Битва при Требии: Первое крупное сражение Второй Пунической войны.

Введение

Первое крупное сражение Второй Пунической войны – битва при Треббии.

Битва при Треббии (или Треббия) была первым крупным сражением Второй Пунической войны, произошедшим между карфагенскими войсками Ганнибала и римской армией под командованием Семпрония Лонга 22 или 23 декабря 218 года до н. э. Каждая армия насчитывала около 40 000 человек; карфагеняне превосходили римлян в кавалерии, а римляне – в пехоте. Битва состоялась на пойменной равнине западного берега нижней реки Требия, недалеко от поселения Плаценция (современная Пьяченца), и привела к сокрушительному поражению римлян. Война между Карфагеном и Римом началась в 218 году до н. э. Ведущий карфагенский генерал Ганнибал ответил тем, что вывел большую армию из Иберии (современная Испания и Португалия), через Галлию, через Альпы и в Цизальпинскую Галлию (на севере Италии). Римляне предприняли атаку против ослабленных сил, переживших тяготы похода, и Публий Сципион лично возглавил кавалерию и лёгкую пехоту армии, которой он командовал, против карфагенской кавалерии в битве при Тицине. Римляне потерпели полное поражение, а Сципион был ранен. Римляне отступили к Плаценции, укрепили свой лагерь и ждали подкрепления. Римская армия на Сицилии под командованием Семпрония была передислоцирована на север и соединилась с силами Сципиона. После дня ожесточённых стычек, в которых римляне одержали верх, Семпроний жаждал сражения. Ганнибал использовал нумидийскую кавалерию, чтобы выманить римлян из лагеря на выбранную им местность. Свежая карфагенская кавалерия разбила превосходящую по численности римскую кавалерию, а лёгкая карфагенская пехота обошла римскую пехоту с фланга. Ранее скрытые карфагенские войска атаковали римскую пехоту в тылу. Большинство римских подразделений рухнули, и большинство римлян были убиты или взяты в плен карфагенянами, но 10 000 воинов под командованием Семпрония сохранили строй и пробились к безопасности Плаценции. Признав карфагенян доминирующей силой в Цизальпинской Галлии, галльские новобранцы стали стекаться к ним, и армия Ганнибала выросла до 60 000 человек. Следующей весной он двинулся на юг в римскую Италию и одержал ещё одну победу в битве при озере Тразимен. В 216 году до н. э. Ганнибал вторгся в южную Италию и нанёс римлянам катастрофическое поражение в битве при Каннах, последнюю из трёх крупных военных катастроф, постигших римлян в первые три года войны.

The battle of the Trebia (or Trebbia) was the first major battle of the Second Punic War, fought between the Carthaginian forces of Hannibal and a Roman army under Sempronius Longus on 22 or 23 December 218 BC. Each army had a strength of about 40,000 men; the Carthaginians were stronger in cavalry, the Romans in infantry. The battle took place on the flood plain of the west bank of the lower Trebia River, not far from the settlement of Placentia (modern Piacenza), and resulted in a heavy defeat for the Romans. War broke out between Carthage and Rome in 218 BC. The leading Carthaginian general, Hannibal, responded by leading a large army out of Iberia (modern Spain and Portugal), through Gaul, across the Alps and into Cisalpine Gaul (in northern Italy). The Romans went on the attack against the reduced force which had survived the rigours of the march, and Publius Scipio personally led the cavalry and light infantry of the army he commanded against the Carthaginian cavalry at the Battle of Ticinus. The Romans were soundly beaten and Scipio was wounded. The Romans retreated to near Placentia, fortified their camp and awaited reinforcement. The Roman army in Sicily under Sempronius was redeployed to the north and joined with Scipio's force. After a day of heavy skirmishing in which the Romans gained the upper hand, Sempronius was eager for a battle. Hannibal used his Numidian cavalry to lure the Romans out of their camp and onto ground of his choosing. Fresh Carthaginian cavalry routed the outnumbered Roman cavalry and Carthaginian light infantry outflanked the Roman infantry. A previously hidden Carthaginian force attacked the Roman infantry in the rear. Most of the Roman units then collapsed and most Romans were killed or captured by the Carthaginians, but 10,000 under Sempronius maintained formation and fought their way out to the safety of Placentia. Recognising the Carthaginians as the dominant force in Cisalpine Gaul, Gallic recruits flocked to them, and Hannibal's army grew to 60,000. The following spring, it moved south into Roman Italy and gained another victory at the Battle of Lake Trasimene. In 216 BC Hannibal marched to southern Italy and inflicted the disastrous defeat of the Battle of Cannae on the Romans, the last of what modern historians describe as the three great military calamities suffered by the Romans in the first three years of the war.

Довоенное время

Первая Пуническая война велась с 264 по 241 год до н.э. между Карфагеном и Римом: эти две главные державы западного Средиземноморья в III веке до н.э. боролись за господство главным образом на средиземноморском острове Сицилия, в его прилегающих водах и в Северной Африке. Война продолжалась 23 года, пока карфагеняне не были разгромлены. Пять лет спустя армия во главе с выдающимся карфагенским полководцем Гамилькаром Баркой высадилась в Карфагенской Иберии (современная юго-восточная Испания), которую он значительно расширил и превратил в квазимонархическую, автономную территорию, управляемую его семьей, Баркидами. Это расширение обеспечило Карфаген серебряными рудниками, сельскохозяйственным богатством, рабочей силой, военными сооружениями, такими как верфи, и стратегической глубиной, что побудило его оказывать сопротивление будущим римским требованиям. Гамилькар автономно управлял Карфагенской Иберией до своей смерти в 228 году до н.э. Его преемником стал его зять, Гасдрубал, а в 221 году до н.э. – его сын Ганнибал. В 226 году до н.э. Эбровский договор установил реку Эбро как северную границу карфагенской сферы влияния в Иберии. Вскоре после этого Рим заключил отдельный союзный договор с независимым городом Сагунт (современный Сагунто), расположенным южнее Эбро. В 219 году до н.э. карфагенская армия под командованием Ганнибала осадила, захватила и разграбила Сагунт, что привело к объявлению Римом войны Карфагену.

Война в Цизальпинской Галлии

Римляне издавна избирали по два человека в год на должности высших магистратов, известных как консулы, каждый из которых в военное время возглавлял армию. В 218 году до н.э. римляне сформировали армию для похода в Иберию под командованием консула Публия Сципиона, которого сопровождал его брат Гней. Основные галльские племена, населявшие территорию северной Италии по обе стороны реки По, известную как Цизальпинская Галлия, были возмущены основанием римских колоний в Пьяченце (современная Пьяченца) и Кремоне ранее в том же году на землях, традиционно принадлежавших галлам. Они восстали и напали на римлян, захватив несколько городов. Они неоднократно устраивали засады римскому подкреплению и блокировали его в Таннетуме. Римский сенат выделил один римский и один союзный легион из сил, предназначенных для Иберии, и направил их в этот регион. Сципионам пришлось набрать новых солдат взамен убывших, и поэтому они смогли отправиться в Иберию только в сентябре.

Карфаген вторгся в Италию

Тем временем Ганнибал собрал карфагенскую армию в иберийском городе Новый Карфаген (современная Картахена) в конце 219 и начале 218 года до н. э. В мае 218 года до н. э. она двинулась на север, вошла в Галлию к востоку от Пиренеев, а затем избрала внутренний путь, чтобы избежать римских союзников вдоль побережья. Ганнибал оставил своего брата Асдрубала Барку ответственным за карфагенские интересы в Иберии. Римский флот, перевозивший армию братьев Сципионов, высадился в Массалии, союзном Риму городе (современный Марсель), у устья реки Роны в сентябре, примерно в то же время, когда Ганнибал сражался за переправу через реку против местных аллоброгов в битве у Родного Брода. Римский кавалерийский патруль рассеял отряд карфагенской конницы, но основная армия Ганнибала избежала встречи с римлянами, а Гней Сципион продолжил путь в Иберию с римскими войсками; Публий же вернулся в Италию. Карфагеняне пересекли Альпы в октябре с 38 000 пехотинцев и 8 000 всадников, преодолев трудности климата, местности и партизанской тактики местных племен. Ганнибал прибыл с 20 000 пехотинцев, 6 000 всадников и около 30 боевых слонов из войска, с которым он покинул Иберию, в то, что ныне является Пьемонтом, на севере Италии. Римляне уже отступили к своим зимним лагерям и были поражены внезапным появлением Ганнибала. Карфагенянам требовалось пополнить запасы продовольствия, поскольку они исчерпали их во время похода. Они также надеялись найти союзников среди северных итальянских галльских племен, чтобы пополнить свою армию и довести ее численность до уровня, достаточного для эффективной борьбы с римлянами. Местное племя тавринов встретило их враждебно, поэтому Ганнибал немедленно осадил их столицу (недалеко от современного Турина), взял ее штурмом, перебил население и захватил запасы. Этими жестокими действиями Ганнибал послал ясный сигнал другим галльским племенам о последствиях отказа от сотрудничества. Узнав, что Публий Сципион действует в этом районе, Ганнибал предположил, что римская армия из Массалии, которую он считал направленной в Иберию, вернулась в Италию и укрепила армию, уже дислоцированную на севере. Полагая, что ему предстоит столкнуться с гораздо более крупным римским войском, чем он ожидал, Ганнибал почувствовал еще более острую необходимость в активном наборе рекрутов среди цизальпинских галлов. Он решил, что необходимо продемонстрировать уверенность и смело двинулся вниз по долине реки По. Однако Сципион столь же решительно повел свою армию против карфагенян, заставив галлов сохранять нейтралитет. Оба полководца пытались воодушевить своих воинов перед предстоящей битвой, произнеся пылкие речи перед собравшимися войсками. Сообщается, что Ганнибал подчеркнул своим солдатам, что они должны победить любой ценой, поскольку им некуда отступать.

Meanwhile, Hannibal assembled a Carthaginian army in the Iberian city of New Carthage (modern Cartagena) in late 219 and early 218 BC. This marched north in May 218 BC, entering Gaul to the east of the Pyrenees, then taking an inland route to avoid Roman allies along the coast. Hannibal left his brother Hasdrubal Barca in charge of Carthaginian interests in Iberia. The Roman fleet carrying the Scipio brothers' army landed at Rome's ally Massalia (modern Marseille) at the mouth of the River Rhone in September, at about the same time as Hannibal was fighting his way across the river against a force of local Allobroges at the Battle of Rhone Crossing. A Roman cavalry patrol scattered a force of Carthaginian cavalry, but Hannibal's main army evaded the Romans and Gnaeus Scipio continued to Iberia with the Roman force; Publius returned to Italy. The Carthaginians crossed the Alps with 38,000 infantry and 8,000 cavalry in October, surmounting the difficulties of climate, terrain and the guerrilla tactics of the native tribes. Hannibal arrived with 20,000 infantry, 6,000 cavalry and about 30 war elephants from the force with which he had left Iberia in what is now Piedmont, northern Italy. The Romans had already withdrawn to their winter quarters and were astonished by Hannibal's appearance. The Carthaginians needed to obtain supplies of food, as they had exhausted theirs during their journey. They also wanted to obtain allies among the north Italian Gallic tribes from which they could recruit, to build up their army to a size which would enable it to effectively take on the Romans. The local tribe, the Taurini, were unwelcoming, so Hannibal promptly besieged their capital (near the site of modern Turin), stormed it, massacred the population and seized the supplies there. With these brutal actions Hannibal was sending out a clear message to the other Gallic tribes as to the likely consequences of non cooperation. Hearing that Publius Scipio was operating in the region, Hannibal assumed the Roman army in Massalia, which he had believed en route to Iberia, had returned to Italy and reinforced the army already based in the north. Believing that he would therefore be facing a much larger Roman force than he had anticipated, Hannibal felt an even more pressing need to recruit strongly among the Cisalpine Gauls. He determined that a display of confidence was called for and advanced boldly down the valley of the Po. However, Scipio led his army equally boldly against the Carthaginians, causing the Gauls to remain neutral. Both commanders attempted to inspire the ardour of their men for the coming battle by making fiery speeches to their assembled armies. Hannibal is reported to have stressed to his troops that they had to win, whatever the cost, as there was no place they could retreat to.

Первый контакт

После того, как римляне разбили лагерь в Плацентии, они построили понтонный мост через нижнюю часть реки Тицин и продолжили движение на запад. Когда его разведчики донесли о близком присутствии карфагенян, Сципион приказал своей армии разбить лагерь. Карфагеняне поступили так же. На следующий день оба полководца вывели сильные отряды, чтобы лично разведать численность и состав армии противника, о которых они почти ничего не знали. Сципион смешал крупный отряд велитов (легкой пехоты, вооруженной дротиками) со своим основным кавалерийским корпусом, ожидая масштабной стычки. Ганнибал выставил в центре своей линии тяжелую конницу, а на флангах – легкую нумидийскую кавалерию. Заметив римскую пехоту, карфагенский центр немедленно атаковал, а дротичники отступили назад, сквозь ряды своей кавалерии. Завязалась ожесточенная схватка, в которой многие кавалеристы спешивались, чтобы сражаться пешком, а часть римских дротиков усилила боевую линию. Бой продолжался без явного преимущества, пока нумидийская кавалерия не обошла оба конца линии сражения и не атаковала все еще неорганизованных велитов, небольшой резерв римской кавалерии, в котором находился Сципион, и тыл уже сражающейся римской кавалерии, повергнув их в смятение и панику. Римляне дрогнули и обратились в бегство, понеся большие потери. Сципион был ранен и спасся от смерти или плена лишь благодаря своему 16-летнему сыну, также носившему имя Публий Корнелий Сципион. Той ночью Сципион снялся с лагеря и отступил к Тицину; на следующий день карфагеняне захватили 600 воинов из его арьергарда. Римляне отступили до Плацентии. Через два дня после этого столкновения карфагеняне перешли реку По и двинулись к Плацентии. Они выстроились перед римским лагерем и предложили сражение, от которого Сципион отказался. Карфагеняне разбили свой лагерь неподалеку. Той ночью 2200 галльских наемников, служивших в римской армии, напали на ближайших к ним римлян в их палатках и перешли на сторону карфагенян, принеся с собой головы убитых римлян в качестве знака доброй воли. Ганнибал наградил их и отправил домой вербовать новых рекрутов. Ганнибал также заключил свой первый официальный договор с галльским племенем, и к нему начали поступать припасы и новобранцы. Римляне покинули свой лагерь и отступили под покровом ночи. На следующее утро карфагенская кавалерия не смогла успешно преследовать их, и римляне смогли разбить лагерь на возвышенности у реки Требия, в районе, который сейчас известен как Ривергаро, немного к юго-западу от Плацентии. Тем не менее, им пришлось бросить большую часть багажа и тяжелого снаряжения, а многие отстающие были убиты или взяты в плен. Сципион ждал подкрепления, в то время как Ганнибал разбил лагерь на равнине на другом берегу реки, собирая припасы и обучая галлов, которые теперь стекались к его знаменам.

After camping at Placentia the Romans constructed a pontoon bridge across the lower River Ticinus and continued west. With his scouts reporting the nearby presence of Carthaginians, Scipio ordered his army to encamp. The Carthaginians did the same. Next day each commander led out a strong force to personally reconnoitre the size and make up of the opposing army, things of which they would have been almost completely ignorant. Scipio mixed a large force of velites (javelin armed light infantry) with his main cavalry force, anticipating a large scale skirmish. Hannibal put his close order cavalry in the centre of his line, with his light Numidian cavalry on the wings. On sighting the Roman infantry the Carthaginian centre immediately charged and the javelin men fled back through the ranks of their cavalry. A large mêlée ensued, with many cavalry dismounting to fight on foot and many of the Roman javelin men reinforcing the fighting line. This continued indecisively until the Numidian cavalry swept round both ends of the line of battle and attacked the still disorganised velites, the small Roman cavalry reserve to which Scipio had attached himself, and the rear of the already engaged Roman cavalry, throwing them all into confusion and panic. The Romans broke and fled, with heavy casualties. Scipio was wounded and only saved from death or capture by his 16 year old son, also named Publius Cornelius Scipio. That night Scipio broke camp and retreated over the Ticinus; the Carthaginians captured 600 of his rearguard the next day. The Romans withdrew as far as Placentia. Two days after this clash the Carthaginians crossed the River Po and marched towards Placentia. They formed up outside the Roman camp and offered battle, which Scipio refused. The Carthaginians set up their own camp some away. That night 2,200 Gallic troops serving with the Roman army attacked the Romans closest to them in their tents and deserted to the Carthaginians, taking the Romans' heads with them as a sign of good faith. Hannibal rewarded them and sent them back to their homes to enrol more recruits. Hannibal also made his first formal treaty with a Gallic tribe and supplies and recruits started to come in. The Romans abandoned their camp and withdrew under cover of night. The next morning the Carthaginian cavalry bungled their pursuit and the Romans were able to set up camp on an area of high ground by the River Trebia at what is now Rivergaro, a little south west of Placentia. Even so, they had to abandon much of their baggage and heavier gear and many stragglers were killed or captured. Scipio waited for reinforcements while Hannibal camped at a distance on the plain on the other side of the river, gathering supplies and training the Gauls now flocking to his standard.

Прелюдия

Другой римский консул, Семпроний Лонг, собирал армию на западе Сицилии, с которой планировалось вторгнуться в Африку в следующем году. Потрясенный прибытием Ганнибала и поражением Сципиона, Сенат приказал этой армии двинуться на север, чтобы помочь Сципиону. Вероятно, часть пути она прошла по морю, и всего через 40 дней прибыла в Аримин (современный Римини). Армия Семпрония затем присоединилась к армии Сципиона на Требии и разбила лагерь рядом с ней. Поскольку Сципион все еще частично был недееспособен из-за ран, Семпроний принял на себя командование. Тем временем Ганнибал подкупил отряд римских союзников из Брундизия (современный Бриндизи), охранявший большой зерновой склад в Кластидии (современное Кастеджо), на западе, чтобы те сдали гарнизон. Это решило все оставшиеся карфагенские логистические проблемы. Во время Пунических войн формальным сражениям обычно предшествовало разбиение лагерей двух армий на расстоянии от двух до двенадцати километров (1–8 миль) на несколько дней или недель; иногда армии выстраивались в боевой порядок каждый день. В эти периоды, когда армии находились в непосредственной близости друг от друга, их легкие войска часто вступали в стычки, пытаясь собрать информацию о силах противника и добиться незначительных побед, поднимающих боевой дух. Это обычно были маневренные столкновения и рассматривались как прелюдия к последующей битве. В таких обстоятельствах любой из командиров мог предотвратить сражение; если оба командира не были хотя бы в некоторой степени готовы к бою, любая сторона могла отступить без столкновения. Выстраивание в боевой порядок было сложным и заранее продуманным мероприятием, занимавшим несколько часов. Пехота обычно располагалась в центре боевого построения, с легкой пехотой перед ней и кавалерией на флангах. Многие сражения решались, когда пехотные силы одной из сторон были частично или полностью окружены и атакованы во фланг или тыл. В 218 году до н.э. две армии расположили лагеря примерно друг напротив друга по обе стороны реки Требии. Римский лагерь находился на легко обороняемом холме к востоку от Требии, а карфагенский – на возвышенности к западу. Ожидая действий Семпрония, Ганнибал пришел к выводу, что некоторые галлы в окрестностях общаются с римлянами. Он послал отряд в 3000 человек, частично состоявший из галлов, чтобы разорить местность и разграбить их поселения. Семпроний послал крупный, но неопределенного размера отряд кавалерии, поддержанный 1000 велитов, чтобы бросить им вызов. Поскольку карфагеняне были рассеяны между множеством поселений и многие были обременены добычей и награбленным продовольствием, они были легко разбиты и отступили обратно в свой лагерь. Римляне преследовали их, но сами были отброшены карфагенским резервом, находившимся на страже в лагере. Римляне вызвали подкрепление, которое в итоге составило все 4000 их кавалеристов и 6000 легких пехотинцев. Количество карфагенцев, участвовавших в столкновении, неизвестно, но по равнине развернулось крупное и стремительное сражение. Ганнибал опасался, что это перерастет в полномасштабную битву, которую он не сможет контролировать, поэтому он отозвал свои войска и лично взял на себя командование, чтобы переформировать их непосредственно за пределами своего лагеря. Это положило конец боевым действиям, поскольку римляне не решались атаковать в гору против противника, который был бы поддержан метательным оружием из лагеря. Римляне отступили, объявив о победе: они нанесли больше потерь, а карфагеняне оставили им поле боя. Ганнибал намеренно прекратил сражение, но Семпроний истолковал события как доминирование римской кавалерии над карфагенской. Семпроний рвался к полномасштабной битве: он хотел, чтобы она состоялась до полного выздоровления Сципиона, чтобы разделить славу ожидаемой победы. Он также знал, что его сменят менее чем через три месяца, когда новые консулы вступят в должность. Ганнибал также был готов к генеральному сражению: он хотел, чтобы его новые галльские союзники приняли участие в победе, прежде чем скука и зимняя погода спровоцируют дезертирство; и, возможно, его беспокоило недавнее подозрение в галльском предательстве в окрестностях. Он также предпочитал сражаться на плоской и открытой пойме реки Требии, где маневренность его кавалерии могла быть использована в полной мере, а не на холмистой местности вдали от реки, где римская тяжелая пехота могла бы легче доминировать. Судя по энтузиазму, с которым Семпроний подкреплял свою кавалерию, Ганнибал был уверен, что сможет спровоцировать сражение в выбранном им месте и в выбранное им время.

Rome's other consul, Sempronius Longus, had been assembling an army in western Sicily, with which it was planned to invade Africa the following year. Shocked by Hannibal's arrival and Scipio's setback, the Senate ordered this army to move north to assist Scipio. It probably covered part of the distance by sea as it arrived at Ariminum (modern Rimini) only 40 days later. Sempronius's army then marched to join Scipio's on the Trebia and set up camp alongside it. As Scipio was still partly incapacitated by his wounds Sempronius took overall command. Meanwhile, Hannibal bribed a force of Roman allies from Brundisium (modern Brindisi) garrisoning a large grain depot at Clastidium (modern Casteggio), to the west, into surrendering the place. This resolved any remaining Carthaginian logistical difficulties. During the Punic Wars formal battles were usually preceded by the two armies camping two to twelve kilometres (1–8 miles) apart for days or weeks; sometimes forming up in battle order each day. During these periods when armies were encamped in close proximity it was common for their light forces to skirmish with each other, attempting to gather information on each other's forces and achieve minor, morale raising victories. These were typically fluid affairs and viewed as preliminaries to any subsequent battle. In such circumstances either commander could prevent a battle from occurring; unless both commanders were to at least some degree willing to give battle, either side might march off without engaging. Forming up in battle order was a complicated and premeditated affair, which took several hours. Infantry were usually positioned in the centre of the battle line, with light infantry skirmishers to their front and cavalry on each flank. Many battles were decided when one side's infantry force was partially or wholly enveloped and attacked in the flank or rear. In 218 BC the two armies established camps about from each other on opposite sides of the River Trebia. The Romans' was on an easily defended low hill to the east of the Trebia and the Carthaginians' was on high ground to the west. While waiting to see what Sempronius would do, Hannibal came to believe some of the Gauls in the immediate area were communicating with the Romans. He sent a force of 3,000 men, partly composed of Gauls, to devastate the area and plunder their settlements. Sempronius sent a force of cavalrylarge, but of unknown sizesupported by 1,000 velites to challenge them. As they were dispersed between a large number of settlements and many were burdened with plunder and looted food, the Carthaginians were easily routed and fled back to their camp. The Romans pursued, but were in turn thrown back by the Carthaginian reserve force on duty at the camp. Roman reinforcements were called in, eventually amounting to all 4,000 of their cavalry and 6,000 light infantry. How many Carthaginians were involved is unclear, but a large, fast moving conflict sprawled across the plain. Hannibal was concerned that it would develop into a full scale battle in a manner which he would not be able to control, so he recalled his troops and took personal command of reforming them immediately outside his camp. This brought the fighting to an end, as the Romans were unwilling to attack uphill against an enemy who would be supported by missile fire from within their camp. The Romans withdrew, claiming the victory: they had inflicted more casualties and the Carthaginians had abandoned the field of battle to them. Hannibal had deliberately brought the battle to a close, but Sempronius interpreted events as the Roman cavalry having dominated the Carthaginians. Sempronius was eager for a full scale battle: he wished it to take place before Scipio fully recovered and so would be able to share the glory of an anticipated victory. He was also aware that he would be superseded in his position in less than three months, when the new consuls would take up their positions. Hannibal was also ready for a set piece battle: he wished his new Gallic allies to participate in a victory before boredom and winter weather provoked desertions; and was possibly concerned by the recent suspected Gallic treachery in the immediate area. He also preferred to fight a battle on the flat and open floodplain of the Trebia, where the manoeuvrability of his cavalry could be used to greatest effect, to the hillier ground away from the river where the Roman heavy infantry would have found it easier to dominate. From the enthusiastic way in which Sempronius had reinforced his cavalry, Hannibal felt confident that he could provoke a battle at a time and place of his choosing.

Римский

Большинство римских граждан мужского пола были обязаны военной службой и служили в пехоте, при этом состоятельные граждане формировали кавалерийский компонент. Традиционно, во время войны римляне выставляли два легиона, каждый из которых насчитывал 4200 пехотинцев и 300 всадников. Около 1200 пехотинцев – бедные или молодые люди, не имевшие средств для приобретения доспехов и снаряжения стандартного легионера – служили легковооруженными метателями дротиков, известными как велиты; каждый из них был вооружен несколькими дротиками для метания с расстояния, коротким мечом и круглым щитом. Остальные были экипированы как тяжелая пехота, с доспехами, большим щитом и короткими мечами для колющих ударов. Они были разделены на три линии, из которых первая, известная как гастаты, также несла два дротика, а вторая и третья линии, известные как принципы и триарии соответственно, были вооружены копьем для колющих ударов. Как легионерские подразделения, так и отдельные легионеры сражались в относительно рассыпном строю. Консульская армия обычно формировалась путем объединения римского легиона с легионом аналогичного размера и вооружения, предоставленным их латинскими союзниками; союзные легионы обычно имели более многочисленный кавалерийский отряд, чем римские. В 218 году до н.э. каждый консул возглавлял армию из четырех легионов – двух римских и двух, предоставленных союзниками, общей численностью около 20 000 человек. Объединенная армия, которую Симпроний повел в бой, включала четыре римских легиона. В полном составе они должны были насчитывать 16 800 человек, включая 4800 велитов; по крайней мере, один из легионов был значительно некомплектным. Почти современный греческий историк Полибий указывает общую численность римлян в 16 000 человек, а римский историк Ливий, писавший спустя 200 лет, называет цифру 18 000. Кроме того, было около 20 000 союзной пехоты, состоящей из четырех латинских легионов и значительных сил галлов. Упоминается 6000 легковооруженной пехоты, и неясно, включены ли они в общую численность пехоты в 36 000 или 38 000 человек, или же в дополнение к ней. Поскольку номинальное общее число велитов из восьми легионов составляет 9600 человек, и известно, что многие погибли в битве при Тицине, большинство современных историков предполагают, что 6000 человек включены в общую численность пехоты. Также было 4000 всадников, состоящих из римлян, латинских союзников и галлов.

Most male Roman citizens were liable for military service and would serve as infantry, with a better off minority providing a cavalry component. Traditionally, when at war the Romans would raise two legions, each of 4,200 infantry and 300 cavalry. Approximately 1,200 of the infantrypoorer or younger men unable to afford the armour and equipment of a standard legionaryserved as javelin armed skirmishers known as velites; they each carried several javelins, which would be thrown from a distance, a short sword and a circular shield. The balance were equipped as heavy infantry, with body armour, a large shield and short thrusting swords. They were divided into three ranks, of which the front rank, known as hastati, also carried two javelins; while the second and third ranks, known as principes and triarii respectively, had a thrusting spear instead. Both legionary sub units and individual legionaries fought in relatively open order. A consular army was usually formed by combining a Roman legion with a similarly sized and equipped legion provided by their Latin allies; allied legions usually had a larger attached complement of cavalry than Roman ones. In 218 BC each consul was leading a larger army of four legions, two Roman and two provided by its allies, for a total of approximately 20,000 men. The combined force which Sempronius led into battle included four Roman legions. At full strength these should have mustered 16,800 men, including 4,800 velites; at least one of the legions is known to have been significantly understrength. The near contemporary Greek historian Polybius gives a total of 16,000 Romans, the Roman historian Livy, writing 200 years later, gives 18,000. In addition there were approximately 20,000 allied infantry, comprising four Latin allied legions and a strong force of Gauls. Mention is made of 6,000 light infantry and it is unclear whether these are included in the 36,000, or 38,000, infantry or in addition to them. As the nominal total number of velites from eight legions is 9,600, and it is known that many were lost at the Battle of the Ticinus, most modern historians assume that the 6,000 are included within the total number of infantry given. There were also 4,000 cavalry, a mixture of Romans, Latin allies and Gauls.

Карфагенский

Граждане Карфагена служили в армии только в случае прямой угрозы городу Карфагену. В большинстве случаев Карфаген нанимал иностранцев для комплектования своей армии. Многие из них были из Северной Африки, и их часто называли «ливийцами». Этот регион предоставлял различные типы воинов, в том числе: пехоту плотного строя, вооруженную большими щитами, шлемами, короткими мечами и длинными копьями; легкую пехоту-застрельщиков, вооруженную дротиками; ударную кавалерию плотного строя (также известную как «тяжелая кавалерия»), вооруженную копьями; и легкую кавалерию-застрельщиков, которые бросали дротики с расстояния и избегали ближнего боя; последние обычно были нумидийцами. Африканская пехота сражалась в плотно сомкнутой формации, известной как фаланга. Иногда часть пехоты носила захваченные римские доспехи, особенно в войсках Ганнибала. Кроме того, Иберия и Галлия поставляли множество опытных пехотинцев и кавалерии. Пехота плотного строя, или «тяжелая» пехота из этих областей, состояла из небронированных воинов, которые яростно атаковали, но имели репутацию отступающих в случае затяжного боя. Галльская кавалерия, и, возможно, часть иберов, носили доспехи и сражались в плотном строю; большинство или все иберы были легкой кавалерией. Пращники часто набирались с Балеарских островов. Карфагеняне также использовали боевых слонов; в Северной Африке в то время обитали местные слоны. Источники не дают точной информации о том, несли ли слоны башни с воинами. Ганнибал прибыл в Италию с 20 000 пехотинцев и 6 000 кавалерии. При Требии его армия выросла до 29 000 пехотинцев (21 000 пехоты плотного строя и 8 000 легкой пехоты) и 11 000 кавалерии. В каждом случае армия состояла из африканцев, иберов и галлов; пропорции неизвестны, за исключением того, что 8 000 пехотинцев плотного строя были галлами. Кроме того, там было около 30 слонов, переживших из 37, с которыми он покинул Иберию.

Ранние стадии

Территория между лагерем карфагенян и рекой Требия представляла собой безлесную пойму, где, казалось, невозможно было устроить засаду. Однако Ганнибал ночью отправил своего младшего брата Магона с 1000 всадников и 1000 пехотинцев к югу от намеренного места сражения и приказал им укрыться в пересохшем русле, заросшем кустарником. На следующее утро, 22 или 23 декабря, стояла холодная и снежная погода. Незадолго до рассвета Ганнибал послал свою нумидийскую конницу через реку, чтобы вытеснить римские заслоны и спровоцировать бой. В это же время остальные его войска позавтракали и готовились к сражению. Когда появились нумидийцы, Семпроний приказал всей своей кавалерии отогнать их. Полибий пишет: «Нумидийцы легко рассеялись и отступили, но затем внезапно повернули и атаковали с большой дерзостью – это была их обычная тактика». Столкновение превратилось в кружащуюся массу кавалерии, но поскольку нумидийцы отказывались отступать, Семпроний немедленно приказал вывести сначала 6000 велитов, а затем всю армию; он так рвался к бою, что немногие, если вообще кто-либо, из римлян успели позавтракать. Нумидийцы медленно отступали, а Семпроний гнал за ними всю свою армию в трех колоннах, каждая из которых была вытянута в линию, через ледяные воды Требии, достигавшие высоты груди. Римлян встретила карфагенская легкая пехота; за ней вся карфагенская армия строилась в боевой порядок. Римляне также выстроились в боевую формацию и двинулись вперед. Кавалерия обеих сторон отступила на фланги. Большое количество легкой пехоты в каждой армии – целиком состоявшее из метателей дротиков римское войско и смесь метателей дротиков и пращников с Балеарских островов в карфагенской армии – вело перестрелку между основными силами. Римские велиты использовали многие свои дротики против карфагенской кавалерии, в то время как карфагенские легковооруженные воины были полностью обеспечены снарядами, а пращники у карфагенян превосходили велитов по дальности. В отличие от своих противников, велиты были голодны, а также уставшие и продрогшие от переправы через Требию. По этим причинам карфагеняне одержали верх в первоначальной схватке и оттеснили велитов через промежутки в рядах поддерживающей тяжелой пехоты. Затем карфагенская легкая пехота двинулась к флангам своей армии и обстреливала римскую кавалерию своими метательными снарядами, прежде чем, наконец, отступить за свою собственную кавалерию, когда расстояние между армиями сократилось.

The terrain between the Carthaginian camp and the Trebia was an unwooded flood plain, where it was apparently impossible to stage an ambush. Hannibal, however, had his younger brother Mago take 1,000 cavalry and 1,000 infantry during the night to the south of where he intended to fight the battle and secrete themselves in an old watercourse full of brush. The next morning, either 22 or 23 December, was cold and snowy. Shortly before daybreak Hannibal sent his Numidian cavalry across the river to force back the Roman pickets and provoke a fight. Meanwhile, the rest of his army ate an early breakfast and prepared for battle. When the Numidians appeared Sempronius ordered out all of his cavalry to chase them off. Polybius writes "the Numidians easily scattered and retreated, but afterwards wheeled round and attacked with great daring—these being their peculiar tactics." The confrontation broke down into a wheeling mass of cavalry, but with the Numidians refusing to withdraw, Sempronius promptly ordered out first his 6,000 velites and then his whole army; he was so eager to give battle that few, if any, of the Romans had eaten breakfast. The Numidians withdrew slowly and Sempronius pushed his whole army after them, in three columns, each long, through the icy waters of the Trebia, which was running chest high. The Romans were met by the Carthaginian light infantry; behind them the entire Carthaginian army was forming up for battle. The Romans also organised themselves in battle formation and advanced. The cavalry of both sides fell back to their positions on the wings. The large number of light infantry in each armyentirely javelin men for the Romans, a mixture of javelin men and slingers from the Balearics for the Carthaginiansskirmished between the main armies. The Roman velites had used many of their javelins against the Carthaginian cavalry, while the Carthaginian skirmishers were fully supplied, and the slingers among the Carthaginians outranged the velites by some distance. As opposed to their opponents, the velites were unfed, and also tired and cold from having forded the Trebia. For these reasons the Carthaginians got the better of the initial skirmishing and drove the velites back through the gaps in their supporting heavy infantry. The Carthaginian light infantry then moved towards the flanks of their army and harassed the Roman cavalry with their missiles, before finally falling back behind their own cavalry as the gap between the armies closed.

Формации

Карфагенская армия выстроилась симметрично: 8000 галльских пехотинцев занимали центр; по обе стороны от них находились построения из 6000 африканских и иберийских ветеранов пехоты; позади каждого из этих построений была половина уцелевших слонов; и на каждом фланге – по 5000 кавалеристов. Римляне также выстроились симметрично: в центре находилась римская тяжелая пехота, возможно, численностью около 13 000 человек; по обе стороны от них были части союзных войск, общей численностью около 17 000 человек, включая силы все еще верных галлов из Цизальпинской Галлии, однако источники не дают точной информации об их количестве и расположении. Уцелевшие из 6000 велитов перестраивались в тылу. Подобно карфагенянам, римляне распределили свои 4000 кавалеристов между флангами.

Привлечение

У римлян было в общей сложности около 30 000 тяжелой пехоты против 20 000 у карфагенян, и они могли рассчитывать, что рано или поздно подавят противника численным превосходством. Карфагенская линия также находилась под угрозой обхода более сильной римской армией; чтобы предотвратить это, Ганнибал растянул карфагенский строй, особенно в центре, где стояли галлы, чтобы уравнять его длину с римским. Кроме того, проявив свой обычный тактический расчет, он разместил слонов по обеим сторонам от пехоты, что удерживало римскую пехоту от слишком близкого сближения с флангами. На каждом крыле 5 000 карфагенских и 2 000 римских всадников сошлись в схватке. Римская кавалерия не только уступала в численности, но и лошади были измотаны погоней за нумидийской кавалерией, и многие были ранены метательным оружием карфагенской легкой пехоты. Оба столкновения завершились быстро: римляне обратились в бегство через Требию, а большая часть карфагенской кавалерии преследовала их. Голдсуорти описывает бой, который дала римская кавалерия, как «слабый», а военный историк Филипп Сэбин утверждает, что оба сражения были «быстро решены». Карфагенская легкая пехота, отступившая за кавалерию на фланги, двинулась вперед и обошла теперь незащищенные римские фланги. Римская легкая пехота, отступившая в тыл к римской тяжелой пехоте, повернулась лицом к этой новой карфагенской угрозе. Многие из союзной римской тяжелой пехоты на каждом фланге также повернулись, чтобы противостоять этой угрозе, что неизбежно ослабило напор их основных сил на африканскую и иберийскую пехоту перед ними. В то же время, незамеченными в пылу битвы, 2 000 воинов Маго пробирались по руслу реки, на равнину и занимали позицию, с которой могли атаковать левый тыл римлян. Пока все это происходило, сражение между двумя отрядами тяжелой пехоты продолжалось ожесточенно, и более многочисленные и лучше вооруженные римляне одерживали верх, несмотря на то, что многие их подразделения были ослаблены необходимостью поворачиваться на фланг или в тыл. Силы Маго обрушились на велитов, которые уже сдерживали натиск карфагенской легкой пехоты, но их строй устоял. Часть задних рядов легионов, триарии, повернулась, чтобы помочь велитам. Все больше карфагенских всадников прерывали преследование, возвращались и атаковали римский тыл. В конце концов, напряжение достигло предела, и подразделения латинских союзников и галлов на флангах, а также велиты в тылу начали рассыпаться. Тем временем римская пехота в центре разбила 8 000 галлов, противостоявших им, а также отряд африканской тяжелой пехоты и прорвалась в центр карфагенской армии. К тому времени, когда они остановили преследование и перестроились, стало ясно, что остальная часть их армии, находившаяся позади, распалась, и битва была проиграна. Семпроний, сражавшийся вместе с римской пехотой, приказал ей отойти от места сражения и, сохранив строй, 10 000 воинов переправились через Требию и достигли близлежащего римского поселения Плаценция, не встретив сопротивления со стороны карфагенян. Карфагеняне сосредоточились на преследовании и уничтожении частично окруженного остатка римской армии.

The Romans had a total of approximately 30,000 heavy infantry to the Carthaginians' 20,000 and could expect sooner or later to overwhelm their opponents by weight of numbers. The Carthaginian line was also in danger of being outflanked by the stronger Roman force; to guard against this Hannibal thinned the Carthaginian line, especially that of the Gauls in the centre, to be able to lengthen it to match the Romans'. Also, with tactical forethought typical of him, he had positioned the elephants on either side of the infantry, which discouraged the Roman infantry from approaching their flanks too closely. On each wing 5,000 Carthaginian and 2,000 Roman cavalry charged each other. The Roman cavalry were not only outnumbered, but their horses were tired from chasing the Numidian cavalry and many had been wounded by the missiles of the Carthaginian light infantry. Both encounters ended rapidly, with the Romans fleeing back over the Trebia and most of the Carthaginian cavalry pursuing them. Goldsworthy describes the fight put up by the Roman cavalry as "feeble", while the military historian Philip Sabin says that the two contests were "speedily decided". The Carthaginian light infantry, who had withdrawn to the wings behind the cavalry, moved forward and round the now exposed Roman flanks. The Roman light infantry, who had withdrawn to the rear of Roman heavy infantry, turned to face this developing Carthaginian threat. Many of the Roman allied heavy infantry on each flank also turned to their flanks to face this new threat, which inevitably took much of the impetus out of their parent formation's push against the African and Iberian infantry to their fronts. At the same time, unnoticed in the heat of battle, Mago's force of 2,000 had been making its way down the watercourse, onto the plain and into a position where they could attack the Romans' left rear. While all this was happening, the fighting between the two heavy infantry contingents had continued fiercely, with the more numerous and better armoured Romans getting the better of it; despite being weakened by many of their component units having to turn to the flank or rear. Mago's force charged into the velites who were already fending off the Carthaginian light infantry, but their formation held. Some of the rear rank of the legions, the triarii, turned to assist the velites. Increasing numbers of Carthaginian cavalry broke off their pursuit, returned and attacked the Roman rear. Eventually the strain told and the units of Latin allies and Gauls on the flanks and the velites to the rear started to break up. Meanwhile, the Roman infantry in the centre routed the 8,000 Gauls facing them, as well as a unit of African heavy infantry, and broke clean through the centre of the Carthaginian army. By the time they halted their pursuit and reorganised it was clear the rest of their army behind them had dissolved and that the battle was lost. Sempronius, who was fighting with the Roman infantry, ordered them away from the site of the battle and, maintaining their formation, 10,000 of them re crossed the Trebia and reached the nearby Roman held settlement of Placentia without interference from the Carthaginians. The Carthaginians concentrated on pursuing and cutting down the partially surrounded balance of the Roman army.

Потери

Среди современных историков ведутся споры относительно потерь римлян. Декстер Хойос утверждает, что единственными выжившими римлянами были пехотинцы, прорвавшиеся через центр карфагенского войска. Ричард Майлз сообщает, что "многие", не входившие в эту группу, были убиты; Найджел Бэгналл пишет, что выжило лишь меньшинство римской кавалерии. Голдсуорти утверждает, что римляне "понесли тяжелые потери", но что "значительное число" солдат добралось до Плаценции или одного из их лагерей, помимо организованной группы в 10 000 человек, в то время как Джон Лейзенби утверждает, что помимо 12 500 человек, "немногие" пехотинцы смогли спастись, хотя "большинство" кавалерии – да, как и Леонард Коттрелл. По словам Пола Эрдкампа, римляне потеряли 20 000 убитыми в битве, что составляет половину их армии; это не включает пленных. Обычно считается, что потери карфагенян составили несколько тысяч галльской пехоты в центре, меньшее количество их другой пехоты и кавалерии, а также несколько слонов. Многие африканские пехотинцы были переоснащены захваченными римскими доспехами и оружием.

Последствия

Как это было обычным в то время, римляне оставили в своих лагерях сильную охрану. Услышав известие о поражении, раненый Сципион собрал их вместе и выступил в Плаценцию, где соединился с Семпронием. Когда весть о поражении достигла Рима, это поначалу вызвало панику. Однако она утихла с прибытием Семпрония, который должен был провести консульские выборы в обычном порядке. Были избраны Гней Сервилий Гемин и Гай Фламиний, после чего Семпроний вернулся в Плаценцию, чтобы завершить свой срок до 15 марта. Карфагенская кавалерия отрезала Плаценцию и Кремону, но снабжать их можно было по реке По на лодках. Избранные консулы набрали дополнительные легионы, как римские, так и из числа латинских союзников Рима; укрепили Сардинию и Сицилию на случай карфагенских набегов или вторжения; разместили гарнизоны в Таренте и других местах по тем же соображениям; построили флот из 60 квинкерем (больших галер); и организовали склады снабжения в Аримине и Арретиуме (современный Ареццо) в Этрурии, готовясь к походу на север позднее в этом году. Были сформированы две армии по четыре легиона в каждой – два римских и два союзных, но с более сильными, чем обычно, отрядами кавалерии. Одна из них была размещена в Арретиуме, а другая – на побережье Адриатического моря; они должны были преградить путь возможному продвижению Ганнибала в центральную Италию и быть в выгодном положении для движения на север, чтобы действовать в Цизальпинской Галлии. По словам Полибия, карфагеняне теперь признавались господствующей силой в Цизальпинской Галлии, и большинство галльских племен отправляли в лагерь Ганнибала обильные припасы и новобранцев. Однако Ливий утверждает, что карфагеняне страдали от нехватки продовольствия на протяжении всей зимы. В описании Полибия зимой происходили лишь незначительные столкновения, и большинство выживших римлян были эвакуированы вниз по По и распределены между двумя новыми формируемыми армиями, в то время как поддержка галлов Карфагену превратилась в мощный поток, и их армия выросла до 60 000 человек. Ливий рассказывает о драматических зимних сражениях, но Голдсуорти считает их, «вероятно, выдумкой».

As was usual at the time, the Romans had left a strong guard at their camps. On hearing the news of the defeat the wounded Scipio gathered them together and marched to Placentia, where he joined Sempronius. When news of the defeat reached Rome it initially caused panic. But this calmed once Sempronius arrived, to preside over the consular elections in the usual manner. Gnaeus Servilius Geminus and Gaius Flaminius were selected and Sempronius then returned to Placentia to see out his term to 15 March. The Carthaginian cavalry isolated both Placentia and Cremona, but these could be supplied by boat up the Po. The consuls elect recruited further legions, both Roman and from Rome's Latin allies; reinforced Sardinia and Sicily against the possibility of Carthaginian raids or invasion; placed garrisons at Tarentum and other places for similar reasons; built a fleet of 60 quinqueremes (large galleys); and established supply depots at Ariminum and Arretium (modern Arezzo) in Etruria in preparation for marching north later in the year. Two armiesof four legions each, two Roman and two allied, but with stronger than usual cavalry contingentswere formed. One was stationed at Arretium and one on the Adriatic coast; they would be able to block Hannibal's possible advance into central Italy and be well positioned to move north to operate in Cisalpine Gaul. According to Polybius, the Carthaginians were now recognised as the dominant force in Cisalpine Gaul and most of the Gallic tribes sent plentiful supplies and recruits to Hannibal's camp. Livy, however, claims the Carthaginians suffered from a shortage of food throughout the winter. In Polybius's account there were only minor operations during the winter and most of the surviving Romans were evacuated down the Po and assigned to one of the two new armies being formed, while the flow of Gallic support for the Carthaginians became a flood and their army grew to 60,000. Livy retails dramatic accounts of winter confrontations, but Goldsworthy describes these as "probably an invention".

Последующие кампании

Весной 217 года до н.э., вероятно, в начале мая, карфагеняне без сопротивления перешли Апеннины, выбрав трудный, но не охраняемый маршрут. Ганнибал безуспешно пытался спровоцировать главную римскую армию под командованием Гая Фламиния на генеральное сражение, разоряя окрестности. Затем карфагеняне обошли Фламиниуса с фланга, перерезав его коммуникации с Римом, что побудило его к поспешному преследованию без достаточной разведки. Продолжающееся разрушение ферм и деревень на пути карфагенян, вероятно, подстегнуло Фламиниуса и его солдат в погоне. Ганнибал устроил засаду, и в битве при озере Трасимен он застал римлян врасплох и полностью разгромил их, убив Фламиниуса и ещё 15 000 римлян, и взяв 15 000 пленных. Также было уничтожено 4 000 всадников из другой римской армии. С римскими пленниками обращались жестоко, а с захваченными римскими союзниками – хорошо. Многие из них вскоре были освобождены и отправлены обратно в свои города, в надежде, что они будут хорошо отзываться о карфагенском военном искусстве и об отношении к ним. Ганнибал надеялся переманить на свою сторону некоторых из этих союзников и двинулся на юг, стремясь завоевать поддержку греческих и италийских городов-государств. Там, на следующий год, Ганнибал одержал победу при Каннах, которую Ричард Майлз назвал «величайшим военным бедствием Рима». Историк Тони Ñако дель Хойо описывает битвы при Требии, озере Трасимен и Каннах как три «великие военные катастрофы», постигшие римлян в первые три года войны. После этого карфагеняне ещё 13 лет вели кампании в Южной Италии. В 204 году до н.э. Публий Корнелий Сципион, сын Сципиона, раненного при Тицине, вторгся в Карфаген и одержал две крупные победы над карфагенянами, а также завоевал лояльность нумидийских царств Северной Африки. Ганнибал и остатки его армии были отозваны из Италии для противостояния Сципиону. Они встретились в битве при Заме в октябре 202 года до н.э., где Ганнибал потерпел решающее поражение. В результате Карфаген заключил мирный договор, по которому был лишен большей части своей территории и власти.

In spring 217BC, probably early May, the Carthaginians crossed the Apennine Mountains unopposed, taking a difficult but unguarded route. Hannibal attempted without success to draw the main Roman army under Gaius Flaminius into a pitched battle by devastating the area. The Carthaginians then flanked Flaminius, cutting his supply line to Rome, which provoked him into a hasty pursuit without proper reconnaissance. That the Carthaginians continued to lay waste to farms and villages on their line of march probably spurred Flaminius and his men in their pursuit. Hannibal set an ambush and in the Battle of Lake Trasimene surprised and completely defeated the Romans, killing Flaminius and another 15,000 Romans and taking 15,000 prisoner. A cavalry force of 4,000 from the other Roman army was also engaged and wiped out. Roman prisoners were treated badly, but captured Roman allies were treated well. Many were soon freed and sent back to their cities, in the hope that they would speak well of Carthaginian martial prowess and of their treatment. Hannibal hoped some of these allies could be persuaded to defect and marched south in the hope of winning over some of the ethnic Greek and Italic city states. There, the following year, Hannibal won a victory at Cannae which Richard Miles describes as "Rome's greatest military disaster". The historian Toni Ñaco del Hoyo describes the Trebia, Lake Trasimene and Cannae as the three "great military calamities" suffered by the Romans in the first three years of the war. Subsequently the Carthaginians campaigned in southern Italy for a further 13 years. In 204 BC Publius Cornelius Scipio, the son of the Scipio who had been wounded at Ticinus, invaded the Carthaginian homeland and defeated the Carthaginians in two major battles and won the allegiance of the Numidian kingdoms of North Africa. Hannibal and the remnants of his army were recalled from Italy to confront him. They met at the Battle of Zama in October 202BC where Hannibal was decisively defeated. As a consequence Carthage agreed a peace treaty which stripped it of most of its territory and power.