Разведчики и целеуказание в Королевских ВВС во время Второй мировой войны.

Введение

Эскадрильи целеуказания ВВС Великобритании во время Второй мировой войны.

"Патфайндеры" были эскадрильями целеуказания в Командовании бомбардировщиков ВВС Великобритании во время Второй мировой войны. Они обнаруживали и обозначали цели осветительными ракетами, на которые нацеливались основные бомбардировочные силы, повышая точность бомбометания. "Патфайндеры" обычно первыми получали новые средства слепой бомбардировки, такие как Gee, Oboe и радар H2S. Первоначальные эскадрильи "Патфайндер Форс" (PFF) были расширены и в январе 1943 года преобразованы в группу No. 8 (Патфайндер Форс). Изначально "Патфайндер Форс" состоял из пяти эскадрилий, в то время как группа No. 8 в конечном итоге достигла численности в 19 эскадрилий. Хотя большинство эскадрилий и личного состава "Патфайндер" были из Королевских ВВС, группа также включала эскадрилью No. 405 Королевских военно-воздушных сил Канады, а также множество отдельных летчиков из военно-воздушных сил других стран Содружества.

Предыстория

В начале Второй мировой войны, в сентябре 1939 года, доктрина командования бомбардировщиков RAF основывалась на плотных построениях тяжело вооруженных бомбардировщиков, атакующих в дневное время и отражающих атаки истребителей огнем из своих орудий. В первых вылетах над Францией и странами Бенилюкса не было однозначного вывода относительно эффективности пушек бомбардировщиков: у Люфтваффе отсутствовали широко распространенные радиолокационные станции, поэтому их попытки перехвата были дезорганизованы. 18 декабря 1939 года налет трех эскадрилий "Виккерс Веллингтон" на корабли в Гельголандской бухте был обнаружен экспериментальной радиолокационной станцией "Фрейя" задолго до достижения цели. Британские бомбардировщики встретили немецкие истребители, которые сбили 10 из 22 бомбардировщиков, еще два упали в море, а три были списаны после посадки. Люфтваффе потеряло в ответ лишь два истребителя. Хотя причины этой катастрофы обсуждались, стало очевидно, что бомбардировщики не могут самостоятельно защищаться. Либо бомбардировочные налеты нуждались в истребительном сопровождении, что было затруднительно из-за ограниченной дальности полета истребителей, либо атаки следовало проводить ночью, когда истребители противника не могли их видеть. В эпоху, предшествующую широкому распространению радиолокации и технологий, необходимых для наведения истребителей на цели с помощью радара, ночные бомбардировки делали бомбардировщики уязвимыми лишь в случае обнаружения их прожекторами, что было относительно редким явлением. Преимущества ночных бомбардировок компенсировались пониманием того, что идентификация целей и точное их поражение будет значительно сложнее. Это означало, что ночные бомбардировщики были эффективны только против крупных целей, таких как города, и являлось одной из причин рассмотрения дневных бомбардировок. Немцы также изучали эту проблему и приложили значительные усилия к разработке методов радионавигации для ее решения, продемонстрировав высокую точность бомбометания во время ночных рейдов, которую днем было трудно достичь. В RAF не было аналогичных навигационных систем, поскольку их разработка игнорировалась на протяжении нескольких лет, и они почти полностью полагались на счисление пути и оптические приборы, такие как бомбовый прицел с установкой курса. В условиях ограниченной видимости или при отсутствии четких ориентиров для определения цели точное бомбометание было крайне затруднено. Командование бомбардировщиков продолжило ночную кампанию, начав ее в 1940 году. Экипажи бомбардировщиков сообщали о хороших результатах, возвращаясь домой, если теряли ориентировку или не могли найти цель из-за погоды, и продолжая полет только в том случае, если были уверены в правильной идентификации цели. Однако вскоре в Великобританию начали поступать сообщения от наземных наблюдателей о том, что бомбардировщики даже не слышны над целями, не говоря уже о сбросе бомб вблизи них. Поначалу эти сообщения отклонялись, но после жалоб других родов войск Великобритании был заказан отчет. Результатом стал отчет Батта от 18 августа 1941 года, в котором отмечалось, что к моменту достижения самолетами Рурской области лишь один из десяти находился в пределах пяти миль от цели. Половина всех бомб, взятых на борт и сброшенных – многие вернулись – упала в открытом поле. Лишь один процент всех бомб даже приблизительно находился в районе цели. Очевидно, что необходимо было что-то предпринять для решения этой проблемы, или, как предлагали другие рода войск, стратегическую кампанию следует просто прекратить. Примерно в это же время Фредерик Линдманн написал печально известный доклад о "дехоузинге", предлагая направить бомбардировочную авиацию против немецких городов, уничтожив как можно больше домов и тем самым сделав немецкую рабочую силу неспособной эффективно работать. Приняв рекомендации доклада Линдманна после интенсивных дебатов, британцы начали планировать крупное наступление, начиная с весны 1942 года, с целью уничтожения немецких городов. К 1940 году британцы приступили к разработке ряда средств ночной навигации и уже испытывали гиперболическую навигационную систему Gee в ходе операций. Эти средства поступят в достаточном количестве в начале 1942 года, одновременно с поступлением в строй тяжелых бомбардировщиков "Avro Lancaster" и "Handley Page Halifax". Эти технологические разработки совпали с изменениями в политике, обусловленными докладом Линдманна.

At the start of the Second World War in September 1939 the doctrine of RAF Bomber Command was based on tight formations of heavily armed bombers attacking during daylight and fending off attacks by fighters with their guns. In early missions over France and the Low Countries there was no clear outcome regarding the success of the bombers’ guns: the Luftwaffe lacked widespread radar so their interception efforts were disorganised. On 18 December 1939 a raid by three squadrons of Vickers Wellington against ships in the Heligoland Bight was detected on an experimental Freya radar long before it reached the target area. The British bomber force was met by German fighters that shot down 10 of the 22 bombers, with another two crashing in the sea and three more written off on landing. The Luftwaffe lost only two fighters in return. Although the causes for this disaster were debated it became clear that bomber forces could not defend themselves. Either bombing raids needed to have fighter escort, which was difficult given the limited range of the fighters, or attacks had to be made at night when the opponent's fighters could not see them. In the era before the widespread use of radar and the techniques needed to guide fighters to their targets with radar, night bombing would render the bombers vulnerable only if they were picked up by searchlights, a relatively rare occurrence. Offsetting the advantages of night bombing was the understanding that identifying the targets and attacking them accurately would be much more difficult. This meant a night bomber force was useful only against very large targets such as cities and was one of the reasons daylight bombing was considered. The Germans had also studied this problem and had invested considerable effort in radio navigation techniques to address it, demonstrating a standard of bombing accuracy during the night raids that daylight forces found difficult. The RAF lacked similar navigation systems, having ignored their development for a number of years and relied almost entirely on dead reckoning and optical instruments such as the Course Setting Bomb Sight. In limited visibility or when the target did not have a clearly distinguishing landmark, accurate bombing was very difficult. Bomber Command pressed ahead with a night bombing campaign starting in 1940. Bomber crews reported good results, turning for home if they lost their way or could not find the target because of the weather and pressing on only if they felt confident they could identify the target with certainty. However it was not long before reports started reaching the UK from observers on the ground that the bombers were never even heard over the targets let alone dropping their bombs nearby. At first these reports were dismissed but as other branches of the UK armed forces complained a report was commissioned. The result was the Butt Report of 18 August 1941, which noted that by the time the aircraft reached the Ruhr only one in 10 ever flew within five miles of its target. Half of all the bombs carried into combat and dropped—many returned—fell in open country. Only one per cent of all the bombs were even in the vicinity of the target. Clearly something had to be done to address this or, as the other forces suggested, the strategic campaign should simply be dropped. Around this time Frederick Lindemann wrote an infamous report on dehousing, suggesting that the bomber force be directed against German urban areas, destroying as many houses as possible and thus rendering the German workforce unable to work well. Accepting the recommendations of Lindemann's report after intense debate, the British began planning a major offensive starting in the spring of 1942 with the aim of destroying German cities. By 1940 the British had started development of a number of night navigation aids and were already testing the Gee hyperbolic navigation system on operations. These would be available in quantity in early 1942, just as the heavy bombers, the Avro Lancaster and Handley Page Halifax, would be arriving in quantity. These technological developments dovetailed with the policy changes influenced by Lindemann's report.

Формирование

Столкнувшись с теми же проблемами навигации, что и RAF, Люфтваффе разработал радиосредства, которые широко использовались во время бомбардировочной кампании 1940–1941 годов, известной как «Блиц». Не имея достаточного количества оборудования для установки на все самолеты, экспериментальная группа Kampfgruppe 100 (KGr 100) получила все доступные приемники и прошла интенсивную подготовку по их использованию. KGr 100 пролетали над целью, используя эти системы, и сбрасывали осветительные ракеты, по которым последующие самолеты наводили свои бомбы. В редких случаях KGr 100 использовалась как чисто бомбардировочная группа, демонстрируя способность сбрасывать бомбы в пределах 150 ярдов от цели в любую погоду. В середине декабря 1941 года само подразделение KGr 100 было переименовано в I. Gruppe/Kampfgeschwader 100, став основой для нового бомбардировочного крыла Люфтваффе, или Kampfgeschwader (боевого соединения), с тем же номером. Британцы, разработавшие аналогичные средства навигации, столкнулись с той же проблемой нехватки. Командование бомбардировщиков рассчитывало иметь в распоряжении лишь 300 комплектов Gee к январю 1942 года, и все они были изготовлены вручную. Массовое производство ожидалось не ранее мая. Однако оба прогноза оказались слишком оптимистичными. Очевидным решением проблемы Командования бомбардировщиков было просто скопировать немецкую тактику, сосредоточив все доступные комплекты в головной группе. Первым это предложил капитан группы Сидни Бафтон. Главнокомандующий бомбардировщиками Артур «Бомбер» Харрис возражал против этой идеи, получив поддержку большинства командиров групп. Он считал, что создание элитной группы породит соперничество и зависть, что негативно скажется на моральном духе. Дополнительным аргументом в его пользу была личная неприязнь к Бафтону. Его идея по повышению точности заключалась в проведении соревнований между группами для улучшения результатов бомбометания. В ответ сэр Генри Тизард, советник и один из главных ученых, поддерживающих военные усилия, заметил: «Я не думаю, что формирование первой сборной в регби-союзе заставляет мальчишек играть с меньшим энтузиазмом». Изучив немецкие результаты, в частности доклады Р. В. Джонса, Министерство авиации пришло к выводу, что тактика верна, и проигнорировало возражения Харриса, настояв на своем. Харрис в ответ предложил распределить наводчиков между эскадрильями, но его возражения были отклонены, поскольку это не обеспечило бы желаемого результата – четкой маркировки целей перед прибытием основных сил. В августе 1942 года была сформирована специализированная группа путем перевода существующих эскадрилий из групп Командования бомбардировщиков в состав Path Finder Force (PFF). PFF начала с пяти эскадрилий: по одной от каждой оперативной группы Командования бомбардировщиков. 1-я группа внесла No. 156 эскадрилью RAF (оснащенную средним бомбардировщиком Wellington), 2-я группа – No. 109 эскадрилью RAF (тогда выполнявшую «специальные задачи») (Wellington и Mosquito), 3-я группа – No. 7 эскадрилью RAF (тяжелые бомбардировщики Short Stirling), 4-я группа – No. 35 эскадрилью RAF (Halifax) и 5-я группа – No. 83 эскадрилью RAF (Lancaster). Командовал PFF австралийский офицер вице-маршал авиации Дон Беннетт, который в 1943 году в возрасте 33 лет стал самым молодым офицером, получившим звание вице-маршала авиации RAF. Беннетт не был первым выбором Министерства авиации: Харрис выступал против первого кандидата, Базиля Эмбри, командира 2-й группы. Эскадрильи располагались на соседних аэродромах в пределах 3-й группы в Оукингтоне, Грейвли, Уайтоне и Уорбойсе, а штаб-квартира находилась на RAF Wyton. 3-я группа отвечала за административное обеспечение Силы, хотя она находилась под непосредственным командованием Харриса.

Faced with the same navigation problems as the RAF, the Luftwaffe had developed radio aids that were widely used during their bombing campaign, the Blitz of 1940–1941. Lacking enough equipment to install in all their aircraft, an experimental group, Kampfgruppe 100 (KGr 100), was given all available receivers and trained extensively on their use. KGr 100 would fly over their target using these systems and drop flares, at which the following aircraft would then aim their bombs. On rare occasions KGr 100 was used as a pure bombing force, demonstrating the ability to drop bombs within 150 yards of their targets in any weather. The KGr 100 unit itself would, in mid December 1941, be renamed I. Gruppe/Kampfgeschwader 100, as the basis for a new Luftwaffe bomber wing or Kampfgeschwader (battle formation) that bore the same unit number. The British, who had developed similar navigation aids, faced the same problem of quantity. Bomber Command expected to have only 300 Gee sets available by January 1942, all of them hand built. Mass produced models were not expected until May. As it turned out, both predictions proved optimistic. An obvious solution to Bomber Command's problems would be simply to copy the German technique of placing all available sets in a lead force. This was first proposed by Group Captain Sidney Bufton. Bomber Command's commander in chief Arthur "Bomber" Harris argued against the idea, with the backing of the majority of his Group commanders. His view was that an elite group would breed rivalry and envy and have an adverse effect on morale. Adding fuel to his argument was his dislike for Bufton. His idea for improving accuracy was to hold competitions within groups to deliver improved bombing. In rebuttal, Sir Henry Tizard, adviser and one of the chief scientists supporting the war effort, responded, "I do not think the formation of a first XV at rugby union makes little boys play any less enthusiastically.”

Studying the German results, notably reports by R. V. Jones, the Air Ministry decided that the technique was sound and they overrode Harris' objections and forced the issue. Harris responded by suggesting the pathfinders be distributed among the squadrons but again his objections were overruled, since it would not produce the desired result of having the targets clearly marked in advance of the arrival of the main force. A specialist force was formed in August 1942 by transferring existing squadrons from the Bomber Command groups to make up the Path Finder Force (PFF). The PFF began with five squadrons: one from each of the operational Bomber Command Groups, 1 Group contributed No. 156 Squadron RAF (equipped with the Wellington medium bomber), 2 Group No. 109 Squadron RAF—then "special duties"—(Wellingtons and Mosquitoes), 3 Group No. 7 Squadron RAF (Short Stirling heavy bombers), 4 Group No. 35 Squadron RAF (Halifax) and 5 Group No. 83 Squadron RAF (Lancaster). The PFF was commanded by Australian officer Air Vice Marshal Don Bennett, who was to be the youngest officer promoted to RAF Air Vice Marshal, at the age of 33, in 1943. Bennett was not the Air Ministry's first choice: Harris opposed the first choice, Basil Embry, the leader of 2 Group. The squadrons were located on adjacent airfields within 3 Group at Oakington, Graveley, Wyton and Warboys with a headquarters at RAF Wyton; 3 Group was responsible for the Force administratively though it was under the direct command of Harris.

Ранние действия

Впервые ПФФ был введен в действие в ночь с 18 на 19 августа 1942 года, когда 118 самолетов бомбардировочного командования атаковали Фленсбург. Бомбардировщики ПФФ составляли первые 31 самолетов рейда, включая «Стирлинги», «Галифаксы», «Ланкастеры» и «Веллингтоны» из 7, 35, 83 и 156 эскадрилий. Фленсбург, расположенный в заливе Балтийского моря, теоретически являлся легкой целью для ПФФ в их первой операции, но ветры изменились, и бомбардировочная группировка отклонилась к северу от цели, в часть Дании, где побережье также изобиловало заливами. Шестнадцать экипажей ПФФ заявили о постановке целевого указателя, а 78 экипажей Главных сил – о бомбардировке цели. В отчетах из Фленсбурга сообщалось, что город не был затронут, однако датский отчет показал, что города Сённерборг и Абенра, а также значительная территория Дании в радиусе до 32 километров к северу от Фленсбурга, подверглись разбросанным бомбометаниям. Было разрушено 26 домов и повреждено 660, но ранены были лишь четверо датчан. Налет обернулся полным провалом, к большому удовлетворению Харриса и других критиков стратегических сил в целом. Вторая миссия ПФФ была направлена против Франкфурта в ночь с 24 на 25 августа. Группе вновь оказалось сложно идентифицировать цель в облачных условиях, и большая часть бомб упала в открытой местности к северу и западу от города. Местные сообщения указывали на падение бомб в городе, вызвавшее 17 крупных и 53 небольших пожара, а также умеренный материальный ущерб. Пять человек погибли, в том числе два зенитчика, и 95 получили ранения. Окрестные деревни Швальбах и Эшборн были сильно разбомблены. Было потеряно шесть «Ланкастеров», пять «Уэллингтонов», четыре «Стерлинга» и один «Галифакс» – 7,1% от общего числа самолетов. Среди потерь были пять самолетов «Патфайндера», включая машину командира 7-й эскадрильи. В ночь с 15 на 16 октября 1942 года, во время налета 289 самолетов на Кельн, немцы зажгли ложный целевой указатель, который ввёл в заблуждение большую часть бомб Главных сил. Из почти 70 000 сброшенных бомб по городу попали лишь одна 1814-килограммовая, три бомбы общего назначения меньшего калибра и 210 зажигательных бомб. Последующие операции в октябре и ноябре состояли в основном из небольших рейдов, в том числе против городов в Италии. Погодные условия и оперативные проблемы привели к тому, что рейды в этот период были ограничены и имели крайне разнообразные результаты.

The PFF was first put into action on the night of 18/19 August 1942, when 118 Bomber Command aircraft attacked Flensburg. PFF bombers were the first 31 aircraft of the raid, including Stirlings, Halifaxes, Lancasters and Wellingtons – from 7, 35, 83 and 156 squadrons. Flensburg, on an inlet of the Baltic, was in theory an easy target for the PFF on their first operation but the winds shifted and the bomber force drifted north of the target to a part of Denmark where the coast also had many inlets. Sixteen PFF crews claimed to have marked the target area and 78 Main Force crews claimed to have bombed it. Reports from Flensburg stated that the town had not been hit but a Danish report showed that the towns of Sønderborg and Abenra and a large area of Denmark up to 25 miles north of Flensburg were hit by scattered bombing. 26 houses were destroyed and 660 were damaged but only four Danish people were injured. The raid was a dismal failure, much to the delight of both Harris and other detractors of the strategic force as a whole. The PFF's second mission was against Frankfurt on the night of 24/25 August. The group once again had great difficulty identifying its target in cloudy conditions and most of the bombs fell in open country north and west of the city. Local reports stated that some bombs fell in the city, causing 17 large and 53 small fires and moderate property damage. Five people were killed, including two anti aircraft gunners, and 95 people were injured. The outlying villages of Schwalbach and Eschborn were heavily bombed. Six Lancasters, five Wellingtons, four Stirlings and one Halifax were lost, 7.1 per cent of the force. Five Pathfinder aircraft, including that of the commanding officer of 7 Squadron, were among the losses. On the night of 15/16 October 1942 on a raid by 289 aircraft against Cologne, the Germans lit a decoy target indicator that deceived the majority of the Main Force's bombs. Only one 4,000 lb, three smaller General Purpose and 210 incendiary bombs hit the city out of a force of almost 70,000 bombs in total. Follow up efforts during October and November were mostly small raids, including a number against cities in Italy. Weather and operational problems meant that raids during this period were limited and of greatly varied results.

Новые системы, увеличение темпа

20/21 декабря 1942 года коммандер Г. Э. Бафтон лично возглавил группу из шести самолетов de Havilland Mosquito в рейде против электростанции в Луттераде, небольшом городе в Нидерландах. Полностью управляемые новой навигационной системой Oboe, несколько бомб упали в пределах 2 км от цели. Испытание было признано успешным. 31 декабря 1942 года – 1 января 1943 года был проведен повторный вылет в более реалистичных условиях против Дюссельдорфа, где два самолета Mosquito возглавили группу из восьми самолетов Lancaster. Только один из приборов Oboe функционировал, но этого оказалось достаточно, чтобы следующие тяжелые бомбардировщики навели на цель и поразили ряд промышленных зданий. В другой миссии три самолета Mosquito атаковали пункт управления ночными истребителями люфтваффе на аэродроме Флоренн в Бельгии, однако местность была полностью покрыта облаками, и результаты остались неизвестными. К этому моменту, менее чем через шесть месяцев, стало очевидно, что концепция ПФФ (Pathfinder Force) представляет собой значительный прогресс. Отобранные экипажи из бомбардировочных групп получили разрешение на перевод, и ПФФ вскоре развернулась в совершенно новую группу – 8-ю группу (ПФФ), сформированную в январе 1943 года. В апреле 1943 года численность группы была увеличена на две эскадрильи: 405-я эскадрилья (RCAF), летающая на самолетах Halifax, и 97-я эскадрилья, летающая на самолетах Lancaster. В июне к "Патфайдерам" присоединились еще две эскадрильи – 105-я и 139-я, обе оснащенные самолетами Mosquito с базы RAF Marham. Позже в этом месяце штаб-квартира Pathfinder переехала из RAF Wyton в поместье Castle Hill House в Хантингдоне. По мере поступления новых самолетов, таких как de Havilland Mosquito, PFF получала первые экземпляры и оснащала их все более совершенным электронным оборудованием, таким как Oboe – радио-навигационная и бомбометательная система. К январю темп выполнения бомбардировочных заданий значительно возрос, и крупные рейды проводились почти каждую ночь. 11/12 февраля 1943 года против Вильгельмсхафена PFF впервые использовала радар H2S, сбрасывая парашютные осветительные ракеты над плотным облачным покровом, используя технику, известную как "маркировка неба". Последовавшие силы наблюдали невероятное зрелище – огромный взрыв, видимый сквозь сплошную облачность, который продолжался 10 минут. Позже выяснилось, что это был взрыв военно-морского арсенала в Мариенселе, который уничтожил… Размер миссий продолжал расти, и хотя многие вылеты продолжали отмечать неверные цели или заканчивались неудачей по другим причинам, наносимый ущерб неуклонно увеличивался. В ходе одного особенно успешного рейда против Эссена 5/6 марта 1943 года было уничтожено 65 гектаров земли, а 53 отдельных здания на заводах Круппа были поражены бомбами.

On 20/21 December 1942 H. E. Bufton personally led a force of six de Havilland Mosquitos on a raid against a power station at Lutterade, a small town in the Netherlands. Led entirely by the new Oboe navigation system, several bombs fell within 2 km of the target. The test was considered a success. A follow up under more realistic conditions was carried out on the night of 31 December 1942/1 January 1943 against Düsseldorf, with two Mosquitos leading a force of eight Lancasters. Only one of the Oboes worked but that was enough for the following heavies to bomb on and hit a number of industrial buildings. Another mission by three Mosquitos attacked the German night fighter control room at Florennes airfield in Belgium, but there was complete cloud cover and the results were not known. It was clear by this point, after less than six months, that the PFF concept was a great advance. Picked crews from the bomber groups were allowed to transfer and the PFF soon expanded into a completely new Group—designated No 8 Group (PFF)—in January 1943. In April 1943 the group's strength was increased by two squadrons, with No 405 (RCAF) Squadron, flying Halifaxes, and No 97 Squadron, flying Lancasters. In June the Pathfinders gained two more squadrons—No 105 and 139 Squadrons—both of which were flying Mosquitos from RAF Marham. Later in the month Pathfinder HQ moved from RAF Wyton to Castle Hill House in Huntingdon. When new aircraft such as the de Havilland Mosquito became available, the PFF got the first examples and then equipped them with ever more sophisticated electronic equipment, such as Oboe, the radio navigation and bombing aid. By January the pace of Bomber Command missions had dramatically increased, with major raids being carried out almost every night. On 11/12 February 1943 against Wilhelmshaven, the PFF used their H2S radar for the first time, dropping parachute flares above the heavy cloud cover in a technique known as ‘sky marking’. The follow up force observed an incredible event, a huge explosion seen through the complete cloud cover that lingered for 10 minutes. It was later learned this was the explosion of the naval ammunition depot at Mariensiel, which destroyed Mission size continued to grow throughout, and although many missions continued to mark the wrong targets or fail for other reasons the damage caused continued to increase. On one particularly successful raid against Essen on 5/6 March 1943 160 acres of land were destroyed, with 53 separate buildings within the Krupp factories hit by bombs.

Главный бомбардировщик

В ночь с 20 на 21 июня 1943 года 60 самолетов Lancaster (в основном из 5-й группы) испытали новый способ действий при атаке завода цеппелинов в Фридрихсхафене, где, как считалось, производились радары. В ходе этого налета один из самолетов Lancaster был оснащен новым высокочастотным радиооборудованием, позволявшим ему поддерживать связь с другими бомбардировщиками в составе ударной группы. Последующие силы состояли из нескольких групп, включая самолеты PFF, которые обозначали цель на основе радиоинструкций от самолета, впоследствии получившего название «главный бомбардировщик». Другая группа самолетов должна была опробовать новую тактику – бомбить в определенное время после прохождения ориентира на местности, в данном случае берегов Боденского озера. Почти 10% бомб попали на завод, что было признано большим успехом. Комбинация этих тактик впервые была успешно применена в крупном налете в ночь с 17 на 18 августа 1943 года в ходе операции «Гидра» против немецких ракетных разработок в Пеенемюнде. 596 самолетов под руководством главного бомбардировщика были направлены к серии целеуказателей, сброшенных в нескольких точках вокруг целевой области. Сбрасывая целеуказатели разных цветов и отдавая команды атаковать каждый из них поочередно, вся территория была подвергнута массированным бомбардировкам. Самолеты 5-й группы вновь использовали тактику определения времени по ориентирам. По оценкам, полученным из многих источников, этот рейд задержал экспериментальную программу V-2 как минимум на два месяца и сократил масштабы потенциального ракетного удара. Команде V-2 пришлось спешно перенести свои испытательные мощности в другое место. Главный бомбардировщик стал обычной практикой при проведении крупных налетов. Военно-воздушные силы армии США использовали аналогичные подразделения в составе Восьмой воздушной армии для «слепых бомбардировок» сквозь облачность при дневных вылетах, используя бомбардировщики, оснащенные радаром H2X, для которых также применялись термины Pathfinder, PFF и главный бомбардировщик.

Соперничество в командовании бомбардировщиками

Хотя командиры авиационных соединений (AOC) проявляли разный энтузиазм по отношению к Pathfinder Force, в целом они его поддерживали. Воздушный вице-маршал Родерик Карр (4-я группа) выступал против его создания, но определил Беннетта (10-я эскадрилья входила в его состав) как подходящую кандидатуру и передал эскадрилью тяжелых бомбардировщиков Halifax. Воздушный вице-маршал Коритон был более ярым противником, но предоставил эскадрилью новых бомбардировщиков Avro Lancaster. Между 8-й и 5-й группами существовало соперничество, вызванное личным противостоянием между Беннеттом и командиром 5-й группы, сэром Ральфом Кокрейном. Кокрейн, через командира 617-й эскадрильи Леонарда Чешира, выступал за точную маркировку целей с малой высоты и добивался разрешения доказать эту теорию, а также чтобы 5-я группа попыталась атаковать цели и использовать методы, которые не применялись 8-й группой. Чешир использовал для маркировки целей скоростной бомбардировщик Mosquito, а затем истребитель-бомбардировщик Mustang. 617-я эскадрилья достигла высокой точности благодаря использованию стабилизированного автоматического бомбового прицела, обеспечив необходимую точность только на стартовой площадке ракет V в Аббевиле. 5-я группа также разработала различные тактики, такие как "спираль 5-й группы" для уклонения от вражеских истребителей и "система быстрой посадки".

Сила ночного удара света

Лайт Ночной Ударная Сила (LNSF) была развитием практики использования силами Pathfinder быстрого и дальнобойного бомбардировщика Mosquito, способного нести значительную бомбовую нагрузку. В составе 8-й группы численность эскадрилий Mosquito была увеличена и использовалась для рейдов по преследованию в Германии. К двум эскадрильям Mosquito (оснащенным Oboe), уже состоявшим в Pathfinder Force, в июне 1943 года была добавлена 139-я эскадрилья, которую Беннетт планировал использовать для отвлекающих рейдов с целью увести немецкие ночные истребители от основной группировки. В феврале 1944 года был осуществлен рейд на Дюссельдорф, полностью выполненный самолетами Mosquito. Он состоял из обычных самолетов-маркеров 105-й и 692-й эскадрилий Mosquito, каждый из которых нес 4000-фунтовую "кукушку" и резервные самолеты с 500-фунтовыми бомбами замедленного действия. При поддержке Харриса Беннетт сформировал дополнительные эскадрильи Mosquito для расширения LNSF, получив в свое распоряжение девять бомбардировочных эскадрилий, а также оснащенные Oboe самолеты-маркеры и метеорологические Mosquito 8-й группы. LNSF выполнила 27 239 боевых вылетов, лучший месяц – март 1945 года, с почти 3000 вылетов. LNSF потеряла чуть менее 200 самолетов в ходе операций или признанных "не подлежащими восстановлению". Силы Pathfinder совершили в общей сложности 50 490 боевых вылетов против примерно 3440 целей, и как минимум 3727 человек погибли в ходе операций.

Тактика

Доля самолетов-разведчиков "Патфайндера" к бомбардировщикам "Главных сил" могла меняться в зависимости от сложности и расположения цели: соотношение 1 к 15 было обычным, хотя иногда оно могло достигать 1 к 3. К началу 1944 года основная часть командования бомбардировщиков наносила удары в пределах 3 миль от целеуказателей PFF, что являлось значительным улучшением точности по сравнению с 1942 годом. Успех или провал рейда теперь в значительной степени зависел от точности установки целевых указателей "Патфайндерами" и успешности последующей корректировочной маркировки.

Отдельные задачи

Экипажи ПФФ получали все более сложные и изощренные задания, которые постоянно модифицировались и развивались тактически в ходе бомбардировочной кампании с 1943 года до конца войны. Некоторые из типичных задач включали:

"Finders" ("Искатели") – самолеты 8-й группы, которым ставилась задача сбрасывать связки осветительных ракет, сначала в ключевых точках вдоль маршрута бомбардировки для облегчения навигации и поддержания компактности потока бомбардировщиков, а затем над приблизительной областью цели. В облачных условиях они сбрасывались "вслепую" с использованием навигационного радара H2S. "Illuminators" ("Осветители") – самолеты ПФФ, летевшие впереди основной группировки, сбрасывали маркеры или индикаторы цели (ИТЦ) на назначенную "точку прицеливания", предварительно освещенную "Искателями". В облачных условиях также использовался навигационный радар H2S. Эти ИТЦ были разработаны для горения различными цветами, чтобы предотвратить использование немецкой ПВО ложных целей. Различные типы ИТЦ получили названия "Розовые герани", "Красные точки" и "Дымные облачка". В число "Осветителей" могли входить самолеты "Mosquito", оснащенные системой "Oboe", если цель находилась в пределах ее радиуса действия. "Markers" ("Маркеры") сбрасывали зажигательные бомбы на ИТЦ непосредственно перед прибытием основной группировки. Дополнительные "Маркеры", называемые "Backers Up" ("Дублирующие") или "Supporters" ("Поддерживающие"), распределялись в ключевых точках основного потока бомбардировщиков для повторной маркировки или усиления первоначальных ИТЦ по мере необходимости. По мере продолжения войны была введена роль "Master Bomber" ("Главного бомбардировщика"). Эта идея была впервые использована Гаем Гибсоном в рейде на плотины. Беннетт хотел возглавлять рейды, но Харрис отказал ему в оперативных полетах, не желая рисковать его потерей. Назначенный "Патфайндер" (обычно опытный старший офицер) кружил над целью, передавая по радио инструкции самолетам "Патфайндер" и основной группировке, корректируя точки прицеливания и координируя атаку в целом. В сентябре 1944 года сам Гибсон погиб в самолете "Mosquito" после выполнения роли "Главного бомбардировщика" во время рейда на Германию.