Август: Первый римский император

Введение

Первый римский император с 27 года до н.э. до 14 года н.э.

Гай Юлий Цезарь Август (родился Гай Октавий; 23 сентября 63 года до н.э. – 19 августа 14 года н.э.), также известный как Октавиан (латинское: Octavianus), был основателем Римской империи. Он правил как первый римский император с 27 года до н.э. до своей смерти в 14 году н.э. Правление Августа положило начало имперскому культу, а также эпохе имперского мира (Pax Romana или Pax Augusta), в течение которой римский мир был в значительной степени свободен от вооруженных конфликтов (за исключением экспансионистских войн и Года четырёх императоров, который произошел после правления Августа). Система управления принципатом была установлена во время его правления и просуществовала до Кризиса III века. Октавиан родился в конной ветви плебейского рода Октавиев. Его двоюродный прадед Юлий Цезарь был убит в 44 году до н.э., и Октавиан был назван в завещании Цезаря его усыновленным сыном и наследником; в результате он унаследовал имя Цезаря, имущество и верность его легионов. Он, Марк Антоний и Марк Лепид образовали Второй триумвират для победы над убийцами Цезаря. После победы в битве при Филиппах (42 г. до н.э.) триумвиры разделили Римскую республику между собой и правили как де-факто диктаторы. Триумвират в конечном итоге распался из-за соперничества его членов; Лепид был изгнан в 36 г. до н.э., а Антоний был разбит Октавианом в битве при Акциуме в 31 г. до н.э. Антоний и его жена Клеопатра, птолемеевская царица Египта, покончили с собой во время вторжения Октавиана в Египет, который затем стал римской провинцией. После падения Второго триумвирата Август восстановил видимость свободной республики, с государственной властью, сосредоточенной в римском Сенате, магистратах и законодательных собраниях, однако он сохранил автократическую власть, получив от Сената пожизненное командование армией, трибунат и цензуру. Подобная двусмысленность прослеживается и в его выбранных именах, в подразумеваемом отказе от монархических титулов, когда он называл себя Princeps Civitatis (Первый гражданин) наряду с принятием титула Август. Август значительно расширил империю, аннексировав Египет, Далмацию, Паннонию, Норик и Ретию, расширив владения в Африке и завершив завоевание Испании, но потерпел крупный провал в Германии. За пределами границ он обеспечил безопасность империи буферной зоной клиентских государств и установил мир с Парфянской империей посредством дипломатии. Он реформировал римскую налоговую систему, развил сеть дорог с официальной курьерской службой, создал постоянную армию, учредил Преторианскую гвардию, а также официальные полицейские и пожарные службы для Рима и восстановил большую часть города во время своего правления. Август умер в 14 году н.э. в возрасте 75 лет, вероятно, от естественных причин. Настойчивые слухи, подтверждаемые смертями в императорской семье, утверждают, что его жена Ливия отравила его. Его преемником в качестве императора стал его усыновленный сын Тиберий, сын Ливии и бывший муж единственного биологического ребенка Августа, Юлии.

Ранние годы

Родился в Риме 23 сентября 63 года до н. э. Его род по отцовской линии происходил из волского города Велетри, расположенного примерно к юго-востоку от города. Он родился в поместье Окс-Хед, небольшом владении на Палатинском холме, в непосредственной близости от Римского форума. В детстве он получил прозвище "Турин", возможно, в память о победе его отца при Турии над группой восставших рабов, произошедшей спустя несколько лет после его рождения. Светоний писал: "Существует множество свидетельств того, что род Октавианов в древности был знатен в Велитре; ведь не только улица в самой оживлённой части города носила имя Октавия, но там же был показан и алтарь, посвящённый Октавию. Этот человек был вождем в войне с соседним городом".

В связи с перенаселённостью Рима в то время, Октавиана отправили в родную деревню его отца, Велетри, где он и воспитывался. В своих мемуарах Октавиан лишь вкратце упоминает о семье своего отца, принадлежавшего к сословию всадников. Его прадед по отцовской линии, Октавий, был военным трибуном на Сицилии во время Второй Пунической войны. Его дед занимал ряд местных политических должностей. Его отец, также носивший имя Октавий, был наместником Македонии. Его мать, Атия, была племянницей Юлия Цезаря. Отец умер в 59 году до н. э., когда Октавиану было четыре года. Мать вышла замуж за бывшего наместника Сирии, Луция Марция Филиппа. Филипп утверждал о своём происхождении от Александра Македонского и был избран консулом в 56 году до н. э. Филипп не проявлял особого интереса к юному Октавиану. Поэтому Октавиана воспитывала его бабушка, Юлия, сестра Юлия Цезаря. Юлия умерла в 52 или 51 году до н. э., и Октавиан произнёс погребальную речь в её честь. После этого его мать и отчим стали принимать более активное участие в его воспитании. Спустя четыре года он надел тогу вирилис ("тогу мужества") и был избран в коллегию понтификов в 47 году до н. э. В следующем году он был назначен ответственным за организацию греческих игр, устроенных в честь храма Венеры Генетрикс, построенного Юлием Цезарем. По словам Николая Дамасского, Октавиан хотел присоединиться к штабу Цезаря в его африканском походе, но уступил, когда его мать возразила. В 46 году до н. э. она дала согласие на его присоединение к Цезарю в Испании, где он планировал сразиться с войсками Помпея, недавнего врага Цезаря, но Октавиан заболел и не смог отправиться в поход. Оправившись от болезни, он отплыл к месту сражений, но потерпел кораблекрушение. Выйдя на берег с небольшим отрядом спутников, он пересек враждебную территорию и добрался до лагеря Цезаря, что произвело на последнего большое впечатление. Вернувшись в Рим, Цезарь передал новое завещание Весталкам, назначив Октавиана своим главным наследником.

Наследник Цезаря

Октавиан учился и проходил военную подготовку в Аполлонии, Иллирии, когда Юлий Цезарь был убит в иды мартовские (15 марта) 44 года до н.э. Он отклонил совет некоторых офицеров армии укрыться с войсками в Македонии и отплыл в Италию, чтобы выяснить, имеет ли он какие-либо политические перспективы или гарантии безопасности. У Цезаря не было живых законных детей в соответствии с римским правом. Его дочь Юлия умерла в 54 году до н.э.; его сын Цезарион от Клеопатры не был признан римским законом и не упоминался в его завещании. В то время в Римской республике была распространена практика клеветы, унижающей и дискредитирующей политических противников путем обвинений в неподобающих сексуальных связях. После высадки в Лупиях близ Брундизия Октавиан узнал содержание завещания Цезаря и лишь тогда решил стать его политическим наследником, а также унаследовать две трети его имущества. После усыновления Октавиан принял имя своего прадяди Гая Юлия Цезаря. Нет никаких свидетельств того, что Октавиан официально использовал имя Октавиан, поскольку это могло бы слишком явно указать на его скромное происхождение. Историки обычно называют нового Цезаря «Октавианом» в период между его усыновлением и принятием имени Август в 27 году до н.э., чтобы избежать путаницы между умершим диктатором и его наследником. Октавиан не мог рассчитывать на свои ограниченные средства, чтобы успешно войти в высшие эшелоны римской политической иерархии. После теплого приема солдат Цезаря в Брундизии Октавиан потребовал часть средств, выделенных Цезарем на предполагаемую войну против Парфянской империи на Ближнем Востоке. Эта сумма составляла 700 миллионов сестерциев, хранившихся в Брундизии – опорном пункте в Италии для военных операций на востоке. Последующее сенаторское расследование исчезновения государственных средств не приняло никаких мер против Октавиана, поскольку он впоследствии использовал эти деньги для сбора войск против заклятого врага Сената Марка Антония. В 44 году до н.э. Октавиан предпринял еще один смелый шаг, когда без официального разрешения присвоил себе ежегодную дань, отправленную из ближневосточной провинции Рима в Италию. Октавиан начал укреплять свои личные силы ветеранами легионов Цезаря и войсками, предназначенными для парфянской войны, заручаясь поддержкой, подчеркивая свой статус наследника Цезаря. Во время своего похода в Рим через Италию присутствие Октавиана и его новые средства привлекли многих, завоевав расположение бывших ветеранов Цезаря, расквартированных в Кампании. К июню он собрал армию из 3000 верных ветеранов, выплатив каждому по 500 динариев премии.

Растущая напряженность

Прибыв в Рим 6 мая 44 г. до н.э., Октавиан обнаружил, что консул Марк Антоний, бывший коллега Цезаря, находится в шатком перемирии с убийцами диктатора. 17 марта им была объявлена всеобщая амнистия, однако Антонию удалось изгнать большинство из них из Рима благодаря зажигательной надгробной речи на похоронах Цезаря, настроив общественное мнение против убийц. Марк Антоний наращивал политическую поддержку, но у Октавиана все еще была возможность побороться за лидерство в фракции, поддерживающей Цезаря. Антоний потерял поддержку многих римлян и сторонников Цезаря, когда изначально выступил против предложения возвести Цезаря в божественный ранг. Утверждается, что Антоний отказался передать Октавиану деньги, полагавшиеся ему как усыновленному наследнику Цезаря, возможно, со ссылкой на необходимость времени для отделения этих средств от государственных. В течение лета Октавиан заручился поддержкой ветеранов Цезаря и объединился с сенаторами – многие из которых сами были бывшими цезарианцами, – которые видели в Антонии угрозу государству. После безуспешной попытки ветеранов примирить Октавиана и Антония, воинственные эдикты Антония против Брута и Кассия оттолкнули от него умеренных цезарианцев в сенате, опасавшихся возобновления гражданской войны. В сентябре Марк Туллий Цицерон начал нападки на Антония, выступив с серией речей, в которых представлял его как угрозу республиканскому строю.

Первый конфликт с Антонием

Поскольку общественное мнение в Риме обратилось против него, а срок его консульских полномочий подходил к концу, Антоний попытался провести законы, которые бы предоставили ему провинцию Цизальпинскую Галлию. Октавиан тем временем формировал частную армию в Италии, набирая ветеранов, служивших при Цезаре, и 28 ноября переманил на свою сторону два легиона Антония, предложив им выгодное денежное вознаграждение. Учитывая мощь и боеспособность армии Октавиана, Антоний осознал опасность оставаться в Риме и, к облегчению Сената, покинул город, направившись в Цизальпинскую Галлию, которая должна была быть передана ему 1 января. Однако эта провинция ранее была назначена Дециму Юнию Бруту Альбину, одному из убийц Цезаря, который теперь отказался уступать Антонию. Антоний осадил его в Мутине и отверг резолюции Сената, направленные на прекращение боевых действий. У Сената не было армии для принудительного исполнения этих резолюций. Это дало возможность Октавиану, который уже располагал вооруженными силами. Цицерон также защищал Октавиана от насмешек Антония, касающихся его незнатного происхождения и подражания имени Юлия Цезаря, заявив: «Мы не знаем более яркого примера традиционной почтительности к предкам среди нашей молодежи». По настоянию Цицерона Сенат 1 января 43 года до н.э. принял Октавиана в состав сенаторского сословия, при этом ему также было предоставлено право голоса наравне с бывшими консулами. Кроме того, Октавиану был дарован империй про-преторе (полномочия пропретора), что легализовало его командование войсками и дало возможность отправить его на снятие осады Мутины вместе с Гирцием и Пансой (консулами 43 года до н.э.). Он вступил в должность 7 января – дату, которую впоследствии стал отмечать как начало своей политической карьеры. Войска Антония потерпели поражение в битвах при Форуме Галлоруме (14 апреля) и Мутине (21 апреля), что вынудило Антония отступить в Трансальпинскую Галлию. Однако оба консула погибли, оставив Октавиана единственным командующим их армиями. Эти победы принесли ему первое приветствие как императору – титул, который присваивался только победителям. Сенат одарил Децима Брута гораздо большими наградами, чем Октавиана, за победу над Антонием, а затем попытался передать командование консульскими легионами Дециму Бруту. В ответ Октавиан остался в долине реки По и отказался поддерживать дальнейшее наступление против Антония. В июле посольство центурионов, отправленное Октавианом, вошло в Рим и потребовало предоставить консульство, оставшееся вакантным после смерти Гирция и Пансы, а также отменить указ, объявлявший Антония врагом народа. Когда в этом было отказано, он выступил на город с восемью легионами. Он не встретил военного сопротивления в Риме и 19 августа 43 года до н.э. был избран консулом вместе со своим родственником Квинтом Педием в качестве соконсула. Тем временем Антоний заключил союз с Марком Эмилием Лепидом, еще одним влиятельным сторонником Цезаря.

Запреты

На встрече возле Бононии в октябре 43 года до н. э. Октавиан, Антоний и Лепид сформировали Второй триумвират. Их полномочия были официально утверждены Сенатом 27 ноября. Это явное присвоение особых полномочий сроком на пять лет было затем закреплено законом, принятым плебсом, в отличие от неофициального Первого триумвирата, образованного Помпеем, Юлием Цезарем и Марком Лицинием Крассом. Триумвиры приступили к проскрипциям, в ходе которых от 130 до 300 сенаторов и 2000 всадников были объявлены вне закона, лишены имущества и, для тех, кто не смог избежать ареста, жизни. Этот указ триумвирата был отчасти мотивирован необходимостью собрать средства для выплаты жалованья войскам в предстоящей войне против убийц Цезаря, Марка Юния Брута и Гая Кассия Лонгина. Обещание награды за арест побуждало римлян захватывать проскрибированных, а имущество и собственность арестованных конфисковывались триумвирами. Современные римские историки приводят противоречивые сведения о том, кто из триумвиров несёт наибольшую ответственность за проскрипции и убийства. Однако, источники сходятся во мнении, что проскрипции были средством для всех трех фракций устранить политических противников. Марк Веллей Патеркул утверждал, что Октавиан старался избегать проскрипций чиновников, в то время как Лепид и Антоний виновны в их инициировании. Кассий Дион защищал Октавиана, утверждая, что тот пытался пощадить как можно больше людей, тогда как Антоний и Лепид, будучи старше и имея больший политический опыт, имели гораздо больше врагов. Это утверждение было отвергнуто Аппианом, который считал, что Октавиан разделял с Лепидом и Антонием равный интерес в уничтожении своих врагов. Светоний писал, что Октавиан неохотно прибегал к проскрипциям чиновников, но преследовал своих врагов с большей энергией, чем другие триумвиры. Плутарх описал проскрипции как безжалостный и циничный обмен друзьями и родственниками между Антонием, Лепидом и Октавианом. Например, Октавиан разрешил проскрибировать своего союзника Цицерона, Антоний – своего дяди по матери, Луция Юлия Цезаря (консула 64 года до н. э.), а Лепид – своего брата Павла.

Битва при Филиппах и разделение территории

1 января 42 года до н.э. Сенат посмертно признал Юлия Цезаря божеством римского государства, Дивусом Юлием. Октавиан смог укрепить свои позиции, подчеркивая, что он – divi filius, «Сын Божественного». Антоний и Октавиан направили двадцать восемь легионов по морю, чтобы сразиться с армиями Брута и Кассия, укрепившими свою власть в Греции. После двух сражений при Филиппах в Македонии в октябре 42 года армия цезарианцев одержала победу, а Брут и Кассий покончили жизнь самоубийством. Марк Антоний впоследствии использовал эти сражения, чтобы принизить Октавиана, поскольку обе победы были одержаны благодаря силам Антония. Помимо присвоения себе заслуг в обеих победах, Антоний назвал Октавиана трусом за передачу непосредственного военного командования Марку Випсанию Агриппе. После Филиппов между членами Второго триумвирата было заключено новое территориальное соглашение. Галлия и провинция Испания перешли под контроль Октавиана. Антоний отправился на восток, в Египет, где заключил союз с королевой Клеопатрой, бывшей любовницей Юлия Цезаря и матерью его сына Цезариона. Лепиду осталась провинция Африка, однако Антоний воспрепятствовал этому, уступив Испанию Октавиану. Октавиану предстояло решить, где в Италии разместить десятки тысяч ветеранов македонской кампании, которых триумвиры обещали уволить в запас. Десятки тысяч, сражавшихся на стороне республиканцев с Брутом и Кассием, могли легко объединиться с политическим противником Октавиана, если их не умиротворить, и они также нуждались в земле. Государственных земель для выделения поселений солдатам больше не было, поэтому Октавиан должен был выбрать один из двух вариантов: вызвать недовольство многих римских граждан, конфисковав их земли, или вызвать недовольство многих римских солдат, которые могли бы оказать ему серьезное сопротивление в самом сердце Рима. Октавиан выбрал первое. Новые поселения затронули восемнадцать римских городов, целые поселения были изгнаны или, по крайней мере, частично выселены.

Восстание и брачные союзы

Было широко распространено недовольство Октавианом из-за расселения его солдат, и это побудило многих встать на сторону Луция Антония, брата Марка Антония, который пользовался поддержкой большинства в Сенате. Тем временем Октавиан попросил о разводе с Клавдией, дочерью Фулвии (жены Антония) и ее первого мужа Публия Клодия Пульхра. Он вернул Клавдию матери, утверждая, что их брак так и не был совершен. Фулвия решила действовать. Вместе с Луцием Антонием она подняла армию в Италии, чтобы бороться за права Антония против Октавиана. Однако Люций и Фулвия пошли на политический и военный риск, выступив против Октавиана, поскольку римская армия по-прежнему зависела от триумвиров в плане жалованья. Люций и его союзники оказались в осаде в Перузии, где Октавиан вынудил их сдаться в начале 40 года до н.э. Люций и его армия были помилованы благодаря родству с Антонием, могущественным правителем Востока, а Фулвия была сослана в Сицион. Октавиан не проявил милосердия к многочисленным сторонникам Люция. 15 марта, в годовщину убийства Юлия Цезаря, он казнил 300 римских сенаторов и всадников за союз с Люцием. Перузия также была разграблена и сожжена в назидание другим. Это кровавое событие запятнало репутацию Октавиана и вызвало критику со стороны многих, в том числе поэта Августовой эпохи Секста Проперция. Секст Помпей, сын Помпея и все еще мятежный генерал после победы Юлия Цезаря над его отцом, обосновался на Сицилии и Сардинии в соответствии с соглашением, достигнутым со Вторым триумвиратом в 39 году до н.э. И Антоний, и Октавиан стремились к союзу с Помпеем. Октавиану удалось заключить временный союз в 40 году до н.э., женившись на Скрибонии, сестре (или дочери) тестя Помпея, Луция Скрибония Либона. Скрибония родила единственного законного ребенка Октавиана, Юлию, в тот же день, когда он развелся с ней, чтобы жениться на Ливии Друзилле, чуть больше чем через год после их брака. Находясь в Египте, Антоний был увлечен Клеопатрой и имел с ней троих детей. Осознавая ухудшение отношений с Октавианом, Антоний покинул Клеопатру и в 40 году до н.э. отплыл в Италию с крупным войском, чтобы противостоять Октавиану, осадив Брундизий. Однако этот новый конфликт оказался невыносимым для обоих – Октавиана и Антония. Их центурионы, ставшие важными политическими фигурами, отказались сражаться из-за приверженности делу Цезаря, и легионы под их командованием последовали их примеру. Тем временем в Сиционе жена Антония, Фулвия, внезапно заболела и умерла, когда Антоний был на пути к ней. Смерть Фулвии и мятеж центурионов позволили двум оставшимся триумвирам достичь примирения. Осенью 40 года Октавиан и Антоний утвердили Брундизийский договор, согласно которому Лепид оставался в Африке, Антоний – на Востоке, а Октавиан – на Западе. Итальянский полуостров был открыт для всех для набора солдат, но на практике это положение оказалось бесполезным для Антония на Востоке. Чтобы укрепить союз с Антонием, Октавиан выдал свою сестру, Октавию Младшую, замуж за Антония в конце 40 года до н.э.

Война с Секстом Помпеем

Секст Помпей угрожал Октавиану в Италии, перекрыв поставки зерна через Средиземное море на полуостров. Сыну Помпея было поручено командование флотом с целью вызвать широкомасштабный голод в Италии. Контроль Помпея над морем побудил его принять имя Нептуни филий, "сын Нептуна". В 39 году до н.э. было достигнуто временное мирное соглашение, закрепленное Мизенским договором; блокада Италии была снята после того, как Октавиан предоставил Помпею Сардинию, Корсику, Сицилию и Пелопоннес, а также гарантировал ему должность консула на 35 год до н.э. Территориальное соглашение между триумвиратом и Секстом Помпеем начало распадаться после того, как Октавиан развелся со Скрибонией и женился на Ливии 17 января 38 года до н.э. Один из военно-морских командиров Помпея предал его и передал Корсику и Сардинию Октавиану. Октавиану не хватало ресурсов для противостояния Помпею в одиночку, поэтому было достигнуто соглашение о продлении Второго триумвирата еще на пять лет, начиная с 37 года до н.э. Поддерживая Октавиана, Антоний рассчитывал получить поддержку для своей кампании против Парфянской империи, стремясь отомстить за поражение Рима при Каррах в 53 году до н.э. В соглашении, достигнутом в Таренте, Антоний предоставил Октавиану 120 кораблей для борьбы с Помпеем, а Октавиан должен был отправить Антонию 20 000 легионеров для использования против Парфии. Октавиан отправил лишь десятую часть обещанного, что Антоний воспринял как преднамеренную провокацию. В 36 году до н.э. Октавиан и Лепид начали совместную операцию против Секста на Сицилии. Несмотря на неудачи Октавиана, военно-морской флот Секста Помпея был почти полностью уничтожен 3 сентября генералом Агриппой в морской битве при Наулохе. Секст бежал на восток со своими остатками войск, где на следующий год был схвачен и казнен в Милете одним из генералов Антония. Когда Лепид и Октавиан приняли капитуляцию войск Помпея, Лепид попытался присвоить Сицилию, приказав Октавиану покинуть остров. Однако войска Лепида перешли на сторону Октавиана, устав от сражений и соблазненные обещаниями Октавиана о деньгах. Лепид сдался Октавиану и получил разрешение сохранить должность pontifex maximus (главы коллегии священников), но был исключен из Триумвирата. Его политическая карьера завершилась, и он фактически был сослан в виллу на мысе Цирцей в Италии. Римские владения были разделены между Октавианом на Западе и Антонием на Востоке. Октавиан гарантировал римским гражданам их права на собственность, чтобы поддерживать мир и стабильность в своей части империи. На этот раз он поселил своих уволенных солдат за пределами Италии, а также вернул 30 000 рабов их прежним римским владельцам – рабов, которые бежали, чтобы присоединиться к армии и флоту Помпея. Октавиан добился от Сената предоставления ему, его жене и сестре неприкосновенности, или sacrosanctitas, чтобы обеспечить свою безопасность и безопасность Ливии и Октавии по возвращении в Рим.

Война с Антонием и Клеопатрой

Тем временем кампания Антония против Парфии обернулась катастрофой, подорвав его репутацию лидера, и всего 2000 легионеров, присланных Октавианом Антонию, едва хватило для пополнения его войск. С другой стороны, Клеопатра могла полностью восстановить его армию; он уже был увлечен романтической связью с ней, поэтому решил отправить Октавию обратно в Рим. Октавиан использовал это для распространения пропаганды, намекая, что Антоний становится все менее римским, отвергая законную римскую жену ради "восточной любовницы". В 36 году до н.э. Октавиан прибегнул к политическому маневру, чтобы выглядеть менее самодержавным, а Антония – более злодеем, провозгласив, что гражданские войны близки к завершению и что он сложит с себя полномочия триумвира, если Антоний сделает то же самое. Антоний отказался. Римские войска захватили Армянское царство в 34 году до н.э., и Антоний назначил своего сына Александра Гелиоса правителем Армении. Он также присвоил Клеопатре титул "Царица царей", что Октавиан использовал, чтобы убедить римский Сенат в том, что Антоний стремится подорвать первенство Рима. Октавиан вновь стал консулом 1 января 33 года до н.э. и открыл следующее заседание Сената резкой критикой предоставленных Антонием титулов и территорий его родственникам и королеве. Разрыв между Антонием и Октавианом побудил значительную часть сенаторов, а также обоих консулов того года покинуть Рим и перейти на сторону Антония. Однако осенью 32 года до н.э. Октавиан получил от Антония двух ключевых перебежчиков: Мунация Планка и Марка Тиция. Эти дезертиры предоставили Октавиану информацию, необходимую для подтверждения в Сенате всех обвинений, выдвинутых против Антония. Октавиан силой вошел в храм Весталок и изъял тайное завещание Антония, которое немедленно обнародовал. В завещании завоеванные римлянами территории передавались в качестве королевств для управления его сыновьям, а Александрия была назначена местом для гробницы для него и его королевы. В конце 32 года до н.э. Сенат официально лишил Антония консульских полномочий и объявил войну режиму Клеопатры в Египте. В начале 31 года до н.э. Антоний и Клеопатра временно находились в Греции, когда Октавиан одержал предварительную победу: флот под командованием Агриппы успешно переправил войска через Адриатическое море. Агриппа отрезал основные силы Антония и Клеопатры от путей снабжения по морю, в то время как Октавиан высадился на материке напротив острова Коркира (современный Корфу) и двинулся на юг. Оказавшись в ловушке на суше и на море, дезертиры из армии Антония ежедневно переходили на сторону Октавиана, в то время как силы Октавиана были достаточно подготовлены для подготовки к сражению. Флот Антония прошел через залив Акция на западном побережье Греции в отчаянной попытке прорвать морскую блокаду. Именно там флот Антония столкнулся с гораздо более крупным флотом меньших, более маневренных кораблей под командованием Агриппы и Гая Созия в битве при Акции 2 сентября 31 года до н.э. Антоний и его оставшиеся войска были спасены последним отчаянным маневром флота Клеопатры, который ждал поблизости. Год спустя Октавиан разгромил их войска в Александрии 1 августа 30 года до н.э., после чего Антоний и Клеопатра покончили с собой. Антоний пал на свой меч и был доставлен своими солдатами обратно в Александрию, где он умер на руках у Клеопатры. Клеопатра вскоре после этого умерла от отравления, вопреки распространенному мнению о том, что ее укусила аспида. Октавиан использовал свое положение наследника Цезаря для продвижения своей политической карьеры и хорошо осознавал опасность позволить кому-либо другому повторить это. Поэтому он последовал совету греческого философа Ария Дидима о том, что "двух Цезарей слишком много", приказав убить Цезариона, но пощадив детей Клеопатры от Антония, за исключением старшего сына Антония. Октавиан ранее не проявлял милосердия к сдавшимся врагам и действовал способами, которые оказались непопулярными среди римского народа, но ему приписывают прощение многих своих противников после битвы при Акции.

Единственный правитель Рима

После Акция и поражения Антония и Клеопатры, Октавиан оказался в положении, позволявшем ему править всей республикой под видом неофициального принципата, однако для этого ему требовалось постепенно наращивать свою власть. Он добился этого, завоевывая расположение сената и народа, одновременно сохраняя республиканские традиции Рима и создавая впечатление, что не стремится к диктатуре или монархии. Вступив в Рим, Октавиан и Агриппа были избраны консулами сенатом. Годы гражданских войн привели Рим к почти полному беззаконию, но республика не была готова принять власть Октавиана как власть деспота. В то же время Октавиан не мог отказаться от своей власти, рискуя возобновлением гражданских войн между римскими полководцами, и даже если бы он не желал никакой власти, его положение обязывало его заботиться о благополучии города Рима и римских провинций. С этого момента целью Октавиана стало возвращение Рима к стабильности, традиционной законности и цивилизованности, путем снятия открытого политического давления на судебную систему и обеспечения свободных выборов – по крайней мере, формально.

Первое урегулирование

13 января 27 года до н.э. Октавиан совершил показной жест, вернув полную власть римскому сенату и отказавшись от контроля над римскими провинциями и их армиями. Однако, будучи консулом, Сенат обладал ограниченными полномочиями в инициировании законодательства путем внесения законопроектов для сенатских дебатов. Октавиан больше не осуществлял прямого контроля над провинциями и их армиями, но сохранил лояльность как действующих солдат, так и ветеранов. Карьера многих его клиентов и сторонников зависела от его покровительства, поскольку его финансовая мощь была непревзойденной в Римской республике. Историк Вернер Эк отмечает:

"В значительной степени общественность была осведомлена об огромных финансовых ресурсах, которыми располагал Октавиан. Он не смог побудить достаточно сенаторов финансировать строительство и содержание сети дорог в Италии в 20 году до н.э., но взял на себя прямую ответственность за это. Это было объявлено на римской монете, выпущенной в 16 году до н.э., после того как он пожертвовал значительные средства в аэро́рий Сатурни, государственную казну. Однако, по мнению историка Х.Х. Скалларда, власть Октавиана основывалась на использовании "преобладающей военной силы, а конечной санкцией его власти была сила, как бы тщательно этот факт ни скрывался". Сенат предложил Октавиану, победителю в римских гражданских войнах, вновь принять на себя командование провинциями. Это предложение Сената стало ратификацией внеконституционных полномочий Октавиана. Через Сенат Октавиан смог поддерживать видимость функционирующей конституции. Притворно выразив нежелание, он согласился взять на себя десятилетнюю ответственность за надзор над провинциями, считавшимися неспокойными. Провинции, переданные Августу на этот десятилетний период, охватывали значительную часть завоеванного римского мира, включая всю Испанию и Галлию, Сирию, Киликию, Кипр и Египет. Более того, командование этими провинциями давало Октавиану контроль над большей частью римских легионов. Пока Октавиан исполнял обязанности консула в Риме, он отправлял сенаторов в провинции под своим командованием в качестве своих представителей для управления провинциальными делами и обеспечения исполнения его приказов. Провинциями, не находившимися под контролем Октавиана, управляли наместники, назначаемые римским сенатом. Октавиан стал самой влиятельной политической фигурой в Риме и в большинстве его провинций, но не обладал монополией на политическую и военную власть. Сенат по-прежнему контролировал Северную Африку, важный региональный поставщик зерна, а также Иллирию и Македонию – два стратегически важных региона с несколькими легионами. Однако Сенат располагал лишь пятью или шестью легионами, распределенными между тремя сенаторскими проконсулами, в то время как под контролем Октавиана находилось двадцать легионов, и их контроль над этими регионами не представлял собой никакой политической или военной угрозы для Октавиана. Контроль Сената над некоторыми римскими провинциями помогал поддерживать республиканский фасад для автократического принципата. Кроме того, контроль Октавиана над целыми провинциями соответствовал прецедентам республиканской эпохи, направленным на обеспечение мира и стабильности, когда такие видные римляне, как Помпей, получали аналогичные военные полномочия во времена кризиса и нестабильности.

Изменить на Augustus

16 января 27 года до н.э. Сенат присвоил Октавиану новый титул августа. Слово «август» происходит от латинского *augere* (означающего «увеличивать») и может быть переведено как «возвышенный», «почтенный» или «великий». Однако в данном случае оно стало почти королевским титулом для первостепенного лидера. Титул августа унаследовали все последующие императоры и фактически стал основным титулом императора. Поэтому современные историки обычно считают это событие началом его правления как «императора». Сам Август, по-видимому, отсчитывал начало своего «правления» с 27 года до н.э. Август именовал себя *Imperator Caesar divi filius* – «Император Цезарь, сын обожествленного». Этот титул подчеркивал его родственную связь с обожествлённым Юлием Цезарем, а использование слова *imperator* символизировало неразрывную связь с римской традицией побед. Август превратил *Caesar* – родовое имя одной из ветвей рода Юлиев – в новую династию, основателем которой он и стал. Августу было даровано право повесить над дверью *corona civica* (гражданский венок) и украсить дверные столбы лавровыми листьями. Однако он отказался от демонстративных символов власти, таких как скипетр, диадема, золотая корона и пурпурная тога, которые носил его предшественник Юлий Цезарь. Хотя он и отказывался символизировать свою власть, нося эти атрибуты, Сенат всё же наградил его золотым щитом, установленным в зале заседаний Курии, с надписью *virtus, pietas, clementia, iustitia* – «доблесть, благочестие, милосердие и справедливость».

Второе соглашение

К 23 году до н.э. стали очевидны некоторые нереспубликанские последствия урегулирования 27 года до н.э. Сохранение Августом ежегодного консульства привлекло внимание к его фактическому доминированию над римской политической системой и вдвое уменьшило возможности для других достичь номинально высшей должности в римском государстве. Более того, он вызывал политические проблемы, стремясь, чтобы его племянник Марк Клавдий Марцелл последовал его примеру и в конечном итоге занял княжество, отчуждая своих трех главных сторонников: Агриппу, Мецената и Ливию. Он назначил известного республиканца Кальпурния Пизона (воевавшего против Юлия Цезаря и поддерживавшего Кассия и Брута) соконсулом в 23 году до н.э., после неожиданной смерти его избранника Авла Теренция Варрона Мурены. В конце весны Август тяжело заболел, и, находясь на смертном одре, предпринял шаги, чтобы обеспечить продолжение принципата в той или иной форме, одновременно развеяв подозрения сенаторов в его антиреспубликанских настроениях. Август собирался передать свое печатное кольцо своему любимому полководцу Агриппе. Однако он передал своему соконсулу Пизону все свои официальные документы, отчет о государственных финансах и полномочия над войсками, дислоцированными в провинциях, в то время как его предполагаемый наследник Марцелл остался ни с чем. Это стало неожиданностью для многих, которые полагали, что Август назовет преемника на свой пост неофициального императора. Август даровал лишь имущество и владения своим назначенным наследникам, поскольку явная система институционализированного имперского наследования вызвала бы сопротивление и враждебность со стороны республикански настроенных римлян, опасавшихся монархии. Что касается принципата, то Августу было очевидно, что Марцелл не готов занять его место; тем не менее, передавая свое печатное кольцо Агриппе, Август намеревался дать легионам сигнал, что Агриппа должен быть его преемником и что они должны продолжать повиноваться ему, невзирая на конституционную процедуру. Вскоре после выздоровления Август отказался от консульства. В дальнейшем он занимал должность консула лишь в 5 и 2 годах до н.э., оба раза для представления своих внуков общественности. Это был хитрый ход Августа: отказ от должности одного из двух ежегодно избираемых консулов давал возможность будущим сенаторам претендовать на консульскую должность, позволяя Августу в то же время расширить свое влияние в сенаторском классе. Хотя Август и ушел с поста консула, он стремился сохранить свой консульский империй не только в своих провинциях, но и по всей империи. Это стремление, а также дело Марка Прима, привели ко второму компромиссу между ним и Сенатом, известному как второе урегулирование. Основные причины второго урегулирования были следующими. Во-первых, после отказа Августа от ежегодного консульства он больше не занимал официальную должность для управления государством, однако его доминирующее положение осталось неизменным в его римских, "имперских" провинциях, где он по-прежнему был проконсулом. Когда он ежегодно занимал должность консула, он имел право вмешиваться в дела других провинциальных проконсулов, назначенных Сенатом по всей империи, если считал это необходимым. Вторая проблема возникла позже, показав необходимость второго урегулирования в деле, известном как "дело Марка Прима". В конце 24 или начале 23 года до н.э. против Марка Прима, бывшего проконсула (губернатора) Македонии, были выдвинуты обвинения в развязывании войны без предварительного одобрения Сената против Одрисийского королевства Фракии, чей король был союзником Рима. Его защищал Луций Лициний Варрон Мурена, заявивший суду, что его клиент получил конкретные инструкции от Августа о нападении на государство-клиент. Позже Прим засвидетельствовал, что приказы поступили от недавно умершего Марцелла. Такие приказы, если бы они были отданы, были бы расценены как нарушение прерогативы Сената в соответствии с конституционным урегулированием 27 года до н.э. и его последствиями, то есть до того, как Августу был предоставлен imperium proconsulare maius, поскольку Македония была сенаторской провинцией под юрисдикцией Сената, а не имперской провинцией под властью Августа. Подобное действие разрушило бы видимость республиканского восстановления, продвигаемого Августом, и разоблачило его обман, заключающийся в том, что он является лишь первым гражданином, первым среди равных. Хуже того, участие Марцелла предоставило некоторое доказательство того, что политика Августа заключалась в том, чтобы юноша занял его место в качестве princeps, установив форму монархии, – обвинения, которые уже были высказаны.

Заговор

Многие политические тонкости второго урегулирования, по-видимому, ускользали от понимания плебейского сословия, которое составляло основную поддержку и клиентуру Августа. Это заставляло их время от времени настаивать на участии Августа в государственных делах. Август не стал баллотироваться на должность консула в 22 г. до н.э., и вновь возникли опасения, что аристократический Сенат вынуждает его покинуть власть. В 22, 21 и 19 гг. до н.э. народ в ответ поднимал волнения и допускал избрание только одного консула в каждый из этих лет, якобы чтобы оставить другую должность вакантной для Августа. В 22 г. до н.э. в Риме также возник дефицит продовольствия, что вызвало панику, и многие городские плебеи призвали Августа принять на себя диктаторские полномочия для личного контроля над кризисом. После театрализованного отказа перед Сенатом Август, наконец, принял под свой контроль поставки зерна в Рим "в силу своего проконсульского империя" и практически немедленно разрешил кризис. Лишь в 8 г. н.э. подобный продовольственный кризис побудил Августа учредить префекта анноны, постоянного префекта, ответственного за снабжение Рима продовольствием. Некоторые выражали обеспокоенность расширением полномочий, предоставленных Августу вторым урегулированием, и это достигло кульминации с явным заговором Фанния Каепия. За некоторое время до 1 сентября 22 г. до н.э. некий Кастриций предоставил Августу информацию о заговоре во главе с Фаннием Каепием. Мурена, откровенный консул, защищавший Прима в деле Марка Прима, был назван среди заговорщиков. Заговорщики были судимы заочно, при этом Тиберий выступал в качестве обвинителя; присяжные признали их виновными, но вердикт не был единогласным. Все обвиняемые были приговорены к смертной казни за государственную измену и казнены сразу после поимки, не получив возможности дать показания в свою защиту. Август обеспечил сохранение видимости республиканского правления, эффективно скрыв произошедшее. В 19 г. до н.э. Сенат предоставил Августу форму "генерального консульского империя", которая, вероятно, представляла собой *imperium consulare maius*, как и проконсульские полномочия, полученные им в 23 г. до н.э. Подобно его трибунской власти, консульские полномочия были еще одним примером получения власти через должности, которые он фактически не занимал. Кроме того, Августу разрешалось носить консульские знаки отличия на публике и перед Сенатом, а также сидеть на символическом кресле между двумя консулами и держать фасции – символ консульской власти. Это, по-видимому, успокоило население; независимо от того, был ли Август консулом или нет, важно было то, что он представал перед народом как консул и мог при необходимости осуществлять консульскую власть. 6 марта 12 г. до н.э., после смерти Лепида, он также занял должность *pontifex maximus* – верховного жреца коллегии понтификов, важнейшей должности в римской религии. 5 февраля 2 г. до н.э. Августу также было присвоено звание *pater patriae* – "отец отечества".

Стабильность и стойкость

Окончательная причина второго урегулирования заключалась в том, чтобы обеспечить принципату конституционную стабильность и прочность на случай, если что-либо случится с принцепсом Августом. Его болезнь в начале 23 года до н.э. и заговор Кепио показали, что существование режима зависело от жизни одного человека – самого Августа, который на протяжении жизни страдал от нескольких тяжелых и опасных недугов. Если бы он умер естественной смертью или стал жертвой покушения, Рим мог быть ввергнут в новую гражданскую войну. Воспоминания о Фарсале, мартовских Идах, проскрипциях, Филиппах и Акции, произошедших всего двадцать пять лет назад, все еще были живы в памяти многих граждан. Для обеспечения этой конституционной стабильности Агриппе было даровано проконсулское *imperium* на пять лет, аналогичное власти Августа. Точная природа этого дарования неясна, но, вероятно, оно распространялось на имперские провинции Августа – восточные и западные, возможно, не включая провинции, находившиеся под управлением Сената. Это произошло позже, как и ревностно охраняемая *tribunicia potestas*. Таким образом, Август завершил накопление своих полномочий.

Война и экспансия

К 13 году нашей эры Август похвастался 21 случаем, когда его войска провозгласили его императором после успешной битвы. Почти вся четвертая глава его публично опубликованных мемуаров о достижениях, известных как Res Gestae, посвящена его военным победам и почестям. Август также пропагандировал идеал превосходной римской цивилизации с задачей управлять миром (в той степени, в какой римляне его знали), чувство, воплощенное в словах, которые современный поэт Вергилий приписывает легендарному предку Августа: *tu regere imperio populos, Romane, memento* – «Римлянин, помни о необходимости властвовать над народами земли!» Стремление к экспансии, по-видимому, было заметно среди всех слоев римского общества и получило божественное одобрение Юпитера в первой книге «Энеиды» Вергилия, где Юпитер обещает Риму *imperium sine fine* – «власть без конца». К концу своего правления армии Августа завоевали северную Испанию (современную Испанию и Португалию) и альпийские регионы Раетию и Норик (современная Швейцария, Бавария, Австрия, Словения), Иллирик и Паннонию (современная Албания, Хорватия, Венгрия, Сербия и т. д.) и расширили границы Африки Проконсулярской на восток и юг. Иудея была присоединена к провинции Сирия, когда Август отстранил от власти Ирода Архелая, преемника Ирода Великого. Сирией (как и Египтом после Антония) управлял префект конного сословия, а не проконсул или легат Августа. Военные усилия не потребовались и в 25 году до н.э., когда Галатия (часть современной Турции) была преобразована в римскую провинцию вскоре после убийства Аминта Галатского вдовой убитого принца из Гомонады. Восставшие племена Астурии и Кантабрии в современной Испании были окончательно подавлены в 19 году до н.э., и территория перешла под власть провинций Испания и Лузитания. Этот регион оказался важным источником финансирования будущих военных кампаний Августа, поскольку был богат минеральными ресурсами, которые могли быть использованы в римских горнодобывающих проектах, особенно богатыми золотыми месторождениями в Лас-Медулас. Завоевание народов Альп в 16 году до н.э. стало еще одной важной победой Рима, поскольку обеспечило значительный территориальный буфер между римскими гражданами Италии и врагами Рима в Германии на севере. Гораций посвятил победе оду, а монументальный Трофей Августа близ Монако был воздвигнут в честь этого события. Захват Альпийского региона послужил предпосылкой для следующего наступления в 12 году до н.э., когда Тиберий начал наступление против племен Иллирии, а его брат Нерон Клавдий Друз двинулся против германских племен восточного Рейна. Обе кампании были успешными: войска Друза достигли реки Эльбы к 9 году до н.э., хотя вскоре после этого он погиб, упав с лошади. Сообщается, что благочестивый Тиберий шел впереди тела брата на всем пути обратно в Рим. Для защиты восточных территорий Рима от Парфянской империи Август полагался на зависимые государства на востоке, которые служили территориальными буферами и могли выставлять свои войска для обороны. Для обеспечения безопасности восточного фланга империи Август разместил в Сирии римскую армию, а его опытный пасынок Тиберий вел переговоры с парфянами в качестве дипломата Рима на Востоке. Тиберий отвечал за восстановление Тиграна V на троне Армянского царства. Вероятно, его величайшим дипломатическим достижением стали переговоры с Фраатом IV Парфянским (37–2 гг. до н.э.) в 20 году до н.э. о возвращении боевых знамен, потерянных Крассом в битве при Каррах – символической победе и значительном подъеме боевого духа Рима. Вернер Эк утверждает, что это стало большим разочарованием для римлян, стремившихся отомстить за поражение Красса военным путем. Однако Мария Бросиус объясняет, что Август использовал возвращение знамен в качестве пропаганды, символизирующей подчинение Парфии Риму. Это событие было увековечено в искусстве, например, в дизайне нагрудника на статуе Августа Прима Порта и в таких памятниках, как Храм Марса Мстителя, построенный для хранения знамен. Парфия всегда представляла угрозу для Рима на востоке, но настоящий фронт боевых действий проходил вдоль рек Рейн и Дунай. Перед решающей битвой с Антонием кампании Октавиана против племен в Далмации стали первым шагом к расширению римских владений до Дуная. Победа в битве не всегда была окончательной, поскольку вновь завоеванные территории постоянно отвоевывались врагами Рима в Германии. Ярким примером римского поражения в битве является битва в Тевтобургском лесу в 9 году н.э., где три целых легиона под командованием Публия Квинтилия Вара были уничтожены Арминием, вождем херусков, формальным союзником Рима. Август ответил отправкой Тиберия и Друза в Рейнскую область для восстановления порядка, что принесло некоторый успех, хотя битва положила конец римской экспансии в Германию. Римский полководец Германик воспользовался гражданской войной между Арминием и Сегестом среди херусков; в битве при Идиставизо в 16 году н.э. он разгромил Арминия.

Смерть и наследство

Болезнь Августа в 23 году до н.э. выдвинула проблему престолонаследия на первый план политической жизни и общественного внимания. Чтобы обеспечить стабильность, ему необходимо было определить наследника своего уникального положения в римском обществе и государстве. Это должно было быть осуществлено небольшими, неброскими и постепенными шагами, не вызывающими опасений монархии у сенаторов. Любой, кто должен был унаследовать неофициальную власть Августа, должен был заслужить её собственными, общеизвестными заслугами. Некоторые августианские историки полагают, что все указывало на Марцелла, сына его сестры, который был быстро женат на Юлии Старшей, дочери Августа. Другие историки с этим не согласны, поскольку во время тяжелой болезни Августа в 23 году до н.э. его завещание было зачитано в Сенате, что указывало на предпочтение Марку Агриппе, который был вторым человеком в государстве и, возможно, единственным из его соратников, способным контролировать легионы и удержать империю от распада. После смерти Марцелла в 23 году до н.э. Август женил свою дочь на Агриппе. В этом браке родилось пятеро детей: трое сыновей и две дочери – Гай Цезарь, Луций Цезарь, Випсания Юлия, Агриппина и Агриппа Постум, получивший это имя, поскольку родился после смерти Марка Агриппы. Вскоре после этого второго урегулирования Агриппе было предоставлено пятилетнее управление восточной половиной империи с империем проконсула и той же трибунской властью, которой обладал Август (хотя и не превосходящей его власть), а место его управления находилось в Самосе, на восточном Эгейском море. Это предоставление власти демонстрировало благосклонность Августа к Агриппе, но также было мерой, направленной на умиротворение членов его кесаревой партии, позволяя одному из них разделить с ним значительную часть власти. О намерении Августа сделать своих внуков Гая и Луция своими наследниками стало ясно, когда он усыновил их. Он занял консульство в 5 и 2 годах до н.э., чтобы лично ввести их в политическую жизнь, и они были номинированы на консульства 1 и 4 годов н.э. Август также оказал почести своим пасынкам, детям Ливии от первого брака, Нерону Клавдию Друзу Германику (в дальнейшем именуемому Друзу) и Тиберию Клавдию (в дальнейшем Тиберию), предоставив им военные командования и государственные должности, хотя, казалось, он больше благоволил Друзу. После смерти Агриппы в 12 году до н.э. Тиберию было приказано развестись со своей женой Випсанией Агриппиной и жениться на овдовевшей дочери Августа Юлии, как только закончится период траура по Агриппе. Брак Друза с племянницей Августа, Антонией, считался нерушимым, в то время как Випсания была лишь дочерью покойного Агриппы от его первого брака. Тиберий получил трибунские полномочия Августа в 6 году до н.э., но вскоре после этого ушел в отставку, по сообщениям, не желая больше участвовать в политике и отправившись в изгнание на Родос. Конкретная причина его ухода неизвестна, хотя это могло быть сочетанием факторов, включая неудачный брак с Юлией, а также чувство зависти и исключенности из-за очевидной благосклонности Августа к молодым Гаю и Луцию. (Гай и Луций в раннем возрасте вступили в коллегию жрецов, были представлены публике в более выгодном свете и были представлены армии в Галлии.) После смерти Луция и Гая в 2 и 4 годах н.э. соответственно, а также более ранней смерти его брата Друза (9 год до н.э.), Тиберий был отозван в Рим в июне 4 года н.э., где Август усыновил его при условии, что он, в свою очередь, усыновит своего племянника Германика. Это продолжало традицию представления как минимум двух поколений наследников. В том же году Тиберий также получил полномочия трибуна и проконсула, послы иностранных царей должны были выражать ему свое почтение, а к 13 году н.э. был награжден своим вторым триумфом и равным уровнем империя с Августом. Единственным другим возможным претендентом на престол был Агриппа Постум, который был сослан Августом в 7 году н.э., его изгнание было подтверждено сенаторским указом, и Август официально отрекся от него. Он, безусловно, утратил расположение Августа как наследника; историк Эрих С. Грюен отмечает различные современные источники, в которых говорится, что Агриппа Постум был "вульгарным молодым человеком, жестоким и грубым, и имевшим развращенный характер". 19 августа 14 года Август умер во время посещения Нолы, где умер его отец. Тацит и Кассий Дион писали, что по слухам Ливия отравила свежие инжиры, что привело к его смерти. Этот элемент присутствует во многих современных произведениях исторической беллетристики, посвященных жизни Августа, но некоторые историки считают, что это, скорее всего, была грязная выдумка, созданная сторонниками Постума как наследника или другими политическими врагами Тиберия. Ливия долгое время была объектом подобных слухов об отравлениях в пользу своего сына, большинство или все из которых, вероятно, были ложными. В качестве альтернативы, возможно, что Ливия действительно подмешала яд в инжир (она выращивала сорт инжира, названный в ее честь, который, по словам Августа, ему нравился), но сделала это как средство содействия самоубийству, а не как убийство. Здоровье Августа ухудшалось в месяцы, предшествовавшие его смерти, и он предпринял значительные шаги для обеспечения плавного перехода власти, наконец, неохотно выбрав Тиберия своим наследником. Вероятно, Августа не ожидали возвращения живым из Нолы, но, по-видимому, его здоровье улучшилось, когда он туда прибыл; поэтому было высказано предположение, что Август и Ливия сговорились положить конец его жизни в ожидаемое время, завершив все политические процессы для принятия Тиберия, чтобы не поставить под угрозу этот переход. Последние слова Августа были: "Я хорошо сыграл свою роль? Тогда аплодируйте, когда я уйду" ("Acta est fabula, plaudite") – отсылка к актерскому мастерству и царственной власти, которые он демонстрировал как император. Огромная похоронная процессия скорбящих сопровождала тело Августа из Нолы в Рим, и все государственные и частные предприятия были закрыты в день его похорон. Тиберий и его сын Друз произнесли надгробную речь, стоя на двух рострах. Тело Августа было помещено в саркофаг и кремировано на костре рядом с его мавзолеем. Было провозглашено, что Август присоединился к сонму богов как член римского пантеона. Историк Д.К.А. Шоттер утверждает, что политика Августа, направленная на предпочтение юлианской линии семьи перед клавдианской, могла дать Тиберию достаточно оснований для проявления открытого презрения к Августу после его смерти; вместо этого Тиберий всегда быстро осуждал тех, кто критиковал Августа. Шоттер предполагает, что обожествление Августа обязало Тиберия подавлять любую открытую неприязнь, которую он мог испытывать, в сочетании с "крайне консервативным" отношением Тиберия к религии. Кроме того, историк Р. Шоу Смит указывает на письма Августа к Тиберию, в которых проявляется привязанность к Тиберию и высокое уважение к его военным заслугам. Шоттер утверждает, что Тиберий направил свой гнев и критику на Гая Азиния Галла (за то, что женился на Випсании после того, как Август заставил Тиберия развестись с ней), а также на двух молодых цезарей, Гая и Луция, – вместо Августа, истинного архитектора его развода и имперского понижения в должности.

Наследие

Август создал режим, который поддерживал мир и процветание на западе Римской империи и востоке Греции на протяжении двух столетий. Его господство также заложило основы концепции вселенской империи в Византийской и Священной Римской империях вплоть до их распада в 1453 и 1806 годах соответственно. Как его приемная фамилия, Цезарь, так и титул Август стали постоянными титулами правителей Римской империи на протяжении четырнадцати веков после его смерти, использовавшимися как в Старом Риме, так и в Новом Риме. Во многих языках слово "Цезарь" стало обозначать императора, как в немецком "Кайзер", а также в болгарском и, впоследствии, в русском "царь" (иногда "Царь"). Культ Дивуса Августа продолжался до тех пор, пока государственная религия империи не была изменена на христианство в 391 году Феодосием I. Следовательно, существует множество статуй и бюстов первого императора. Он составил отчет о своих достижениях, Res Gestae Divi Augusti, который должен был быть высечен в бронзе перед его мавзолеем. Копии текста были высечены по всей империи после его смерти. Надписи на латыни сопровождались переводами на греческий язык и были нанесены на многие общественные здания, например, на храм в Анкаре, названный Monumentum Ancyranum, который историк Теодор Моммзен назвал "королевой надписей". Res Gestae – единственное сохранившееся произведение античности, хотя известно, что Август также сочинил стихи под названиями "Сицилия", "Эпифан" и "Аякс", автобиографию в 13 книгах, философский трактат и письменное опровержение "Похвалы Катону" Брута. Историки могут анализировать отрывки писем Августа, сохранившиеся в других трудах, чтобы получить дополнительные факты или подсказки о его личной жизни. Многие считают Августа величайшим императором Рима; его политика, безусловно, продлила жизнь империи и положила начало знаменитой Pax Romana, или Pax Augusta. Римский сенат желал, чтобы последующие императоры "были более удачливы, чем Август, и лучше, чем Траян". Август был умным, решительным и проницательным политиком, но, возможно, он не был столь же харизматичным, как Юлий Цезарь, и иногда подвергался влиянию Ливии (иногда не в лучшую сторону). Тем не менее, его наследие оказалось более прочным. Город Рим был полностью преобразован при Августе, с созданием первой в Риме институциональной полиции, пожарной охраны и должности муниципального префекта как постоянного офиса. Полицейские подразделения были разделены на когорты по 500 человек каждая, в то время как подразделения пожарных насчитывали от 500 до 1000 человек каждое, причем 7 подразделений были распределены по 14 городским секторам. Префект стражи (praefectus vigilum) возглавлял вигилов – пожарную бригаду и полицию Рима. С окончанием гражданских войн в Риме Август также смог создать постоянную армию для Римской империи, численностью 28 легионов, насчитывавших около 170 000 солдат. Эту армию поддерживали многочисленные вспомогательные подразделения по 500 солдат, не являвшихся гражданами, часто вербовавшихся из недавно завоеванных областей. Благодаря своим финансам, обеспечивающим содержание дорог по всей Италии, Август создал официальную курьерскую систему релейных станций под надзором военного офицера, известного как praefectus vehiculorum. Помимо более быстрой связи между итальянскими политическими образованиями, его масштабное строительство дорог по всей Италии также позволило римским армиям быстро и с беспрецедентной скоростью перемещаться по стране. В 6 году Август основал aerarium militare, пожертвовав 170 миллионов сестерциев в новую военную казну, которая обеспечивала как действующих, так и отставных солдат. Одним из самых прочных учреждений Августа было создание преторианской гвардии в 27 году до н.э., первоначально личной охраны на поле боя, которая превратилась в имперскую гвардию, а также в важную политическую силу в Риме. Они имели власть запугивать Сенат, возводить на престол новых императоров и свергать тех, кто им не нравился; последним императором, которому они служили, был Максенций, поскольку именно Константин I распустил их в начале IV века и разрушил их казармы, Castra Praetoria. Несмотря на то, что Август был самым могущественным человеком в Римской империи, он хотел воплотить дух республиканских добродетелей и норм. Он также стремился понять и учитывать заботы плебса и простых людей. Он добился этого посредством различных проявлений щедрости и сокращения расточительных излишеств. В 29 году до н.э. Август раздал 400 сестерциев (равно 1/10 римского фунта золота) каждому из 250 000 граждан, 1000 сестерциев каждому из 120 000 ветеранов в колониях и потратил 700 миллионов сестерциев на покупку земли для поселения своих солдат. Он также восстановил 82 различных храма, демонстрируя свою заботу о римском пантеоне божеств. В 28 году до н.э. он переплавил 80 серебряных статуй, воздвигнутых в его честь, в попытке показать свою бережливость и скромность. Долговечность правления Августа и его наследие для римского мира не должны быть упущены из виду как ключевой фактор его успеха. Как писал Тацит, молодое поколение, живое в 14 году н.э., никогда не знало другой формы правления, кроме принципата. Если бы Август умер раньше, все могло бы сложиться иначе. Истощение гражданских войн для старой республиканской олигархии и долголетие Августа, следовательно, должны рассматриваться как основные факторы, способствовавшие превращению римского государства в фактическую монархию в эти годы. Личный опыт Августа, его терпение, такт и политическая проницательность также сыграли свою роль. Он определил будущее империи по многим направлениям, от существования постоянной профессиональной армии, расположенной у или вблизи границ, до принципа династической преемственности, столь часто применяемого при имперском престолонаследии, до украшения столицы за счет императорской казны. Главным наследием Августа был мир и процветание, которыми империя пользовалась в течение следующих двух столетий благодаря введенной им системе. Его память была увековечена в политической этике имперской эпохи как образец хорошего императора. Каждый император Рима принимал его имя, Цезарь Август, которое постепенно теряло свой характер имени и в конечном итоге стало титулом. Поэты эпохи Августа, Вергилий и Гораций, восхваляли Августа как защитника Рима, защитника моральной справедливости и человека, который нес на себе бремя ответственности за поддержание империи. Однако за правление Августа и установление принципата он также подвергался критике на протяжении веков. Современный римский юрист Марк Антистий Лабеон, любивший дни доавгустовской республиканской свободы, в которой он родился, открыто критиковал режим Августа. В начале своих "Анналов" Тацит писал, что Август хитростно превратил Республиканский Рим в положение рабства. Он продолжал говорить, что со смертью Августа и присягой на верность Тиберию народ Рима обменял одного рабовладельца на другого. В биографии Августа 2006 года Энтони Эверитт утверждает, что на протяжении веков суждения о правлении Августа колебались между этими двумя крайностями. Тацит полагал, что Нерва (правил в 96–98 гг. н.э.) успешно "соединил две ранее чуждые идеи, принципат и свободу". Историк III века Кассий Дион признал Августа доброжелательным и умеренным правителем, но, как и большинство других историков после смерти Августа, Дион рассматривал Августа как самодержца. Поэт Марк Анней Лукан (39–65 гг. н.э.) считал, что победа Цезаря над Помпеем и падение Катона Младшего (95 г. до н.э. – 46 г. до н.э.) ознаменовали конец традиционной свободы в Риме; историк Честер Старр пишет об его избежании критики Августа: "возможно, Август был слишком священной фигурой, чтобы обвинять его напрямую". Англо-ирландский писатель Джонатан Свифт (1667–1745) в своем "Рассуждении о спорах и разногласиях в Афинах и Риме" критиковал Августа за установление тирании над Римом и уподоблял то, что он считал добродечной конституционной монархией Великобритании...

Реформы в сфере доходов

Реформы, проводившиеся Августом в сфере государственных доходов, оказали большое влияние на последующий успех империи. Август привёл гораздо большую часть расширенной земельной базы империи под постоянное, прямое налогообложение из Рима, вместо того, чтобы взимать различные, непостоянные и несколько произвольные дани с каждой местной провинции, как это делали предшественники Августа. Эта реформа значительно увеличила чистые доходы Рима от территориальных приобретений, стабилизировала их поступление и упорядочила финансовые отношения между Римом и провинциями, вместо того чтобы провоцировать новые обиды при каждом новом произвольном взыскании дани. Меры налогообложения во время правления Августа определялись переписью населения с установленными квотами для каждой провинции. Граждане Рима и Италии платили косвенные налоги, а прямые налоги взимались с провинций. Косвенные налоги включали 4% налог на цену рабов, 1% налог на товары, проданные на аукционе, и 5% налог на наследование имущества стоимостью более 100 000 сестерций лицами, не являющимися прямыми наследниками. Не менее важной реформой была отмена частного сбора налогов, который был заменён наёмными государственными служащими – сборщиками налогов. Частные подрядчики, собиравшие налоги для государства, были распространены в республиканскую эпоху. Некоторые из них были достаточно влиятельны, чтобы влиять на количество голосов, отдаваемых за кандидатов на должности в Риме. Эти сборщики налогов, известные как мытарями, были печально известны своими злоупотреблениями, огромным частным богатством и правом облагать налогом местные территории. Использование огромных земельных рент Египта для финансирования деятельности Империи стало возможным благодаря завоеванию Августом Египта и переходу к римской форме правления. Поскольку Египет фактически считался частной собственностью Августа, а не провинцией империи, он стал частью наследия каждого последующего императора. Вместо легата или проконсула Август назначил префекта из сословия всадников для управления Египтом и поддержания его прибыльных морских портов; эта должность стала наивысшим политическим достижением для любого всадника, за исключением назначения префектом преторианской гвардии. Высокопродуктивные сельскохозяйственные земли Египта приносили огромные доходы, которые были доступны Августу и его преемникам для финансирования общественных работ и военных экспедиций.

Август

Месяц август (лат. Augustus) назван в честь Августа; до его времени он назывался Секстилис (так как был шестым месяцем первоначального римского календаря, а латинское слово для шести – sex). Распространённое поверье гласит, что август имеет 31 день, потому что Август хотел, чтобы его месяц по продолжительности равнялся июлю Юлия Цезаря, однако это вымысел, придуманный учёным XIII века Иоанном де Сакробоско. Секстилис и до переименования имел 31 день и не был выбран из-за своей длительности (см. Юлианский календарь). Согласно сенатскому постановлению, цитируемому Макробием, Секстилис был переименован в честь Августа, поскольку именно в этом месяце произошло несколько важнейших событий, связанных с его восхождением к власти, завершившихся падением Александрии.

Создание "Италии"

Римская Италия была учреждена Августом в 7 году до н.э. под латинским названием "Italia". Это было первое объединение Итальянского полуострова в единое административно-политическое целое под одним именем. За это деяние итальянские историки, такие как Г. Джаннелли, провозгласили Августа Отцом Италии.

Строительные проекты

На смертном одре Август хвастался: "Я нашёл Рим из кирпича, я оставляю вам его из мрамора". Хотя в буквальном смысле этого высказывания есть доля правды, Кассий Дион утверждает, что это была метафора мощи Империи. Мрамор использовался в римском строительстве и до Августа, но широкое распространение он получил как раз в его правление. Это, правда, не касалось трущоб Субуры, которые оставались такими же ветхими и пожароопасными, как и прежде, но Август оставил заметный след в монументальном облике центра города и Кампуса Марция, с Ara Pacis (Алтарем Мира) и монументальными солнечными часами, гномон которых представлял собой обелиск, привезенный из Египта. Рельефные скульптуры, украшающие Ара-Пакис, наглядно дополняли письменные свидетельства о триумфах Августа, зафиксированные в Res Gestae. На рельефах изображены имперские процессии преторианцев, весталок и римских граждан. Он также возвёл Храм Цезаря, Храм Юпитера Громовержца, Храм Аполлона Палатинского и бани Агриппы, а также Форум Августа с Храмом Марса Мстителя. Другие проекты были им поощрены, например, театр Балбуса и строительство Агриппой Пантеона, или финансировались им от имени других, часто родственников (например, Портик Октавии, театр Марцелла). Даже его Мавзолей был построен ещё при его жизни для членов его семьи. В честь победы в битве при Акции в 29 году до н.э. у входа в храм Кастора и Поллукса была возведена Арка Августа, а в 19 году до н.э. она была расширена до тройной арки. После смерти Агриппы в 12 году до н.э. возникла необходимость в решении проблемы поддержания римской системы водоснабжения. Это было связано с тем, что Агриппа осуществлял надзор за ней, когда занимал должность эдила, и даже финансировал её впоследствии, будучи частным лицом и оплачивая расходы из собственных средств. В том же году Август организовал систему, при которой Сенат назначал трёх своих членов главными комиссарами, ответственными за водоснабжение и за обеспечение надлежащего состояния римских акведуков. В конце эпохи Августа комиссия из пяти сенаторов, известная как curatores locorum publicorum iudicandorum (переводится как "Надзиратели за государственной собственностью"), была наделена ответственностью за содержание общественных зданий и храмов государственного культа. Август учредил сенатскую группу кураторов дорог (curatores viarum) для поддержания дорог в надлежащем состоянии; эта сенатская комиссия работала с местными властями и подрядчиками для организации регулярного ремонта. Коринфский архитектурный ордер, зародившийся в Древней Греции, был доминирующим архитектурным стилем в эпоху Августа и имперский период Рима. Светоний однажды заметил, что Рим недостоин статуса имперской столицы, однако Август и Агриппа поставили перед собой задачу развеять это мнение, преобразив облик Рима по образцу классической греческой архитектуры.

Жилые дома

Официальной резиденцией Августа был Домус Августи на Палатине, который он превратил во дворец после покупки в 41/40 гг. до н.э. У него были и другие резиденции, такие как сады Мацената в Риме, где Август предпочитал останавливаться, когда болел, и которые Маценат завещал ему в 8 г. до н.э. Великая вилла Ведия Поллиона в Позилипо, близ Неаполя, была передана ему (вероятно, по принуждению) в 15 г. до н.э. Август построил дворец Палаццо а Маре на Капри. Он также возвёл огромную Виллу Джулию на острове Вентотен как летнюю резиденцию в начале своего правления. Семейным домом Августа, вероятно, была вилла в Сомма-Везувиана, близ Нолы. Именно там он умер, и там же умер его отец.

Физический вид и официальные образы

Его биограф Светоний, писавший примерно через столетие после смерти Августа, описал его внешность следующим образом: "необычайно красивый и чрезвычайно грациозный на протяжении всей жизни, хотя он не заботился о личном украшательстве. Он был настолько равнодушен к прическе, что одновременно позволял работать над ней нескольким цирюльникам, а бороду то подстригал, то брил, при этом не переставая читать или писать. У него были ясные, светлые глаза. Зубы были широко расставлены, маленькие и неухоженные; волосы слегка вьющиеся и с золотистым оттенком; брови сходились на переносице. Уши были умеренных размеров, а нос слегка выступал вперед и немного изгибался внутрь. Цвет кожи был между смуглым и светлым. Он был невысокого роста, хотя Юлий Марат, его вольноотпущенник и хранитель записей, утверждал, что его рост составлял пять футов и девять дюймов (чуть меньше 5 футов 7 дюймов, или 1,70 метра по современным меркам), но это скрывалось благодаря изящным пропорциям и симметрии фигуры и становилось заметно лишь в сравнении с более высоким человеком. Добавляется, что его обувь имела несколько высокую подошву, чтобы казаться выше ростом". Научный анализ следов краски, найденных на его официальных статуях, показывает, что у него, вероятнее всего, были светло-коричневые волосы и глаза (волосы и глаза изображались одного цвета). Его официальные изображения подвергались строгому контролю и были идеализированы, опираясь на традиции эллинистического портрета, а не на традиции реализма в римском портрете. Он впервые появился на монетах в возрасте 19 лет, и примерно с 29 г. до н.э. "взрывное увеличение числа портретов Августа свидетельствует о целенаправленной пропагандистской кампании, направленной на доминирование личности Августа во всех аспектах гражданской, религиозной, экономической и военной жизни". Ранние изображения действительно изображали молодого человека, но, несмотря на постепенные изменения, его изображения оставались юными до самой смерти в возрасте семидесяти лет, к тому времени они приобрели "отстраненный вид вневременного величия", по мнению классика Р.Р.Р. Смита. Среди наиболее известных из сохранившихся портретов – Август из Прима-Порта, изображение на Ара Пацис и Август с Виа Лабикана, изображающий его в роли верховного понтифика. К числу портретов-камео относятся камея Блакаса и Джемма Августея.