Инцидент в Керраге: Военный мятеж против ирландского Хоум Рула в 1914 году.

Введение

Угроза мятежа британских офицеров против приказов о введении ирландского самоуправления в 1914 году.

Инцидент в Курраге 20 марта 1914 года, иногда известный как мятеж в Курраге, произошел в Курраге, графство Килдар, Ирландия. Лагерь Курраг в то время был основной базой британской армии в Ирландии, которая тогда все еще являлась частью Соединенного Королевства Великобритании и Ирландии. Ирландии было предначертано получить определенную степень децентрализованного управления, включая Ольстер, позднее в этом году. Инцидент имеет важное значение в ирландской истории XX века и примечателен тем, что это один из немногих случаев после Английской гражданской войны, когда элементы британской армии открыто вмешивались в политику. Он широко рассматривается как мятеж, хотя никаких фактически отданных приказов не было нарушено. В связи с тем, что ирландское самоуправление должно было вступить в силу в 1914 году, британский кабинет министров рассматривал возможность военных действий против юнионистских "Ольстерских добровольцев", которые угрожали восстанием против него. Многие офицеры, особенно те, кто имел ирландские протестантские корни, среди которых наиболее известен Хьюберт Гоф, угрожали уйти в отставку или принять увольнение, нежели подчиняться приказам о проведении военных операций против юнионистов, и получали тайную поддержку от старших офицеров в Лондоне, включая Генри Уилсона. Хотя кабинет министров опубликовал документ, утверждающий, что произошел недосмотр, военный министр Дж. Э. Б. Сили и начальник Имперского генерального штаба (CIGS) фельдмаршал сэр Джон Френч были вынуждены уйти в отставку после внесения в него поправок, гарантирующих, что британская армия не будет использована против лоялистов Ольстера. Это событие укрепило уверенность юнионистов и способствовало росту ирландского националистического движения, убедив ирландских националистов в том, что они не могут рассчитывать на поддержку британской армии в Ирландии.

Предыстория

В начале 1912 года либеральное британское правительство Х. Х. Асквита представило Третий законопроект о домашнем правлении для Ирландии, который предусматривал создание автономного ирландского парламента в Дублине. Юнионисты возражали против подчинения юрисдикции предлагаемого Дублинского парламента, и ульстерские юнионисты в 1912 году основали военизированную организацию «Ольстерские добровольцы» (UVF), при поддержке ряда высокопоставленных британских офицеров в отставке, чтобы при необходимости сражаться против британского правительства и/или против будущего ирландского правительства с домашним правлением, как это предлагалось в законопроекте. В сентябре 1913 года начальник Имперского генерального штаба (CIGS) Джон Френч выразил правительству и королю (который также запросил мнение Асквита) опасения, что британская армия, если ей будет приказано действовать против UVF, может расколоться, и некоторые действующие офицеры даже перейдут на сторону ульстерских юнионистов, поскольку многие разделяли их взгляды на сохранение и защиту протестантской Британской империи и считали, что домашнее правление для преимущественно католической Ирландии будет представлять для нее угрозу. Генерал-майор Генри Хьюз Уилсон, директор военных операций, поддерживал регулярные контакты с лидерами оппозиции (включая Бонара Лоу) и с отставными офицерами, симпатизирующими добровольцам.

Приказы Паджета.

Чтобы справиться с угрозой насилия со стороны УФВ в случае принятия законопроекта о домашнем правлении британским парламентом, начальник Генерального штаба (CIGS) фельдмаршал сэр Джон Френч и государственный секретарь по военным делам Дж. И. Б. Сили вызвали для переговоров в Военное министерство в октябре 1913 года генерала сэра Артура Пейджета, главнокомандующего в Ирландии. Письмо Пейджета (19 октября) указывает на его стремление к "частичной мобилизации", в то время как Сили писал премьер-министру (24 октября) о возможном использовании генерала Невиля Макреди, имевшего опыт контроля над толпой во время беспорядков в Тонипанди в 1910 году и консультировавшегося с Бирреллом по поводу применения войск при беспорядках в Белфасте в 1912 году. В октябре 1913 года Сили направил Макреди для доклада о состоянии полиции в Белфасте и Дублине. Пейджету было приказано подготовиться к развертыванию войск для предотвращения захвата оружия "злоумышленниками" и прибыть в Лондон для получения дальнейших инструкций. Сили добился согласия Френча, неоднократно заверяя его в достоверности разведданных о возможном марше УФВ на Дублин. План предусматривал занятие правительственных зданий, отражение любых атак УФВ и охрану арсеналов в Омаге, Эннискиллене, Армаге, Дандалке и Каррикфергусе для предотвращения кражи оружия. Были обсуждены шесть различных сценариев, включая вооруженное сопротивление войскам при их движении к складам оружия. Сили также пообещал Пейджету подкрепления "до последнего человека" для поддержания законности в Ирландии. В случае железнодорожной забастовки или других препятствий Черчилль предложил переброску войск военно-морским транспортом. Позже политики утверждали, что на встрече с Пейджетом в Лондоне они лишь словесно детализировали приказы, которые он уже получил от Военного министерства, однако Асквит впоследствии признал, что это было неправдой; на встрече Пейджету также было приказано отправить войска в Ньюри (старая, пустая казарма без запасов) и Дандалк, оба расположенные в ирландских националистических районах и поэтому маловероятно, что будут захвачены УФВ, но имеющие стратегическое значение для взятия Ольстера под военный контроль. Позже было предположено (во что верил сэр Джеймс Фергюсон, сын Чарльза Фергюсона), что развертывание войск могло быть "заговором" Черчилля и Сили с целью спровоцировать лоялистов на восстание, которое затем будет подавлено, хотя эта точка зрения не является общепринятой. Вечером 18 марта Пейджет отправил телеграмму генерал-майору Ловику Френду, сообщая, что переброска войск должна быть завершена к рассвету 31 марта. Пейджет был вызван на еще одно совещание 19 марта, на котором Сили заявил, что правительство продолжает продвигать законопроект о домашнем правлении и не намерено допускать гражданскую войну, подразумевая, что УФВ должны быть подавлены, если они попытаются ее начать. Принц Луи Баттенберг (Первый морской лорд) также присутствовал на встрече, поскольку в тот же день 3-й боевой эскадре было приказано направиться в Ламлаш на Ферт-оф-Клайд. На следующую ночь Черчилль сказал Френчу, что его корабли подожгут Белфаст за 24 часа, в то время как другие суда были готовы помочь в переброске войск в Ольстер (в случае забастовки лояльных железнодорожников). В тот вечер, после того как Карсон покинул дебаты в Палате общин и отправился в Ольстер, где ему предстояло объявить о создании временного правительства, Асквит, Сили, Черчилль, Биррелл, фельдмаршал Френч и генерал Пейджет провели экстренное совещание на Даунинг-стрит, где Асквит настоял на отправке дополнительной пехоты для защиты артиллерии в Дандалке, которую Френч хотел вывести. Сили утверждал, что в Ольстере назревает переворот юнионистов, хотя никаких следов его разведданных не сохранилось.

To deal with the threat of violence from the UVF should the Home Rule Bill be passed in the British Parliament, Chief of the General Staff (CIGS) Field Marshal Sir John French and Secretary of State for War J. E. B. Seely summoned General Sir Arthur Paget, Commander in Chief in Ireland, for talks at the War Office in October 1913. Paget's letter (19 October) suggests that he wanted "partial mobilisation" while Seely wrote to the Prime Minister (24 October) about the potential use of General Nevil Macready, who had experience of crowd control during the Tonypandy riots in 1910, and had been consulted by Birrell about the use of troops in the Belfast riots of 1912. In October 1913, Seely sent Macready to report on the police in Belfast and Dublin. Paget was ordered to prepare to deploy troops to prevent "evil disposed persons" seizing weapons, and summoned to London for further instructions. Seely obtained French's compliance by repeatedly assuring him of the accuracy of intelligence that the UVF might march on Dublin. The plan was to occupy government buildings, to repel any assaults by the UVF and to guard the armouries at Omagh, Enniskillen, Armagh, Dundalk and Carrickfergus to prevent thefts of weapons. Six different contingencies were discussed, including armed resistance to the troops as they moved to protect the arms depots. Seely also promised Paget reinforcements " to the last man " to uphold the law in Ireland. In the event of a railway strike, or other obstacle, Churchill offered transport of forces by the Royal Navy. The politicians later claimed that at the meeting when Paget arrived in London, they merely gave verbal amplification to orders which he had already received from the War Office, but Asquith later admitted that this was untrue; at the meeting Paget was also told to send troops to Newry (an old, empty barracks with no stores) and Dundalk, both in Irish nationalist areas and so unlikely to be seized by the UVF, but of strategic importance in any move to bring Ulster under military control. It was later suggested (a claim believed by Sir James Fergusson, Charles Fergusson's son) that the move to deploy troops may have been a "plot" by Churchill and Seely to goad the loyalists into a rebellion which would then be put down, although this view is not universally held. On the evening of 18 March, Paget wired Major General Lovick Friend that the troop movements were to be completed by dawn on Sunday 31 March. Paget was summoned to another meeting on 19 March at which Seely declared that the government was pressing ahead with Home Rule and had no intention of allowing civil war to break out, suggesting that the UVF were to be crushed if they attempted to start one. Prince Louis of Battenberg (First Sea Lord) was also at the meeting, as that day the 3rd Battle Squadron was ordered to steam to Lamlash on the Firth of Clyde. The following night Churchill told French that his ships would have Belfast in flames in 24 hours, while other vessels were ready to help deploy troops to Ulster (in case of a strike by loyalist railwaymen). That evening, after Carson had stormed out of a Commons debate and departed for Ulster, where he was expected to declare a provisional government, Asquith, Seely, Churchill, Birrell, Field Marshal French, and General Paget had an emergency meeting at 10 Downing Street where Asquith insisted that extra infantry be sent to defend the artillery at Dundalk, which French wanted to withdraw. Seely claimed that a unionist coup was imminent in Ulster, although no trace of his intelligence survives.

Отставки

Педже отправился в Дублин той ночью в состоянии крайнего возбуждения, не получив письменных приказов (неясно, было ли это связано с нежеланием политиков оставлять что-либо на бумаге). На следующее утро (пятница, 20 марта) Паджет обратился к генералам Ролту, Катберту, Гофу и Фергюссону (ГКК 5-й пехотной дивизии) и трем штабным офицерам в своей штаб-квартире на Паркгейт-стрит в Дублине. Существует три различных отчета (написанные Паджетом, Фергюссоном и Гофом в его мемуарах «Soldiering On»), но очевидно, что Паджет усугубил ситуацию. По словам Гофа, он заявил, что «активные операции должны начаться против Ольстера». Затем Паджет утверждал, что получил «уступки» от Сили, а именно, что офицерам, проживающим в Ольстере, будет разрешено «исчезнуть» на время, а другим офицерам, отказавшимся служить против Ольстера, будет предложено уволиться, а не уйти в отставку. Френч, Паджет и адъютант-генерал Спенсер Эварт действительно (19 марта) согласились исключить офицеров с «прямыми семейными связями» в Ольстере и уволить остальных, отказавшихся участвовать. Паджет сказал Гофу, который спросил, означает ли «исчезнуть» отсутствие с отпуском или без него, и у которого были семейные связи с Ольстером, но он там не жил, что он не может рассчитывать на милость от «его старого друга из военного ведомства» (Джона Френча). Ричард Холмс писал, что, по сути, предъявляя своим офицерам ультиматум, Паджет действовал безрассудно, поскольку большинство, вероятно, просто подчинились бы, если бы им просто приказали двигаться на север. Паджет завершил встречу, приказав своим офицерам поговорить со своими подчиненными и затем доложить о результатах. Фергюссон перехватил Гофа и одного из бригадиров пехоты и предупредил, что армия должна держаться вместе любой ценой, и что он сам будет выполнять приказы. Гоф заявил, что не будет, и отправился поговорить с офицерами 5-го Лансерского полка (одного из полков под его командованием), а также послал телеграмму своему брату Джонни, начальнику штаба Хейга в Олдершоте. Гоф не присутствовал на второй встрече во второй половине дня, на которой Паджет подтвердил, что целью переброски войск было запугать Ольстер, а не вступать в бой. Приказы о передислокации были озаглавлены «Служебные обязанности по приказу – Активные операции в Ольстере», и Гоф позже предположил, что «активные операции» звучали как нечто большее, чем просто предупредительное защитное развертывание. Гоф предложил офицерам под своим командованием в близлежащих казармах Марлборо (ныне казармы Макки) выбор: уйти в отставку, а не сражаться против добровольцев Ольстера. Ультиматум был передан остальным подразделениям 3-й кавалерийской бригады Гофа, расположенным в 25 милях от лагеря Курра. Вечером 20 марта Паджет отправил телеграмму в военное ведомство в Лондоне, сообщив, что почти все офицеры 5-го Лансерского полка намерены уйти в отставку, и, вероятно, то же самое относится и к 16-му Лансерскому полку. Сили от имени Армейского совета ответил, приказав Паджету отстранить от должности любого старшего офицера, предложившего уйти в отставку, и потребовал, чтобы Гоф и два из трех его полковников (положение третьего оставалось неясным) доложились в военное ведомство. Вторая телеграмма, отправленная незадолго до полуночи, подтвердила, что 57 офицеров предпочли увольнение (на самом деле их было 61, включая Гофа): На момент инцидента в 3-й кавалерийской бригаде служило 70 офицеров. Офицеры технически не виновны в мятеже, поскольку они подали в отставку до отказа выполнять прямой приказ. Поскольку все они находились в бригаде Гофа и были проинформированы о его сомнениях относительно приказов Сили, он был представлен как центральная фигура этого инцидента. Четводе был назначен на место Гофа в случае необходимости. До 100 других офицеров ирландского командования угрожали уйти в отставку.

Paget travelled to Dublin that night in a state of high excitement, having been given no written orders (it is unclear whether this was because the politicians were reluctant to put anything in writing). The next morning (Friday 20 March), Paget addressed Generals Rolt, Cuthbert, Gough, and Fergusson (GOC 5th Infantry Division), and three staff officers, at his Parkgate Street H. Q. in Dublin. Three different accounts exist (written by Paget, by Fergusson, and by Gough in his memoirs Soldiering On), but it is clear that Paget exacerbated the situation. By Gough's account, he said that "active operations were to commence against Ulster". Paget then claimed that he had obtained "concessions" from Seely, namely that officers who lived in Ulster would be permitted to "disappear" for the duration, and that other officers who refused to serve against Ulster would be dismissed rather than being permitted to resign. French, Paget, and Adjutant General Spencer Ewart had indeed (on 19 March) agreed to exclude officers with "direct family connections" to Ulster, and to dismiss other officers who refused to participate. Paget told Gough, who queried whether "disappear" meant absence with or without leave, and who had a family connection to Ulster but did not live there, that he could expect no mercy from "his old friend at the War Office" (John French). Richard Holmes wrote that in effectively offering his officers an ultimatum, Paget was acting foolishly, as the majority might simply have obeyed if simply ordered north. Paget ended the meeting by ordering his officers to speak to their subordinates and then report back. Fergusson collared Gough and one of the infantry brigadiers, and warned that the Army must hold together at all costs, and that he himself would obey orders. Gough said that he would not, and went off to speak to the officers of the 5th Lancers (one of the regiments under his command) and also sent a telegram to his brother Johnnie, Haig's Chief of Staff at Aldershot. Gough did not attend the second meeting in the afternoon, at which Paget confirmed that the purpose of the move was to overawe Ulster rather than fight. The deployment orders were headed "'Duty as ordered – Active Operations in Ulster", and Gough later suggested that "active operations" sounded as if it were much more than a cautionary protective deployment. Gough offered the officers under his command at nearby Marlborough Barracks (now McKee Barracks) the choice of resignation rather than fighting against the Ulster Volunteers. The ultimatum was passed on to the rest of Gough's 3rd Cavalry Brigade 25 miles away at the Curragh Camp. On the evening of 20 March, Paget sent a telegram to the War Office in London announcing that almost all the officers of 5th Lancers intended to resign and the same was probably true of 16th Lancers. Seely replied, on behalf of the Army Council, telling Paget to suspend any senior officer who had offered to resign, and ordering Gough and two of his three colonels (the attitude of the third was unclear) to report to the War Office. A second telegram just before midnight confirmed that 57 officers preferred to accept dismissal (it was actually 61 including Gough):

At the date of the incident, 70 officers were serving with the 3rd Cavalry Brigade. The officers were not technically guilty of mutiny, as they had resigned before refusing to carry out a direct order. As all were in Gough's brigade, and as they were informed of his reservations about Seely's orders, he was portrayed as central to the whole incident. Chetwode was nominated to take Gough's place if necessary. Up to 100 other officers of Irish Command threatened to resign.

Результаты

Генерал сэр Чарльз Фергюсон, командующий 5-й дивизией в Ирландии, осмотрел подразделения утром в субботу 21 марта, чтобы убедиться в их будущем соответствии правительственной политике. Позже один из его офицеров сказал, что он [Фергюсон] напомнил им, что, хотя они, естественно, могут придерживаться частных политических взглядов, официально они не должны поддерживать ни одну политическую партию. Их долгом было повиноваться приказам, идти туда, куда их посылали, и выполнять инструкции любой политической партии, находящейся у власти. Не было никаких сантиментов; это были прямые и четкие слова, именно то, что было нужно. Паджет поступил так же, но его речь один полковник описал как "абсолютно неубедительную и нерешительную". Однако Паджету удалось осуществить меры предосторожности, запланированные на 18 и 19 марта. Пожилой фельдмаршал Робертс, недавно обменявшийся с Френчем по телефону "оскорблениями" из-за того, что он считал сотрудничеством Френча с "подлыми" планами правительства, узнал, что Паджет, говоря об "активных операциях" и давая офицерам возможность обсуждать гипотетические приказы и угрожать отставкой, действовал без полномочий и оставил записку Хьюберту Гофу с соответствующим уведомлением. Король написал Асквиту с просьбой консультироваться с ним, прежде чем предпринимать какие-либо дальнейшие шаги. Гоф, вызванный в военное ведомство, подтвердил (в воскресенье, 22 марта), что он подчинился бы прямому приказу выступить против Ольстера. Когда он встретился с королем вечером, Френч, получив совет от лорда-канцлера Холдейна о том, что Паджету не следовало спрашивать офицеров о "гипотетических обстоятельствах", также пригрозил уйти в отставку, если Гофа не восстановят в должности. Паджету было приказано прибыть в Лондон, Макреди был отправлен в Белфаст (но без официального объявления), а Асквит сообщил королю, что Паджет действительно превысил свои полномочия, что планировалась только охрана складов боеприпасов, развертывание флота было отменено и никаких дальнейших перемещений войск без консультации с королем не будет. Либеральное правительство Асквита отступило, заявив о "честном недоразумении". По предложению Френча Сили получил документ от Кабинета министров, в котором говорилось, что Армейский совет удовлетворен тем, что инцидент был недоразумением, и что "долг каждого солдата – повиноваться законным приказам". Сили добавил два абзаца, в которых утверждалось, что правительство имеет право использовать "силы короны" в Ирландии или в другом месте, но не намерено применять силу "для подавления оппозиции законопроекту о самоуправлении". Неясно, была ли эта – внесение изменений в документ Кабинета министров без одобрения Кабинета – честной ошибкой Сили или его поощрили к этому, а затем сделали козлом отпущения. Гоф настоял на добавлении еще одного абзаца, уточняющего, что армия не будет использоваться для принудительного введения самоуправления в Ольстере, с чем Френч согласился в письменной форме. Уилсон, Робертс и Френч на протяжении всего инцидента передавали информацию в прессу. Гоф пообещал сохранить конфиденциальность договора от 23 марта, но вскоре он просочился в прессу – по-видимому, и Гоф, и Френч передали его Гвинну из Morning Post, а Уилсон – Лео Амери и Бонару Лоу. Вопрос был подробно обсужден в Палате общин 23 и 25 марта. Асквит (25 марта) публично отверг "некорректные абзацы", добавленные к заявлению Кабинета министров, и Френч, генерал-адъютант Спенсер Эварт и Сили были вынуждены уйти в отставку. Примерно через месяц, 24 апреля, добровольцы из Ольстера тайно высадили около 24 000 винтовок ночью в ходе инцидента в Ларне. Их лидеры считали, что налет на армейские оружейные склады в Ольстере подорвал бы общественное расположение к ним в Великобритании. Рабочие и радикальные круги были возмущены тем, что армии, которая, по-видимому, была готова подавлять трудовые беспорядки, было разрешено предотвратить применение силы в Ольстере. Это событие способствовало укреплению уверенности юнионистов и росту ирландского сепаратистского движения, убедив националистов в том, что они не могут рассчитывать на поддержку британской армии в Ирландии. В свою очередь, это естественным образом увеличило националистическую поддержку их военизированных формирований, ирландских добровольцев. Хотя законопроект о самоуправлении был одобрен Палатой общин 25 мая, растущий страх гражданской войны в Ирландии привел к тому, что правительство в июле 1914 года рассмотрело возможность разделения Ирландии посредством поправки к законопроекту; дальнейшие обсуждения на конференции во дворце Бакингем не смогли разрешить споры о разделении. Основной законопроект получил королевское одобрение 18 сентября, но также был приостановлен на время Первой мировой войны.

General Sir Charles Fergusson, then commanding the 5th Division in Ireland, toured units on the morning of Saturday 21 March to ensure their future compliance with government policy. One of his officers said later that

He [Fergusson] reminded us that although we must naturally hold private political views, officially we should not be on the side of any one political party. It was our duty to obey orders, to go wherever we were sent and to comply with instructions of any political party that happened to be in power. There was no sloppy sentiment; it was good stuff straight from the shoulder and just what we wanted. Paget did the same, but his speech was described by a colonel as "absolutely unconvincing and inconclusive." However, Paget was able to conduct the precautionary moves planned on 18 and 19 March. The elderly Field Marshal Roberts, who had recently exchanged "epithets" with French on the telephone over what he saw as French's collaboration with the government's "dastardly" plans, learned that Paget, in talking of "active operations" and in giving officers a chance to discuss hypothetical orders and threaten to resign, had been acting without authority and left a note for Hubert Gough to this effect. The King wrote to Asquith requesting that he be consulted before any further steps were taken. Gough, summoned to the War Office, confirmed (Sunday 22 March) that he would have obeyed a direct order to move against Ulster. When he saw the King that evening, French, advised by Haldane (Lord Chancellor) that Paget should not have asked officers about "hypothetical contingencies," also threatened to resign if Gough were not reinstated. Paget was ordered to report to London, Macready was sent out to Belfast (but without official announcement) while Asquith informed the King that Paget had indeed exceeded his instructions, that only safeguarding of ammunition stores had been intended, that the naval deployment had been cancelled, and that there would be no further troop movement without consulting the King. Asquith's Liberal government backed down, claiming an "honest misunderstanding." At French's suggestion Seely obtained a document from the Cabinet, stating that the Army Council were satisfied that the incident had been a misunderstanding, and that it was "the duty of all soldiers to obey lawful commands." Seely added two paragraphs, stating that the Government had the right to use "forces of the Crown" in Ireland or elsewhere, but had no intention of using force "to crush opposition to the Home Rule Bill." It is unclear whether this—amending a Cabinet document without Cabinet approval—was an honest blunder on Seely's part or whether he was encouraged to do so and then made a scapegoat. Gough insisted on adding a further paragraph clarifying that the Army would not be used to enforce Home Rule on Ulster, to which French concurred in writing. Wilson, Roberts and French had been leaking information to the press throughout the Incident. Gough promised to keep the 23 March Treaty confidential, but it soon leaked to the press—it appears that both Gough and French leaked it to Gwynne of the Morning Post, while Wilson leaked it to Leo Amery and Bonar Law. The matter was debated in the Commons at length on 23 and 25 March. Asquith (25 March) publicly repudiated the "peccant paragraphs" which had been added to the Cabinet statement, and French, the Adjutant General Spencer Ewart and Seely had to resign. About a month later, on 24 April the Ulster Volunteers covertly landed about 24,000 rifles at night in the "Larne gun running" incident. Its leaders considered that raiding the army's Ulster armouries would have lessened the public's goodwill towards it in Britain. Labour and radical opinion was outraged that the Army, apparently happy enough to suppress industrial unrest, had been allowed to prevent the use of force in Ulster. The event contributed both to unionist confidence and to the growing Irish separatist movement, convincing nationalists that they could not expect support from the British army in Ireland. In turn, this naturally increased nationalist support for its paramilitary force, the Irish Volunteers. While the Home Rule Bill was approved by the House of Commons on 25 May, the growing fear of civil war in Ireland led on to the government considering some form of partition of Ireland in July 1914 by an amending Bill; further discussions at the Buckingham Palace Conference could not solve the arguments about partition. The main Bill received the Royal Assent on 18 September, but was also suspended for the duration of the First World War.