver bullion. The silver would be struck into dollar coins to be circulated, or else stored and used as backing for silver certificates. The Bland–Allison Act was vetoed by President Rutherford B. Hayes, but was enacted by Congress over his veto on February 28, 1878. Implementation of the Bland–Allison Act did not end calls for free silver. The 1880s saw a steep decline in the prices of grain and other agricultural commodities. Silver advocates argued that this dropoff, which caused the price of grain to fall below its cost of production, was caused by the failure of the government to adequately increase the money supply, which had remained steady on a per capita basis. Advocates of the gold standard attributed the decline to advances in production and transportation. The late 19th century saw divergent views in economics as the laissez faire orthodoxy was questioned by younger economists, and both sides found ample support for their views from theorists. In 1890, the Sherman Silver Purchase Act greatly increased government purchases of silver. The government pledged to stand behind the silver dollars and treasury notes issued under the act by redeeming them in gold. Pursuant to this promise, government gold reserves dwindled over the following three years. Although the economic Panic of 1893 had a number of causes, President Grover Cleveland believed the inflation caused by Sherman's act to be a major factor, and called a special session of Congress to repeal it. Congress did so, but the debates showed bitter divides in both major parties between silver and gold factions. Cleveland tried to replenish the Treasury through issuance of bonds which could only be purchased with gold, with little effect but to increase the public debt, as the gold continued to be withdrawn in redemption for paper and silver currency. Many in the public saw the bonds as benefiting bankers, not the nation. The bankers did not want loans repaid in an inflated currency—the gold standard was deflationary, and as creditors, they preferred to be paid in such a currency, whereas debtors preferred to repay in inflated currency. The effects of the depression which began in 1893, and which continued through 1896, ruined many Americans. Contemporary estimates were an unemployment rate as high as 25%. The task of relieving the jobless fell to churches and other charities, as well as to labor unions. Farmers went bankrupt; their farms were sold to pay their debts. Some of the impoverished died of disease or starvation; others killed themselves.

Выбор делегатов

Национальный съезд Демократической партии 1896 года последовал за событиями, не имевшими аналогов в американской истории после Гражданской войны. Один за другим, партийные конвенты штатов, избиравшие делегатов на национальный съезд в Чикаго, отказались от поддержки действующего президента, избранного от их партии, который не заявил о своем намерении баллотироваться на переизбрание. По словам Барнса:

Многие партийные конвенты штатов избрали делегатов, обязавшихся поддержать биметаллизм в партийной платформе. Сторонникам золотого стандарта удалось добиться успеха в нескольких штатах на северо-востоке, но в других регионах им это не удалось. Ораторы в некоторых штатах проклинали Кливленда, а конвент Южной Каролины осудил его. Кливленд опубликовал заявление, призывающее демократических избирателей поддержать золото, – на следующем конвенте, проходившем в Иллинойсе, серебро было поддержано единогласно, а ключевой спикер вознес молитву о божественном прощении за выдвижение Кливленда в 1892 году. Сторонники золотого и серебряного стандартов в некоторых штатах, таких как Небраска Брайана, направили на съезд конкурирующие делегации.

Кандидаты в кандидаты

Несмотря на стремление серебряных делегатов выдвинуть кандидата, разделявшего их убеждения, и хотя несколько штатов дали указание своим делегатам голосовать за конкретного кандидата, явного фаворита для выдвижения к моменту начала съезда не было. Для выдвижения требовалось две трети голосов делегатов, поэтому почти все серебряные делегаты должны были бы проголосовать за одного и того же кандидата, чтобы обеспечить успех, хотя любая организованная поддержка со стороны золотых делегатов серьезно подорвала бы шансы серебряного кандидата. Единственным сторонником золотого стандарта, предпринявшим хоть какие-то усилия для получения демократической номинации, был министр финансов Джон Г. Карлайл, но он отказался от участия в апреле, заявив, что больше обеспокоен платформой партии, чем тем, кто будет ее возглавлять. Однако, даже в конце июня сторонники золотого стандарта, все еще контролировавшие Национальный комитет Демократической партии (DNC), продолжали надеяться, что кандидат будет придерживаться золотого стандарта. Друг Кливленда и бывший генеральный почтмейстер Дональд М. Дикинсон в июне 1896 года написал президенту, выражая надежду, что делегаты проявят "здравый смысл" и испугаются перспективы выдвижения радикального кандидата. Одним из лидеров движения за серебро был губернатор Иллинойса Альтгельд; уроженец Германии, он был конституционно лишен права баллотироваться на пост президента из-за своего иностранного происхождения. К началу съезда двумя основными кандидатами на выдвижение были бывший конгрессмен Блэнд, автор закона Блэнд-Аллисон, и бывший губернатор Айовы Гораций Бойс, причем Блэнд считался фаворитом. Это были единственные два кандидата, создавшие организации для привлечения голосов делегатов, хотя обе попытки испытывали острую нехватку средств. У обоих кандидатов были свои проблемы: Блэнд, в возрасте 61 года, казался некоторым устаревшим; Бойс был бывшим республиканцем, который когда-то критиковал биметаллизм. Существовало множество потенциальных кандидатов, пользовавшихся меньшей поддержкой, в том числе вице-президент Адлай Стивенсон из Иллинойса, сенатор Джозеф К. Блэкберн из Кентукки, сенатор Теллер и Брайан.

Despite the desire of silver delegates to nominate a candidate who shared their beliefs, and although several states instructed their delegates to vote for a specific candidate, there was no overwhelming favorite for the nomination going into the convention. With a two thirds vote of the delegates needed to nominate, almost every silver delegate would have to vote for the same candidate to assure success, though any organized support from gold delegates would greatly damage a silver candidate's chances. The only gold man who put together any sort of campaign for the Democratic nomination was Treasury Secretary John G. Carlisle, but he withdrew in April, stating that he was more concerned about the platform of the party than who would lead it. However, as late as June, the gold forces, which still controlled the Democratic National Committee (DNC), continued to believe that the nominee could be pro gold. Cleveland friend and former Postmaster General Donald M. Dickinson wrote to the President in June 1896 hoping that the delegates would recognize "common sense" and be frightened at the thought of nominating a radical. One of the leaders of the silver movement was Illinois Governor Altgeld; a native of Germany, he was constitutionally barred from the presidency by his foreign birth. Going into the convention, the two leading candidates for the nomination were former Congressman Bland, who had originated the Bland Allison Act, and former Iowa Governor Horace Boies, with Bland considered the frontrunner. These were the only two candidates to put together organizations to try to secure delegate votes, though both efforts were cash starved. Both men had electoral problems: Bland at age 61 was seen by some as a man whose time had passed; Boies was a former Republican who had once decried bimetallism. There were a large number of potential candidates seen as having less support; these included Vice President Adlai Stevenson of Illinois, Senator Joseph C. Blackburn of Kentucky, Senator Teller, and Bryan.

Защитники серебра берут контроль

Хотя Брайан решил придерживаться стратегии завоевания номинации – произнести речь, которая сделает его логичным кандидатом в глазах делегатов – на его пути возникали препятствия. В частности, он начал съезд 1896 года без какого-либо официального статуса. Национальный комитет Демократической партии, который первоначально определял, какие делегации будут утверждены, выбрал небрасканцев, сторонников золотого стандарта, для представления своего штата. Брайан ждал за дверью комнаты комитета, когда его соперники были утверждены 27 голосами против 23; по современным свидетельствам, он был «несколько удивлен» результатом. Решение Национального комитета можно было бы отменить, но только после отчета съездного комитета по мандатам. Однако Барнс посчитал действия комитета несущественными для исхода, учитывая поддержку серебра на съезде: удача благоволила Брайану – сторонники серебра рассматривали его на различные роли на съезде, но каждый раз он оказывался отклонен. Например, временное председательство позволило бы ему произнести программную речь. Однако, не имея места в начале съезда, Брайан не мог быть избран временным председателем. Брайан не считал это потерей; основное внимание съезда было сосредоточено на партийной платформе и дебатах, которые должны были предшествовать ее принятию. Платформа должна была символизировать отказ от Кливленда и его политики после долгой борьбы оппозиции, и Брайан был полон решимости завершить дебаты по платформе. Получив место, Брайан стал представителем Небраски в Комитете по резолюциям (обычно называемом «платформенным комитетом»), который выделил каждой стороне по 80 минут для дебатов и выбрал Брайана одним из докладчиков. Сенатор от Южной Каролины Бенджамин Тиллман должен был быть другим спикером, поддерживающим серебро, и изначально хотел закрыть дебаты. Однако сенатор хотел выступить в течение 50 минут, что было слишком долго для заключительного слова, и по просьбе Брайана согласился открыть дебаты. Таким образом, Брайан стал последним выступающим по платформе. Делегаты, ожидая завершения работы комитетов, провели большую часть первых двух дней, слушая различных ораторов. Из них только сенатор Блэкберн, сторонник серебра, вызвал заметную реакцию, и то лишь кратковременную. Делегаты просили выступить более известных ораторов, таких как Альтгельд или Брайан, но ни один из них не был предоставлен; губернатор Иллинойса отказался, а Брайан, получив место, провел большую часть времени вдали от зала съезда на заседании платформенного комитета в отеле «Пальмер-Хаус». Дебаты по платформе начались в начале третьего дня съезда, 9 июля 1896 года. Заседание должно было начаться в 10:00 утра, но делегаты, задержавшиеся из-за долгой дороги от гостиниц до Колизея и усталости после первых двух дней, прибыли не вовремя, и заседание началось только в 10:45. Тем не менее, за пределами общественных входов собралась большая толпа; галереи быстро заполнились. Как только съезд пришел в порядок, сенатор от Арканзаса Джеймс К. Джонс, председатель Комитета по резолюциям, зачитал предложенную платформу под аплодисменты многих делегатов; чтение доклада прозолотой меньшинства вызвало меньше аплодисментов. «Пичфорк Бен» Тиллман оправдал свое прозвище зажигательной речью, которая началась со ссылки на роль его родного штата в начале Гражданской войны. Хотя Тиллман поддерживал серебро, его речь была настолько пропитана сепаратизмом, что большинство делегатов, поддерживающих серебро, молчали, опасаясь, что их сочтут его сторонниками. Речь Тиллмана, которая должна была стать единственной в поддержку серебра, кроме речи Брайана, была настолько плохо воспринята, что сенатор Джонс, не планировавший выступать, произнес краткое обращение, заявив, что серебро является национальным вопросом. Следующим выступил сенатор Дэвид Б. Хилл из Нью-Йорка, сторонник золотого стандарта. Когда Хилл подошел к трибуне, друг-журналист передал Брайану записку, призывая его произнести патриотическую речь без намека на сепаратизм; Брайан ответил: «Вы не будете разочарованы». Хилл произнес спокойную речь в защиту золотого стандарта, и убедил немного делегатов. За ним последовали еще два сторонника золота, сенатор Уильям Вилас из Висконсина и бывший губернатор Массачусетса Уильям Э. Рассел. Вилас долго защищал политику администрации Кливленда, настолько долго, что Рассел, опасаясь, что речь Виласа сократит его время, попросил увеличить время, отведенное сторонникам золота, на десять минут. Брайан согласился при условии, что его время также будет увеличено на ту же сумму; это было одобрено. «И мне это было нужно для речи, которую я должен был произнести», – позже написал Брайан. «Это была еще одна неожиданная удача. У меня никогда не было такой возможности раньше в жизни, и я не думаю, что она повторится». Вилас быстро потерял аудиторию, которая не хотела слышать защиту Кливленда. Речь Рассела была неслышна для большинства присутствующих в Колизее; он был болен и умер чуть больше чем через неделю. Пока выступали сторонники золота, Брайан съел бутерброд, чтобы успокоить желудок; он часто нервничал перед важными речами. К нему подошел еще один журналист и спросил, кто, по его мнению, победит на номинации. «Строго конфиденциально, не для публикации: это буду я».

Although Bryan had decided on a strategy to gain the nomination—to give a speech which would make him the logical candidate in the eyes of delegates—he faced obstacles along the way. For one thing, he began the 1896 convention without any official status—the Democratic National Committee, which made the initial determination of which delegations would be seated, had chosen the pro gold Nebraskans to represent their state. Bryan had been waiting outside the committee room when his rivals were seated by a 27–23 vote; contemporary accounts state he was "somewhat surprised" at the result. The DNC's action could be reversed, but not until the convention's credentials committee reported. However, Barnes deemed the actions by the committee immaterial to the outcome due to the silver strength in the convention:

Good luck favored Bryan—he was considered for various convention roles by the silverites, but each time was not selected. The temporary chairmanship, for example, would have permitted him to deliver the keynote address. However, Bryan, lacking a seat at the start of the convention, could not be elected temporary chairman. Bryan considered this no loss at all; the focus of the convention was on the party platform and the debate which would precede its adoption. The platform would symbolize the repudiation of Cleveland and his policies after the insurgents' long struggle, and Bryan was determined to close the debate on the platform. Bryan, once seated, was Nebraska's representative to the Committee on Resolutions (generally called the "platform committee"), which allocated 80 minutes to each side in the debate and selected Bryan as one of the speakers. South Carolina Senator Benjamin Tillman was to be the other pro silver speaker, and originally wished to close the debate. However, the senator wanted 50 minutes to speak, too long for a closing address, and at Bryan's request agreed to open the debate instead. Accordingly, Bryan became the final speaker on the platform. Delegates, as they waited for the committees to complete their work, spent much of the first two days listening to various orators. Of these, only Senator Blackburn, a silver supporter, sparked much reaction, and that only momentary. Delegates called for better known speakers, such as Altgeld or Bryan, but were granted neither then; the Illinois governor declined, and the Nebraskan, once seated, spent much of his time away from the convention floor at the platform committee meeting at the Palmer House. The debate on the platform opened at the start of the third day of the convention, July 9, 1896. The session was supposed to begin at 10:00 a. m., but as delegates, slowed by the long commute from the hotels to the Coliseum and fatigue from the first two days, did not arrive on time, proceedings did not begin until 10:45. Nevertheless, large crowds gathered outside the public entrances; the galleries were quickly packed. Once the convention came to order, Arkansas Senator James K. Jones, chair of the Committee on Resolutions, read the proposed platform to cheers by many delegates; the reading of the pro gold minority report attracted less applause. "Pitchfork Ben" Tillman lived up to his nickname with an incendiary address which began with a reference to his home state's role in beginning the Civil War. Although Tillman endorsed silver, his address was so laced with sectionalism that most silver delegates remained silent for fear of being seen as supporting him. Tillman's speech, scheduled to be the only one in support of silver except Bryan's, was so badly received that Senator Jones, who had not planned to speak, gave a brief address asserting that silver was a national issue. Senator David B. Hill of New York, a gold supporter, was next. As Hill moved to the podium, a reporter friend passed Bryan a note urging him to make a patriotic speech without hint of sectionalism; Bryan responded, "You will not be disappointed." Hill gave a calm speech defending the gold position, and swayed few delegates. He was followed by two other gold men, Senator William Vilas of Wisconsin and former Massachusetts Governor William E. Russell. Vilas gave a lengthy defense of the Cleveland administration's policies, so long that Russell, fearing that Vilas' speech would cut into his time, asked that the time given to the gold proponents be extended by ten minutes. Bryan consented, on condition that his own time was extended by the same amount; this was agreed to. "And I needed it for the speech I was to make." Bryan later wrote, "This was another unexpected bit of good fortune. I had never had such an opportunity before in my life and never expect to have again." Vilas quickly lost his audience, which did not want to hear Cleveland defended. Russell's address was inaudible to most of the Coliseum; he was ill and died just over a week later. As the gold men spoke, Bryan ate a sandwich to settle his stomach; he was often nervous before major speeches. Another reporter approached him and asked him who he thought would win the nomination. "Strictly confidential, not to be quoted for publication: I will be."

События конгресса

Позже Брайан описал это молчание как "действительно мучительное" и на мгновение подумал, что потерпел неудачу. Когда он направился к своему месту, Колизей взорвался хаосом. Делегаты бросали в воздух шляпы, пальто и платки. Другие подняли штандартные знамена с названиями штатов, принадлежащие каждой делегации, и водрузили их рядом со знаменем Небраски. Два бдительных полицейских присоединились к Брайану, когда он покидал трибуну, предвидя столпотворение. Полицейских унесло потоком делегатов, которые подняли Брайана на плечи и носили по залу. Газета "The Washington Post" писала: "разразился бедлам, воцарилось безумие". На восстановление порядка потребовалось около 25 минут, и, по словам Бенселя, "где-то в массовой демонстрации, охватившей конгресс-холл, произошел перенос симпатий – от серебра как политической платформы к Брайану как кандидату в президенты". В газетных репортажах о конвенции не оставалось сомнений в том, что если бы в тот момент было проведено голосование (как многие требовали), Брайан был бы выдвинут. Сенатор Джонс уговаривал Брайана разрешить это, но он отказался, заявив, что если его популярность не продержится ночь, то не продержится и до ноября. Вскоре он покинул конвенцию, вернувшись в отель, чтобы дождаться результатов. Конвенция приняла платформу в отсутствие Брайана и сделала перерыв. Голосование началось следующим утром, 10 июля, и для выдвижения требовалось две трети голосов. Брайан, оставшийся в отеле, послал сообщение делегации Небраски, чтобы они не заключали сделок от его имени. В первом туре он занял второе место из четырнадцати кандидатов, уступая Бланду. Во втором туре Брайан все еще оставался вторым, но набрал больше голосов, поскольку другие кандидаты выбыли. В третьем туре Блэнд все еще лидировал, но в четвертом туре Брайан вышел вперед. По словам Джонса, было ясно, что Блэнд не сможет победить, а Брайана остановить невозможно. В пятом туре делегация штата Иллинойс во главе с губернатором Альтгельдом перенесла свои голоса с Блэнда на Брайана. Другие делегации, видя, что Брайан будет номинирован, последовали их примеру, обеспечив ему победу. Тем не менее, он выиграл выдвижение без голосов сторонников золотого стандарта, большинство из которых либо покинули конвенцию, либо отказались голосовать.

Bryan later described the silence as "really painful" and momentarily thought he had failed. As he moved towards his seat, the Coliseum burst into pandemonium. Delegates threw hats, coats, and handkerchiefs into the air. Others took up the standards with the state names on them with each delegation, and planted them by Nebraska's. Two alert police officers had joined Bryan as he left the podium, anticipating the crush. The policemen were swept away by the flood of delegates, who raised Bryan to their shoulders and carried him around the floor. The Washington Post newspaper recorded, "bedlam broke loose, delirium reigned supreme." It took about 25 minutes to restore order, and according to Bensel, "somewhere in the mass demonstration that was convulsing the convention hall, the transfer of sentiment from silver as a policy to Bryan as a presidential candidate took place". Newspaper accounts of the convention leave little doubt but that, had a vote been taken at that moment (as many were shouting to do), Bryan would have been nominated. Bryan was urged by Senator Jones to allow it, but refused, stating that if his boom would not last overnight, it would never last until November. He soon retired from the convention, returning to his hotel to await the outcome. The convention passed the platform in Bryan's absence and recessed. The balloting began the following morning, July 10, with a two thirds vote necessary to nominate. Bryan, who remained at his hotel, sent word to the Nebraska delegation to make no deals on his behalf. He stood second out of fourteen candidates in the first ballot, behind Bland. On the second ballot, Bryan still stood second, but had gained as other candidates had fallen away. The third ballot saw Bland still in the lead, but Bryan took the lead on the fourth ballot. According to Jones, it was clear that Bland could not win, and that Bryan could not be stopped. On the fifth ballot, the Illinois delegation, led by Governor Altgeld, switched its votes from Bland to Bryan. Other delegations, seeing that Bryan would be nominated, also switched, securing the victory. Nevertheless, he won the nomination without the votes of the gold delegates, most of whom either left the convention or refused to vote.

Реакция прессы

Большинство современных газетных репортажей приписывали выдвижение Брайана его красноречию, хотя в случае республиканских и других газет, поддерживающих золотой стандарт, они считали это демагогией. Просеребряный "Кливленд Плейн Дилер" назвал речь Брайана "страстным, вдохновляющим и мужественным призывом". "Чикаго Трибьюн" сообщила, что Брайан зажег искру, "которая подожгла пороховой след". "Сент-Луис Пост-Диспатч" высказал мнение, что с этой речью Брайан "практически обрел бессмертие". По мнению "Нью-Йорк Уорлд", "раз платформа была продиктована безумием, то, возможно, естественно, что кандидатом стала истерия". "Нью-Йорк Таймс" охарактеризовала Брайана как "одаренного пустозвона из Небраски". Единственной газетой, предсказавшей после выступления Брайана, что он не будет выдвинут, была "Уолл-стрит Джорнал", которая заявила: "Брайан свое уже отыграл". "Акрон Джарнал энд Республикан", не питавший симпатии к Брайану, высказал мнение, что "вероятно, ни один национальный съезд никогда не был так поколеблен или подвержен влиянию одной речи, как национальный съезд демократов".

Спор об антисемитизме

Биограф Паоло Э. Колетта писал, что после выступления от некоторых делегатов послышались антисемитские выкрики: "Долой крюносых ростовщиков с Уолл-стрит! Долой золотолюбцев, убивших Христа!" Эта цитата, отмеченная многими последующими исследователями, восходит к статье о известном немецком антисемите Германне Ахлвардте (который поддержал Брайана), опубликованной в The Sun. Автор Джеймс Ледбеттер указывает на ряд обстоятельств, которые позволяют предположить, что эта цитата может быть выдумкой или пародией, и отмечает, что степень антисемитских настроений в Популистском движении является предметом споров среди историков. Газета поддерживала Маккинли и золотой стандарт, статья была опубликована анонимно через два месяца после выступления, и неясно, присутствовал ли автор статьи на самом выступлении. Цитата была упомянута вскользь и не попала в новостные репортажи того времени о конвенции.

Кампания и последствия

Компания Пуллман предложила Брайану персональный вагон для поездки домой, но он отказался, не желая принимать корпоративные привилегии. По пути на поезде в Линкольн он видел фермеров и других людей, стоящих вдоль железнодорожных путей, надеясь увидеть нового кандидата от Демократической партии. Он получил множество писем от сторонников, выражавших свою веру в него в самых решительных выражениях. Один избиратель из Индианы написал: «Бог послал вас к нашему народу, чтобы спасти бедных от голода, и мы верим, что вы нас спасете». Фермер из Айовы в письме Брайану написал: «Вы первый важный человек, которому я когда-либо писал». Когда Маккинли услышал, что Брайан, вероятно, будет выдвинут кандидатом, он назвал этот отчет «чушью» и бросил трубку. Республиканский кандидат медленно осознал всплеск поддержки Брайана после выдвижения, заявив, что, по его мнению, увлечение серебром пройдет через месяц. Когда Маккинли и его советники, такие как промышленник и будущий сенатор Марк Ханна, поняли, что эти настроения не мимолетны, они начали активно собирать средства у корпораций и богатых людей. Деньги шли на ораторов, листовки и другие средства для донесения до избирателей их кампании за «твердые деньги». Имея значительно меньше средств, чем Маккинли, Брайан отправился в общенациональный тур по стране на поезде в беспрецедентном масштабе. Маккинли же, напротив, выбрал предвыборную кампанию с крыльца своего дома. Оба кандидата выступали перед сотнями тысяч людей с выбранных ими площадок. Выдвижение Брайана раскололо партию. Оппоненты выдвинули свой собственный список кандидатов; разделение голосов способствовало поражению Брайана. Однако Брайан получил поддержку популистов, а также съезд серебряных республиканцев. На протяжении всей кампании Брайан говорил о серебре, редко затрагивая другие вопросы. Брайан выиграл Юг и большую часть Запада, но победы Маккинли на более густонаселенном Северо-Востоке и Среднем Западе обеспечили ему президентство. Демократическому кандидату не удалось получить большинство голосов рабочих; Маккинли победил как в рабочих районах, так и в богатых округах. Хотя Маккинли опередил его на 600 000 голосов, Брайан получил больше голосов, чем любой предыдущий кандидат в президенты. После инаугурации Маккинли в марте 1897 года увеличение запасов золота благодаря новым открытиям и усовершенствованным методам переработки привело к значительному увеличению денежной массы. Тем не менее, в 1900 году Конгресс принял Акт о золотом стандарте, официально установив этот стандарт в Соединенных Штатах. Хотя Брайан снова баллотировался на платформе серебра на президентских выборах 1900 года, этот вопрос не вызвал такого же отклика у избирателей. Маккинли выиграл легче, чем в 1896 году, добившись успехов на серебряном Западе.

The Pullman Company offered Bryan a private car for his trip home; he declined, not wishing to accept corporate favors. As he traveled by rail to Lincoln, he saw farmers and others standing by the tracks, hoping for a glimpse of the new Democratic nominee. He received many letters from supporters, expressing their faith in him in stark terms. One Indiana voter wrote, "God has sent you amongst our people to save the poor from starvation, and we no you will save us." A farmer in Iowa, in a letter to Bryan, stated, "You are the first big man that i ever wrote to." When McKinley heard that Bryan was likely to be the nominee, he called the report "rot" and hung up the phone. The Republican nominee was slow to realize the surge of support for Bryan after the nomination, stating his view that the silver sentiment would be gone in a month. When McKinley and his advisers, such as industrialist and future senator Mark Hanna, realized that the views were more than transitory, they began intensive fundraising from corporations and the wealthy. The money went for speakers, pamphlets, and other means of conveying their "sound money" campaign to the voter. With far less money than McKinley, Bryan embarked on a nationwide campaign tour by train on a then unprecedented scale. McKinley on the other hand, opted for a front porch campaign. Both men spoke to hundreds of thousands of people from their chosen venues. Bryan's nomination divided the party. The dissidents nominated their own ticket; the split in the vote would contribute to Bryan's defeat. However, Bryan did gain the support of the Populists, as well as a convention of Silver Republicans. Bryan spoke on silver throughout the campaign; he rarely addressed other issues. Bryan won the South and most of the West, but McKinley's victories in the more populous Northeast and Midwest carried him to the presidency. The Democratic candidate failed to gain a majority of the labor vote; McKinley won in working class areas as well as wealthy precincts. Although McKinley outpolled him by 600,000 votes, Bryan received more votes than any previous presidential candidate. After McKinley's inauguration in March 1897, increases in gold availability from new discoveries and improved refining methods led to a considerable increase in the money supply. Even so, in 1900, Congress passed the Gold Standard Act, formally placing the United States on that standard. Although Bryan ran again on a silver platform in the 1900 presidential election, the issue failed to produce the same resonance with the voters. McKinley won more easily than in 1896, making inroads in the silver West.