Введение

Евгеническая регистрационная служба (ERO), расположенная в Колд-Спринг-Харбор, штат Нью-Йорк, США, была научно-исследовательским институтом, собирающим биологическую и социальную информацию об американском населении и служившим центром исследований в области евгеники и человеческой наследственности с 1910 по 1939 год. Она была основана Станцией экспериментальной эволюции Института Карнеги в Вашингтоне и впоследствии управлялась его отделом генетики. Как её основатель, Чарльз Бенедикт Давенпорт, так и её директор, Гарри Х. Лафлин, внесли значительный вклад в развитие евгеники в Соединенных Штатах. Её целью было сбор обширной информации о родословных американского населения, создание пропаганды для поддержки движения евгеники и продвижение идеи улучшения расовой чистоты.

История

Движение евгеники было популярным и считалось прогрессивным в начале двадцатого века в Соединенных Штатах. Чарльз Давенпорт был одним из лидеров этой кампании и страстно верил в необходимость применения принципов менделевской генетики к человеку. Жена Давенпорта, Гертруда Давенпорт, также была важной фигурой в этом движении и создании ERO. Гертруда Давенпорт была эмбриологом и генетиком, которая совместно с мужем писала работы, поддерживающие идею применимости теорий менделевской генетики к людям. Обосновывая необходимость сбора информации для исследований в области генетики человека, Давенпорт убедил Институт Карнеги учредить ERO. Он поддерживал связи с влиятельными и богатыми людьми того времени и лоббировал их для финансирования своего видения ERO. Основными источниками финансирования ERO были Мэри Харриман (вдова железнодорожного магната Э. Х. Харримана), Фонд Рокфеллера и затем Институт Карнеги вплоть до 1939 года. В 1935 году Институт Карнеги направил комиссию для оценки работы ERO, в результате чего ERO было предписано прекратить деятельность. В 1939 году новый президент Института Карнеги, Ванневар Буш, добился отставки Лафлина и полностью прекратил финансирование ERO, что привело к его закрытию в конце года. Гарри Х. Лафлин, ранее работавший школьным инспектором в Айове, занимал должность, сопоставимую с должностью заместителя директора ERO. Чарльз Давенпорт назначил Лафлина руководителем ERO благодаря его обширным знаниям в области селекции и применению этих знаний к человеку. Под руководством Лафлина ERO выступало за принятие законов, приведших к принудительной стерилизации многих американцев, которых организация классифицировала как "социально неблагополучных". Деятельности Службы евгенических записей способствовали различные комитеты. В состав Комитета по наследственности психических признаков входили Роберт М. Йеркс и Эдвард Л. Торндайк. В состав Комитета по наследственности глухонемоты входил Александр Грэм Белл. Гарри Х. Лафлин был членом Комитета по стерилизации, а в состав Комитета по наследственности умственно отсталых входил, среди прочих, Генри Герберт Годдард. Среди других известных членов совета были ученые, такие как Ирвинг Фишер, Уильям Э. Касл и Адольф Майер. В 1920-х годах ERO объединилась со Станцией экспериментальной эволюции и получила название Департамента генетики Института Карнеги. В конечном итоге ERO была закрыта в декабре 1939 года, отчасти из-за вызванного ею неодобрения. Собранная ERO информация была передана другим организациям, занимающимся генетическими исследованиями, и службам сбора данных для учебных и исследовательских целей. Документы хранятся в университетском архиве и доступны онлайн, а также на ряде мультимедийных веб-сайтов.

Методы

ERO собирало исследования преимущественно с помощью анкет. Эти анкеты содержали вопросы, описывающие характеристики отдельных людей и их семей. Эти характеристики варьировались от физических до особенностей темперамента. Многие из этих анкет собирались полевыми работниками, как правило, образованными женщинами (у которых было немного других доступных профессий), которые обходили дома, прося людей заполнить эту информацию. У многих из этих женщин были степени бакалавра в области биологии, а получение степени магистра было нередким явлением. Кроме того, ERO использовало и другие методы сбора анкет, такие как рассылка по почте и продвижение их как способа для семей узнать о своем генеалогическом древе и истории семьи. Более того, рост нацизма в 1930-х годах и его использование и вера в евгенику вызвали оппозицию американской программе. ERO окончательно прекратило свою деятельность в 1939 году. Политика Гарри Лофлина была использована в Германии, где были приняты законы о принудительной стерилизации. В результате этих законов было стерилизовано 400 000 человек. Многие правительственные чиновники, поддерживавшие ERO, стремились к внедрению законов о принудительной стерилизации. Например, Менендес Рамос, губернатор Пуэрто-Рико в 1930-х годах, установил законы о стерилизации для пуэрториканских женщин. Целью было борьба с поколенческой бедностью и повышение экономической эффективности пуэрториканцев. Некоторые историки утверждают, что эти законы были введены якобы для предотвращения загрязнения генофонда латиноамериканской кровью. Кроме того, в 1927 году Верховный суд США постановил, что стерилизация граждан с ограниченными возможностями не нарушает Конституцию. Хотя эти законы в конечном итоге были отменены, подавляющее большинство людей уже были стерилизованы. Более того, в эпоху евгеники законодатели Калифорнии насильственно стерилизовали тысячи людей в психиатрических учреждениях. Целью было предотвращение распространения психических заболеваний в последующих поколениях. Сообщается, что некоторым детям отказывали в медицинской помощи, если их матери не подвергались принудительной стерилизации. Экономист Джозеф М. Гиллман критиковал статистический анализ и исследовательскую методологию работы ERO, утверждая, что в ней присутствовали элементарные статистические ошибки, а также предвзятость отбора. Например, Гарри Х. Лофлин утверждал, что различные формы "дегенерации" присущи определенным расовым группам недавних иммигрантов, изучая население психиатрических больниц и домов для инвалидов. Однако он не учел тот факт, что расовые группы в более старых иммигрантских общинах чаще заботились о своих инвалидах дома, а не помещали их в учреждения, что не касалось небольших групп недавних иммигрантов, у которых могло не быть семьи в стране для ухода за ними. Гиллман писал, что ошибки были настолько примитивными, что, "видимо, побудившими обоих этих джентльменов к совершению этих ошибок было их сильное желание – у одного ассоциировать, а у другого – дистанцироваться от расы в связи с распространенностью различных социальных недостатков. Факты, следовательно, отбирались и методы интерпретации выбирались таким образом, чтобы получить желаемую поддержку их предвзятых выводов".