Уолтер Беделл Смит: Американский генерал и государственный деятель

Введение

Генерал США (1895–1961)

Генерал Уолтер Беделл "Жук" Смит (5 октября 1895 – 9 августа 1961) был старшим офицером армии США, служившим начальником штаба генерала Дуайта Эйзенхауэра в штаб-квартире союзных войск (AFHQ) во время Тунисской кампании и вторжения союзников в Италию в 1943 году, во время Второй мировой войны. Он был начальником штаба Эйзенхауэра в Верховном штабе союзных экспедиционных сил (SHAEF) в кампании в Западной Европе с 1944 по 1945 год. Смит поступил на службу рядовым в Национальную гвардию армии Индианы в 1911 году. Во время Первой мировой войны он служил в составе Американских экспедиционных сил и был произведен во второй лейтенанты в 1917 году. Он был ранен в наступлении на Эне-Марне в 1918 году. После войны он был штабным офицером и инструктором в Школе пехоты армии США. В 1941 году он стал секретарём Генерального штаба, а в 1942 году – секретарём Объединённого комитета начальников штабов. В его обязанности входило участие в обсуждении военных планов на высшем уровне, и Смит часто информировал президента Франклина Д. Рузвельта по стратегическим вопросам. Смит стал начальником штаба Эйзенхауэра в AFHQ в сентябре 1942 года и получил репутацию "человека с молотом" Эйзенхауэра за его резкий и требовательный характер. Однако он также успешно представлял Эйзенхауэра в деликатных миссиях, требующих дипломатического мастерства. Смит участвовал в переговорах о перемирии между Италией и союзниками, которое он подписал от имени Эйзенхауэра. В 1944 году он стал начальником штаба SHAEF, вновь под руководством Эйзенхауэра. На этом посту Смит также успешно договорился об отправке продовольственной и топливной помощи через немецкие линии для холодного и голодающего гражданского населения Нидерландов, и он начал переговоры о мирной и полной капитуляции Германии перед Первой канадской армией в Нидерландах. В мае 1945 года Смит встретился с представителями германского Верховного командования в Реймсе, Франция, для проведения капитуляции немецких вооружённых сил, и он подписал немецкий акт о капитуляции от имени Эйзенхауэра. После войны он служил послом США в Советском Союзе с 1946 по 1948 год. В 1950 году Смит стал директором Центрального разведывательного управления (ЦРУ), главой ЦРУ и других разведывательных органов в Соединённых Штатах. Смит реорганизовал ЦРУ, переопределил его структуру и задачи, и придал ему новое направление. Он сделал ЦРУ правительственным органом, в первую очередь отвечающим за проведение тайных операций. Он покинул ЦРУ в 1953 году, чтобы занять должность заместителя государственного секретаря. После ухода в отставку из Государственного департамента в 1954 году Смит продолжал служить администрации Эйзенхауэра на различных должностях в течение нескольких лет, пока не вышел на пенсию незадолго до своей смерти в 1961 году.

General Walter Bedell "Beetle" Smith (5 October 1895 – 9 August 1961) was a senior officer of the United States Army who served as General Dwight D. Eisenhower's chief of staff at Allied Forces Headquarters (AFHQ) during the Tunisia Campaign and the Allied invasion of Italy in 1943, during World War II. He was Eisenhower's chief of staff at the Supreme Headquarters Allied Expeditionary Force (SHAEF) in the campaign in Western Europe from 1944 to 1945. Smith enlisted as a private in the Indiana Army National Guard in 1911. During World War I, he served with the American Expeditionary Forces and was commissioned to second lieutenant in 1917. He was wounded in the Aisne Marne Offensive in 1918. After the war, he was a staff officer and instructor at the U. S. Army Infantry School. In 1941, he became secretary of the General Staff, and in 1942 he became the secretary to the Combined Chiefs of Staff. His duties involved taking part in discussions of war plans at the highest level, and Smith often briefed President Franklin D. Roosevelt on strategic matters. Smith became chief of staff to Eisenhower at AFHQ in September 1942 and acquired a reputation as Eisenhower's "hatchet man" for his brusque and demanding manner. However, he also successfully represented Eisenhower in sensitive missions requiring diplomatic skill. Smith was involved in negotiating the armistice between Italy and the Allies, which he signed on behalf of Eisenhower. In 1944, he became the chief of staff of SHAEF, again under Eisenhower. In that position, Smith also negotiated successfully for food and fuel aid to be sent through German lines for the cold and starving Dutch civilian population, and he opened discussions for the peaceful and complete German capitulation to the First Canadian Army in the Netherlands. In May 1945, Smith met representatives of the German High Command in Reims, France, to conduct the surrender of the German Armed Forces, and he signed the German Instrument of Surrender on behalf of Eisenhower. After the war, he served as the U. S. Ambassador to the Soviet Union from 1946 to 1948. In 1950, Smith became the Director of Central Intelligence, the head of the Central Intelligence Agency (CIA) and the other intelligence agencies in the United States. Smith reorganized the CIA, redefined its structure and its mission, and gave it a new sense of purpose. He made the CIA the arm of government that is primarily responsible for covert operations. He left the CIA in 1953 to become an Under Secretary of State. After retiring from the State Department in 1954, Smith continued to serve the Eisenhower administration in various posts for several years until he retired shortly before he died in 1961.

Ранние годы

Уолтер Беделл Смит родился в Индианаполисе, штат Индиана, 5 октября 1895 года, старшим из двух сыновей Уильяма Лонга Смита, закупщика шелка для компании Pettis Dry Goods Company, и его жены Иды Фрэнсис, урождённой Беделл, которая работала в той же компании. Он получил образование в школе Святого Петра и Павла, в государственных школах №10 и №29, в школе Оливера Перри Мортона и в средней школе Emmerich Manual, где изучал механику. Там он устроился на работу в Национальную автомобильную компанию и в конечном итоге бросил школу, не окончив её. Смит поступил в университет Батлера, но у его отца возникли серьезные проблемы со здоровьем, и Смит ушёл, чтобы вернуться к работе и поддержать семью. В 1911 году, в возрасте 16 лет, Смит поступил на службу рядовым в роту D 2-го Индианского пехотного полка Национальной гвардии Индианы. Национальную гвардию Индианы дважды вызывали в 1913 году – из-за наводнения на реке Огайо и во время забастовки трамвайщиков в Индианаполисе. Смита повысили до капрала, а затем до сержанта. Во время экспедиции Панчо Вилья он служил в штабе Национальной гвардии Индианы. В 1913 году Смит познакомился с Мэри Элеонорой (Нори) Клайн, которая родилась в 1893 году и умерла в 1963 году, и они поженились на традиционной католической свадебной церемонии 1 июля 1917 года. Их брак был долгим, но детей у них не было.

Первая мировая война

Работа Смита во время наводнения реки Огайо в 1913 году привела к его кандидатуре на офицерскую подготовку в 1917 году, и он был направлен в учебный лагерь для кандидатов в офицеры в Форте Бенджамина Харрисона в Индиане для прохождения офицерской подготовки. После окончания 27 ноября 1917 года он был произведен в звание второго лейтенанта. Затем он был назначен в недавно сформированную роту А, 1-го батальона, 39-го пехотного полка, входившего в состав 4-й пехотной дивизии в Кэмп-Грин, Северная Каролина. 4-я пехотная дивизия отбыла в Европу, охваченную Первой мировой войной, из Хобокена, штат Нью-Джерси, 9 мая 1918 года и прибыла в Брест, Франция, 23 мая. После обучения совместно с британскими и французскими армиями, 4-я дивизия вступила в бой в июне 1918 года и присоединилась к наступлению на Эне-Марне 18 июля 1918 года. Смит был ранен осколками снаряда во время атаки два дня спустя. Из-за полученных ранений Смит был возвращен в Соединенные Штаты. Он служил в Генеральном штабе военного ведомства США и был назначен в Управление военной разведки. В сентябре 1918 года он был произведен в звание первого лейтенанта в регулярной армии. Смит был направлен в новосформированный 379-й пехотный полк на должность офицера разведки. Полк входил в состав 95-й пехотной дивизии, дислоцировавшейся в лагере Шерман, штат Огайо. 95-я пехотная дивизия была демобилизована после подписания перемирия с Германией 11 ноября 1918 года. В феврале 1919 года Смит был назначен в лагерь Додж, штат Айова, где занимался утилизацией излишков оборудования и снабжения. В марте 1919 года он был переведен во 2-й пехотный полк, постоянное подразделение, базировавшееся в лагере Додж, где оставался до ноября 1919 года, когда полк был передислоцирован в лагерь Шерман.

Между войнами

В 1921 году штаб 2-го пехотного полка переехал в Форт-Шеридан, штат Иллинойс. В 1922 году Смит стал адъютантом бригадного генерала Джорджа Ван Хорна Мозли, командира 12-й пехотной бригады в Форте Шеридан. С 1925 по 1929 год Смит работал помощником в Бюро бюджета. Затем он два года служил за границей в штабе 45-го пехотного полка в Форте Уильям МакКинли на Филиппинах. После девяти лет в должности первого лейтенанта, в сентябре 1929 года он был повышен до капитана. Вернувшись в Соединенные Штаты, Смит поступил в Школу пехоты армии США в Форт-Беннинг, штат Джорджия, в марте 1931 года. После окончания в июне 1932 года он остался в качестве инструктора в отделе вооружения, где отвечал за демонстрацию оружия, такого как автоматическая винтовка M1918 Browning. В 1933 году он был направлен в Школу командования и штаба в Форт-Левенворт, штат Канзас. Позже он вернулся в Школу пехоты, но был вновь направлен на обучение в Военный колледж армии США, который он окончил в 1937 году. Он вернулся в Школу пехоты еще раз и был повышен в звании майора 1 января 1939 года после девяти лет в качестве капитана. Медленное продвижение по службе было обычным явлением в армии в 1920-х и 1930-х годах. Офицеры, такие как Смит, получившие звание в период с ноября 1916 года по ноябрь 1918 года, составляли 55,6% офицерского корпуса армии в 1926 году. Продвижения обычно основывались на выслуге лет, и скромная цель повышения офицеров до майора после 17 лет службы не могла быть достигнута из-за нехватки вакантных должностей.

Вашингтон, округ Колумбия

Когда генерал Джордж Маршалл стал начальником штаба армии в сентябре 1939 года, он пригласил Смита в Вашингтон, округ Колумбия, чтобы назначить его помощником секретаря Генерального штаба. Секретарь Генерального штаба в основном занимался ведением документации, делопроизводством и сбором статистики, но также выполнял значительный объем аналитической работы, поддерживал связи и занимался административными вопросами. Одной из обязанностей Смита была координация с генерал-майором Эдвином "Па" Уотсоном, старшим военным помощником президента Франклина Д. Рузвельта. 1 сентября секретарь Генерального штаба, полковник Орландо Уорд, получил командование 1-й бронетанковой дивизией, а Смит стал секретарем Генерального штаба. Конференция в Аркадии, проходившая в Вашингтоне, округ Колумбия, в декабре 1941 года и январе 1942 года, постановила создать Объединенный комитет начальников штабов в качестве аналога Комитету начальников штабов Великобритании, и 23 января 1942 года Смит был назначен его секретарем. На той же конференции было создано и Объединенное командование штабов, состоявшее из Объединенного комитета начальников штабов (США) и Комитета начальников штабов (Великобритании), заседающих как единый орган. Бригадир Вивиан Дайкс из британской миссии Объединенного штаба первоначально обеспечивал секретариатную поддержку новой организации, но Маршалл полагал, что необходим американский секретариат. Он назначил Смита секретарем Объединенного комитета начальников штабов и Объединенного командования штабов. Поскольку Дайкс имел больший стаж службы, чем Смит, а Маршалл хотел, чтобы Смит возглавил работу, Смит был произведен в бригадные генералы 2 февраля 1942 года. Он вступил в новую должность через неделю, а Дайкс стал его заместителем. Оба работали в тесном сотрудничестве, чтобы создать и организовать секретариат и выстроить структуру Объединенного командования штабов, способную координировать военные усилия союзников – американцев, британцев, канадцев, австралийцев, французов и других. Позже он отметил: «Тот год, который я провел в качестве секретаря генерального штаба у Джорджа Маршалла, был одним из самых плодотворных в моей карьере и одновременно самым несчастливым годом моей жизни».

When General George C. Marshall became the Army's Chief of Staff in September 1939, he brought Smith to Washington, D. C., to be the assistant to the secretary of the General Staff. The Secretary of the General Staff was primarily concerned with records, paperwork, and the collection of statistics, but he also performed a great deal of analysis, liaison, and administration. One of Smith's duties was liaison with Major General Edwin "Pa" Watson, the senior military aide to President Franklin D. Roosevelt. On 1 September, the Secretary of the General Staff, Colonel Orlando Ward, was given command of the 1st Armored Division, and Smith became secretary of the General Staff. The Arcadia Conference, which was held in Washington, D. C., December 1941 and January 1942, mandated the creation of the Joint Chiefs of Staff as a counterpart to the British Chiefs of Staff Committee, and Smith was named as its secretary on 23 January 1942. The same conference also brought about the creation of the Combined Chiefs of Staff, which consisted of the (American) Joint Chiefs of Staff and the (British) Chiefs of Staff Committee meeting as a single body. Brigadier Vivian Dykes of the British Joint Staff Mission provided the secretarial arrangements for the new organization at first, but Marshall thought that an American secretariat was required. He appointed Smith as the secretary of the Combined Chiefs of Staff and of the Joint Chiefs of Staff. Since Dykes was senior in service time to Smith, and Marshall wanted Smith to be in charge, Smith was promoted to brigadier general on 2 February 1942. He assumed the new post a week later, with Dykes as his deputy. The two men worked in partnership to create and organize the secretariat and to build the organization of the Combined Chiefs of Staff into one which could co ordinate the war efforts of both allies, along with the Canadians, Australians, French and others. He later remarked: "That year I spent working as secretary of the general staff for George Marshall was one of the most rewarding of my entire career, and the unhappiest year of my life."

Североафриканский театр

Когда генерал-майор Дуайт Д. Эйзенхауэр был назначен командующим Европейским театром военных действий в июне 1942 года, он попросил отправить Смита из Вашингтона в качестве своего начальника штаба. Служебный опыт Смита и его доказанная способность гармонично работать с британцами делали его естественным кандидатом на эту должность. Маршалл, неохотно, удовлетворил эту просьбу, и Смит вступил в должность начальника штаба штаба союзных экспедиционных сил (AFHQ) 15 сентября 1942 года. Под его началом находились два заместителя начальника штаба – бригадный генерал Альфред Груентер и бригадный генерал Джон Уайтли, а также главный административный офицер (CAO) – генерал-майор Хамфри Гейл. Первоначально AFHQ располагался в Лондоне, но в ноябре и декабре 1942 года был переведен в Алжир, а Смит прибыл 11 декабря. Хотя штатная численность AFHQ была утверждена в 700 человек, Смит активно расширил его. К январю 1943 года только американская составляющая насчитывала 1406 человек, а общая численность в конечном итоге превысила 4000 военнослужащих и гражданского персонала. Будучи начальником штаба, Смит тщательно охранял доступ к Эйзенхауэру, приобрел репутацию жесткого и прямолинейного руководителя и часто упоминался как "оруженосец" Эйзенхауэра. Ожидая организации Североафриканского театра военных действий, армии США (NATOUSA), Смит также исполнял обязанности его начальника штаба до 15 февраля, когда бригадный генерал Эверетт С. Хьюз стал заместителем командующего театром и командующим Зоны коммуникаций. Отношения между Смитом и Хьюзом, старым другом Эйзенхауэра, были напряженными. Позже Смит обвинил Хьюза в "раздувании империи", и они часто сталкивались по незначительным вопросам. В Алжире Смит и Эйзенхауэр редко проводили время вместе вне службы. Смит устраивал официальные обеды в своей вилле – поместье, окруженном садами и террасами, с двумя просторными гостиными, украшенными мозаикой, восточными коврами и произведениями искусства. Как и у Эйзенхауэра, у Смита была спутница – медсестра, капитан Этель Вестерман. После катастрофического сражения у перевала Кассерин Эйзенхауэр отправил Смита на передовую, чтобы доложить о ситуации в американском II корпусе. Смит рекомендовал отстранить его командира, генерал-майора Ллойда Фредендалла, с ним согласились генерал Гарольд Александер и генерал-майоры Омар Брэдли и Люсьен Трускотт. По их совету Эйзенхауэр заменил Фредендалла генерал-майором Джорджем С. Паттоном-младшим. Эйзенхауэр также отстранил своего помощника начальника штаба разведки (G 2), бригадира Эрика Моклера Ферримана, указав на некачественную разведку в AFHQ как один из факторов, способствовавших поражению у Кассерина. Моклер Ферриман был заменен бригадиром Кеннетом Стронгом. Провал у Кассеринского перевала обострил отношения между союзниками, и новый кризис возник, когда II корпус доложил, что вражеская авиация беспрепятственно действует над его сектором из-за отсутствия воздушного прикрытия со стороны союзников. Это вызвало резкую критику британского авиамаршала Артура Конингема в отношении компетентности американских войск. Эйзенхауэр подготовил письмо Маршаллу, предлагая отстранить Конингема от командования, поскольку он не мог сдержать враждебность между высшими союзными командирами, но Смит убедил его не отправлять его. Вместо этого авиамаршал Артур Теддер, генерал-майор Карл Спац и бригадный генерал Лоуренс С. Кутер посетили Паттона в его штабе. Их встречу прервал немецкий авианалет, который убедил летчиков в правоте Паттона. Конингем отозвал свою письменную критику и принес извинения. Между союзными командирами возникли разногласия по поводу оперативного плана, который предусматривал серию рассредоточенных высадок, основанных на стремлении авиационных, военно-морских и логистических планировщиков к раннему захвату портов и аэродромов. Генерал Бернард Монтгомери, командующий 8-й британской армией, возражал против этого аспекта плана, поскольку он подвергал союзные силы риску разгрома по частям. Монтгомери предложил альтернативный план, предусматривающий одновременную высадку американских и британских войск. Он убедил Смита в обоснованности своего альтернативного плана, и эти двое убедили большинство других союзных командиров. План Монтгомери предусматривал ранний захват аэродромов, что удовлетворило Теддера и Каннингема. Опасения логистов, таких как генерал-майор Томас Б. Ларкин, относительно непрактичности снабжения без порта были разрешены за счет использования амфибийных грузовиков. В августе 1943 года Смит и Стронг на гражданской одежде вылетели в Лиссабон через Гибралтар и встретились с бригадным генералом Джузеппе Кастеллано в британском посольстве. Кастеллано надеялся согласовать условия вступления Италии в Организацию Объединенных Наций против нацистской Германии. Смит был уполномочен разработать условия перемирия между Италией и вооруженными силами союзников, но не имел права вести переговоры по политическим вопросам. 3 сентября Смит и Кастеллано подписали согласованный текст от имени Эйзенхауэра и Пьетро Бадольо соответственно в простой церемонии под оливковым деревом в Кассибиле, Сицилия. В октябре Смит отправился в Вашингтон на две недели, чтобы представлять Эйзенхауэра на серии встреч, в том числе с Рузвельтом в Хайд-Парке, штат Нью-Йорк, 10 октября.

When Major General Dwight D. Eisenhower was appointed as the commander of the European Theater of Operations in June 1942, he requested that Smith be sent from Washington as his chief of staff. Smith's record as a staff officer and his proven ability to work harmoniously with the British made him a natural choice for the post. Reluctantly, Marshall acceded to the request, and Smith took over as the chief of staff at Allied Forces Headquarters (AFHQ) on 15 September 1942. Reporting to him were two deputy chiefs of staff, Brigadier General Alfred Gruenther and Brigadier John Whiteley, and also the chief administrative officer (CAO), Major General Humfrey Gale. Initially, AFHQ was located in London, but it moved to Algiers in November and December 1942, with Smith arriving on 11 December. Although AFHQ had an authorized strength of only 700, Smith aggressively expanded it. By January 1943 its American component alone was 1,406 and its strength eventually topped 4,000 men and women. As the chief of staff, Smith zealously guarded access to Eisenhower, acquired a reputation as a tough and brusque manager, and was often referred to as Eisenhower's "hatchet man." Pending the organization of the North African Theater of Operations, U. S. Army (NATOUSA), Smith also acted as its chief of staff until 15 February, when Brigadier General Everett S. Hughes became the Deputy Theater commander and the commanding general of the Communications Zone. The relationship between Smith and Hughes, an old friend of Eisenhower, was tense. Smith later accused Hughes of "empire building," and the two clashed over trivial issues. In Algiers, Smith and Eisenhower seldom socialized together. Smith conducted formal dinners at his villa, an estate surrounded by gardens and terraces, with two large drawing rooms decorated with mosaics, oriental rugs, and art treasures. Like Eisenhower, Smith had a female companion, a nurse, Captain Ethel Westerman. After the disastrous Battle of the Kasserine Pass, Eisenhower sent Smith forward to report on the state of affairs at the American II Corps. Smith recommended the relief of its commander, Major General Lloyd Fredendall, as did General Harold Alexander and Major Generals Omar Bradley and Lucian Truscott. On their advice, Eisenhower replaced Fredendall with Major General George S. Patton Jr. Eisenhower also relieved his Assistant Chief of Staff Intelligence (G 2), Brigadier Eric Mockler Ferryman, pinpointing faulty intelligence at AFHQ as a contributing factor in the defeat at Kasserine. Mockler Ferryman was replaced by Brigadier Kenneth Strong. The debacle at Kasserine Pass strained relations between the Allies, and another crisis developed when II Corps reported that enemy aviation operated at will over its sector because of an absence of Allied air cover. That elicited a scathing response from British Air Marshal Arthur Coningham on the competence of American troops. Eisenhower drafted a letter to Marshall suggesting that Coningham should be relieved of his command since he could not control the acrimony between senior Allied commanders, but Smith persuaded him not to send it. Instead, Air Chief Marshal Arthur Tedder, Major General Carl Spaatz, and Brigadier General Laurence S. Kuter paid Patton a visit at his headquarters. Their meeting was interrupted by a German air raid, which convinced the airmen that Patton had a point. Coningham withdrew his written criticisms and apologized. Disagreements arose between Allied commanders over the operational plan, which called for a series of dispersed landings based on the desire of the air, naval, and logistical planners concerning the early capture of ports and airfields. General Bernard Montgomery, the commander of the British Eighth Army, objected to that aspect of the plan since it exposed the Allied forces to defeat in detail. Montgomery put forward an alternate plan that involved American and British forces landing side by side. He convinced Smith that his alternate plan was sound, and the two men persuaded most of the other Allied commanders. Montgomery's plan provided for the early seizure of airfields, which satisfied Tedder and Cunningham. The fears of logisticians like Major General Thomas B. Larkin that supply would not be practical without a port were resolved by the use of amphibious trucks. In August 1943, Smith and Strong flew to Lisbon via Gibraltar in civilian clothes and met with Generale di Brigata Giuseppe Castellano at the British embassy. Castellano had hoped to arrange terms for Italy to join the United Nations against Nazi Germany, Smith was empowered to draw up an armistice between Italy and Allied armed forces but was unable to negotiate political matters. On 3 September, Smith and Castellano signed the agreed upon text on behalf of Eisenhower and Pietro Badoglio, respectively, in a simple ceremony beneath an olive tree at Cassibile, Sicily. In October, Smith traveled to Washington for two weeks to represent Eisenhower in a series of meetings, including one with Roosevelt at Hyde Park, New York, on 10 October.

Посол в Советском Союзе

В конце июня 1945 года Смит ненадолго вернулся в Соединенные Штаты после нескольких дней отдыха в 108-м Генеральном госпитале в Клиши, Франция. В августе Эйзенхауэр предложил кандидатуру Смита на должность командующего войсками США в Европе, преемника на посту, поскольку 1 июля 1945 года ETOUSA была переименована. Однако предпочтение было отдано генералу Джозефу Макнарни. Вскоре после возвращения в Вашингтон президент Гарри Трумэн и госсекретарь США Джеймс Ф. Бёрнс попросили его стать послом Соединенных Штатов в Советском Союзе. Служба Смита в качестве американского посла была насыщена событиями. Хотя это не зависело от Смита, отношения между Соединенными Штатами и Советским Союзом быстро ухудшились в период его пребывания в должности с началом холодной войны. Целеустремленность Смита соответствовала политике сдерживания, которая примерно с 1947 года заменила более мягкую позицию, которая в течение нескольких лет пыталась найти общий язык с Москвой. Он пришел к убеждению, что достичь взаимопонимания с Советским Союзом невозможно, за исключением согласия с их экспансионизмом, и что их негибкость и тактика затягивания препятствовали восстановлению и экономическому подъему Европы. Он рассматривал Советский Союз как скрытное, тоталитарное и враждебное государство. Смит вернулся в Соединенные Штаты в марте 1949 года. Трумэн предложил ему должность помощника госсекретаря по европейским делам, но Смит отказался от назначения, предпочтя вернуться к военной службе. Он был назначен командующим Первой армией в Форт-Джей, Нью-Йорк, его первое командование с 1918 года. На протяжении всей войны Смит страдал от рецидивирующей язвы желудка. В 1949 году состояние ухудшилось. Он больше не мог нормально питаться и страдал от недоедания. Смит был госпитализирован в военный госпиталь имени Уолтера Рида, где хирурги решили удалить большую часть его желудка. Это избавило его от язвы, но Смит оставался истощенным и худым.

Директор Центральной разведки

Трумэн выбрал Смита директором Центральной разведки (DCI), главой Центрального разведывательного агентства (CIA). С момента учреждения должности в 1946 году было три директора, и ни один из них не стремился к этому посту. Смит вступил в должность 7 октября 1950 года. В 1949 году группа по изучению вопросов разведки представила доклад Даллеса-Джексона-Корреа, в котором было установлено, что ЦРУ не справилось со своими обязанностями ни в координации, ни в производстве разведывательной информации. В ответ Совет национальной безопасности США принял выводы и рекомендации доклада. Оставалось только их реализовать. В мае 1950 года Трумэн решил, что Смит – именно тот человек, который нужен ЦРУ. Однако до того, как Смит смог занять пост 7 октября, произошел серьезный провал разведки. Вторжение Северной Кореи в Южную Корею в июне 1950 года, положившее начало Корейской войне, застало администрацию совершенно врасплох и вызвало опасения по поводу начала Третьей мировой войны. Поскольку Смит мало знал о ЦРУ, он попросил назначить заместителя, хорошо знакомого с агентством. Сидни Соуэрс, исполнительный секретарь Совета национальной безопасности, рекомендовал Смиту Уильяма Хардинга Джексона, одного из авторов доклада Даллеса-Джексона-Корреа. Джексон согласился занять должность заместителя директора на трех условиях, одним из которых было "никаких отчитываний". Смит и Джексон приступили к реорганизации агентства в соответствии с рекомендациями доклада Даллеса-Джексона-Корреа. Они упростили процедуры сбора и распространения разведывательной информации. 10 октября Смиту было поручено подготовить оценки для конференции на острове Уэйк между президентом и генералом Дугласом Макартуром. Смит настоял на том, чтобы оценки были простыми, понятными, убедительными и полезными, а не просто справочными материалами. Они отражали наилучшую имеющуюся информацию, но, к сожалению, в одной из оценок было сделано заключение, что Китай не вмешается в Корею, что стало еще одним серьезным провалом разведки. Через четыре месяца после начала Корейской войны ЦРУ так и не представило согласованной оценки ситуации в Корее. Смит создал новое Управление национальных оценок (ONE) под руководством Уильяма Л. Лангера, историка из Гарварда, который возглавлял отдел исследований и анализа Управления стратегических служб (OSS) во время войны. Сотрудники Лангера разработали процедуры, которые соблюдались в течение следующих двух десятилетий. Смит активизировал усилия по получению экономической, психологической и фоторазведывательной информации. К 1 декабря Смит сформировал Директорат по административным вопросам. В конечном итоге агентство будет разделено по функциональному признаку на три директората: административный, планирования и разведки. Смит хотел, чтобы ЦРУ стало кадровой службой. До войны так называемый «Маньчжурский закон» ограничивал продолжительность временных назначений офицеров, что фактически препятствовало построению карьеры в качестве офицера штаба. Не было школ для подготовки разведчиков, и в мирное время у штабных сотрудников было мало работы. Поэтому кадровые офицеры, как правило, избегали такой работы, если только они не стремились стать военными атташе. Смит объединил обучение под руководством директора по обучению и разработал программу кадрового обеспечения. Когда Эйзенхауэр был назначен Верховным главнокомандующим объединенными вооруженными силами в Европе в 1951 году, он попросил Смита снова стать его начальником штаба. Трумэн отклонил эту просьбу, заявив, что должность директора ЦРУ более важна. Поэтому Эйзенхауэр взял с собой в качестве начальника штаба генерал-лейтенанта Альфреда Груентера. Когда Эйзенхауэр позже рекомендовал повышение Груентера до четырехзвездного ранга, Трумэн решил, что Смит также должен быть повышен. Однако имя Смита было исключено из списка повышений. Тогда Трумэн объявил, что никто не будет повышен в звании до Смита, что и произошло 1 августа 1951 года.

Truman selected Smith as Director of Central Intelligence (DCI), the head of the Central Intelligence Agency (CIA). Since the post had been established in 1946, there had been three directors, none of whom had wanted the position. Smith became the director on 7 October 1950. The 1949 Intelligence Survey Group had produced the Dulles Jackson Correa Report, which found that the CIA had failed in its responsibilities in both the coordination and production of intelligence. In response, the U. S. National Security Council accepted the conclusions and recommendations of the report. It remained to implement them. In May 1950, Truman decided that Smith was the man he needed for the CIA. Before Smith could assume the post on 7 October, there was a major intelligence failure. The North Korean invasion of South Korea in June 1950, which started the Korean War, took the administration entirely by surprise and raised fears of World War III. Since Smith knew little about the CIA, he asked for a deputy who knew a lot. Sidney Souers, the executive secretary of the National Security Council, recommended William Harding Jackson, one of the authors of the Dulles Jackson Correa Report, to Smith. Jackson accepted the post of deputy director on three conditions, one of which was "no bawlings out." Smith and Jackson moved to reorganize the agency in line with the recommendations of the Dulles Jackson Correa Report. They streamlined procedures to gather and disseminate intelligence. On 10 October, Smith was asked to prepare estimates for the Wake Island Conference between the president and General Douglas MacArthur. Smith insisted for the estimates to be simple, readable, conclusive, and useful, rather than mere background. They reflected the best information available, but unfortunately, one estimate concluded that the Chinese would not intervene in Korea, which was another major intelligence failure. Four months after the outbreak of the Korean War, the CIA had produced no co ordinated estimate of the situation in Korea. Smith created a new Office of National Estimates (ONE) under the direction of William L. Langer, the Harvard historian who had led the Research and Analysis branch of the wartime Office of Strategic Services (OSS). Langer's staff created procedures that were followed for the next two decades. Smith stepped up efforts to obtain economic, psychological, and photographic intelligence. By 1 December, Smith had formed a Directorate for Administration. The agency would ultimately be divided by function into three directorates: Administration, Plans, and Intelligence. Smith wanted the CIA to become a career service. Before the war, the so called "Manchu Law" limited the duration of an officer's temporary assignments, which effectively prevented anyone from making a career as a general staff officer. There were no schools for intelligence training, and the staffs had little to do in peacetime. Career officers therefore tended to avoid such work unless they aspired to be a military attaché. Smith consolidated training under a director of training and developed a career service program. When Eisenhower was appointed as the Supreme Allied Commander Europe in 1951, he asked for Smith to serve as his chief of staff again. Truman turned down the request by stating that the DCI was a more important post. Eisenhower therefore took Lieutenant General Alfred Gruenther with him as his chief of staff. When Eisenhower later recommended Gruenther's elevation to four star rank, Truman decided that Smith should be promoted as well. However, Smith's name was omitted from the promotion list. Truman then announced that no one would be promoted before Smith, which occurred on 1 August 1951.

Заместитель госсекретаря

11 января 1953 года Эйзенхауэр, уже избранный президентом, объявил о назначении Смита заместителем госсекретаря. Сенат США утвердил назначение Смита 6 февраля, и через три дня он подал в отставку с поста директора ЦРУ. В мае 1954 года Смит отправился в Европу, чтобы убедить британцев принять участие в интервенции с целью предотвращения поражения Франции в битве при Дьенбьенфу. Когда это не удалось, он достиг соглашения с советским министром иностранных дел Вячеславом Молотовым о разделе Вьетнама на два отдельных государства. В 1953 году президент Гватемалы Якобо Арбенс Гусман пригрозил национализацией земель, принадлежащих компании United Fruit Company. Смит приказал американскому послу в Гватемале активировать план ЦРУ по организации государственного переворота в Гватемале, который был реализован в следующем году. 1 октября 1954 года Смит покинул Государственный департамент и занял должность в компании United Fruit Company. Он также занимал посты президента и председателя совета директоров компаний Associated Missile Products Company и AMF Atomics Incorporated, вице-председателя American Machine and Foundry (AMF) и был директором компаний RCA и Corning Incorporated. На экране Смита сыграли Александр Нокс в фильме «Самый длинный день» (1962), Эдвард Биннс в фильме «Паттон» (1970) и Тимоти Боттомс в фильме «Айк: Обратный отсчет до Дня Д» (2004). На телевидении его изображали Джон Геррасио в сериале «Кембриджские шпионы» (2003), Чарльз Нейпиер в сериале «Война и память» (1989), Дон Феллоуз в фильме «Последние дни Паттона» (1986) и Дж. Д. Каннон в сериале «Айк: Военные годы» (1979).

Смерть и наследие

9 августа 1961 года Смит перенес сердечный приступ дома в Вашингтоне, округ Колумбия, и скончался в машине скорой помощи по дороге в военный госпиталь имени Уолтера Рида. Ему полагались специальные торжественные похороны с полными почестями, но его вдова попросила провести скромные совместные похороны, аналогичные тем, что были устроены Маршалу в 1959 году. Она выбрала место захоронения мужа в 7-й секции Арлингтонского национального кладбища, недалеко от могилы Маршалла. После своей смерти в 1963 году она была похоронена рядом с ним. Документы Смита хранятся в президентском центре Эйзенхауэра в Абилине, штат Канзас.