18-фунтовая пушка: Основное полевое орудие Британской армии в Первой мировой войне.

Введение

Британское полевое орудие Первой мировой войны
Артиллерия

Орудие QF 18 фунтов, или просто 18-фунтовая пушка, было стандартным полевым орудием Британской империи эпохи Первой мировой войны. Оно составляло основу Королевской полевой артиллерии на протяжении всей войны и производилось в больших количествах. Оно использовалось британскими войсками на всех основных театрах военных действий, а также британскими войсками в России в 1919 году. Его калибр (84 мм) и вес снаряда были больше, чем у аналогичных полевых орудий на вооружении французской (75 мм) и немецкой (77 мм) армий. Обычно оно тянулось лошадьми до механизации в 1930-х годах. Первые образцы были введены в 1904 году. Более поздние версии оставались на вооружении британских войск до начала 1942 года. В межвоенный период 18-фунтовая пушка была усовершенствована и стала основой для ранних версий орудия QF 25 фунтов, которое, подобно 18-фунтовой пушке во время Первой мировой войны, стало основой британских артиллерийских сил во время и после Второй мировой войны.

История

Во время Второй бурской войны британское правительство осознало, что его полевая артиллерия уступает более современным "быстрострельным" орудиям других крупных держав, и приступило к поиску замены существующей полевой пушки BL 15 pounder 7 cwt. В 1900 году генерал сэр Генри Брэккенбери, тогдашний генеральный директор по вооружению, направил офицеров для посещения европейских оружейных фирм. В Rheinische Metallwaren und Maschinenfabrik в Дюссельдорфе они обнаружили быстрострельное орудие, разработанное Генрихом Эрхардтом, с системой отката, полностью поглощавшей отдачу при выстреле. 108 орудий и запасные части были тайно закуплены и поступили на вооружение под наименованием Ordnance QF 15 pounder в июне 1901 года. Одновременно британский кабинет министров приказал фельдмаршалу лорду Робертсу, главнокомандующему в Южной Африке, отправить в метрополию командиров артиллерийских бригад и батарей, "отобранных по их выдающимся заслугам и опыту", для формирования Комитета по вооружению. Председателем комитета был назначен генерал сэр Джордж Маршалл, ранее командовавший артиллерией в Южной Африке. Комитет был сформирован в январе 1901 года и занимался широким спектром вопросов – от конно-артиллерийских и стационарных полевых орудий до конструкции лафетов и даже биноклей. Они оперативно определили "требования к предлагаемому новому вооружению"; наиболее важными были "вес, приходящийся на упряжку", баллистические характеристики, скорострельность, вес снаряда, наличие щита и количество переносимых снарядов. Британским оружейным компаниям было предложено представить свои проекты. Из множества заявок были отобраны пять проектов конно-артиллерийских орудий и три – полевых, а их разработчикам было предложено предоставить "образцы". Эти образцы были испытаны в 1902 году, но ни один из них не был признан пригодным для службы, хотя все обладали определенными достоинствами. Разработчики были созваны на конференцию и договорились о сотрудничестве для создания компилятивного проекта. В нем были использованы орудие Армстронга, система отката Виккерса, а также прицельные механизмы, подъемные устройства и снаряды, производимые Королевским оружейным заводом. Также было принято решение уменьшить диаметр колес с 5 футов (2 м) до 4 футов (1 м) (этот вопрос уже рассматривался Комитетом по вооружению), что позволило снизить вес. В 1903 году четыре артиллерийские батареи, оснащенные компилятивным проектом, приняли участие в испытаниях, и новая 18-фунтовая пушка была принята на вооружение. Стоимость перевооружения была огромной, и потребовалось давление со стороны прессы, чтобы военное ведомство приступило к реализации программы. Первоначально перевооружению подлежала Британская Индийская армия, однако Первый марокканский кризис изменил приоритеты. В конечном итоге, эта фаза перевооружения обошлась в 4 миллиона фунтов стерлингов (эквивалент £ с учетом дефлятора ВВП) и стала крупнейшим подобным проектом в истории британской армии. 18-фунтовая пушка использовалась на всех фронтах во время Первой мировой войны. Она оставалась на вооружении и в межвоенный период. Начиная с 1938 года, лафеты образца IV и V были переоборудованы в 25-фунтовые Ordnance QF Mark 1 на лафете образца 1. 18-фунтовые пушки состояли на вооружении Британского экспедиционного корпуса во Франции во время Второй мировой войны и использовались на других театрах военных действий, а также для обучения и береговой обороны.

During the Second Boer War, the British government realised that its field artillery was being overtaken by the more modern "quick firing" guns of other major powers, and investigated replacements for its existing field gun, the BL 15 pounder 7 cwt. In 1900, General Sir Henry Brackenbury, the then director general of ordnance, sent officers to visit European gun makers. At Rheinische Metallwaren und Maschinenfabrik in Düsseldorf, they found a quick firing gun designed by Heinrich Ehrhardt with a recoil system that totally absorbed all the recoil of firing, 108 guns plus spares, were secretly purchased and entered service as the Ordnance QF 15 pounder in June 1901. At the same time, the British Cabinet ordered Field Marshal Lord Roberts, the Commander in Chief in South Africa, to send home artillery brigade and battery commanders "selected for their eminence and experience" to form an Equipment Committee. The committee was chaired by General Sir George Marshall, who had been artillery commander in South Africa. It formed in January 1901 with a wide ranging area of study from horse drawn mobile guns and the larger more static field guns, to harness design, and even binoculars. They swiftly established the "conditions to be fulfilled by proposed new equipment"; the most important were the "weight behind the team", then ballistics, rapidity of fire, weight of shell, provision of shield and number of rounds carried. British gun manufacturers were invited to propose designs. Of the many entries, five for the horse artillery gun and three for the field gun were selected and their makers invited to submit a "specimen". These were tested in 1902, but none was found suitable for service although they all had good features. The makers were called to a conference and agreed to collaborate to produce a composite design. This used the Armstrong gun, Vickers' recoil system, and Royal Ordnance Factory's sighting and elevating gear and ammunition carrying. Reduced wheel size from 5 feet (2 m) to 4 feet (1 m) was also accepted (it had been a matter the Equipment Committee had to investigate) which saved weight. Four Artillery batteries of the composite design took part in trials of in 1903, and the new 18 pounder design was accepted. The cost of rearmament was huge, and it took some pressure from the press for the War Office to follow through. Initially the British Indian Army was re equipped first; however, the First Moroccan Crisis changed the priorities. In the end the weapon phase in cost £4 million (equivalent to £ with the GDP deflator) and became the biggest such undertaking to the date in British Army history. The 18 pounder was used on all fronts during the First World War. It remained in service during the inter war period. Starting in 1938, carriages Marks IV and V were converted to 25 pounder Ordnance QF Mark 1 on Carriage Mark 1. 18 pounder Guns served with the British Expeditionary Force in France in the Second World War and were used in other theatres as well as for training or beach defence.

Описание

18-фунтовая пушка была быстрострельной полевой пушкой, предназначенной для буксировки лимбером и шестью лошадьми. Ствол орудия изготавливался из никелевой стали с винтовым замком одноходового типа с выталкивателем патрона. Она стреляла унитарным снарядом, состоящим из осколочного снаряда и метательного заряда, соединенных вместе, что в британской терминологии называлось "быстрострельным". Нижняя часть лафета состояла из цельной полой стальной балки, закрепленной в центре оси. Ограниченная поворотная платформа поддерживала подъемную часть и щит. Управление поворотом находилось слева, а управление подъемом – справа от платформы. Откат гасился гидравлическим буфером с телескопическими возвратными пружинами, возвращающими ствол в исходное положение для стрельбы. Требования Комитета по вооружению предусматривали использование прицелов для прямой наводки (то есть прямой стрельбы) с возможностью установки телескопа. Однако 18-фунтовая пушка поступила на вооружение с прицелами качающегося барабанчика (также называемыми "барабан и планка") – открытыми прицелами с возможностью установки телескопа слева и шкалой дальности (в ярдах) справа от казенной части. Эти прицелы также обеспечивали независимую линию прицеливания, что означало, что прицел мог оставаться нацеленным на цель, пока ствол поднимался или опускался. Для непрямой стрельбы предусматривался клинометр, когда прицел наводился с помощью дуги орудия (усовершенствованная версия импровизированных приспособлений, использовавшихся в Южной Африке) и ориентиров, расположенных горизонтально на линии цели. В 1906 году были приняты гониометрические прицелы для непрямой стрельбы, состоявшие из алидады, установленной на круговой шкале, градуированной в градусах, которая крепилась к щиту. В 1910 году гониометр был заменен прицелом No 3 Dial Sight – усовершенствованной версией с телескопом и компасом. Прицел качающегося барабанчика и телескоп оставались для прямой наводки, как и шкала дальности справа, несмотря на то, что клинометр являлся частью крепления прицела Dial Sight. В 1910 году, после трех лет испытаний, был принят прицел No 7 Dial Sight. Это была сильно модифицированная версия (в частности, с использованием внешних вместо внутренних шкал) немецкого панорамного прицела Goertz. Этот прицел, с креплением, которое также включало прицельный клинометр, заменил прицел No 3. Однако устранение различных проблем, в частности, с чехлом для прицела и крепления, устанавливаемым на щите, привело к тому, что прицел No 7 поступил на вооружение только в начале 1914 года. Необычно для британской пушки 20-го века, 18-фунтовая пушка сохраняла расчёт из двух человек на протяжении всего срока службы, наведение по углу возвышения (в ярдах) осуществлялось с помощью шкалы дальности на правой стороне казенной части. Комитет по вооружению также настаивал на улучшении методов установки взрывателей, что было важно, поскольку до конца 1914 года в распоряжении были только взрыватели с временной задержкой. Был разработан ручной механический установщик взрывателей, а в начале 1914 года был введен "индикатор взрывателя", который преобразовывал дальность до цели в установку взрывателя.

The 18 pounder was a quick firing horse drawn field gun designed to be towed behind a limber and six horses. The gun barrel was wire wound nickel steel with a single motion screw breech with a cartridge extractor. It fired a fixed round of shell and cartridge fixed together, which was known as "quick firing" in British terminology. The lower carriage comprised a single hollow steel trail fixed to the centre of the axle tree. The limited traverse saddle supported the elevating mass and a shield. Traverse controls were on the left and elevation on the right of the saddle. Recoil was by a hydraulic buffer with telescopic running up springs to return the barrel to its firing position. The Equipment Committee's conditions required tangent sights (i. e. direct fire) with the option of a telescope. However, the 18 pounder entered service with rocking bar (also called "bar and drum") sights – open sights with the option of a telescope on the left and a range scale (in yards) on the right of the cradle. These arrangements also incorporated independent line of sight, meaning that the sights could remain laid on the target while the barrel was elevated or depressed. A clinometer was provided for indirect fire when the sight was aimed using a gun arc (a refined version of the expedient devices used in South Africa) and aiming posts in line horizontally with the target. In 1906 indirect fire goniometric sights were adopted which consisted of an alidade mounted on a circular scale graduated in degrees that was mounted on the shield. In 1910, the Number 3 Dial Sight, a refined version with a telescope and compass, replaced the goniometer. The rocking bar and telescope were retained for direct fire, as was the range scale on the right in spite of a clinometer being part of the Dial Sight mount. In 1910, after three years of trials, the Number 7 Dial Sight was adopted. This was a very heavily modified version (notably using external instead of internal scales) of the German Goertz panoramic sight. This, with its sight mount that again included a sight clinometer, replaced the No 3. However, resolving various issues, notably with the sight and mount carrying case mounted on the shield, meant that the Number 7 sight did not enter service until early in 1914. Unusually for a 20th century British gun, the 18 pounder retained two man laying throughout its life, elevation (in yards) was set on a range scale on the righthand side of the cradle. The Equipment Committee had also insisted on better methods of fuze setting, important because until late in 1914 it only had time fuzed ammunition. A hand held mechanical fuze setter was developed, and in early 1914 a "fuze indicator" was introduced, this converted the range into a fuze setting.

Пушка Mk I на карете Mk I

Ствол 18-фунтовой пушки Ordnance Quick Firing Mark I был обмотан проволокой на треть своей длины, поскольку он был легче, прочнее и дешевле в производстве, чем цельносборный ствол. Поверх проволоки и трубы "A" насаждалась кожух. Пушка Mk I и лафет Mk I были приняты на вооружение 30 июня 1904 года. Узкая конструкция одноопорного лафета Mk I и II была приспособлена для буксировки лошадьми, но ограничивала вертикальное движение казенной части, тем самым ограничивая дальность стрельбы до 6525 ярдов в обычном режиме. Дальность можно было увеличить до 7800 ярдов, зарывая конец дышла лафета для увеличения угла возвышения. Пушки Mark I и II оставались на вооружении и после Первой мировой войны, а некоторые участвовали в боевых действиях на Дальнем Востоке во время Второй мировой войны.

Mk II Gun на высокоугольной противовоздушной установке

В начале 1915 года несколько 18-фунтовых орудий были установлены на станинах, с добавлением второго рекуператора и задерживающего устройства для гильзы под большим углом наклона, в попытке создать работоспособное зенитное орудие. Относительно низкая начальная скорость снаряда и неудовлетворительные баллистические характеристики осколочно-фугасного снаряда при больших углах наклона делали его малоэффективным в этой роли. Однако, путем уменьшения диаметра ствола и использования 18-фунтового патрона с 13-фунтовым снарядом, было создано успешное 13-фунтовое 9 cwt зенитное орудие с необходимой высокой начальной скоростью. Первые версии 18-фунтовых зенитных орудий оставались на вооружении, по всей видимости, только для противовоздушной обороны Великобритании. В июне 1916 года в Великобритании находилось 35 таких орудий, а к концу Первой мировой войны – 56. После войны их возвращали к использованию в качестве полевых орудий, удаляя задерживающее устройство для гильз. Нехватка пружин из-за поломок приводила к тому, что орудия оставались в боевом положении и требовали ручного досылания ствола в положение для стрельбы, что замедляло скорострельность. В качестве временной меры предосторожности к передней части рекуператора был добавлен характерный бронированный ящик-резервуар для масла, чтобы поддерживать запас масла и продлить срок службы пружин. Эта модификация видна на многих фотографиях 18-фунтовых орудий в действии на Западном фронте вплоть до конца войны.

Мк I* и II Перевозка

Проблема с пружинами рекуператора была решена с помощью новой лафеты Mk II, официально поступившей на вооружение в ноябре 1916 года и оснащенной гидропневматическим рекуператором, который заменил пружины рекуператора системой, приводимой в действие сжатым воздухом. Установка могла производиться офицерами батареи непосредственно в полевых условиях, используя существующее пружинное гнездо. Лафету можно идентифицировать по торпедообразному удлинению на рекуператоре, которое сделало всю рекуператорную сборку почти такой же длины, как ствол орудия, и, следовательно, изменило общий силуэт установки. Модернизированные существующие лафеты получили обозначение Mk I*. Лафета Mk II также имела удлиненную люльку.

Морское использование

В дополнение к наземному применению, 184 орудия были переоборудованы для вооружения дефензивно вооруженных торговых судов (DAMS) против атак подводных лодок во время Первой мировой войны. Переоборудование заключалось в установке орудий на эластичные лафеты того же типа, что использовались для QF 6-фунтовой пушки Hotchkiss.

Вагоны и лимберы

"Карговый" лимбер, буксируемый между орудием и конной командой, перевозил 24 снаряда. Каждое орудие сопровождалось второй конной командой, буксирующей боеприпасный вагон и вагон-лимбер, перевозившие расчёт орудия (на орудийном лимбере расчёт не перевозился) и по 38 снарядов в каждом. В бою вагон размещался вплотную к орудию; его стальной корпус обеспечивал дополнительную защиту расчёта от огня стрелкового оружия. Вес орудия с заряженным лимбером составлял 40 центнеров (2000 кг), вагона с лимбером – около 37 центнеров. Каждая батарея также имела второй боеприпасный вагон и вагон-лимбер на орудие, обеспечивая первоочередной запас боеприпасов в 176 снарядов на орудие.

Испанская служба

После Первой мировой войны компания Vickers переоборудовала 18-фунтовую пушку на лафете Mk. IV для стрельбы 105-мм снарядами. Эта конструкция лицензионно производилась как Obús Vickers de 10,5 cm. modelo 1922 (105/22) на заводе Sociedad Española de Construcción Naval, частично принадлежащем Vickers. Эти гаубицы использовались обеими сторонами в ходе Гражданской войны в Испании. После начала Второй мировой войны они были модернизированы за счет удлинения ствола (с 22 калибров до 30 калибров) и установки противоотката на казенной части, после чего получили обозначение Obús de campaña Vickers de 105/30 modelo 1940. Некоторые 105/30 (но не все) получили пневматические колеса.

Производство

К началу войны в 1914 году было произведено 1225 орудий, включая 99 в Индии. Производство в Великобритании осуществлялось компаниями Armstrong Whitworth, Vickers и оружейной фабрикой Woolwich Ordnance. В ходе Первой мировой войны к ним присоединились Beardmore, Elswick Ordnance Company и в США – Bethlehem Steel. В более поздний период войны различные другие компании производили отдельные компоненты и узлы. Общий объем производства в годы войны (1914–1918) составил 9908 орудий и 6926 лафетов. Ограниченное производство как орудий, так и лафетов продолжалось в межвоенный период, а в начале Второй мировой войны были произведены некоторые лафеты для 25-фунтовой пушки образца Mk 1.

Первая мировая война

На протяжении Первой мировой войны 18-фунтовая пушка использовалась Королевской полевой артиллерией в качестве стандартного полевого орудия. Некоторые батареи Королевской конной артиллерии также были переоснащены ею, поскольку их 13-фунтовые пушки оказались неподходящими для преобладающей траншейной войны. Пушку и её 2-колёсный лимбер (лафет с ящиками для снарядов) буксировали командой из шести лошадей (легкой тягловой породы) в парах – ведущая пара, средняя пара, пара лимбера. Кучер сидел на левой лошади каждой пары. Лимбер зацеплялся за лошадей, а ход пушки – за лимбер, таким образом, общий вес пушки и хода поддерживался на 4 колёсах. Расчёт орудия выдвигался в бой либо верхом на своих лошадях, либо на лимберах и повозках, во главе с номером 1 (командиром расчёта, сержантом) на своей лошади. В начале войны вагон с боеприпасами размещался на огневой позиции слева от орудия. Команды со своими лимберами отходили от огневой позиции к "вагонному парку". Боеприпасы передавались из вагона к заряжающему. По мере развития войны и увеличения расхода боеприпасов, боеприпасы часто сбрасывались непосредственно на огневую позицию рядом с орудийными ямами, а вагоны оставались в вагонном парке. Первоначально британские регулярные войска и канадские пехотные дивизии были оснащены тремя полевыми артиллерийскими бригадами, каждая из которых включала три батареи по шесть 18-фунтовых пушек (в общей сложности 54 на дивизию), а также бригаду 4,5-дюймовых гаубиц. К концу сентября 1914 года все резервные орудия (на 25% превышающие штатные нормы, установленные Комитетом Мовата в 1901 году) были доставлены во Францию, хотя новые производственные заказы были размещены с началом войны. Однако орудий было недостаточно для оснащения бригад Новой армии, Территориальных сил и других дивизий Содружества, поэтому их батареи имели всего четыре орудия (в общей сложности 36 на дивизию), а в Галлиполи австралийские и новозеландские дивизии имели меньше бригад. В 1916 году на Западном фронте было принято решение, что все батареи должны иметь шесть орудий. С февраля 1917 года все дивизии были стандартизированы: две артиллерийские бригады, каждая из которых включала три батареи (обозначенные A, B и C) по шесть 18-фунтовых пушек (в общей сложности 36 на дивизию) и одну батарею (D) из шести 4,5-дюймовых гаубиц (в общей сложности 12 на дивизию). Оставшиеся 18 орудий из регулярных дивизий были переданы в армейское управление в армейские полевые артиллерийские бригады для более гибкого применения.

Throughout the First World War, the 18 pounder was operated by the Royal Field Artillery as the standard field gun. Some Royal Horse Artillery batteries were also re equipped with it as their 13 pounders proved unsuited to the prevalent trench warfare. The gun and its 2 wheeled ammunition (carriage) limber were towed by a team of six vanner horses (light draught) in pairs – lead pair, centre pair, limber pair. A driver rode the left horse of each pair. The limber was hooked up to the horses and the trail of the gun was hooked up to the limber, so the total weight of the gun and trail were supported on 4 wheels. The gun detachment all rode into action either on their own horses or on the limber and wagons, led by the No. 1 (the detachment commander, a Sergeant) on his own horse. In the early actions of the war, the ammunition wagon was positioned on the gun position to the left of the gun. The teams with their respective limbers, moving back from the gun position to the "wagon lines". Ammunition was passed from the wagon to the loader. As the war progressed and larger quantities of ammunition were fired, ammunition was often dumped directly onto the gun position next to the gun pits and the wagons held in the wagon lines. Initially, British Regular Army and Canadian infantry divisions were equipped with three field artillery brigades each with three batteries of six 18 pounders (for a total of 54 per division), and a brigade of 4.5 inch howitzers. By the end of September 1914, all reserve guns (25% above the establishment entitlements as decided by the Mowat Committee in 1901) had been delivered to France, although new production orders had been placed on the outbreak of war. However, there were insufficient guns to equip brigades of New Army, Territorial Force and other Dominion divisions, so their batteries had only four guns (total 36 per division) and at Gallipoli, Australian and New Zealand divisions had fewer brigades. In 1916, the decision was taken on the Western Front that all batteries should have six guns. From February 1917, all divisions were standardised with two artillery brigades each with three batteries (named A, B and C) of six 18 pounders (total 36 per division) and one battery (D) of six 4.5 inch howitzers (total 12 per division). The remaining 18 guns from Regular divisions were transferred to Army control in Army Field Artillery Brigades, to be available for more flexible deployment.

1914 год

Когда началась война, британские полевые орудия (13-фунтовые и 18-фунтовые) были оснащены исключительно шрапнельными снарядами, при приблизительном соотношении 3:1 полевых орудий к полевым гаубицам (5-дюймовые и 4,5-дюймовые). Шрапнельный снаряд 18-фунтового орудия содержал 374 небольших сферических пули. Устанавливался временной взрыватель для подрыва снаряда в воздухе перед целью. Это отрывало головную часть снаряда и разбрасывало пули вперед конусом, подобно дробовику – они были эффективны на расстоянии до 300 ярдов от точки разрыва. Для достижения максимального эффекта от конуса пуль, траектория снаряда должна была быть пологой, без крутого снижения. При теоретической скорострельности до 20 выстрелов в минуту, орудие могло выпускать 7480 пуль в минуту на дальности, значительно превышающей дальность пулеметов. Артиллеристы и офицеры батарей регулярной армии были опытны в непосредственной поддержке тактики "огонь и движение" пехоты точным шрапнельным огнем. Шрапнель была эффективна против войск на открытой местности, включая расчеты орудий без щитов. Она оставалась эффективной на протяжении всей войны против внезапно возникающих целей, таких как рабочие команды. Ее использовали для перерезания проволочных заграждений и, что наиболее важно, в скользящем артиллерийском заграде, которая не позволяла обороняющимся занимать свои позиции в окопах во время британского наступления. В этом отношении шрапнель, возможно, была ключевым элементом британской артиллерийской доктрины, заключавшейся в нейтрализации обороняющихся во время наступления, а не в попытках уничтожить противника в его укреплениях перед атакой. Приоритет нейтрализации обороняющихся стал отличительной чертой британской артиллерии на протяжении всего 20-го века. Первые опытные высокобризантные снаряды с тротилом были применены в боевых условиях 31 октября 1914 года 70-й батареей 34-й бригады Королевской артиллерии и 54-й батареей 39-й бригады Королевской артиллерии на Ипрском фронте и показали хорошие результаты, продемонстрировав, что они способны уничтожать вражеские орудия и поражать живую силу. С тех пор Великобритания все чаще снабжала 18-фунтовые орудия высокобризантными снарядами. Важным уроком, извлеченным в 1914 году, было то, что ранняя британская доктрина размещения полевых орудий на открытых или полуоткрытых позициях делала их уязвимыми для вражеского артиллерийского огня, и впоследствии все чаще стали использовать доступные укрытые и скрытые позиции для ведения огня. Это сделало роль офицера-наблюдателя критически важной для 18-фунтовых батарей при обстреле целей, поскольку они больше не могли полагаться на прямую видимость. Эти офицеры несли большие потери. Полезно сравнить фотографию 18-фунтового орудия на открытой местности во время битвы на Марне в 1914 году с фотографией того же орудия, почти скрытого в окопе во время Второй битвы при Буллекуре в 1917 году.

When the war began, British field guns (13 pounder and 18 pounder) were equipped solely with shrapnel shells, with an approximate 3:1 ratio of field guns to field howitzers (5 inch and 4.5 inch). The 18 pounder shrapnel shell contained 374 small spherical bullets. A time fuze was set to initiate the shell in the air in front of the target. This blew off the shell nose and fired the bullets forward in a cone like a shotgun – they were effective up to 300 yards from the burst. For maximum effect from the cone of bullets, the angle of descent of the shell had to be flat and not plunging. At a theoretical maximum 20 rounds per minute, it could deliver 7,480 bullets per minute at a far greater range than machine guns. The gunners and officers of Regular Army field artillery batteries were expert at closely supporting the "fire and movement" tactics of the infantry with accurate shrapnel fire. Shrapnel was effective against troops in the open, including those serving guns without gun shields. They remained effective throughout the war against opportunity targets, such as working parties. They were used for wire cutting and most importantly in the creeping barrage, where they prevented defenders from manning their trench parapets during a British assault. In this respect, they were perhaps the key element in the British artillery doctrine of neutralizing defenders during an assault instead of trying to destroy the enemy in their defences before an attack. Primacy of neutralizing defenders became the distinguishing characteristic of British artillery for the remainder of the 20th century. The first trial high explosive TNT rounds were fired in action on 31 October 1914 by 70th Battery, 34th Brigade RFA and 54th Battery, 39th Brigade RFA on the Ypres front and were quite successful, demonstrating both that they could destroy enemy guns and kill troops. From then on, Britain increasingly supplied 18 pounders with high explosive shells. A major lesson learned in 1914 was that the early British doctrine of positioning field guns in open or semi open positions made them vulnerable to enemy artillery fire, and subsequently more use would be made of available sheltered and hidden positions for firing. This made the role of the Observing Officer crucial for 18 pounder batteries engaging targets as they could no longer rely on direct line of sight. These officers suffered high casualties. It is instructive to compare the photograph of the 18 pounder gun in the open at the 1914 Battle of the Marne with that below of the gun almost hidden in a pit at the Second Battle of Bullecourt in 1917.

1915 год

С 1915 года, когда Великобритания начала наступление на Западном фронте, для подавления обороны противника во время атаки использовались артиллерийские заграждения (впервые применены около 15 лет назад). 18-фунтовые орудия также использовались для разрушения вражеских колючих проволочных заграждений, а фугасные снаряды – для разрушения оборонительных сооружений. С 1916 года для расчистки колючей проволоки все чаще стали применять легкие и средние минометы. 18-фунтовое орудие продолжало использоваться как универсальное легкое орудие на других театрах военных действий, например, на Галлиполи, где его вручную поднимали на вершины крутых холмов, таких как плато «400», холм «Болтон» и высота «Рассел», из-за отсутствия современных горных орудий и нехватки полевых гаубиц. 18-фунтовое орудие могло поражать слабо защищенные войска, разрушая парапеты окопов, небольшие дома и баррикады. Однако его относительно плоская траектория полета не позволяла поражать противника, укрывающегося вне прямой видимости, в углублениях местности, на обратных склонах (например, Квадрата к востоку от Гинши на Сомме) или в глубоких окопах и подвалах. Ему не хватало мощности для разрушения укреплений. Тем не менее, оно могло подавлять оборону противника фугасными или осколочно-фугасными снарядами. Однако за первые 10 месяцев войны было заказано 3628 18-фунтовых орудий и лишь 530 4,5-дюймовых гаубиц. Более тяжелые орудия собирали по всей Британской империи, и к июню 1915 года были размещены заказы на 274 новых тяжелых орудия и гаубицы, от 60-фунтовых орудий до 15-дюймовых гаубиц, а также на новую 6-дюймовую гаубицу. Однако к июню 1915 года стало очевидно, что Германия сокращает долю полевых орудий (до 3,5 на 1000 штыков) и увеличивает долю тяжелых орудий и гаубиц (до 1,7 на 1000 штыков), при этом треть ее артиллерии составляли орудия калибра 15 см и более. У Великобритании не было иного выбора, кроме как увеличить количество тяжелой артиллерии, но сокращать масштабы полевой артиллерии не планировалось из-за необходимости в том, что впоследствии стало называться «непосредственной поддержкой». Тем не менее, фактическое сокращение произошло из-за расширения, которое ограничило численность полевых батарей до 4 орудий. Британские планировщики считали, что для успешного наступления им потребуется соотношение 2:1, в то время как французы полагали, что достаточно 1:1. Генерал Фарндал оправдывал сохранение соотношения 2:1 для полевой артиллерии тем, что «полевые орудия были необходимы для поражения целей вблизи наших войск и для выполнения своей роли в тактическом плане». В течение 1915 года производство 18-фунтовых боеприпасов было поровну разделено между фугасными и осколочно-фугасными снарядами, но расходы приходились в основном на осколочно-фугасные, – 88% в сентябре и ноябре.

With Britain now attacking on the Western Front from 1915 onwards, barrages were used to neutralize defenders during an attack (first used some 15 years earlier). 18 pounder fire was also used to cut enemy barbed wire obstacles, and high explosive shells to inflict damage on defensive works. From 1916, light and medium mortars were increasingly used to blow aside barbed wire obstacles. The 18 pounder continued to be used as a general purpose light gun in other theatres, such as on Gallipoli where it was manhandled up onto the tops of steep hills such as the "400 Plateau", "Bolton's Hill" and "Russell's Top" because of the lack of a modern mountain gun and shortage of field howitzers. The 18 pounder could attack lightly protected troops by destroying the parapets of trenches, small houses, and barricades. But its relatively flat high velocity trajectory meant that it could not reach an enemy sheltering out of the direct line of sight, in dips in the ground, on reverse slopes (such as the Quadrilateral east of Ginchy on the Somme) or in deep trenches or cellars. It lacked the power to demolish fortifications. However, it could neutralize defenders with HE or shrapnel. Nevertheless, in the first 10 months of the war, 3628 18 pounders were ordered and only 530 4.5 inch Howitzers. Heavier guns were being collected from the farthest corners of the Empire and by June 1915 orders had been placed for 274 new heavy guns and howitzers from 60 pounder Gun to 15 inch Howitzer and a new 6 inch Howitzer designed. However, by June 1915 it had also become clear that Germany was reducing the proportion of field guns (to 3.5 per 1000 bayonets) and increasing that of heavier guns and howitzers (to 1.7 per 1000 bayonets), with one third of their artillery being 15 cm or more. Britain had no choice but to increase the amount of heavy artillery, but did not plan to reduce the scale of field artillery because of the need for what would later be called "close support". Nevertheless, a de facto decrease had happened due to expansion limiting field batteries to 4 guns. British planners considered that they would need a 2:1 ratio for a successful offensive, while the French believed they needed 1:1. General Farndale justified the retention of 2:1 field artillery as "Field guns were essential to attack targets close to our own troops and to play their part in the tactical plan". During 1915, 18 pounder ammunition production was equally divided between HE and shrapnel, but expenditure was mostly shrapnel, 88% in September and November.

1916 год

Полевая артиллерия (как 18-фунтовая пушка, так и 4,5-дюймовая гаубица) успешно применялась во время предварительного огня перед началом битвы на Сомме в конце июня – начале июля 1916 года, когда британская тяжелая артиллерия повредила немецкие оборонительные укрепления и вынудила войска покинуть укрытия для их восстановления, после чего они подверглись эффективному огню осколочными снарядами. Использование полевых орудий для создания огненного заградительного огня, подавлявшего противника во время продвижения пехоты, было применено и усовершенствовано в битве на Сомме, вынуждая противника оставаться в укрытиях, пока пехота наступала сразу за разрывами снарядов. "Поэтому крайне важно, чтобы во всех случаях пехота продвигалась непосредственно под огненной завесой полевой артиллерии, которая не должна раскрывать первую цель, пока пехота не окажется в пределах 50 ярдов от неё". Небольшой радиус разрыва снаряда в данном случае был преимуществом, поскольку наступающие войска могли подходить к нему на близкое расстояние. Роль 18-фунтовой пушки была четко определена после сражений на Сомме: "прежде всего – ведение заградительного огня, отражение атак на открытой местности, подавление коммуникаций, перерезание проволочных заграждений, а также иногда – нейтрализация артиллерии противника в пределах досягаемости, разрушение полевых укреплений и заграждений фугасными снарядами и предотвращение ремонтных работ на обороне, недоступной для пехотного оружия". В 1916 году основным типом боеприпасов для 18-фунтовых пушек были осколочные снаряды, хотя во второй половине года соотношение осколочных и фугасных снарядов выровнялось.

1917 год

В январе 1917 года в докладе "Артиллерия в наступательных операциях" было подсчитано, что 18-фунтовым орудиям требуется 7,5 шрапнельных снарядов + 5% фугасных снарядов на ярд фронта на средней дистанции для разрушения проволочных заграждений, и 20 фугасных снарядов для уничтожения траншей в фланговом обстреле. Уничтожение траншей лобовым огнем, как правило, оценивалось в два раза больше, чем при фланговом обстреле. Предполагалось, что 18-фунтовое орудие будет вести огонь 200 снарядами в день во время полномасштабного наступления. В докладе выражалось предпочтение шрапнели с длинным корректирующим зарядом в движущихся заграждениях из-за большого количества "снарядов, поражающих личный состав" и создаваемого ею дымового облака (шрапнельные снаряды были сконструированы для образования белого облака дыма при взрыве, изначально для помощи в корректировке огня). Фугасные снаряды не обеспечивали необходимой визуальной завесы, но могли рассматриваться для использования в движущихся и задних заграждениях в сочетании с дымовыми снарядами, однако дымовые снаряды считались "еще находящимися в зачаточном состоянии". В февральских технических примечаниях 1917 года к 18-фунтовым заграждениям, штаб-квартира заявила, что шрапнельные и фугасные заграждения обычно покрывают глубину до 200 ярдов и выразила предпочтение шрапнели с временной установкой взрывателя (T.S.) для движущихся заграждений, отчасти потому, что шрапнель направляет свою силу вперед, что безопаснее для следующих, особенно если снаряд падает коротко. 50% воздушных подрывов и 50% подрывов при контакте считались оптимальными, за исключением "очень неблагоприятной местности", где снаряды с подрывом при контакте в основном были бы потрачены впустую. Фугасные снаряды с боковым взрывом считались более опасными для наступающих войск (поскольку предполагалось, что они находятся в линию), чем шрапнель, если они взрывались коротко, но боковые взрывы считались менее эффективными против противника, поскольку имели меньший "эффект поражения в глубину". Фугасные снаряды с замедлением затрудняли продвижение войск, поскольку они взрывались на расстоянии 30–40 ярдов от точки первоначального контакта. Фугасные снаряды без замедления оценивались как эффективные только в том случае, если они взрывались непосредственно в траншее противника. При наличии надлежащей программы заграждения и установки взрывателя, движущееся заграждение шрапнелью считалось оптимальным. Британские регулярные артиллеристы уже были опытны в точном времени низких шрапнельных разрывов в 1914 году, как было продемонстрировано в ранних сражениях, но к началу 1917 года их осталось немного, и многие артиллеристы были относительно новыми новобранцами и неопытными; фугасные снаряды использовались с 18-фунтовыми орудиями только два года, поэтому эта записка, возможно, отражает стремление придерживаться проверенного метода, для которого они все еще могли рассчитывать на ядро экспертов. Шрапнель, по-видимому, была предпочтительна для движущихся заграждений, а смесь шрапнели и фугасных снарядов – для стационарных заграждений и других задач. Британское наступление в преследовании отступающей немецкой армии в начале 1917 года к более укрепленным позициям на линии Гинденбурга привело к кратковременному возобновлению маневренной войны, и, исходя из этого опыта, штаб-квартира подчеркнула необходимость максимально приблизить все легкое вооружение к пехоте для поддержки, и что "Огневая поддержка 18-фунтовых орудий и 4,5-дюймовых гаубиц не может быть использована в полной мере" [то есть должна быть использована максимально]. Также было предупреждено, что "Из-за позиционной войны среди начальников артиллерии (C.R.A.) появилась тенденция пытаться контролировать отдельные батареи. Командирам бригад или групп следует давать задачи и разрешать им выполнять их". При открытии битвы при Аррасе 9 апреля 1917 года было приказано 18-фунтовым орудиям вести огонь 50% фугасными и 50% шрапнельными снарядами в движущемся заграждении перед наступающей пехотой, с одним орудием на каждые 20 ярдов фронта. Хотя некоторые командиры немного изменили это, например, бригадный генерал Тюдор, начальник артиллерии 9-й (шотландской) дивизии, который выбрал 75% фугасных и 25% дымовых снарядов, открытие было примечательным первым использованием скоординированного плана огня по всему фронту нескольких армий, с общей стратегией, связывающей пехоту с артиллерией и координирующей продвижение различных видов артиллерии. Например, 18-фунтовые орудия должны были двигаться вперед, когда пехота достигнет своей цели Фазы 2, а 60-фунтовые орудия и 6-дюймовые гаубицы должны были двигаться вперед, чтобы занять свои освобожденные огневые позиции. Это контрастировало с битвой на Сомме, где отдельные командиры корпусов и дивизий использовали свои собственные планы огня и тактику штурма. Для Третьей битвы при Ипре в июле 1917 года план заключался в том, чтобы разрушение проволоки осуществлялось минометами и гаубицами, "чтобы скрыть огневую мощь полевой артиллерии". 1098 18-фунтовых орудий, в среднем по одному на каждые 15 ярдов, должны были использовать шрапнель при ведении огня движущимся заграждением, начиная близко к британским траншеям и продвигаясь вперед на 100 ярдов за 4 минуты. Полевые батареи должны были продвинуться за линию фронта, поскольку приоритетом была защита пехоты во время "удержания захваченных позиций" (то есть захвата и удержания новых передовых позиций). В начальном заграждении для первой фазы 31 июля, битвы при Пилькеме, 2/3 18-фунтовых орудий вели огонь в движущемся заграждении со скоростью четыре выстрела в минуту, а 1/3 – в стационарном заграждении по второй линии противника. Заграждение в целом было успешным; но по мере ухудшения погоды дороги превратились в грязь, а воронки заполнились водой, стало почти невозможно продвигать орудия в поддержку пехоты, как планировалось. Для начального заграждения в битве на дороге Менин 20 сентября соотношение между тяжелой/средней артиллерией и полевой артиллерией впервые достигло 1:1,5, что отражало увеличение количества тяжелых орудий, а не уменьшение количества полевых орудий. 18-фунтовые орудия должны были вести огонь 50% шрапнелью и 50% фугасными снарядами, при этом 25% фугасных снарядов были установлены с замедлением. Таким образом, предыдущие сомнения относительно фугасных снарядов, по-видимому, были преодолены, и для поднимающегося заграждения в битве при Камбре 20 ноября (это было выбрано вместо движущегося заграждения) 18-фунтовые орудия должны были вести огонь равными пропорциями шрапнелью, фугасными снарядами и дымовыми снарядами, при этом точное использование дыма зависело от погодных условий в то время. В 1917 году было произведено в общей сложности 47 992 000 18-фунтовых снарядов, а было выпущено 38 068 000 (38% от общего количества за всю войну), что указывает на масштабы эскалации артиллерийской войны в 1917 году. Потребности в 18-фунтовых снарядах в 1917 году в целом были равными количествами шрапнели и фугасных снарядов. В ходе успешного британского наступления в битве при Амьене 4 июля было по одному 18-фунтовому орудию на каждые 25 ярдов фронта, дополненному пулеметами, и они вели огонь заграждением из 60% шрапнели, 30% фугасных снарядов и 10% дымовых снарядов на расстоянии 200 ярдов впереди наступающих войск. В первой половине 1918 года потребность в 18-фунтовых снарядах была преимущественно (около 60%) шрапнелью, вернувшись к равенству между шрапнелью и фугасными снарядами в последние месяцы войны. Химические и дымовые снаряды составляли около 5% от общего количества.

The January 1917 "Artillery in Offensive Operations" estimated that 18 pounders needed 7.5 shrapnel rounds + 5% HE per yard of front at medium range to cut barbed wire defences, and 20 rounds of HE to destroy trenches in enfilade. The destruction of trenches frontally was generally estimated as requiring twice the enfilade amount. It was estimated that an 18 pounder would fire 200 rounds per day in an "all out" offensive. It expressed a preference for shrapnel with a long corrector in creeping barrages due to its high number of "man killing missiles" and its smoke cloud (shrapnel shells were designed to produce a white puff of smoke on bursting, originally as an aid to gunnery spotting). HE was viewed as not providing this necessary visual screen but could be considered for use in creeping and back barrages in conjunction with smoke shell, but smoke shell was considered "still in its infancy". In its February 1917 Technical Notes on 18 pounder Barrages, GHQ stated shrapnel and HE barrages would normally cover to a depth of 200 yards and expressed its preference for timed shrapnel (T. S.) for creeping barrages, due partly to shrapnel directing its force forward hence being safer for those following, especially if it fell short. 50% air bursts and 50% percussion (bursting on contact) was considered optimal except on "very bad ground" where percussion rounds would mostly be wasted. HE with its lateral bursting was considered more dangerous to advancing troops (as they were assumed to be in a line abreast) than shrapnel if it burst short, but lateral bursts were considered to have less effect on the enemy as they had less "forward effect". HE with delay was difficult for advancing troops to stay close behind, as it burst 30–40 yards beyond the point of initial contact. HE without delay was assessed as effective only if it burst actually in the enemy trench. With a proper barrage program and fuze setting, timed shrapnel creeping barrage was considered optimal. British regular army field gunners were already proficient in accurately timed low shrapnel bursts in 1914, as demonstrated in the early battles, but few remained by early 1917 and many gunners were relatively new recruits and inexperienced; HE had only been in use with 18 pounders for two years, so this note perhaps reflects a desire to stick with a proven method for which they could still draw on a nucleus of experts. Shrapnel appears to have been favoured for creeping barrages and a mix of shrapnel and HE for standing barrages and other tasks. The British advance in pursuit of the German army in early 1917 as it withdrew to stronger positions on the Hindenburg Line brought a brief resumption of mobile warfare, and from the experience GHQ emphasised the need to get all light weaponry as far forward as possible to support infantry, and that "Covering fire of 18 pounders and 4.5 inch howitzers can not be too far exploited" [i. e. should be exploited as much as possible]. It also warned "There was tendency, due to trench warfare, among C. R. A. s to attempt to control individual batteries. Brigade or group commanders should be given a task and allowed to carry it out". At the opening of the Battle of Arras on 9 April 1917, the order was for 18 pounders to fire 50% HE and 50% shrapnel in the creeping barrage ahead of the advancing infantry, with one gun for every 20 yards of front. While a few commanders varied this slightly, such as Brigadier General Tudor, CRA of 9th (Scottish) Division, who chose 75% HE and 25% smoke, the opening was notable for the first use of a coordinated fireplan across the whole front of several armies, with a common strategy linking infantry with artillery and coordinating the advance of various types of artillery. For instance, the 18 pounders were to move forward when the infantry reached their Phase 2 objective and the 60 pounders and 6 inch howitzers would move forward to take their vacated firing positions. This contrasted with the Somme, where individual Corps and Division commanders used their own fire plans and assault tactics. For the Third Battle of Ypres in July 1917, the plan was for wire cutting to be done by mortars and howitzers, "to conceal the strength of the field guns". 1,098 18 pounders, one for every 15 yards on average, would include shrapnel in firing a creeping barrage starting close to the British trenches and moving forward at 100 yards in 4 minutes. Field batteries were to advance beyond no mans land as the priority was to protect the infantry while they were "consolidating on their objectives" (i. e. gaining and holding new advanced positions). In the opening barrage for the first phase on 31 July, the Battle of Pilckem Ridge, 2/3s of the 18 pounders fired in the creeping barrage at four rounds per minute and 1/3 fired in the standing barrage on the German second line. The barrage was generally successful; but as the weather deteriorated, tracks turned to mud and shell holes filled with water, it became nearly impossible for guns to advance in support of the infantry as planned. For the opening barrage at the Battle of Menin Road on 20 September, the ratio of medium/heavy artillery to field artillery reached 1 : 1.5 for the first time, reflecting more heavy guns rather than fewer field guns. 18 pounders were to fire 50% 50% shrapnel and HE with 25% of the HE fuzes set to delay. Hence the previous doubts about HE appear to have been overcome, and for the lifting barrage for the Battle of Cambrai on 20 November (this was chosen rather than a creeping barrage) the 18 pounders were to fire equal proportions of shrapnel, HE and smoke, with the precise smoke usage depending on weather conditions at the time. A total of 47,992,000 18 pounder rounds were manufactured in 1917 and 38,068,000 were fired, (38% of its total for the whole war) indicating the extent to which the artillery war escalated in 1917. 18 pounder ammunition requirements in 1917 were generally equal quantities of shrapnel and HE. For the successful British attack at the Battle of Amiens on 4 July, there was one 18 pounder per 25 yards of front, supplemented by machine guns, and they fired a barrage of 60% shrapnel, 30% HE and 10% smoke 200 yards ahead of the advancing troops. In the first half of 1918, 18 pounder ammunition requirements were predominantly (about 60%) shrapnel, moving back to equality between shrapnel and HE in the final months of the war. Chemical and smoke shells were each around 5% of the total.

Между войнами

После перемирия 1918 года некоторые британские и канадские 18-фунтовые орудия, включая батарею, перевозимую на портах, находились в составе Британской Рейнской армии в Рейнской области. Они также использовались британскими и канадскими войсками в Северной России в 1918–1919 годах и с Канадским Сибирским экспедиционным корпусом. В 1919 году орудия служили в 7-й, 16-й, 21-й и 217-й бригадах Королевской артиллерии в Третьей афганской войне, в операциях в Месопотамии в 1920–1921 годах и в Вазиристане в 1936–1937 годах, а также в Северной Африке. Во время войны против Японии (с декабря 1941 года) 18-фунтовые орудия применялись в Малайской кампании (несколькими британскими полевыми полками) и, в меньшей степени, в битве за Гонконг (965-й батареей береговой обороны). В битве при Кота-Бхару (Малайя) одними из первых выстрелов Тихоокеанской войны были сделаны из 18-фунтового орудия индийской армии. Большинство, если не все, этих орудий были потеряны в результате поражения войск Содружества и захвата Гонконга и Сингапура. С 1942 года 25-фунтовое орудие заменило 18-фунтовое для британских и индийских войск в Бирманской кампании.

Ирландская служба

18-фунтовая пушка поступила на вооружение Ирландской национальной армии в 1922 году, при основании государства. Впервые она была использована артиллеристами Национальной армии для обстрела Четырех судов в Дублине 28 июня 1922 года в ходе битвы за Дублин. Отступающие британские войска подверглись критике за недостаточную подготовку, которую они передали артиллеристам молодого ирландского артиллерийского корпуса, а также за предоставление снарядов, предназначенных для разрушения колючей проволоки, а не обычных осколочно-фугасных снарядов. Следы от снарядов до сих пор видны на стенах Четырех судов. 18-фунтовая пушка сыграла важную роль на протяжении всей Ирландской гражданской войны, имея решающее значение в боях в Манстере вместе с бронеавтомобилем Rolls Royce. Девять 18-фунтовых орудий использовались на роль поддержки пехоты до тех пор, пока в марте 1923 года они не были объединены для формирования артиллерийского корпуса. С созданием Обороноспособных сил в 1924 году 18-фунтовая пушка была единственным артиллерийским оружием на ирландской службе, формируя 1-ю и 2-ю полевые батареи артиллерийского корпуса. К следующему году в наличии было двадцать пять 18-фунтовых орудий, а еще три были поставлены в 1933 году. Дополнительное оборудование, полученное армией в 1941 году, включало четыре 18-фунтовых орудия. Полевые батареи регулярной армии были переоснащены 25-фунтовыми пушками в 1949 году, но тридцать семь 18-фунтовых орудий все еще использовались в резерве FCA. Орудия оставались на вооружении FCA до конца 1970-х годов, когда они были заменены 25-фунтовыми пушками и 120-мм минометами. Некоторые экземпляры сохранились, в том числе несколько в казармах Коллинза в Корке, в казармах Макки в Дублине и два орудия Mk IV в казармах Айкена в Дандолке.

Финская служба

В 1940 году Великобритания продала Финляндии 30 пушек Mk 2 на лафетах Mk 2PA во время Зимней войны, но они прибыли слишком поздно, чтобы принять участие в боевых действиях. Во время войны-продолжения они использовались как "84 K/18" 8-м полком полевой артиллерии 17-й дивизии. Финны модернизировали их, установив большой дульный тормоз и значительно улучшенную систему прицеливания. Для передвижения по глубокому снегу к ним добавлялся второй комплект колес.