Последний квартет Шостаковича: История создания и трагический финал

Введение

Струнный квартет № 15 ре-бемоль минор, соч. 144 Дмитрия Шостаковича – последнее произведение композитора. Это был его первый квартет после Шестого (и единственный из трёх), не имевший посвящения.

История

По словам Софии Хентовой, Пятнадцатый квартет был задуман как "важный рубеж", предвещающий следующие девять струнных квартетов, которые Шостакович намеревался сочинить для Бетховенского квартета. Ранее он обещал им цикл из 24 квартетов во всех мажорных и минорных тональностях. Шостакович сказал лидеру квартета, Цыганову Дмитрию Михайловичу, что следующий квартет будет посвящен Бетховенскому квартету в знак его преданности ансамблю. Пятнадцатый квартет Шостаковича был создан по образцу Третьего квартета его бывшего ученика Бориса Чайковского, который состоит целиком из медленных частей. 2 мая 1974 года Шостакович позвонил Исааку Гликману и сообщил, что начал работу над новым струнным квартетом. Несмотря на трудности с правой рукой, он продолжал сочинять, находясь на лечении в московской больнице. После выписки он с женой уехал на лето в дачу в Репино. Квартет был завершен 17 мая 1974 года. 3 июня Гликман навестил Шостаковича, который сказал ему, что закончил квартет: "Я не знаю, насколько он удачен, но я получил удовольствие от его написания". Пятнадцатый стал его первым квартетом после Шестого и одним из немногих трех, не имевших посвящения. Он также был одним из двух квартетов, не исполненных впервые Бетховенским квартетом. В сентябре Шостакович вернулся в Москву и представил свой новый квартет членам Бетховенского квартета. К тому времени слабое здоровье не позволило Шостаковичу дать предварительное исполнение на фортепиано, как он делал с предыдущими квартетами. Он передал партитуру Цыганову и сказал: "Я не могу его сыграть. Посмотрите сами". У виолончелиста квартета, Сергея Петровича Ширинского, одного из двух оставшихся членов-основателей, в начале года случился сердечный приступ, и его здоровье продолжало ухудшаться. В результате Бетховенский квартет отложил репетиции премьеры Пятнадцатого, что беспокоило Шостаковича. Во время репетиций он попросил музыкантов сыграть начальную часть "так, чтобы мухи падали замертво, а зрители покидали зал от скуки". После репетиций утром 18 октября Ширинский скончался. Шостакович попросил Танеевский квартет, с партитурой которого он уже был знаком, взять на себя ответственность за мировую премьеру, и они согласились. Перед московской премьерой Дмитрий Цыганов, последний из оставшихся в живых членов-основателей Бетховенского квартета, посетил Шостаковича в больнице за советом по интерпретации. Композитор сказал ему, что начал обдумывать свой следующий квартет, а затем добавил: "Знаешь, Митя, я не смогу закончить обещанный тобой цикл из 24 квартетов".

According to Sofia Khentova, the Fifteenth Quartet was intended as a "milestone" heralding the next nine string quartets that Shostakovich intended to compose for the Beethoven Quartet. He had previously promised them a cycle of 24 quartets in all major and minor keys. Shostakovich told the quartet's leader, Цыганов, Дмитрий Михайлович, that the next quartet would be dedicated to the Beethoven Quartet as a testament to his loyalty to the ensemble. Shostakovich's Fifteenth Quartet was modeled on the Third Quartet by his former pupil, Boris Tchaikovsky, which is composed entirely of slow movements. On May 2, 1974, Shostakovich telephoned Isaak Glikman and told him he had begun work on a new string quartet. Despite difficulties with his right hand, he continued to compose while convalescing in a Moscow hospital. After being discharged, he and his wife traveled to their dacha in Repino for the summer. He completed the quartet on May 17, 1974. On June 3, Glikman visited Shostakovich, who told him he had completed the quartet: "I don't know how good it is, but I had some joy in writing it." The Fifteenth was his first quartet since the Sixth and one of only three that did not bear a dedication. It was also only one of two that were not premiered by the Beethoven Quartet. In September, Shostakovich returned to Moscow and presented his new quartet to the members of the Beethoven Quartet. By that point, poor health left Shostakovich unable to give a preliminary performance on the piano as he had with his previous quartets. He handed the score to Tsyganov and told him, "I cannot play it. Just see it for yourself." The quartet's cellist, Ширинский, Сергей Петрович, one of the group's two remaining founding members, had a heart attack earlier that year and was also having health problems at the time. As a result, the Beethoven Quartet delayed rehearsals for the Fifteenth's premiere, which worried Shostakovich. During the rehearsals, he asked the members to play the opening movement "so that flies drop dead in mid air and the audience start leaving the hall from sheer boredom." After rehearsals on the morning of October 18, Shirinsky died. Shostakovich asked the Taneyev Quartet, whom he had already familiarized with the score, to take over the responsibility of the world premiere, an offer which they accepted. Prior to the Moscow premiere, Dmitri Tsyganov, the Beethoven Quartet's last surviving founding member, visited Shostakovich in the hospital for interpretive advice. The composer said to him that he had begun to think over his next quartet, then added: "You know, Mitya, I will not be able to finish the cycle of 24 quartets I had promised you."

Музыка

Струнный квартет № 15 состоит из шести частей, исполняемых без пауз. Все, кроме одной, обозначены как "Adagio", а "Похоронный марш" – как "Adagio molto": Фуга, основанная на теме, напоминающей народную мелодию, составляет начальную "Элегию" – самую протяженную из шести частей. За ней следует "Серенада", в которой серия sforzando обрамляет фрагментированную вальсовую мелодию, обе из которых построены на двенадцатитоновой серии. Далее следует "Интермеццо", содержащее самоцитату из оперы "Нос", впервые восстановленной в Советском Союзе за 45 лет до премьеры квартета. Затем звучит лирический "Ноктюрн", после которого характерный пунктирный мотив, исполняемый унисон, предвещает "Похоронный марш". Квартет завершается "Эпилогом", в котором кратко вспоминаются предыдущие части, постепенно затихая diminuendo. В статье, опубликованной в Информационном бюллетене Агентства по авторским правам Советского Союза, Шостакович писал: "Я стремился создать [Пятнадцатый квартет] как драматическое произведение; трудно сказать, удалось ли мне это". Типичное исполнение длится около 37 минут. Это самый продолжительный из квартетов Шостаковича.

Премьеры

Мировая премьера состоялась в Ленинграде 15 ноября 1974 года в Малом театре Глинки в присутствии композитора. 11 января 1975 года Квартет имени Бетховена представил произведение в Москве, где виолончелист Евгений Альтман заменил Ширинского. Первое исполнение за пределами Советского Союза состоялось 11 марта 1975 года в Ковентри (Англия), в Центре искусств Университета Уорик; произведение исполнил Фицвиллиамский квартет. Американская премьера состоялась 23 января 1976 года в колледже Диабло-Вэлли в Конкорде (Калифорния). Его исполнил квартет местных музыкантов-любителей в программе, посвященной памяти Шостаковича; в составе квартета были скрипачи Чарльз Стронг и Чарльз Блоссом, альтист Дэвид Грин и виолончелистка Анна Йованович. Последняя получила копию партитуры от Ирины Шостакович, вдовы композитора, во время визита в Советский Союз. В рецензии для газеты Birmingham Post Джон Фалдинг отметил, что способность Шостаковича поддерживать "глубокую печаль и атмосферу абсолютного отчаяния" квартета является "признаком его гения". Чарльз Шир в Oakland Tribune увидел в музыке отдание дани поздним произведениям Людвига ван Бетховена, а Стивен Уолш в The Observer оценил произведение негативно и невыгодно сравнил его с Восьмым квартетом. Он также описал поздний стиль композитора как содержащий "более чем оттенок капитуляции" и склонный к повторениям:

Но если в [Восьмом квартете] этот стиль был еще новым и очевидно выражал что-то глубоко личное для композитора, то в [Пятнадцатом] он приобретает совершенно иной, более негативный оттенок — фактически, становится просто отсутствием средств выразительности. Словно композитор давно определил, каким должен быть его элегический стиль, и теперь просто использует его снова, но без ощущения новизны. Курт Зандерлинг, друг композитора, предположил, что он задумал произведение как эпитафию самому себе: "Возможно, потому что оно было настолько невыразимо ужасающим, что он не мог посвятить его кому-либо". В своем обзоре квартетов Шостаковича Венди Лессер написала, что композитор "ощущает в этом квартете, что невозможно успокоиться в комфортном смирении, невозможно слабо или даже бесстрашно принять смерть, потому что в нас всегда есть стремление к жизни".