Введение
Советская подводная лодка, севшая на мель в Карлскруне, Швеция, в октябре 1981 года. Советская подводная лодка S-363 была частью Балтийского флота ВМФ СССР. Под обозначением U137 она села на мель 27 октября 1981 года на южном побережье Швеции, примерно вблизи Карлскруны, одной из крупнейших шведских военно-морских баз. U137 было неофициальным шведским названием судна, поскольку Советы в то время считали названия большинства своих подводных лодок секретными и не разглашали их. Последующий международный инцидент часто называют "Виски на камнях".
Soviet submarine S 363 was a Soviet Navy of the Baltic Fleet. Under the designation U137 it ran aground on 27 October 1981 on the south coast of Sweden, approximately from Karlskrona, one of the largest Swedish naval bases. U137 was the unofficial Swedish name for the vessel, as the Soviets then considered names of most of their submarines to be classified and did not disclose them. The ensuing international incident is often referred to as the Whiskey on the rocks incident.
Нерешенная ситуация
В октябре 1981 года советская подводная лодка С-363 случайно налетела на подводную скалу вблизи Южной военно-морской базы в Карлскруне и всплыла в шведских территориальных водах. Присутствие лодки совпало по времени со шведскими военно-морскими учениями, в ходе которых испытывалось новое оборудование в этом районе. Шведские военно-морские силы отреагировали на нарушение суверенитета, направив на борт лодки безоружного офицера для встречи с капитаном и требования объяснений. Капитан первоначально заявил, что одновременный отказ навигационного оборудования привел к потере ориентации, хотя лодка уже каким-то образом прошла через сложную систему скал, проливов и островов, чтобы оказаться так близко к военно-морской базе. Шведы были полны решимости продолжить расследование обстоятельств произошедшего. Советский капитан, после получения гарантий неприкосновенности, был доставлен с лодки и допрошен в присутствии советских представителей. Политический офицер судна, Василий Беседин, позже подтвердил, что на некоторых торпедах находились ядерные боеголовки, и экипажу было приказано уничтожить лодку, включая боеголовки, в случае попытки шведских сил взять её под контроль. Пока допрашивали советского капитана, погода ухудшилась, и советская подводная лодка отправила сигнал бедствия. На шведских постах радиолокационного контроля шторм мешал отображению сигнала на экранах. Также не исключалось воздействие советских средств радиоэлектронной борьбы. Когда советская подводная лодка передала сигнал бедствия, было обнаружено два судна, идущих в направлении близлежащей советской эскадры, пересекающих границу в сторону Карлскруны. Это был самый опасный момент кризиса, когда премьер-министр Швеции Торбьёрн Фельдин отдал приказ верховному главнокомандующему шведскими вооруженными силами генералу Леннарту Люнгу – "удержать границу". Береговые батареи, полностью укомплектованные личным составом, а также мобильные береговые артиллерийские установки и минные станции, привели в состояние боевой готовности. Шведские ВВС подняли в воздух ударные самолеты, вооруженные современными противокорабельными ракетами, и самолеты-разведчики, зная, что погодные условия не позволят спасательным вертолетам взлететь в случае боестолкновения. После напряженных 20 минут Люнг вновь связался с Фельдином и сообщил, что к Карлскруне направляются не советские надводные корабли, а два немецких торговых судна. Подводная лодка оставалась на скале почти десять дней. 5 ноября шведские буксиры сняли её со скалы и сопроводили в международные воды, где она была передана советскому флоту. Американские обозреватели призвали Швецию развернуть оружие сдерживания для предотвращения подобных инфильтраций в будущем. На основании расследования, проведенного после инцидента, правительство Швеции пришло к выводу, что подводная лодка намеренно вошла в шведские воды для проведения незаконной деятельности. В интервью 2006 года Василий Беседин, политический офицер на борту, представил другую версию событий. Судно было оснащено дублирующими системами навигации, экипаж был хорошо подготовлен, а капитан Петр Гущин считался одним из лучших. На борту находился офицер штаба Иосиф Аврукевич, обученный методам обеспечения безопасности. Беседин утверждал, что причиной инцидента стала ошибка в расчетах навигационного офицера. Однако Беседин был политическим офицером, не имевшим опыта в подводных операциях. Район, где села на мель советская подводная лодка, был закрытой военной зоной, доступ в которую иностранным гражданам был запрещен. Это место являлось одним из двух маршрутов, по которым крупные корабли могли выходить из военно-морской базы в Карлскруне в открытое море. В западной прессе инцидент получил название "Виски на скалах" (имея в виду подводную лодку, севшую на мель). В советском флоте подводную лодку стали называть "Шведский комсомолец" – игра слов, отсылающая как к инциденту, так и к распространенной практике давать подводным лодкам имена, связанные с комсомолом.