Введение

Бывшая тюрьма и нацистский концентрационный лагерь в Варшаве, Польша.

Gęsiówka – это разговорное польское название тюрьмы, которая когда-то существовала на улице Gęsia («Гусиная») в Варшаве, Польша, и которая во время немецкой оккупации во Второй мировой войне стала нацистским концентрационным лагерем. В 1945–1956 годах Gęsiówka использовалась как тюрьма и трудовой лагерь, управляемый сначала советским НКВД для заключения польских бойцов сопротивления из Армии Крайовой и других противников нового сталинского режима в Польше, а затем польской коммунистической тайной полицией.

История

До Второй мировой войны Гесьовка была военной тюрьмой польской армии на улице Гесьей (ныне улица Аниелевича), недалеко от пересечения с улицей Окоповой и Еврейского кладбища на улице Окоповой. С 1939 года, с началом немецкой оккупации Польши, она стала лагерем перевоспитания немецкой службы безопасности (Arbeitserziehungslager der Sicherheitspolizei Warschau). В 1943 году тюрьма была преобразована в концентрационный лагерь, в основном для еврейских заключенных из стран, отличных от Польши, особенно из Греции и Венгрии. За время своего существования лагерь, известный как Варшавский концентрационный лагерь, содержал, по оценкам, от 8000 до 9000 заключенных, которые использовались на принудительных работах. По оценкам, от 4000 до 5000 заключенных погибли в лагере, во время маршей смерти из лагеря, во время Варшавского восстания и в период, когда они скрывались после восстания. На месте бывшей тюрьмы Гесьовка сейчас располагается Музей истории польских евреев POLIN.

Освобождение во время Варшавского восстания

5 августа 1944 года, в начале Варшавского восстания, разведывательный батальон "Зоська" группы "Радослав" под командованием Ришарда Бялоуса и Евгения Стасецкого атаковал лагерь Гесювка, который немцы ликвидировали. "Магда", один из двух танков "Пантера", захваченных польскими повстанцами 2 августа и переданный в новосформированный танковый взвод "Зоськи" под командованием Вацлава Микуты, поддержал атаку огнем из главного орудия. В ходе полуторачасового боя большинство охранников СД были убиты или взяты в плен, хотя некоторые бежали в сторону тюрьмы Павяк. В атаке погибли лишь два польских бойца. Были спасены от неминуемой гибели 348 трудоспособных еврейских заключенных, которых немцы оставили для принудительных работ после ликвидации Варшавского гетто в 1943 году и после эвакуации большей части заключенных лагеря Гесювка в июле 1944 года. Многие из спасенных евреев вступили в ряды повстанцев, и большинство из них погибли в последующие девять недель боев, как и большинство их освободителей (батальон "Зоська" потерял 70% своего состава в Восстании).

После Второй мировой войны

В январе 1945 года Гесьовка была использована советским НКВД для заключения польских бойцов сопротивления из Армии Крайовой и других противников нового сталинского режима Польши, содержавшихся там в чудовищных условиях. Польская коммунистическая секретная полиция взяла на себя управление лагерем позднее в том же году и продолжала использовать его как тюрьму и трудовой лагерь для уголовных и политических заключенных, включая так называемых "классовых врагов", вплоть до 1956 года.

Мемориал освобождения Гесьовки

Гессиовка была снесена в 1960-х годах. Единственным видимым свидетельством её прежнего существования является мемориальная доска на стене дома 34 по улице Аниелевичской, посвященная освобождению лагеря в 1944 году. Мемориал был открыт во время празднования пятидесятой годовщины Варшавского восстания в 1994 году. Вацлав Микута, командир броневого взвода батальона «Зоська», произнес на церемонии следующие слова:

27 июля немцы решили эвакуировать лагерь Гессиовка в Дахау. Более 400 заключенных, не способных идти в марше, были расстреляны. Колонна примерно из 4000 евреев была угнана, но исчезла без вести. И вот батальон «Зоська» стоял перед этим лагерем. Они вспомнили скаутский устав, который гласит, что скаут – друг каждого человека и брат каждого скаута. Мы все хотели атаковать немедленно, и поскольку мы захватили несколько танков, ситуация была лучше, чем в предыдущие дни. Поэтому четверо из нас вернулись к «Радославу» [Яну Мазуркевичу, командиру повстанческих сил в варшавском районе Воля], чтобы попросить разрешения. Радослав был осторожным человеком и считал, что атаковать укрепленные позиции в лоб не следует. Но он согласился при условии, что ударная группа будет немногочисленной и состоять исключительно из добровольцев. Мы застали их врасплох. Наш танк показал себя отлично, потому что у немцев [в лагере] не было противотанкового оружия. После того, как главные ворота были разрушены, взвод Фелека вошел внутрь.

На мемориале сделаны надписи на польском, иврите и английском языках.