Первый французский танк Schneider CA 1 времён Первой мировой войны.

Введение

Французский танк, разработанный во время Первой мировой войны.

Schneider CA 1 (первоначально названный Schneider CA) был первым французским танком, разработанным во время Первой мировой войны. Создание Schneider было вызвано необходимостью преодолеть тупиковую ситуацию траншейной войны, господствовавшую на Западном фронте на протяжении большей части Первой мировой войны. Он был специально разработан для прорывов в обороне противника, расчищая проходы для пехоты через колючую проволоку и подавляя немецкие пулеметные точки. После первоначальной концепции Жака Квелленнека, предложенной в ноябре 1914 года, разработка типа велась с мая 1915 года инженером Эженом Брилье, параллельно с британскими разработками танков в том же году. В декабре 1915 года полковник Жан Батист Эжен Этьен начал активно добиваться формирования французских бронетанковых частей, что привело к заказу в феврале 1916 года на четыреста танков Schneider CA. Изготовлением танков занималась компания SOMUA, дочернее предприятие Schneider, расположенное в пригороде Парижа, с сентября 1916 года по август 1918 года. Как и большинство ранних танков, Schneider представлял собой простую бронированную коробку без внутренней перегородки. Он не имел башни, а основное вооружение – короткоствольная 75-мм пушка – размещалось в спонсоне с правой стороны. По современным меркам, это скорее было штурмовое орудие, чем танк. Конструкция считалась крайне несовершенной из-за неудачной компоновки, недостаточной огневой мощи, тесного внутреннего пространства и плохой подвижности из-за нависающей передней части, предназначенной для преодоления полос колючей проволоки, но на практике часто приводящей к застреванию танка. Практически сразу же были начаты работы по улучшению конструкции, однако производство модификаций Schneider CA 2, CA 3 и CA 4 в конечном итоге было отменено. Танки Schneider CA 1 активно использовались в боевых действиях в последние годы войны. Их первое применение 16 апреля 1917 года было в значительной степени неудачным, танковые подразделения понесли большие потери, но последующие сражения оказались более успешными. В 1918 году танки Schneider сыграли важную роль в остановке немецкого весеннего наступления и прорыве немецкого фронта во время французских летних наступлений. Они оставались в строю до конца сентября 1918 года, менее чем за два месяца до перемирия 11 ноября 1918 года, их количество значительно сократилось из-за потерь. После войны сохранившиеся танки в основном переоборудовали в подсобные машины, но шесть танков Schneider были использованы Испанией в Рифской войне в Марокко, и этот тип техники принял участие в первых боях Гражданской войны в Испании.

The Schneider CA 1 (originally named the Schneider CA) was the first French tank, developed during the First World War. The Schneider was inspired by the need to overcome the stalemate of trench warfare which on the Western Front prevailed during most of the Great War. It was designed specifically to open passages for the infantry through barbed wire and then to suppress German machine gun nests. After a first concept by Jacques Quellennec devised in November 1914, the type was developed from May 1915 onwards by engineer Eugène Brillié, paralleling British development of tanks the same year. Colonel Jean Baptiste Eugène Estienne in December 1915 began to urge for the formation of French armoured units, leading to an order in February 1916 for four hundred Schneider CA tanks, which were manufactured by SOMUA, a subsidiary of Schneider located in a suburb of Paris, between September 1916 and August 1918. Like most early tanks, the Schneider was built like a simple armoured box, without compartmentalisation of the inner space. It lacked a turret, with the main armament, a short 75 mm cannon, in a sponson on the right side. By later standards it would therefore have been an assault gun instead of a tank. The vehicle was considered a very imperfect design, because of a poor layout, insufficient fire power, a cramped interior and inferior mobility due to an overhanging nose section, which had been designed to crush through the belts of barbed wire but in practice caused the tank to get stuck. Improved designs were almost immediately initiated but the production of these, the Schneider CA 2, CA 3 and CA 4, was eventually cancelled. The Schneider CA 1 tanks were widely used in combat during the last war years. Their first action on 16 April 1917 was largely a failure, the tank units suffering heavy losses, but later engagements were more successful. In 1918 the Schneider tanks played an important role in halting the German spring offensive and breaking the German front in the French summer offensives. They were active until the end of September 1918, less than two months before the Armistice of 11 November 1918, their numbers having dropped considerably due to attrition. After the war the surviving tanks were mostly rebuilt as utility vehicles but six Schneider tanks were deployed by Spain in the Rif War in Morocco and the type saw its last action in the beginning of the Spanish Civil War.

Разработка бронированных гусеничных тракторов

До Первой мировой войны механик Шарль Мариус Фуше сотрудничал с инженером Эдуардом Квелленнеком и сыном последнего Жаком Квелленнеком для адаптации существующих гусеничных тракторов к условиям египетского и французского сельского хозяйства, среди которых была модель Holt Model 75. В этом контексте в 1914 году были установлены контакты с инженером Эженом Брилье из Schneider & Co. для адаптации трактора Castéran Flexible Track. Когда в этом году началась война, Жак Квелленнек был призван в пехоту в качестве сержанта, он стал свидетелем гибели большинства бойцов своего подразделения во время Первой битвы на Марне, а затем был тяжело ранен в конце октября. Во время выздоровления он разработал планы по созданию бронированного трактора, вооруженного пулеметом и способного уничтожать немецкие пулеметные гнезда. Многие в этот период имели схожие идеи, но, в отличие от большинства, у Квелленнека были отличные связи. Фуше стал вторым лейтенантом в Grand Parc Automobile de Réserve Service Automobile, армейском подразделении, отвечавшем за моторизацию, а Брилье был главным конструктором одного из крупнейших французских производителей вооружений. В начале декабря Квелленнек встретился с Фуше в Париже, а затем они вместе отправились к Брилье, чтобы представить чертежи гусеничной бронированной боевой машины. Во время второго визита Квелленнек настоятельно призвал Брилье привезти во Францию два трактора Holt Model 75, находившиеся в то время в Тунисе, для проведения первых испытаний. Брилье отнесся к этой идее без особого энтузиазма, возражая, что на тракторе не хватит места для экипажа и вооружения. В феврале 1915 года Квелленнек был направлен в учебную базу ВВС и поручил Фуше попытаться убедить Брилье, но без особого успеха. Тем временем, в январе 1915 года компании Schneider был отдан приказ разработать тяжелые артиллерийские тягачи. 30 января она направила своего главного конструктора Брилье для изучения гусеничных тракторов американской компании Holt, участвовавшей в то время в испытательной программе в Олдершоте (Англия). По возвращении Брилье, который ранее участвовал в разработке бронированных автомобилей для Испании, очевидно, не упомянув о влиянии Квелленнека на него, среди наблюдателей были генерал Филипп Петан и полковник Жан Батист Эжен Этьен – артиллерист и инженер, пользовавшийся огромным уважением в армии за свой непревзойденный технологический и тактический опыт. Результаты испытаний прототипа танка были, по крайней мере, по словам Этьена, … Для Этьена представленная машина воплощала концепции бронированных боевых машин, которые он продвигал с августа 1914 года. Уже 1 декабря Этьен предложил французскому штабу использовать гусеничные бронированные тягачи для перемещения пехоты, оборудования и артиллерии по полю боя, проведя предварительные испытания с британскими гусеничными тракторами. 11 декабря Этьен поручил лейтенанту Тибье нарисовать эскиз двух концепций: одна – шасси Baby Holt, оснащенное вспомогательными роликами спереди и сзади для улучшения проходимости по траншеям; другая – удлиненная подвеска, защищенная боковой броней. На основании этого было сделано заключение, что танк достаточно развит для обоснования производственного заказа. 25 февраля 1916 года военное министерство тайно заказало производство четырехсот tracteurs chenilles type Schneider & Cie blindés ("гусеничных и бронированных тягачей типа Schneider") по цене 56 000 французских франков за единицу. В целях безопасности притворялись, что это простые тягачи, tracteurs Estienne. Фуше было поручено усовершенствовать прототип, в результате чего был создан слегка модифицированный L'appareil n° 1 Type B, испытанный 2 марта. Дальнейшие изменения, теперь включавшие импровизированную боковую броню, простирающуюся вперед в форме носа, привели к созданию L'appareil n° 1 Type C или Machine Profilée, который был испытан 17 марта. 27 февраля Schneider было предложено предоставить первую бронированную надстройку из котельной стали, которая в конце марта была установлена на восьмиколесное шасси и прототип его варианта, предназначенного для перевозки тяжелого артиллерийского орудия CD3. Это, по-видимому, указывает на то, что суффикс CA был просто кодом продукта Schneider, аналогичным тем, что использовались Renault. В конце 1916 года тип был назван Schneider CA 1, чтобы отличить его от производного проекта танка Schneider CA 2. В 1917 году Schneider CA 1 также назывался Schneider 1916, чтобы отличить его от Schneider 1917, другого названия для следующего проекта танка, Schneider CA 3. Это произошло в результате запроса Этьена от 30 января 1917 года о согласовании стандартизированной терминологии. Генерал Мурре предложил использовать официальные обозначения Schneider Modèle 1916 и Saint Chamond Modèle 1916.

Before the First World War, mechanic Charles Marius Fouché cooperated with engineer Édouard Quellennec and the latter's son Jacques Quellennec to adapt existing caterpillar tractors to the conditions of Egyptian and French farming, among them the Holt Model 75. In this context in 1914 contacts were made with engineer Eugène Brillié of Schneider & Co. to adapt the Castéran Flexible Track Tractor. When that year war broke out, Jacques Quellennec was drafted as an infantry sergeant, witnessed most men of his unit being slaughtered during the First Battle of the Marne and was then severely wounded at the end of October. While recovering, he devised plans for an armoured tractor armed with a machine gun and capable of destroying German machine gun nests. Many in this period had comparable ideas but contrary to most, Quellennec had excellent contacts. Fouché had become a second lieutenant with the Grand Parc Automobile de Réserve of the Service Automobile, the Army branch responsible for motorisation, and Brillié was chief designer with one of France's main arms manufacturers. Early December, Quellennec met Fouché in Paris and both then went to Brillié to present drawings of a tracked armoured fighting vehicle. During a second visit Quellennec urged Brillié to bring over two Holt Model 75 tractors, at that time present in Tunisia, to France in order to perform the first trials. Brillié showed himself less than enthusiastic about the idea, objecting there would be not enough room on a tractor for both crew and armament. In February 1915, Quellennec was sent to an air force training base and tasked Fouché with trying to convince Brillié, without much apparent success. Meanwhile, the Schneider company had been given the order to develop heavy artillery tractors in January 1915. On 30 January it sent out its chief designer, Brillié, to investigate tracked tractors from the American Holt Company, at that time participating in a test programme at Aldershot in England. On his return, Brillié, who had earlier been involved in designing armoured cars for Spain, apparently without mentioning being influenced in this by Quellennec, Among the onlookers were General Philippe Pétain, and Colonel Jean Baptiste Eugène Estienne — an artillery man and engineer held in very high regard throughout the army for his unmatched technological and tactical expertise. The results of the prototype tank were, at least according to Estienne, For Estienne the vehicle shown embodied concepts about armoured fighting vehicles which he had been advocating since August 1914. Already on 1 December Estienne had proposed to the French GHQ the use of tracked armoured tractors to move infantry, equipment and cannon over the battlefield, having performed some trials with British caterpillar tractors. On 11 December Estienne let a certain lieutenant Thibier draw a sketch of two conceptions: the one of a Baby Holt chassis fitted at the front and the back with auxiliary rollers, to improve the trench crossing capacity; the other of an elongated suspension protected by side armour. From this it was concluded that the tank was sufficiently developed to justify a production order. On 25 February 1916 the War Ministry secretly ordered the production of four hundred tracteurs chenilles type Schneider & Cie blindés ("tracked and armoured tractors of the Schneider type"), at a price of 56,000 French francs per vehicle. For security reasons it was pretended these were simple towing vehicles, tracteurs Estienne. Fouché was ordered to improve the prototype, which resulted in a slightly changed L'appareil n° 1 Type B, tested on 2 March. Further changes, now including improvised side armour extending to the front in a bow, created the L'appareil n° 1 Type C or Machine Profilée which was tested on 17 March. On 27 February, Schneider had been asked to provide a first armoured superstructure made of boiler steel, which was late March placed on the eight wheeled chassis. and a prototype porteur variant of it, intended to carry a heavy artillery piece, the CD3. This would seem to indicate that the CA suffix was merely a Schneider product code similar to those used by Renault. At the end of 1916, the type was called Schneider CA 1 to make a distinction with a derived tank project, the Schneider CA 2. In 1917 the Schneider CA 1 is also called the Schneider 1916 to distinguish it from the Schneider 1917, another name for the next tank project, the Schneider CA 3. This had its origin in a demand by Estienne on 30 January 1917 to agree on a standardised terminology. General Mourret then proposed to use the official designations Schneider Modèle 1916 and Saint Chamond Modèle 1916.

Описание

Шнайдер – это, по сути, бронированная стальная коробка, установленная на гусеничном тракторе. Он не имеет башни; основное вооружение – 75-мм орудие Блокхаус Шнайдер "укрепляющая пушка" в барбете, расположенном в правом переднем углу танка. Правая сторона была выбрана, поскольку стрелку необходимо было стоять слева от ствола для управления орудием. Тип орудия был разработан на базе 75-мм траншейного миномета, который был адаптирован для стрельбы с фиксированной укрепленной позиции путем добавления компенсатора отката и орудийного щита; в этой конфигурации он весил около 100 кг. Эта короткоствольная пушка имела длину всего 9,5 калибра. Она использовала стандартный французский осколочно-фугасный снаряд Model 1915 калибра 75 мм, но с уменьшенным зарядом, что сокращало общую длину снаряда с до , обеспечивая начальную скорость полета всего . Максимальная дальность стрельбы орудия составляла метров, практическая дальность – , а для точной стрельбы танку необходимо было сближаться с целью на расстояние . В установке орудие имело горизонтальную наводку в 60°, углубление в 10° и подъем в 30°. Танк перевозил девяносто снарядов для орудия, размещенных вертикально в ящиках справа от пушки (20), в крайнем правом заднем углу (14), слева от двигателя (32) и в левом заднем углу (24). Вторичным вооружением были два 8-мм пулемета Hotchkiss M1914, установленных в боковых частях танка в больших полусферических шаровых опорах и на цапфах. Высшее командование теперь предполагало значительно большее количество танков, требуя импорта или производства около 1500 Шнайдеров. После того как стало ясно, что французская промышленность не располагает свободными мощностями для удовлетворения этих потребностей, и что они значительно превышают возможности отечественного производства, было решено производить вместо этого более мелкий, дешевый и современный FIAT 3000 (копия Renault FT), три из которых были получены в мае 1918 года.

Улучшения

В ходе производства тип постепенно улучшался, что привело к дальнейшим задержкам. Начиная с 245-го экземпляра, был установлен автоматический стартер, приводимый в действие рукояткой, поскольку первоначальная ручная система не обеспечивала достаточно быструю реакцию на меняющуюся обстановку на поле боя. Также было признано, что конструкция недостаточно защищена. В ответ на первое применение британских танков Mark I 15 сентября 1916 года, немцы начали внедрять противотанковое оружие и тактику. Одной из мер, предпринятых ими, был выпуск бронебойной пули Kerngeschoss, или "K-пули" – снаряда с твердым стальным сердечником, способного пробивать тонкую броню танков. Для противодействия ей, начиная с 210-го экземпляра, танк Schneider оснащался дополнительными броневыми плитами толщиной 5,4 мм на бортах и в передней части, с зазором в четыре сантиметра между основной броней и этими навесными плитами. Даже без бортовой брони, передние плиты были бы неуязвимы для огня K-пули с расстояния двухсот метров, благодаря углу наклона в 60°, обеспечивающему эффективную толщину линии видимости. Весной 1917 года существующие машины подверглись усиленной бронированию (была создана версия surblindé) в армейской мастерской в Шамплю. Некоторые из них, например, машина с серийным номером 61213, были оснащены дополнительными броневыми плитами на вертикальных передних поверхностях, включая дополнительный прямоугольный щит вокруг ствола орудия. К 1 апреля 1917 года из 208 доступных танков было модернизировано лишь около ста. Ни один из старых танков к этому моменту не получил новый стартерный двигатель – завершение этой части модернизации планировалось к концу лета. Гораздо более масштабными были ранние предложения по кардинальному изменению конструкции, которые должны были быть реализованы в процессе производства. Они были вызваны неудобной компоновкой; чтобы ограничить ширину танка, основное вооружение было размещено в невыгодном положении. 1 декабря 1916 года некий лейтенант Саар представил чертежи машины, в которой 75-мм пушка была заменена 47-мм пушечной башней, количество пулеметов увеличено до шести, количество смотровых щелей до одиннадцати, а двигатель – перемещен в середину корпуса. 28 и 29 декабря 1916 года компания Schneider рассматривала возможность перемещения 75-мм пушки в носовую часть машины и обеспечения ей угла горизонтального наведения в 120°.

During production, the type was gradually improved, which caused further delays. From the 245th vehicle onwards an automatic starter was installed, engaged by a handle, as the original manual system did not allow for a sufficiently quick response to a changing battlefield situation. Also it was decided the design was too poorly protected. In response to the first use of British Mark I tanks on 15 September 1916, the Germans had begun to introduce anti tank weapons and tactics. One of the measures taken by them was the issuing of the Kerngeschoss or "K bullet", a hardened steel core round capable of piercing the thin armour of tanks. To defeat it, from the 210th vehicle onwards the Schneider tank was fitted with extra 5.4 mm thick armour plates on the sides and front with a space of four centimetres between the main armour and these appliqué plates. Even without the spaced armour, the front plates would have been immune against K bullet fire from a distance of two hundred metres, because they were angled at 60°, providing an effective line of sight thickness of During the spring of 1917 existing vehicles were uparmoured (creating a surblindé version) by the army workshop at Champlieu. Some of these, such as a vehicle with series number 61213, were fitted with additional armour plates on the vertical front surfaces, including an extra rectangular shield around the gun barrel. On 1 April 1917 of the 208 tanks available only about a hundred had been retrofitted. None of the older tanks had at this point yet received the new starter engine, this part of the improvement process would take until the end of the summer. Much more far reaching were early proposals to fundamentally change the design, to be implemented during the production run. These were inspired by the awkward layout; in order to limit the width of the tank, the main armament had been placed in an inconvenient position. On 1 December 1916 a certain Lieutenant Saar submitted drawings showing a vehicle on which the 75 mm cannon had been replaced by a 47 mm gun turret, the number of machine guns was raised to six, the number of vision slits to eleven and the engine was located in the middle of the hull. On 28 and 29 December 1916 the Schneider company considered moving the 75 mm gun to the nose of the vehicle and give it a 120° traverse.

Обучение

Для развертывания танков сначала требовалось обучить экипажи и создать танковые подразделения. 14 июля 1916 года Этьен начал обустраивать тренировочную базу в Форт-дю-Тру-д'Энфер, крепости в Марли-ле-Руа, к западу от Парижа. По причинам секретности это место было официально приписано к 81-му тяжелому артиллерийскому полку, являвшемуся депо. 15 августа лагерь был официально организован и быстро заполнился новобранцами, большинство из которых были молодыми добровольцами из различных французских армий. В Марли экипажи получили первые инструкции, включавшие основы технического обслуживания и интенсивную подготовку водителей с упором на преодоление траншей, обход ворон от снарядов и таран деревьев и стен. Поскольку изначально реальных машин Schneider не было, вместо них использовались тракторы Holt, а позже – учебные шасси с котловой броней, с удаленной надстройкой и замененной защитной деревянной рамой. Начиная с весны 1917 года для этих целей использовалось около семи машин. Для подготовки подразделений и проведения стрельб с боевыми машинами, требовавших большей маневренной территории, 30 августа 1916 года был организован лагерь в Серкоттс. Первые учебные машины прибыли 17 ноября 1916 года. Чтобы лучше ознакомиться с механической частью танков, большинство членов экипажа на месяц уезжали из Серкотта для стажировки на заводе SOMUA. Новые машины обычно сначала поступали в Серкоттс. К 1917 году база в Серкотте насчитывала около пяти тысяч человек, многие из которых были направлены туда из подразделений, стремившихся избавиться от нежелательных элементов, что вынудило командование базы сократить численность, снова их отстранив. 28 сентября 1916 года в Шамплие, к югу от Компьеня, был создан крупный учебный центр. Это место, расположенное близко к линии фронта и официально входившее в зону боевых действий, могло использоваться для окончательной подготовки и отправки боеготовых подразделений в армии, нуждающиеся в них. Там же находились танковые мастерские, осуществлявшие ремонт и модернизацию машин. В конечном итоге, танковые подразделения должны были поддержать наступление Пятой армии на Эне и были сосредоточены в девятикилометровом секторе к югу от Ювинкура и Дамари, выбранном из-за прочной почвы. Немцы создали в этом районе мощный оборонительный рубеж, удерживаемый четырьмя дивизиями Баварской армии, глубиной девять километров и разделенный на четыре основных линии траншей. План предусматривал захват французской пехотой первой и второй траншей примерно за четыре часа, продвигаясь под "ползучим артиллерийским заградом", после чего танки должны были немедленно воспользоваться этим успехом и поддержать наступательный порыв, быстро продвигаясь к третьей траншее, за которой непосредственно следовала бы пехота; вместе они должны были захватить третью и четвертую траншеи. "Стратегический прорыв", достигнутый в результате этой и многих сопутствующих атак, должен был быть использован для глубокого проникновения большими резервными пехотными армиями, обходя Линию Гинденбурга с юга. В наступлении были задействованы три группировки. Две из них, названные в честь своих командиров – Луи Боссу и Луи Леонара Шобеса, были прикреплены к 32-му и 5-му армейским корпусам соответственно и должны были вступить в бой в первый день. Группировка Боссу состояла из пяти групп: AS 2, 4, 5, 6 и 9, что позволило выставить восемьдесят танков, поскольку AS на этом этапе войны действовала в полную силу с четырьмя батареями по четыре танка в каждой. Группировка Шобеса, созданная 8 марта, включала AS 3, 7 и 8, насчитывая около сорока восьми танков. Каждая группировка была усилена подразделением снабжения и эвакуации или секцией ремонта и снабжения, которая, помимо двух невооруженных Saint Chamonds и нескольких тракторов Baby Holt, была оснащена двумя невооруженными танками Schneider CA, буксирующими прицепы Troy с топливом, что в общей сложности составило 132 машины Schneider – на тот момент крупнейшая танковая группировка, когда-либо развернутая. 13 апреля танковые части сосредоточились за линией фронта. Там к ним присоединились поддерживающие пехотные роты: пять из 154-го пехотного полка 165-й пехотной дивизии для группировки Боссу и три из 76-го пехотного полка 125-й пехотной дивизии для группировки Шобеса. Рано утром 16 апреля 1917 года было начато наступление Нивеля. В секторе, где действовали танки, первые волны французской пехоты, как и планировалось, сумели захватить первую и вторую немецкие траншеи, но понесли очень большие потери. Французской артиллерии было недостаточно для одновременного обеспечения "ползучего заграждения" и подавления многочисленных немецких артиллерийских батарей. Это усугублялось превосходством немецкой авиации, позволявшей самолетам-наблюдателям корректировать огонь немецкой артиллерии по наступающим французским колоннам. Группировка Шобеса понесла большие потери, даже не успев покинуть французские позиции. Прибыв к линии фронта к раннему полудню, она должна была помочь пехоте зачистить вторую траншею от последних немецких остатков. Те не запаниковали при виде французских танков, а были обучены прятаться от них, открывая огонь по французской пехоте, когда бронемашины проходили мимо. К концу дня французская пехота оказалась не в состоянии продолжить наступление, и последние уцелевшие французские танки были вынуждены отойти. Дальше на восток, к северу от Берри-о-Бак, в окрестностях которого впоследствии развернулось все танковое сражение, группировка Боссу оказалась более успешной. Ей удалось пересечь различные линии траншей, потеряв лишь несколько машин, и к позднему утру она сосредоточилась для продолжения наступления. Однако около 11:00 танк Боссу, "Тромп-ля-Мор" ("Дерзкий"), возглавлявший наступление и неся триколор, освященный в Сакре-Кёр в Монмартре, получил прямое попадание тяжелой артиллерии, сжигая большую часть экипажа и выбрасывая самого Боссу из заднего люка, из которого он руководил боем, убитого осколком снаряда в сердце. Тем не менее, "Шнейдеры" продолжили продвижение, пройдя несколько миль узким прорывом через неглубокую долину к третьей немецкой траншее. Ослабленная пехота, однако, не смогла последовать за ними, вынудив танки ждать прибытия резервных подразделений. В течение нескольких часов танки двигались вверх и вниз по захваченной территории, чтобы не представлять собой статичные цели для немецкой артиллерии. Несмотря на это, многие машины были подбиты, поскольку находились в поле зрения немецких батарей на окружающих холмах. Фланговые атаки баварских штурмовых отрядов были отбиты. К раннему вечеру свежие пехотные подразделения вместе с танками захватили участок третьей траншеи, что стало кульминацией французского продвижения во время всей Второй битвы на Эне. Затем "Шнейдеры" отошли, снова понеся потери от артиллерийского огня. Наступление Нивеля стало серьезным разочарованием, подорвав моральный дух французских войск и приведя к французским армейским мятежам. Чувство неудачи распространилось и на танки Schneider. Их потери действительно были тяжелыми: из 128 задействованных боевых танков было потеряно 76. Многие из них сгорели: всего 57, 31 в группировке Боссу и 26 в группировке Шобеса. Большинство были подожжены немецкой артиллерией: двадцать три машины группировки Шобеса были поражены непрямым огнем и пятнадцать группировки Боссу; последнее подразделение потеряло четырнадцать танков, пораженных прямым огнем. Расследование показало, что большинство машин перевозили дополнительные источники возгорания: чтобы компенсировать ограниченную дальность, к задней части были прикреплены две пятидесяти литровые канистры с бензином, а некоторые экипажи даже хранили третью внутри; иногда снаружи размещались взрывчатые заряды; в каждом танке была бутылка эфира для смешивания с бензином для повышения мощности двигателя и для поднятия боевого духа в начале битвы было предоставлено три литра крепкого алкоголя. Также были высоки потери личного состава: 180 из 720 членов экипажа и 40% поддерживающей пехоты стали жертвами. На позитивной ноте, двадцать поврежденных танков были спасены с поля боя, все немецкие пехотные атаки были отражены, и бортовая броня доказала свою...

To deploy tanks, it was first needed to train crews and create tank units. On 14 July 1916 Estienne started to set up a training base at the Fort du Trou d'Enfer, a fortress at Marly le Roi, west of Paris. For reasons of secrecy this location was officially attached to the 81st Heavy Artillery Regiment, a depot unit. On 15 August the camp was formally established and quickly filled with recruits, most of them young volunteers from various French armies. At Marly the crews received their first instruction consisting of the basics of maintenance and a lot of driver training with an emphasis on crossing trenches, avoiding shell craters and running down trees and walls. Because no actual Schneider vehicles were available at first, Holt tractors were used instead; later boiler plate training chassis were employed with the superstructure removed and replaced by a protective wooden frame. From the spring of 1917 onwards about seven vehicles were used for this goal. For unit training and live fire exercises, which required much larger manoeuvre grounds, on 30 August 1916 a camp was established at Cercottes. It received its first training vehicles on 17 November 1916. To get better acquainted with the mechanical side of the tanks, most crew members left Cercottes for a month to work as a trainee at the SOMUA factory. New vehicles would normally be first delivered at Cercottes. In 1917 the Cercottes base grew to a strength of about five thousand men, many of them sent there from units trying to get rid of undesirable elements, forcing the base command to reduce manpower by again removing them. On 28 September 1916 a large instruction centre was established at Champlieu, south of Compiègne. This location, close to the frontline and officially part of the warzone, could serve for final training and sending out battle ready units to those armies needing them. The tank workshops were also located there, repairing and updating existing vehicles. Eventually, the tank units were to support the attack by the Fifth Army at the Aisne and were concentrated in a nine kilometres wide sector south of Juvincourt et Damary, chosen for its firm ground. The Germans had created a strong defensive belt in this area, held by four divisions of the Bavarian Army, with a depth of nine kilometres and divided into four main trench systems. The plan was for the French infantry to take the first and second trench within about four hours, advancing behind the "creeping barrage", after which the tanks would immediately exploit this success and maintain the momentum of the offensive by quickly progressing towards the third trench, directly followed by the infantry; together they would conquer the third and fourth trenches. The "strategic rupture" resulting from this and many adjoining attacks was to be exploited through deep penetrations by large reserve infantry armies, outflanking the Hindenburg Line from the south. Three Groupements were committed to the offensive. Two of these, named after their commanders Louis Bossut and Louis Léonard Chaubès, were attached to the 32nd and 5th Army Corps respectively and would engage on the first day. Groupement Bossut consisted of five groupes: AS 2, 4, 5, 6 and 9, thus fielding eighty tanks, as the AS in this phase of the war operated at full strength with four batteries of four tanks. Groupement Chaubès, created on 8 March, included AS 3, 7 and 8, with about forty eight tanks. Each Groupement was reinforced by a supply and recovery unit or Section de Réparations et de Ravitaillement which besides two unarmed Saint Chamonds and some Baby Holt tractors was equipped with two unarmed Schneider CA tanks, towing Troy trailers with fuel, bringing the total at 132 Schneider vehicles, at that date the largest tank force ever deployed. On 13 April the tank units concentrated behind the frontline. There they were joined by supporting infantry companies: five from the 154e R. I. of the 165e D. I. for Groupement Bossut and three of the 76e R. I. of the 125e D. I. for Groupement Chaubès. During the early morning of 16 April 1917 the Nivelle Offensive was launched. In the sector where the tanks operated the initial waves of French infantry succeeded in taking the first and second German trenches as planned, but with very heavy losses. The French artillery was insufficient in number to simultaneously sustain the creeping barrage and suppress the numerous German artillery batteries. This was aggravated by the German air superiority which allowed artillery observation planes to precisely direct German interdiction fire on the advancing French columns. Groupement Chaubès suffered many losses before it was even able to leave the French lines. When arriving at the frontline in the early afternoon, it had to assist the infantry in clearing the second trench of the last German remnants. These did not panic at the sight of the French tanks but had been trained to hide from them, leaving their cover to engage the French infantry when the armoured vehicles had moved on. At the end of the day, the French infantry proved unable to continue the offensive and the last surviving French tanks had to be withdrawn. More to the east, north of Berry au Bac after which village later the entire tank action would be named, Groupement Bossut proved more successful. It managed to cross the various trench lines losing only a few vehicles and in the late morning concentrated to carry on the offensive. However, around 11:00 the tank of Bossut, Trompe la Mort ("Dare devil") leading the advance, carrying a tricolour fanion blessed in the Sacré Cœur at Montmartre, received a direct heavy artillery hit, incinerating most of the crew and blowing Bossut himself from the rear entrance from which he had been directing the battle, killed by a shell splinter through the heart. Nevertheless, the Schneiders continued their progress, advancing several miles in a narrow penetration through a shallow valley towards the third German trench. The weakened infantry though, was unable to follow, forcing the tanks to wait for the arrival of reserve units. For several hours the tanks moved up and down the conquered terrain to avoid presenting static targets for the German artillery. Despite this many vehicles were hit, as they were in plain sight of German batteries on the surrounding hills. Flank assaults by Bavarian stormtroopers were repulsed. In the early evening, fresh infantry units together with the tanks conquered a sector of the third trench, marking the high tide of the French progress during the entire Second Battle of the Aisne. The Schneiders then withdrew, again suffering losses by artillery fire. The Nivelle Offensive was a grave disappointment, demoralising the French troops and leading to the French Army Mutinies. The sense of failure extended to the Schneider tanks. Their losses had indeed been heavy: 76 of the 128 combat tanks engaged had been lost. Many of these had burnt: 57 in total, 31 with Groupement Bossut and 26 with Groupement Chaubès. Most had been set on fire by German artillery: twenty three vehicles of Groupement Chaubès had been hit by indirect fire and fifteen of Groupement Bossut; this latter unit had fourteen tanks hit by direct fire. Investigations showed that most vehicles had carried additional fire hazards: to compensate the limited range two fifty litre cans of petrol had been attached to the rear and some crews had even stowed a third one inside; sometimes explosive charges had been stowed outside; each tank had a bottle of ether to mix with the petrol to boost the engine and to enhance the fighting spirit three litres of strong liquor had been provided at the start of the battle. Also the personnel losses had been high: 180 of the 720 crew members, and 40% of the supporting infantry had become casualties. On a positive note, twenty broken down tanks had been salvaged from the battlefield, all enemy infantry assaults had failed, and the spaced armour proved to be very resistant, beyond expectations, against small arms fire and shell splinters. The main technical complaint was that visibility from within the vehicle was poor for the driver as well as the gunners. Tactical lessons drawn were that tanks should spread out more to avoid artillery fire and had to cooperate more closely with the infantry. Groupement III, commanded by Captain Henri Lefebvre, was intended to assist an attack by the Fourth Army on 17 April at Moronvilliers. It consisted of two Schneider groups, AS 1 and AS 10, reinforced by some Saint Chamond tanks. When the initial infantry attacks largely failed, the tank attack was cancelled, also in view of the events the previous day.

Мулен-де-Лаффо

Несмотря на общий провал наступления Нивеля и последовавшие за этим мятежи, французское верховное командование в мае 1917 года попыталось использовать концентрацию сил на Эне, по крайней мере, захватив печально известные позиции на Шемен-де-Дам. Частью плана была ограниченная, но стратегически важная цель: немецкий выступ к востоку от Лаффо, где линия Гинденбурга опиралась на Шемен-де-Дам, названный в честь холма Мулен-де-Лаффо. Эту атаку должна была поддержать группировка Лефевра. Для улучшения взаимодействия с пехотой группировку усилили специально обученным в тактике совместных действий батальоном пехоты – 17-м батальоном егерей. Координацию с артиллерией улучшили, прикрепив специальный самолет-наблюдатель, защищенный шестью истребителями SPAD VII, которому надлежало выявлять немецкие противотанковые батареи и уничтожать их огнем контрбатареи, а также докладывать о местоположении танков высшему командованию. Более масштабное наступление началось 5 мая. В то время как большинство пехотных атак вдоль Шемен-де-Дам в тот день закончились кровавыми неудачами, танковая атака на Мулен-де-Лаффо в значительной степени достигла своих целей. Танки «Шнейдер», продвигаясь не колонной, а «фронтом», воспользовались первоначальным захватом пехотой первой линии траншей, перешли во вторую и затем помогли пехотинцам в ожесточенных и динамичных боях с контратакующими немецкими резервами. В конечном итоге большинство танков вышли из строя и были оставлены наступающей пехотой. Эвакуация их оказалась сложной, так как грозы сделали поверхность и без того твердого известняка в этом районе очень скользкой, а местность была пересеченной, усеянной руинами, оврагами и карьерами. Большинство машин удалось отремонтировать за ночь, но почва настолько размылась, что на шестой день удалось развернуть только одну батарею из четырех. Тем не менее, танки «Шнейдер» проявили себя достойно. Из тридцати трех участвовавших в бою танков было уничтожено только пять, три из которых – «Шнейдеры». Потери среди экипажей составили пятьдесят пять человек, три из которых – погибшие.

Despite the general failure of the Nivelle Offensive and the ensuing mutinies, French High Command in May 1917 tried to make use of the force concentration at the Aisne by at least conquering the notorious Chemin des Dames positions. Part of the plan was a limited but strategically important objective: the German saillant east of Laffaux where the Hindenburg Line hinged on the Chemin des Dames, named after the hillock of the Moulin de Laffaux. This attack was to be supported by Groupement Lefebvre. To improve the cooperation with the infantry, the Groupement was reinforced by an infantry battalion specially trained in combined arms tactics, the 17e Bataillon de Chasseurs à Pied. Coordination with the artillery was improved by attaching a special observation plane, protected by six SPAD VII fighters, that had to identify German antitank batteries and have them destroyed by counterbattery fire; it also had to report the position of the tanks to higher command levels. The more general offensive was launched on 5 May. Whereas most infantry attacks along the Chemin des Dames were bloody failures that day, the tank attack on the Moulin de Laffaux largely attained its objectives. The Schneiders, advancing not in column but "line abreast", exploited the initial infantry conquest of the first trench by crossing the second and then assisted the foot soldiers in heavy and fluid battles with counterattacking German reserves. Eventually most tanks broke down and had to be left behind by the advancing infantry. Salvaging them proved difficult as thunderstorms made the surface of the in itself firm chalkstone of the area very slippery and the terrain was rough, dotted with ruins and intersected by ravines and quarries. The majority of the vehicles were repaired during the night, but the soil had so deteriorated that only a single battery of four was deployed on the sixth. Nevertheless, the Schneiders had made a good account of themselves. Of thirty three tanks engaged only five had been destroyed, three of them Schneiders. Casualties among the crews numbered fifty five, three of them fatal.

Ла Малмейсон

В результате мятежа Филипп Петан был назначен верховным командующим. Он попытался восстановить уверенность, воздерживаясь от чрезмерно амбициозных наступательных планов. Лишь в 1918 году, когда приток американских войск и новых бронированных машин склонил чашу весов в пользу Антанты, можно было рассматривать решительные атаки. Его девизом стало: J'attends les Américains et les chars («Я жду американцев и танки»). Однако полное бездействие подрывало бы моральный дух; для его поддержания была предпринята серия тщательно подготовленных небольших наступлений, в которых успех гарантировался развертыванием подавляющего численного превосходства, особенно в артиллерии, для захвата ограниченной цели. 23 октября 1917 года Петан одним ударом овладел печально известным хребтом Шмен-де-Дам, включая крепость Ла-Мальмезон. Атаку поддерживала группировка Шобе, состоявшая в то время из AS 8, 11 и 12. Из-за потерь в апреле каждая AS теперь развернула двенадцать танков. С учетом транспортных средств обеспечения, общее количество танков Schneider составило сорок один. Командные машины AS 11 и AS 12 в тот день впервые в истории использовали радиооборудование в бою. Они имели стандартную подвеску Schneider CA, но корпус был значительно укорочен, устранив нависающий нос. 75-мм пушка была заменена цилиндрической башней, предназначенной для установки 47-мм пушки и пулемета в задней части корпуса. Корпус был дополнительно уменьшен в размерах и весе за счет сужения и закрытия крытого смотрового люка, что снизило его высоту. В результате вес машины составил всего восемь тонн. Во время испытаний машина, хотя и не застревала больше на нависающем носу, все еще не могла выбраться из грязевых ворон от снарядов. Было принято решение удлинить подвеску на величину, эквивалентную трем траковым звеньям, примерно на сорок сантиметров, и 13 апреля 1917 года было запланировано быстрое начало производства. Однако 22 марта Эстиен уже решил отказаться от этого проекта в пользу командной (сигнальной) версии Renault FT. Прототип CA2 впоследствии использовался в качестве учебного и испытательного средства, а потребность в командных машинах была удовлетворена путем оснащения двух стандартных Schneider CA радиостанциями. 29 декабря 1916 года было предложено разработать на базе Schneider CA2 два прототипа легких танков. В начале 1917 года было предложено построить некоторые машины в качестве огнеметных танков, установив огнеметные установки в двух бронированных башнях, одну в левом переднем углу и другую в правом заднем углу, каждая с углом обстрела около 180°. Топливные баки должны были располагаться внутри корпуса. Производство так и не было начато. В феврале 1917 года Schneider предложил построить вариант с корпусом, расширенным на тридцать два сантиметра, оснащенный спереди 47-мм пушкой и двумя пулеметными башнями, расположенными по диагонали за положением водителя, а двигатель был перемещен в заднюю часть машины. 2 апреля 1917 года Министерство вооружений попросило Schneider разработать две улучшенные версии Schneider CA: одну с пушечной башней калибра не более 47 мм (если это была длинноствольная пушка), а другую с длинноствольной 75-мм пушкой в передней части корпуса. После провала наступления Нивеля Schneider понял, что для того, чтобы танк оставался эффективной системой вооружения, необходимо создавать более совершенные конструкции. 1 мая 1917 года были обсуждены различные возможные варианты, пронумерованные от одного до пяти. Все они имели общие черты: в основном использовались те же механические компоненты, что и у Schneider CA, хотя часто и улучшенные, а подвеска была изменена лишь частично: удлинена за счет добавления восьмого опорного катка и использования тридцати пяти вместо тридцати трех более широких траковых звеньев шириной сорок пять сантиметров. Однако все они были значительно модернизированы: корпус перестал быть нависающим, передняя часть корпуса имела форму наклонного клина, а внутреннее пространство было разделено на отсеки: моторный отсек, выступающий за ведущим колесом, сзади, и место водителя спереди. Толщина брони составляла примерно от шестнадцати до двадцати миллиметров. Первые два предложения, вероятно, были идентичны проектам апреля 1917 года и были отклонены компанией как неполноценные. Последние три, предпочтенные самой Schneider, были все с башнями: конструкция № 3 имела 47-мм пушку в корпусе и одну пулеметную башню; № 4 отличалась наличием двух пулеметных башен, а № 5 – перемещением пушки в башню. В ходе обсуждения этих предложений Эстиен указал на то, что длинноствольная 47-мм пушка еще не была запущена в производство и что не существует высокоэффективного взрывчатого заряда, который обеспечил бы ей достаточный эффект против мягких целей. Поэтому он настоял на установке стандартной 75-мм полевой пушки, даже если это увеличит вес до 14,5 тонн. Через неделю Schneider представил предложение № 6, предусматривающее машину весом четырнадцать тонн с укороченной 75-мм пушкой в башне. 5 июля 1917 года были готовы чертежи машины, которая теперь называлась Schneider CA3. Однако они также включали альтернативную версию с укороченной 75-мм пушкой в корпусе. Эстиен выразил сомнения по поводу этого проекта, поставив под сомнение ее способность преодолевать траншеи и предсказав, что мощности двигателя будет недостаточно, учитывая вес, который к тому времени достиг 16,6 тонн. Он также потребовал прицел, позволяющий вести огонь в движении. Тем не менее, 24 июля Консультативный комитет Artillerie Spéciale решил, что четыреста машин Schneider Modèle 1917, заказанных 10 мая 1917 года, должны быть типа CA3. Их поставка должна была начаться с мая 1918 года. Был заказан прототип каждой версии — механические части в мае и бронекорпуса в июле, но сама компания ограничила свою деятельность по строительству только версией с пушкой в корпусе, вероятно, потому что пушечная башня была признана «абсурдной» ввиду отсутствия вражеских танков, а пулеметная башня считалась необходимой для ближней обороны против пехоты. Позднее в том же году, в официальном ответе на запрос парламентария Поля Думера относительно достигнутого прогресса в развитии французских танков, обозначение «Schneider CA4» использовалось для обозначения проекта, изучавшегося в контексте более крупного заказа на два прототипа весом двадцать тонн и оснащенных пушечной башней с укороченной 75-мм пушкой, и о сроках завершения единственного прототипа, который должен быть построен, Schneider не мог предсказать, хотя поставки могли начаться в апреле 1918 года. Был построен макет Schneider CA3, и 24 октября шасси было испытано на SOMUA. Однако летом Эстиен и Петан забеспокоились, что производство средних танков может стать препятствием для запланированного массового производства легких танков Renault FT. 27 октября комитет рекомендовал приостановить строительство Schneider CA3 в пользу производства легких танков, утверждая, что тип, вероятно, не будет поставлен до августа 1918 года, слишком поздно для летних наступлений того года, и что вместо этого следует разработать улучшенный проект среднего танка. Окончательное решение о непроизводстве Schneider CA3 было принято только в феврале 1918 года. 19 января 1918 года было предложено использовать предварительно произведенные компоненты CA3 для строительства еще двухсот артиллерийских тягачей Schneider. 3 ноября 1917 года заказ на прототип Schneider CA4 был аннулирован. Новый проект среднего танка был начат 15 августа 1917 года и предусматривал создание технически продвинутой машины весом семнадцать тонн, вооруженной укороченной 75-мм пушкой и обладающей значительно улучшенной мобильностью. Он так и остался на бумаге. Иногда проекты более общего исследовательского характера рассматривали возможность использования корпусов Schneider CA. В январе 1917 года инженер Луи Буаро предложил сочлененный танк, машину, которая была бы достаточно длинной, чтобы пересекать широкие траншеи и при этом…

In the wake of the mutinies Philippe Pétain was appointed supreme commander. He tried to restore confidence by abstaining from overambitious offensive plans. Only in 1918 when the influx of American troops and new armoured vehicles would tip the balance in favour of the Entente, could decisive attacks be considered. His motto was therefore: J'attends les Américains et les chars ("I wait for the Americans and the tanks"). However, remaining purely inactive would undermine the morale; to bolster it a series of meticulously prepared small scale offensives were undertaken in which success was guaranteed by deploying an overwhelming numerical superiority, especially in artillery, to conquer a limited objective. On 23 October 1917 Pétain in one blow took the notorious Chemin des Dames crest, including the fortress of La Malmaison. The attack was supported by Groupement Chaubès, at the time consisting of AS 8, 11 and 12. Due to the losses in April, each AS now deployed twelve tanks. Including the supply vehicles the Schneider total numbered forty one. The command vehicles of AS 11 and AS 12 were that day the first French tanks ever to use radio equipment in battle. It had the standard suspension of the Schneider CA but its hull was significantly shortened so that the overhanging nose had disappeared. The 75 mm cannon had been replaced by a cylindrical turret, intended to be armed with a 47 mm gun and a machine gun, close to the rear of the hull. The hull was further diminished in size and weight by a considerable narrowing, and closing of the roofed skylight slit, which lowered its height. As a result, the type weighed only eight tonnes. During the testing the vehicle, though no longer getting itself stuck on an overhanging nose, still proved unable to climb out of muddy shell craters. It was concluded that the suspension should be lengthened by the equivalence of three track links, about forty centimetres, and on 13 April 1917 a quick commencement of production was envisaged. In reality Estienne had already on 22 March decided to discontinue this project in favour of a Renault FT command (signal) version. The CA2 prototype was subsequently used as a training and test bed vehicle and the immediate need for command vehicles was met by fitting two standard Schneider CAs with radio sets. On 29 December 1916 it was proposed to develop from the Schneider CA2 two light tank prototypes. Early 1917 it was suggested to construct some vehicles as flamethrower tanks by installing a flamethrowing device in two armoured turrets, one at the left front corner and the other at the right rear corner, each having a field of fire of about 180°. The fuel reservoirs would be inside the hull. No production resulted. In February 1917, Schneider proposed to build a variant with a thirty two centimetres wider hull fitted in the front with a 47 mm gun and two machine gun turrets placed diagonally behind the driver position, while the engine was relocated to the rear of the vehicle. On 2 April 1917 the Ministry of Armament asked Schneider to design two improved versions of the Schneider CA: one with a gun turret, the calibre not surpassing 47 mm if it were a long gun; the other with a long 75 mm gun in the front of the hull. After the failure of the Nivelle Offensive, Schneider understood that more capable designs had to be manufactured if the tank were to remain a viable weapon system. On 1 May 1917 it discussed a range of possible options, numbered one to five. All had in common that basically the same mechanical components were used as with the Schneider CA, though often improved, and that the suspension was only partially changed: elongated by the addition of an eighth road wheel and using thirty five instead of thirty three wider, forty five centimetres broad, track links. However, all were also significantly modernised: the hull overhang had disappeared, the hull front formed as a sloped wedge, and the inner space was compartmentalised, with an engine room, protruding behind the sprocket, at the back and the driver in front. The armour base was about sixteen to twenty millimetres. The first two proposals were probably identical to the April 1917 projects and discarded by the company as inferior. The last three, favoured by Schneider itself, were all turreted vehicles: design No 3 had a 47 mm gun in the hull and a single machine gun turret; No 4 differed in having two machine gun turrets and No 5 in having the gun moved to a turret. During discussions about these proposals, Estienne pointed out that the intended long 47 mm gun had not entered production yet and that no high performance explosive charge was available to give it a sufficient effect on soft targets. Therefore, he insisted on fitting the standard 75 mm field gun, even if this would raise weight to 14.5 tonnes. A week later Schneider presented proposal No 6, which envisaged a vehicle weighing fourteen tonnes and having a shortened 75 mm gun in the turret. On 5 July 1917 drawings were ready of the type, which was now called the Schneider CA3. However, these included an alternative version with a shortened 75 mm gun in the hull. Estienne had misgivings about this project, questioning its trench crossing capacity and predicting engine power would be insufficient, given a weight that had by now reached 16.6 tonnes. Also he demanded a gun sight allowing some fire on the move capability. Nevertheless, on 24 July the Consultative Committee of the Artillerie Spéciale decided that the four hundred vehicles of the Schneider Modèle 1917 ordered on 10 May 1917, were to be of the CA3 type. These had to be delivered from May 1918 onwards. A prototype was ordered of each version — the mechanical parts in May and the armour hulls in July — but the company itself limited its construction activities to the one with the gun in the hull, probably because a cannon turret was judged to be "absurd" given the lack of enemy tanks and a machine gun turret was seen as necessary for close defence against infantry assault. Later that year, in an official answer to an inquiry by parliamentarian Paul Doumer regarding the progress achieved within French tank development, the designation "Schneider CA4" is used to indicate a design studied within the context of a larger order for two prototypes, weighing twenty tonnes and fitted with a cannon turret armed with the shortened 75 mm gun, and of which Schneider is unable to predict when the single prototype to be constructed would be finished, though deliveries could start in April 1918. A mock up was built of the Schneider CA3, and on 24 October the chassis was tested at SOMUA. During the summer however, Estienne and Pétain had become worried that the medium tank production might become an obstacle to the planned light tank mass production of the Renault FT. On 27 October the committee advised that the construction of the Schneider CA3 would be suspended in favour of light tank production. It argued that the type could probably not be delivered before August 1918 anyway, too late for the summer offensives of that year, and that an improved medium tank design should be taken into development instead. The ultimate decision not to produce the Schneider CA3 was only taken in February 1918. On 19 January 1918 it was proposed that the preproduced CA3 components would be used to construct a further two hundred Schneider artillery tractors. On 3 November 1917 the order for the Schneider CA4 prototype was annulled. The new medium tank project had already been started on 15 August 1917 and strived for a technically advanced seventeen tonne vehicle armed with a shortened 75 mm gun and benefiting from a much improved mobility. It remained a paper project. Sometimes projects of a more general investigative nature considered to employ Schneider CA hulls. In January 1917, engineer Louis Boirault proposed an articulated tank, a vehicle that would be long enough to cross wide trenches and yet sufficiently flexible to maintain mobility. Older literature sometimes suggested that he actually coupled two Schneiders rear to rear to research this concept. In fact, this was on 8 May 1917 merely advised by the committee judging the merits of the proposal, as a lighter alternative for Boirault's original plans which envisaged three hulls of a completely new design. The Schneider company would subsequently refuse to make any vehicles available and the project was continued based on the Saint Chamond hull.

Франция

Еще до окончания войны, 6 октября 1918 года, Этьен предложил постепенно выводить все танки Schneider из боевых частей, снимать с них вооружение и использовать в качестве учебных и эвакуационных машин. Эти машины следовало отличать от тех, что изначально использовались как танки снабжения, с удаленной пушкой и заделанным орудийным проемом. К концу 1918 года всем сохранившимся танкам Schneider было предписано переоборудование в подсобные машины, хотя степень и темпы этой перестройки остаются неизвестными. 1 декабря 1918 года группировки I и IV объединились с подразделениями Renault FT, а группировки II и III, вместе с AS 9 из группировки I, были реорганизованы в три новые тяжелые группировки (I, II и III), оснащенные британскими танками Mark V*. Некоторые из еще исправных Schneider были переоборудованы в эвакуаторы и танковые тягачи, поступившие на вооружение подразделений Renault FT. В 1928 году был представлен проект эвакуационного танка Schneider CA Modèle 1928, в котором верхний корпус был заменен моторизованным краном, стабилизируемым большим домкратом в задней части машины.

Последний выживший Schneider CA

Единственный сохранившийся экземпляр Schneider CA, находящийся в Музее бронетанкового вооружения в Самуре, также является старейшим в мире танком в полностью рабочем состоянии. В конце войны французское правительство передало его Соединенным Штатам Америки, где он был сохранен в музее Aberdeen Proving Ground Ordnance в штате Мэриленд, США, а в 1985 году вновь передан Франции для реставрации. Оригинальный четырехцилиндровый бензиновый двигатель Schneider и оригинальные трансмиссии были полностью восстановлены до исходного рабочего состояния ремонтными бригадами Музея бронетанкового вооружения. На этот конкретный танк были установлены более поздние модификации, такие как топливные баки, расположенные в задней части.

Последний сохранившийся диск Шнайдера

Последний сохранившийся экземпляр артиллерийского тягача этой модели в настоящее время находится в собственности Ассоциации "Франция 40".

Италия

Летом 1918 года Италия сформировала свое первое танковое подразделение, Reparto speciale di marcia carri d'assalto, оснащенное одним танком Schneider и тремя танками Renault FT; в ноябре 1918 года танк Schneider был заменен на FIAT 2000.

Испания

После окончания войны танки Schneider были экспортированы. После срочного запроса испанского правительства, последовавшего за серьезными поражениями от берберских повстанцев в войне в Рифе, шесть танков были проданы Испании 16 сентября 1921 года в рамках совместных франко-испанских усилий по подавлению недавно образованной Рифской республики. Транспортные средства получили обозначение Carro de Asalto Schneider M16 и были модифицированы путем добавления смотрового люка и пулеметного порта в переднюю лобовую плиту. Они прибыли в Марокко 28 февраля 1922 года. 14 марта 1922 года, став первыми испанскими танками, когда-либо участвовавшими в боевых действиях, они обеспечили непосредственную огневую поддержку. Рассматриваемые главным образом как мобильная артиллерия, они были объединены в артиллерийскую штурмовую батарею под командованием капитана Карлоса Руиса де Толедо, которая поддерживала единственную роту Renault FT. В сентябре 1925 года они приняли участие в крупных десантных операциях в бухте Аль-Хосейма. Танки Schneider участвовали в боевых действиях до мая 1926 года и вернулись в Испанию в 1929 году, не потеряв ни одной машины. В Испании, из-за плохого технического состояния, они были переведены в резерв и использовались в качестве учебных и инструкторских машин. Четыре из них находились в составе парка Regimiento Ligero de Carros de Combate N° 1 в Мадриде, подразделения Renault FT, а два других – в парке RLCC N° 2 в Сарагосе, другого подразделения Renault FT. С началом Гражданской войны в Испании первое подразделение осталось под командованием республиканцев, а второе перешло на сторону националистических повстанцев. Мадридские танки участвовали в кровопролитных атаках на Куартель де ла Монтанья, главную военную казарму столицы. Экипажи некоторых танков состояли из членов ополчения Всеобщего союза трудящихся и Союза пролетарских братьев. В начальных боях также участвовали танки из Сарагосы. Вероятно, все танки Schneider вышли из строя в 1936 году.

Китай

По словам английского военного наблюдателя Импея, к 1925 году армия Фэнтянь располагала несколькими танками "Шнейдер".