Еврейские финансисты при европейских дворах: от придворных иудеев до банковских династий.

Введение

Еврейский банкир, занимавшийся финансами или предоставлявший ссуды европейским монархам и знати.

В ранней Новой Европе, особенно в Германии, придворный еврей (Hofjude) или придворный фактор (Hoffaktor) был еврейским банкиром, который управлял финансами или давал в долг деньги монархам и знати. В обмен на свои услуги придворные евреи получали социальные привилегии, включая, в некоторых случаях, получение дворянского статуса. Примеры того, что впоследствии стали называть придворными евреями, появились в Высокое Средневековье, когда монархи, знать и церковь брали деньги в долг у менял или нанимали их в качестве финансистов. Среди наиболее известных были Аарон Линкольна и Вивелин Страсбургский. Еврейские финансисты могли использовать свои семейные связи для обеспечения своих покровителей финансами, продовольствием, оружием, боеприпасами, золотом и другими драгоценными металлами. Укрепление абсолютных монархий в Центральной Европе привело к тому, что многие евреи, преимущественно ашкеназского происхождения, заняли должность переговорщиков по займам при различных дворах. Они могли накапливать личные состояния и приобретать политическое и социальное влияние. Однако придворный еврей поддерживал социальные связи и оказывал влияние в христианском мире главным образом через христианскую знать и церковь. Из-за шаткого положения евреев, некоторые дворяне могли игнорировать свои долги. В случае смерти покровительствующего дворянина, еврейского финансиста могла ожидать ссылка или казнь. Наиболее известный случай произошел в Вюртемберге в 1737–1738 годах, когда после смерти своего покровителя Карла Александра, Иосифа Сюсса Оппенгеймера судили и казнили. Стремясь избежать подобной участи, некоторые придворные банкиры в конце XVIII века — включая Самуэля Блейхродера, Майера Амшеля Ротшильда и Арона Элиаса Селигмана — успешно отделили свой бизнес от этих дворов и основали то, что в конечном итоге превратилось в полноценные банки.

Предыстория

Некоторые евреи, которым было запрещено заниматься почти любой другой профессией, в Средние века заняли экономическую нишу в качестве ростовщиков. Хотя Церковь повсеместно осуждала ростовщичество, каноническое право применялось только к христианам, что означало, что евреям разрешалось давать деньги в долг под проценты. В конечном итоге значительная часть еврейской общины занялась финансовой деятельностью, и община стала финансово весьма успешной частью средневековой экономики. Религиозные ограничения на ростовщичество непреднамеренно создали источник монопольной ренты, что привело к тому, что прибыль, связанная с ростовщичеством, была выше, чем могла бы быть в иных условиях. По большинству показателей уровень жизни еврейской общины в ранний период Средневековья был по крайней мере равен уровню жизни низшего дворянства. Однако, несмотря на это экономическое процветание, община не была в безопасности: религиозная враждебность проявлялась в форме погромов и изгнаний, кульминацией которых стали неоднократные изгнания всех евреев из различных частей Западной Европы в позднем Средневековье. Хотя явление "дворцовых евреев" возникло только в начале XVII века, существуют более ранние примеры еврейских ростовщиков, накопивших достаточно капитала для финансирования дворянства. Среди них был Иоске из Глостера, финансировавший завоевание Ирландии Ричардом де Клером, 2-м графом Пемброком, в 1170 году, и Аарон из Линкольна, "вероятно, самый богатый человек в Англии", оставивший состояние примерно в 100 000 фунтов стерлингов. К XVI веку еврейские финансисты все больше связывались с правителями и дворами. Иозеф Гольдшмидт из Франкфурта (ум. 1572), также известный как "Юд Иозеф цу́м Гольденен Шван", стал самым важным еврейским предпринимателем своей эпохи, торговавшим не только с Фуггерами и Имхофами, но и с дворянством и церковью. В начале XVII века Габсбурги использовали услуги Якоба Бассеви из Праги, Иосифа Пинчерле из Гориции и Моисея и Якоба Марбургеров из Градиски. На заре меркантилизма, в то время как большинство сефардских евреев были в основном активны на западе в морской и колониальной торговле, евреи-ашкеназы на службе императора и князей тяготели к внутренней торговле. Они в основном были состоятельными предпринимателями, отличавшимися от своих единоверцев своим деловым чутьем и адаптивностью. Дворцовые евреи часто вступали в конфликты с придворными соперниками и единоверцами. Как агенты правителей, а во время войны – как поставщики и казначеи государства, дворцовые евреи пользовались особыми привилегиями. Они находились под юрисдикцией маршала двора и не были обязаны носить отличительный знак евреев. Им разрешалось оставаться там, где находился императорский двор, и жить в любой точке Священной Римской империи, даже в местах, где другим евреям не разрешалось проживать. В любом месте поселения они могли покупать дома, забивать мясо по еврейскому ритуалу и содержать раввина. Они могли продавать свои товары оптом и в розницу и не облагались налогами выше, чем христиане. Иногда евреям поручали роль местных сборщиков налогов.

Prohibited from nearly every other trade, some Jews began to occupy an economic niche as moneylenders in the Middle Ages. While the Church condemned usury universally, canon law applied only to Christians, meaning that Jews were allowed to lend money at interest. Eventually, a sizable sector of the Jewish community were engaged in financial occupations, and the community was a financially highly successful part of the medieval economy. The religious restrictions on moneylending had inadvertently created a source of monopoly rents, causing profits associated with moneylending to be higher than they otherwise would have been. By most parameters, the standard of living of the Jewish community in Early Medieval period was at least equal to that of the lower nobility. However, despite this economic prosperity, the community was not safe: religious hostility manifested itself in the form of massacres and expulsions, culminating in the repetitive expulsion of all Jews from various parts of Western Europe in the late medieval period. Although the phenomenon of "Court Jewry" did not occur until the early 17th century, there are some earlier examples of Jewish moneylenders who accumulated enough capital to finance the nobility. Among them was Josce of Gloucester, who financed Richard de Clare, 2nd Earl of Pembroke's conquest of Ireland in 1170; and Aaron of Lincoln, "probably the wealthiest person in England," who left an estate of about £100,000. By the 16th century, Jewish financiers had become increasingly connected to rulers and courts. lt=Josef Goldschmidt of Frankfurt (d. 1572), also known as "Jud Joseph zum Goldenen Schwan", became the most important Jewish businessman of his era, trading not only with the Fuggers and Imhoffs, but also with the nobility and the Church. In the early 17th century the Habsburgs employed the services of Jacob Bassevi of Prague, Joseph Pincherle of Gorizia, and Moses and Jacob Marburger of Gradisca. At the dawn of mercantilism, while most Sephardi Jews were primarily active in the west in maritime and colonial trade, the Ashkenazi Jews in the service of the emperor and princes tended toward domestic trade. They were mostly wealthy businessmen, distinguished above their co religionists by their commercial instincts and their adaptability. Court Jews frequently came into conflict with court rivals and co religionists. The court Jews, as the agents of the rulers, and in times of war as the purveyors and the treasurers of the state, enjoyed special privileges. They were under the jurisdiction of the court marshal, and were not compelled to wear the Jews' badge. They were permitted to stay wherever the Emperor held his court, and to live anywhere in the Holy Roman Empire, even in places where no other Jews were allowed. Wherever they settled they could buy houses, slaughter meat according to the Jewish ritual, and maintain a rabbi. They could sell their goods wholesale and retail, and could not be taxed or assessed higher than the Christians. Jews were sometimes assigned the role of local tax collectors.

В австрийском суде

Императоры Священной Римской империи из дома Габсбургов содержали значительное число придворных евреев. Среди тех, кто служил при императоре Фердинанде II, упоминаются следующие: Соломон и Бер Майер, которые поставляли ткани для четырех эскадронов кавалерии на свадьбе императора и Элеоноры Мантуанской; Иосиф Пинчерле из Гёрца; Моисей и Иосиф Марбургер (Морпурго) из Градиски; Вентура Париенте из Триеста; врач Илья Халфон из Вены; Самуэль цу Драхен, Самуэль цу Штраусс и Самуэль цу Вайссен Драхен из Франкфурта-на-Майне; и Мордехай Мейзель из Праги. Особой милостью императора пользовался Якоб Басеви, первый еврей, удостоенный дворянства с титулом "фон Трюэнберг". Важными придворными евреями были также Самуэль Оппенгеймер, переехавший из Гейдельберга в Вену, и Самсон Вертхаймер (Вертхаймер) из Вормса. Оппенгеймер, назначенный главным придворным фактором, вместе со своими двумя сыновьями Эммануэлем и Вольфом, и Вертхаймер, первоначально сотрудничавший с ним, посвятили свои время и способности службе Австрии и дому Габсбургов: во время Рейнских, Французских, Турецких и Испанских войн они выдавали миллионы флоринов на продовольствие, вооружение и т.п. Вертхаймер, по крайней мере по титулу, также был главным придворным фактором для курфюрстов Майнца, Пфальцского электората и Трира, и получил от императора почетную цепь с его миниатюрой. Сыну Самсона Вертхаймера, Вольфу, было передано звание придворного фактора после его отца. Современником Вольфа был Леффманн Бехрендс из Ганновера, придворный фактор и агент курфюрста Эрнста Августа и герцога Рудольфа Августа Брауншвейгского. Он поддерживал отношения и с другими правителями и высокопоставленными лицами. Два сына Бехрендса, Мордехай Гумпель и Исаак, получили такие же титулы, как и их отец – главные придворные факторы и агенты. Тесть Исаака Коэна, Бехренд Леман, также известный как Барманн Халберштадт, был придворным фактором Саксонии с титулом "Резидент", а его сын Леман Бехренд был приглашен в Дрезден в качестве придворного фактора королем Августом Сильным. Моисей Бонавентура из Праги также служил придворным евреем Саксонии в 1679 году.

The Holy Roman Emperors from the House of Habsburg kept a considerable number of court Jews. Among those of Emperor Ferdinand II are mentioned the following: Solomon and Ber Mayer, who furnished cloth for four squadrons of cavalry for the wedding of the Emperor and Eleonora of Mantua; Joseph Pincherle of Görz; Moses and Joseph Marburger (Morpurgo) of Gradisca; Ventura Pariente of Trieste; the physician Elijah Chalfon of Vienna; Samuel zum Drachen, Samuel zum Straussen, and Samuel zum Weissen Drachen of Frankfurt am Main; and Mordecai Meisel of Prague. A specially favored court Jew was Jacob Bassevi, the first Jew to be ennobled, with the title "von Treuenberg". Important as court Jews were also Samuel Oppenheimer, who went from Heidelberg to Vienna, and Samson Wertheimer (Wertheimher) from Worms. Oppenheimer, who was appointed chief court factor, together with his two sons Emanuel and Wolf, and Wertheimer, who was at first associated with him, devoted their time and talents to the service of Austria and the House of Habsburg: during the Rhenish, French, Turkish, and Spanish wars they loaned millions of florins for provisions, munitions, etc. Wertheimer, who, by title at least, was also chief court factor to the electors of Mainz, the Electorate of the Palatinate, and Treves, received from the emperor a chain of honor with his miniature. Samson Wertheimer was succeeded as court factor by his son Wolf. Contemporaneous with him was Leffmann Behrends, of Hanover, court factor and agent of the elector Ernest Augustus and of the duke Rudolf August of Brunswick. He also had relationships with several other rulers and high dignitaries. Behrends' two sons, Mordecai Gumpel and Isaac, received the same titles as he, chief court factors and agents. Isaac Cohen's father in law, Behrend Lehman, called also Bärmann Halberstadt, was a court factor of Saxony, with the title of "Resident"; and his son Lehman Behrend was called to Dresden as court factor by King Augustus the Strong. Moses Bonaventura of Prague was also court Jew of Saxony in 1679.

Интриги придворных евреев

Семья Модель состояла из придворных евреев маркграфов Ансбаха примерно в середине XVII века. Особенно влиятельным был Маркс Модель, владевший крупнейшим бизнесом во всем княжестве и широко снабжавший двор и армию. Он попал в опалу из-за интриг придворного еврея Элкана Френкеля, члена семьи, изгнанной из Вены. Френкель, осмотрительный, энергичный и гордый человек, пользовался таким доверием маркграфа, что его совета искали в важнейших государственных делах. Однако, по доносу некоего Исайи Френкеля, стремившегося к крещению, против Элкана Френкеля было выдвинуто обвинение; последний был выставлен на позорном столбе, подвергнут бичеванию и 2 ноября 1712 года отправлен в Вюрцбург на пожизненное заключение. Он умер там в 1720 году. Вместе с Элканом Френкелем придворными евреями были Давид Рост, Габриэль Френкель и, в 1730 году, Исаак Натан (Ишерлейн); Ишерлейн, в результате интриг Френкелей, постигла та же участь, что и Элкана Френкеля. Тем не менее, зять Натана, Дессауэр, стал придворным евреем. Среди других придворных евреев принцев Ансбаха были Майкл Симон и Лёв Израиль (1743), Мейер Берлин и Амсон Соломон Селигман (1763).

Великий Избиратель

Великий курфюрст Фридрих Вильгельм также содержал при дворе еврея Израиля Аарона (1670), который своим влиянием пытался препятствовать притоку иностранных евреев в Берлин. Другими придворными евреями Фридриха Вильгельма были Элиас Гумперц в Клеве (умер в 1672 году), Беренд Вульф (1675) и Соломон Фрэнкель (1678). Однако наибольшим влиянием обладал Йост Либман. Благодаря женитьбе на вдове вышеупомянутого Израиля Аарона, он занял его должность и пользовался большим уважением курфюрста. Он постоянно конфликтовал с придворным евреем наследного принца, Маркусом Магнусом. После его смерти его влиятельное положение перешло к его вдове, известной Либманнин, которая была так хорошо принята Фридрихом III (с 1701 года королем Фридрихом I Прусским), что могла являться к нему в кабинет без предварительного объявления.

Другие немецкие суды

Во всех мелких немецких дворах были придворные евреи; например, Захария Селигман (1694) на службе принца Гессен-Гомбургского и другие на службе герцогов Мекленбургских. Среди упоминаемых в конце семнадцатого века – Бендикс и Рубен Голдшмидт из Гамбурга, Михаэль Хинриксен из Глюкштадта в Мекленбурге, который вскоре объединился с Моисеем Израилем Фюрстом, и чей сын, Рубен Хинриксен, в 1750 году получал фиксированную зарплату в качестве придворного агента. Около этого времени придворный агент Вольф жил при дворе Фридриха III Мекленбург-Стрелицкого. Споры с придворными евреями часто приводили к затяжным судебным процессам. Последними настоящими придворными евреями были Израиль Якобсон, придворный агент Брауншвейга, и Вольф Брайденбах, фактор курфюрста Гессенского, оба из которых занимают почетное место в истории евреев.