Британские исследования танков: от Centurion к новым разработкам (1950-1970-е)

Введение

Начиная с 1950 года, была предпринята серия исследований концепций в поисках конструкции, способной превзойти Centurion. Эти исследования включали как дальнейшую разработку существующей конструкции тяжелого крейсерского танка Centurion, так и изучение различных нетрадиционных концепций, таких как небольшие танки с экипажем из 1-2 человек, оснащенные противотанковыми ракетами или автоматической загрузкой и пушками, использующими жидкостное ракетное топливо. В 1954 году было принято решение, что следующий британский танк должен быть эволюционным, предназначенным для установки высокомощной пушки с системой раздельного заряда. Эта работа привела к разработке технического задания Военного ведомства для нового танка. Техническое задание Генерального штаба учитывало опыт применения танков Centurion в Корейской войне, а также опыт, полученный при эксплуатации танка Conqueror. Ожидалось, что танк сможет вести огонь по противнику на больших дистанциях с оборонительных позиций и быть защищенным от огня средней артиллерии. Для этого пушка должна была иметь больший угол снижения, чем 8 градусов у Conqueror, и оснащаться более мощной лобовой броней. Предполагалось, что танк сможет вести огонь с темпом 10 выстрелов в минуту в течение первой минуты и 6 выстрелов в минуту в последующие четыре минуты. Первые прототипы были переданы для войсковых испытаний в 1959 году, в ходе которых были выявлены необходимые изменения. Улучшения, направленные на снижение вибрации двигателя и повышение эффективности охлаждения, привели к перепроектированию задней части корпуса. Это увеличило конструктивный вес почти до 50 тонн, что потребовало усиления подвески (рассчитанной на 45 тонн). Для защиты дорожного покрытия от повреждений потребовалось установить дорожные траки и увеличить клиренс. Проект был принят в начале 1960-х годов. Великобритания и Израиль сотрудничали на последних этапах разработки с целью последующей закупки и организации производства танка в Израиле. В рамках четырехлетнего испытания были поставлены два прототипа. Однако в конечном итоге было решено не продавать танк израильтянам (поскольку в конце 1960-х годов Великобритания поддерживала более тесные отношения с арабскими государствами и Иорданией, чем с Израилем), что побудило Израиль начать собственную программу разработки. В 1957 году НАТО определило, что вооруженные силы должны использовать многотопливные двигатели. Ранний двигатель Leyland развивал мощность около л.с. на ведущее колесо, что обеспечивало максимальную скорость по шоссе около км/ч, а проходимость по пересеченной местности была ограничена. Хотя подвеска Horstmann с пружинами снижала комфорт при движении по шоссе по сравнению с танками с торсионной подвеской, полковник Питер Хамер из 11-го гусарского полка отметил, что "на действительно пересеченной и сложной местности он мог оставить Leopard далеко позади". Из-за плотной посадки гильз цилиндров часто возникали утечки охлаждающей жидкости в блоке цилиндров, что приводило к выбросу белого дыма из выхлопной трубы. В конце 1970-х годов конструкция двигателя была изменена с применением Belzona для улучшения герметичности гильз. Также увеличилась мощность двигателя: более поздние двигатели развивали мощность около л.с. на ведущее колесо, что обеспечивало улучшенные характеристики и более высокую скорость. Однако проходимость по пересеченной местности оставалась ограниченной.

Starting in 1950, a series of Concept Research Studies were undertaken "in the search for a design to succeed Centurion". These involved both a development of the existing Centurion Heavy Cruiser Tank design, as well as a variety of unconventional concepts such as small 1 & 2 man tanks equipped with anti tank missiles or auto loading and liquid propellant guns. in 1954 the decision was taken that "the next UK tank should be an evolutionary one designed to carry an HV gun with a bagged charge ammunition system". This work led to a War Office specification for a new tank. The General Staff specification drew on the experience of Centurion tanks in the Korean War as well as that of the Conqueror tank. The tank was expected to be able to engage the enemy at long range, from defensive positions, and be proof against medium artillery. To this end, the gun was to have a greater angle of depression than the 8 degrees of Conqueror and would be equipped with better frontal armour. The tank was expected to achieve a firing rate of 10 rounds per minute in the first minute and six per minute for the following four. The first few prototypes were provided for troop trials from 1959 which identified a number of changes. Improvements to address engine vibration and cooling resulted in a redesign of the rear hull. This increased the design weight to nearly 50 tons and accordingly the suspension (which had been designed for 45 tons) was strengthened. Trackpads had to be fitted to protect roads from damage and the ground clearance increased. The design was accepted in the early 1960s. Britain and Israel had collaborated on the development in its latter stages with a view to Israel purchasing and domestically producing the vehicle. Two prototypes were delivered as part of a four year trial. However, it was eventually decided not to sell the marque to the Israelis (since, at that period of time in the late 1960s, the UK was more friendly towards the Arab states and Jordan than to Israel), which prompted them to follow their own development programme. In 1957, NATO had specified that its forces should use multi fuel engines. The early Leyland engine delivered around to the sprocket, which meant a top road speed of around and cross country performance was limited. Whilst the Horstmann coil spring suspension reduced the on road ride quality compared to tanks with torsion bar suspension, Colonel Peter Hamer of the 11th Hussars commented that "over really bad rough ground it could leave a Leopard for dead". Due to the cylinder linings being pressure fitted, coolant leaks within the cylinder block were common, resulting in white smoke billowing from the exhaust. In the late 1970s, engine design changed with the introduction of Belzona which was used to improve the lining seals. Engine output also increased, with later engines delivering some to the sprocket. This meant better performance and an increased speed. However, cross country performance remained limited.

Дизайн

Конструкция Chieftain включала сильно наклонный корпус и башню, что значительно увеличивало эффективную толщину фронтальной брони на лобовой плите (от фактической толщины) и на башне (от ). Он имел башню без накидки, чтобы в полной мере использовать возможность завала корпуса до десяти градусов в позиции "корпус вниз". В целях безопасности ранние прототипы были оснащены брезентовым экраном, закрывающим место установки орудия, и металлическим ящиком, установленным над наклонной лобовой плитой, чтобы замаскировать конфигурацию машины. Водитель находился в полулежачем положении в корпусе при закрытом люке, что способствовало уменьшению силуэта передней лобовой плиты. Командир, наводчик и заряжающий располагались в башне. С левой стороны башни был установлен большой прожектор с инфракрасной функцией в бронированном кожухе. Изначальная конструкция танка Chieftain предусматривала установку бензинового двигателя V8 Rolls Royce.

Двигатель Leyland L60 – это двухтактная оппозитная поршневая конструкция, предназначенная для работы на различных видах топлива, чтобы он мог использовать любое доступное топливо. На практике двигатель не выдавал ожидаемой мощности и был ненадежным, с расчетным уровнем поломок в 90%, однако были внесены улучшения для устранения этих проблем. Основные проблемы включали выход из строя гильз цилиндров, неисправности привода вентилятора и постоянные утечки из-за вибрации и неправильной прокладки трубопроводов. Однако, по мере увеличения мощности двигателя, сам танк становился тяжелее. Chieftain был оснащен системой защиты от ОМП, которой не было у Centurion. Начиная с начала 1970-х годов, версия Mk 3/3 заменила орудие с дальномером на лазерный дальномер Barr and Stroud LF 2 с дальностью. Это позволило вести огонь на значительно больших дистанциях, а также интегрировать его с системой управления огнем, обеспечивая более быстрое реагирование и смену целей.

Служба

Вождь оснащал британские подразделения Британской армии Рейна (BAOR) в период холодной войны и оборонял Западную Германию от возможного нападения стран Варшавского договора. Как и его европейские конкуренты, Chieftain завоевал значительный экспортный рынок на Ближнем Востоке, но, в отличие от Centurion, не был принят на вооружение ни одной другой страной НАТО или Содружества. Chieftain доказал свою боеспособность и возможность модернизации как для общего улучшения, так и для соответствия местным требованиям. Он постоянно модернизировался до начала 1990-х годов, когда был заменен Challenger 1. Последняя версия Chieftain, использовавшаяся британской армией до 1995 года, включала броню "Stillbrew", названную в честь полковника Стилла и Джона Брюэра из Управления военных машин и инженерных разработок (MVEE), Улучшенную систему управления огнем (IFCS) и Тепловизионный прицел для ведения огня (TOGS). Последним британским полком, оснащенным Chieftain, был 1-й Королевский танковый полк, дислоцировавшийся в казармах Аливаль, Тидворт. Первая модель была представлена в 1967 году. Chieftain поставлялся как минимум в шесть стран, включая Иран, Кувейт, Оман и Иорданию. Соглашение о продажах Израилю и организации местного производства было отменено британским правительством в 1969 году, несмотря на значительный израильский технический и тактический вклад в разработку танка, особенно в части обеспечения его успешной эксплуатации в пустынных условиях и возможности эффективного использования укрытий. Два экземпляра были поставлены и тщательно испытаны израильским бронетанковым корпусом. Этот опыт послужил стимулом для создания израильского танка Merkava, программу разработки которого возглавил генерал Израиль Таль, тесно сотрудничавший с британцами в рамках англо-израильского проекта Chieftain. Крупнейшая зарубежная продажа была осуществлена в Иран, который, по рекомендации генерала Таля, получил 707 танков Mk 3P и Mk 5P (буква P обозначает Персию), а также 187 машин FV4030 1, 41 ARV и 14 AVLB до революции 1979 года. Дальнейшие запланированные поставки более совершенных серий FV4030 2 (Shir 1) и FV4030 3 (Shir 2) были отменены. Именно на Ближнем Востоке Chieftain получил весь свой боевой опыт. Он впервые был широко использован Ираном во время ирано-иракской войны 1980–1988 годов, в том числе в крупнейшем танковом сражении войны, с неоднозначными результатами, поскольку Chieftain Mk 3/5 страдал от хронических проблем с двигателем и низкого отношения мощности к весу, что делало его ненадежным и медленным при маневрировании по пересеченной местности, что, в свою очередь, приводило к поломкам в разгар боя или делало его медлительной и уязвимой целью для вражеского огня. Из 894 танков Chieftain, участвовавших в начале войны, к ее окончанию осталось всего 200. Chieftain до сих пор состоит на вооружении в Иране, а танк Mobarez является локально модернизированной версией.

Chieftain equipped British units of the British Army of the Rhine (BAOR) during the Cold War, defended West Germany against possible Warsaw Pact attack. Like its European competitors, the Chieftain found a large export market in the Middle East, but unlike the Centurion, it was not adopted by any other NATO or Commonwealth country. The Chieftain proved itself capable in combat and able to be upgraded, both for overall improvement and to meet local requirements. It was continuously upgraded until the early 1990s, when it was replaced by Challenger 1. The final Chieftain version, which was used by the British Army until 1995, incorporated "Stillbrew" armour named after Colonel Still and John Brewer from the Military Vehicles and Engineering Establishment (MVEE), the Improved Fire Control System (IFCS) and the Thermal Observation Gunnery Sight (TOGS). The last British Regiment equipped with Chieftains was the 1st Royal Tank Regiment, which was based at Aliwal Barracks, Tidworth. The first model was introduced in 1967. Chieftains were supplied to at least six countries, including Iran, Kuwait, Oman and Jordan. An agreement for sales to Israel and local production was cancelled by the British Government in 1969, despite considerable Israeli technical and tactical input into the development of the tank, especially the capacity to operate successfully in desert environments, and the provision for the tank to make good use of hull down positioning. Two examples were delivered to, and extensively trialled by, the Israeli Armoured Corps. This experience spurred the creation of the indigenous Israeli Merkava, the development programme was led by General Israel Tal, who had worked closely with the British in the Anglo Israeli Chieftain project. The largest foreign sale was to Iran, who, at the recommendation of General Tal, took delivery of 707 Mk 3P and Mk 5P (the letter P standing for Persia), as well as 187 FV4030 1, 41 ARV and 14 AVLB before the 1979 revolution. Further planned deliveries of the more capable FV4030 2 (Shir 1) and FV4030 3 (Shir 2) series were cancelled at that point. It was in the Middle East that the Chieftain was to see all of its operational experience. It was first used extensively by Iran, during the Iran–Iraq War of 1980–88, including the largest tank battle of the war, with mixed results as the Chieftain Mk 3/5 suffered from chronic engine problems and low power to weight ratio, making it unreliable and slow when manoeuvering over harsh terrain, which in turn made it prone to breakdowns in the midst of battle or a sluggish target and thus vulnerable to enemy tank fire. Out of the 894 Chieftain tanks that had started the war only 200 were left by the war's end. The Chieftain remains in service in Iran, the Mobarez tank being a locally upgraded version.

Кувейт и битва за мосты

В Кувейте насчитывалось 143 танка «Чифтен» накануне иракского вторжения в Кувейт в 1990 году. Тридцать семь танков «Чифтен» кувейтской 35-й бронетанковой бригады участвовали в битве за мосты против подразделений иракских дивизий «Хаммурапи» и «Медина», после чего отступили через саудовскую границу. Кувейтская 35-я бронетанковая бригада не смогла заблокировать перевал Мутла и оказалась неэффективной в сдерживании иракцев, однако она отошла в пустыню и вошла в состав Объединенных сил командования «Восток» во время войны в Персидском заливе в 1991 году. Помимо танков 35-й бронетанковой бригады, остальные танки «Чифтен» кувейтских вооруженных сил (136 машин) были либо уничтожены, либо захвачены вторгшимися войсками после того, как их покинули кувейтские экипажи из-за нехватки боеприпасов. После освобождения Кувейта устаревшие танки «Чифтен» были заменены югославскими М-84.

Текущий

: 100 танков Chieftain Mk3/Mk5 и 20 машин разминирования ARV в 2004 году.
: 27 единиц поставлено в период с 1981 по 1985 год.

Только для оценки

Один танк Chieftain был испытан вместе с Leopard в период с 15 января по 22 марта 1968 года Отрядом ter Beproeving van Voertuigen ("Отрядом по испытанию транспортных средств") Королевской голландской армии; танку был присвоен британский регистрационный номер 03 EB 81 и голландский номер KZ 99 65. В конечном итоге Leopard был выбран главным образом из-за низкого качества изготовления Chieftain, особенно двигателя, который настолько сильно протекал маслом, что моторное отделение почернело.