Сокровище из Маилденхолла: Римская серебряная посуда IV века

Введение

Клад римской серебряной посуды
Рассказ Роальда Даля
клад римских бронзовых монет из Милденхолла, Уилтшир

Сокровище Милденхолла – это крупный клад, состоящий из 34 шедевров римской серебряной посуды IV века нашей эры и являющийся, безусловно, самой ценной коллекцией римских предметов в Британии как с художественной точки зрения, так и по весу драгоценного металла. Он был найден в 1942 году в Уэст Роу, недалеко от Милденхолла, графство Саффолк. Коллекция включает более тридцати предметов, в том числе Большое блюдо, вес которого превышает…
Благодаря своей огромной важности и ценности коллекция экспонируется в Британском музее, а копии представлены в местном музее в Милденхолле.

История открытия

Сокровище было обнаружено во время вспашки поля в январе 1942 года Гордоном Бутчером, который извлек его из земли с помощью Сиднея Форда, у которого он работал в то время. Многие детали открытия остаются неясными, особенно учитывая, что это произошло во время войны. По-видимому, поначалу они не поняли, что это за предметы, хотя Форд коллекционировал древности. Форд очистил находки и выставил их в своем доме, используя некоторые в качестве повседневной утвари, а другие, такие как Большая чаша, – по особым случаям в кругу семьи. Форд сообщил о сокровище властям в 1946 году, после того как его знающий друг, доктор Хью А. Фосетт, увидел их у него дома. В том же году было проведено расследование, в ходе которого находка была официально признана «сокровищницей» и приобретена Британским музеем в Лондоне. В то время научное сообщество в целом не желало верить, что римское серебро такого высокого качества могло использоваться в Римской Британии, и ходило множество фантастических слухов и даже сомнений в том, что это вообще настоящая британская находка. Многочисленные хорошо задокументированные открытия высококачественных римских артефактов в последующие десятилетия, включая сокровище Хоксна, также найденное в Саффолке в 1992 году, развеяли все эти сомнения. В 1990-х годах Ричард Хоббс обратил внимание на важность частично вымышленного рассказа Роальда Даля и рассмотрел вопросы, связанные с фактическим обнаружением сокровища. В версии Даля Форд прекрасно понимал значимость находки, но не мог расстаться с ней. Он хранил и реставрировал ее втайне, но две ложки, выставленные на обозрение, были замечены неожиданным гостем, доктором Фосеттом. Форд и Бутчер получили по 1000 фунтов стерлингов каждый в качестве вознаграждения за находку, хотя и не обязательно полную сумму, поскольку находка была сообщена о ней ненадлежащим образом.

История выставки и публикации

Находка Милденхолла была выставлена в Британском музее в полном объеме сразу после завершения необходимой регистрации и реставрационных работ, последовавших за приобретением в 1946 году, и с тех пор остается постоянной экспозицией в римско-британской галерее музея, с редкими заимствованиями отдельных предметов для специальных выставок как внутри музея, так и за его пределами. Джон У. Брэйлсфорд оперативно опубликовал первый краткий обзорный каталог находки, и последовательные пересмотренные издания этой брошюры вышли в 1955 и 1964 годах. Более подробное, хотя и все еще краткое, исследование Кеннета С. Пейнтера было опубликовано в 1977 году. (Следует отметить, что каталожные номера в работе Painter 1977, цитируемые в описаниях ниже, соответствуют последовательности регистрационных номеров музея, 1946.10 1.1–34, установленной в первоначальном кураторском списке предметов). Самый выдающийся предмет в сокровищнице, Большая чаша (см. ниже), был проиллюстрирован и упоминался во множестве публикаций, включая значительную статью о поздних римских "изобразительных тарелках". Недавно Британский музей опубликовал детальное исследование сокровища.

Содержание клада

Сокровище состоит из серебряной посуды, образцы которой были распространены в IV веке, и, вероятно, было спрятано в течение этого столетия. Большинство предметов относительно крупные и все они отличаются очень высоким качеством изготовления. В состав клада входят две большие блюда для подачи, две маленькие украшенные тарелки для подачи, глубокая ребристая чаша, набор из четырех больших украшенных чаш, две маленькие украшенные чаши, две маленькие блюда на подставке, глубокая чаша с бортиком и глубокой куполообразной крышкой, пять маленьких круглых половников с ручками в форме дельфинов и восемь ложек с длинными ручками (кохлеарии).

Тарелки и блюда

Большая тарелка (также известная как тарелка Океана или тарелка Нептуна, по изображению морского бога в центре), диаметром и весом в 460 фунтов, является выдающимся произведением. Декорация, выполненная техникой чеканки с лицевой стороны, состоит из трех концентрических зон. В центре изображена голова морского божества, предположительно Океана, олицетворения океана, с бородой из морских водорослей и дельфинами, выплывающими из его волос. Этот портрет окружен узким внутренним фризом, населенным нереидами (морскими нимфами), тритонами и другими мифическими и реальными морскими существами, а глубокая внешняя зона содержит изображения бахических тиасов: танцы, музицирование и пиры бога Бахуса. В частности, изображен триумф Бахуса над Гераклом. Геракл показан шатающимся от опьянения и поддерживаемым двумя сатирами. Сам Бахус предстает со своей пантерой и Силеном в положении «12 часов» относительно ориентации головы Океана, поэтому на большинстве иллюстраций тарелки он изображен вверх ногами в верхней части композиции. В композиции также присутствует бог Пан, танцующий и играющий на своей свирели, а также несколько танцующих маэнад, жриц Бахуса, и сатиров. Весь дизайн традиционно языческий и отличается превосходным исполнением. Две небольшие тарелки (диаметром 188 и 185 мм соответственно, весом 539 и 613 г.) украшены в точности таком же стиле, как и Большая тарелка: на одной изображен бог Пан, играющий на свирели, и маэнада, играющая на двойной флейте; на другой – танцующий сатир с танцующей маэнадой. На нижней стороне обеих этих небольших тарелок выцарапаны граффити на греческом языке: «eutheriou», что означает «принадлежащий Эутерию». Обе тарелки также имеют выразительную бусинную окантовку, как и сама Большая тарелка, и несколько других предметов из этой коллекции. Другая большая плоская тарелка почти такого же размера, как Большая тарелка, диаметром 556 мм, но украшена совершенно другим, более сдержанным стилем, состоящим из линейного геометрического орнамента, инкрустированного контрастным черным ниэлло (сульфидом серебра) для создания широкой каемки и круглой центральной панели.

The Great Dish (also known as the Oceanus Dish or as the Neptune Dish, from the face of a sea god at its centre), which measures in diameter and weighs , is the outstanding piece. The decoration, which was worked by chasing from the front, is in three concentric zones. In the centre, the head of a marine deity, probably Oceanus, the personification of the ocean, is shown full face, with a beard made of seaweed, and with dolphins emerging from his hair. This portrait is surrounded by a narrow inner frieze of decoration, populated by nereids (sea nymphs), tritons and other mythical and natural sea creatures, while the deep outermost zone carries imagery of the Bacchic thiasos: the dancing, music making and drinking revels of the god Bacchus. More specifically, the triumph of Bacchus over Hercules is depicted. Hercules is shown staggering drunkenly and supported by two helpful satyrs. Bacchus himself appears with his panther and Silenus at the '12 o'clock' position on the circle in relation to the orientation of the Oceanus head, so that in most illustrations of the dish, he is seen upside down at the top of the picture. The god Pan also appears in the composition, dancing and brandishing his pan pipes, as do several dancing Maenads, the female devotees of Bacchus, and satyrs. The entire design is traditionally pagan, and is superbly executed. Two small plates (respectively 188 and 185 mm in diameter; weights 539 and 613 g.) are decorated in precisely the same style as the Great Dish: one shows the god Pan playing his pipes, and a maenad playing the double flute; the other shows a dancing satyr with a dancing maenad. Both of these small dishes have scratched graffiti in Greek on their undersides: eutheriou, meaning '(property) of Eutherios'. Both also have a bold, beaded edging, as do the Great Dish itself and several other items in the assemblage. Another large, flat serving platter is almost as big as the Great Dish, with a diameter of 556 mm, but it is decorated in a very different and more restrained style, consisting of linear geometric decoration, inlaid with contrasting black niello (silver sulphide) to form a wide rimmed border and a circular central panel.

Чаши

Глубокая, рифленая чаша с двумя небольшими поворотными ручками (которые были отсоединены при обнаружении, поскольку пайка имеет тенденцию ослабевать во время нахождения в земле) относится к типу, встречающемуся в нескольких поздних римских серебряных кладах, таких как сокровищница Эскилин в Риме и находка Трапрайн-Ло в Шотландии. Считается, что этот тип произошел от более ранних чаш в форме раковины и использовался для воды за обеденным столом, предназначенной для ополаскивания рук. Выгравированный геометрический узор в центре рифленой чаши из Маилденхолла изображает шестиконечную звезду, мотив, который не имел конкретного символического значения в римский период, а был лишь одной из многих популярных геометрических форм. Особый интерес представляет крытая чаша. Это самый ранний предмет в кладе и единственный, чья точная область изготовления в пределах Римской империи известна. Она относится к типу, который, как известно, производился в Галлии в III веке нашей эры. У нее узкий горизонтальный ободок, расположенный ниже прямого края и украшенный узорами в виде спиралей, инкрустированными ниэлло, и небольшой ниэллованной розеткой в центре основания. Она имеет высокую куполообразную крышку, которая плотно прилегает к вертикальному краю и украшена в совершенно другом стиле, двумя фризами с низким рельефом. Верхняя зона состоит из традиционного растительного орнамента, а нижняя – сцена, изображающая кентавров, нападающих на различных диких животных, разделенных масками Бахуса. Небольшой приподнятый ободок на верхней части крышки был бы достаточен для ее удержания, но в нем расположена «ручка» в виде позолоченной серебряной статуэтки молодого сидящего тритона, играющего на раковине. Эта фигура вполне могла быть вторичным дополнением к крышке; сама крышка, выполненная в стиле IV века, безусловно, является вторичным дополнением к чаше. Набор из четырех чаш с широкими горизонтальными ободками представляет собой более позднюю эволюцию формы чаши с ободком. Ободки, или ободки, отделаны крупными бусинами и имеют низкий рельеф, который вновь следует традиционной языческой, бахической тематике, с пасторальными сценами, многочисленными животными, как естественными, так и мифическими, и масками Бахуса. Внутри чаш также имеются круглые медальоны с фигурным изображением. На одной из них (№ 5) изображена сцена, где охотник нападает на медведя. Эта чаша диаметром 300 мм немного больше, чем остальные три, диаметр которых составляет 268 мм, и центральные медальоны изображают отдельные головы в профиль: молодая женщина, закутанная матрона и голова в шлеме. Идентификация этих фигур остается неопределенной. Существует пара небольших чаш с ободком (диаметр 168 мм): они искусно украшены бусинами, растительными спиралями и маленькими птицами и зайцами на ободках, а в центре основания имеются розетки в рельефе. Основная часть этих маленьких чаш имеет тонкий, рифленый внутренний узор.

A deep, fluted bowl with two small swing handles (which were detached at the time of discovery, because solder tends to loosen during burial) is of a type found in several late Roman silver hoards, such as those in the Esquiline Treasure from Rome, and from Traprain Law in Scotland. The type is thought to have developed from earlier shell shaped bowls, and to have been used to contain water at the dining table, intended for rinsing diners' hands. The chased geometric design in the centre of the Mildenhall fluted bowl depicts a six pointed star, a device that had no specific symbolic meaning in the Roman period, but was simply one of many popular geometric figures. The covered bowl is a vessel of particular interest. It is the earliest object in the hoard, and the only one whose general area of manufacture within the Roman Empire is known for certain. It belongs to a type that is known to have been manufactured in Gaul in the 3rd century AD. It has a narrow, horizontal flange set below the upright rim and decorated with scroll patterns inlaid in niello, and a small nielloed rosette within the centre base. It has a high, domed lid that fits neatly over the vertical rim and has been decorated in a very different style, with two friezes of low relief decoration. The upper zone consists of conventional foliate ornament, while the lower is a scene of centaurs attacking various wild animals, separated by Bacchic masks. The small raised rim at the top of the lid would have sufficed for handling it, but set within it is a 'knob' in the form of a silver gilt statuette of a young, seated triton blowing a conch shell. This figure may well be a secondary addition to the lid; the lid itself, in 4th century style, is certainly a secondary addition to the bowl. A set of four bowls with wide, horizontal rims represent a later development of the flanged bowl form. The rims, or flanges, are edged with large beads, and have low relief decoration that once more follows the traditional pagan, Bacchic theme, with pastoral scenes, numerous animals, natural and mythical, and Bacchic masks. They also have circular medallions of figural decoration within the bowl. One (no.5) has a scene showing a hunter attacking a bear. This bowl, with a diameter of 300 mm, is a little larger than the other three, which all have a diameter of 268 mm and central medallions depicting single heads in profile: a young woman, a veiled matron, and a helmeted head. The identification of these figures remains uncertain. There is a matching pair of smaller flanged bowls, (diameter 168 mm): they are intricately decorated with beading, foliate scrolls and small birds and hares on the rims, and have rosettes in relief in the centre base. The main bodies of these little bowls have a delicate, fluted internal pattern.

Посуда с пьедесталом

Две пьедестальные тарелки также составляют пару. Изначально считалось, что это кубки с широкими плоскими основаниями, несколько напоминающие современные винные бокалы по форме, однако растительный орнамент на "основаниях" и относительно необработанные внутренние поверхности "чаш" указывают на то, что их использовали перевернутыми – как небольшие плоские блюда (диаметром 115 мм) на ножке с чашевидным основанием. Сосуды той же формы обнаружены в сокровищнице Трапрайн-Ло, найденной в 1919 году.

Ложки

Остальные предметы из коллекции Милденхолла – это небольшие столовые приборы: пять круглых половников или ложек и восемь ложек с длинными ручками типичного позднеримского типа кохлеар. Круглые половники имеют зооморфные ручки, отлитые в форме дельфинов. Схожий предмет имеется в сокровище Трапрайн, а в кладе Хоксне обнаружены два комплекта по десять половников этого типа (хотя и без зооморфных ручек). Из половников Милденхолла сохранились только четыре ручки, и одна из них сломана и неполная. Поскольку ручки и чаши были спаяны в древности и разъединились в процессе захоронения, установить, какая ручка к какой чаше относится, невозможно. Теоретически, если каждая чаша и ручка принадлежали разным приборам, изначально могло быть до девяти половников. Однако, вероятнее всего, ручки и чаши принадлежат одной и той же группе; поэтому коллекция была реконструирована как пять половников, объединив сохранившиеся ручки и чаши.

Надписи

Граффити, указывающие на принадлежность Эутериоса к двум небольшим бакхическим блюдам, нескольким предметам из находок Милденхолла, как и многие крупные предметы римской серебряной посуды из других кладов, несут весовые клейма. Эти клейма нацарапаны в малозаметных местах, например, на основаниях, и их бывает очень трудно прочитать и интерпретировать, поскольку они не всегда указывают вес самого предмета, а порой – вес всего набора, частью которого он является. Хотя домашняя серебряная посуда использовалась для демонстрации статуса, и поэтому ее художественные качества были важны для владельца, стоимость драгоценного металла в виде слитков составляла часть его богатства и требовала учета и записи.

Важность

В сокровищнице Милденхолла хранятся изделия, которые, несомненно, относятся к высшему разряду римского искусства и ремесла в международном масштабе. Хотя сокровище было найдено при обстоятельствах, оставляющих множество вопросов без ответа относительно причин и времени его укрытия, общая датировка IV веком является достоверной, а украшения с традиционными языческими мотивами, присутствующие в некоторых незначительных предметах, характерны для этого периода перемен в Римской империи. Мы пока не можем установить место изготовления таких предметов, как Большая чаша, но, вероятно, можно предположить, что это было где-то в Средиземноморье. Темпы обнаружения металлических кладов всех периодов в Великобритании ускорились с середины XX века благодаря сочетанию факторов, включая изменения в сельскохозяйственной практике, развитие металлопоиска как хобби и повышение интереса общественности к археологии. Коллекция из Милденхолла исключительна по любым меркам, но в 1946 году она казалась слишком ценной, чтобы быть британской находкой. Более ранние находки, такие как сокровища из Трапрайн-Ло и с Эскилинского холма в Риме, а также более поздние, такие как сокровище Кайзераугста из Августы Раурики в Швейцарии и клад из Хоксне, позволяют теперь рассматривать сокровище Милденхолла в международном и римско-британском контексте, что подтверждает использование в пограничной провинции Британии в IV веке н.э. личных вещей высочайшего качества. В этом контексте материал из Милденхолла по-прежнему является выдающимся как частичный комплект серебряной посуды того времени. Этот клад занял 7-е место в списке британских археологических находок, отобранных экспертами Британского музея для документального фильма BBC 2003 года "Наши десять лучших сокровищ", представленного Адамом Хартом Дэвисом.

Противоречия

Хотя большинство исследователей согласны с идентификацией и датировкой предметов и их связью с местом находки Милденхолл, некоторые ученые, современники открытия, высказывали подозрения, что сокровище Милденхолла было датировано неверно или, возможно, не происходило из Милденхолла. Они утверждали, что изделия не соответствуют стилю и качеству работы, ожидаемому в провинциальной римской Британии, и поскольку на них нет следов повреждений, возникших при "обнаружении" плугом или лопатой, существует вероятность, что они были захоронены не в Милденхолле на протяжении веков, а привезены оттуда. Некоторые предполагали, что предметы были разграблены на территории Италии во время Второй мировой войны, вывезены в Англию и повторно захоронены для имитации "археологической находки". Однако большинство исследователей не придают этой теории большого значения и придерживаются общепринятой версии о том, что предметы были спрятаны римлянами, спасавшимися от опасности, которые намеревались вернуться за ними, но так и не смогли этого сделать. Утверждение о том, что в британской провинции не могло быть серебряных изделий столь высокого качества, было опровергнуто рядом последующих находок, например, кладом из Хоксна.