Мануэль Нориэга: Ранние годы и карьера в Национальной гвардии Панамы.

Введение

Военный диктатор Панамы с 1983 по 1989 год. Нориега женился на Фелисидаде Сиейро в конце 1960-х годов, и у них родились три дочери: Лорена, Сандра и Тайс. До замужества Сиейро работала школьным учителем, а Нориега был членом Национальной гвардии. Сообщалось, что семья Сиейро, имеющая баскские корни, была недовольна этим браком. Нориега неоднократно был не верен своей жене, которая в определенный момент хотела развестись, но впоследствии передумала.

Карьера в Национальной гвардии

Норьега окончил Чоррильос в 1962 году со специализацией в области инженерии. Он вернулся в Панаму и поступил на службу в Национальную гвардию Панамы. В сентябре 1962 года был произведен в звание второго лейтенанта. Его непосредственным начальником в Колон был Омар Торрихос, в то время майор Национальной гвардии. Торрихос стал покровителем и наставником для Норьеги. В 1962 году Торрихос помог Норьеге избежать юридических проблем после того, как проститутка обвинила его в избиении и изнасиловании. Вскоре после этого, из-за пьянства и склонности к насилию, Норьегу на месяц заключили под домашний арест по распоряжению Торрихоса. Несмотря на проблемы Норьеги, Торрихос поддерживал с ним отношения, обеспечивая их совместное пребывание в одном подразделении; он также привел Диаса Эрреру в то же подразделение. Диас Эррера и Норьега стали одновременно друзьями и соперниками в борьбе за расположение Торрихоса. В 1964 году Норьегу перевели в провинцию Чирики, где дислоцировались Торрихос и Диас Эррера. В то время Арнульфо Ариас, уроженец этой провинции, готовился к участию в президентских выборах в Панаме в 1968 году. Ариас был членом Национальной революционной партии, представлявшей движение Панамениста. Действующий президент Роберто Киари принадлежал к Либеральной партии, которая приказала Торрихосу оказывать давление на членов партии Ариаса и ослабить его предвыборную кампанию. Торрихос поручил выполнение этой задачи Норьеге, чьи люди арестовали несколько человек. Некоторые заключенные утверждали, что подвергались пыткам, другие заявляли об изнасиловании в тюрьме. Жестокое обращение со сторонниками Ариаса вызвало общественное возмущение и привело к десятидневной отстранению Норьеги от службы, о чем стало известно американским спецслужбам. В 1966 году Норьега вновь оказался вовлечен в насильственный инцидент, предположительно изнасиловав 13-летнюю девочку и избив ее брата. После этого Торрихос перевел Норьегу на отдаленную должность. В 1966 году, будучи вторым лейтенантом, Норьега в течение нескольких месяцев проходил обучение в Школе Америки, расположенной на армейской базе Форт Гулик в зоне Панамского канала. Журналист Джон Дингес предположил, что Торрихос отправил Норьегу в школу, чтобы помочь ему "исправиться" и соответствовать ожиданиям Торрихоса. Несмотря на неуспеваемость, в 1966 году он был повышен в звание первого лейтенанта, и Торрихос нашел ему работу в качестве офицера разведки в "Северной зоне" Национальной гвардии. Вскоре после этого он вернулся в Школу Америки для прохождения дополнительного обучения, где посещал курсы по пехотным операциям, контрразведке, разведке и ведению боевых действий в джунглях. Он также прошел курс психологических операций в Форт-Брэгге (Северная Каролина). Работа Норьеги заключалась в проникновении и подрыве деятельности профсоюзов, созданных среди рабочих компании United Fruit Company, и он успешно справлялся с этой задачей. Его новый начальник, Борис Мартинес, был ярым антикоммунистом и установил строгую дисциплину в отношении Норьеги. Поступали сообщения о том, что он продолжал передавать разведывательную информацию США в этот период, касающуюся деятельности рабочих плантаций. В 1967 году администрация президента США Линдона Б. Джонсона пришла к выводу, что Норьега будет ценным активом, поскольку он являлся "восходящей звездой" в панамской армии. В феврале 1969 года люди Торрихоса захватили Мартинеса и выслали его в Майами, предоставив Торрихосу контроль над страной. В конце 1969 года Торрихос отправился в Мексику на отдых. В его отсутствие был предпринят переворот, в котором верность Норьеги позволила Торрихосу удержать власть, что значительно укрепило его авторитет. Официальные уголовные расследования начаты не были, и обвинительное заключение не было предъявлено: по словам Дингеса, это было связано с возможными дипломатическими последствиями. Центральное разведывательное управление (ЦРУ) внесло его в свой штат в 1971 году, когда он занимал должность главы панамской разведки; ранее он получал оплату от американских спецслужб на разовой основе. Регулярные выплаты были прекращены при администрации Картера, затем возобновлены и вновь прекращены при администрации Рональда Рейгана. ЦРУ ценило его как агента, поскольку он был готов предоставлять информацию о кубинском правительстве, а позднее – о правительстве сандинистов в Никарагуа. ЦРУ не сообщало об этом инциденте ни в Агентство национальной безопасности, ни в Министерство юстиции США. Дингес заявил, что не смог найти никого, кто мог бы подтвердить устойчивые слухи о том, что он получал от ЦРУ годовое пособие в размере 200 000 долларов. До и во время суда над Норьегой его главный адвокат Фрэнк А. Рубино утверждал, что Норьега получил от ЦРУ 11 миллионов долларов. В январе 1991 года федеральные прокуроры представили финансовый отчет, в котором указывалось, что Норьега получил в общей сложности 322 000 долларов от Армии США и ЦРУ за 31 год, с 1955 по 1986 год. Херш сообщил, что неназванные американские официальные лица заявили, что Норьега накопил личное состояние в европейских банках в результате своей незаконной деятельности, а также владел двумя домами в Панаме и одним во Франции.

Noriega graduated from Chorrillos in 1962 with a specialization in engineering. He returned to Panama and joined the Panama National Guard. Posted to Colón, he was commissioned as a second lieutenant in September 1962. His commanding officer in Colón was Omar Torrijos, then a major in the National Guard. Torrijos became a patron and mentor to Noriega. In a 1962 incident Torrijos helped Noriega avoid legal trouble after a prostitute accused Noriega of beating and raping her. Soon after, Noriega's drinking and violence obliged Torrijos to confine him to his quarters for a month. Despite Noriega's problems, Torrijos maintained their relationship, ensuring they were always in the same command; he also brought Díaz Herrera into the same unit. Díaz Herrera and Noriega became both friends and rivals for Torrijos's favor. In 1964 Noriega had been posted to the province of Chiriquí, where Torrijos and Díaz Herrera were stationed. At the time, Arnulfo Arias, a native of that province, was preparing to contest the 1968 Panamanian Presidential election. Arias was a member of the National Revolutionary Party that represented the Panameñista movement. The sitting president, Roberto Chiari, belonged to the Liberal Party, which ordered Torrijos to harass Arias's party members and weaken his election bid. Torrijos passed this task on to Noriega, whose men arrested a number of people. Several prisoners said that they had been tortured; others stated they had been raped in prison. The mistreatment of Arias's supporters sparked public outrage, and led to Noriega being suspended for ten days, an item of information that was picked up by the U. S. intelligence services. In 1966, Noriega was again involved in a violent incident, allegedly raping a 13 year old girl and beating her brother. After this, Torrijos transferred Noriega to a remote posting. As a second lieutenant in 1966, Noriega spent many months taking courses at the School of the Americas. The school was located at the United States Army's Fort Gulick in the Panama Canal Zone. Journalist John Dinges has suggested that Torrijos sent Noriega to the school to help him "shape up" and live up to Torrijos's expectations. Despite performing poorly in his classes, he was promoted to the rank of first lieutenant in 1966, and Torrijos found him a job as an intelligence officer in the "North Zone" of the National Guard. Shortly afterward, he returned to the School of the Americas for more training. At the school, Noriega participated in courses on infantry operations, counterintelligence, intelligence, and jungle warfare. He also took a course in psychological operations at Fort Bragg in North Carolina. Noriega's job required him to penetrate and disrupt the trade unions that had formed in the United Fruit Company's workforce, and he proved adept at this work. His new superior officer Boris Martínez was a fervent anti communist, and enforced strict discipline on Noriega. Reports have suggested that he continued to pass intelligence to the U. S. during this period, about the plantation workers' activities. In 1967 the administration of U. S. President Lyndon B. Johnson concluded that Noriega would be a valuable asset, as he was a "rising star" in the Panamanian military. In February 1969, Torrijos's men seized Martínez and exiled him to Miami giving Torrijos control of the country. At the end of 1969, Torrijos went to Mexico on holiday. A coup was launched in his absence, in which Noriega's loyalty allowed Torrijos to hang on to power, greatly enhancing Torrijos's image. No formal criminal investigations were begun, and no indictment was brought: according to Dinges, this was due to the potential diplomatic consequences. The Central Intelligence Agency (CIA) placed him on its payroll in 1971, while he held his position as head of Panamanian intelligence; he had previously been paid by U. S. intelligence services on a case by case basis. Regular payments to him were stopped under the Carter administration, before being resumed and later stopped again under the administration of Ronald Reagan. The CIA valued him as an asset because he was willing to provide information about the Cuban government and later about the Sandinista government in Nicaragua. The CIA did not report this incident to either the National Security Agency or the U. S. Justice Department. Dinges said that he could find no one willing to confirm persistent reports that he received a $200,000 per year stipend from the CIA. Prior to and during Noriega's trial, Noriega's lead attorney Frank A. Rubino claimed that Noriega had received $11 million in payments from the CIA. In January 1991, federal prosecutors filed a financial report indicating that Noriega had received a total of $322,000 from the United States Army and the CIA over a 31 year period from 1955 to 1986. Hersh reported unnamed U. S. officials as saying that Noriega had amassed a personal fortune in European banks as a result of his illegal activities, as well as owning two homes in Panama and one in France.

Убийство Спадафоры и последствия

Уго Спадафора был врачом и политическим активистом, который впервые вступил в конфликт с Нориегой, когда они оба были членами правительства Торрихоса. Хотя он был союзником Торрихоса, он и Нориега были личными врагами на протяжении долгого времени. Несмотря на то, что он не был членом оппозиции, он стал резким критиком Нориеги после возвращения в Панаму из Гватемалы в 1981 году. Спадафора собрал доказательства коррупции в правительстве, используя свое положение союзника Торрихоса, чтобы допрашивать союзников Нориеги, включая Родригеса и Карлтона. Это включало продолжительный разговор с Карлтоном в середине 1985 года после того, как его наркооперации рухнули из-за конфликтов из-за пропавшей партии, и он получил негативную огласку в панамской прессе. В сентябре 1985 года он обвинил Нориегу в связях с наркоторговлей и объявил о своем намерении разоблачить его. Обвинения в наркоторговле угрожали поддержке Нориеги среди его собственного электората людей среднего класса, которые выиграли при его и правительстве Торрихоса. По словам писателей Р.М. Костера и Гильермо Санчеса, однажды, когда Спадафора ехал на автобусе из Коста-Рики в Панаму, свидетели видели, как его задержали сотрудники PDF после пересечения границы. Его обезглавленное тело позже было найдено, завернутое в почтовый пакет Почтовой службы США с признаками жестоких пыток. Многие считали, что Норьега несет ответственность за убийство, и, по словам Костера и Санчеса, у США были разведданные, указывающие на причастность Нориеги. В день ареста Спадафоры Агентство национальной безопасности США перехватило телефонный разговор между Нориегой и Луисом Кордобой, военным командиром в провинции Чирики, где был арестован Спадафора. Во время разговора Кордоба сказал Нориеге: "У нас бешеный пес". Нориега ответил: "И что делают с собакой, у которой бешенство?" Убийство Спадафоры серьезно подорвало имидж Нориеги как внутри, так и за пределами Панамы. Барлетта пользовался большим уважением в администрации Рейгана, и его отстранение привело к ухудшению отношений между США и Нориегой. После убийства Спадафоры США начали рассматривать Нориегу как обузу, а не как актив, несмотря на его продолжающуюся поддержку вмешательства США в других местах. В обвинительном заключении утверждалось, что он "превратил Панаму в платформу для отправки кокаина из Южной Америки в США и позволял скрывать доходы от наркотиков в панамских банках". Оппозиционная коалиция Alianza Democrática de Oposición Cívica (Демократический альянс гражданской оппозиции) выдвинула Гильермо Эндару, члена Панаменистской партии Ариаса, и двух других видных оппозиционеров, Рикардо Ариаса Кальдерона и Гильермо Форда, в качестве кандидатов в вице-президенты. Ожидая фальсификаций, оппозиция отслеживала подсчет голосов на местных избирательных участках в день выборов (подсчет голосов на местных участках проводился публично). Поскольку экзит-полл ясно показал, что оппозиционный кандидат побеждает с большим отрывом, вскоре появились сообщения о пропавших бюллетенях и захвате избирательных урн сотрудниками PDF. Днем после выборов конференция католических епископов объявила, что быстрый подсчет голосов на избирательных участках показал, что оппозиционный кандидат победил с результатом 3–1. Однако официальные результаты на следующий день показали, что Дуке победил с результатом 2–1. Вместо публикации результатов Нориега аннулировал выборы, заявив, что "вмешательство извне" скомпрометировало результаты. Бывший президент США Джимми Картер, присутствовавший в Панаме в качестве наблюдателя, осудил Нориегу, заявив, что выборы были "украдены", как и архиепископ Панамы Маркос Макграт. Нориега изначально планировал объявить Дуке победителем независимо от фактического результата. Дуке знал, что потерпел сокрушительное поражение, и отказался идти на это. На следующий день Эндара, Ариас Кальдерон и Форд проехали по старой части столицы в триумфальном автопробеге, но были перехвачены отрядом военизированных батальонов Достоинства Нориеги. Ариас Кальдерон был защищен несколькими солдатами, но Эндара и Форд были жестоко избиты. Кадры, на которых Форд убегает в безопасное место в окровавленной рубашке гуайабера, были показаны по всему миру. По истечении президентского срока 1984–1989 годов Нориега назначил своего давнего соратника Франсиско Родригеса исполняющим обязанности президента. США признали Эндару новым президентом. Решение Нориеги аннулировать результаты выборов привело к еще одной попытке государственного переворота против него в октябре 1989 года. Ряд младших офицеров Нориеги подняли мятеж во главе с подполковником Моисесом Жирольди Вера, но восстание было легко подавлено лояльными Нориеге членами PDF. После этой попытки он объявил себя "верховным лидером" страны. Мятежники были схвачены и доставлены на военную базу за пределами Панамы, где их пытали, а затем казнили.

Hugo Spadafora was a physician and political activist who had first clashed with Noriega when they were both members of Torrijos's government. Though an ally of Torrijos, he and Noriega had been personal enemies for a long time. Despite not being a member of the opposition, he became a vocal critic of Noriega after returning to Panama from Guatemala in 1981. Spadafora amassed evidence of corruption within the government by using his position as an ally of Torrijos to question Noriega's allies, including Rodriguez and Carlton. This included a lengthy conversation with Carlton in mid 1985 after his drug operations had collapsed due to conflicts over a missing shipment, and he had received negative publicity in the Panamanian press. In September 1985 he accused Noriega of having connections to drug trafficking and announced his intent to expose him. The drug trafficking charges threatened Noriega's support among his own constituency of middle class individuals who had benefited under his and Torrijos's government. According to writers R. M. Koster and Guillermo Sánchez, on an occasion when Spadafora was traveling by bus from Costa Rica to Panama, witnesses saw him being detained by the PDF after crossing the border. His decapitated body was later found wrapped in a United States Postal Service mail bag showing signs of brutal torture. Noriega was widely believed to be responsible for the murder, and according to Koster and Sánchez, the U. S. had intelligence implicating Noriega. On the day of Spadafora's arrest, the U. S. National Security Agency monitored a telephone conversation between Noriega and Luis Córdoba, the military commander in Chiriquí province where Spadafora was arrested. During the conversation Córdoba told Noriega, "We have the rabid dog." Noriega responded, "And what does one do with a dog that has rabies?" Spadafora's murder badly damaged Noriega's image, both within and outside Panama, Barletta was highly regarded in the Reagan administration, and his removal brought a downturn in the relations between the U. S. and Noriega. After Spadafora's murder the U. S. began to view Noriega as a liability rather than an asset, despite his ongoing support for U. S. interventions elsewhere. The indictment accused him of "turning Panama into a shipping platform for South American cocaine that was destined for the U. S., and allowing drug proceeds to be hidden in Panamanian banks". The Alianza Democrática de Oposición Cívica (Democratic Alliance of Civic Opposition), an opposition coalition, nominated Guillermo Endara, a member of Arias' Panameñista Party, and two other prominent oppositionists, Ricardo Arias Calderón and Guillermo Ford, as vice presidential candidates. Anticipating fraud, the opposition tracked ballot counts at local precincts on the day of the election (local ballot counts were done in public). As an exit poll made it clear that the opposition slate was winning by a wide margin, reports of missing tally sheets and seizures of ballot boxes by the PDF soon emerged. In the afternoon of the day after the election, the Catholic bishops conference announced that a quick count of public tallies at polling centers showed the opposition slate winning 3–1. Official tallies the day after that, however, had Duque winning by a 2–1 margin. Rather than publish the results, Noriega voided the election, claiming that "foreign interference" had tainted the results. Former U. S. President Jimmy Carter, present in Panama as an observer, denounced Noriega, saying the election had been "stolen", as did Archbishop of Panama Marcos G. McGrath. Noriega had initially planned to declare Duque the winner regardless of the actual result. Duque knew he had been badly defeated and refused to go along. The next day, Endara, Arias Calderón, and Ford rolled through the old part of the capital in a triumphant motorcade, only to be intercepted by a detachment of Noriega's paramilitary Dignity Battalions. Arias Calderón was protected by a couple of troops, but Endara and Ford were badly beaten. Images of Ford running to safety with his guayabera shirt covered in blood were broadcast around the world. When the 1984–1989 presidential term expired, Noriega named a longtime associate, Francisco Rodríguez, acting president. The U. S. recognized Endara as the new president. Noriega's decision to void the election results led to another coup attempt against him in October 1989. A number of Noriega's junior officers rose up against him, led by Lieutenant Colonel Moisés Giroldi Vera, but the rebellion was easily crushed by the members of the PDF loyal to Noriega. After this attempt, he declared himself the "maximum leader" of the country. The rebels were captured and taken to a military base outside Panama City, where they were tortured and then executed.

Бытие

В марте 1988 года правительство США вступило в переговоры с Нориегой с целью добиться его отставки. Панаму на этих переговорах представлял Ромуло Эскобар Бетханкур. Переговоры сорвались после нескольких месяцев продолжительных и безрезультатных дискуссий; по словам Дингеса, Норьега никогда не намеревался уходить в отставку. 15 декабря 1989 года законодательный орган, где доминировала партия PRD, заявил о "состоянии войны" между Соединенными Штатами и Панамой. Также Норьега был объявлен "главным руководителем" правительства, что формализовало ситуацию, существовавшую на протяжении шести лет. Правительство США заявило, что силы Нориеги притесняли американских военнослужащих и гражданских лиц. Три инцидента произошли непосредственно перед вторжением и были названы Бушем в качестве его причин. 16 декабря четверо американских военнослужащих были остановлены на блокпосту возле штаб-квартиры PDF в районе Эль-Чоррильо города Панама-Сити. Министерство обороны США сообщило, что военнослужащие ехали безоружными в частном автомобиле и попытались покинуть место происшествия только после того, как их автомобиль был окружен толпой гражданских лиц и военнослужащих PDF. В ходе этого инцидента был застрелен первый лейтенант Роберт Паз из Корпуса морской пехоты США. Американская пара, наблюдавшая за инцидентом, также была арестована и подверглась преследованиям со стороны PDF.

Вторжение

США начали вторжение в Панаму 20 декабря 1989 года. Хотя убийство морского пехотинца было заявленной причиной вторжения, операция планировалась за несколько месяцев до его гибели. Потери среди панамских сил были значительно выше – от 300 до 845 человек. 29 декабря Генеральная Ассамблея Организации Объединенных Наций проголосовала 75 голосами против 20 при 40 воздержавшихся, осудив вторжение как «вопиющее нарушение международного права». Согласно опросу CBS, 92% взрослого населения Панамы поддержали военную операцию США, а 76% выразили желание, чтобы американские войска вторглись в октябре во время попытки государственного переворота. Активистка Барбара Трент опровергла эти данные, заявив в документальном фильме «Панамская дезинформация», удостоенном премии «Оскар» в 1992 году, что панамские опросы проводились в состоятельных англоязычных районах Панамы среди панамцев, наиболее вероятно поддерживающих действия США. Human Rights Watch описала реакцию гражданского населения на вторжение как «в основном сочувственную».

Захват

Нориега получил несколько предупреждений о вторжении от лиц, находившихся в его правительстве; хотя поначалу он им не верил, они становились все более частыми по мере приближения вторжения, в конечном итоге убедив Нориегу скрыться. Нориега использовал ряд уловок, включая двойников и воспроизведение его записанного голоса, чтобы ввести в заблуждение американскую разведку относительно его местонахождения. Во время своего бегства, по сообщениям, Норьега находил убежище у нескольких политиков, в том числе у Балбины Эрреры, мэра Сан-Мигельито. Последние два дня своего бегства он провел частично с его соратником Хорхе Крупником, торговцем оружием, также разыскиваемым США. Кемпе сообщил, что Нориега рассматривал возможность поиска убежища в посольствах Кубы или Никарагуа, но оба здания были окружены американскими войсками. На пятый день вторжения Нориега и еще четверо укрылись в Апостольской нунциатуре – посольстве Святого Престола в Панаме. Угрожая бежать в сельскую местность и развязать партизанскую войну в случае отказа в убежище, он вместо этого сдал большую часть своего оружия и попросил защиты у архиепископа Хосе Себастьяна Лабоа, папского нунция. Американские солдаты из подразделения "Дельта-Форс", которым по договору было запрещено вторгаться на территорию посольства Святого Престола, возвели периметр вокруг нунциатуры. Попытки вытеснить Нориегу изнутри включали в себя работу двигателей автомобилей на повышенных оборотах, превращение близлежащего поля в площадку для посадки вертолетов и воспроизведение громкой рок-музыки (кассету Van Halen предоставил сержант спецназа Джон Бишоп). Через десять дней, 3 января 1990 года, Нориега сдался. 10 июля 1992 года Нориега был приговорен к 40 годам тюремного заключения. В ходе предварительного судебного разбирательства правительство заявило, что Нориега получил 322 000 долларов от армии США и ЦРУ. Одним из свидетелей в суде был Карлтон, который ранее перевозил наркотики для Нориеги. Информация о связях Нориеги с ЦРУ, включая его предполагаемые контакты с Бушем, не была допущена в судебный процесс. После суда Нориега обжаловал решение судьи об исключении этих данных в одиннадцатом апелляционном округе. Суд вынес решение в пользу правительства, заявив, что "потенциальная доказательственная ценность этих материалов была относительно незначительной". Нориега был заключен в федеральное исправительное учреждение в Майами. В соответствии со статьей 85 Третьей Женевской конвенции, несмотря на осуждение за действия, совершенные до его захвата "захватывающей державой" (США), Нориега считался военнопленным. Этот статус предоставлял ему отдельную тюремную камеру, оборудованную электроникой и спортивным инвентарем. Его камеру прозвали "президентским люксом". Пока Нориега находился в тюрьме, его регулярно, в течение двух лет, посещали два евангельских пастора – Клифт Бреннон и Руди Эрнандес. По сообщениям, Нориега, формально католик, обратился в евангельское христианство в мае 1990 года и был крещен в октябре 1992 года, находясь в заключении. Срок тюремного заключения Нориеги был сокращен с 30 до 17 лет за хорошее поведение: его американский приговор истек 9 сентября 2007 года, однако его заключение было продлено в связи с рассмотрением запросов о его экстрадиции из других стран.

Noriega received several warnings about the invasion from individuals within his government; though he initially disbelieved them, they grew more frequent as the invasion drew near, eventually convincing Noriega to go on the run. Noriega used a number of subterfuges, including lookalikes and playbacks of his recorded voice, to confuse U. S. surveillance as to his whereabouts. During his flight, Noriega reportedly took shelter with several supportive politicians, including Balbina Herrera, the mayor of San Miguelito. The last two days of his flight were spent partly with his ally Jorge Krupnick, an arms dealer also wanted by the U. S. Kempe reported that Noriega considered seeking sanctuary in the Cuban or Nicaraguan embassies, but both buildings were surrounded by U. S. troops. On the fifth day of the invasion, Noriega and four others took sanctuary in the Apostolic Nunciature, the Holy See's embassy in Panama. Having threatened to flee to the countryside and lead guerrilla warfare if not given refuge, he instead turned over the majority of his weapons, and requested sanctuary from Archbishop José Sebastián Laboa, the papal nuncio. Prevented by treaty from invading the Holy See's embassy, U. S. soldiers from Delta Force erected a perimeter around the Nunciature. Attempts to dislodge Noriega from within included gunning vehicle engines, turning a nearby field into a landing pad for helicopters, and playing rock music at loud volumes (a Van Halen cassette tape was provided by Special Forces Sergeant John Bishop). After ten days, Noriega surrendered on January 3, 1990. On July 10, 1992, Noriega was sentenced to 40 years in prison. In pre trial proceedings, the government stated that Noriega had received $322,000 from the U. S. Army and the CIA. One of the witnesses in the trial was Carlton, who had previously flown shipments of drugs for Noriega. Information about Noriega's connections to the CIA, including his alleged contact with Bush, were kept out of the trial. After the trial, Noriega appealed this exclusionary ruling by the judge to the Eleventh Circuit Court of Appeals. The court ruled in the government's favor, saying that the "potential probative value of this material [ ] was relatively marginal". Noriega was incarcerated in the Federal Correctional Institution, Miami. Under Article 85 of the Third Geneva Convention, Noriega was considered a prisoner of war, despite his conviction for acts committed prior to his capture by the "detaining power" (the U. S.). This status meant that he had his own prison cell, furnished with electronics and exercise equipment. His cell was nicknamed "the presidential suite". While Noriega was in prison, he was visited regularly over two years by two evangelical Christian ministers, Clift Brannon and Rudy Hernandez. Noriega, nominally a Roman Catholic, was reported to have undergone a conversion to evangelical Christianity in May 1990, and was baptized in October 1992, while still in prison. Noriega's prison sentence was reduced from 30 years to 17 years for good behavior: his US sentence thus ended on September 9, 2007, though his incarceration ended up being extended while extradition requests by other countries were being adjudicated.

Преследование в Панаме

Нориега был судим заочно в Панаме за преступления, совершенные во время его правления. В октябре 1993 года Нориега и двое других были признаны виновными в убийстве Спадафоры судом Третьего судебного округа и приговорены к 20 годам тюрьмы. Верховный суд Панамы подтвердил приговор 20 декабря 1995 года. В августе 2007 года федеральный судья США одобрил просьбу французского правительства об экстрадиции Нориеги во Францию после его освобождения. Нориега обжаловал экстрадицию, утверждая, что Франция не будет соблюдать его юридический статус военнопленного. Хотя освобождение Нориеги было запланировано на 2007 год, он оставался в заключении до рассмотрения его апелляции в суде. Через два дня после отказа окружной суд Южного округа Флориды в Майами снял запрет, блокировавший экстрадицию Нориеги. Позже в том же месяце адвокат Нориеги заявил, что намерен отправиться во Францию и попытаться договориться с французским правительством. Нориега был экстрадирован во Францию 26 апреля 2010 года. Адвокаты Нориеги утверждали, что тюрьма Ла-Санте, в которой его содержали, не соответствовала возрасту и статусу обвиняемого; французское правительство отказалось предоставить ему статус военнопленного, который он сохранял в Соединенных Штатах. Прокурор в этом деле просил о десятилетнем сроке заключения. После заключения Нориеги во французскую тюрьму Панама обратилась к французскому правительству с просьбой об экстрадиции, чтобы он мог предстать перед судом за нарушения прав человека в Панаме. Французское правительство ранее заявляло, что экстрадиция не состоится до завершения дела во Франции. 23 сентября 2011 года французский суд постановил об условном освобождении Нориеги для экстрадиции в Панаму 1 октября 2011 года. 11 декабря 2011 года Нориега был экстрадирован в Панаму и заключен в тюрьму Эль-Ренесер для отбывания наказаний, общей продолжительностью 60 лет, которые были вынесены ему заочно за преступления, совершенные во время его правления. 21 марта 2012 года было объявлено, что у Нориеги диагностировали опухоль головного мозга, которая впоследствии оказалась доброкачественной. 7 марта 2017 года во время операции у него произошло кровоизлияние в мозг, в результате чего он оказался в критическом состоянии в отделении интенсивной терапии больницы Санто-Томас. Нориега умер 29 мая 2017 года в возрасте 83 лет. Президент Панамы Хуан Карлос Варела объявил о смерти Нориеги незадолго до полуночи, написав: "Смерть Мануэля А. Нориеги закрывает главу в нашей истории; его дочери и родственники заслуживают того, чтобы похоронить его с миром".

Noriega was tried in absentia in Panama for crimes committed during his rule. In October 1993 Noriega and two others were convicted of the murder of Spadafora by the court of the Third Judicial District, and sentenced to 20 years in prison. Panama's Supreme Court confirmed the sentence on December 20, 1995. In August 2007, a U. S. federal judge approved the French government's request to extradite Noriega to France after his release. Noriega appealed his extradition because he claimed France would not honor his legal status as a prisoner of war. Though Noriega had been scheduled to be released in 2007, he remained incarcerated while his appeal was pending in court. Two days after the refusal, the District Court for the Southern District of Florida in Miami lifted the stay that was blocking Noriega's extradition. Later that month Noriega's attorney stated that he would travel to France and try to arrange a deal with the French government. Noriega was extradited to France on April 26, 2010. Noriega's lawyers claimed the La Santé Prison, at which he was held, was unfit for a man of his age and rank; the French government refused to grant him prisoner of war status, which he had maintained in the United States. The prosecutor in the case had sought a ten year prison term. After Noriega was imprisoned in France, Panama asked the French government to extradite Noriega so he could face trial for human rights violations in Panama. The French government had previously stated that extradition would not happen before the case in France had run its course. On September 23, 2011, a French court ordered a conditional release for Noriega to be extradited to Panama on October 1, 2011. Noriega was extradited to Panama on December 11, 2011, and incarcerated at El Renacer prison to serve the sentences, totalling 60 years, that he had accumulated in absentia for crimes committed during his rule. It was announced on March 21, 2012, that Noriega had been diagnosed with a brain tumor, which was later revealed to have been benign. On March 7, 2017, he suffered a brain hemorrhage during surgery which left him in critical condition in the intensive care unit of Hospital Santo Tomás. Noriega died on May 29, 2017, at the age of 83. Panamanian President Juan Carlos Varela announced Noriega's death shortly before midnight, writing, "The death of Manuel A. Noriega closes a chapter in our history; his daughters and his relatives deserve to bury him in peace."

Имидж и наследие

Авторитарное правление Нориеги в Панаме было описано как диктатура, а сам Нориега был назван "сильным лидером". В некрологе BBC за 2017 год говорилось, что Нориега "был оппортунистом, который использовал свои тесные связи с Соединенными Штатами для укрепления своей власти в Панаме и сокрытия незаконной деятельности, за которую он в конечном итоге был осужден". Дингес пишет, что, хотя при режиме Нориеги произошло множество убийств и преступлений, их масштаб был сопоставим с теми, что происходили в то же время при авторитарных правительствах Гватемалы, Чили, Аргентины и Сальвадора; эти правительства не подвергались такой резкой критике со стороны США, как правительство Нориеги. После смерти Нориеги в статье в The Atlantic его сравнили с Кастро и Аугусто Пиночетом, отметив, что если Кастро был противником США, а Пиночет – их союзником, то Нориега умудрился быть и тем, и другим. Он терпеть не мог такое определение, и впоследствии оно стало предметом судебного иска. Нориега был изображен в видеоигре Call of Duty: Black Ops II. В июле 2014 года он подал в суд на компанию Activision за изображение его и использование его имени без его разрешения. Нориега, подавший иск, находясь в тюрьме за убийство, утверждал, что его представили как "похитителя, убийцу и врага государства". 28 октября 2014 года иск против Activision был отклонен в Калифорнии судьей Уильямом Х. Фейи.