Введение

«Пустынная деревня» – стихотворение Оливера Голдсмита, опубликованное в 1770 году. Это произведение социальной критики, осуждающее обезлюдение сельской местности и погоню за чрезмерным богатством. Поэма написана героическим дистихом и описывает упадок деревни и эмиграцию многих её жителей в Америку. В стихотворении Голдсмит критикует депопуляцию сельских районов, моральное разложение в городах, потребительство, огораживание земель, ландшафтный дизайн, жадность и стремление к богатству, полученному от международной торговли. По словам одного критика, в поэме используется «намеренно точная неопределённость», и она не раскрывает причину, по которой деревня была заброшена. Поэма пользовалась большой популярностью в XVIII и XIX веках, но также вызвала критические отзывы, в том числе от других поэтов, таких как Джордж Крэбб. Отсылки к поэме, и особенно её зловещее предупреждение «Плохо идут дела в стране», появлялись в различных других контекстах.

Предыстория

Оливер Голдсмит вырос в маленькой деревушке Лиссой в Ирландии. В 1760-х годах он много путешествовал по Англии, посещая множество небольших поселений в период расцвета движения по огораживанию земель. Поэма посвящена художнику сэру Джошуа Рейнольдсу, с которым Голдсмит был близким другом и одним из основателей, вместе с Сэмюэлем Джонсоном, обеденного общества под названием «Клуб». Рейнольдс помог представить пьесу Голдсмита «Добрый человек» актеру и театральному менеджеру Дэвиду Гаррику и способствовал назначению Голдсмита историком Королевской академии. Существует ряд других соответствий между разрушением Нунем-Кортени и содержанием поэмы «Опустевшая деревня». В Нунем-Кортени только пожилой женщине разрешили остаться жить в своем доме — в поэме Голдсмита также появляется старая женщина, возвращающаяся в деревню, и она изображена на титульном листе первого издания. Расположение обеих деревень – на холме у реки – было схожим, и в обеих служили священники, увлекавшиеся садоводством. Однако Роберт Зайц утверждает, что, хотя «Революция в низших слоях общества» значительно укрепляет аргументы в пользу того, что опустевшая деревня была английской, Голдсмит видел в этой безымянной деревне «только то, что хотел видеть», используя её для соответствия набору политических и социальных идей, которые «в значительной степени состояли из элементов, усвоенных в Ирландии».

Жанр, просодия и влияния

Поэма состоит из 430 строк, разделенных на парные рифмованные строки (героические дистихи). Эта форма характеризуется рифмой по схеме "AABBCC", с десятисложными строками, написанными ямбическим пентаметром. Это образец георгической и пасторальной поэзии. Поэма также является примером поэзии эпохи Августа. В сбалансированном изображении Оберна в его обитаемом и заброшенном состоянии, а также в использовании авторского голоса внутри поэмы, она соответствует принятым в то время неоклассическим канонам. Голдсмит учился в Тринити-колледже в Дублине и с детства читал латинскую поэзию. Следовательно, он не мог не знать критики, высказанной классическими авторами, такими как Ювенал и Плиний, относительно вытеснения бедного сельского населения богатыми. Более того, в XVIII веке упадок Римской империи связывали с ростом роскоши и гордыни в Риме. Подчеркивая опасность, которой грозила Англия из-за растущего богатства, Голдсмит проводил очевидную параллель. Рикардо Кинтана утверждает, что поэма берет за образец первую эклогу Вергилия. Кинтана также обратил внимание на то, что в поэме представлен ряд контрастов. В начале поэмы противопоставляются старый "Прекрасный Оберн" и заброшенная деревня. Позже, по мнению Кинтаны, Голдсмит противопоставляет природу и искусство, бережливость и роскошь, "национальную силу и национальную коррупцию", а также сельскую местность и город.

Социальные комментарии

"Опустевшая деревня" осуждает депопуляцию сельской местности, захват общинных земель, создание пейзажных парков и погоню за избыточным богатством. По мнению Голдсмита, богатство не обязательно приносит ни процветания, ни счастья. Напротив, оно может представлять опасность для сохранения британских свобод и разрушает традиционное общество. В связи с этим некоторые рассматривают Голдсмита не как политического радикала, а как социально обеспокоенного "консерватора". Действительно, его акцент на разлагающем влиянии роскоши тесно соотносится с дискурсами, связанными с торийскими писателями того времени. Себастьян Митчелл утверждал, что Голдсмит использует в поэме "преднамеренно точную неопределенность", скрывая причину упадка деревни. Хотя это может ослабить авторитет социальной критики Голдсмита, это также позволяет читателям проецировать собственные заботы на стихотворение. Однако Белл также утверждает, что коммерция является явным "главным злодеем", и именно богатство, накопленное немногими благодаря международной торговле, позволяет вытеснять сельское население с их земель для создания поместий. Более того, Альфред Лутц отметил, что нападки Голдсмита на ландшафтное садоводство имеют более широкое политическое значение, поскольку сторонники огораживания иногда сравнивали огороженные поля с садами. Митчелл также утверждает, что критика, сосредоточенная исключительно на исторической достоверности поэмы, упускает из виду ее более широкий комментарий к социальным проблемам конца XVIII века, в частности, к вопросу о "городском отчуждении".

История публикаций

Поэма была завершена в 1769 году и впервые опубликована в мае 1770 года. К концу столетия в Соединенных Штатах вышло одиннадцать изданий.

Иллюстрации и другие художественные работы

На титульной странице первого издания была гравюра Айзека Тейлора. Иллюстрация изображает пожилую женщину, упомянутую в стихотворении, стоящую перед заброшенной деревней. На заднем плане отплывает корабль, предположительно в Америку. Томас Бевик и его школа также создали несколько изображений сцен из "Опустевшей деревни", некоторые из которых использовались в качестве иллюстраций к опубликованным версиям стихотворения или произведениям Голдсмита. В 1794 году Бевик создал ксилографии для иллюстрации тома под названием "Поэтические произведения Оливера Голдсмита". В следующем году Бевик и его брат Джон Бевик (1760–1795) вновь сделали гравюры для тома под названием "Стихотворения Голдсмита и Парнелла". Из-за масштаба этого проекта Бевику потребовалась помощь нескольких соавторов для создания иллюстраций. Бевик также изобразил сцены из "Опустевшей деревни" и в других работах. На гравюре его издания "Басни Эзопа", опубликованного в 1818 году, изображена сцена с цитатой из поэмы, высеченной на скале. Художник Фрэнсис Уитли представил две картины в Королевскую академию художеств в 1800 году, обе изображали сцены из "Опустевшей деревни". Картины были скопированы гравером и опубликованы в издании поэзии Голдсмита, выпущенном в том же году Ф. Дю Ровером.

Прием в XVIII веке

Альфред Лутц утверждал, что стихотворение породило два различных типа восприятия. Во-первых, некоторые читатели восхищались экономическими и социальными аргументами Голдсмита или, по крайней мере, размышляли над ними в своих собственных трудах. Политические радикалы, такие как Томас Спенс и Джон Телуолл, цитировали «Пустынную деревню» в своих работах, как и ряд других писателей. Во-вторых, читатели и критики игнорировали политический подтекст стихотворения, сосредоточившись на идиллических описаниях Оберна, созданных Голдсмитом. Этот второй тип прочтения был наиболее распространенным. Себастьян Митчелл отмечает, что некоторые современные критики рассматривают стихотворение как появившееся в поворотный момент британской культуры, когда публичные социальные и политические взгляды и личные эмоциональные установки стали расходиться. В Соединенных Штатах сложилось иное прочтение: если английский Оберн пришел в упадок, то Новый Свет предлагал возможности для возрождения идиллии Голдсмита. В ранней рецензии в журнале «Критический обзор» также защищалась ценность роста благосостояния Англии и ставился под вопрос вопрос о том, стала ли депопуляция сельской местности серьезной проблемой. Современные экономические историки поддержали замечания Комбера о депопуляции. Поэма Джорджа Крабба «Деревня» (1783) была написана как ответ на то, что автор считал чрезмерной сентиментальностью стихов Голдсмита. В своем стихотворении Крабб описывает тяготы сельских бедняков, в отличие от Голдсмита. Более того, поэма Крабба способствует интерпретации буколического изображения старого «сладкого Оберна» в «Пустынной деревне» Голдсмита как отражения статус-кво 1770 года, а не как изображения идеализированного прошлого, на фоне которого можно подчеркнуть современный моральный упадок. В этой интерпретации «Пустынная деревня» оказывается «деполитизирована» – процесс, который был усилен интерпретациями XIX века, предложенными Томасом Бэбингтоном Маколеем и двумя биографами Голдсмита. Стихотворение также вызвало и другие поэтические отклики. В то время как Крабб акцентировал внимание на нищете и лишениях сельской жизни, Роберт Блумфилд в поэме «Хороший парень» (1800) вернулся к теме сельской идиллии, но без политической критики, свойственной Голдсмиту или Краббу. «Пустынная деревня» оказала значительное влияние на Блумфилда, как и пасторальная поэзия Александра Попа.

Позднее прием

Прием поэмы в викторианскую эпоху был преимущественно положительным. На постаменте выгравированы слова: "ALLURED TO BRIGHTER WORLDS, AND LED THE WAY". В Ирландии считается, что деревня, описанная в поэме, – это деревня Глассон, недалеко от Атлона. Указатели вокруг деревни указывают на связь с Оливером Голдсмитом. В американской популярной культуре, особенно в штате Алабама, первая строка поэмы "Sweet Auburn, Loveliest village of the plain" послужила основой для термина "Auburn Plainsman/Plainsmen", используемого для обозначения студента Университета Оберна, а также для названия студенческой газеты Университета – The Auburn Plainsman. Кладбище Маунт-Оберн в Уотертауне и Кембридже, штат Массачусетс, также названо в честь деревни, описанной в поэме. В заглавной композиции альбома The Alan Parsons Project 1984 года "Ammonia Avenue" звучат слова: "And those who came at first to scoff, remained behind to pray, And those who came at first to scoff, remained behind to pray", которые, по всей видимости, заимствованы из строки Голдсмита: "And fools, who came to scoff, remained to pray."