Пенкридж: История и География Стаффордширской Деревни

Введение

Пенкридж (англ. Penkridge, произносится /ˈpɛŋkrɪdʒ/ ПЭНкридж) — крупная деревня и гражданский приход в районе Южный Стаффордшир графства Стаффордшир, Англия. Он расположен к югу от Стаффорда, к северу от Вулвергемптона, к западу от Каннока, к востоку от Телфорда и к юго-востоку от Ньюпорта. В Средние века Пенкридж был центром богатейшего учреждения, его коллегиальная церковь пережила роспуск чаптерий и является самым высоким сооружением в центре деревни. Территория прихода пересекается автомагистралью M6 вблизи восточной границы и имеет отдельную развязку к северу от платной автомагистрали M6, соединяющую Уэст-Мидлендс и Стоук-он-Трент. В Пенкридже находится железнодорожная станция на линии West Coast Main Line рядом со средневековой церковью, имеющей статус I степени охраны. Пэнкриджский виадук и канал Стаффордшир и Вустершир расположены по обе стороны от Маркет-стрит и Старой Рыночной площади и являются одними из главных достопримечательностей.

Местоположение

Пенкридж находится в округе Южный Стаффордшир, в графстве Стаффордшир. Он расположен между Стаффордом, в 8 км к северу, и Вулвергемптоном, в 16 км к югу, и преимущественно лежит на восточном берегу реки Пенк. Развитие Пенкриджа тесно связано с его положением на важных транспортных путях. Деревня Пенкридж находится на средневековом тракте между уездными городами Стаффорд и Вустер, который также проходил через Вулвергемптон. Участок Пенкриджа вошел в состав основных почтовых маршрутов, соединявших Лондон и Бирмингем с Манчестером и Ливерпулем, и теперь является частью дороги A449. Недалеко к югу, в Гейли, этот маршрут пересекает исторически более важную дорогу Уотлинг-стрит, ныне автомагистраль A5, которая связывала Лондон с Честером, Уэльсом и, в конечном итоге, с Ирландией. С 1770 года деревню также пересекает канал Стаффордшир и Вустершир. В настоящее время автомагистраль M6, главная трасса между Лондоном и северо-западом Англии, включая Глазго, проходит вдоль восточной стороны Пенкриджа.

Этимология

Популярная этимология названия деревни выводит его из реки Пенк, протекающей через неё. Считалось, что поскольку деревня расположена на возвышенности у Пенка, она должна была получить своё название от реки. Однако это искажает истинное происхождение. Название деревни, или нечто подобное, упоминается в источниках за много веков до названия реки. Название "Пенк" фактически является обратным образованием от названия деревни. Оккупировавшие эту территорию римляне дали своему форту латинское название Pennocrucium. Кэмерон утверждает, что это, как и другие латинизированные кельтские имена, было передано коренными бриттами напрямую, устно в кельтской форме, более поздним англосаксонским завоевателям – не через посредство латыни. Таким образом, название Pennocrucium свидетельствует о происхождении названия Penkridge, но не является его прямым источником. На местном кельтском языке название деревни почти наверняка звучало как penn crug, что означает «голова (или конец) возвышенности» или «главный холм, курган», и произносилось примерно как penkrik. В ранние времена английского поселения жители этого района были известны как Pencersæte. В 958 году в хартии используется форма Pencric для обозначения поселения. Это очевидно близко к современному "Penkridge", и оба варианта произношения ближе к кельтскому корню, чем к латинизированной форме. Название может отражать расположение деревни на конце длинной полосы земли, тянущейся вдоль восточной стороны реки. Однако эта возвышенность на самом деле не очень заметна, и немногие посетители воспримут Пенкридж как городок на холме. Современные топонимисты пришли к убеждению, что речь идёт скорее о кургане, известном в доримский и римский периоды, а возможно, и позже. Брюэр отмечает, что «в этой местности ничего подобного не видно». Это был курган на ферме Роули Хилл, с координатами Ordnance Survey GR90251180, приблизительно , который был хорошо виден в XVIII веке и оставался различимым в начале XX века. Он доминировал над отдалённым римским лагерем, расположенным через Пенк и к северу от Пеннокруциума на Уотлинг-стрит, остатки которого хорошо видны на спутниковых снимках. Безусловно, логичнее искать этот холм в непосредственной близости от древнего поселения, чем от современной деревни, которая находится далеко к северу от него. Курган Роули-Хилл хорошо задокументирован и на протяжении многих тысячелетий был важным ориентиром.

The popular etymology of the village's name derives it from the River Penk, which flows through it. It was assumed that since the village could be said to stand on a ridge by the Penk, it must derive its name from the river. However, this is to reverse the true derivation. The name of the village, or something like it, is attested many centuries before that of the river. The name "Penk" is actually a back formation from the name of the village. The occupying Romans gave their fort in the area the Latin form Pennocrucium. Cameron argues that this, like similar Latinized Celtic names, was passed by the native British directly, orally in its Celtic form, to the later Anglo Saxon occupiers—not through the medium of Latin. Thus the name Pennocrucium attests the origins of the name Penkridge, but is not its direct origin. In the indigenous Celtic, the name of the village was almost certainly penn crug, meaning "the head (or end) of the ridge", or "chief hill or mound", and pronounced roughly penkrik. In very early times of Anglian settlement the inhabitants of the district were known as the Pencersæte. In 958, a charter uses the form Pencric for the settlement. This is obviously close to the modern "Penkridge", and both are closer in pronunciation to the Celtic root than to the Latinized form. The name might reflect the village's location at the terminus of the long ridge of land running along the east side of the river. However, this ridge is not actually very prominent and few visitors would perceive Penkridge as a hill town. Modern toponymists have become convinced that the hill in question was more likely a tumulus—prominent in pre Roman and Roman times, and perhaps much later. Brewer comments that "none is evident in the locality". This was a tumulus at Rowley Hill Farm, Ordnance Survey reference GR90251180, approximately , which was still prominent in the 18th century and still discernible in the early 20th. It would have directly overlooked the outlying Roman camp, across the Penk and just north of Pennocrucium on Watling Street, the remains of which are clearly visible in satellite photographs. Certainly, it makes more sense to look for the hill in question in the immediate vicinity of the ancient settlement than that of the modern village, which is well to the north of it. The Rowley Hill tumulus is well documented, and was clearly an extremely important landmark for several millennia.

Раннее поселение

Раннее заселение территории вокруг Пенкриджа подтверждается наличием кургана бронзового или железного века на близлежащем холме Роули. Значительное поселение в этой местности существовало еще до римских времен, а его первоначальное местоположение находилось на пересечении реки Пенк и римской военной дороги, известной как Уотлинг-стрит (современная магистраль A5). Это располагало его между Уотер-Итоном и Гейли, примерно в 3,6 км к юго-юго-западу от деревни. Римское поселение Пенокруциум и более ранние поселения находились в районе Пенкриджа, но не на месте современной деревни Пенкридж.

Англосаксонское происхождение

Деревня Пенкридж восходит, по крайней мере, к раннему Средневековью, когда эта местность входила в состав Мерсии, хотя точная дата основания неизвестна. Король Эдгар в 958 году назвал её "знаменитым местом", что говорит о её важности уже к тому времени. В эпоху Тюдоров утверждалось, что основателем коллегиальной церкви Святого Михаила в Пенкридже был король Эдред (946–955), дядя короля Эдгара, что представляется вероятным.

Важность церкви

Церковь Пенкриджа имела центральное значение для деревни с англосаксонских времен, и норманнское завоевание этого не изменило. Она обладала особым статусом. Это была коллегиальная церковь – церковь, обслуживаемая общиной священников, известной как капитул. Члены капитула назывались канониками. Они не были монахами, а принадлежали к светскому духовенству. В 1086 году, согласно данным «Книги Страшного суда», большая часть земли в Пенкридже принадлежала королю, но находилась в распоряжении девяти священников церкви Святого Михаила, у которых работало шесть рабов и семь зависимых крестьян. Это была королевская капелла – место, выделенное монархами для их личного пользования, – как правило, для молитв и отпевания. Это делало церковь полностью независимой от местного епископа Личфилда – учреждение, называемое королевской прерогативой. В 1280 году Пенкридж даже захлопнул перед носом архиепископа Кентерберийского, когда тот попытался совершить инспекционную поездку (известную как каноническая визитация). Церковь была организована по типу капитула собора. Это произошло в XII веке, вероятно, во время правления Стефана и периода анархии. Реорганизованным капитулом руководил декан. Остальные каноники получали определенное поместье для обеспечения своего проживания, называемое пребендой, и именовались пребендариями. С 1226 года церковь возглавлял архиепископ Дублинский. Это произошло потому, что в 1215 году король Иоанн Безземельный даровал архиепископу Генриху Лондонскому, одному из своих самых доверенных администраторов, право назначать декана Пенкриджа. Тот сам стал деканом при первой же вакансии, а последующие архиепископы Дублина автоматически становились деканами Пенкриджа. Коллегиальная церковь была самым важным местным институтом на протяжении большей части истории Пенкриджа: экономически влиятельным и архитектурно доминирующим. Все жители прихода должны были быть похоронены там, за значительную плату, поэтому именно здесь местные вельможи устанавливали свои памятники. Территория ее юрисдикции определяла приход Пенкридж, который также был основной единицей местного самоуправления вплоть до конца викторианской эпохи. Декан и многие каноники отсутствовали, поэтому они назначали викариев для представительства на местах. Основу богослужения составляли молитвы и мессы за упокой усопших, а не забота о живых. Два священника были заняты исключительно служением в часовнях, посвященных монарху и Деве Марии. К XVI веку жители Пенкриджа стали сами платить за ежедневную мессу, чтобы иметь возможность молиться. Пастырская забота и проповеди не стали серьезно восприниматься до XVI века или позже.

Penkridge's church was of central importance to the village from Anglo Saxon times and the Norman conquest did not change this. It was of a special status. It was a collegiate church: a church served by a community of priests, known as a chapter. The members were known as canons. They were not monks, but secular clergy. In 1086 the Domesday survey found that most of the farm land at Penkridge was held from the king by the nine priests of St. Michael's, who had six slaves and seven villeins working for them. It was a chapel royal – a place set aside by the monarchs for their own use – generally to pray and to offer mass for their souls. This made it completely independent of the local Bishop of Lichfield – an institution called a Royal Peculiar. In 1280 Penkridge even shut its doors on the Archbishop of Canterbury, when he tried to carry out a tour of inspection (known as a canonical visitation). It was organised like a cathedral chapter. This happened during the 12th century, probably during the Anarchy of Stephen's reign. The reorganised chapter was headed by a Dean. The other canons each received a particular estate to live off, called a prebend, and were known as prebendaries. It was headed by the Archbishop of Dublin from 1226. This was because in 1215 King John gave to Archbishop Henry of London, one of his most trusted administrators, the right to appoint the dean of Penkridge. He made himself dean on the next vacancy, and subsequent archbishops of Dublin automatically became deans of Penkridge. The collegiate church was the most important local institution for most of Penkridge's history: economically powerful and architecturally dominant. All the people of the parish had to be buried there, at considerable cost, so it was where the local magnates installed their memorials. Its area of jurisdiction defined Penkridge parish, which was also the main unit of local government until late Victorian times. The dean and many of the canons were absentees, so they appointed vicars to act for them locally. The focus of worship was prayer and masses on behalf of the dead, not care for the living. Two priests were employed solely to serve in chantries for the monarch and for the Virgin Mary. By the 16th century, the people of Penkridge themselves subscribed to pay a morrow priest to celebrate a daily mass, so that they could worship. Pastoral care and preaching were not taken seriously until the 16th century or later.

В лесу

Норманнские короли подчинили большие территории вокруг Пенкриджа Лесному закону – суровому своду уголовных наказаний, предназначенному для защиты экологии и дикой природы для королевских развлечений. Эти территории были частью Королевского леса Канк или Каннок-Чейз и были известны как Гейли Хей и Теддесли Хей. Лесной закон держал большую часть южного Стаффордшира в экономических тисках. Конфликты между баронами и королями в XIII веке вынудили к смягчению, начав с первой публикации Лесной хартии в 1217 году. Именно во время правления Генриха III Пенкридж начал экономически развиваться и, вероятно, увеличивать численность населения. Местные жители начали создавать новые поля, называемые асартами, расчищая деревья и кустарники (что все еще считалось тягчайшим преступлением), и Пенкридж получил право на ежегодную ярмарку и еженедельный рынок.

Дворцы и магнаты

Средневековый Пенкридж был организован по системе поместий. В пределах прихода располагалось несколько поместий различного размера и значения, каждое со своим лордом, который был обязан феодальной службой своему сюзерену, но осуществлял власть над своими зависимыми крестьянами. В список различных средневековых поместий и владений входят: поместье Пенкридж, поместье деканата Пенкридж, Конгрев, пребендальное поместье Конгрев, Дрейтон, Гейли, Леведейл, Лонгридж, Лайн-Хилл или Линхулл, Миттон, Ла Мор (позже Моор-Холл), Отертон, Пилатон, Престон, Родбастон, Уотер-Итон, Уистон, Коппенхолл или Копехейл, Данстон и Стреттон. Самым крупным было поместье Пенкридж. В 1215 году король Иоанн пожаловал поместье Пенкридж архиепископу Дублина. Архиепископ решил разделить его, отдав около двух третей своему племяннику, Эндрю де Блунду, а остальное оставив деканству. Поместье Пенкридж переходило по наследству к семье Блунд (позже Блунт), а затем к другим семьям землевладельцев. Церковь владела обширными земельными угодьями. Коллегия Святого Михаила владела не только деканским поместьем, но и Престоном и пребендальным поместьем Конгрев. Другие пребенды также владели землями, но не как лорды поместья. Некоторые поместья принадлежали монастырям Стаффордшира. Аббатство Бертон владело Пилатоном, Бикфордом и Уистоном, а также некоторое время Гейли, которое позже перешло к монахиням приората Чёрных Дам в Брюде. Дрейтон принадлежал августинскому приорату Святого Фомы, недалеко от Стаффорда. Большинство поместий были довольно небольшими, и часто их владельцы были незначительными, хотя некоторые небольшие поместья входили в состав более крупных владений влиятельных семей. Даже самый незначительный лорд имел право проводить манориальные суды и наказывать своих зависимых крестьян, но богатый и влиятельный лорд был подобен монарху в своем поместье. К концу XIV века лорды поместья Пенкридж получили хартии, дающие им право преследовать преступников, где бы они ни находились; приговаривать к смертной казни; возлагать коллективную ответственность за преступления на зависимых крестьян; и конфисковывать бродячий скот. Непосредственно перед 1500 годом семья Литтлтонов впервые появляется в Пенкридже. Ричард Литтлтон получил Пилатон в семейное владение через брак, и Пилатон-Холл служил резиденцией семьи Литтлтонов около 250 лет, являясь центром расширяющейся империи собственности. Вскоре они взяли в аренду большую часть церковных земель Святого Михаила и основали семейную часовню в церкви – демонстрацию своего растущего влияния. Они были наиболее важными местными представителями землевладельческой знати, класса, который должен был доминировать в сельской жизни на протяжении нескольких столетий.

Medieval Penkridge was organised on the manorial system. There were a number of manors within the parish, of varying size and importance, each with its own lord, who owed feudal service to his own overlord, but exercised authority over his tenants. A list of the different medieval manors and estates would include: Penkridge Manor, Penkridge deanery manor, Congreve, Congreve Prebendal Manor, Drayton, Gailey, Levedale, Longridge, Lyne Hill or Linhull, Mitton, La More (later Moor Hall), Otherton, Pillaton, Preston, Rodbaston, Water Eaton, Whiston, Coppenhall or Copehale, Dunston, and Stretton. The largest was the manor of Penkridge itself. King John's gift of 1215 to the Archbishop of Dublin included Penkridge manor. The Archbishop decided to divide it, giving about two thirds to his nephew, Andrew de Blund, and keeping the rest for the deanery. The manor of Penkridge was passed on through the Blund (later called Blount) family and later other families of lay landlords. The Church had large holdings of land. St. Michael's college had not only the deanery manor but also Preston and the Prebendal Manor of Congreve. The other prebends also held lands, but not as lords of the manor. Some manors belonged to Staffordshire monasteries. Burton Abbey held Pillaton, Bickford and Whiston, and also, for a time, Gailey, which later passed to the nuns of Black Ladies Priory at Brewood. Drayton belonged to the Augustinian Priory of St. Thomas, near Stafford. Most of the manors were quite small and often their owners were fairly minor, although some small manors formed part of the wider holdings of great families. Even the most minor of lords had the right to hold manorial courts and to discipline their tenants, but a wealthy and important lord was like a monarch in his own manor. By the late 14th century the lords of Penkridge manor had obtained charters giving them rights to pursue criminals wherever they wished; to inflict the death penalty; to force tenants to take collective responsibility for offenders; and to confiscate stray livestock. Just before 1500, the Littleton family make their first appearance in Penkridge. Richard Littleton brought Pillaton into the family's possession through marriage and Pillaton Hall was the Littleton family seat for about 250 years, the centre of an expanding property empire. Soon they took on the leases of most of St. Michael's church lands and established a family chapel in the church – a statement of their growing importance. They were the most important local representatives of the landed gentry, a class that was to dominate rural life for several centuries.

Сельское хозяйство

Большая часть территории Пенкриджа обрабатывалась по системе открытых полей, хотя названия этих полей впервые задокументированы в 16 и 17 веках, когда началась их община. В поместье Пенкридж, например, были Глинистое поле, Принцское поле, Манстоншилл, Милл-филд, Лесное поле, Лоутерн или Лантерн-филд, Файланд, Старое поле и Уоткрофт, а также общие пастбища – Стреттон-Медоу и Хей-Медоу. Дата ярмарки варьировалась, но в Средние века она обычно приходилась на конец сентября и длилась семь-восемь дней. Ярмарка начиналась как общая торговая площадка, но к концу XVI века превратилась в конную ярмарку. Генрих III даровал Эндрю ле Блунду право на еженедельный рынок в 1244 году. Жители Стаффорда оспорили это решение, опасаясь конкуренции, но Пенкридж сохранил свой рынок по вторникам на протяжении столетий. После 1500 года рынок несколько раз приходил в упадок, закрывался и вновь открывался, а также несколько раз менял день проведения. Рыночная площадь, сохранившая это название, но больше не используемая, находилась на противоположном конце деревни от церкви. Современный рынок проводится на территории скотного аукциона недалеко от Бычьего моста. Мельницы были важным источником дохода для помещиков, которые обязывали своих арендаторов использовать их. Река Пенк и множество притоков обеспечивали достаточно энергии для работы мельниц. В «Книге Страшного суда» 1086 года упоминаются мельницы в Пенкридже, в Уотер-Итоне. Столетие спустя в Пенкридже было две мельницы, и одна из них на протяжении многих веков принадлежала семье Мор, которые арендовали её у декана. Мельница в Дрейтоне упоминается в 1194 году; в Конгриве, Пилатоне и Родбастоне – в XIII веке; в Уистоне – в XIV веке; в Миттоне – в XV веке. Все это были зерновые мельницы, но в 1345 году в Уотер-Итоне также функционировала сукновальная мельница.

Роспуск

Реформация принесла значительные изменения в землевладение и социальную жизнь в Пенкридже. Первым шагом стал Роспуск монастырей при Генрихе VIII. Это привело к упразднению Бертонского аббатства, а его поместье Дрейтон было продано в 1538 году епископу Личфилда, который желал получить его для своих племянников. Колледж Святого Михаила поначалу не находился под угрозой, поскольку не являлся монастырем, но правление Эдуарда VI ознаменовалось более радикальным этапом Реформации. В 1547 году был принят Акт об отмене чётских церквей, который предписывал прекращение деятельности чётских церквей и их колледжей. Колледж Святого Михаила оставался процветающим учреждением, в котором велась масштабная перестройка. Его владения обогащали декана (архиепископа Дублина), семерых пребендариев, двух чётских каноников, официального руководителя, троих хорных викариев, еще троих викариев, главного диакона, поддиакона и сакристана. В 1547 году его имущество оценивалось в 82 фунта 6 шиллингов и 8 пенсов в год.

Наследие Дадли

Пенкридж оказался втянутым в стремительную карьеру Джона Дадли, графа Уорвика, ключевой фигуры в регентском совете Эдуарда VI. В 1539 году Дадли получил контроль над поместьем Пенкридж, обратив взыскание на долг, который его владельцы, семья Уиллоуби де Брок, задолжали его отцу, Эдмунду Дадли. Затем он захватил поместье декана и Тедесли Хей, став крупнейшим землевладельцем в округе, хотя повседневное управление землями деканата оставалось за Литтлтонами, арендаторами. Дадли достиг почти абсолютной власти в Англии, приняв титул герцога Нортумберленда. Ранняя смерть Эдуарда в 1553 году оставила Дадли ни с чем. Старшая сестра Эдуарда, католичка Мария, вступила на престол, но Дадли предпринял попытку государственного переворота в пользу леди Джейн Грей. Мария одержала победу, Дадли был арестован и казнен как предатель. Его земли были конфискованы в пользу короны, включая обширные владения в Пенкридже. Дадли проявил дальновидность, передав различные поместья своим родственникам. Так, его невестка, Анна Дадли, графиня Уорвик, смогла сохранить пожизненное владение Пенкриджем, а его жена удерживала Тедесли Хей до самой смерти. Тедесли был приобретен сэром Эдвардом Литтлтоном в 1555 году. В 1558 году новым сэром Эдвардом была начата активная политика огораживаний, что вскоре вызвало споры. Поместье Пенкридж оказалось в состоянии неопределенности, усугубленном безумием Анны. Судьба поместья декана также оставалась нерешенной: оно было изъято у Дадли, но не возвращено Церкви, поскольку Мария не восстановила чаптри. Таким образом, оба поместья оставались в собственности короны на протяжении целого поколения, без какого-либо решения об их судьбе. Лишь в 1580-х годах ситуация разрешилась. В 1581 году имущество колледжа было продано спекулянтам, а в 1585 году его приобрел сэр Эдвард Литтлтон. В 1582 году королева Елизавета пообещала поместье Пенкридж сэру Фулку Гревиллу, наследнику Уиллоуби де Брок, и он вступил в его владение в 1590 году.

Гражданская война

Гревиллы были могущественны как на региональном, так и на национальном уровне. Фулк Гревилл, унаследовавший Пенкридж в 1606 году, был поэтом и государственным деятелем. Он служил и Елизавете, и Якову I, который даровал ему замок Уорвик в качестве резиденции и возвел в пэрство, сделав 1-м бароном Бруком. В 1628 году он был убит слугой. Поскольку он был холост и не имел детей, он усыновил своего младшего кузена Роберта как сына и наследника как титула, так и обширных владений в Стаффордшире и Уорвикшире. Роберт был видным парламентарием и пуританином, который поощрял эмиграцию в Америку. Когда вспыхнула Английская гражданская война, он возглавил парламентскую армию в центральной Англии и погиб во время осады Личфилдского собора в 1643 году. Его преемником стал Фрэнсис Гревилл, 3-й барон Брук. Литтлтоны были исключительно местными землевладельцами и инстинктивно лояльны к короне. Сэр Эдвард Литтлтон был пожалован баронетом Карлом I 28 июня 1627 года и был исключен из Палаты общин в 1644 году из-за его симпатий к роялистам. В мае 1645 года роялистские войска, расквартированные в Пенкридже, были изгнаны небольшим парламентским отрядом после короткой схватки. Имения Литтлтонов были конфискованы, но он смог вернуть их, выплатив 1347 фунтов стерлингов. Таким образом, владения Литтлтонов сохранились, и они вновь оказались в милости после реставрации Карла II в 1660 году. Несмотря на революционные потрясения, реальная ситуация в Пенкридже мало изменилась. Особенностью, сохранившейся со времен до Реформации, была особая юрисдикция Святого Михаила. Хотя колледж давно исчез, его привилегии сохранились и перешли к Литтлтонам, владельцам манора декана. Они назначали викариев и не допускали влияния епископов, пока королевская привилегия не была упразднена в 1858 году. Общая численность населения составляла, возможно, 1200–1500 человек. По первой переписи 1801 года их было 2275. В 1851 году население достигло пика в 3316 человек. Последующее снижение в основном связано с уменьшением размера прихода из-за потери Коппенхолла, Стреттона и Данстона. Население самого Пенкриджа, по-видимому, оставалось довольно стабильным в течение столетия с 1851 по 1951 год: снижение по сравнению со страной в целом, но не обвал. С 1660-х годов темпы обнесения заборами ускорились, и все маноры были разделены на небольшие фермы, обычно с согласия обрабатывающих землю, которые постепенно объединялись в более крупные хозяйства. Вторая половина XIX века, и особенно последняя четверть, были трудными временами для сельского хозяйства, с отменой законов о зерне в 1846 году и долгой депрессией, начавшейся примерно в 1873 году. Перепись 1831 года показала, что фермеры и сельскохозяйственные рабочие составляли около 60% от общей численности взрослого мужского населения. Далее шли владельцы магазинов и ремесленники, что свидетельствует о том, что Пенкридж оставался небольшим, но важным торговым центром, хотя рынок и прекратил свое существование – вероятно, в основном из-за местных землевладельцев. Индустрия гостеприимства была довольно важна: 40 человек работали в сфере питания и размещения, а 15 – с каретами и лошадьми, что отражает продолжающееся значение трактиров на главном маршруте. Разнообразие профессий заметно. Не менее 43 человек – 25 женщин и 18 мужчин – были заняты пошивом одежды, а также были каменотесы, торговцы и многие другие. Однако профессионалов насчитывалось всего 14. Пенкридж во многом был обязан своими транспортными связями, которые неуклонно улучшались. Главный маршрут Стаффорд – Волвергемптон, ныне дорога A449, был превращен в платную дорогу в соответствии с Актом 1760 года. Буль-Бридж, перекинутый через Пенк, был перестроен в 1796 году и расширен в 1822 году. Улучшенная дорога привлекла больше трафика: к 1818 году на маршрутах Лондон – Манчестер, Бирмингем – Манчестер и Бирмингем – Ливерпуль были остановки дилижансов. Канал Стаффордшир и Ворчестершир, открытый в 1772 году, проходил прямо через приход и поселок с севера на юг, с причалами в Спред-Игл (позже названном Гейли) и в Пенкридже. В 1837 году была открыта железная дорога Гранд-Джанкшн. Она прорезала Пенкридж с западной стороны, где была построена станция Пенкридж, и была перенесена через реку Пенк большим виадуком Пенкридж. Началось с двух поездов в день в каждом направлении, до Стаффорда и Вулвергемптона. Тяжелая промышленность расширилась в XVIII веке, когда кузница в Конгриве производила 120 тонн железа в год, а в 1820-х годах мельница под Буль-Бриджем использовалась для прокатки железа. Однако эта отрасль пришла в упадок, поскольку металлургические предприятия Блэк-Кантри превзошли ее. Добыча строительных материалов росла в викторианскую эпоху, Литтлтоны разрабатывали карьеры в Волгастон, Вуд-Бэнк и Куорри-Хит.

The Grevilles were powerful regionally and nationally. The Fulke Greville who inherited Penkridge in 1606 was a poet and statesman. He served both Elizabeth and James I, who gave him Warwick Castle as a seat and elevated him to the peerage as the 1st Baron Brooke. In 1628 he was murdered by a servant. As he was unmarried and childless, he had adopted his younger cousin Robert as his son and heir to both the title and the great estates in Staffordshire and Warwickshire. Robert was a leading parliamentarian and a Puritan, who promoted emigration to America. When the English Civil War broke out, he took command of a parliamentary army in central England and was killed during the siege of Lichfield Cathedral in 1643. He was succeeded by Francis Greville, 3rd Baron Brooke. The Littletons were purely local landowners and instinctively loyalist. Sir Edward Littleton was made a Baronet by Charles I on 28 June 1627 and was expelled from the House of Commons in 1644 for his royalist sympathies. In May 1645, royalist troops quartered in Penkridge were expelled by small parliamentary force after a brief skirmish. Littleton's estates were sequestrated but he was able to recover them on payment of £1347. The Littletons' holdings were thus preserved and they found themselves in favour again after the restoration of Charles II in 1660. Despite the revolutionary turmoil, the real situation in Penkridge was little changed. An anomaly surviving from before the Reformation was the peculiar jurisdiction of St. Michael's. Although the college was long gone, its privileges survived and were vested in the Littletons, owners of the deanery manor. They appointed vicars and kept bishops at bay, until the royal peculiar was ended in 1858. giving a total population of perhaps 1200 to 1500. By the first census, in 1801, it was 2,275. It rose to a peak of 3316 in 1851. A fall thereafter is mainly the result of the parish being reduced in size by the loss of Coppenhall, Stretton and Dunston. Penkridge itself seems to have had a fairly stable population for the century from 1851 to 1951: a decline relative to the country as a whole, but not a collapse. From the 1660s the pace of enclosure quickened, with all of the manors being divided into small farms, usually with the cultivators' consent, and these aggregated gradually into larger units. The second half of the 19th century, and especially the last quarter, were hard times for agriculture, with the repeal of the Corn Laws in 1846 and the Long Depression from about 1873. The 1831 census found that farmers and agricultural labourers accounted about 60% of the total adult male workforce. Next came shop keepers and artisans, showing that Penkridge remained a small but important commercial centre, although the market had gone. – probably mainly with the local gentry. The hospitality industry was quite important, with 40 men working in food and lodging and 15 working with carriages and horses – reflecting the continuing importance of the inns on a major route. The diversity of trades is marked. No less than 43 – 25 women and 18 men – were involved in dress making, and there were quarrymen, traders, and many others. However, professionals are numbered at only 14. Penkridge owed much to its transport links, which steadily improved. The main Stafford–Wolverhampton route, now the A449 road was turnpiked under an Act of 1760. Bull Bridge, carrying the road over the Penk, was rebuilt in 1796 and widened in 1822. The improved road attracted more traffic: by 1818 there were stops by coaches on the London – Manchester, Birmingham – Manchester and Birmingham – Liverpool routes. The Staffordshire and Worcestershire Canal, opened in 1772, running straight through the parish and the township from north to south, with wharves at Spread Eagle (later called Gailey) and at Penkridge. In 1837, the Grand Junction Railway was opened. It cut through Penkridge on its west side, where Penkridge station was built, and was carried over the River Penk by the large Penkridge Viaduct. It began with two trains daily in each direction, to Stafford and Wolverhampton. Heavy industry expanded in the 18th century, when a forge at Congreve was turning out 120 tons of iron a year, and in the 1820s the mill below Bull Bridge was used for rolling iron. However, this industry tailed off as the Black Country ironworks outstripped it. Extraction of building materials grew in Victorian times, with the Littletons operating quarries at Wolgarston, Wood Bank, and Quarry Heath,

Зенит Литтлтон

Судьба деревни и Литтлтонов осталась неразрывно связана. Сэр Эдвард Литтлтон, четвертый баронет, купил поместье Пенкридж у графа Уорвика в 1749 году, окончательно утвердив доминирование своей семьи в этом районе. Вскоре после этого он построил Теддсли-холл – гораздо более внушительную резиденцию для семьи. Он дожил до 1812 года, хотя его жена умерла бездетной в 1781 году. Он усыновил своего праплемянника, Эдварда Уолхауса, в качестве наследника. Уолхаус принял фамилию Литтлтон и унаследовал владения Литтлтонов, но не баронетский титул. Он достиг гораздо большего влияния как политик, чем кто-либо другой из членов семьи, занимая должность главного секретаря Ирландии при премьер-министре вигов Грее в 1833–1835 годах. Он был возведен в пэрство как барон Хэтэртон, титул, который сохраняется за главой семьи Литтлтон и по сей день, и стал активным членом Палаты лордов. Хэтэртон жил в Теддсли, где основал бесплатный сельскохозяйственный колледж и успешно занимался сельским хозяйством. Он активно поддерживал образование в этом районе, финансируя Национальную школу в Пенкридже и еще одну в Леведейле, а также обеспечивая одеждой некоторых школьников. Однако при его жизни произошел решающий сдвиг в интересах семьи. Будучи наследником состояния Уолхаусов и поместья Литтлтонов, он владел обширными землями вокруг Пенкриджа, минеральными ресурсами и значительной жилой недвижимостью в районах Каннок и Уолсолл. Ему принадлежали угольные шахты в Great Wyrley, Bloxwich и Walsall; известняковые карьеры и кирпичные заводы в Уолсолле, которые использовались для строительства большей части города; сотни жилых и коммерческих зданий; гравийные и песчаные карьеры, каменные каменоломни во многих местах. В отличие от Пенкриджа, Каннок и Уолсолл были быстрорастущими городами викторианской эпохи, движимыми самыми современными и прибыльными отраслями того времени. Литтлтоны сыграли ведущую роль в этом этапе промышленной революции и извлекли из нее значительную выгоду, что все больше отвлекало их внимание от земельных владений.

Транспорт

Пенкридж расположен на трассе A449, между развязками 12 и 13 автомагистрали M6. Добраться сюда можно на междугородних автобусах National Express, автобусами Chaserider маршрута 75 (Каннок – Стаффорд), а также на редких рейсах Select Bus из Вулвергемптона в Стаффорд по маршруту 878. С апреля 2021 года маршрут 75 будет заменен на маршрут 875 компании Select Bus, который будет курсировать шесть дней в неделю. Ранее действовавший часовой маршрут 76 компании Arriva Midlands был отменен в 2019 году из-за конкуренции с маршрутом 54 компании National Express West Midlands, который, в свою очередь, был отменен в 2020 году. Пенкридж обслуживается железнодорожной станцией Пенкридж, расположенной на главной линии West Coast Main Line, а также доступен по каналу Стаффордшир и Вустершир. Аэродром Отертон находится в Пенкридже и является базой для Стаффордширского аэроклуба.