Альфред А. Кнопф: Издатель и его взгляд на литературу XX века.

Введение

Американский издатель Альфред Абрахам Кнопф Старший (12 сентября 1892 года – 11 августа 1984 года) — американский издатель XX века, соучредитель компании Alfred A. Knopf, Inc. Среди его современников были Беннетт Серф и Дональд Клопфер, а также (предшествующего поколения) Фрэнк Нельсон Даблдей, Дж. Генри Харпер и Генри Холт. Кнопф уделял особое внимание качеству печати, переплёта и оформления своих книг, и заслужил репутацию человека, требовательного к качеству как содержания, так и внешнего вида.

Личность

Кнопф не испытывал особого энтузиазма по поводу большинства изменений, произошедших в издательской индустрии за его жизнь. «Публикуется слишком много книг, и они стоят слишком дорого», — заявил он в журнале The Saturday Review. Это то, «с чем согласны все издатели, но ничего не делают для исправления». Самым фундаментальным изменением, которое он заметил, было возросшее значение редактора. «В первые годы все было довольно просто. Книги поступали, и мы публиковали их в том виде, в каком они были написаны. Издателя и писателя считали профессионалами. Задача писателя заключалась в том, чтобы написать книгу и передать ее вам». И он заметил Шенкеру: «Думаю, бизнес стал сложнее, а издатели менее образованными. Перестало быть правдой, что издатели публикуют, а авторы пишут. Сегодня авторы представляют рукописи, а редакторы пишут книги». Редактора теперь в основном нанимают для приобретения книг, «и если он не может заполучить хорошие книги, он обычно берет все, что доступно – книги не лучшего качества. А потом он иногда изматывает себя, пытаясь сделать шелковый мешок из того, что никогда не станет ничем иным, кроме свиного уха». Кнопф был в целом не впечатлен современной литературой, хотя он восхищался Джоном Херси, Джоном Апдайком, Хорхе Амадо и несколькими другими современными авторами. В книге «Издательское дело: тогда и сейчас» он писал: «Часто наш американский автор, независимо от возраста, жизненного опыта и технических знаний, просто не умеет писать. Я не имею в виду, что он не владеет изящным и выразительным стилем; я имею в виду, что он не может писать простой, понятный и правильный английский. И здесь только выдающийся редактор действительно сможет ему помочь». Американские авторы не отличаются долговечностью, сказал он в 1964 году, и «в Европе сейчас нет великих писателей». Хотя двенадцать авторов, издававшихся Knopf, получили Нобелевские премии, Knopf признавал, что «некоторые книги, удостоенные Нобелевской премии, не очень хороши», например, называя «Доктора Живаго» «невероятно скучным. Если бы Хрущев запретил его за скуку, а не из-за политических последствий, он мог бы избежать проблем». Среди других авторов, в публикации которых он отказал, были Сильвия Плат, Джек Керуак, Анна Франк, Джордж Оруэлл, Хорхе Луис Борхес, Владимир Набоков, Исаак Башевис Зингер и Анаис Нин. Он отклонил ранний роман Урсулы К. Ле Гуин, но поощрял ее продолжать писать. Кнопф также сожалел о «вопиюще плохом вкусе», который, по его мнению, характеризует большую часть современной художественной литературы, и предупреждал об опасности «юридической реакции» на порнографию и возможном возрождении цензуры. Эта прямолинейность характера иногда проявлялась в жалобах, которые он отправлял отелям, ресторанам и магазинам, не соответствующим его высоким стандартам. Эти письма становились все более частыми и резкими с возрастом. Ярким примером является шестилетняя переписка, которую он вел с компанией Eastman Kodak из-за утерянной пленки.

Knopf had little enthusiasm for most of the changes that took place in the publishing industry during his lifetime. "Too many books are published, and they are overpriced", he told The Saturday Review. These are things "about which all publishers agree, and about which no publisher does anything." The most fundamental change he noted was the increased importance of the editor. "In the early days, things were quite simple. The books came in; we published them as written A publisher was regarded and so, in turn, was the writer as a pro. A writer's job was to write a book and give it to you." And he remarked to Shenker: "I guess business became more complicated and publishers less literate. It ceased to be the fact that publishers publish and authors write. Today authors submit manuscripts and editors write books." The editor is now hired largely to acquire books, "and if he can't get good books, he usually takes what he can get books that are not so good. And then he sometimes wrecks himself trying to make a silk purse out of what can never become anything but a sow's ear." Knopf was generally unimpressed with current literature, though he admired John Hersey, John Updike, Jorge Amado, and a few other contemporary authors. In Publishing Then and Now he wrote: "Frequently our American author, whatever his age, experience in life, and technical knowledge, simply can't write. I don't mean that he is not the master of a prose style of elegance and distinction; I mean that he can't write simple straightforward and correct English. And here, only an exceptional editor will really help him." American authors are not very durable, he said in 1964, and "there are no giants in Europe now." Though twelve Knopf authors had won Nobel Prizes, Knopf acknowledged that "some Nobel Prize books aren't very good," calling Doctor Zhivago, for example, "incredibly tedious If Krushchev had banned it for dullness instead of its political implications, he might have been in the clear." Among other authors he rejected were Sylvia Plath, Jack Kerouac, Anne Frank, George Orwell, Jorge Luis Borges, Vladimir Nabokov, Isaac Bashevis Singer and Anaïs Nin. He turned down an early novel by Ursula K. Le Guin but encouraged her to keep writing. Knopf also lamented the "shockingly bad taste" that he felt characterizes much modern fiction, and warned of the danger of a "legal backlash" against pornography, and a possible revival of censorship. This outspoken aspect of his character sometimes found voice in letters of complaint to hotels, restaurants, and stores that failed to meet his high standards. These letters grew increasingly frequent and more severe as he aged. One striking example is the six year long war of words he waged against the Eastman Kodak Company over a roll of lost film.