Введение

Линия Гинденбурга (нем. Siegfriedstellung, Siegfried Position) — немецкая оборонительная позиция, построенная зимой 1916–1917 годов на Западном фронте во Франции во время Первой мировой войны. Линия проходила от Арраса до Лафо, недалеко от Суассона на Эне. В 1916 году битва при Вердене и битва на Сомме истощили немецкие западные армии (Вестхер), а на Восточном фронте Брусиловское наступление нанесло огромные потери австро-венгерским войскам и вынудило немцев взять на себя большую часть фронта. Объявление войны Румынией оказало дополнительное давление на немецкую армию и военную экономику. Линия Гинденбурга, построенная за Нойонским выступом, должна была заменить старую линию фронта в качестве меры предосторожности против возобновления битвы на Сомме в 1917 году. Разрушая промежуточную местность, немцы могли задержать весеннее наступление в 1917 году. Укороченный фронт можно было удерживать меньшим количеством войск, используя тактическое рассредоточение, позиции на обратных склонах, эшелонированную оборону и камуфляж, что позволяло сохранить немецкую пехоту. Неограниченная подводная война и стратегические бомбардировки должны были ослабить англо-французские войска, пока немецкие армии на западе (Вестхер) восстанавливались. 25 января 1917 года немцы имели 133 дивизии на Западном фронте, но этого было недостаточно для планирования наступления. В рамках программы Гинденбурга, начатой в августе 1916 года, была предпринята попытка увеличить выпуск взрывчатых веществ, боеприпасов и вооружений немецкой промышленностью в противовес союзнической Materialschlacht (битве вооружений). Производство не увеличилось в достаточной степени в течение зимы, и к лету 1917 года ожидалось выполнить лишь 60% программы. Немецкое Friedensangebot (мирное предложение) декабря 1916 года было отклонено Антантой, а Закон о вспомогательной службе, принятый в декабре 1916 года и направленный на дальнейшую мобилизацию гражданской экономики, не смог обеспечить ожидаемый приток рабочей силы для военного производства. Отход к линии Гинденбурга (Alberich Bewegung/Operation Alberich/Alberich Manoeuvre) проходил с февраля по март 1917 года. Сообщения о разрушениях и плачевном положении французского гражданского населения, оставленного немцами, нанесли серьезный удар по немецкому престижу в нейтральных странах. В феврале 1917 года рабочая сила была переброшена на юг для работы на Хундингштеллюнге от Ла-Фер до Ретэля и на передовых позициях на Эненском фронте, которые, как немцы знали, должны были быть атакованы французами. Дивизии, освобожденные в результате отхода и другие подкрепления, увеличили численность дивизий на Эненском фронте до 38 к началу апреля. Линия Гинденбурга подвергалась неоднократным атакам в 1917 году, в частности, у Сен-Кантена, Буллекура, на Эне и у Камбре, и была прорвана в сентябре 1918 года во время Стодневного наступления.

Битва на Сомме, 1916 год

В августе 1916 года немецкие армии на Сомме испытывали огромное напряжение; IX резервный корпус был "разгромлен" в обороне Пуазьера. Десять свежих дивизий были переброшены на Сомминский фронт, а дополнительная дивизия – выдвинута на линию напротив британских войск. Передвижение в тылу немецкого фронта затруднялось непрерывным артиллерийским огнем англичан и французов, что усугубляло дефицит снаряжения из-за задержек с поставками по железной дороге и перебоев в обслуживании дорог. Уничтожение, захват, повреждение, износ и дефектные боеприпасы привели к тому, что к концу августа из 1208 полевых орудий и 371 из 820 тяжелых орудий выведено из строя 1068. Дефицит артиллерии медленно восполнялся благодаря плану генерала Макса фон Галльвица по централизации командования оставшейся артиллерией для контрбатарейной борьбы и использованию подкреплений авиации для увеличения объема наблюдаемого артиллерийского огня, что мало повлияло на превосходство союзников в воздухе, но в конечном итоге повысило точность и эффективность немецких обстрелов. Вторая армия была лишена подкреплений в середине августа для замены истощенных дивизий в Первой армии, и планы контрудара были отменены из-за нехватки войск. Кризис в России, вызванный Брусиловским прорывом, вступление Румынии в войну и французское контрнаступление у Вердена уже перегрузили немецкую армию. Генерал Эрих фон Фалькенхайн, начальник Генерального штаба немецкой армии, был уволен 29 августа 1916 года и заменен фельдмаршалом Паулем фон Гинденбургом, а его заместителем стал генерал-квартирмейстер Эрих Людендорф. [[Oberste Heeresleitung#Третье ОХЛ (Третье ОХЛ, новое высшее командование) приказало прекратить атаки у Вердена и перебросить оттуда войска в Румынию и на Сомминский фронт. 5 сентября от командиров западных армий были запрошены предложения по строительству новой, более короткой оборонительной позиции во Франции, которые встретились с Гинденбургом и Людендорфом в Камбре 8 сентября. Командующим на Западном фронте было заявлено, что резервов для наступательных операций нет, за исключением запланированных для Румынии. Генерал-лейтенант Георг Фукс, один из командиров корпусов, рекомендовал построить оборонительную линию от Арраса к западу от Лаона, сократив фронт и высвободив десять дивизий, которые вместе с другими войсками можно было бы использовать для наступления в Эльзасе или Лотарингии. Людендорф критиковал практику удержания территорий независимо от их тактической ценности и выступал за удержание передовых позиций минимальными силами и отвоевание утраченных позиций контрнаступлениями, что уже было навязано немецким армиям на Сомме. 15 сентября генерал-фельдмаршал кронпринц Руппрехт, командующий северной группой армий, получил приказ подготовить тыловую оборонительную линию, а 23 сентября начались работы над новой Siegfriedstellung (позицией Зигфрида / линией Гинденбурга). 21 сентября, после битвы при Флер-Курселет (15–22 сентября), Гинденбург приказал отдать приоритет Сомминскому фронту в западном направлении по поставкам войск и снабжения. К концу битвы при Морвале (25–28 сентября) у Руппрехта не осталось резервов на Сомме. В течение сентября немцы отправили еще тринадцать свежих дивизий в британский сектор и собирали войска, где только могли. Немецкая артиллерия произвела 213 железнодорожных состава с полевыми артиллерийскими снарядами и 217 составов с тяжелыми боеприпасами, однако появление танков, поражение в битве при Типвале (26–28 сентября) и количество потерь (сентябрь стал самым кровопролитным месяцем битвы для немецких армий) нанесли серьезный удар по немецкому моральному духу. 7 октября Руппрехт ожидал британского наступления к северу от реки Анкра в середине октября, а тревога по поводу ситуации у Вердена также возросла. 19 октября отправка подкреплений из Вердена на Сомму была приостановлена. Поражения, нанесенные южнее Соммы французской Десятой армией (10–21 октября), привели к отставке Бронсарта фон Шеллендорфа, начальника штаба Второй армии.

Программа "Хинденбург"

Гинденбург и Людендорф потребовали внутренних изменений, дополняющих их новую стратегию. Немецкие рабочие должны были подчиняться Закону о вспомогательной службе (Hilfsdienstgesetz), который с ноября 1916 года обязывал всех немцев в возрасте от 16 до 50 лет к несению обязательной службы. Новая программа была направлена на утроение производства артиллерии и пулеметов и удвоение производства боеприпасов и минометов. Расширение армии и производства вооружений привело к усилению конкуренции за рабочую силу между армией и промышленностью. В начале 1916 года в немецкой армии насчитывалось 900 000 человек в учебных частях и еще 300 000 в марте, когда был призван класс призывников 1897 года. Армия располагала таким большим количеством личного состава, что были разработаны планы по демобилизации старших классов Ландвера, а летом Фалькенхайн приказал сформировать еще 18 дивизий, доведя общую численность армии до 175 дивизий. Кровопролитные сражения под Верденом и на Сомме предъявляли повышенные требования к немецким дивизиям, которые приходилось снимать с передовой после всего нескольких дней, примерно 14 дней на Сомме. Увеличение числа дивизий могло бы снизить нагрузку на Западный фронт и создать резерв для наступлений на других направлениях. Гинденбург и Людендорф приказали сформировать еще 22 дивизии, доведя их общее число до 179 к началу 1917 года. Личный состав для дивизий, созданных Фалькенхайном, был получен за счет преобразования четырехполковых дивизий в трехполковые, а не за счет общего увеличения численности армии. Для укомплектования дополнительных дивизий, формирование которых было приказано Гинденбургом и Людендорфом, можно было использовать личный состав из тыловых частей, но большая его часть должна была быть взята из резерва пополнения, который был истощен потерями 1916 года. Хотя новые классы призывников и пополняли резерв, замена потерь станет гораздо сложнее, когда резерв должен будет поддерживать большее количество дивизий. Призыв класса 1898 года в начале ноября 1916 года увеличил резерв до 763 000 человек к февралю 1917 года, но большая армия станет истощающим ресурсом. Эрнст фон Врисберг, заместитель министра прусского военного министерства, отвечавший за формирование новых частей, серьезно сомневался в целесообразности увеличения армии, но был переубежден Людендорфом. В начале 1916 года немецкая армия была одинаково хорошо обеспечена артиллерией и боеприпасами, сосредоточив 8,5 миллионов полевых и 2,7 миллиона тяжелых артиллерийских снарядов к началу битвы при Вердене, но за первые две недели было израсходовано четыре миллиона снарядов, а 5-й армии требовалось около 34 эшелонов боеприпасов в день для продолжения сражения. Битва на Сомме еще больше истощила немецкие запасы боеприпасов, и когда пехота была вынуждена отойти с передовой, возросла потребность в Sperrfeuer (оборонительных огненных заграждениях) для компенсации отсутствия препятствий. До войны Германия импортировала нитраты для производства пороха, и только открытие процесса Габера по синтезу нитратов из атмосферного азота позволило Германии производить взрывчатые вещества в условиях блокады. Разработка процесса и строительство заводов для его освоения заняли время. При Фалькенхайне закупка боеприпасов и вооружения основывалась на объемах производства пороха, поскольку производство боеприпасов без достаточного количества взрывчатых веществ было столь же неэффективным, как и бессмысленным. Гинденбург и Людендорф хотели увеличить огневую мощь за счет сокращения численности личного состава и проигнорировали этот принцип. Для удовлетворения существующего спроса и обеспечения новым вооружением Гинденбург и Людендорф стремились к значительному увеличению производства пороха до в месяц. В июле 1916 года целевой показатель был увеличен с 15 тыс. тонн, что, как ожидалось, покроет существующий спрос, а дополнительный объем производства, требуемый Гинденбургом и Людендорфом, никогда не мог соответствовать удвоению и утроению производства артиллерии, пулеметов и минометов. Промышленная мобилизация, необходимая для реализации программы Гинденбурга, увеличила спрос на квалифицированных рабочих, Zurückgestellte (отозванных из армии) или освобожденных от призыва. Число "Зюрекгештелльтов" увеличилось с 1,2 миллиона человек, из которых 740 000 были признаны kriegsverwendungsfähig (kv, пригодными для службы на передовой) в конце 1916 года, до 1,64 миллиона человек в октябре 1917 года и более двух миллионов к ноябрю, из которых 1,16 миллиона были kv. Требования программы Гинденбурга усугубили кризис с рабочей силой, а ограничения на доступность сырья привели к тому, что целевые показатели не были достигнуты. Немецкая армия вернула 125 000 квалифицированных рабочих в военную экономику и освободила 800 000 рабочих от призыва с сентября 1916 года по июль 1917 года. Производство стали в феврале 1917 года отставало от запланированного на , а производство взрывчатых веществ было ниже целевого показателя, что усилило давление на Людендорфа с целью отступления к линии Гинденбурга. Несмотря на недостатки, к лету 1917 года артиллерийский парк Западного фронта увеличился с 5300 до 6700 полевых орудий и с 3700 до 4300 тяжелых орудий, многие из которых были новыми моделями с улучшенными характеристиками. Увеличение производства пулеметов позволило каждой дивизии иметь 54 тяжелых и 108 легких пулеметов, а также увеличить число Maschinengewehr Scharfschützen Abteilungen (MGA, отрядов пулеметных снайперов). Увеличение производства было недостаточным для оснащения новых дивизий; существующие дивизии, которые все еще имели две артиллерийские бригады по два полка в каждой, потеряли один полк и штаб бригады, оставив три полка. В соответствии с новыми стандартами оснащения, британские дивизии в начале 1917 года имели 64 тяжелых и 192 легких пулемета, а французские – 88 тяжелых и 432 легких пулемета.

Неограниченная война подводных лодок и стратегические бомбардировки

9 января 1917 года Гинденбург и Людендорф настояли на возвращении к политике неограниченной подводной войны и на следующий день добились отставки канцлера Бетмана Гольвега и других противников этой политики. Возобновление политики было запланировано на 1 февраля с целью потопления определенного количества судов в месяц и вывода Великобритании из войны в течение пяти-двенадцати месяцев. Решение было принято не столько под влиянием оптимистичных прогнозов флота, сколько из-за "безнадежного" положения западных армий и истощения союзников Германии. Одновременно с этим планировалось открыть новый фронт на западе возобновлением воздушных атак на Британию. К тому времени появились новые самолеты, способные заменить дирижабли, которые к 1916 году стали слишком уязвимы для британских средств противодействия. Планирование началось в конце 1916 года, а операция "Турецкий крест" (Unternehmen Türkenkreutz) стартовала в мае 1917 года.

Оборонительные укрепления

В рамках оборонительной стратегии Западного фронта было запланировано создание пяти оборонительных позиций, которые должны были стать основой Abwehrschlacht (оборонного сражения), ожидаемого в 1917 году. Фландренштеллюнг (Flandernstellung) от Бельгийского побережья, вдоль хребта Пашендаль и за мессинским выступом, до обороны Лилля, Вотанштеллюнг (Wotanstellung, известная как линия Дрокур-Кеан британцам) от Лилля до Сайли, должна была быть построена за полями сражений 1915 года у Луа, Вими и Арраса и полем сражения 1916 года на Сомме. Зигфридштеллюнг (Siegfriedstellung, известная британцам как линия Гинденбурга) должна была быть построена у подножия Нуайонского выступа, от Нёвиль-Витасс близ Арраса, через Сен-Кантен и Лаон, Эну к востоку от Суассона до Серни-ан-Лануа на хребте Шмен-де-Дам. Хундингштеллюнг (Hundingstellung) должна была проходить от Перонна до Этана, к северо-востоку от Вердена, за позициями Шампанского сражения 1915 года. Михельштеллюнг (Michelstellung) должна была прикрывать участок от Этана до Пон-а-Муссона за Сен-Мишельским выступом. Новые укрепленные районы предназначались в качестве мер предосторожности (Sicherheitskoeffizient), построенных для использования в качестве сборных позиций (Eventual Stellungen, аналогичных тем, что строились на Русском фронте) и для сокращения Западного фронта с целью экономии войск и создания большего количества резервов. Зигфридштеллюнг обладала потенциалом высвободить наибольшее количество войск и была начата первой; Гинденбург и Людендорф определили её маршрут 19 сентября, а строительство началось 27 сентября. Отход к Зигфридштеллюнг обсуждался Людендорфом и другими высокопоставленными немецкими командирами зимой 1916–1917 годов. 19 декабря обсуждалось наступление в новом году с 21 дивизией, но было сочтено, что такая группировка не сможет достичь решающего результата. В меморандуме ОHL от 5 января отмечалось, что французские и британские наступательные приготовления велись вдоль всего Западного фронта, чтобы сохранить в тайне место весеннего наступления. Считалось, что фронт на Сомме, район между Аррасом и Лиллем, фронт у Эны, Лотарингия и Фландрия особенно подвергаются угрозе. Допрос пленных, анализ почты, шпионаж и воздушная разведка использовались для определения вероятных участков англо-французских наступлений. Март считался самым ранним сроком для атаки англо-французских войск, с возможной задержкой в случае планируемого российского наступления. 15 января начальник штаба группы армий Руппрехта, генерал-лейтенант Герман фон Куль, опубликовал обзор возможностей наступления. Немецкая попытка прорыва была отклонена из-за недостатка средств и последствий неудачи. Рассматривались ограниченные атаки с конкретными целями у Луа, Арраса, на Сомме и у Эны, но нехватка живой силы и техники означала, что даже небольшие атаки рисковали истощить резервы, необходимые для обороны от ожидаемых англо-французских весенних наступлений. Местные атаки, подобные тем, что произошли у Бушавен и Ла-Майзоне на Сомме в конце 1916 года, которые можно было осуществить без подкреплений, были единственным возможным вариантом. Людендорф согласился с анализом, что наступление невозможно. Во время визита к Кулю 20 января Фукс пришел к выводу, что превосходство союзников настолько велико, что немецкая армия не может предотвратить атаку англо-французов или остановить их в другом месте. Армия не выдержит еще одной битвы, подобной Сомме; работа над укреплениями там была бесполезна и привела бы к бессмысленному изнурению войск. 29 января Людендорф постановил, что отвод не может быть отдан по политическим, а также по военным соображениям, а затем 31 января обсудил отвод с Кулем, в то время как командиры 1-й и 2-й армий на Сомме выступали против отступления. Ресурсы продолжали направляться на оборону Соммы в январе и феврале, и 6 февраля штаб 1-й армии запросил три дивизии и 15 000 рабочих для работы на новых позициях, для реализации плана Вотан-Зигфрид-Ригель, частичного отступления на линию от Арраса до Сайли. Даже с расширением немецкой армии в течение зимы и переброской дивизий из России, 154 немецкие дивизии на Западном фронте противостояли 190 французским, британским и бельгийским дивизиям, многие из которых были больше немецких. План Вотан-Зигфрид-Ригель сократил бы фронт на и потребовал бы на шесть меньше дивизий, удерживающих фронт, по сравнению с сокращением на и экономией 13–14 дивизий, путем отвода в среднем до Зигфридштеллюнг (линии Гинденбурга).

Англо-французская стратегия 1917 года

Немецкая армия была далека от поражения, но к 1916 году была оттеснена на Сомме и под Верденом, как и австро-венгерская армия на юге России. На Шантийской конференции в ноябре 1916 года союзники договорились о проведении нового общего наступления. Вклад англо-французских войск должен был состоять в возобновлении наступления на Сомме с гораздо большими силами, расширив атаку на север до Арраса и на юг до Уазы, за которым последовала бы французская атака между Суассоном и Реймсом. Британцы должны были атаковать выступ, образовавшийся между Бапом и хребтом Вими, двумя армиями, а французы – тремя армиями от Соммы до Нуайона. Атаки должны были проводиться на максимально широких фронтах и продвигаться достаточно глубоко, чтобы угрожать немецким артиллерийским позициям. Когда маршал Жозеф Жоффр был заменен генералом Робертом Нивелем, «стратегия Шантилли» была изменена. Французы вернулись к политике решающего сражения, с прорывом, который должен был быть достигнут в течение 24–48 часов, что привело к «полному уничтожению активных сил противника маневром и боем». Последовательные атаки в методичном бою были отменены и заменены непрерывными наступлениями, чтобы лишить немцев времени на подкрепление и укрепление обороны. Мощный артиллерийский огонь, достигающий в глубину немецкой обороны, должен был обеспечить прорыв. Пехота должна была в одной атаке выйти к немецкой тяжелой артиллерии, а затем расширить брешь фланговыми ударами. Стратегический резерв затем прорвется через брешь и уничтожит немецкие резервы в открытом бою. Первоначальные французские атаки между Соммой и Уазой были сокращены, а вторичная атака между Суассоном и Реймсом была усилена и стала основным наступлением. Наступление Нивеля планировалось начать с британской атаки на выступ Бапом в начале апреля 1917 года, чтобы помочь основным французским атакам через неделю, сковав немецкие войска на фронте Арраса и отвлекая резервы от Эны.

Немецкие препараты

Немецкие самолеты-разведчики обследовали весь Западный фронт зимой 1916–1917 годов в поисках признаков подготовки к англо-французскому наступлению. Проект Siegfriedstellung (Позиция Зигфрида, позднее известная союзниками как линия Гинденбурга) был разработан полковником Краймером, инженером из высшего штаба (OHL), и генералом Лаутером, генеральным инспектором артиллерии. Строительство было организовано Руппрехтом и Кулем; когда планы были готовы, линия была разделена на сектора, и офицеры Генерального штаба, артиллеристы и инженеры были назначены для надзора за строительством, которое, как ожидалось, займет пять месяцев. Оборону возводили немецкие строительные компании, привлекавшие квалифицированных рабочих для изготовления железобетонных сооружений, в то время как 12 000 немецких и 3 000 бельгийских рабочих, а также 50 000 в основном русских военнопленных рыли траншеи. Строительные работы поглотили большую часть производства цемента, песка и гравия оккупированной Франции и Бельгии, а также западной Германии. Транспортировка материалов осуществлялась по каналам и железной дороге, которая перевезла 1250 железнодорожных составов с инженерным имуществом, хотя период строительства с октября 1916 года по март 1917 года означал, что к обычному трафику добавлялось лишь около восьми поездов в день. Для изготовления элементов позиции использовались методы массового производства. Стандартными были железобетонные укрытия для пехотных отделений и артиллерийских наблюдательных пунктов, а все деревянные конструкции изготавливались по шаблону. Линия была протяженной и рассчитана на гарнизон из двадцати дивизий, расположенных на расстоянии друг от друга. Телефонные кабели были глубоко заложены, а легкие железные дороги построены для доставки снабжения к оборонительным позициям. Позиция состояла из двух траншей, расположенных на расстоянии около друг от друга, с гарнизонами для занятия передней траншеи. Основной линией обороны была вторая траншея, оборудованная укрытиями для большей части передового гарнизона. Поля колючей проволоки глубиной до метров были закреплены винтовыми кольями в трех полосах шириной и на расстоянии друг от друга, в зигзаг, чтобы пулеметы могли простреливать бока, расположенные перед системой траншей. Перед и за траншеями были построены артиллерийские наблюдательные пункты и пулеметные гнезда. Там, где рельеф местности позволял наблюдение за системой с тыла, она строилась на обратных склонах (Hinterhangstellung) с коротким сектором огня для пехоты, в соответствии с опытом оборонительных сражений на Западном фронте 1915 и 1916 годов, когда позиции на передних склонах были уничтожены наблюдательным огнем франко-британской артиллерии. Во многих участках новой позиции новый принцип строительства на обратных склонах с артиллерийскими наблюдательными пунктами в тылу не был соблюден. Артиллерийские наблюдательные пункты строились в передней траншее или перед ней. Траншеи рылись возле гребня, на переднем склоне или в тылу обратного склона, что повторяло устаревшие позиции, которые были оставлены. Командующий 1-й армией генерал Фриц фон Белоу и его начальник штаба полковник Фриц фон Лоссберг отклонили эту планировку, поскольку дым и пыль делали наблюдение артиллерии с таких позиций невозможным. Они настояли на том, чтобы участок Siegfriedstellung (линии Гинденбурга) 1-й армии от Кюана, где она соединялась с Wotanstellung (линией Ватана), до Белликура к северу от Сен-Кантена, имел дополнительную позицию, построенную перед новой позицией, которая станет позицией защиты артиллерии (Artillerieschutzstellung) за пересмотренной системой фронта; на линии уже было 1200 укрытий для размещения 14 000 человек, чего было достаточно для укрытия местных резервов. Новая линия была бы аналогичной, но построена на обратных склонах, имела бы укрытия для 24 000 человек и была бы готова к 15 марта. Существующие артиллерийские позиции были демонтированы, а артиллерия размещена на позициях, доминирующих над местностью, удобной для развертывания штурмовых войск, например, плато Ла-Вакри. Руппрехт отказался отсрочить реализацию операции "Альберих" (Alberich Bewegung), но после осмотра Siegfriedstellung (линии Гинденбурга) 27 февраля одобрил предложение 1-й армии и предоставил три дивизии и 15 000 рабочих для нового строительства, которое превратило Siegfriedstellung (линию Гинденбурга) в Siegfried I Stellung. Еще одна двухтраншейная система (Siegfried II Stellung) была запланирована вблизи артиллерийских резервных позиций, расположенных примерно позади существующих батарейных позиций, которые должны были быть построены, как только появится рабочая сила. Дополнительная позиция должна была гарантировать, что наступление, захватившее Siegfried I Stellung (линию Гинденбурга), не сможет продолжиться без паузы для передислокации артиллерии в зону досягаемости Siegfried II Stellung. После завершения различные позиции имели глубину и исходная линия Гинденбурга стала промежуточной линией (Siegfried I Zwischenstellung). Осенью 1917 года начались работы над еще одной оборонительной позицией, в которой исходная линия Гинденбурга использовалась в качестве передней траншеи.

Немецкие оборонительные методы

Практика жесткой обороны передовых окопов, вне зависимости от потерь, была отменена в пользу мобильной обороны укрепленных районов, строившихся осенью и зимой 1916–1917 годов. В январе 1917 года был опубликован труд "Allgemeines über Stellungsbau" ("Общие принципы полевого фортификационного строительства"), в котором содержались инструкции по возведению эшелонированной обороны, основанной на принципах большей глубины, рассредоточения и маскировки. Окопные линии предназначались главным образом для размещения личного состава, складирования припасов и в качестве ложных целей, а не для ведения огня. Глубокие дзоты на передовой должны были быть заменены большим количеством мелких, неглубоких железобетонных укрытий для личного состава (Mannschafts Eisen Beton Unterstände – MEBU), большинство из которых строились в тылу оборонительных позиций. В новых передовых, боевых и тыловых боевых зонах цепь командования была упрощена путем преобразования штабов корпусов в группы (Gruppen), ответственные за административные задачи на территории, куда дивизии перебрасывались на определенный период времени, после чего отводились на отдых, обучение и пополнение. В дивизиях также было введено командование районами, а командование полками передавалось командиру передового батальона (KTK Kampftruppenkommandeur), что сократило цепь командования с пяти до двух звеньев. Ценность местности определялась ее значением для оборонительной позиции. Если рельеф местности давал защитнику тактическое преимущество, позволяющее отразить атаку с минимальными потерями благодаря огню из рассредоточенных, замаскированных позиций и корректировке артиллерийского огня, то за нее должны были сражаться гарнизон и местные резервы, которые проводили бы контратаки для возвращения утраченных позиций. Изменения были закреплены в учебном руководстве "Grundsätze für die Führung in der Abwehrschlacht" ("Принципы ведения оборонительного боя в позиционной войне"), выпущенном 1 декабря 1916 года, в котором взводы (Gruppen), а не батальоны, определялись как основная тактическая единица. Небольшие передовые гарнизоны должны были отражать атаки, а прорывы – немедленно блокировать и контратаковать, не дожидаясь приказов. Передовым войскам разрешалось отходить от огня, предпочтительно продвигаясь в нейтральную полосу, но допускались также перемещения на фланги и в тыл. Если передовые гарнизоны и их поддержка не могли удержать или отбить линию фронта, они должны были оборонять позиции, даже будучи окруженными, чтобы выиграть время для контратаки резервных дивизий. В случае невозможности немедленной контратаки (Gegenstoss) с тыла оборонительной позиции, преднамеренная контратака (Gegenangriff) планировалась на несколько дней. Зимой сформировались две школы мысли: основные авторы нового учебного пособия, полковник Макс Бауэр и капитан Герман Гейер из Генерального штаба, считали, что передовые гарнизоны должны иметь право на самостоятельное передвижение вперед, в стороны и отступление. Генерал фон Хёэн и полковник Фриц фон Лоссберг, начальник штаба 1-й армии, 30 января 1917 года опубликовали меморандум "Erfahrungen der I Armee in der Sommeschlacht" ("Опыт 1-й немецкой армии в битвах на Сомме"). В документе отстаивалась необходимость жесткого удержания линии фронта ее гарнизоном для сохранения организованной обороны под контролем командиров батальонов. Лоссберг и Хёэн сомневались, что подкрепления смогут прибыть достаточно быстро, чтобы отразить атаку до того, как пехота союзников закрепится на позициях. Они предсказывали, что дивизии подкрепления (Ablösungsdivisionen) не будут готовы вовремя для успешных поспешных контратак и что следует планировать контратаки через 24–48 часов с полной артиллерийской поддержкой. Обе теории были включены Людендорфом в новое "Ausbildungsvorschrift für die Fusstruppen im Kriege" ("Учебное руководство для пехоты в войне") от марта 1917 года. Для подготовки немецких командиров были созданы учебные центры, и курсы начались в феврале 1917 года.

Англо-французские препараты

Планы Великобритании и Франции на 1917 год были согласованы на конференции союзников в Шантильи 15–16 ноября 1916 года. Действующие операции должны были продолжаться в течение зимы, вновь прибывающие войска должны были быть обучены, а весной фронт наступления должен был быть расширен от Соммы до Арраса и Уазы. Фронт атаки должен был составлять около [указать длину, если она есть в оригинале] километров, с двумя французскими внезапными атаками в районе Реймса и в Эльзасе, которые должны были начаться после основных атак, чтобы использовать дезорганизацию и нехватку резервов у немцев. Союзники рассчитывали иметь 168 дивизий против 129 немецких дивизий для проведения скоординированных наступлений. Также была согласована британская операция во Фландрии, которая должна была начаться через несколько недель после основных наступлений южнее. 13 декабря Жоффр был заменен Нивелем, который предложил гораздо более амбициозную стратегию, сохранив план возобновления англо-французских атак по обе стороны поля боя на Сомме в 1916 году, но преобразовав наступление на Эне в прорывное, за которым должно было последовать развертывание стратегического резерва в 27 дивизий для ведения "решающей" битвы, призванной обеспечить эксплуатацию победы всеми британскими и французскими армиями. Французские войска, находившиеся южнее британской Четвертой армии, были освобождены для присоединения к стратегическому резерву за счет расширения британского фронта к северу от Руа на Авре, направленного в сторону Сен-Кентен, что было завершено к 26 февраля. В период хорошей погоды в октябре 1916 года британские разведывательные полеты доложили о строительстве новых оборонительных сооружений в глубоком тылу Соммы; 9 ноября разведывательные самолеты обнаружили новую линию обороны от Бурлонского леса до Кьяна, Буллекура, реки Санс и Эненеля, вплоть до немецкой третьей линии в районе Арраса. На следующий день бежавший русский военнопленный сообщил, что 2000 заключенных работали над строительством бетонных укрытий возле Сен-Кентен. За фронтами Пятой и Четвертой армий линия Гинденбурга проходила дальше, а зимняя погода была исключительно плохой, что приводило к отмене полетов и делало воздушную разведку ненадежной. 11 декабря разведка в районе Маркуанга не выявила ничего необычного, несмотря на облет новых раскопок. Немецкое сопротивление в этом районе усилилось, увеличилось количество самолетов и в конце лета 1916 года на вооружение поступили более совершенные типы. Три промежуточные оборонительные линии, начатые в конце 1916 года, располагались значительно ближе к фронту Соммы и были замечены британскими самолетами-разведчиками, которые сообщали о дальнейших раскопках, не вызывающих особых подозрений. 2 января Нивель поручил французским ВВС сотрудничать с британцами для исследования немецких оборонительных систем, о которых сообщали шпионы и репатриированные гражданские лица. Только 26 января британский разведывательный отчет сообщил о новой линии обороны между Аррасом и Лаоном. В феврале попытки отправить больше самолетов для разведки линии были затруднены туманом, снегом, дождем, низкой облачностью и чрезвычайно решительной немецкой противовоздушной обороной. Британская воздушная разведка обнаружила раскопки между Дрокуром и Витри-ан-Артуа в конце января, а 15 февраля – линию между Кьяном и Этаном. К 15 февраля британцам удалось проследить новую линию (названную Дрокур-Кьянским переходом) на юг до Беликура, а 25 февраля – до Сен-Кентен, на следующий день после первого немецкого отступления на Анкре. Британские самолеты понесли большие потери в этих полетах из-за присутствия Jagdstaffel 11 (Цирка Рихтгофена) в районе Дуэ; 15 апреля было сбито шесть британских самолетов-разведчиков и два самолета сопровождения.

Операции на Анкере, 1917

Зимняя погода в середине ноября 1916 года остановила англо-французские атаки на Сомме, а не оборонительные усилия немецкой армии. 1 января немецкая атака захватила Хоуп-Пост близ Бомонт-Амеля, который был потерян в результате британской атаки 5 января. В ночь с 10 на 11 января британские войска захватили Триангел и Мук-Тренч, прикрывая фланг атаки на Мюнхенский траншею в течение дня; британские войска продвигались вперед по Реданскому хребту до конца месяца. Падение температуры усугубило немецкие трудности, замораживая грязь в долине Анкры, что значительно облегчило передвижение пехоты. 3 и 4 февраля британские атаки в направлении Пуизи и Речных траншей увенчались успехом, несмотря на немецкие контратаки 4 февраля. 7 февраля британские атаки угрожали немецкому контролю над Грандкур и Серр. Каждое небольшое продвижение открывало британским наблюдателям очередную часть оставшейся немецкой обороны. 17 февраля началась крупная британская атака с целью захвата Холма 130 и получения наблюдения за Мираумонтом и немецкими артиллерийскими позициями за Серром. Три дивизии атаковали после трехдневной артиллерийской подготовки с использованием нового взрывателя 106. 16 февраля началось оттаивание, которое, в сочетании с тем, что немцы были предупреждены об атаке дезертиром, привело к тому, что наступление на южном берегу продвинулось лишь незначительно и завершилось захватом Бум-Равины (Баум-Мульде). Атака на северном берегу, направленная на получение наблюдения за Мираумонтом с запада, увенчалась успехом, несмотря на погодные условия и предупреждение немцев. На фронте Четвертой армии число атак сократилось, в то время как французские позиции передавались поэтапно на юг, в сторону дороги Амьен-Руа. 27 января 29-я дивизия взяла 368 пленных в ходе наступления, а 1 февраля австралийская атака на Штормовую траншею была отбита немецкой контратакой. Вторая атака 4 февраля оказалась успешной. 8 февраля батальон 17-й дивизии захватил траншею с видом на Сайлизель и удержал ее, несмотря на продолжавшиеся 9 февраля немецкие контратаки. 21 и 22 февраля австралийские войска захватили еще часть Штормовой траншеи, несмотря на дождь, который сделал местность еще более "ужасной", чем до заморозков в январе и начале февраля. 23 февраля британские и австралийские войска на южной стороне Анкры отправили патрули вперед для расследования пожаров, замеченных в немецких траншеях, и обнаружили немецкое отступление. Сообщения начали поступать к британским командирам к 9:30 утра 24 февраля, которые отдали приказ усилить патрулирование и подготовить передовые отряды к наступлению на рассвете 25 февраля. Немецкие позиции до резервной линии, Riegel I Stellung (Траншея I), от Ле-Транслой до Серра оказались пустыми; Гоф приказал усиленным патрулям выдвинуться вперед и восстановить контакт с немцами. За британским фронтом оттаивание дорог и путей снабжения вызвало серьезные проблемы со снабжением.

План Германии

В течение зимы проводились немецкие операции дезинформации, а признаки наступления через Швейцарию отвлекли внимание французов к концу 1916 года. Британцы были заняты сообщениями о переброске войск и тяжелой артиллерии во Фландрию, а также возросшим количеством донесений агентов о передвижении войск из Лилля, Туркуанга и Куртре. До января 1917 года британцы всерьез рассматривали возможность ограниченного наступления в направлении портов Ла-Манша и сделали Фландрию объектом большинства своих дальних разведывательных полетов. Руппрехт, командующий северной группой армий на Западном фронте, был ответственным за планирование разрушения инфраструктуры в Нойонском выступе и отход на новые оборонительные позиции вдоль Зигфридштеллунг (линии Гинденбурга), получивший кодовое название Alberich Bewegung (Альберих-манёвр). Немцы подготовили 35-дневный план «Альберих»: инфраструктура в выступе должна была быть уничтожена, а здания снесены с 9 февраля по 15 марта. Ловушки разрабатывались с использованием замедлителей, представлявших собой ударник на пружине, удерживаемый проволокой. Кислота разъедала проволоку, освобождая ударник и приводя во взрыв взрывчатку. Ряд таких устройств был установлен в бункерах, но большинство ловушек имели простые детонаторы давления. К полезным предметам, таким как печные трубы и трофеи, прикреплялись проволоки; на лестницах в земляных убежищах к связкам ручных гранат подсоединялись растяжки. На некоторых дорогах зарывались тяжелые артиллерийские снаряды с ударными взрывателями, которые срабатывали только под весом грузовика. Британские инженеры и туннельные роты прочесывали занятые территории и обезвреживали многие взрывные устройства. Дороги затапливались путем разрушения дренажных систем и ручьев; колодцы выводились из строя путем бурения шахты рядом с ними и подрыва заряда, что приводило к их окончательному разрушению. Большая часть взрывчатки, используемой немцами (Донарит, Вестфалит и Пердит), обладала способностью поглощать воду, поэтому ее можно было нейтрализовать, обливая водой. Некоторые британские группы по обезвреживанию ловушек заставляли немецких пленных идти первыми, которые обнаруживали ловушки, чтобы избежать подрыва, а британские туннелиры извлекали взрывчатку. (В некоторых районах ловушки не обнаруживались, поскольку немецким командирам дивизий было разрешено самостоятельно решать, минировать ли свои участки, и некоторые отказывались.) Планировалось вырубить деревья, загрязнить колодцы и заставить гражданское население покинуть район. Руппрехт возражал против политики выжженной земли по моральным и практическим соображениям, считая, что разрушения станут пропагандистской катастрофой, предоставят вражеским войскам укрытие и материалы для ремонта дорог, а также подорвут моральный дух и дисциплину немецких солдат, участвующих в разрушениях. Здания в Несле, Хаме, Нуайоне и нескольких деревнях были исключены из плана, и там должны были остаться 10 000–15 000 французских гражданских лиц, в то время как 150 000 трудоспособных гражданских лиц должны были быть эвакуированы для работы на остальной территории оккупированной Франции и Бельгии. Был подготовлен 35-дневный график плана сноса, за которым должны были последовать два дня марша для войск на флангах района, три дня для войск между Науруа и Куси-ле-Шато и четыре дня марша для войск между Сен-Кантеном и Ла-Фером.

Немецкие отставки на Соме

Оборонительные позиции, занимаемые немецкой армией на Сомме после ноября 1916 года, находились в плохом состоянии, гарнизоны были истощены, а почтовые цензоры сообщали об усталости и низком моральном духе, что заставило немецкое командование сомневаться в способности армии выдержать возобновление битвы. Немецкая оборона на Анкре начала рушиться под британскими атаками в январе 1917 года, что побудило Руппрехта 28 января потребовать начала отступления к Зигфридшталлунгу (линии Гинденбурга). Людендорф отклонил это предложение на следующий день, но британские атаки на 1-ю армию, особенно действия у Мираумонта / битва при Бум-Равине (17–18 февраля), заставили Руппрехта в ночь на 22 февраля отдать приказ о предварительном отступлении примерно между Эссартом и Ле-Транслоем до Ригель I Stellung. 24 февраля немцы отступили к Ригель I Stellung, прикрываемые тыловыми подразделениями, по дорогам в относительно хорошем состоянии, которые затем были ими разрушены. На следующий день немецкие тыловые подразделения нанесли 174 потерь австралийским войскам у Лопар-Вуд и оттеснили британские войска из Ирля артиллерийским огнем. Британская атака на Пюисьё 26 февраля продолжалась весь день и завершилась рукопашными схватками. На следующий день войска 5-го прусского пехотного полка покинули Тиллуа, завершив отступление к Ригель I Stellung. Отступлению немцев способствовала оттепель, превратившая дороги за британским фронтом в болота, а также сбои в работе союзных железных дорог, снабжавших фронт на Сомме. В ночь на 12 марта немцы отступили из Ригель I Stellung между Бапом и Аши-ле-Петти, в то время как небольшие группы войск поднимали ракеты, чтобы ввести в заблуждение британцев, готовившихся к атаке. Британцам потребовалось 13 марта, чтобы занять Ригель II Stellung (Траншею II). Британские войска, противостоящие 1-й армии, получили признаки скорого отступления 20 и 21 февраля, когда были расшифрованы перехваченные радиосообщения, приказывающие немецким радиостанциям в Аши-ле-Петти, Гревьере и окрестностях Бапама закрыться и готовиться к отступлению. После этого периода информация от пленных и свидетельства немецких разрушений указывали на планирование более длительного отступления, но наличие трех немецких резервных линий за линией фронта делало более вероятным локальное немецкое отступление, чем более масштабное. 13 марта в Лопар-Вуд был найден документ, раскрывающий план и кодовое название «Альберих» от 5 марта. 24 февраля генерал-лейтенант Губерт Гоф определил границы трех корпусов, осуществляющих наступление, и приказал им восстановить контакт с немецкими армиями, используя сильные патрули, поддерживаемые более крупными силами, продвигающимися вперед более методично. Немецкая линия фронта удерживалась на остальной части фронта, и возможность внезапного немецкого контрнаступления не исключалась. 25 февраля 2-я австралийская дивизия атаковала Мальт-Траншею, обнаружила, что она сильно укреплена, и была вынуждена отступить с 174 потерями. Дивизии 5-й армии продвигались с патрулями, пока не столкнулись с немецким сопротивлением, затем готовились к методичным атакам, некоторые из которых были сорваны немецким отступлением, в результате которого к 26 февраля, за исключением небольших отрядов, немцы покинули территорию к западу от Ригель I Stellung. Британские инженеры импровизировали сани для перевозки орудий и повозок, а мулы использовались для перевозки продовольствия и боеприпасов, и 8 марта грузовики с боеприпасами смогли продвинуться вперед в районе V корпуса. За старой британской линией фронта оттепель сильно ухудшила состояние дорог, которые и без того были плохими в конце 1916 года, многие были закрыты, а по другим было разрешено движение только гужевого транспорта. Железнодорожный транспорт пострадал еще больше: порт Булонь был заблокирован, количество поездов и вагонов на северных французских железных дорогах было значительно меньше британских потребностей, линии были перегружены и подвергались ограничениям движения. Трудности со снабжением также начали возрастать на фронтах 3-й и 4-й армий до немецкого отступления. 10 марта 5-я армия взяла Гревьерескую траншею и Ирль в методичной атаке, которая подавила немецкую оборону и захватила 215 пленных. За Бапом виднелся огонь, а более заметный – за Ригель III Stellung, и британская военная разведка сообщила, что штаб-квартира Руппрехта была перенесена в Монс; было известно, что гражданское население было эвакуировано вместе со складами снабжения и артиллерией. Ригель II Stellung оказалась пустой между Бапом и Аши-ле-Петти в ночь на 12 марта, но на следующий день атака на Букуа потерпела неудачу с 574 потерями. Немецкий документ, найденный в Лопар-Вуд и датированный 5 марта, содержал подробности об операции «Альберих» (Alberich Bewegung) и показал, что Лопар-Вуд был покинут на день раньше. В ночь на 14 марта патрули обнаружили, что немцы отступили с части фронта 4-й армии, а 17 марта немцы незаметно отступили на всем фронте 3-й и 5-й армий.

- Да.

4 февраля был отдан приказ о начале движения «Альберих» (Alberich Bewegung), 9 февраля было назначено первым днем «Альбериха», а 16 марта – первым днем марша. 1-я армия от Арраса до Перонна выдвинула резервные дивизии «Зигфрид» к позиции Ригель III Stellung и в деревни-аутпосты вблизи Зигфридстаунга (линия Гинденбурга). Фронтовые дивизии, истощенные британскими атаками, были отведены за Siegfriedstellung (линия Гинденбурга). 17 марта немецкие войска на северном участке Бапомского выступа быстро отступили, так как к северу от Ашьет-ле-Гран не было промежуточных линий, соответствующих Ригель III Stellung. 18 марта Ригель I Stellung была оставлена, а на следующий день были эвакуированы Буайель и Буари-Беккерель. Отступление проходило прямо к Siegfriedstellung (линия Гинденбурга), за исключением форпостов в Энен-сюр-Кужёль, Сен-Мартен-сюр-Кужёль и западной части Нёвиль-Витасс. 20 и 21 марта было предпринято множество набегов на британские форпосты. Ригель I Stellung была оставлена к северу от реки Анкр, вместе с частью Ригель II Stellung возле ее соединения с Ригель I Stellung в Бапёме, которая также была оставлена, пока многие дома еще горели. На следующий день группы немцев в Бёньи в позиции Ригель III сражались до наступления темноты, а затем отступили. Группа в Во-Вракур была застигнута врасплох (некоторые из них брились) и отброшена к Лагникуру. 20 марта австралийская атака на Нурейль провалилась, потери составили 331 человек, а атака на Круазиль была отбита. 23 марта была предпринята немецкая контратака с целью вернуть Бометц, она вошла в деревню, прежде чем была вынуждена отступить; атака была повторена на следующий день, но только одна группа достигла деревни. Лагникур был потерян 26 марта, а контр-атака из Нурейля была отбита, затем британская атака на Бюкуа была разгромлена. 2-я армия проводила отступление с дивизиями, удерживавшими линию фронта, которые были более свежими, чем дивизии 1-й армии, и им помогали несколько кавалерийских дивизий и батальонов велосипедистов. 17 марта началось отступление к северу от Авры, а к 18 марта 7-я, 2-я, 1-я и южное крыло 6-й армии начали отступать от старой линии фронта. Суассон был оставлен, дороги, ведущие из Нуайона, были затоплены, железнодорожные мосты были взорваны, а переправы через реки Сомма и каналы от Оффоя до Перонна были разрушены. Дороги, построенные на насыпях над болотистой местностью между рекой и каналом, привели к образованию широких луж, что делало переправы возможными только по насыпям. Мосты через реки Герман, Оминьон, Колон, Тортиль и Северный канал также были разрушены, а на перекрестках были созданы огромные воронки, повреждения усугублялись весенним оттаиванием. Немецкие арьергарды оказали сопротивление в части позиции Ригель III от Нюрлю до Перонна 18 марта, что было третьим и последним днем марша отступления от Руа до Сен-Кантена и вторым и последним днем от Перонна до Ле-Катле, когда основной корпус немецких войск достиг Siegfriedstellung (линия Гинденбурга). Работа по устранению недостатков в первоначальной позиции все еще продолжалась, и арьергарды отступили на следующий день от Нюрлю и Бертинкура, как только появились британские войска, а затем 22 марта атаковали британскую кавалерию в районе Пёйилли. 22 марта на французском фронте была предпринята крупная контратака, которая отбросила французскую кавалерию и велосипедистов через канал Крозат с большими потерями, но началась слишком рано для засады на крупную силу, включающую артиллерию, как и планировалось. 25 марта в ратуше Бапёма сработала мина-ловушка, в результате чего погибли австралийские солдаты и два французских депутата; 26 марта французское гражданское население осталось в Бувинкуре, Врене и Тинкуре, а 27 марта были потеряны Виллер-Фокон, Солькур и Гюенкур в результате атак британской кавалерии и бронеавтомобилей. После захвата Руазеля накануне немцы отправили вперед запасы бронебойных пуль, в результате чего бронеавтомобили были изрешечены пулевыми отверстиями. Бронеавтомобили заманили немецких защитников, в то время как кавалерия обошла фланги и захватила деревни. Деревни-аутпосты вблизи Siegfriedstellung (линия Гинденбурга) к югу от Кюан были удержаны немцами дольше, чем ожидалось, из-за необходимости завершить работы по укреплению обороны, призванные устранить недостатки в первоначальной позиции. 30 марта были потеряны Эдиккур, Сорель и Фин. Северные деревни были потеряны 2 апреля, а Лемпир пал 5 апреля.

Англо-французское наступление

В начале марта командующие корпусами 4-й армии Великобритании отдали распоряжение, чтобы передовые отряды поддерживали контакт в случае отступления немцев, а более крупные силы следовали за ними и закреплялись на выгодных позициях, чтобы передовые отряды могли отступить в случае атаки. Первым признаком отступления немцев стали пожары, замеченные 14 марта в лесу Сен-Пьер-Вааст. Позднее в тот же день британцы вошли в Сейлизель, и к 16 марта большая часть леса была занята. Британские 4-я и 5-я армии сформировали всеродовые колонны из кавалерийских эскадронов, пехотных и велосипедных батальонов, а также артиллерийских батарей, некоторые из которых включали бронеавтомобильные подразделения. 15 марта французской группе армий «Нор» (GAN), расположенной к югу от соединения с британской 4-й армией у Руая, было приказано преследовать отступающие немецкие войска. К 18 марта немецкие 6-я, 1-я, 2-я и 7-я армии отступали, и британские и французские кавалерийские патрули встретились в Несле, за прежней линией фронта. Когда французские войска вошли в Лассиньи, образовалась пробка, и транспортные средства, пытавшиеся ее объехать, застревали в грязи. GAN находилась в десятидневной готовности к наступлению (примерно за четырнадцать дней до того, как группа армий «Центр» (GAC) атаковала на Эне) между реками Уаза и Авр. Известия о первых отступлениях немцев побудили командующего группой армий генерала Франше д’Эсперей предложить попытаться застать немцев врасплох и вынудить их к преждевременному отступлению. Предложение было отклонено, и GAN начала подготовку к ограниченному наступлению 17 марта, к моменту которого немцы уже отступили. 17 марта Хейг и командующие британской армией встретились и обсудили последствия отступления немцев. Было отмечено, что в 1914 году немцы отступали на заранее подготовленные позиции, за которыми следовала контратака, и что освободившиеся резервы дадут немцам возможность атаковать фланги зоны отступления. Нивель уже решил использовать французские войска, освобожденные от сокращенного фронта, для усиления линии в Шампани. Подготовка британского наступления у Арраса должна была продолжаться, при этом велось наблюдение за возможным немецким наступлением во Фландрии и продолжалась подготовка к атаке на хребет Мессин. Преследование немецкой армии должно было осуществляться в районе 4-й армии с передовыми отрядами, прикрытыми кавалерией и велосипедистами, прикрепленными к каждому корпусу и 5-й кавалерийской дивизии. Более крупные силы не должны были продвигаться к востоку от линии, проходящей от Канала дю Нор до Соммы к югу от Перонны, пока дороги, мосты и железные дороги не будут отремонтированы. Граница между 4-й армией и французской 3-й армией была установлена к югу от Несле, через Офруа до Сен-Кантена. В районе 5-й армии, от Бапом на север, наступление на линию Гинденбурга должно было быть завершено вовремя для проведения поддерживающих операций во время атаки 3-й армии у Арраса в начале апреля. Всеродовые колонны из кавалерии, пехоты, артиллерии и инженеров были организованы для продвижения по фронту каждой дивизии. Передовые отряды 5-й и 2-й австралийских дивизий включали отряд австралийской легкой конницы, батарею 18-фунтовых полевых орудий, часть инженерной полевой роты, два пехотных батальона и несколько пулеметов. Продвижение столкнулось с меньшим количеством географических препятствий, чем южнее. На левом фланге местность за Ригель II была открытой, а на правом немцы не прилагали особых усилий для удержания позиций к западу от Ригель III, которая слегка поднималась на северо-восток в сторону Булькурта, при этом большинство рек текли в направлении британского наступления. После 18 марта основному корпусу 5-й армии было приказано временно занять оборонительные позиции от Банкура до Бапом, Аки-ле-Гран и Аблензевеля, а передовые отряды, достаточно крупные для выполнения задач мобильных колонн, были усилены до бригадных групп. Некоторые колонны продвигались смело, а другие временно занимали оборонительные позиции в качестве меры предосторожности. Сообщения о том, что немцы сжигают деревни за линией Гинденбурга, побудили Гога отдать приказ II и V корпусам, а также кавалерийской бригаде Лакхнау энергично продвигаться 19 марта при поддержке усиленных мобильных колонн к Эку-Сен-Мен, Круазиль, Лагникур и Энен-сюр-Кужель. На следующий день бригадные группы должны были поддержать кавалерийский удар, чтобы отбросить немцев к линии Гинденбурга, что привело к атаке 2-й австралийской дивизии на Норёй 20 марта. Атака была отбита с потерями в 331 человека, а наступление на Эку и Круазиль пехотой 18-й (восточной) дивизии при поддержке кавалерии и артиллерии на флангах было отбито огнем примерно пятнадцати пулеметов и шести полевых орудий; Гог приказал прекратить атаки на немецкие передовые позиции до тех пор, пока не будет доступно больше артиллерии. Британское наступление в районе 4-й армии быстро достигло Соммы с 17 по 20 марта, с непрерывным преследованием передовыми отрядами и основным корпусом, продвигавшимся скачками между линиями сопротивления, до реки Соммы и Канала дю Нор, который проходил с севера на юг от Оффуа до Перонны, после чего было приостановлено, пока не были построены мосты, с приоритетом легких мостов для пехоты, понтонных или ферменных мостов для повозок и полевой артиллерии, а затем тяжелых мостов для механизированного транспорта и тяжелой артиллерии. Тяжелые стальные мосты можно было доставить с базового парка в Гавре в течение 72 часов. Мост через канал возле Перонны был построен после разведки местности ночью 15 марта, буксировки понтонов вверх по реке следующей ночью, начало строительства на рассвете 17 марта, а 18,29-метровый понтон был готов к полудню. Пехота 1/8-го полка Королевских Уорвиков переправилась вечером и затем была перевезена на плотах на другой берег реки, став первыми союзными войсками, вошедшими в Перонн. На правом фланге IV корпусу пришлось продвигаться по изрытой воронками и заблокированной дорогам местности, чтобы достичь Соммы, но Корпусные моторизованные войска и велосипедисты прибыли 18 марта и обнаружили, что немецкие арьергарды также передвигаются на велосипедах. Пехота переправилась через реку 20 марта, к тому времени, когда моторизованные войска достигли Жермен, и были установлены передовые посты 4-й армии на возвышенности к востоку от Соммы. 22 марта была сформирована «Группа Уорда» из корпусной кавалерии, велосипедистов и двух батарей полевой артиллерии, двух инженерных взводов и батальона пехоты из 48-й дивизии в качестве меры предосторожности после того, как кавалерия была вытеснена из Пёйи и соседних деревень контратакой, а корпусная кавалерия была заменена 5-й кавалерийской дивизией. Деревни были вновь заняты на следующий день. Немецкое отступление с Ригель III началось 19 марта, когда Нюрлю и Бертинкур были заняты британцами после незначительного давления. Британская пехота и кавалерия столкнулись с возрастающим немецким сопротивлением. После паузы до 26 марта «Группа Уорда» захватила Руазель с помощью роты пехоты, двух кавалерийских эскадронов и двух бронеавтомобилей; канадская кавалерия заняла Экуанкур. Кавалерия снова продвинулась 27 марта и захватила Вильер-Фокон, Солькор и Гюенкур «с большой отвагой». Попытка более быстрого преследования французской кавалерией и велосипедистами 22 марта провалилась, когда они были отброшены за канал Кроза от немецкой контратаки с большими потерями. 28 марта британская линия предварительного сопротивления была перенесена на линию Жермен–Коленкур–Бернес–Марке–Льераммон–Нюрлю–Экуанкур–Бертинкур, а передовые посты кавалерии, велосипедистов и части пехоты в основном приостановили движение. На границе с французской армией 32-я дивизия удерживала в линии две бригады и одну в резерве. Каждая бригада в линии имела две пехотные роты в передовых постах, удерживаемых взводами, поддерживаемыми своими батальонами, и артиллерию, расположенную достаточно близко для прикрытия передовых постов. К концу марта каждый британский корпус в преследовании выделил минимум одну дивизию для работы по ремонту дорог и строительству мостов, оттепель усугубляла последствия немецких разрушений. В районе 5-й армии ремонтные работы были сосредоточены на железной дороге вдоль долины реки Анкр, Канад...

Авиационные операции

Немецкие воздушные операции в течение зимы были сосредоточены на разведке с целью обнаружения признаков подготовки англо-французского наступления, которые были выявлены в районах Мессин, Аррас, Руа, на Эне и в Шампани. К марту с воздуха были определены очертания англо-французского весеннего наступления. Немецкие авиационные части были сосредоточены вокруг Арраса и Эны, что оставило мало сил для действий над Нойонским выступом во время отхода. С началом отступления британским эскадрильям в этом районе было приказано вести постоянное наблюдение за немецкими арьергардами, беспокоить немецкие войска наземными атаками и проводить дальнюю разведку для поиска к востоку от линии Гинденбурга признаков новых оборонительных позиций и указаний на возможное дальнейшее отступление. Политика быстрого перемещения была разработана в сентябре 1916 года: армейская авиационная группа и корпусные группы, не прикрепленные к продвигающимся корпусам, должны были перемещаться вместе со штабом армии, а корпусные группы, прикрепленные к наступающим корпусам, должны были держаться как можно ближе к штабу своего корпуса. Эскадрильям не требовалось перемещаться ежедневно, и они могли обустраивать временные посадочные площадки. 21 марта 1917 года было приказано использовать временные сооружения с портативными ангарами, которые должны были быть построены рядом со штабами корпусов, а самолеты возвращались на свои обычные аэродромы на ночь. В наступлении участвовали IV и V бригады, их эскадрильи были прикреплены к дивизиям для выполнения задач связи и разведки. Две кавалерийские дивизии были присоединены к Четвертой и Пятой армиям для поддержки наступления, с самолетами для разведки местности, по которой должна была пройти кавалерия, и для поддержания связи кавалерии с тылом. Подходящие цели, обнаруженные с воздуха, систематически поражались артиллерией с использованием целеуказания по зонам. Кавалерийские дивизии были оснащены радиостанциями для связи с прикрепленными к ним самолетами, но при наличии надежной наземной связи они оказались излишними. Немецкое отступление проходило настолько стремительно, а артиллерийский огонь был настолько слабым, что телефонные линии перерезались значительно реже, чем ожидалось. Передвижения немецких войск были хорошо замаскированы и редко обнаруживались с воздуха, и обычно именно наземный огонь предупреждал экипажи о их присутствии. Пилоты летали на низкой высоте над деревнями и опорными пунктами, чтобы спровоцировать немецкий зенитный огонь для определения местоположения целей своими наблюдателями, хотя эта практика не давала информации о силе арьергардов. Было предпринято несколько атак на немецкую кавалерию и пехоту, оказавшуюся на открытой местности, но это оказало незначительное влияние на наземные операции. Организация радиосвязи артиллерии временами давала сбои из-за задержек в развертывании наземных станций, что приводило к упущенным возможностям корректировки артиллерийского огня с воздуха. Основное влияние авиации заключалось в доставке сообщений и разведке, особенно в наблюдении за местностью перед наступлением и эпизодическом взаимодействии с артиллерией. Дальняя разведка, в том числе с использованием одноместных истребителей, не выявила признаков немецкой обороны за линией Гинденбурга, но обнаружила множество новых аэродромов и складов снабжения, что свидетельствовало о прочности новой позиции.

Анализ

Успех немецкого отступления к линии Гинденбурга объясняется неспособностью союзников предвидеть отход и серьезно помешать ему. Другая точка зрения заключается в том, что англо-французы преследовали не разбитого противника, а армию, которая после нескольких месяцев подготовки осуществляла сознательный отход, сохраняя значительные возможности для маневра и контратаки. Позднее осознание значения строительных работ вдоль основания Нойонского выступа также было названо причиной осторожного преследования, намеренно выбранного, а не неумелой и безуспешной попытки перехватить немецкий отход. В книге «Кавалерийские исследования: стратегические и тактические» (1907) Хейг описал поспешное отступление разбитого врага и организованный отход сильного соединения, способного быстро вернуться к атаке, чтобы разгромить дезорганизованное преследование. В случае организованного отступления Хейг описал осторожное выдвижение передовых отрядов перед основным войском, которое периодически перемещалось из оборонительной позиции в оборонительную позицию, всегда обеспечивая надежную базу для отхода передовых отрядов. Поведение англо-французского преследования соответствовало этой модели. Генерал Франше д’Эспере предложил Нивелю импровизированное наступление, от которого тот отказался в пользу укрепления основного французского фронта на Эне. Британская тяжелая артиллерия была переброшена с 5-й армии на север в январе, готовясь к наступлению в Аррасе, и частично заменена неопытными частями из Великобритании. Дивизии 4-й армии были переброшены на юг, чтобы занять прежние французские позиции, а I корпус ANZAC был передан 5-й армии для компенсации дивизий, отправленных на север в 3-ю армию к 6 февраля, что привело к истощению англо-французских сил в этом районе. Бич пришел к выводу, что доказательства немецких намерений были собраны воздушной разведкой, донесениями шпионов и допросами беженцев и военнопленных, но немецкие меры дезинформации сделали информацию, полученную в результате периодической воздушной разведки в условиях частой плохой погоды зимой, незначительной. Немецкие земляные работы за существующими укреплениями неоднократно проводились во время битвы на Сомме и привели к тому, что британская разведка интерпретировала доказательства строительства укреплений дальше от фронта Соммы как продолжение уже наблюдаемого строительства. В конце декабря 1916 года сообщения очевидцев привели к проведению британской и французской воздушной разведки южнее, а в середине января 1917 года британская разведка пришла к выводу, что строится новая линия от Арраса до Лаона. К февралю стало известно, что линия почти завершена, а к 25 февраля местные отходы на фронте 5-й армии и допросы пленных заставили англо-французов ожидать постепенного немецкого отхода к новой линии. Когда британские патрули, разведывавшие немецкие передовые посты, обнаружили их покинутыми, союзники начали осторожное наступление, замедленное немецким разрушением транспортной инфраструктуры. Сложная транспортная ситуация за британским фронтом, вызванная растущими трудностями на северных железных дорогах, перегрузкой и оттепелью на дорогах, усугубила проблемы со снабжением. Немцы имели преимущество отхода по хорошим дорогам к подготовленной обороне, защищенной арьергардами. Немецкие войска успешно отступили, хотя разрушения, сопровождавшие операцию «Альберих», привели к значительной недисциплинированности. Защита деревень в качестве передовых постов, с размещением большей части арьергарда у западных выходов, делала их уязвимыми для окружения и атак с выгодных позиций, а предсказуемость таких методов предоставляла французским и британским войскам очевидные цели. Сирил Фоллс, британский официальный историк, критиковал британскую армию за неудачи, проявленные во время немецкого отступления к линии Гинденбурга, написав, что дивизии были «в замешательстве и беспомощны», пока не приобрели опыт в новой форме ведения войны. Командующий 8-й дивизией генерал-майор Уильям Хенекер 2 апреля написал, что его дивизии потребовалось три недели, чтобы овладеть тактикой открытого боя. В апреле 1917 года анализ II корпуса показал, что патрули, попавшие под огонь, прекращали докладывать, тактически важные участки игнорировались патрулями, возвращавшимися к британским линиям, упуская возможности заставить немцев отступить, а артиллерия неохотно продвигалась вперед. Связь между дивизионными инженерами и артиллерией была плохой, передовые отряды не знали о важности докладывать о состоянии дорог, местности и точности карт; также критиковалась нерешительность кавалерийского элемента передовых отрядов, хотя, напротив, Чарльз Бин, австралийский официальный историк, пришел к выводу, что передовые войска I корпуса ANZAC были отправлены в авангард. Фоллс отверг утверждения о предсказуемости британских методов, отметив, что атаки проводились на рассвете, в полдень, днем и ночью. Артиллерийские обстрелы проводились перед некоторыми атаками, во время атак в других случаях, по запросу пехоты или вовсе не проводились. Атаки проводились косвенно, с использованием местности для укрытия, и ряд обходных маневров увенчались успехом. Также имели место совместные операции с участием пехоты, кавалерии, велосипедистов, бронеавтомобилей и авиации. Наиболее успешными в преследовании были дивизии, которые долгое время находились на Сомме, а не новые дивизии, которые были свежими и тренировались для открытого боя в Англии. Многие британские атаки сопровождались значительными потерями, в основном от немецкого пулеметного огня, хотя потери от артиллерии также были высокими. Атаки на аналогичные цели с использованием различных методов приводили к аналогичным потерям, что указывало на то, что потери определялись немецкой обороной, а не неудовлетворительными британскими методами. Британская полевая артиллерия была обеспечена достаточным количеством боеприпасов, несмотря на трудности с транспортом, но большая часть тяжелой артиллерии была оставлена позади. Погода также была необычайно суровой, снегом в начале апреля, который меньше повлиял на немецкие арьергарды, которые занимали казармы, а затем взрывали их при отходе. Союзные войска в преследовании страдали от обморожений и нехватки припасов, но имели повышенный моральный дух, лучшее здоровье (случаи «траншейной стопы» резко сократились) и адаптировались к открытому бою. Тягловые животные страдали от погоды, скудного рациона и перегрузки; британская артиллерия вскоре столкнулась с нехваткой 3500 лошадей и нескольких обездвиженных батарей тяжелой артиллерии. Длина Западного фронта была сокращена, что требовало на 13–14 немецких дивизий меньше для его удержания. Союзное весеннее наступление было предотвращено, а вспомогательная французская атака в долине Уазы была сорвана. Основное французское прорывное наступление на Эне (операция «Нивель») вынудило немцев отступить к оборонительным рубежам линии Гинденбурга за существующей линией фронта на Эне. Немецкие контратаки становились все более дорогостоящими во время битвы; после четырех дней французские армии взяли 20 000 пленных и нанесли немецким армиям около 238 000 потерь на французском и бельгийском фронтах с апреля по июль. Большинство немецких потерь пришлось на операцию «Нивель» и превысили любые предыдущие атаки Антанты, в то время как французские потери составили 274 000 человек за тот же период. Французские армии потеряли 96 125 человек к 25 апреля и также столкнулись с крахом медицинских служб на фронте Эны, около 60 000 раненых оказались вблизи поля боя на несколько дней; немецкие потери оцениваются в 83 000 человек за тот же период. В французских армиях вспыхнула волна мятежей, которая в конечном итоге затронула 54 дивизии. С 16 апреля по 15 мая мятежи были изолированными, но затем распространились, и к 31 мая было зарегистрировано 46 инцидентов. С 1 по 6 июня усилилось насильственное сопротивление, возможно, было убито шесть человек...

Потери

Точность статистики потерь в Первой мировой войне является предметом споров. Имеющиеся данные о потерях относятся к итогам на Западном фронте, как это представлено в книге Уинстона Черчилля «Мировой кризис» (1923–1929), и не относятся напрямую к отступлению немецких войск к линии Гинденбурга (Siegfriedstellung) или к потерям, которые рассматривались бы как "естественная убыль", возникающая вследствие существования Западного фронта, а не в результате конкретных военных операций. Британские потери во Франции с января по март 1917 года составили 67 217 человек, французские – 108 000, а немецкие – 65 381.

Последующие операции

Первое наступление британских 1-й и 3-й армий в рамках Нивельской операции началось 9 апреля в районе Арраса, к северу от линии Гинденбурга, и нанесло существенное поражение 6-й немецкой армии, занимавшей устаревшие оборонительные позиции на передних склонах. Вими-Ридж был взят, а южнее было достигнуто наибольшее продвижение с начала позиционной войны, превзойденное лишь успехом французской 6-й армии 1 июля 1916 года. Немецкие подкрепления смогли стабилизировать фронт, используя оба метода обороны, рекомендованные в новом немецком наставлении. Британцы продолжили наступление, несмотря на трудности местности и немецкую оборонительную тактику, в поддержку французских наступлений на Эне к югу, а затем для сковывания немецких войск в этом районе во время подготовки к атаке Мессинского хребта. Немецкие потери составили около 85 000 человек, а британские – 117 066 человек в составе 3-й и 1-й армий. В ходе битвы при Аррасе британская 5-я армия должна была содействовать операциям 3-й армии, оттесняя немецкие арьергарды к Зигфридшталлунгу (линии Гинденбурга), а затем атаковать позиции от Булькура до Кьяна, примыкавшие к главной дороге Аррас – Камбре. 2 апреля были захвачены немецкие передовые деревни от Дуаньи до Круазиль, и планировалась атака на фронте с Булькуром в центре. Артиллерийская подготовка была задержана из-за транспортных проблем за новой британской линией фронта, и атака 3-й армии, первоначально планировавшаяся как одновременная, началась 9 апреля. 10 апреля 5-я армия импровизированно предприняла танковую атаку на фронте, чтобы захватить Риенкур и Андекур. Атака должна была начаться за 48 минут до восхода солнца, но танки задержались из-за метели, и атака была отменена в последнюю минуту; отход 4-й австралийской дивизии с исходных позиций, к счастью, был скрыт снежной бурей. Отмена не дошла вовремя до 62-й (2-й Вест-Райдингской) дивизии слева, и несколько патрулей уже оказались в немецкой колючей проволоке, когда поступил приказ. Атака была отложена на 24 часа, но только четыре из двенадцати танков были готовы к атаке вовремя. Танки, участвовавшие в атаке, сбились с курса и были быстро уничтожены, не создав прорывов в проволоке для пехоты. Австралийские войска заняли часть передней траншеи Гинденбурга, и ложные сообщения об успехе привели к отправке вперед кавалерии, которая была отброшена огнем пулеметов, как и австралийцы в ответной атаке в 10:00 утра. Общие британские потери составили 3300 человек; патрули 62-й (2-й Вест-Райдингской) дивизии потеряли 162 человека, 4-я австралийская бригада – 2258 из 3000 человек, из которых 1164 попали в плен, а 12-я австралийская бригада – 909 человек; немецкие потери составили 750 человек. В 4:05 утра 15 апреля элементы четырех немецких дивизий атаковали из Зигфридшталлунга (линии Гинденбурга) от Авринкура до Кьяна, чтобы занять Нурей, Лагникур, Морши, Бурси, Дуаньи, Демикур и Эрми до наступления темноты, чтобы нанести потери, уничтожить британскую артиллерию и сделать невозможной британскую атаку в этом районе, а также привлечь британские резервы с фронта Арраса дальше на север. Лагникур был оккупирован ненадолго, пять британских орудий были уничтожены, но остальная часть атаки провалилась. Координация между немецкой пехотой и артиллерией пострадала от спешности атаки, планирование которой началось 13 апреля. Несколько подразделений опоздали и атаковали на незнакомой местности, понеся 2313 потерь против 1010 австралийских потерь. Рабочая сила была переброшена на строительство Гундингшталлунга от Ла-Фер до Ретеля, а 20 батальонов крепостных рабочих были отправлены на укрепление передовых позиций на фронте Эны 23 февраля. Немецкий стратегический резерв к концу марта вырос до примерно 40 дивизий, а фронт на Эне был усилен 1-й армией, освобожденной в ходе операции "Альбрехт" и другими дивизиями, что увеличило число до 21 в первом эшелоне и 17 во втором к началу апреля. Французская группа армий Север (GAN) 13 апреля атаковала линию Гинденбурга в Сен-Кентене, но не добилась успеха, а "решающее" наступление французской группы армий резерва (GAR) началось 16 апреля между Вайли и Реймсом. Французская попытка прорыва была отражена, но вынудила немцев покинуть район между Брей, Конде и Лаффо и отступить к линии Гинденбурга от мельницы Лаффо вдоль Шемэн-де-Дам до Куртекона. Немецкие армии во Франции все еще испытывали нехватку резервов, несмотря на отход к линии Гинденбурга и дивизии, истощенные 163 000 потерь во время Нивельского наступления, которые затем были заменены дивизиями из резерва, вместо полного вывода из строя. После провала атаки 11 апреля была запланирована еще одна британская атака на Булькур, но она несколько раз откладывалась, пока 3-я армия к северу не достигла реки Сенсе и не было времени на тщательную артиллерийскую подготовку. К маю атака должна была помочь 3-й армии продвинуться, сковать немецкие войска в этом районе и поддержать французские атаки на Эне. В атаке участвовали две дивизии, с первой целью – вторая траншея Гинденбурга на фронте, вторая цель – дорога Фонтен – Кьян, а конечная цель – деревни Риенкур и Андекур. Многие британские проблемы с транспортом и снабжением были решены за счет строительства железных дорог и дорог в район "Альбрехта". Атака началась 3 мая; часть 2-й австралийской дивизии достигла линии Гинденбурга и закрепилась. Небольшие группы 62-й дивизии достигли первой цели и были отрезаны, дивизия понесла около 3000 потерь, а атака 7-й дивизии была отбита. С 4 по 6 мая продолжалось сражение в секторе 2-й австралийской дивизии, и плацдарм в линии Гинденбурга был расширен. 7-я дивизия продолжала пытаться связаться с британскими группами, которые закрепились в Булькуре и были отрезаны. Немецкая контратака 6 мая была отбита, но сражение истощило 2-ю австралийскую и 62-ю дивизии; серьезные потери были нанесены 1-й австралийской и 7-й дивизиям. Немецкие 27-я, 3-я гвардейская, 2-я гвардейская резервная дивизии и полк 207-й дивизии провели шесть крупных контратак и также понесли большие потери. Британцы снова атаковали 7 мая 7-й дивизией в направлении Булькура и 1-й австралийской бригадой к западу вдоль траншей Гинденбурга, встретившись на второй цели. На следующий день "Красный Пэтч" был снова атакован, и небольшая часть была удержана после немецких контратак. 5-я австралийская дивизия сменила 2-ю австралийскую дивизию к 10 мая, в то время как сражение за Булькур продолжалось к западу, 7-я дивизия захватила деревню, за исключением "Красного Пэтча" 12 мая, а наступление 62-й дивизии было отброшено. 58-я дивизия сменила австралийцев, и британские атаки 13 мая провалились. 15 мая была предпринята последняя немецкая контратака, чтобы вернуть весь Булькур и траншеи Гинденбурга. Атака провалилась, за исключением Булькура, где была восстановлена западная часть деревни. 7-я дивизия была сменена частью 58-й дивизии, которая снова атаковала "Красный Пэтч" 17 мая и захватила руины, как раз перед тем, как немцы смогли отступить, что положило конец сражению. 5-я армия потеряла 14 000–16 000 человек, а немецкие потери в двух дивизиях составили 4500 человек, потери в полках пяти других участвовавших дивизий составили не менее 1000 человек. Общие британские потери в обеих операциях в Булькуре составили 19 342 человека. Битва при Камбре началась с тайной переброски британских подкреплений для атаки. Вместо длительной артиллерийской разведки (отстрела корректировочных снарядов перед атакой) и разрушения проволоки, что предупредило бы немецкую оборону…