Введение

Американский дипломат (1922–2013)

Уильям Хили Салливан (12 октября 1922 – 11 октября 2013) был американским сотрудником дипломатической службы, который занимал пост посла в Лаосе с 1964 по 1969 год, на Филиппинах с 1973 по 1977 год и в Иране с 1977 по 1979 год. После окончания учебы он поступил на флот и служил офицером артиллерии на эсминце USS Hambleton. «Хэмблтон» сопровождал конвои в Северной Атлантике и нес службу у берегов Северной Африки и Италии, прежде чем принять участие в высадке в Нормандии и вторжении на Окинаву. Он был старшим вахтенным на «Хэмблтоне», когда корабль вошел в гавань Йокогамы для церемонии капитуляции Японии. Получив совмещенный диплом магистра в Гарвардском университете и Школе Флетчера при Университете Тафтса по программе GI Bill, Салливан присоединился к дипломатической службе и был направлен в Бангкок, Таиланд. Впоследствии он работал в Калькутте (Индия), Токио (Япония), Неаполе и Риме (Италия) и Гааге (Нидерланды). Его привычка высказывать свое мнение прямо и бескомпромиссно раздражала многих начальников, и на протяжении многих лет он оставался на низших должностях. Затем, в администрации Кеннеди, он был назначен в аппарат У. Аверелла Харримана, помощника госсекретаря по делам Дальнего Востока. Харриман, не терпящий половинчатости, сразу же разглядел его способности. Салливан был заместителем Харримана на женевских переговорах о будущем Лаоса в 1961 году и во время Карибского кризиса. Когда война во Вьетнаме обострилась, он некоторое время служил заместителем руководителя миссии в посольстве США в Сайгоне. Его племянник – бывший заместитель государственного секретаря США и бывший посол США в России Джон Салливан.

Посол в Лаосе

В 1964 году Салливан начал свою работу в качестве посла в Лаосе. В соответствии с указом президента Джона Ф. Кеннеди, все военные операции США в Лаосе находились под непосредственным контролем посла. Будучи послом в Лаосе во время проекта 404, он также лично руководил бомбардировкой тропы Хо Ши Мина. Этот гражданский контроль и ограничение военных операций вызвали недовольство у военных. Секорд заявил, что, учитывая слабую оборону объекта, он считал, что его нельзя будет удержать в случае серьезного нападения. Опасения Секорда оправдались, поскольку самолеты-разведчики ВВС США, регулярно совершавшие полеты над северо-восточным Лаосом в 1967 году, показали, что построенные северовьетнамцами асфальтированные дороги явно приближались к Пху Фа Ти. Строительство дорог велось вдоль маршрутов 6 и 19, соединявших Дьенбьенфу в Северном Вьетнаме с Пху Фа Ти и Нам Баком в Лаосе. Понимая, что Народная армия Вьетнама (PAVN) попытается уничтожить объект, Секорд рекомендовал посольству США в Вьентьяне эвакуировать весь американский персонал. Однако высокопоставленные американские чиновники настаивали на том, чтобы объект «Лима 85» продолжал работу как можно дольше, поскольку он ежедневно спасал жизни американских пилотов. Впоследствии он был назначен послом на Филиппины. Южный Вьетнам пал, когда он находился на Филиппинах, и Салливан организовал эвакуацию сотен тысяч людей через эту страну. Ему удалось убедить президента Маркоса разрешить южновьетнамскому флоту, спасавшемуся от преследований, войти в порты, несмотря на требование нового коммунистического вьетнамского правительства о его возврате, аргументируя это тем, что после падения южновьетнамского правительства корабли фактически стали собственностью США в соответствии с условиями их продажи этому государству.

Посол в Иране

Далее Салливан служил послом в Иране, прибыв незадолго до визита президента Джимми Картера в Иран в декабре 1977 года. В 1970-х годах Америка поддерживала чрезвычайно тесные военные и экономические связи с Ираном. По мере роста масштабов демонстраций Салливан вступил в конфликт с советником по национальной безопасности Збигневом Бжезинским относительно резолюции, отвечающей американским интересам. Салливан считал необходимым пойти на компромисс с демонстрантами и аятоллой Хомейни, в то время как Бжезинский выступал за решительную и безоговорочную поддержку шаха Ирана и премьер-министра Ирана Шапура Бахтияра. Несмотря на то, что Бжезинский настоял на своем, победа осталась за демонстрантами. 9 ноября 1978 года Салливан отправил в Вашингтон телеграмму, в которой указывал на необходимость рассмотреть альтернативные варианты политики, если военным не удастся обеспечить сохранение власти шаха и ему придется покинуть Иран. Эта телеграмма, озаглавленная «Думая о немыслимом», отразила существенный сдвиг в поддержке позиции шаха в Иране. Ранее поступавшая информация указывала на то, что шах сможет преодолеть демонстрации и оставаться у власти еще как минимум десять лет. В телеграмме Салливан отметил, что полная поддержка шаха становится все менее вероятной и что, возможно, придется рассмотреть варианты, которые ранее не принимались во внимание администрацией Картера, чтобы защитить интересы Соединенных Штатов в регионе. Телеграмма попала к Джимми Картеру, который пришел к выводу, что Салливан, возможно, не сможет спасти режим шаха, и рассматривал вопрос о его увольнении. В январе 1979 года Белый дом поручил Салливану сообщить шаху, что правительство США считает необходимым его отъезд из страны. 1 февраля 1979 года изгнанный Хомейни вернулся в Тегеран. Через несколько дней, когда в Тегеране развернулась революция и все государственные органы фактически прекратили свое существование, заместитель госсекретаря Дэвид Ньюсом позвонил Салливану из Ситуационной комнаты Белого дома и спросил: «Советник по национальной безопасности (Бжезинский) просит вашего мнения о возможности государственного переворота со стороны иранских военных с целью смены правительства Бахтияра, которое явно теряет устойчивость». Салливан, как сообщается, ответил: «Передайте Бжезинскому, чтобы он шел к черту». «Это не очень полезный комментарий», — заметил Ньюсом. «Хотите, чтобы я перевел это на польский?» Салливан повесил трубку. 14 февраля 1979 года посольство США в Тегеране было захвачено несколькими вооруженными группами. Сотрудники посольства были ненадолго взяты в заложники, но вскоре освобождены и переданы временному иранскому правительству. Этот кризис, предшествовавший более масштабному кризису с заложниками в Иране на девять месяцев, саркастически получил название «День открытых дверей в честь Святого Валентина» из-за даты его возникновения. В своей автобиографии Салливан писал: «Я рекомендовал признать тот факт, что революция в процессе, и попытаться использовать наше немалое влияние, чтобы направить ее успех в сторону более умеренных сил». Однако Вашингтон не разделял эту точку зрения, и Салливан был отозван в марте 1979 года. Вскоре после этого, 1 апреля 1979 года, Иран официально стал Исламской Республикой. После отъезда Салливана посольство было сокращено до минимального штата под руководством поверенного в делах Брюса Лайнгена, который впоследствии стал одним из 52 американцев, взятых в заложники иранскими студентами. С 1979 по 1986 год он возглавлял Американскую ассамблею при Колумбийском университете, которой ненадолго руководил генерал Дуайт Эйзенхауэр до избрания президентом. В 1981 году Салливан опубликовал книгу «Миссия в Иран» — мемуары о своей работе послом. Его автобиография «Obbligato: Notes on a Foreign Service Career» была опубликована в 1984 году.

Поздняя карьера

Позже он входил в советы директоров Линкольн-центра, Международного центра и Торгового совета США–Вьетнам. В 1988 году он получил предложение от своего бывшего оппонента на северовьетнамских переговорах Нгуен Ко Тача, который к тому времени стал заместителем премьер-министра и министром иностранных дел Вьетнама, начать процесс нормализации отношений между США и Вьетнамом. В мае 1989 года Салливан впервые вернулся во Вьетнам для встречи с министром Тачем, основал Торговый совет США–Вьетнам и с тех пор продолжал работать над шагами по нормализации отношений. После выхода на пенсию он жил тихой жизнью в Куэрнаваке, Мексика, а затем в Вашингтоне, округ Колумбия.

Салливан умер 11 октября 2013 года, за день до своего 91-го дня рождения. У него остались четверо детей и шестеро внуков.