Введение

Английский жокей (1857–1886)

Фредерик Джеймс Арчер (11 января 1857 – 8 ноября 1886), также известный под прозвищем The Tin Man, был английским жокеем викторианской эпохи, которого описывали как "лучшего жокея из всех, кого когда-либо видел ипподром". Его доход ), состоял из гонораров от владельцев, подарков и около 2500 фунтов стерлингов гонораров за скачки. Победа Арчера на Dutch Oven в St Leger вызвала споры. Считалось, что кобыла не выдержала дистанцию, проиграв Great Yorkshire Stakes в Йорке, поэтому на Leger ее оценивали как 40/1. Когда она выиграла, Арчера обвинили в том, что он намеренно сдерживал лошадь в Йорке, чтобы увеличить коэффициент на Leger. На самом деле, Арчер вообще не хотел участвовать в гонке на Dutch Oven, предпочитая Geheimniss, тренируемую Джоном Портером. Falmouth прекратил участие в скачках в 1883 году. Предполагалось, что это было вызвано подозрением в том, что Арчер сдерживал Galliard в Дерби, где он занял третье место после St Blaise и Highland Chief. Арчера обвинили в отсутствии той же воли к победе, что и на Bend Or или Iroquois, а Highland Chief был тренирован его братом Чарльзом, что казалось косвенным доказательством его вины. Однако у Фреда не было предыдущих случаев помощи брату подобным образом, а Чарльз однажды сбросил его с дистанции, когда они соревновались друг против друга. Маловероятно, что Арчер намеренно проиграл Дерби. Гонорары от герцога Портленда и лорда Гастингса приносили ему в общей сложности 2000 фунтов стерлингов в год, от герцога Вестминстерского – 1000 фунтов стерлингов, а от лорда Эллингтона – 500 фунтов стерлингов. 31 января 1883 года он женился на Роуз Нелли Доусон, старшей дочери Джона Доусона, в церкви Всех Святых в Ньюмаркете. Эта свадьба была названа самой знаменитой свадьбой десятилетия. Арчер "захватил воображение публики, как ни одному другому жокею до него не удавалось". В начале своей карьеры он был известен как жесткий наездник, не щадивший кнута и шпор. Возможно, он перенял этот стиль под влиянием главного жокея конюшни Тома Френча. Он всегда первым подъезжал к старту, чтобы занять лучшее место, и был послушен стартеру, в отличие от некоторых других жокеев. Он всегда быстро стартовал, "как борзая с привязи". Он позволял голове лошади свободно опускаться и разгонял ее легким прикосновением шпорами. К моменту его смерти его склонность к накопительству, возможно, была несколько преувеличена. Похоже, он получал извращенное удовольствие от этого. Рассказывают, что он просил прохожих дать ему монеты, чтобы положить их в бриджи и набрать недостающий вес перед гонкой, и никогда их не возвращал. Но он мог быть и щедрым. Он также устраивал зимние вечеринки для своих коллег и однажды, перед поездкой в Америку в ноябре 1884 года, оставил чистый чек своему другу Герберту Миллсу на случай нужды. Он был безрассудным игроком, и проигрыши часто доводили его до грани разорения, но он всегда сохранял свою честность, иногда выигрывая даже на собственные деньги.

Мнение тренера

Тренер Джон Портер сказал об Арчере: "Вся его душа и сердце были отданы делу, которым он занимался. Он почти всегда первым проходил взвешивание, первым занимал стартовую позицию, первым уходил с места по сигналу флага и, как показывают результаты, очень часто первым пересекал финишную черту. Боюсь, он не отличался особой принципиальностью. Очень умелый, он обычно добивался своего, особенно в небольших гонках. Если он не хотел, чтобы лошадь бежала, он не стеснялся предложить владельцу оставить животное в конюшне в этот день. В общем, Фред Арчер был сильной личностью и блестящим, успешным жокеем". Другой тренер, Джон Осборн-младший, сказал: "Он настолько возгордился, что никто не верил в мистера Арчера больше, чем сам жокей Фред Арчер", но это было не всеобщим мнением. В 1879 году газета "The World" писала: "Большой доход и безграничное доверие работодателей и публики могли бы вскружить голову кому угодно, но Фред Арчер спокойно идет своим путем и усердно изучает свое дело, стремясь к совершенству". После его смерти Джордж Лэмбтон сказал: "Его любили и осыпали комплиментами мужчины и женщины с юных лет, и он быстро стал кумиром публики, но при этом никогда не страдал от распространенного и неприятного недуга – гордыни. Думаю, трезвый, здравый смысл Мэтта Доусона, к которому он испытывал огромную привязанность и уважение, очень ему помогал". Доусон не был полностью доволен им, называя его "этим проклятым, длинноногим, оловянным сорванцом".