Введение

Жанр театра

Экспериментальный театр (также известный как авангардный театр), вдохновлённый преимущественно концепцией Вагнера Gesamtkunstwerk, стремится к созданию новых, более активных взаимоотношений со зрителем.

Отношения с аудиторией

Известный экспериментальный театральный режиссер и драматург Питер Брук описывает свою задачу как построение "необходимого театра, в котором различие между актером и зрителем носит лишь практический, а не принципиальный характер". Традиционно зрители рассматриваются как пассивные наблюдатели. Многие деятели экспериментального театра стремились оспорить это представление. Например, Бертольт Брехт хотел мобилизовать свою аудиторию, заставляя персонажа в пьесе разрушать невидимую "четвертую стену", напрямую задавать вопросы зрителям, не давая ответов, тем самым побуждая их к самостоятельному мышлению; Аугусто Боал хотел, чтобы его аудитория реагировала непосредственно на происходящее; а Антонен Арто стремился воздействовать на них напрямую на подсознательном уровне. Питер Брук выделил треугольник взаимоотношений в спектакле: внутренние взаимоотношения исполнителей, взаимоотношения исполнителей друг с другом на сцене и их взаимоотношения со зрителями. Британская экспериментальная театральная группа Welfare State International говорила о церемониальном круге во время спектакля, где актеры формируют одну половину, зрители – другую, а энергия концентрируется в центре. Помимо идеологических последствий роли зрителя, театры и спектакли обращались к аудитории или вовлекали ее различными способами. Арка про сцены подверглась сомнению, и спектакли стали выходить за пределы традиционных театральных пространств. Зрители стали вовлекаться по-разному, часто как активные участники действия на вполне практическом уровне. Когда арка про сцены использовалась, ее привычное применение часто нарушалось. Участие зрителей может варьироваться от просьбы к добровольцам выйти на сцену до того, что актеры кричат прямо в лица зрителям. Привлекая зрителей к участию, исполнитель приглашает их испытать определенные чувства, и таким образом может изменить их отношение, ценности и убеждения относительно темы спектакля. Например, в спектакле о травле персонаж может подойти к зрителю, оценить его и вызвать на драку прямо на месте. Испуганное выражение лица зрителя будет ярко передавать суть проблемы травли как этому зрителю, так и остальным. С точки зрения физического пространства, театры приобретали различные формы, а деятели искусства заново исследовали различные способы постановки спектаклей, проводя множество исследований елизаветинских и греческих театральных пространств. Эти наработки были интегрированы в мейнстрим: Национальный театр в Лондоне, например, располагает высокогибким пространством, напоминающим елизаветинскую сцену (Дорфман), пространством перед сценой (Литтелтон) и амфитеатром (Оливье), и режиссеры и архитекторы сознательно стремились отойти от доминирования арки про сцены. Жак Копо был важной фигурой в области сценического дизайна и стремился уйти от излишеств натурализма, чтобы достичь более лаконичного, репрезентативного подхода к оформлению сцены.

Социальные контексты

Рост числа экспериментальных театров в 1950-х и 1960-х годах заставил некоторых говорить о связи между театральными коллективами и социально-политическим контекстом их деятельности. Некоторые группы внесли значительный вклад в изменение социального облика театра, а не его стилистических особенностей. Актеры использовали свои навыки для участия в культурно-активистской деятельности. Это могло проявляться в форме дидактического агитпрома, или же, как, например, Welfare State International, некоторые рассматривали театральную среду как пространство, в котором может возникнуть микрообщество, предлагающее альтернативный образ жизни по сравнению с более широким обществом. Основной театр все чаще воспринимался как источник лжи, поэтому театральные представления часто рассматривались как способ раскрыть истину, что подразумевало акцент на лицемерии, неравенстве, дискриминации и угнетении. Это наглядно демонстрирует пример Гротовского, который отверг ложь и противоречия мейнстримного театра и стремился к тому, что он называл правдивой актерской игрой в постановках своего «Театра бедных», а также в своих лекциях и семинарах. Экспериментальный театр побуждает режиссеров заставить общество, или, по крайней мере, зрителей, пересмотреть свои взгляды, ценности и убеждения по определенному вопросу и предпринять конкретные действия. Суть эксперимента заключалась не просто в новой форме или содержании, а в "внутреннем свете, освещающем работу". Этот свет, рожденный духом поиска – не только эстетического, но и интеллектуального, и, прежде всего, духовного.

Методы создания

Традиционно, создание театра строилось по строго иерархической схеме: писатель определяет проблему, пишет пьесу, режиссер интерпретирует ее для сцены совместно с актерами, а исполнители воплощают коллективное видение писателя и режиссера. Однако различные практики начали эту схему оспаривать, все больше признавая за исполнителями статус самостоятельных творцов. Это выразилось в предоставлении им большей свободы интерпретации, что в конечном итоге привело к возникновению театра импровизации и созданного коллективно театра. Развитию этого направления способствовало появление ансамблевого импровизационного театра как части экспериментального театрального движения, которому не требовался драматург для разработки материала для представления или «театральной постановки». В этой форме реплики и сценическое действие разрабатывались самими актерами и исполнителями. В рамках этого подхода существует множество различных структур и возможностей для создателей спектаклей, и сегодня исполнители используют большое разнообразие моделей. Примат режиссера и драматурга был поставлен под сомнение, и роль режиссера может заключаться в функции внешнего наблюдателя или фасилитатора, а не в обладании прежней абсолютной властью. Наряду с оспариванием иерархии, исполнители также пересматривают свои индивидуальные роли. Все более распространенным становится междисциплинарный подход, поскольку исполнители все меньше соглашаются быть зажатыми в узкие рамки специализированных технических ролей. Параллельно с этим, другие виды искусства также разрушают свои границы. Танец, музыка, видеоарт, изобразительное искусство, искусство новых медиа и литература во многих случаях стирают различия, и художники с совершенно разным образованием и опытом комфортно сотрудничают друг с другом.

Межкультурализм и ориентализм в экспериментальном театре

В своих усилиях бросить вызов реализму западной драмы многие модернисты обратились к другим культурам за вдохновением. Действительно, Артар часто признавал сильное влияние балийских танцевальных традиций на свои экспериментальные теории: его призыв к отказу от языка в театре, по его словам, частично возник как концепция после просмотра выступления балийского театра на Колониальной выставке в Париже в 1931 году. Он был особенно заинтересован в символических жестах, исполняемых танцорами, и их тесной связи с музыкой; в его «Записках о восточной, греческой и индийской культурах» мы находим размышления о том, какой могла бы стать французская театральная сцена, если бы она опиралась на такие традиции, как но и балийский танец. Аналогичным образом, в своем эссе о китайском актерском искусстве Брехт впервые использовал термин Verfremdungseffekt (эффект отчуждения). Эссе Брехта, написанное вскоре после того, как он стал свидетелем демонстрации нескольких приемов Пекинской оперы исполнителем Мэй Лангфан в Москве в 1935 году, подробно описывает его ощущение «отчужденности».

Йейтс, пионер модернистского и символистского движения, открыл для себя театр но в 1916 году, как подробно описано в его эссе «Некоторые благородные пьесы Японии», в качестве потенциального решения проблемы недостатка новаторства в западном театре, и некоторые утверждают, что его теории об актере-«сверхмарионетке» повлияли на его работы. Зрители того времени редко сталкивались с восточными театральными практиками, и последние стали мощным инструментом для модернистов: Брехт мог легко вызвать отчуждение у своей западной аудитории, представляя им эти якобы «странные» театральные приемы. Изоляция этими практиками определенного ритуала или условности от более широкого культурного контекста и социального значения, возможно, свидетельствует о том, что это «сомнительное экзотизирование» использовалось для продвижения собственных представлений о театре, а не для изучения культуры, из которой они заимствовали.

Физические эффекты

Экспериментальный театр меняет традиционные представления о пространстве (чёрный ящик), теме, движении, настроении, напряжении, языке, символике, общепринятых правилах и других элементах.