Битва при Липарских островах: Первое морское сражение Пунических войн

Введение

Битва между Карфагеном и Римской Республикой во время Первой Пунической войны.

Битва при Липари, или Битва на Липарских островах, — морское сражение, произошедшее в 260 году до н.э. во время Первой Пунической войны. Эскадра из 20 карфагенских кораблей под командованием Боодеса застала в гавани Липара 17 римских кораблей под командованием старшего консула того года, Гнея Корнелия Сципиона. Неопытные римляне показали себя плохо, и все 17 их кораблей были захвачены вместе с их командиром. Римляне недавно построили флот, чтобы оспорить морское господство карфагенян в западном Средиземноморье, и Сципион опрометчиво отправился к Липарам с авангардной эскадрой. Битва была не более чем незначительной стычкой, но она примечательна как первое морское сражение Пунических войн и первый случай участия римских военных кораблей в бою. Сципион был выкуплен после битвы и с тех пор стал известен как Асина (лат. *Asina* — «ослица»). Римляне выиграли два последующих, более крупных морских сражения и установили приблизительное равенство на море.

Первичные источники

Основным источником почти по всем аспектам Первой Пунической войны является историк Полибий (ок. 200 – 118 до н. э.), грек, отправленный в Рим в 167 г. до н. э. в качестве заложника. В его труды входит ныне утраченное руководство по военной тактике, но он наиболее известен своим сочинением «Истории», написанным где-то после 146 г. до н. э., то есть примерно через столетие после битвы. Труд Полибия считается в целом объективным и в значительной степени нейтральным в отношении карфагенской и римской точек зрения. Карфагенские письменные источники были уничтожены вместе со столицей Карфагеном в 146 г. до н. э., поэтому рассказ Полибия о Первой Пунической войне основан на нескольких ныне утерянных греческих и латинских источниках. Полибий был аналитическим историком и, по возможности, лично опрашивал участников событий, о которых писал. Первой книге из 40, составляющих «Истории», посвящена Первая Пуническая война. Точность изложения Полибия активно обсуждалась на протяжении последних 150 лет, однако современный научный консенсус склоняется к тому, чтобы принимать его показания в основном без изменений, а детали сражений в современных источниках почти полностью основаны на интерпретациях его труда. Современный историк Эндрю Карри считает, что «Полибий оказывается довольно надежным», а Декстер Хойос описывает его как «поразительно хорошо информированного, трудолюбивого и проницательного историка». Существуют и другие, более поздние, истории войны, но они представлены в фрагментарном или кратком виде и обычно более подробно описывают военные действия на суше, чем на море. Современные историки также учитывают более поздние труды Диодора Сицилийского и Диона Кассия, хотя классик Адриан Голдсуорти утверждает, что «изложение Полибия обычно предпочтительнее, когда оно расходится с другими источниками». К другим источникам относятся надписи, археологические находки и эмпирические данные, полученные в результате реконструкций, таких как трирема «Олимпиада». С 2010 года на месте битвы при Эгатах, последней битвы войны, произошедшей спустя девятнадцать лет, обнаружено несколько артефактов. Их анализ и извлечение новых предметов продолжаются.

The main source for almost every aspect of the First Punic War is the historian Polybius (c. 200 – 118 BC), a Greek sent to Rome in 167 BC as a hostage. His works include a now lost manual on military tactics, but he is best known for his work The Histories, written sometime after 146 BC, or about a century after the battle. Polybius's work is considered broadly objective and largely neutral as between Carthaginian and Roman points of view. Carthaginian written records were destroyed along with their capital, Carthage, in 146 BC and so Polybius's account of the First Punic War is based on several, now lost, Greek and Latin sources. Polybius was an analytical historian and wherever possible personally interviewed participants in the events he wrote about. Only the first book of the 40 comprising The Histories deals with the First Punic War. The accuracy of Polybius's account has been much debated over the past 150 years, but the modern consensus is to accept it largely at face value, and the details of the battle in modern sources are almost entirely based on interpretations of Polybius's account. The modern historian Andrew Curry considers that "Polybius turns out to [be] fairly reliable"; while Dexter Hoyos describes him as "a remarkably well informed, industrious, and insightful historian". Other, later, histories of the war exist, but in fragmentary or summary form, and they usually cover military operations on land in more detail than those at sea. Modern historians usually also take into account the later histories of Diodorus Siculus and Dio Cassius, although the classicist Adrian Goldsworthy states that "Polybius' account is usually to be preferred when it differs with any of our other accounts". Other sources include inscriptions, archaeological evidence, and empirical evidence from reconstructions such as the trireme Olympias. Since 2010 a number of artefacts have been recovered from the site of the Battle of the Aegates, the final battle of the war, fought nineteen years later. Their analysis and the recovery of further items are ongoing.

Операции в Сицилии

Первая Пуническая война между Карфагеном и Римом началась в 264 году до н.э. Карфаген был хорошо устоявшейся морской державой в западном Средиземноморье, а Рим недавно объединил под своим контролем материковую Италию к югу от реки Арно. Непосредственной причиной войны стал контроль над сицилийским городом Мессана (современная Мессина). В более широком плане обе стороны стремились контролировать Сиракузы – самый могущественный город-государство на Сицилии. К 260 году до н.э. война длилась уже четыре года, и римляне продвинулись вглубь Сицилии, добившись ряда успехов, включая захват Агригента, важного карфагенского опорного пункта. Однако карфагенский флот неоднократно совершал набеги на тылы римлян и даже на побережье Италии. Их господство на море также делало невозможной для римлян успешную блокаду карфагенских городов, расположенных на побережье. Карфагеняне придерживались своей традиционной стратегии, ожидая, что противник истощит себя, чтобы затем вернуть часть или все свои владения и заключить взаимовыгодный мирный договор.

Корабли

Во время этой войны стандартным военным кораблем был квинкерем, что означает "пятивесльный". Квинкерем был галерой, длинной, широкой на уровне воды, с палубой, возвышающейся над морем, и водоизмещением около 100 длинных тонн (110 коротких тонн; 100 тонн). Эксперт по галерам Джон Коутс предположил, что они могли поддерживать определенную скорость в течение длительного времени. Современная реплика галеры "Олимпия" достигла скорости и крейсерской скорости в течение многих часов. Суда строились как катафракты, или "защищенные" корабли, с закрытым корпусом и полной палубой, способной перевозить на борту легионеров в качестве морской пехоты и катапульты. У них была отдельная "камера для гребцов", прикрепленная к основному корпусу, в которой размещались гребцы. Эти особенности позволяли укрепить корпус, увеличить грузоподъемность и улучшить условия для гребцов. В 260 году до н.э. римляне приступили к строительству флота и использовали потерпевший кораблекрушение карфагенский квинкерем в качестве чертежа для своих собственных кораблей. Римляне, будучи начинающими судостроителями, построили копии, которые были тяжелее карфагенских судов, что делало их медленнее и менее маневренными. Квинкерем был основным рабочим кораблем римских и карфагенских флотов на протяжении Пунических войн, настолько распространенным, что Полибий использует его как краткое обозначение для "военного корабля" в целом. Квинкерем перевозил экипаж из 300 человек, из которых 280 были гребцами и 20 – палубной командой и офицерами; обычно он также перевозил 40 морских пехотинцев, и если считалось, что битва неизбежна, их число могло быть увеличено до 120. Чтобы гребцы могли грести согласованно и выполнять более сложные боевые маневры, требовалась долгая и упорная тренировка. По крайней мере, половина гребцов должна была иметь опыт, чтобы эффективно управлять кораблем. В результате римляне изначально были в невыгодном положении по сравнению с более опытными карфагенянами. Все военные корабли были оснащены тараном – тройным набором бронзовых лезвий весом до , расположенных на ватерлинии. Они изготавливались индивидуально по технологии литья по выплавляемой модели, чтобы неподвижно крепиться к носу галеры и фиксировались бронзовыми шипами. В столетие, предшествовавшее Пуническим войнам, абордаж стал все более распространенным, а таранные удары – менее, поскольку более крупные и тяжелые суда, принятые в этот период, не обладали необходимой скоростью и маневренностью для тарана, а их более прочная конструкция снижала эффективность тарана даже в случае успешной атаки.

During this war the standard warship was the quinquereme, meaning "five oared". The quinquereme was a galley, long, wide at water level, with its deck standing above the sea, and displacing around 100 long tons (110 short tons; 100 tonnes). The galley expert John Coates suggested they could maintain for extended periods. The modern replica galley Olympias has achieved speeds of and cruised at for hours on end. Vessels were built as cataphract, or "protected", ships, with a closed hull and a full deck able to carry embarked legionaries as marines and catapults. They had a separate "oar box" attached to the main hull which contained the rowers. These features allowed the hull to be strengthened, increased carrying capacity and improved conditions for the rowers. In 260 BC the Romans set out to construct a fleet and used a shipwrecked Carthaginian quinquereme as a blueprint for their own. As novice shipwrights, the Romans built copies that were heavier than the Carthaginian vessels, which made them slower and less manoeuvrable. The quinquereme was the workhorse of the Roman and Carthaginian fleets throughout the Punic Wars, so ubiquitous that Polybius uses it as a shorthand for "warship" in general. A quinquereme carried a crew of 300, of which 280 were oarsmen and 20 deck crew and officers; it would normally also carry a complement of 40 marines, and if battle was thought to be imminent, this would be increased to as many as 120. Getting the oarsmen to row as a unit, as well as execute more complex battle manoeuvres, required long and arduous training. At least half of the oarsmen would need to have had some experience if the ship was to be handled effectively. As a result, the Romans were initially at a disadvantage against the more experienced Carthaginians. All warships were equipped with a ram, a triple set of bronze blades weighing up to positioned at the waterline. They were made individually by the lost wax method to fit immovably to a galley's prow and secured with bronze spikes. In the century prior to the Punic Wars, boarding had become increasingly common and ramming had declined, as the larger and heavier vessels adopted in this period lacked the speed and manoeuvrability necessary to ram, while their sturdier construction reduced the ram's effect even in the case of a successful attack.

Битва

Римляне издавна избирали по два человека в год, известных как консулы, каждому из которых предстояло возглавить свои войска. Патриций Гней Корнелий Сципион, старший консул того года, получил командование флотом. Он вышел в море с первыми 17 построенными судами. Будучи первыми римскими военными кораблями, они некоторое время тренировались в своих водах, прежде чем отправиться в Мессану. Там они готовились к прибытию основного флота и обеспечивали логистическую поддержку римской армии при морском переходе в Сицилию. Находясь в Мессинском проливе, Сципион получил сведения о том, что гарнизон города Липара готов перейти на сторону римлян. Липара была главным портом Липарских островов и представляла постоянную угрозу для римских коммуникаций через пролив. Несмотря на то, что его экипажи были еще неопытны, а недавно спроектированные и построенные корабли все еще проходили ходовые испытания, консул не смог устоять перед искушением захватить важный город без боя и отплыл к Липаре. Некоторые древние источники предполагают, что предложение о сдаче Липары было уловкой, вдохновленной Карфагеном, чтобы побудить римлян направить свои корабли туда, где на них можно было бы устроить засаду, однако эти источники не содержат подробностей и обычно являются проримскими. Римляне вошли в гавань Липары. Карфагенским флотом командовал Ганнибал Гиско, генерал, командовавший гарнизоном в Агригенте, и базировавшийся в Панорме (современный Палермо), в некотором расстоянии от Липары. Узнав о продвижении римлян к Липаре, он отправил в город 20 кораблей под командованием Боода, карфагенского аристократа. Карфагеняне прибыли ночью и заперли римлян в гавани. На следующее утро Боод возглавил свои корабли в атаку на римлян, находившихся в гавани. Люди Сципиона оказали незначительное сопротивление. Неопытные экипажи не могли тягаться с хорошо обученными карфагенцами и были быстро разбиты. Некоторые римляне запаниковали и бежали вглубь страны, а сам консул был взят в плен вместе со многими другими старшими римскими офицерами. В некоторых более поздних отчетах говорится, что Сципион был вероломно захвачен во время переговоров, но это, вероятно, римская выдумка. Все римские корабли были захвачены, большинство из них получили незначительные повреждения. Битва была не более чем незначительной стычкой, но она примечательна как первое морское сражение Пунических войн и первый случай, когда римские военные корабли вступили в бой.

It was the long standing Roman procedure to elect two men each year, known as consuls, to each lead their military forces. The patrician Gnaeus Cornelius Scipio, the year's senior consul, was given command of the fleet. He put to sea with the first 17 ships produced. As the first ever Roman warships they spent some time training in home waters before sailing to Messana. There they prepared for the main fleet's arrival and supported the logistics of the Roman army at the sea crossing to Sicily. While Scipio was at the Strait of Messina he received information that the garrison of the city of Lipara was willing to defect to the Roman side. Lipara was the main port of the Lipari Islands and was a constant threat to Roman communications across the Strait. Though his crews were still inexperienced and the newly designed and built ships were still undergoing their sea trials, the consul could not resist the temptation of conquering an important city without a fight and sailed to Lipara. It has been suggested by some ancient sources that the offer to surrender Lipara was a ruse inspired by Carthage to encourage the Romans to commit their ships where they could be ambushed, but the sources do not give much detail and are usually pro Roman. The Romans entered the harbour at Lipara. The Carthaginian fleet was commanded by Hannibal Gisco, the general who had commanded the garrison at Agrigentum, and was based at Panormus (modern day Palermo) some from Lipari. When he heard of the Romans' advance to Lipara he despatched 20 ships under Boödes, a Carthaginian aristocrat, to the town. The Carthaginians arrived at night and trapped the Romans in the harbour. Boödes led his ships in an attack on the Romans inside the harbour the next morning. Scipio's men offered little resistance. The inexperienced crews were no match for the well drilled Carthaginians and were rapidly outfought. Some Romans panicked and fled inland and the consul himself was taken prisoner, along with many of the other Roman senior officers. Some later accounts have Scipio treacherously captured while parleying, but this is probably a Roman fabrication. All of the Roman ships were captured, most with little damage. The battle was little more than a skirmish, but is notable as the first naval encounter of the Punic Wars and the first time Roman warships had engaged in battle.

Последствия

Сципион был позже освобожден, вероятно, за выкуп. Его легкое поражение принесло ему уничижительное прозвище Асина, что на латыни означает «ослица». Это прозвище было тем более оскорбительным, что «асина» – женская форма слова «осел», в отличие от мужской формы «асинус». Несмотря на это, карьера Сципиона процветала, и он во второй раз стал консулом в 254 году до н.э. Вскоре после победы при Липаре Ганнибал Гиско разведывал с 50 карфагенскими кораблями, когда столкнулся с полным римским флотом. Ему удалось уйти, но он потерял большую часть своих кораблей. После этой схватки римляне установили на свои корабли [[Корвус (абордажное устройство)]. Корвус представлял собой мост шириной и длиной, с тяжелым шипом снизу, предназначенным для пробивания и закрепления на палубе вражеского корабля. Это позволяло морской пехоте легче брать на абордаж и захватывать вражеские корабли. Позже в том же году коллега Сципиона по консульству, Гай Дуилий, подчинил римские воинские части своим подчиненным и принял командование флотом. Он немедленно вышел в море, ища сражения. Два флота встретились у берегов Мил в битве при Миле. У Ганнибала Гиско было 130 кораблей, а историк Джон Лэйзенби подсчитал, что у Дуилия было примерно столько же. Используя корвус, римляне захватили 50 карфагенских кораблей и нанесли карфагенянам сокрушительное поражение. Война продолжалась еще 19 лет, прежде чем завершилась поражением Карфагена и заключением мирного договора. После этого Рим стал ведущей военной державой в западном Средиземноморье и, в целом, в Средиземноморье. Римляне построили более 1000 галер во время войны, и этот опыт строительства, комплектования, обучения, снабжения и обслуживания такого количества кораблей заложил основу морского господства Рима на 600 лет.