Джон Бринкли: «Козлиный доктор» и пионер радиовещания.

Введение

Американский шарлатан и пионер радио (1885–1942)

Джон Ромул Бринкли (позже Джон Ричард Бринкли; 8 июля 1885 – 26 мая 1942) был американским шарлатаном. Он не имел надлежащего медицинского образования и приобрел медицинскую степень в так называемой "фабрике дипломов". Бринкли прославился как "врач, пересаживающий козьи железы", после того как достиг национальной известности, международного позора и огромного богатства благодаря ксенотрансплантации яичек козлы людям. Изначально Бринкли продвигал эту процедуру как средство от мужской импотенции, но позже утверждал, что эта техника является практически панацеей от широкого спектра мужских заболеваний. Бринкли руководил клиниками и больницами в нескольких штатах и смог продолжать заниматься медицинской практикой почти два десятилетия, несмотря на то, что его методы были полностью дискредитированы медицинским сообществом. Он также, почти случайно, стал пионером рекламы и радио, положив начало эпохе мексиканских пограничных радиостанций. Хотя его лишили лицензии на медицинскую практику в Канзасе и ряде других штатов, Бринкли, демагог, пользовавшийся любовью сотен тысяч людей в Канзасе и других местах, тем не менее предпринял две попытки избраться губернатором Канзаса, одна из которых чуть не увенчалась успехом. Взлет Бринкли к славе и богатству был столь же стремительным, как и его последующее падение. На пике своей карьеры он накопил миллионы долларов, но умер почти нищим из-за многочисленных судебных исков, поданных против него за врачебную халатность, причинение смерти по неосторожности и мошенничество.

Ранние годы

Бринкли родился в семье Джона Ричарда Бринкли, бедного горца, практиковавшего медицину в Северной Каролине и служившего медиком в армии Конфедеративных Штатов во время Гражданской войны в США. Сара Т. "Тетя Салли" и Джон Бринкли переехали с юным сыном в Ист-Лапорт в том же округе, недалеко от реки Таккасиги. Салли часто забавлялась, изводя маленького Бринкли. Когда Бринкли исполнилось 13 лет, учебный год был продлен, и пригласили более квалифицированного учителя. Бринкли закончил обучение в 16 лет и начал работать, доставляя почту между близлежащими городами, а также учиться работе с телеграфом. Однако он мечтал стать врачом. В конце 1906 года, услышав о болезни тети Салли, он вернулся домой к ней. Она умерла 25 декабря 1906 года. В 1907 году Бринкли поселился с женой в Чикаго, где 5 ноября у них родилась дочь – Ванда Марион Бринкли. Молодой отец поступил в медицинский колледж Беннетта, не имевший аккредитации и предлагавший сомнительные учебные программы, ориентированные на эклектическую медицину. Бринкли работал телеграфистом в Western Union по ночам и посещал занятия днем, в то время как долги росли из-за платы за обучение, расходов на содержание семьи и прихотей тети Салли. В 1908 году Бринкли похоронили новорожденного сына, прожившего всего три дня. В колледже Бринкли познакомился с изучением экстрактов желез и их влияния на организм человека. Он пришел к выводу, что это новое направление поможет ему продвинуться в карьере. Они открыли свою практику под названием "Гринвилльские врачи-электромедики" и разместили рекламу, чтобы привлечь мужчин, обеспокоенных своей мужской силой. Через два месяца партнеры спешно покинули город, не оплатив арендную плату, счета за коммунальные услуги, а также долги за одежду и фармацевтические товары. Местная газета сообщила, что они оставили около 30–40 местных торговцев с неоплаченными чеками. Бринкли воссоединился с Минни Бринкли в Мемфисе. Там Салли Бринкли столкнулась с парой, сообщив Минни Бринкли, что ее муж – бигамист. Чтобы избежать разоблачения его бигамии, Минни настояла на том, чтобы Бринкли подал на развод с Салли, что он и сделал в декабре 1915 года. Чтобы суд не допрашивал Салли напрямую, он указал, что они поженились в Нью-Йорке и что он не знает ее текущего места жительства. Развод был оформлен 21 февраля 1916 года. Через четыре дня Минни и Бринкли снова поженились, на этот раз в Либерти, штат Миссури. Бринкли не выждал положенных шести месяцев между разводом и повторным браком.

Brinkley was born to John Richard Brinkley, a poor mountain man who practiced medicine in North Carolina and served as a medic for the Confederate States Army during the American Civil War. Sarah T. "Aunt Sally" and John Brinkley moved with the young boy to East LaPorte within the same county, near the Tuckasegee River. Sally often delighted in tormenting the young Brinkley. When Brinkley was 13, the school term was lengthened, and a better teacher engaged. Brinkley finished his studies at 16 and began to work carrying mail between local towns, and to learn how to use a telegraph. He wished, however, to become a doctor. In late 1906, he returned home to Aunt Sally after hearing that she was unwell. She died on December 25, 1906. In 1907, Brinkley settled with his wife in Chicago, where they celebrated the birth of a daughter on November 5 – Wanda Marion Brinkley. The new father enrolled at Bennett Medical College, an unaccredited school with questionable curricula focused on eclectic medicine. Brinkley worked for Western Union as a telegrapher at night and attended classes during the day, while debts mounted from tuition, the cost of raising a family, and from Sally's self centered whims. In 1908, the Brinkleys buried an infant son who had lived only three days. At school, Brinkley was introduced to the study of glandular extracts and their effects on the human system. He determined that this new field would help move his career forward. The two opened their shop as the "Greenville Electro Medic Doctors", and placed advertisements to attract men who were concerned about their manly vigor. After two months, the partners hurriedly left town with unpaid rent, utility bills and debts for clothing and pharmaceutical supplies. The local newspaper reported that the duo left about 30 to 40 local merchants with unpaid checks. Brinkley rejoined Minnie Brinkley in Memphis. There, Sally Brinkley confronted the couple, informing Minnie Brinkley that her husband was a bigamist. To resolve the possibility of his bigamy being exposed, Minnie pushed Brinkley to file for divorce from Sally, which he did in December 1915. To prevent the court from inquiring of Sally directly, he wrote that they had been married in New York City, and that he did not know her current place of residence. The divorce was finalized on February 21, 1916. Four days later, Minnie and Brinkley were married again, this time in Liberty, Missouri. Brinkley had not waited the required six months from divorce to subsequent remarriage.

Трансплантация козьей железы

В 1918 году Бринкли открыл 16-комнатную клинику в Милфорде, где быстро завоевал расположение местных жителей, выплачивая хорошую заработную плату, стимулируя местную экономику и оказывая помощь на дому пациентам, пострадавшим от свирепой и смертельной вспышки пандемии гриппа 1918 года. Несмотря на всю его последующую дурную славу как шарлатана, свидетельства о его успехах в возвращении больных гриппом к жизни и о том, как он их лечил, были весьма положительными. Как рассказывается в биографии, заказанной самим Бринкли, идея пересадки козьих семенников мужчинам пришла ему в голову, когда к нему обратился пациент с просьбой помочь человеку, страдающему от "сексуальной слабости". Бринкли ответил шуткой, что у пациента не будет проблем, если бы у него были "пара этих козлиных желез". Пациент умолял Бринкли попробовать операцию, которую тот и выполнил за 150 долларов. (Позже сын пациента рассказал The Kansas City Star, что Бринкли фактически предложил своему отцу "щедрое вознаграждение", если тот согласится на эксперимент.) (750 долларов в 1920 году эквивалентны примерно <рассчитанной сумме> в наши дни). После одной из его грубых операций организм пациента обычно поглощал козью ткань как инородное тело. Козлиные гонады не приживались, поскольку их просто помещали внутрь мужского мошонного мешка или в брюшную полость женщин, рядом с яичниками. Неудивительно, что, учитывая его сомнительную медицинскую подготовку (он завершил лишь 75 процентов обучения в малоизвестном медицинском училище), частые операции в состоянии алкогольного опьянения и нестерильные условия проведения операций, некоторые пациенты страдали от инфекций, а неизвестное число – умирали. Бринкли был подан в суд более десятка раз за причинение смерти по неосторожности в период с 1930 по 1941 год. Вскоре после открытия клиники Бринкли одержал рекламную победу, привлекшую внимание крупных газет: жена его первого пациента, которому была пересажена козья железа, родила мальчика. Бринкли начал рекламировать козьи железы как средство от 27 недугов, от деменции до эмфиземы и метеоризма. Он организовал массовую рассылку рекламных материалов и нанял рекламного агента, который помог Бринкли представить его лечение как превращение несчастных мужчин в "самца, оплодотворяющего каждое ягненка". Этот всплеск публичности и его невероятные заявления привлекли внимание Американской Медицинской Ассоциации (AMA), которая отправила своего агента в клинику для проведения тайного расследования. Агент обнаружил женщину, с трудом передвигающуюся по клинике Бринкли, которой были пересажены козьи яичники для лечения опухоли спинного мозга. С тех пор Бринкли попал в поле зрения AMA, в том числе и в поле зрения врача, который в конечном итоге стал причиной его падения, Морриса Фишбейна, сделавшего карьеру на разоблачении медицинских махинаций. Его публичный авторитет рос, и его бизнес по пересадке желез в Милфорде продолжал процветать. В 1922 году Бринкли отправился в Лос-Анджелес по приглашению Гарри Чендлера, владельца Los Angeles Times, который бросил Бринкли вызов пересадить козьи семенники одному из его редакторов. Если операция увенчается успехом, писал Чендлер, он сделает Бринкли "самым известным хирургом в Америке", а в противном случае тот должен будет считать себя "проклятым". Калифорния не признавала лицензию Бринкли на медицинскую практику, выданную Эклектическим Медицинским Университетом, но Чендлер использовал свои связи и получил ему разрешение на 30 дней. Операция была признана успешной, и Бринкли получил обещанное внимание в газете Чендлера, что привело в его клинику множество новых клиентов, в том числе некоторых голливудских звезд. Бринкли был так очарован городом и всеми деньгами, которые он представлял в виде потенциальных пациентов, что начал планировать переезд своей клиники туда. Но его надежды рухнули, когда медицинский совет Калифорнии отказал ему в выдаче постоянной лицензии на медицинскую практику, обнаружив, что его резюме "наполнено ложью и неточностями" (большинство из которых были обнаружены и указаны совету Фишбейном). Бринкли вернулся в Канзас, не унывая, и начал расширять свою клинику в Милфорде. Деятельность Бринкли вдохновила кинематографистов на термин "козлиная железа" – при монтаже звуковых фрагментов к немым фильмам для повышения их привлекательности.

In 1918, Brinkley opened a 16 room clinic in Milford, where he won over the locals immediately by paying good wages, invigorating the local economy and making house calls on patients afflicted with the virulent and deadly outbreak of the 1918 flu pandemic. For all his later infamy as a charlatan, accounts of his success at nursing flu victims back to health, and the lengths to which he went to treat them, were resoundingly positive. As recounted in the biography that Brinkley had commissioned, he struck upon the idea of transplanting goat testicles into men when a patient came to him to ask if he could fix someone who was "sexually weak". Brinkley responded by joking that the patient would have no problem if he had "a pair of those buck [goat] glands in you". The patient then begged Brinkley to try the operation, which Brinkley did, for $150. (The patient's son later told The Kansas City Star that Brinkley had in fact offered to pay his father "handsomely" if he'd go along with the experiment.) (750.0 in 1920 is equivalent to about <calculated amount> in recent years). Following one of his crude operations, the body of a patient would typically absorb the goat tissue as foreign matter. The goat gonads failed to engraft into the body, as they were simply placed within the human male testicle sac or the abdomen of women, near the ovaries. Unsurprisingly, in light of his questionable medical training (75 percent completion at a less than reputable medical school), frequency of operating while intoxicated and less than sterile operating environments, some patients suffered from infection, and an undetermined number died. Brinkley would be sued more than a dozen times for wrongful death between 1930 and 1941. Soon after Brinkley opened up shop, he scored an advertising coup that made major newspapers come calling: the wife of his first goat gland transplantation patient gave birth to a baby boy. Brinkley began promoting goat glands as a cure for 27 ailments, ranging from dementia to emphysema to flatulence. He started a direct mail blitz and hired an advertising agent, who helped Brinkley portray his treatments as turning hapless men into "the ram that am with every lamb". His burst of publicity—and his stratospheric claims—attracted the attention of the American Medical Association, which sent an agent to the clinic to investigate undercover. The agent found a woman hobbling around Brinkley's clinic who had been given goat ovaries as a cure for a spinal cord tumor. From then on, Brinkley was on the AMA's radar, including catching the eye of the doctor who would eventually be responsible for his downfall, Morris Fishbein, who made his career exposing medical frauds. His public profile grew, and his gland business in Milford continued at a brisk pace. In 1922, Brinkley traveled to Los Angeles at the invitation of Harry Chandler, owner of the Los Angeles Times, who challenged Brinkley to transplant goat testicles into one of his editors. If the operation was a success, Chandler wrote, he would make Brinkley the "most famous surgeon in America", and if not then he should consider himself "damned". California didn't recognize Brinkley's license to practice medicine from the Eclectic Medical University, but Chandler pulled some strings and got him a 30 day permit. The operation was judged a success, and Brinkley received his promised attention in Chandler's paper, which sent many new customers Brinkley's way, including some Hollywood film stars. Brinkley was so taken with the city—and all the money it represented in the form of potential patients—that he began making plans to relocate his clinic there. But his hopes were dashed when the California medical board denied his application for a permanent license to practice medicine, having found his resume "riddled with lies and discrepancies" (most of which were discovered and pointed out to the board by Fishbein). Brinkley returned to Kansas undaunted and began to expand his clinic in Milford. Brinkley's activities inspired the film industry term 'goat gland'—the grafting of talkie sequences onto silent films to make them marketable.

Первая радиостанция Бринкли

В Лос-Анджелесе Бринкли посетил радиостанцию KHJ, принадлежащую Чендлеру. Он сразу же осознал мощь радио как средства рекламы и маркетинга и решил создать собственную станцию для продвижения своих услуг, хотя в то время реклама в эфире не одобрялась. К 1923 году у него накопилось достаточно средств для строительства KFKB («Kansas First, Kansas Best» или иногда «Kansas Folks Know Best») с 1-киловаттным передатчиком. В том же году газета St. Louis Star опубликовала разоблачительную статью о фабриках по производству медицинских дипломов, а в 1924 году газета Kansas City Journal Post последовала ее примеру, обратив нежелательное внимание на Бринкли. В июле 1924 года большое жюри в Сан-Франциско вынесло 19 обвинительных заключений лицам, ответственным за выдачу фальшивых медицинских дипломов, а также некоторым врачам, получившим их; Бринкли был среди них, главным образом из-за его сомнительной заявки на получение медицинской лицензии в Калифорнии. Когда агенты из Калифорнии прибыли арестовать Бринкли, губернатор Канзаса Джонатан М. Дэвис отказался выдать его, поскольку тот приносил штату слишком много денег. Бринкли использовал эфир своей радиостанции, чтобы похвастаться своей победой над Американской медицинской ассоциацией и Фишбейном, который к тому времени начал выступать с речами и писать статьи для Journal of the American Medical Association, высмеивая методы лечения Бринкли как шарлатанство. Его бизнес по продаже желез приносил больше прибыли, чем когда-либо, и начал привлекать пациентов со всего мира. Бринкли часами говорил по радио каждый день, в основном рекламируя свои методы лечения козьей железой. Он то уговаривал, то стыдил и апеллировал к мужскому (и женскому) самолюбию, а также к их желанию быть более сексуально активными. Помимо собственной рекламы, на его новой станции транслировались различные развлекательные программы, включая военные оркестры, уроки французского языка, астрологические прогнозы, рассказы и экзотику, такую как гавайские песни, а также американская музыка, включая старинные струнные ансамбли, госпел и раннее кантри. Рекламный эффект от его радиостанции был огромен, и Милфорд также выиграл: Бринкли оплатил новую канализационную систему и тротуары, провел электричество, построил танцевальную площадку и квартиры для своих пациентов и сотрудников, а также новое почтовое отделение для обработки всей его корреспонденции. Его назначили «адмиралом» Канзасского флота, и он спонсировал местную бейсбольную команду под названием «Бринкли Козы». Интерес Фишбейна к разорению Бринкли рос, и он написал больше статей с историями о людях, заболевших или умерших после обращения к Бринкли. Однако аудитория журнала AMA состояла в основном из других врачей, в то время как радиостанция Бринкли ежедневно проникала прямо в дома людей. После рождения 3 сентября 1927 года крошечный голос сына Бринкли, Джона Ричарда Бринкли III, прозванного «Джонни Бой», прозвучал в радиоэфире. Узнав о рождении ребенка после 14 лет брака, некоторые наблюдатели задались вопросом, не прибег ли сам Бринкли к лечению козьей железой. Бринкли отрицали эти слухи.

While in Los Angeles, Brinkley toured KHJ, a radio station Chandler owned. He immediately saw the power radio held as an advertising and marketing medium and resolved to build his own to promote his services, even though at the time advertising on public airwaves was very much discouraged. By 1923, he had enough capital to build KFKB ("Kansas First, Kansas Best" or sometimes "Kansas Folks Know Best") using a 1 kilowatt transmitter. That same year, the St. Louis Star published a scathing expose of medical diploma mills, and in 1924, the Kansas City Journal Post followed suit, bringing unwelcome attention Brinkley's way. In July 1924, a grand jury in San Francisco handed down 19 indictments to people responsible for conferring fake medical degrees, and for some doctors who received them; Brinkley was one, due mostly to his questionable application for a California medical license. When agents from California came to arrest Brinkley, the governor of Kansas, Jonathan M. Davis, refused to extradite him because he made the state too much money. Brinkley took to his radio station's airwaves to crow about his victory over the American Medical Association and Fishbein, who by this time had started giving speeches and writing articles for the Journal of the American Medical Association deriding Brinkley and his treatments as quackery. His gland business made more money than ever, and had begun attracting patients from around the globe. Brinkley spoke for hours on end each day on the radio, primarily promoting his goat gland treatments. He variously cajoled, shamed and appealed to men's (and women's) egos, and to their desire to be more sexually active. In between Brinkley's own advertisements, his new station featured a variety of entertainment including military bands, French lessons, astrological forecasts, storytelling and exotica such as native Hawaiian songs, and American roots music including old time string band, gospel and early country. The advertising boost his radio station gave him was enormous, and Milford benefited as well; Brinkley paid for a new sewage system and sidewalks, installed electricity, built a bandstand and apartments for his patients and employees, as well as a new post office to handle all of his mail. He was named an "admiral" in the Kansas Navy and sponsored a hometown baseball team called the Brinkley Goats. Fishbein's interest in putting Brinkley out of business grew and he wrote more articles featuring stories about people who had grown sick or died after seeing Brinkley. But the AMA journal's readership was mostly restricted to other doctors, while Brinkley's radio station poured directly into peoples' homes every day. After his birth on September 3, 1927, the tiny voice of Brinkley's son John Richard Brinkley III, nicknamed "Johnny Boy", was heard on the radio program. Aware of the baby's arrival after 14 years of marriage, some observers wondered if Brinkley had taken his own goat gland treatment. The Brinkleys denied such rumors.

Кутию с медицинскими вопросами

Бринкли начал утверждать, что его козьи железы могут также помочь мужчинам с проблемами простаты, и снова расширил свой бизнес. Он также начал новый радиосегмент под названием «Медицинская почта», где зачитывал медицинские жалобы слушателей в эфире и предлагал собственные запатентованные методы лечения. Эти методы лечения были доступны только в сети аптек, являвшихся членами «Фармацевтической ассоциации Бринкли». Эти аффилированные аптеки продавали лекарства Бринкли без рецепта по сильно завышенным ценам, отправляли часть прибыли Бринкли, а остальное оставляли себе. По оценкам, это приносило Бринкли 14 000 долларов в неделю, или около $ в год в пересчете на современные деньги. Начало расти число сообщений о пациентах, принимавших рекомендованные Бринкли методы лечения и обращавшихся с ухудшением состояния к другим врачам, и в конечном итоге фармацевтическая компания Merck & Co., чьи препараты Бринкли регулярно назначал неправильно, попросила Фишбейна принять меры; АМА ответила, что не имеет полномочий воздействовать на Бринкли, кроме как попытаться информировать общественность. Газета «Канзас-Сити Стар», владевшая радиостанцией, конкурировавшей с радиостанцией Бринкли, опубликовала серию критических статей о нем. К 1930 году, когда медицинская комиссия Канзаса провела официальное слушание по вопросу о лишении Бринкли медицинской лицензии, Бринкли подписал свидетельства о смерти 42 человек, многие из которых не были больны, когда обращались в его клинику. Неизвестно, сколько еще пациентов Бринкли могли заболеть или умереть позже в другом месте. Медицинская комиссия лишила его лицензии, заявив, что Бринкли «занимался организованным шарлатанством, превосходящим по своей наглости изобретательность простого шарлатана».

Политическая карьера

Бринкли отреагировал на потерю медицинских и радиовещательных лицензий, выдвинув свою кандидатуру на пост губернатора Канзаса – политическую должность, которая позволила бы ему назначить своих представителей в медицинский совет и тем самым восстановить право на медицинскую практику в штате. Он начал свою предвыборную кампанию всего через три дня после лишения медицинской лицензии, используя свою радиостанцию для её поддержки. Рядом с ним был самый популярный исполнитель кантри-музыки на KFKB, Рой Фолкнер, который выходил на сцену с гитарой и шляпой. Будучи популистом, Бринкли проводил кампанию по расплывчатой программе общественных работ (озеро в каждом округе штата), образования (бесплатные учебники для школьников и расширение образовательных возможностей для афроамериканцев), снижения налогов и пенсий по старости. Он апеллировал к голосам иммигрантов, приглашая в эфир KFKB людей, говорящих на немецком и шведском языках. Бринкли нанял пилота с собственным самолетом, который он окрестил «Романтиком».

Его кампания велась как независимый кандидат, поскольку он отложил объявление о своей кандидатуре до сентября, когда бюллетени уже были напечатаны. За три дня до выборов генеральный прокурор Канзаса (ранее возбуждавший дело против Бринкли в медицинском совете) объявил об изменении правил для кандидатов, голоса за которых подаются вписанием их имени, и о том, что имя врача должно быть написано только в определенной форме (J. R. Brinkley), чтобы голос был засчитан. Как кандидат, вписанный в бюллетень, он получил более 180 000 голосов (29,5% от общего числа) и проиграл Гарри Хайнсу Вудрингу, впоследствии ставшему военным секретарем в администрации президента Франклина Д. Рузвельта. В статье, опубликованной в то время в The Des Moines Register, оценивалось, что таким образом было признано недействительными от 30 000 до 50 000 бюллетеней. Вудринг позже признал, что если бы эти голоса были учтены, Бринкли бы победил. Бринкли вновь баллотировался в 1932 году как независимый кандидат, получив 244 607 голосов (30,6% от общего числа), но проиграл республиканцу Альфу Лэндону, впоследствии выдвинувшему свою кандидатуру на пост президента от Республиканской партии в 1936 году. Потеряв шансы на успех в Канзасе, Бринкли продал KFKB страховой компании и решил переехать ближе к мексиканской границе, где мог бы безнаказанно управлять мощной радиостанцией. Несмотря на то, что ему больше не разрешалось заниматься медицинской практикой в Канзасе, он оставил свою клинику в Милфорде под руководством двух своих учеников. Соблазненный перспективой быть крупной рыбой в маленьком пруду, Бринкли переехал в Дель-Рио, штат Техас, расположенный прямо за мостом от Мексики. Позже, в этом десятилетии, Бринкли стал симпатизировать нацистам.

Бринкли и радио

Мексиканское правительство, стремясь отомстить своим северным соседям за раздел радиочастот Северной Америки без предоставления Мексике каких-либо частот, выдало Бринкли лицензию на радиостанцию мощностью 50 000 ватт, и началось строительство XER, его новой "пограничной станции" через мост от Дель-Рио в Вилла-Акунья, Коауила (впоследствии переименованной в Сьюдад-Акунья). XER, вещавшая на частоте 840 килогерц в AM-диапазоне с помощью антенны, излучающей небесную волну, начала свою первую трансляцию в октябре 1931 года. Бринкли назвал ее "Солнечной станцией между народами". Бринкли использовал свою новую пограничную станцию, чтобы возобновить свою предвыборную кампагубернатора, звоня на передатчик по телефону для осуществления трансляций. Этот подход не увенчался успехом, и он проиграл еще одни выборы; он потерпел поражение и в 1934 году. Хотя американская радиолицензия Бринкли была отозвана, сигнал XER был настолько сильным, что его все еще можно было слышать в Канзасе. В 1932 году мексиканское правительство разрешило Бринкли увеличить мощность до 150 000 ватт. Через несколько месяцев Бринкли получил разрешение увеличить мощность до миллиона ватт, "сделав XER самой мощной радиостанцией на планете", которую в ясную ночь можно было услышать даже в Канаде. По свидетельствам того времени, сигнал был настолько сильным, что зажигал фары автомобилей, заставлял вибрировать пружины кроватей и вызывал перекрестные помехи в телефонных разговорах. Местные жители утверждали, что им не нужно радио, чтобы слышать станцию Бринкли; фермеры заявляли, что принимают сигнал через свои металлические заборы и даже через зубные протезы. Бринкли продолжил свой прежний радиоформат, предлагая медицинские советы в сочетании с рекламой товаров. Мужчинам предлагался широкий ассортимент дорогостоящих препаратов, включая инъекции и таблетки меркурохрома, призванные помочь им восстановить мужскую силу. В клинике, расположенной в отеле, где он жил, он также проводил операции на предстательной железе. Он также начал продавать рекламное время другим рекламодателям (по цене 1700 долларов в час, что в пересчете на современные деньги составляет...), что привело к появлению новых шарлатанов, рекламирующих такие продукты, как "Безумные кристальные воды", "подлинные имитации" бриллиантов, страхование жизни и множество религиозных предметов, включая якобы автографированные фотографии Иисуса Христа. Бринкли также продолжал приглашать в свой эфир перспективных кантри- и рутс-исполнителей, чьей карьере помогла его радиостанция (включая Пэтси Монтану, Реда Фоули, Джина Отри, Джимми Роджерса, семью Картеров, семью Пикардов и других). Дель-Рио стал известен как "Холмивуд кантри". Когда в 1932 году Федеральная радиокомиссия (FRC) запретила транслировать по американскому радио так называемых "мистиков" (ясновидцев, гадалок и других эзотериков), многие из них последовали примеру Бринкли, открыв свои собственные пограничные станции в Мексике. К 1932 году было открыто 11 таких станций, включая XENT, XERB, XELO, XEG и XEPN. Бринкли продолжал ездить между Милфордом и Дель-Рио, часто вещая на XER по телефону. Но в 1932 году Конгресс принял закон, запрещающий американским студиям подключаться к мексиканским передатчикам по телефону, известный как Закон Бринкли. Невозмутимый, Бринкли начал использовать одни из первых "электрических транскрипций" – то, что сегодня называется предварительной записью – чтобы обойти закон. Примерно в это же время Бринкли решил окончательно разорвать связи с Канзасом, закрыв свою больницу и открыв новую в Дель-Рио, которая заняла три этажа отеля Розуэлл, где он жил со своей женой. В 1934 году Мексика отозвала лицензию Бринкли на вещание под давлением со стороны Соединенных Штатов. Солдаты мексиканской армии прибыли к станции, чтобы отключить ее, и некоторое время он был вынужден вещать с близлежащей XEPN, расположенной в Пьедрас-Неграс, Коауила. Хотя Бринкли продолжал время от времени проводить трансплантацию козьих желез, в Техасе его практика в основном переключилась на проведение слегка модифицированных вазэктомий и "омоложения" предстательной железы (за которые он брал до 1000 долларов за операцию ($ в пересчете на современные деньги) и назначал собственное фирменное лекарство для послеоперационного ухода. Его бизнес, подпитываемый радиорекламой и выступлениями, продолжал процветать, и он открыл еще одну клинику в Сан-Хуане, штат Техас, специализирующуюся на толстой кишке. К 1936 году Бринкли накопил достаточно богатства, чтобы построить особняк для себя и своей жены на участке земли. Бринкли владел парком из дюжины автомобилей Cadillac, теплицей, фонтаном с пеной, окруженным 8000 кустами, экзотическими животными, импортированными с Галапагосских островов, и бассейном с 10-футовым (3 м) трамплином. Бринкли продолжал жить роскошно в Дель-Рио, пока в 1938 году конкурирующий врач не начал отбирать у него клиентов, предлагая аналогичные процедуры по гораздо более низкой цене. Когда городские власти Дель-Рио отказались закрыть конкурента, Бринкли закрыл свой бизнес и вновь открыл его в центре Литл-Рока, штат Арканзас, с новой больницей на месте нынешнего монастыря Мэрилейк. Его конкурент из Дель-Рио открыл новый онкологический центр в Юрика-Спрингс, штат Арканзас, примерно в 241 км к северо-западу от Литл-Рока.

The Mexican government, eager to get even with its northern neighbors for dividing up North America's radio frequencies without giving any to Mexico, granted Brinkley a 50,000 watt radio license and construction began on XER, his new "border blaster" across the bridge from Del Rio in Villa Acuña, Coahuila (since renamed Ciudad Acuña). XER, at 840 kilohertz on the AM dial, radiated by a sky wave antenna, made its first broadcast in October 1931. Brinkley called it the "Sunshine Station Between the Nations". Brinkley used his new border blaster to resume his campaign for governor by using the telephone to call in his broadcasts to the transmitter. This approach did not work, and he lost yet another political campaign; he would lose again in 1934. Though Brinkley's American radio license had been revoked, XER's signal was so strong that it could still be heard in Kansas. In 1932, the Mexican government allowed Brinkley to increase his wattage to 150,000 watts. Several months later, Brinkley was allowed to increase to one million watts, "making XER far and away the most powerful radio station on the planet" that, on a clear night, could be heard as far away as Canada. According to accounts of the time, the signal was so strong that it turned on car headlights, made bedsprings hum, and caused broadcasts to bleed into telephone conversations. Local residents claimed to not need a radio to hear Brinkley's station; with ranchers claiming that they received it through their metal fences and in their dental appliances. Brinkley continued his old radio format of medical advice keyed to advertising products. Male listeners were offered an array of expensive concoctions which included Mercurochrome injections and pills, all designed to help them regain their sexual prowess. At the clinic in the hotel where he lived he also performed prostate operations. He also began selling airtime to other advertisers (at $1,700 an hour, $ in current value), giving rise to new hucksters shilling products such as "Crazy Water Crystals", "genuine simulated" diamonds, life insurance, and an array of religious paraphernalia, including what was purported to be autographed pictures of Jesus Christ. Brinkley also continued packing his radio lineup with up and coming country and roots singers whose careers his radio station helped launch (including Patsy Montana, Red Foley, Gene Autry, Jimmie Rodgers, the Carter Family, the Pickard Family, and others). Del Rio became known as "Hillbilly Hollywood". When the FRC banned what they called "spooks" (mind readers, fortune tellers and other mystics) from broadcasting on U. S. radio in 1932, many of them followed Brinkley's model, opening their own border blasters in Mexico. By 1932, 11 such stations had opened, including XENT, XERB, XELO, XEG and XEPN. Brinkley was still shuttling back and forth from Milford to Del Rio, often broadcasting from XER over the telephone. But in 1932, Congress passed a law prohibiting studios in the United States from being connected to transmitters in Mexico by telephone, known as the Brinkley Act. Unfazed, Brinkley began using some of the first "electrical transcriptions"—what today would be called pre recordings—to circumvent the law. Around this time, Brinkley decided to sever the rest of his ties to Kansas, closing down his hospital there and opening a new one in Del Rio, which took up three floors of the Roswell Hotel, where he lived with his wife. In 1934, Mexico revoked Brinkley's broadcast license, the result of pressure from the United States. Soldiers from the Mexican army arrived at the station's doorstep to shut him down, and for a time he had to broadcast from nearby XEPN, located in Piedras Negras, Coahuila. Though Brinkley continued to perform the occasional goat gland transplant, in Texas his practice shifted mostly to performing slightly modified vasectomies and prostate "rejuvenations" (for which he charged up to $1,000 per operation ($ in current value), and prescribed his own proprietary medicine for after care. His business, fueled by radio advertisements and speeches, continued to thrive, and he opened another clinic in San Juan, Texas, specializing in the colon. By 1936, Brinkley had amassed enough wealth to build a mansion for himself and his wife on of land. Brinkley boasted a stable of a dozen Cadillacs, a greenhouse, a foaming fountain garden surrounded by 8,000 bushes, exotic animals imported from the Galapagos Islands, and a swimming pool with a 10 feet (3 m) diving tower. Brinkley continued living high in Del Rio, until in 1938 a rival doctor began cutting into Brinkley's business by offering similar procedures much more cheaply. When Del Rio's city elders refused to put the competitor out of business, Brinkley closed up shop and reopened in downtown Little Rock, Arkansas, with another hospital at what is now Marylake Monastery. His competition from Del Rio opened a new cancer center in Eureka Springs, Arkansas, about 150 mile (241 km) northwest of Little Rock.

Суд и смерть

В 1938 году старый противник Бринкли, Моррис Фишбейн, вновь активно включился в борьбу с ним, опубликовав двухсерийную статью под названием «Современные медицинские шарлатаны», в которой подверг резкой критике неоднозначную карьеру Бринкли и разоблачил его сомнительную медицинскую квалификацию. Бринкли подал на Фишбейна в суд за клевету, требуя 250 000 долларов компенсации (в пересчете на современные деньги). Судебный процесс начался 22 марта 1939 года под председательством техасского судьи Р. Дж. Макмиллана. Через несколько дней присяжные вынесли вердикт в пользу Фишбейна, заявив, что Бринкли «должен считаться шарлатаном и проходимцем в общепринятом и понятном значении этих слов». Этот вердикт вызвал лавину исков против Бринкли, общая сумма которых, по некоторым оценкам, превысила 3 миллиона долларов. Примерно в это же время Налоговая служба начала расследование в отношении него по подозрению в налоговом мошенничестве. В 1941 году он объявил себя банкротом, в том же году вступление в силу Североамериканского регионального соглашения о вещании дало США возможность добиться от Мексики закрытия радиостанции XERA. Вскоре после банкротства почтовое ведомство США начало расследование в отношении него по факту мошенничества с почтой, а сам Бринкли стал пациентом, перенеся три сердечных приступа и ампутацию одной ноги из-за нарушения кровообращения. 26 мая 1942 года Бринкли умер в Сан-Антонио от сердечной недостаточности, дело о мошенничестве с почтой так и не было рассмотрено в суде. Позже он был похоронен на кладбище Форст-Хилл в Мемфисе, штат Теннесси. В начале 2017 года бронзовый ангел с крыльями, венчавший его могильную колонну, был срезан и украден в ходе серии подобных ограблений на кладбищах Мемфиса. Его дом, обычно называемый особняком Бринкли, до сих пор стоит по адресу: Дель-Рио, Квалиа Драйв, 512, и имеет статус исторического памятника Техаса под номером 13015.

Наследие

Жизнь и карьера Бринкли стали темой нескольких книг, написанных в XX и XXI веках, включая работы Клемента Вуда (1934 или 1936), Джеральда Карсона (1960), Р. Алтона Ли (2002) и Попа Брока (2008). В 2012 году Бринкли был показан в 1-м эпизоде 3-го сезона телесериала "Мистерии музея" на канале Travel Channel. В 2016 году режиссёр Пенни Лейн сняла документальный фильм "Nuts!", посвящённый жизни Бринкли, в котором для иллюстрации сцен из его жизни используется анимация. Эпизод №86 подкаста Reply All под названием "Человек народа" рассказывает о жизни Бринкли. В 2017 году было объявлено о разработке фильма, основанного на эпизоде подкаста, режиссёром и сценаристом которого является Ричард Линклейтер, а в главной роли снимается Роберт Дауни-младший. В 2020 году театральная компания No. 61 выпустила четырёхсерийный аудиоспектакль в формате подкаста, созданный Эдвардом Айнхорном и ведущим Дэном Батлером, под названием "Неудержимый взлёт Дж. Р. Бринкли".