Введение
Польский австрийский историк искусства Йозеф Рудольф Томас Стрзиговский (7 марта 1862 – 2 января 1941) – польский австрийский историк искусства, известный своими теориями о влиянии искусства Ближнего Востока на европейское искусство, например, влиянием раннехристианской армянской архитектуры на раннесредневековую архитектуру Европы, которые он изложил в своей книге «Die Baukunst der Armenier und Europa». Он считается представителем Венской школы истории искусства.
Josef Rudolph Thomas Strzygowski (March 7, 1862 – January 2, 1941) was a Polish Austrian art historian known for his theories promoting influences from the art of the Near East on European art, for example that of Early Christian Armenian architecture on the early Medieval architecture of Europe, outlined in his book, Die Baukunst der Armenier und Europa. He is considered a member of the Vienna School of Art History.
Жизнь
Стражиговский родился в Бяле, Королевстве Галиции и Лодомерии (ныне часть Польши). Его мать, Эдль Трасс фон Фридельфельдт, происходила из незнатной дворянской семьи, а его отец был производителем тканей. Изначально Стражиговский намеревался заниматься тем же ремеслом, начав учебу на ткацкой фабрике в 1880 году, однако в 1882 году он оставил эту карьеру и поступил в Венский университет. Вскоре он перевёлся в Мюнхенский университет, где изучал историю искусств и завершил диссертацию по иконографии Крещения Христа, опубликованную в 1885 году под названием Iconographie der Taufe Christi.
For the next three years Strzygowski lived in Rome, where he completed a study of Cimabue und Rom (1887) (Cimabue and Rome), which emphasized the Byzantine sources of the Italian painter's work. Late in life he stated that this work led to the question which would define all of his subsequent scholarship: "What is Rome, what, in reality, is Italian and European art?" Following his Roman sojourn, Strzygowski travelled to Thessaloniki, Mount Athos, Saint Petersburg, and Moscow, thus developing a greater acquaintance with Byzantine and Russian art. In 1892 he was appointed to the faculty of the University of Graz, but in 1894 and 1895, he lived in Cairo, where he studied the early Byzantine and Islamic art of Egypt, and compiled a catalogue of the Coptic art in the Cairo Museum. Upon his return he entered a period of intense scholarly activity, publishing numerous articles on Byzantine and Islamic art, fields in which he considered himself to be the pioneer. Photographs attributed to Strzygowski are held in the Conway Library at The Courtauld Institute of Art, London whose archive, of primarily architectural images is in the process of being digitised under the wider Courtauld Connects project. It was in the midst of this activity that Strzygowski published his first polemical work, Orient oder Rom: Beiträge zur Geschichte der spätantiken und frühchristlichen Kunst (1901) (The Orient or Rome: contributions to the history of late antique and early Christian art). Drawing on such diverse materials as Palmyrene art and sculpture, Anatolian sarcophagi, late antique ivories from Egypt, and Coptic textiles, Strzygowski argued, in overtly racial and often racist terms, that style change in late antiquity was the product of an overwhelming "Oriental" or "Semitic" influence. In one modern characterization of both the argument and its rhetorical tone, "Strzygowski [presented] Hellas as a beautiful maiden who sold herself to an 'Old Semite' to be kept as the jewel of his harem." Orient oder Rom was explicitly framed as an attack on Die Wiener Genesis (1895), by the Viennese art historian Franz Wickhoff, which had posited a Roman origin for the late antique style, a thesis that was pursued further by Alois Riegl in his Spätrömische Kunstindustrie, which also appeared in 1901. The ensuing controversy continued for decades and, if it resulted in no clear resolution, significantly raised the prominence of late antique art as an academic field of study. In the early 1900s Strzygowski was invited by Wilhelm von Bode to Germany to assist with the expansion of the Byzantine and other collections in Berlin museums. In 1909, however, upon Wickhoff's death, Strzygowski was appointed as his successor at the University of Vienna, partly as a result of the breadth of his research, and partly as a result of intricate academic politics and (possibly) the advocacy of Archduke Franz Ferdinand. His appointment resulted in an enduring schism among Viennese art historians, pitting Strzygowski against Max Dvořák and Julius von Schlosser, which was exacerbated when Strzygowski established his own research institute within the university (the Wiener Institut or Erstes kunsthistorisches Institut). In Vienna Strzygowski continued to publish on a variety of topics, focusing particularly on the arts of Byzantium and Islam, but also treating Armenian, Norse, and Slavic subjects, among others. He also gave frequent and well attended public lectures to audiences "consisting partly, but not solely, of radical pan German students and sycophants." Strzygowski's own radical pan Germanism had already become clear in his popular Die bildende Kunst der Gegenwart (1907) (The visual art of the future), in which he praised the painting of Arnold Böcklin and called for a new German artist hero to reject the heritage of classical antiquity and the Renaissance. It would not be possible to summarise all of the theses advanced by Strzygowski in the course of his career. Brief mention may be made of his controversy with Ernst Herzfeld over the origins of the Mshatta facade, in which Herzfeld's position was eventually proven to be correct; and his two volume Die Baukunst der Armenier und Europa (1918) (The architecture of the Armenians and Europe), in which he claimed to have traced the origins of Gothic architecture to Armenia. Strzygowski retired from the University of Vienna in 1933, but in 1934 founded the Gesellschaft für vergleichende Kunstforschung (Society for comparative art history) to serve as a platform for his theories. "In the final years, Strzygowski embraced the Nazi sentiments of racism and nationalism, although these appeared to be more the logical conclusion of his earlier theories than any attempt to court the political authorities." He died in 1941 in Vienna.
В течение следующих трёх лет Стражиговский жил в Риме, где завершил исследование «Cimabue und Rom» (1887) («Чимабуэ и Рим»), подчеркивающее византийские источники творчества итальянского художника. Позднее в жизни он утверждал, что эта работа привела к вопросу, который определил все его дальнейшие исследования: «Что такое Рим, что на самом деле представляет собой итальянское и европейское искусство?». После пребывания в Риме Стражиговский посетил Салоники, Афон, Санкт-Петербург и Москву, что позволило ему лучше познакомиться с византийским и русским искусством. В 1892 году он был назначен на факультет Университета Граца, но в 1894 и 1895 годах жил в Каире, где изучал ранневизантийское и исламское искусство Египта и составил каталог коптского искусства Каирского музея. По возвращении он вступил в период интенсивной научной деятельности, опубликовав множество статей по византийскому и исламскому искусству, в которых считал себя пионером. Фотографии, приписываемые Стражиговскому, хранятся в библиотеке Конвея Института искусств Куртаулда в Лондоне, архив которого, состоящий в основном из изображений архитектуры, находится в процессе оцифровки в рамках более масштабного проекта Courtauld Connects. Именно в этот период Стражиговский опубликовал свою первую полемическую работу «Orient oder Rom: Beiträge zur Geschichte der spätantiken und frühchristlichen Kunst» (1901) («Восток или Рим: вклад в историю поздней античности и раннего христианского искусства»). Опираясь на столь разнообразные материалы, как искусство и скульптура Пальмиры, анатолийские саркофаги, позднеантичные резные изделия из слоновой кости из Египта и коптские ткани, Стражиговский утверждал, что изменение стиля в поздней античности было результатом подавляющего «восточного» или «семитского» влияния. В одной современной характеристике аргумента и его риторики говорится, что «Стражиговский представил Элладу как прекрасную девушку, продавшую себя «старому семиту», чтобы стать жемчужиной его гарема». «Orient oder Rom» был явно представлен как атака на работу «Die Wiener Genesis» (1895) венского историка искусств Франца Викхоффа, который предположил римское происхождение стиля поздней античности, тезис, который был развит Алоисом Риглем в его «Spätrömische Kunstindustrie», опубликованной также в 1901 году. Последовавшие споры продолжались десятилетиями и, хотя не привели к однозначному разрешению, значительно повысили значимость искусства поздней античности как академической дисциплины. В начале 1900-х годов Стражиговский был приглашен Вильгельмом фон Боде в Германию, чтобы помочь в расширении византийских и других коллекций в берлинских музеях. Однако в 1909 году, после смерти Викхоффа, Стражиговский был назначен его преемником в Венском университете, отчасти благодаря широте своих исследований, а отчасти в результате сложной академической политики и (возможно) поддержки эрцгерцога Франца Фердинанда. Его назначение привело к длительному расколу среди венских историков искусства, противопоставив Стражиговского Максу Дворжаку и Юлиусу фон Шлоссеру, который усугубился, когда Стражиговский основал свой собственный исследовательский институт в университете (Венский институт или Erstes kunsthistorisches Institut). В Вене Стражиговский продолжал публиковать работы на различные темы, уделяя особое внимание искусству Византии и ислама, но также рассматривая армянские, норвежские и славянские темы. Он также часто читал публичные лекции, которые пользовались большой популярностью у аудитории, «состоящей частично, но не исключительно, из радикальных пангерманских студентов и подхалимов». Радикальный пангерманизм Стражиговского уже проявился в его популярной работе «Die bildende Kunst der Gegenwart» (1907) («Изобразительное искусство современности»), в которой он высоко оценил живопись Арнольда Бёклина и призвал нового немецкого художника-героя отказаться от наследия классической древности и эпохи Возрождения. Невозможно обобщить все тезисы, выдвинутые Стражиговским в течение его карьеры. Можно лишь кратко упомянуть его спор с Эрнстом Герцфельдом об истоках фасада Мшатты, в котором позиция Герцфельда в конечном итоге была доказана; и его двухтомную работу «Die Baukunst der Armenier und Europa» (1918) («Архитектура армян и Европы»), в которой он утверждал, что проследил истоки готической архитектуры до Армении. Стражиговский вышел на пенсию из Венского университета в 1933 году, но в 1934 году основал Gesellschaft für vergleichende Kunstforschung (Общество сравнительных исследований в области искусства), чтобы служить платформой для своих теорий. «В последние годы Стражиговский воспринял нацистские настроения расизма и национализма, хотя они, по-видимому, были скорее логическим следствием его ранних теорий, чем попыткой завоевать расположение политических властей». Он умер в 1941 году в Вене.
For the next three years Strzygowski lived in Rome, where he completed a study of Cimabue und Rom (1887) (Cimabue and Rome), which emphasized the Byzantine sources of the Italian painter's work. Late in life he stated that this work led to the question which would define all of his subsequent scholarship: "What is Rome, what, in reality, is Italian and European art?" Following his Roman sojourn, Strzygowski travelled to Thessaloniki, Mount Athos, Saint Petersburg, and Moscow, thus developing a greater acquaintance with Byzantine and Russian art. In 1892 he was appointed to the faculty of the University of Graz, but in 1894 and 1895, he lived in Cairo, where he studied the early Byzantine and Islamic art of Egypt, and compiled a catalogue of the Coptic art in the Cairo Museum. Upon his return he entered a period of intense scholarly activity, publishing numerous articles on Byzantine and Islamic art, fields in which he considered himself to be the pioneer. Photographs attributed to Strzygowski are held in the Conway Library at The Courtauld Institute of Art, London whose archive, of primarily architectural images is in the process of being digitised under the wider Courtauld Connects project. It was in the midst of this activity that Strzygowski published his first polemical work, Orient oder Rom: Beiträge zur Geschichte der spätantiken und frühchristlichen Kunst (1901) (The Orient or Rome: contributions to the history of late antique and early Christian art). Drawing on such diverse materials as Palmyrene art and sculpture, Anatolian sarcophagi, late antique ivories from Egypt, and Coptic textiles, Strzygowski argued, in overtly racial and often racist terms, that style change in late antiquity was the product of an overwhelming "Oriental" or "Semitic" influence. In one modern characterization of both the argument and its rhetorical tone, "Strzygowski [presented] Hellas as a beautiful maiden who sold herself to an 'Old Semite' to be kept as the jewel of his harem." Orient oder Rom was explicitly framed as an attack on Die Wiener Genesis (1895), by the Viennese art historian Franz Wickhoff, which had posited a Roman origin for the late antique style, a thesis that was pursued further by Alois Riegl in his Spätrömische Kunstindustrie, which also appeared in 1901. The ensuing controversy continued for decades and, if it resulted in no clear resolution, significantly raised the prominence of late antique art as an academic field of study. In the early 1900s Strzygowski was invited by Wilhelm von Bode to Germany to assist with the expansion of the Byzantine and other collections in Berlin museums. In 1909, however, upon Wickhoff's death, Strzygowski was appointed as his successor at the University of Vienna, partly as a result of the breadth of his research, and partly as a result of intricate academic politics and (possibly) the advocacy of Archduke Franz Ferdinand. His appointment resulted in an enduring schism among Viennese art historians, pitting Strzygowski against Max Dvořák and Julius von Schlosser, which was exacerbated when Strzygowski established his own research institute within the university (the Wiener Institut or Erstes kunsthistorisches Institut). In Vienna Strzygowski continued to publish on a variety of topics, focusing particularly on the arts of Byzantium and Islam, but also treating Armenian, Norse, and Slavic subjects, among others. He also gave frequent and well attended public lectures to audiences "consisting partly, but not solely, of radical pan German students and sycophants." Strzygowski's own radical pan Germanism had already become clear in his popular Die bildende Kunst der Gegenwart (1907) (The visual art of the future), in which he praised the painting of Arnold Böcklin and called for a new German artist hero to reject the heritage of classical antiquity and the Renaissance. It would not be possible to summarise all of the theses advanced by Strzygowski in the course of his career. Brief mention may be made of his controversy with Ernst Herzfeld over the origins of the Mshatta facade, in which Herzfeld's position was eventually proven to be correct; and his two volume Die Baukunst der Armenier und Europa (1918) (The architecture of the Armenians and Europe), in which he claimed to have traced the origins of Gothic architecture to Armenia. Strzygowski retired from the University of Vienna in 1933, but in 1934 founded the Gesellschaft für vergleichende Kunstforschung (Society for comparative art history) to serve as a platform for his theories. "In the final years, Strzygowski embraced the Nazi sentiments of racism and nationalism, although these appeared to be more the logical conclusion of his earlier theories than any attempt to court the political authorities." He died in 1941 in Vienna.
Наследие
В целом, работы Стржиговского отличались опорой на формальные сопоставления в ущерб историческому контексту и повсеместным превознесением народов "Севера" и "Востока", сопровождавшимся пренебрежением к "средиземноморской" культуре. Хотя непоследовательная методология Стржиговского во многом подорвала его собственные научные труды, широта его географических интересов способствовала утверждению исламского искусства (что, к слову, Эрнст Гомбрих опровергал в своих беседах с Дидье Эрибоном) и еврейского искусства как самостоятельных областей изучения. Ряд его учеников (в первую очередь Отто Демус, Фриц Новотный и Эрнст Диез) успешно развивали эти направления, не разделяя идеологию своего наставника.
Работы
Клеинаязия, новая область в истории искусства (с участием Джона Винтера Крауфута и И. И. Смирнова), Лейпциг 1903