Отто Ваккер и подделки Ван Гога

Введение

Немецкий торговец произведениями искусства Отто Вакер (1898–1970) был немецким арт-дилером, получившим печальную известность благодаря заказу и продаже подделок картин Винсента ван Гога. Он завоевал хорошую репутацию в 1920-х годах после неудачных попыток в различных других профессиях. После окончания Второй мировой войны он жил в Восточном Берлине. Исследование его жизни и эпохи было написано Модрисом Экстейном.

Дело Уаккера

Отто Ваккер стал арт-дилером в 1925 году. Он завоевал репутацию надежного специалиста в мире искусства. Поддельные картины Ван Гога, вероятно, были работой его брата, художника и реставратора Леонарда Ваккера. Отец Отто, Ханс, также был художником. Ваккеру удалось убедить известных экспертов по Ван Гогу Якоба Баарта де ла Файя, Хендрика П. Бремера, Юлиуса Мейера Графе и других в том, что продаваемые им картины подлинные, и они выдали сертификаты подлинности без доказательств происхождения. Эти эксперты поверили его рассказу о том, что русский купил картины, нелегально перевез их в Швейцарию и поручил нелегальному агенту продать их. Они понимали необходимость сохранения анонимности русского, чтобы избежать расправы со стороны родственников, все еще проживавших в Советском Союзе. Галереи Танхаузер, Маттисен и Гольдшмидт приобрели некоторые из этих картин. Выставка картин Ваккера должна была состояться в январе 1928 года в берлинской фирме Пола Кассирера, приуроченная к публикации стандартного каталога работ Ван Гога, составленного де ла Файем. Когда Ваккер доставил последние четыре картины, генеральные менеджеры выставки, де и Вальтер Фейльхенфельдт, заметили различия и опознали их как подделки. Полотна были возвращены Ваккеру. Последующее расследование выявило 33 подозрительных картины, все они были поставлены Ваккером. Галереи, продавшие его картины, попросили своих клиентов вернуть их. Юго Перлс, арт-дилер и юрист, купивший несколько картин, продолжал настаивать на их подлинности. В декабре 1928 года галерея Маттисен, при поддержке Федерации немецких торговцев искусством и антиквариатом, подала в суд на Ваккера. Де ла Файль ответил на обвинения публикацией дополнения к своему каталогу в ноябре 1928 года, в котором все картины, поставленные Ваккером, были указаны как подделки. В 1930 году де ла Файль опубликовал книгу "Ложные Ван Гоги", в которой вновь перечислил подозрительные картины среди 174 работ, которые он считал подделками. В мае 1929 года полиция провела обыск в мастерских отца и брата Ваккера, изъяв у Ханса девять картин, а у Леонарда – двенадцать. Последний утверждал, что картины находились в его мастерской только для реставрации. Национальная галерея в Берлине проанализировала краски, использованные в изъятых произведениях искусства, и обнаружила наличие смолы, ускоряющей процесс сушки, которая не была обнаружена ни в одной подлинной картине Ван Гога. Судебный процесс над Ваккером начался 6 апреля 1932 года. Винсент Виллем ван Гог, племянник художника, дал первые показания на суде и заявил, что в семейных архивах нет упоминаний о русском, который мог бы приобрести какие-либо картины. Де ла Файль, в свою очередь, вновь изменил свое мнение и заявил, что пять картин подлинные. В ходе судебного разбирательства различные эксперты не пришли к единому мнению относительно подлинности картин (и споры продолжались в некоторых кругах еще долгие годы). Бремер утверждал, что по крайней мере девять картин подлинные. Мейер Графе признал свою ошибку и даже допустил возможность ошибочного экспертного мнения. Ханс Розенхаген заявил, что 14 работ были невысокого качества, но подлинными. Однако голландский реставратор А.М. де Вайлд обнаружил, что пигменты, использованные в картинах, не соответствуют тем, которые использовал Ван Гог. Реставратор произведений искусства Курт Вельте с помощью рентгена показал, что техники живописи отличаются (хотя он использовал картину, признанную подделкой в 1970-х годах). Позже выяснилось, что картины вообще не были написаны на французских холстах. 19 апреля 1932 года Ваккер был обвинен в мошенничестве и, после апелляции, приговорен к 19 месяцам тюремного заключения и штрафу. Несколько бывших директоров Банка для немецких чиновников, спекулировавших картинами от имени банка, также были привлечены к суду. Некоторые из инкриминируемых картин пропали после завершения дела.

Otto Wacker became an art dealer in 1925. He developed a reputation for reliability in the art field. The fraudulent Van Goghs were probably the work of his brother, the painter and restorer Leonhard Wacker. Otto's father, Hans, was also an artist. Wacker managed to convince prominent Van Gogh experts Jacob Baart de la Faille, Hendrik P. Bremmer, Julius Meier Graefe and de that the paintings he was selling were genuine and they supplied certificates of authenticity without proof of provenance. These experts accepted his account that a Russian had bought the paintings, transferred them to Switzerland illegally, and had commissioned an illegal agent to sell them. They understood the need for this Russian to remain anonymous in order to prevent reprisals from relatives who still lived in the Soviet Union. Thannhauser, Matthiesen and Goldschmidt galleries bought some of the paintings. Wacker's paintings were to be exhibited in January 1928 by the firm of Paul Cassirer in Berlin. It was organized to coincide with the publication of de la Faille's standard catalogue of Van Gogh's work. When Wacker delivered the last four paintings, de and Walter Feilchenfeldt, the general managers of the exhibition, noticed the differences and recognized them as fakes. The canvases were returned to Wacker. Further investigation revealed 33 suspect paintings, all of them supplied by Wacker. Galleries that had sold his paintings asked their customers to return them. Hugo Perls, an art dealer and lawyer who had bought several paintings, still insisted that they were authentic. In December 1928 the Matthiesen gallery, with the aid of the Federation of German Art and Antique Dealers, sued Wacker. De la Faille responded to the accusations by publishing a supplement to his catalogue in November 1928, which listed all the paintings supplied by Wacker as fakes. In 1930 de la Faille published Les faux van Goghs (The False Van Goghs) which again listed the suspect paintings among 174 that he regarded as forgeries. In May 1929 the studios of Wacker's father and brother were raided by police, who seized nine paintings from Hans and twelve from Leonhard. The latter claimed that the paintings were only in his studio for restoration. The National Gallery in Berlin analysed the paints used in the seized artworks; they discovered the presence of a resin used to accelerate the drying process, which had not been found in any genuine van Goghs. The trial against Wacker began on 6 April 1932. Vincent Willem van Gogh, nephew of the painter, gave the first evidence at the trial and stated that family records did not include any Russian who would have purchased any paintings. De la Faille, on the other hand, had changed his mind once again and claimed that five of the paintings were genuine. During the trial, various experts did not come to full agreement on what paintings were authentic (and the argument was to continue in some circles for years afterwards). Bremmer argued that at least 9 paintings were genuine. Meier Grafe admitted his mistake and even that the expert opinion could be fallible. Hans Rosenhagen said that 14 of the works were inferior but genuine. However, the Dutch restorer A M de Wild found that the pigments used in the paintings were not similar to those Van Gogh had used. Art restorer Kurt Wehlte showed with X rays that the painting techniques were different (although he used a painting that was declared a forgery in the 1970s). Later it was found that the paintings had not been painted on French canvases at all. On 19 April 1932 Wacker was charged with fraud, and after an appeal, was sentenced to 19 months in prison and a fine of Some former directors of the Bank für Deutsche Beamte, who had been speculating on the paintings on behalf of the bank, were sued. A few of the incriminated paintings have disappeared since the close of the affair.