Введение

Оливия Мэри Мэннинг (2 марта 1908 – 23 июля 1980) – британская писательница, поэтесса и литературный критик. Ее художественные и документальные произведения, часто повествующие о путешествиях и личных исканиях, разворачивались преимущественно в Великобритании, Европе и на Ближнем Востоке. Она часто обращалась к личному опыту, однако ее книги также демонстрируют силу воображения. Книги Мэннинг высоко ценятся за ее художественный взгляд и яркие описания мест. Юность писательницы прошла между Портсмутом и Ирландией, что, по ее словам, породило в ней «типичное англо-ирландское ощущение отсутствия корней». Она училась в художественной школе и переехала в Лондон, где в 1937 году был опубликован ее первый значительный роман «Изменения ветра». В августе 1939 года она вышла замуж за Р. Д. Смита («Реджи»), преподавателя Британского совета, работавшего в Бухаресте, Румыния, и впоследствии жила в Греции, Египте и Британской Палестине, когда нацисты захватывали Восточную Европу. Эти переживания легли в основу ее наиболее известных работ – шести романов, составляющих Балканскую и Левантийскую трилогии, объединенных общим названием «Фортуны войны». Критики отмечали неравномерность ее творчества, но эту серию, опубликованную между 1960 и 1980 годами, Энтони Берджесс назвал «лучшим художественным отражением войны, созданным британским писателем». После войны Мэннинг вернулась в Лондон и прожила там до своей смерти в 1980 году, продолжая писать стихи, рассказы, романы, документальную прозу, рецензии и пьесы для Британской вещательной корпорации. И у Мэннинг, и у ее мужа были романы на стороне, но они никогда не задумывались о разводе. Ее отношения с такими писательницами, как Стиви Смит и Айрис Мердок, были сложными, поскольку неуверенная в себе Мэннинг завидовала их большему успеху. Ее постоянное недовольство всем на свете отразилось в прозвище «Оливия-стонущая», но Смит неизменно оставался главным сторонником и вдохновителем своей жены, уверенным в том, что ее талант рано или поздно будет признан. Как она и опасалась, настоящая слава пришла лишь после ее смерти в 1980 году, когда в 1987 году был показан телеэкранизация «Фортуны войны». Книги Мэннинг получили ограниченное внимание критиков; как и при ее жизни, мнения о них расходятся, особенно в отношении ее создания образов и изображения других культур. Ее произведения, как правило, не акцентируют гендерные вопросы и не могут быть легко отнесены к феминистской литературе. Тем не менее, современные исследования подчеркивают важность Мэннинг как женщины-писательницы, создававшей военную прозу и произведения о закате Британской империи. Ее работы критически относятся к войне, расизму, колониализму и империализму, исследуя темы вытеснения и физического и эмоционального отчуждения.

Ранние годы

Оливия Мэннинг родилась в Норт-Энде, Портсмуте, 2 марта 1908 года. Мэннинг обожала своего отца, любителя развлечений, который забавлял окружающих исполнением песен из оперетт Гилберта и Салливана и декламацией стихов, выученных во время долгих морских плаваний. В отличие от него, её мать была властной и деспотичной, с "умом, твердым как чугун", и в браке постоянно возникали споры. Изначально теплые отношения между матерью и дочерью стали напряженными после рождения брата Мэннинг, Оливера, в 1913 году. Слабый и часто болеющий, он был в центре внимания матери, к большому огорчению Мэннинг, которая предприняла несколько детских попыток ему навредить. Это несчастливое и неуверенное детство оставило глубокий след в её творчестве и личности. Одноклассники описывали её как застенчивую и склонную к истерикам; её привычка рассказывать хвастливые небылицы о своей семье привела к отчуждению со стороны сверстников. Поддерживаемая отцом, Мэннинг много читала и писала, предпочитая романы, особенно произведения Х. Райдера Хаггарда. Мать не одобряла такие увлечения и конфисковала материалы, которые считала неподходящими; когда она обнаружила, что дочь читает Times Literary Supplement, она упрекнула её, сказав, что "молодым людям не нравятся женщины, читающие подобные издания", и что Мэннинг следует сосредоточиться на освоении востребованных навыков, таких как машинопись. Действительно, когда финансовые трудности вынудили Мэннинг оставить школу в шестнадцать лет, она работала машинисткой и некоторое время – младшим специалистом в салоне красоты. Будучи талантливой художницей, она посещала вечерние занятия в Портсмутской муниципальной школе искусств, где однокурсник описал её как интеллектуальную и отстраненную. В мае 1928 года её картина была отобрана для выставки в Саутси, и ей предложили персональную выставку её работ. Казалось, Мэннинг была на пути к карьере художницы, но она продолжала интересоваться литературой, и в возрасте двадцати лет решила стать писателем. Её художественный взгляд проявляется в её поздних, ярких описаниях пейзажей. Мэннинг также написала два литературных романа, ни один из которых не был принят к публикации. Её вторая рукопись произвела впечатление на Эдварда Гарнетта, литературного редактора издательства Jonathan Cape, и он попросил своего помощника, Хэмиша Майлза, написать ей письмо с ободрением. Майлз, опытный литературный советник и переводчик, чуть за тридцать, пригласил Мэннинг навестить его, если она окажется в Лондоне. Лишенная еды и денег, Мэннинг проводила долгие часы, работая над рукописями после работы. Майлз взял Мэннинг под свою опеку, поражая её ужинами, литературными беседами и сплетнями, оказывая необычную поддержку. Женат и имевший двоих детей, он рассказал Мэннинг, что его жена тяжело больна и больше не способна к половой жизни; вскоре они стали любовниками. Позже Мэннинг вспоминала, что "для них обоих секс был главным стимулом в жизни". Случайная ошибка, связанная с художником с похожим именем, привела Мэннинг к более высокооплачиваемой работе по реставрации антикварной мебели, которой она занималась более двух лет, продолжая писать в свободное время. Она вспоминала это как "один из самых счастливых периодов" в своей жизни. Поощряемая Майлзом, она закончила роман "Ветер меняется" и увидела его публикацию в издательстве Jonathan Cape в апреле 1937 года. Действие романа разворачивается в Дублине в июне 1921 года, во время Ирландской войны за независимость, и повествует о женщине, разрывающейся между ирландским патриотом и английским писателем с республиканскими симпатиями. Роман был хорошо принят, один из рецензентов отметил, что "роман демонстрирует необычный потенциал". Вскоре после этого Майлз узнал, что у него неоперабельная опухоль мозга, и исчез из жизни Мэннинг. Поскольку их связь была тайной, ей было трудно получить о нем информацию, и она не могла позволить себе навестить его в эдинбургской больнице, где он умирал. Она потеряла работу в Peter Jones, устроилась на хорошо оплачиваемую должность в Medici Society, но была уволена, когда отказалась от требования босса прекратить писать романы по вечерам, чтобы сохранить силы для основной работы. Мэннинг получила другую работу, оценивая новые романы на предмет их потенциала для экранизации компанией Metro Goldwyn Mayer, но к тому времени, когда она накопила достаточно денег для поездки в Эдинбург, Майлз был уже слишком слаб, чтобы её увидеть. Он умер в декабре 1937 года. Майлз обычно не знакомил своих литературных друзей друг с другом, но перед смертью обстоятельства вынудили его познакомить Мэннинг с поэтом Стиви Смит. Между ними сразу возникла взаимная симпатия. Сын инструментальщика из Манчестера, он учился в Бирмингемском университете, где занимался с левым поэтом Луисом Макнисом и основал Бирмингемское социалистическое общество. По данным британской разведывательной организации MI5, Смит был завербован в качестве коммунистического шпиона Энтони Блантом во время визита в Кембриджский университет в 1938 году. Когда он встретил Мэннинг, Смит находился в отпуске со своей должности лектора в Румынии в Британском совете. Он тщательно подготовился к знакомству с Мэннинг, прочитав её произведения, и считал, что её книга "Ветер меняется" демонстрирует "признаки гения". Он описал Мэннинг как "jolie laide" (милую некрасивую), отметив её прекрасные волосы, руки, глаза и кожу, несмотря на несколько длинноватый нос, и влюбился с первого взгляда. Когда он одолжил у неё полкроны при первой встрече и вернул её на следующий день, он понял, что они поженятся. Через несколько дней после свадьбы пара получила известие о том, что Смита отзывают в Бухарест. Они уехали в течение нескольких часов; позже Мэннинг писала Стиви Смит из Румынии, прося её узнать, что случилось с их квартирой и позаботиться о её книгах во время её отсутствия. Между двумя мировыми войнами Румыния полагалась на Францию в гарантии своей безопасности от германских территориальных притязаний. Влияние Мюнхенского соглашения (1938), советско-германского пакта о ненападении (1939) и падения Франции (1940) усилило германское влияние и контроль над страной, включая требования о передаче Румынией территории и ресурсов. Смиты сначала арендовали квартиру, а затем поселились у дипломата Адама Уотсона, работавшего в британской легации. Те, кто знал Мэннинг в то время, описывали её как застенчивую, провинциальную девушку, не имевшую большого опыта общения с другими культурами. Она была одновременно очарована и потрясена Румынией. Кафешное общество с его остроумием и сплетнями привлекало её, но она была возмущена крестьянством и агрессивными, часто искалеченными, нищими. Мэннинг проводила дни, занимаясь писательством; её основным проектом была книга о Генри Мортоне Стэнли и его поисках Эмина-паши, но она также поддерживала близкую переписку со Стиви Смит, полную сплетен и интриг из круга Блумсбери. и вскоре должна была быть переведена Румынией в Венгрию в рамках Второго Венского арбитража от августа 1940 года, навязанного немцами и итальянцами. Как и многие из её переживаний, это интервью должно было быть включено в будущую работу; другие включали её спонтанное крещение Смита холодным чаем, потому что она боялась быть разлученной с ним после смерти, и постановку Смитом пьесы Шекспира, в которой ей обещали главную роль, которую дали другой актрисе. Смит был неутомимо общительным, и на протяжении всей своей жизни его теплота, остроумие и дружелюбие принесли ему много друзей и компаньонов для выпивки. В отличие от него, Мэннинг была сдержанной и чувствовала себя некомфортно в обществе и оставалась в тени. Она, по её собственным словам, выступала в роли "последовательницы", следуя за Смитом из бара в бар, часто предпочитая возвращаться домой рано и в одиночестве. Хотя Мэннинг оставалась верной Смиту во время войны, их друг Айвор Портер сообщил, что у Смита было множество романов. Приближающаяся война и рост фашизма и "Железной гвардии" в Румынии встревожили и напугали Мэннинг.

Греция и Египет

Мэннинг на протяжении всей жизни страдала от тревог, близких к паранойе. Несмотря на ранние успехи в борьбе с вторжением итальянских войск, к апрелю 1941 года страна оказалась под угрозой вторжения немцев; в более позднем стихотворении Мэннинг вспоминала "ужас и террор поражения" народа, которого она полюбила. Британский совет рекомендовал своему персоналу эвакуироваться, и 18 апреля Мэннинг и Смит покинули Пирей в Египет на корабле "Эребус" – последнем гражданском судне, вышедшем из Греции. Три опасных дня пути до Александрии пассажиры просуществовали на апельсинах и вине. На борту вместе со Смитами находились романист Роберт Лидделл, валлийский поэт Гарольд Эдвардс и их жены – Смиты делили тесную каюту с Эдвардсами. Миссис Эдвардс привезла с собой коробку с дорогими парижскими шляпками, которые Мэннинг постоянно ставила в коридор возле каюты, откуда миссис Эдвардс их возвращала обратно. К концу плавания они перестали разговаривать, но Мэннинг сказала последнее слово: когда миссис Эдвардс позже открыла коробку, она обнаружила, что Мэннинг смяла шляпки ночным горшком. Прибыв в Александрию, беженцы с благодарностью съели еду, предоставленную британскими военными, но узнали, что свастика развевается над Акрополем. Первые впечатления Мэннинг от Египта были связаны с нищетой и нереальностью: "Несколько недель мы жили в состоянии отторжения". Из Александрии они поехали поездом в Каир, где возобновили контакт с Адамом Уотсоном, который теперь был вторым секретарем в британском посольстве. Он пригласил их пожить в его квартире в Гарден-Сити с видом на посольство. Хотя Египет формально был независимой страной, фактически он находился под британским контролем с конца XIX века. С началом войны и в соответствии с англо-египетским договором 1936 года страна оказалась под фактической британской оккупацией. К этому моменту войны немцы, казалось, неудержимо продвигались по пустыне в сторону Египта, и Каир был полон слухов и тревог. Мэннинг была встревожена и боялась. Она постоянно беспокоилась о болезни и часто болела. Обеспокоенный Смит предположил, что ей лучше вернуться в Англию, но она возразила: "Куда бы мы ни пошли, мы будем вместе. Если мы вернемся домой, мы оба вернемся. Я не позволю войне нас разлучить. Точка". Ее отец убедил ее в силе Британской империи и ее благах для мира, и Мэннинг была патриотичной британкой, уверенной в окончательной победе союзников. В Египте она столкнулась с тем фактом, что британская оккупация не пользовалась популярностью. Смит быстро обнаружил Англо-Египетский союз в Замалеке, где пил и обсуждал политику и поэзию. Как обычно, он был популярен, и, по словам Лоуренса Дюррелла, часто в его компании оказывались сомнительные друзья. Мэннинг возмущалась тем, что Британский совет не сразу нашел работу для Смита, которого она считала одним из самых талантливых преподавателей. Она отомстила, написав пасквильные стихи о представителе совета, К. Ф. А. Дандасе, позже увековеченном как неэффективный Колин Грейси в "Удачах войны". Персонажи Мэннинг часто основывались на реальных людях, хотя она никогда не копировала их напрямую. Она также обиделась на то, что Эми Смарт, жена Уолтера Смарта и частая покровительница художников, поэтов и писателей в Каире, уделяла ей и Смиту мало внимания; позже она отомстила аналогичным образом. В октябре 1941 года Смиту предложили должность лектора в Университете Фарука в Александрии. Пара переехала из Каира, чтобы поселиться в квартире с коллегой-преподавателем Робертом Лидделлом. Немцы регулярно бомбили город, и налеты ужасали Мэннинг, которая раздражала Смита и Лидделла, настаивая на том, чтобы все трое спускались в бомбоубежище при звуке сирен. Сразу после прибытия в Александрию пришла трагическая новость о гибели ее брата Оливера в авиакатастрофе. Эмоциональный шок помешал ей писать романы в течение нескольких лет. В свободное время она работала над "Гостями на свадьбе" – неопубликованным прототипом Балканской трилогии, а также рассказами и стихами. Стиви годами размышляла о том, что Мэннинг бросила их дружбу, выйдя замуж за Реджи Смита, и примерно в это время ее ревность приняла открытую форму; в 1942 году она написала стихотворение под названием "Убийство", в котором мужчина стоит у могилы и признается: "Моя рука привела Реджи Смита в эту тесную постель – / Что ж, да упокоится его душа, я не боюсь мертвых". Во время пребывания в Египте Мэннинг стала сотрудницей двух литературных журналов, издаваемых на Ближнем Востоке – "Desert Poets" и "Personal Landscapes", основанных Бернардом Спенсером, Лоуренсом Дюрреллом и Робином Федденом. Последний стремился исследовать "личные ландшафты" писателей, переживающих изгнание во время войны. Основатели, как и Мэннинг, сохраняли сильную привязанность к Греции, а не проявляли художественный и интеллектуальный интерес к Египту. Вспоминая отъезд из Греции, Мэннинг написала: "Мы смотрели в море / Зная, что до дня нашего возвращения мы будем / Изгнанниками из страны, которая нам не принадлежит". Во время пребывания в Египте и Палестине Мэннинг и ее муж поддерживали тесные связи с греческими писателями-беженцами, включая перевод и редактирование работ Йоргоса Сефериса и Эли Пападимитриу. В 1942 году Смит был назначен контролером английского и арабского вещания Палестинской радиовещательной службы в Иерусалиме; работа должна была начаться позже, но в начале июля, когда немецкие войска быстро продвигались в Египте, он убедил Мэннинг отправиться в Иерусалим, чтобы "подготовить почву".

Палестина

Супруги должны были провести в Иерусалиме три года. По прибытии, Мэннинг обратилась в Jerusalem Post с просьбой о работе и вскоре была назначена рецензентом. В 1943–1944 годах она работала помощником пресс-атташе в офисе общественной информации в Иерусалиме, а затем перешла на ту же должность в офис Британского совета в Иерусалиме. В 1944 году Мэннинг забеременела; пара была вне себя от радости, и Мэннинг расслабилась, стала менее критичной к окружающим, в том числе к собственной матери, с которой у нее были давние сложные отношения. Нехарактерно для нее, она отдыхала, гуляла, рисовала и даже вязала. На седьмом месяце ребенок умер в утробе матери, и, как это было принято в то время, Мэннинг была вынуждена ждать два тяжелых месяца, чтобы родить мертвого ребенка. "Я словно ходячее кладбище", – с горечью повторяла она в этот период. Потрясенная горем, Мэннинг стала параноиком, постоянно боялась за покушение на Смит. Смит решила, что у нее нервный срыв, и в октябре 1944 года повезла ее на Кипр на месячный отпуск. Вернувшись в Иерусалим, она все еще не пришла в себя, и поэт Луи Лоулер заметил недовольство этой "странной и сложной женщины" и "чудесное терпение" Смит, несмотря на то, что Мэннинг называла мужа только по фамилии на протяжении всего этого времени. Мэннинг так и не оправилась от потери и почти никогда не говорила и не писала об этом. Она больше не могла иметь детей и в дальнейшем направляла свои материнские чувства к животным, особенно к кошкам.

Послевоенная Англия

После непродолжительного пребывания у все еще скорбящих родителей в сильно разбомбленном Портсмуте, Мэннинг переехала в лондонскую квартиру. Смит прибыл в середине 1945 года и устроился на работу в отдел специальных репортажей Британской вещательной корпорации (BBC). В 1947 году МИ5 выявила его как коммунистического шпиона и установила за ним наблюдение. Согласно его делу, на протяжении всей войны Смит работал над усилением советского влияния в Румынии и на Ближнем Востоке. Вскоре Смита перевели из отдела специальных репортажей в менее политически чувствительный драматический отдел. Наблюдение прекратилось, когда он вышел из Коммунистической партии после советского вторжения в Венгрию в 1956 году. Она завершила свою книгу о Стэнли и Эмин-паше, озаглавленную «Замечательная экспедиция» (в Великобритании) и «Неохотное спасение» (в США), опубликованную в 1947 году, и переизданную в 1985 году. Книга получила в основном хорошие отзывы, но остается относительно малоизвестной. В 1948 году издательство Хайнеманн опубликовало ее сборник рассказов «Взросление», в котором заглавная история представляла собой художественное описание ее романа с Хэмишем Майлзом. Мэннинг оставалась с этим издателем до 1974 года. После жизни в серии арендованных квартир в 1951 году супруги переехали в дом в Сент-Джонс-Вуд, где они сдава́ли комнаты в субаренду, например, актерам Джулиану Митчеллу и Тони Ричардсону. Подбадриваемая большим количеством джина с тоником, чтобы скрыть свою застенчивость, Мэннинг могла быть остроумным участником лондонской литературной жизни; как и в детстве, она склонна была хвастаться выдумками, например, заявлять о родстве с Мари Беллок Лоундес и о том, что на утро после смерти жены ей сделал предложение Энтони Бёрджесс. Ее неуверенность проявлялась и в других аспектах: она сильно беспокоилась о финансах и всегда была начеку, чтобы найти способы заработать и сэкономить деньги. После войны и она, и Смит были неверны. На вечеринках Смит регулярно спрашивал других женщин, интересуют ли их внебрачные связи, а Мэннинг утверждала, что у нее были романы с Уильямом Герхарди и Генри Грином, и безуспешно ухаживала за своим арендатором, Тони Ричардсоном. Джерри Слэттери, ее врач, стал ее давним любовником; ее роман стал шоком для Смита, который чувствовал, что, должно быть, разочаровал свою жену. После трудного начала Смит приспособился и вскоре стал близким другом Слэттери. Прелюбодеяние Мэннинг в некоторой степени облегчило Смиту оправдание его собственных частых романов, включая его давние отношения с Дианой Робсон, которая должна была стать его второй женой. Мэннинг обычно не обращала внимания на его измены, обычно отвечая: «Ты знаешь, какой Реджи». Они никогда не рассматривали возможность развода, считая, что брак – это обязательство на всю жизнь. Ее первый послевоенный роман, «Художник среди пропавших», вызывающий воспоминания рассказ о жизни на Ближнем Востоке, был опубликован в 1949 году и получил смешанные отзывы. Она работала над книгой о путешествиях по Ирландии, «Сновидческий берег», которая опиралась на ее англо-ирландское воспитание, но оказалась «камнем на шее», поскольку требовала нескольких дорогостоящих поездок в Ирландию. Книга примечательна ее убеждением, что Ирландия однажды воссоединится. Мэннинг продолжила серию публикаций романом «Школа любви», опубликованным в 1951 году. Роман рассказывает о мальчике, взрослеющем в Палестине во время Второй мировой войны. С его публикацией Смит, на чье литературное суждение, помощь и поддержку сильно полагалась Мэннинг, похвастался, что «Моя Оливия – это то, что можно назвать признанным автором». Роман был в целом хорошо принят, но возникла возможность иска о клевете со стороны Клариссы Грейвс, сестры Роберта, на которого, возможно, была основана мисс Боун, один из персонажей романа. Мэннинг дополняла свои доходы от написания книг рецензиями для журналов The Spectator, The Sunday Times, The Observer, Punch и других, а также эпизодическими публикациями в Palestine Post. Ее четвертый роман, «Другое лицо», был опубликован в 1953 году. Действие происходит в унылом городе, основанном на родном городе Мэннинг, Портсмуте, и рассказывает о попытках главного героя покинуть свое место рождения. Книга не получила хороших отзывов, и, как это часто бывало, Мэннинг чувствовала себя ущемленной, считая, что не получила заслуженных рецензий. Невротическая неуверенность в себе и перфекционизм делали ее сложной и легко обидчивой, и она хорошо знала о молодых писателях, превосходящих ее. Мэннинг знала, что она злопамятна, но не могла с собой справиться, часто критикуя друзей-писателей в присутствии других. Она неизменно хвалила и восхищалась Айви Компто́н-Бёрнетт, с которой познакомилась в 1945 году, и чью дружбу она очень ценила. Она жаловалась на своего издателя Хайнеманн и на отсутствие признания со стороны коллег: Энтони Пауэлл называл ее «самым большим ворчуном в мире», а издатель помнил, что она была «непростым автором». Друг дал ей прозвище «Оливия-стон», которое подхватили другие, что очень раздражало Мэннинг. В 1955 году Мэннинг опубликовала «Голуби Венеры», основанную на ее опыте жизни в Лондоне в 1930-х годах; две подруги, Элли Парсонс и Нэнси Клейпол, были похожи на Мэннинг и Стиви Смит. В книге одинокая Элли пытается вырваться из удушающей матери. Отзывы были в основном благоприятными, но Мэннинг осталась недовольна. Возможно, расстроенная своим изображением в романе, Стиви Смит написала то, что Мэннинг назвала «ядовитой рецензией»; эти две великие подруги почти перестали разговаривать друг с другом, несмотря на попытки Смит примириться. В конце концов, Мэннинг неохотно простила ее: узнав о ее смертельной болезни, она заметила: «Что ж, если она действительно больна, нам придется забыть о старом». Много времени и внимания уделялось животным, особенно сиамским кошкам, которых особенно любила Мэннинг. Она очень беспокоилась о здоровье и комфорте своих питомцев, беря их с собой в гости к друзьям, а также горячие грелки на случай похолодания. Она часто увольняла ветеринаров – говоря одному: «Я не плачу вам за то, чтобы вы говорили мне, что с моим животным все в порядке», – и иногда обращалась к целителям животных. Она также была убежденным сторонником организаций, борющихся с жестоким обращением с животными. Ее любовь и интерес к кошкам были проиллюстрированы в ее книге «Необыкновенные кошки», опубликованной в 1967 году. В декабре 1956 года Мэннинг опубликовала «Мой муж Картрайт», серию из двенадцати эскизов о Смите, которые первоначально появились в журнале Punch. Книга не получила широкой огласки, и, как обычно, Мэннинг была разочарована и раздражена. Книга стала прелюдией к ее портрету мужа в «Удачах войны», в котором подробно описаны комические эпизоды, подчеркивающие характер Смита, включая его общительность и интерес к социальным вопросам: «Мой муж Картрайт – любитель своего ближнего. Любители своего ближнего могут быть невыносимыми. Во время лекций за границей он внезапно почувствовал неприязнь к «достопримечательностям», особенно к «бесполезным» достопримечательностям, таким как руины или гробницы. Можно предположить, что если бы не такие отвлекающие факторы, как Тивериада, Долина царей или Вилла Адриана, туристы за границей занимались бы исключительно облегчением бедности».

Балканская трилогия и другие произведения

В период с 1956 по 1964 год основным проектом Мэннинг была Балканская трилогия – последовательность из трех романов, основанных на ее опыте во время Второй мировой войны; как обычно, она пользовалась поддержкой и поощрением со стороны Смита. Книги описывают брак Гарриет и Гая Прингла, их жизнь и работу в Румынии и Греции, завершающиеся бегством в Александрию в 1941 году, незадолго до наступления немецких войск. Гай, одновременно достойный восхищения и неудовлетворительный мужчина, и Гарриет, женщина, колеблющаяся между гордостью и нетерпением, проходят путь от ранней страсти к принятию различий. Мэннинг описывала эти книги как длинные главы своей автобиографии, и ранние версии были написаны от первого лица, хотя и содержали значительную долю вымысла. В то время как Мэннинг было 31 год, а Смиту – 25 в начале войны, альтер эго Мэннинг, Гарриет Прингл, было всего 21, а ее муж – на год старше. Мэннинг была писательницей по профессии, в то время как ее героиня – нет. Первая книга трилогии, «Великое состояние», получила неоднозначные отзывы, но последующие тома, «Испорченный город» и «Друзья и герои», были в целом хорошо приняты; Энтони Берджесс заявил, что Мэннинг «входит в число самых талантливых британских писательниц», и ее творчество сравнивали с произведениями Лоуренса Дюррелла, Грэма Грина, Эвелин Во и Энтони Пауэлла. Было несколько неблагоприятных рецензий, и, как обычно, они вызвали гнев Мэннинг. После публикации последнего тома Балканской трилогии в 1965 году Мэннинг работала над мемуарами о кошках и сборником рассказов «Романтический герой и другие истории», оба из которых были опубликованы в 1967 году. В 1969 году вышел ее новый роман «Игровая комната» (изданный в США под названием «Девушки из Камперли»). Книга рассказов и «Игровая комната» содержали гомосексуальные мотивы, тема, которая интересовала Мэннинг. Последний роман оказался менее удачной попыткой исследовать жизнь и интересы подростков, хотя отзывы были в основном ободряющими. Была предложена экранизация, и Кен Аннакин попросил ее написать сценарий. Фильм, содержащий более откровенные лесбийские сцены, чем книга, почти был снят, когда закончились средства; была разработана и вторая версия с совершенно другим сценарием, но она так и не была реализована. «Все сорвалось», – сказала она. «Я потратила много времени, а это то, что нельзя позволить себе в шестьдесят лет»; в соответствии со своим стремлением скрывать свой возраст, ей на самом деле было шестьдесят два.

Трилогия Леванта

В 1970-х годах жизнь семьи претерпела ряд изменений: супруги переехали в более скромную квартиру после досрочного выхода Смита на пенсию из BBC и его назначения в 1972 году лектором в Новом университете Ольстера в Колераине. Впоследствии супруги долгое время жили раздельно, поскольку Мэннинг отказалась от идеи переезда в Ирландию. В 1974 году Мэннинг адаптировала два произведения Арнольда Беннетта («Карта» и «Регент») в восьмисерийную радиопостановку BBC: «Денри: Приключения с Картой». Грэм Армитаж исполнил роль Денри, а Урсула О’Лири сыграла прекрасную графиню Челл. Мэннинг всегда была внимательным наблюдателем жизни и обладала фотографической памятью. Эта книга – одна из менее известных работ Мэннинг, и она была разочарована тем, что она не вошла в длинный список претендентов на Букеровскую премию. В начале 1975 года Мэннинг приступила к работе над романом «Опасное дерево», который поначалу она называла «Четвертой частью Балканской трилогии»; в итоге он стал первым романом «Левантийской трилогии», продолжающим историю семьи Принглов на Ближнем Востоке. Работа над первой книгой оказалась «тяжелой борьбой», отчасти из-за неуверенности Мэннинг в своих способностях к вымыслу: в романе сопоставляются фронтовые впечатления молодого офицера Саймона Боулдерстоуна и более спокойная жизнь Принглов и их окружения. Мэннинг, увлекавшаяся взаимоотношениями между братьями и сестрами и помнящая о смерти своего брата, также исследовала отношения между Саймоном и его старшим братом Хьюго. Она чувствовала себя некомпетентной в изображении солдат и военных сцен; первые рецензенты согласились с ней, посчитав ее описания неубедительными и неправдоподобными, хотя последующие рецензии были значительно более благосклонными. Помимо вымышленных эпизодов, она использовала и реальные события. В первой главе «Опасного дерева» описывается случайная гибель маленького сына сэра Дезмонда и леди Хупер. Этот эпизод основан на реальном случае: восьмилетний сын сэра Уолтера и леди Эми Смарт погиб, подняв с земли на палке гранату во время пикника в пустыне в январе 1943 года. Как и в романе, его безутешные родители пытались накормить мертвого мальчика через отверстие в щеке, женщину, которую она знала в Иерусалиме. Подобно Пратту, Хаггард покончил с собой в поезде из Каира в Палестину, но в его случае это произошло после разрыва с красивой египетской женщиной, а не из-за безответной гомосексуальной любви. После многолетних жалоб на своего издателя Хайнемана, Мэннинг перешла в Weidenfeld & Nicolson и оставалась с ними до конца жизни. «Опасное дерево» имело значительный успех у критиков, и хотя Мэннинг вновь была разочарована тем, что ее роман не вошел в длинный список Букеровской премии, газета «Йоркшир пост» назвала его лучшим романом 1977 года. Эта награда последовала за ее назначением Командором ордена Британской империи в списке на день рождения 1976 года. Руководствуясь мемуарами фельдмаршала Монтгомери, Мэннинг обнаружила, что ей легче писать батальные сцены во втором томе трилогии – «Битва проиграна и выиграна». После медленного старта Мэннинг писала уверенно и быстро; книга была завершена за рекордные семь месяцев и опубликована в 1978 году. В книге рассказывается о семье Принглов, когда Роммель и Африканский корпус приближаются к Александрии, где преподает Гай. Египет остается местом привилегий и сексуальных связей для некомбатантов, а брак Принглов постепенно разрушается.

Последние годы

Мэннинг была глубоко потрясена внезапной смертью в 1977 году Джерри Слэттери, ее любовника и доверенного лица на протяжении более четверти века. Последние годы жизни Мэннинг также были омрачены ухудшением здоровья; артрит все сильнее ее беспокоил, что привело к замене тазобедренного сустава в 1976 и 1979 годах, и она страдала от последствий амебизной дизентерии, подхваченной на Ближнем Востоке. Мэннинг начала работу над последним романом трилогии «Левант» – «Сумма вещей», в котором Гарриет соглашается плыть домой в Великобританию, но, попрощавшись с Гаем, передумывает. В романе описываются путешествия Гарриет по Сирии, Ливану и Палестине, наблюдается предполагаемое вдовство Гая в Каире после известия о гибели корабля Гарриет, и рассказывается о ранении Саймона Боулдерстоуна в битве при Эль-Аламейне и его выздоровлении. «Сумма вещей» была опубликована посмертно, поскольку 4 июля 1980 года Мэннинг перенесла тяжелый инсульт, навещая друзей на острове Уайт. Она умерла в больнице в Райде 23 июля; как это часто бывало, Смит, отозванный из Ирландии, не был рядом в момент ее смерти. Он не мог вынести вида ее «угасания» и уехал в Лондон, чтобы занять себя. Мэннинг давно предсказывала, что вечно опаздывающий Смит опоздает на ее похороны, и он едва не опоздал. Его период скорби, характеризующийся резкими переходами от рыданий к почти истерическому веселью, был именно таким, каким Мэннинг представляла себе реакцию Гая Прингла на предполагаемую смерть Гарриет в «Сумме вещей». Мэннинг была кремирована, а ее прах захоронен в поместье Биллингэм-Манор на острове Уайт. Мэннинг долго жаловалась на отсутствие признания ее таланта как писательницы и не находила утешения в словах мужа и друзей о том, что ее талант будет оценен по достоинству, а произведения будут читаться еще долгие годы. «Я хочу стать по-настоящему знаменитой сейчас, немедленно», – отвечала она. Как оказалось, ее известность и круг читателей значительно расширились после ее смерти; телевизионная экранизация «Удач войны» с Эммой Томпсон и Кеннетом Брана наконец-то состоялась в 1987 году, представив ее творчество более широкой аудитории.

Прием

Несмотря на посмертную популярность романа «Военное счастье», большинство книг Мэннинг редко читаются и не привлекают особого внимания критиков. Из её произведений в печати остаются лишь «Фортуны войны», «Школа для любви», «Голуби Венеры», «Дождевой лес» и «Романтический герой». Некоторые из её романов, в особенности «Военное счастье», были переведены на французский, немецкий, финский, шведский, датский, испанский, греческий, румынский и иврит. Как и при жизни автора, мнения о её творчестве расходятся: одни утверждают, что её книги «страдают от самолюбования и недостатка самокритики», критикуя стереотипные и карикатурные изображения этнических и религиозных групп. Её сюжеты часто описывают как путешествия, одиссеи и поиски в прямом и переносном смысле, включая физические, культурные и исторические аспекты, которые получили широкое признание, а также отмечают неспособность Мэннинг «скрыть свою неприязнь ко всему румынскому». Отрывки из романов были перепечатаны в сборниках военной прозы, написанной женщинами. Теодор Штайнберг считает, что «Фортуны войны» следует рассматривать как эпический роман, отмечая его широкий охват и большое количество интересных персонажей, действие которого разворачивается в переломный момент истории. Как и другие эпические произведения, эти книги исследуют взаимосвязанные личные и национальные темы. В них часто упоминается падение Трои, в том числе постановка Гаем Принглом «Троил и Крессида» Шекспира, где британские эмигранты играют самих себя, а Румыния и Европа выступают в роли обреченной Трои. По мнению Штайнберга, эти книги также бросают вызов традиционным мужским жанровым конвенциям эпического романа, показывая войну преимущественно глазами женского персонажа, «который часто сопоставляет свои впечатления с восприятием окружающих её мужчин». В отличие от него, Адам Пиетт рассматривает этот романный цикл как неудачную попытку создания эпоса, как продукт стремления эпохи холодной войны подавить перемены, что проявляется в «самоуничижительном упорном сосредоточении Гарриет на их браке», без осмысления радикальности войны и судьбы её жертв, представленных Гаем и его политической деятельностью.

Другие работы

Другие работы Мэннинга в основном рассматриваются как предвестники ее двух трилогий. Две книги, действие которых происходит в Иерусалиме – «Художник среди пропавших» (1949) и «Школа любви» (1951), ставшие ее первым коммерческим и критическим успехом, также представляют собой первые попытки осмысления тем войны, колониализма и британского империализма. Ее книга «Замечательная экспедиция» (1947) об Эмине Паше и Генри Стэнли получила в целом положительные отзывы. Ее путевые заметки об Ирландии, «Сновидческий берег» (1950), вызвали неоднозначную реакцию, даже у ее старого друга Луиса Макнейса, однако отрывки из этой и других ирландских работ Мэннинг впоследствии получили признание и были включены в антологии. Книга Мэннинг «Необыкновенные кошки» (1967) оказалась посвящена главным образом ее любимым домашним питомцам, а Стиви Смит в рецензии в Sunday Times посетовала, что книга «более взволнована, чем оригинальна». Она также опубликовала два сборника рассказов – получивший хорошие отзывы «Взросление» (1946) и «Романтический герой и другие рассказы» (1967); последний включал восемь рассказов из более раннего сборника и пронизан ощущением смертности.

Война

В отличие от других женских военных романов того периода, произведения Мэннинг не повествуют о жизни в тылу. Вместо этого, ее ирландская и посвященные Второй мировой войне проза наблюдают за участниками боевых действий и гражданскими лицами на передовой и в тылу. По мнению Мэннинг, войны – это борьба за место и влияние, и «с помощью широкого спектра образов и иллюзий Мэннинг напоминает нам, что войны за территорию были постоянным явлением». Ее книги не прославляют британский героизм и не идеализируют невинность гражданского населения, подчеркивая, что причины и опасности войны коренятся как вовне, так и внутри, при этом самые серьезные угрозы исходят от самих британцев. Военные далеки от героических, а официальная реакция британских властей представлена как фарс. В цикле «Fortunes of War» конфликт рассматривается преимущественно глазами гражданской женщины, наблюдательницы, хотя в более поздних книгах появляется взгляд солдата Саймона Боулдерстоуна на сражения. Однако последующие исследователи описывают ее изображение битвы как яркое, пронзительное и убедительное. Ее книги служат обвинением войны и ее ужасов; Уильям Герхарди в 1954 году, говоря о романе «Художник среди пропавших без вести», отметил, что «это война, увиденная сквозь настолько узкий объектив, что линза обжигает и почти поджигает бумагу».

Колониализм и империализм

Главная тема произведений Мэннинг – упадок Британской империи. «Британский империализм предстает коррумпированной и обслуживающей собственные интересы системой, которая не только заслуживает быть разрушенной, но и фактически находится на пороге краха», – пишет Штейнберг. Британские персонажи в романах Мэннинг почти повсеместно принимают легитимность британского превосходства и империализма и испытывают внутренний конфликт, осознавая себя угнетателями, нежеланными в странах, где их воспитывали верить в радушный прием колониального влияния. В этом контексте персонаж Гарриет, оказавшаяся на обочине как изгнанница и женщина, одновременно является и угнетателем, и угнетенной, в то время как такие персонажи, как Гай, принц Якимов и Софи, стремятся проявлять различные формы власти и авторитета над другими, отражая в миниатюре национальные конфликты и империализм Британской империи. Филис Ласснер, много писавшая о творчестве Мэннинг с колониальной и постколониальной точек зрения, отмечает, что даже симпатичные персонажи не избегают ответственности за соучастие в колонизации; реакция Принглов подчеркивает «сложные отношения между их собственным статусом колониальных изгнанников и положением колонизированных», а коренные египтяне, хотя и лишены значительного голоса в «Левантийской трилогии», тем не менее, заявляют о субъективности своей страны. В романе «Художник среди пропавших без вести» (1949) Мэннинг иллюстрирует расовую напряженность, возникающую при смешении империализма и мультикультурализма, и, как и в других ее военных романах, оценивает политическую дилемму, в которой британцы стремятся победить расистский нацизм, одновременно поддерживая британскую колониальную эксплуатацию. «Школа любви» (1951) – это история о пути разочарования сироты в городе, где живут арабы, евреи и репрессивное колониальное присутствие, представленное в романе холодным, самодовольным и антисемитским персонажем мисс Боун. Мэннинг исследует эти темы не только в своих ключевых романах, действие которых происходит в Европе и на Ближнем Востоке, но и в своих ирландских произведениях, «Изменение ветра» (1937) и восьми рассказах, написанных преимущественно в начале ее карьеры. Этот кризис идентичности может отражать собственный кризис Мэннинг, дочери ирландской матери и британского морского офицера. Ив Паттен отмечает «всепроникающее ощущение промежуточности» и повторяющийся образ беженца в творчестве Мэннинг. Ранний литературный интерес к перемещению был усилен собственным ужасающим и дезориентирующим опытом Мэннинг как беженца во время войны. Ее творчество отражает глубокую обеспокоенность положением большинства беженцев, которых изображают как «униженных и деморализованных изгоев», бросая вызов самодовольным западным представлениям о стабильности и национальности. Мэннинг поддерживала права женщин, особенно равные гонорары за литературный труд, но не испытывала симпатии к женскому движению, написав: «Они так выставляют себя напоказ. Ни одну из них нельзя назвать красавицей. У большинства лица как каша». В книгах Мэннинг слово «женственный» используется в уничижительном смысле и часто ассоциируется с женской самонадеянностью, глупостью, притворством и коварством, и в начале своей карьеры она скрывала свой пол, используя псевдоним и инициалы. Мэннинг находила легче создавать мужских персонажей, в то время как Треглон предположила, что это отражает непрекращающуюся скорбь Мэннинг по ее мертворожденному ребенку.