Волюбилис: Древний город на границах империи

Введение

Частично раскопанный берберский город в Марокко, скульптуры Альфреда Буше.

Волубилис (; وليلي; ) — частично раскопанный берберско-римский город в Марокко, расположенный недалеко от города Мекнес, который, возможно, был столицей Королевства Мавретания, по крайней мере, со времен царя Юбы II. До Волубилиса столицей королевства, возможно, была Гилда. Основанный в плодородной сельскохозяйственной местности, он развивался с III века до нашей эры как берберское, а затем протокарфагенское поселение, прежде чем стать столицей Королевства Мавретания. Город быстро рос под римским правлением с I века нашей эры и расширился до охвата территории с окружением стен. В II веке город получил ряд важных общественных зданий, включая базилику, храм и триумфальную арку. Его процветание, основанное главным образом на выращивании оливок, способствовало строительству многих прекрасных городских домов с большими мозаичными полами. Около 285 года город пал под натиском местных племен и больше не был отвоеван Римом из-за своей удаленности и уязвимости на юго-западной границе Римской империи. Он продолжал быть населенным еще как минимум 700 лет, сначала как латинизированное христианское сообщество, а затем как раннее исламское поселение. В конце VIII века он стал резиденцией Идриса ибн Абдаллы, основателя династии Идрисидов в Марокко. К XI веку Волубилис был заброшен после переноса центра власти в Фес. Большая часть местного населения была переселена в новый город Мулай Идрис Зерхун, расположенный примерно в от Волубилиса. Руины оставались в значительной степени нетронутыми, пока не были разрушены землетрясением в середине XVIII века и впоследствии разграблены марокканскими правителями, искавшими камень для строительства Мекнеса. Лишь в конце XIX века местоположение было окончательно идентифицировано как древний город Волубилис. В период и после французского правления в Марокко было раскопано около половины территории, обнаружено множество прекрасных мозаик, а некоторые из наиболее значимых общественных зданий и домов знати были восстановлены или реконструированы. Сегодня это объект Всемирного наследия ЮНЕСКО, включенный в список как "исключительно хорошо сохранившийся пример крупного римского колониального города на окраине империи".

Volubilis (; وليلي; ) is a partly excavated Berber Roman city in Morocco situated near the city of Meknes that may have been the capital of the Kingdom of Mauretania, at least from the time of King Juba II. Before Volubilis, the capital of the kingdom may have been at Gilda. Built in a fertile agricultural area, it developed from the 3rd century BC onward as a Berber, then proto Carthaginian, settlement before being the capital of the kingdom of Mauretania. It grew rapidly under Roman rule from the 1st century AD onward and expanded to cover about with a circuit of walls. The city gained a number of major public buildings in the 2nd century, including a basilica, temple and triumphal arch. Its prosperity, which was derived principally from olive growing, prompted the construction of many fine town houses with large mosaic floors. The city fell to local tribes around 285 and was never retaken by Rome because of its remoteness and indefensibility on the south western border of the Roman Empire. It continued to be inhabited for at least another 700 years, first as a Latinised Christian community, then as an early Islamic settlement. In the late 8th century it became the seat of Idris ibn Abdallah, the founder of the Idrisid dynasty of Morocco. By the 11th century Volubilis had been abandoned after the seat of power was relocated to Fes. Much of the local population was transferred to the new town of Moulay Idriss Zerhoun, about from Volubilis. The ruins remained substantially intact until they were devastated by an earthquake in the mid 18th century and subsequently looted by Moroccan rulers seeking stone for building Meknes. It was not until the latter part of the 19th century that the site was definitively identified as that of the ancient city of Volubilis. During and after the period of French rule over Morocco, about half of the site was excavated, revealing many fine mosaics, and some of the more prominent public buildings and high status houses were restored or reconstructed. Today it is a UNESCO World Heritage Site, listed for being "an exceptionally well preserved example of a large Roman colonial town on the fringes of the Empire".

Имя

Происхождение названия неизвестно, но оно могло возникнуть в результате латинизации слова валилт из языка берберов, означающего олеандр, который растет по склонам долины. Также возможно, что это прямой перевод имени берберов, если оно связано с корнем WLLY, означающим "вращаться, кружиться". В латинском словаре Льюиса и Шорта значение слова "volubilis" определяется как "то, что вращается или (чаще) то, что вращается само по себе, вращающееся, кружащееся, вихрящееся, катящееся, вращающееся". Это слово упоминается в Посланиях Горация (I, 2, 43): labitur, et labetur in omne volubilis aevum ("Оно течет и будет течь, вечно кружась"). В классической латыни звук "v" в слове "volubilis" произносился как "w", что приближает произношение к современному произношению в берберских и арабских языках. Шарль Жозеф Тиссо (1828–1884) обнаружил, что то, что некоторые арабские источники называют "Каср Фараон" (قصر فرعون, дворец фараона), соответствует Волубилису. Этот термин до сих пор используется местными жителями, иногда в сокращенной форме لقصر Эль-Ксар, что означает "Дворец".

Основание и римская оккупация

Волубилис, построенный на пологим склоне под горой Зерхун, стоит на гребне над долиной Хуман (Кхуман), где его встречает небольшой приток, называемый Фертасса. Он возвышается над холмистой плодородной аллювиальной равниной к северу от современного города Мекнес. Город находился в пределах королевства Мавретания, которое стало римским клиентским государством после падения Карфагена в 146 г. до н.э. Пуническое влияние сохранялось в течение значительного времени, поскольку городские магистраты сохраняли карфагенский титул суффета даже после окончания пунического правления. Юба II из Нумидии был возведен на престол Мавретании Августом в 25 г. до н.э. и обратил свое внимание на строительство второй столицы в Волубилисе. Получив образование в Риме и женившись на Клеопатре Селене II, дочери Марка Антония и Клеопатры, Юба и его сын Птолемей были полностью романизированными королями, хотя и берберского происхождения; их предпочтение римскому искусству и архитектуре отчетливо отразилось в планировке города. После того как Клавдий аннексировал Мавретанию в 44 г. н.э., город значительно вырос благодаря своему богатству и процветанию, полученным от плодородных земель провинции, производивших ценные экспортные товары, такие как зерно, оливковое масло и диких животных для гладиаторских зрелищ. На пике своего развития в конце II века Волубилис насчитывал около 20 000 жителей – весьма значительное население для римского провинциального города, – и окружающий регион также был хорошо заселен, судя по более чем 50 виллам, обнаруженным в этом районе. Город упоминается географом Помпонием Мелой, который в своем труде «De situ orbis libri III» описал его как один из «самых богатых городов, хотя и самый богатый среди небольших» в Мавретании. Его упоминает также Плиний Старший, а в Антоновом итерарии II века указывается его местоположение и название – Volubilis Colonia. Население города состояло преимущественно из романизированных берберов. Город оставался верным Риму, несмотря на восстание в 40–44 гг. н.э., возглавленное одним из освобожденных Птолемея, Эдемоном, и его жители были вознаграждены предоставлением гражданства и десятилетним освобождением от налогов. Город был возведен в статус муниципия, и его система управления была пересмотрена: пунический титул суффета был заменен ежегодно избираемыми дуумвирами, или парой магистратов. Однако положение города всегда было шатким; он располагался на юго-восточной окраине провинции, сталкиваясь с враждебными и все более могущественными берберскими племенами. Кольцо из пяти фортов, расположенных в современных поселках Айн-Шкор, Блед-эль-Гаада, Сиди-Муса, Сиди-Саид и Блед-Такаурат (древняя Токолосида), было построено для укрепления обороны города. Сиди-Саид служил базой для Cohors IV Gallorum equitata, вспомогательного кавалерийского отряда из Галлии, в то время как в Айн-Шкоре размещались когорты из Испании и Бельгии. В Сиди-Муссе располагался когорта парфян, а галльская и сирийская кавалерия базировались в Тосколосиде. Нарастающая напряженность в регионе в конце II века побудила императора Марка Аврелия приказать возвести стену с восемью воротами и 40 башнями. Волубилис был соединен дорогой с Ликсом и Тингисом (столицей римской провинции Мавретания Тингитана, современный Танжер), но не имел восточных связей с соседней провинцией Мавретания Цезарийская, поскольку между ними находилась территория берберского племени Бакаты. В Волубилисе в III веке существовала еврейская община, о чем свидетельствуют многочисленные еврейские, греческие и латинские погребальные надписи и лампы в форме меноры. Это самое юго-западное место, где была найдена древняя еврейская надпись. Контроль Рима над городом прекратился после хаоса кризиса III века, когда империя почти распалась из-за серии генералов, захвативших и потерявших власть в результате гражданских войн, дворцовых переворотов и убийств. Около 280 года римское правление рухнуло в большей части Мавретании и больше не было восстановлено. В 285 году император Диоклетиан реорганизовал то, что осталось от провинции, сохранив только прибрежную полосу между Ликсом, Тингисом и Септой (современная Сеута). Хотя в Тингисе базировалась римская армия, было решено, что отвоевание уязвимого пограничного региона будет слишком дорогостоящим. Однако город продолжал существовать, о чем свидетельствуют прекрасные мозаики, такие как мозаика с изображением гонки колесниц, запряженных животными, в Доме Венеры, которая не могла быть создана ранее IV века. Статуя, изображающая доброго пастыря со скрещенными руками, может намекать на христиан в городе, а также свидетельства крещения, датируемые началом IV века, как предполагает Тувено. Вероятно, конец римского города наступил в результате землетрясения к концу века, которое погребло под обломками домов многочисленные бронзовые статуи.

Built on a shallow slope below the Zerhoun mountain, Volubilis stands on a ridge above the valley of Khoumane (Khuman) where it is met by a small tributary stream called the Fertassa. It overlooks a rolling fertile alluvial plain north of the modern city of Meknes.]] The city lay within the kingdom of Mauretania, which became a Roman client state following the fall of Carthage in 146 BC. The Punic influence lasted for a considerable time afterwards, as the city's magistrates retained the Carthaginian title of suffete long after the end of Punic rule. Juba II of Numidia was placed on the Mauretanian throne by Augustus in 25 BC and turned his attention to building a second capital at Volubilis. Educated in Rome and married to Cleopatra Selene II, the daughter of Mark Antony and Cleopatra, Juba and his son Ptolemy were thoroughly Romanised kings, although of Berber ancestry; their preference for Roman art and architecture was clearly reflected in the city's design. After Claudius annexed Mauretania in 44 AD, the city grew substantially due to its wealth and prosperity, derived from the fertile lands of the province which produced valuable export commodities such as grain, olive oil and wild animals for gladiatorial spectacles. At its peak in the late 2nd century, Volubilis had around 20,000 inhabitants – a very substantial population for a Roman provincial town – and the surrounding region was also well inhabited, to judge from over 50 villas discovered in the area. It was mentioned by the 1st century AD geographer Pomponius Mela, who described it in his work De situ orbis libri III as one of "the wealthiest cities, albeit the wealthiest among small ones" in Mauretania. It is also mentioned by Pliny the Elder, and the 2nd century Antonine Itinerary refers to its location and names it as Volubilis Colonia. Its population was dominated by Romanised Berbers. The city remained loyal to Rome despite a revolt in 40–44 AD led by one of Ptolemy's freedmen, Aedemon, and its inhabitants were rewarded with grants of citizenship and a ten year exemption from taxes. The city was raised to the status of a municipium and its system of governance was overhauled, with the Punic style suffetes replaced by annually elected duumvirs, or pairs of magistrates. However, the city's position was always tenuous; it was located on the south eastern edge of the province, facing hostile and increasingly powerful Berber tribes. A ring of five forts located at the modern hamlets of Aïn Schkor, Bled el Gaada, Sidi Moussa, Sidi Said and Bled Takourart (ancient Tocolosida) were constructed to bolster the city's defence. Sidi Said was the base for the Cohors IV Gallorum equitata, an auxiliary cavalry unit from Gaul, while Aïn Schkor housed Hispanic and Belgic cohorts. Sidi Moussa was the location of a cohort of Parthians, and Gallic and Syrian cavalry were based at Toscolosida. Rising tensions in the region near the end of the 2nd century led the emperor Marcus Aurelius to order the construction of a circuit of walls with eight gates and 40 towers. Volubilis was connected by road to Lixus and Tingis (capital city of the Roman province of Mauretania Tingitana, modern Tangier) but had no eastwards connections with the neighbouring province of Mauretania Caesariensis, as the territory of the Berber Baquates tribe lay in between. A Jewish community existed in Volubilis in the third century, as evident from several Hebrew, Greek and Latin funeral inscriptions and Menorah shaped lamps. It is the most south western location where ancient Hebrew inscription has been found. Rome's control over the city ended following the chaos of the Crisis of the Third Century, when the empire nearly disintegrated as a series of generals seized and lost power through civil wars, palace coups and assassinations. Around 280, Roman rule collapsed in much of Mauretania and was never re established. In 285, the emperor Diocletian reorganised what was left of the province to retain only the coastal strip between Lixus, Tingis and Septa (modern Ceuta). Although a Roman army was based in Tingis, it was decided that it would simply be too expensive to mount a reconquest of a vulnerable border region. Occupation of the city continued, however, as fine mosaics such as that of a chariot race conducted by animals in the House of Venus can not have been created earlier than the fourth century. A statue representing a good shepherd with crossed arms might hint to Christians in the town and early fourth century evidence of crossing oneself as suggested by Thouvenot. The end of the Roman city probably came in the form of an earthquake towards the end of the century, which buried numerous bronze statues in the wreckage of the houses.

Раскопки, реставрация и включение в список ЮНЕСКО

Большая часть Волубилиса была раскопана французами во время их правления над Французским Марокко в период с 1912 по 1955 год, однако раскопки на этом месте начались за десятилетия до этого. С 1830 года, когда французское завоевание Алжира положило начало процессу расширения французского господства над большей частью северной, западной и центральной Африки, археология тесно переплеталась с французским колониализмом. Французская армия начала научные исследования уже в 1830-х годах, а к 1850-м годам для французских офицеров стало модным исследовать римские руины во время отпуска и в свободное время. К концу XIX века французские археологи предприняли интенсивные усилия по раскрытию доисламского прошлого северо-западной Африки посредством раскопок и реставрации археологических памятников. Французы придерживались совершенно иного представления о сохранении исторического наследия, чем марокканские мусульмане. Как отмечает историк Гвендолин Райт, "мусульманское понимание истории и архитектуры считало концепцию выделения памятников совершенно чуждой", что "дало французам доказательство убеждения в том, что только они способны в полной мере оценить прошлое Марокко и его красоту". Эмиль Поти из Института высших марокканских исследований критиковал мусульман за то, что они полагают, будто "течение времени ничего не значит", и обвинял их в том, что они "позволяют своим памятникам приходить в упадок с тем же безразличием, с каким когда-то проявляли рвение при их строительстве". Французская программа раскопок в Волубилисе и других местах в контролируемой Францией Северной Африке (в Алжире и Тунисе) имела выраженный идеологический компонент. Археология на римских участках использовалась как инструмент колониальной политики, чтобы установить связь между древним римским прошлым и новыми "латинскими" обществами, которые французы создавали в Северной Африке. Программа включала в себя расчистку современных построек, возведенных на древних местах, раскопки римских городов и вилл, а также реконструкцию крупных общественных сооружений, таких как триумфальные арки. Разрушенные города, такие как Тимгад в Алжире, были раскопаны и расчищены в огромных масштабах. Как писал один автор, эти руины должны были служить "свидетельством стремления к романизации". Эта тема нашла отклик у других посетителей. Американская писательница Эдит Уортон посетила Волубилис в 1920 году и подчеркнула контраст между "двумя господствами, смотрящими друг на друга через долину" – руинами Волубилиса и "коническим белым городом Мулай-Идрис, Священным городом Марокко". Она считала, что мертвый город представляет собой "систему, порядок, социальную концепцию, которая до сих пор пронизывает все наши современные устои". В отличие от этого, она видела, что город Мулай-Идрис, все еще полный жизни, "более мертв и погружен в непостижимое прошлое, чем любой сломанный антаблемент Греции или Рима". Как отмечает Сара Берд Райт из Университета Ричмонда, Уортон рассматривала Волубилис как символ цивилизации, а Мулай-Идрис – как символ варварства; подтекст заключался в том, что "после разграбления римского форпоста ислам лишил себя единственного шанса построить цивилизованное общество". К счастью для Марокко, "политическая стабильность, в обретении которой Франция помогает им, наконец даст возможность их высшим качествам раскрыться" – именно эту мысль французские колониальные власти стремились донести. Иляр Белок также говорил о том, что его впечатление было "скорее историческим и контрастным. Здесь вы видите, как новая религия ислама полностью затопила и поглотила классическую и христианскую традицию". Первые раскопки в Волубилисе провел французский археолог Анри де ла Мартиньер в период с 1887 по 1892 год. В 1915 году военный губернатор Французского Марокко Юбер Лиоте поручил французским археологам Марселю и Джейн Диулафуа провести раскопки в Волубилисе. Однако из-за плохого здоровья Джейн они не смогли реализовать программу работ, составленную для Лиоте, но работы все равно продолжились под руководством Луи Шателена. Французским археологам помогали тысячи немецких военнопленных, захваченных во время Первой мировой войны и предоставленных экскаваторам Лиоте. Раскопки продолжались с перерывами до 1941 года, когда Вторая мировая война вынудила их приостановить. После войны раскопки возобновились под руководством французских и марокканских властей (после обретения Марокко независимости в 1955 году), и началась программа реставрации и реконструкции. Арка Каракаллы была уже восстановлена в 1930–34 годах, за ней последовал Капитолийский храм в 1962 году, базилика в 1965–67 годах и ворота Тингиса в 1967 году. В период с 1952 по 1955 год ряд мозаик и домов подверглись консервации и реставрации. В последние годы была восстановлена и обставлена репликой римского маслобойного пресса одна из мастерских по производству оливкового масла в южной части города. Эти реставрации не обошлись без споров: обзор, проведенный для ЮНЕСКО в 1997 году, показал, что "некоторые реконструкции, такие как те, что были проведены на триумфальной арке, капитолии и маслобойном цехе, являются радикальными и находятся на грани современных общепринятых практик". С 2000 года раскопки, проводимые Университетским колледжем Лондона и марокканским Национальным институтом археологических наук и наследия под руководством Элизабет Фентресс, Гаэтано Палумбо и Хассана Лимана, выявили то, что, вероятно, следует интерпретировать как штаб-квартиру Идриса I, расположенную прямо под стенами римского города к западу от древнего центра города. Раскопки внутри стен также обнаружили часть средневекового города. Сегодня многие артефакты, найденные в Волубилисе, можно увидеть в археологическом музее в Рабате. ЮНЕСКО внесла Волубилис в список Всемирного наследия в 1997 году. В 1980-х годах Международный совет по охране памятников и достопримечательностей (ИКОМОС) организовал три конференции для оценки возможных кандидатов в список Всемирного наследия для объектов в Северной Африке. Было единогласно признано, что Волубилис является хорошим кандидатом, и в 1997 году ИКОМОС рекомендовал включить его в список как "исключительно хорошо сохранившийся пример большого римского колониального города на окраине Империи", что ЮНЕСКО и приняла.

Much of Volubilis was excavated by the French during their rule over French Morocco between 1912 and 1955, but the excavations at the site began decades earlier. From 1830, when the French conquest of Algeria began the process of extending French rule over much of northern, western and central Africa, archaeology was closely associated with French colonialism. The French army undertook scientific explorations as early as the 1830s and by the 1850s it was fashionable for French army officers to investigate Roman remains during their leave and spare time. By the late 19th century French archaeologists were undertaking an intensive effort to uncover northwest Africa's pre Islamic past through excavations and restorations of archaeological sites. The French had a very different conception of historic preservation to that of the Moroccan Muslims. As the historian Gwendolyn Wright puts it, "The Islamic sense of history and architecture found the concept of setting off monuments entirely foreign", which "gave the French proof of the conviction that only they could fully appreciate the Moroccan past and its beauty." Emile Pauty of the Institut des Hautes Études Marocaines criticised the Muslims for taking the view that "the passage of time is nothing" and charged them with "let[ting] their monuments fall into ruin with as much indifference as they once showed ardour in building them." The French programme of excavation at Volubilis and other sites in French controlled North Africa (in Algeria and Tunisia) had a strong ideological component. Archaeology at Roman sites was used as an instrument of colonialist policy, to make a connection between the ancient Roman past and the new "Latin" societies that the French were building in North Africa. The programme involved clearing modern structures built on ancient sites, excavating Roman towns and villas and reconstructing major civic structures such as triumphal arches. Ruined cities, such as Timgad in Algeria, were excavated and cleared on a massive scale. The remains were intended to serve, as one writer has put it, as "the witness to an impulse towards Romanization". This theme resonated with other visitors to the site. The American writer Edith Wharton visited in 1920 and highlighted what she saw as the contrast between "two dominations look[ing] at each other across the valley", the ruins of Volubilis and "the conical white town of Moulay Idriss, the Sacred City of Morocco". She saw the dead city as representing "a system, an order, a social conception that still runs through all our modern ways." In contrast, she saw the still very much alive town of Moulay Idriss as "more dead and sucked back into an unintelligible past than any broken architrave of Greece or Rome." As Sarah Bird Wright of the University of Richmond puts it, Wharton saw Volubilis as a symbol of civilisation and Moulay Idriss as one of barbarism; the subtext is that "in ransacking the Roman outpost, Islam destroyed its only chance to build a civilised society". Fortunately for Morocco, "the political stability which France is helping them to acquire will at last give their higher qualities time for fruition"—very much the theme that the French colonial authorities wanted to get across. Hilaire Belloc, too, spoke of his impression being "rather one of history and of contrast. Here you see how completely the new religion of Islam flooded and drowned the classical and Christian tradition." The first excavations at Volubilis were carried out by the French archaeologist Henri de la Martinière between 1887 and 1892. In 1915 Hubert Lyautey, the military governor of French Morocco, commissioned the French archaeologists Marcel and Jane Dieulafoy to carry out excavations in Volubilis. Although Jane's ill health meant that they were unable to carry out the programme of work that they drew up for Lyautey, the work went ahead anyway under Louis Chatelain. The French archaeologists were assisted by thousands of German prisoners of war who had been captured during First World War and loaned to the excavators by Lyautey. The excavations continued on and off until 1941, when the Second World War forced a halt. Following the war, excavations resumed under the French and Moroccan authorities (following Morocco's independence in 1955) and a programme of restoration and reconstruction began. The Arch of Caracalla had already been restored in 1930–34. It was followed by the Capitoline Temple in 1962, the basilica in 1965–67 and the Tingis Gate in 1967. A number of mosaics and houses underwent conservation and restoration in 1952–55. In recent years, one of the olive oil production workshops in the southern end of the city has been restored and furnished with a replica Roman oil press. These restorations have not been without controversy; a review carried out for UNESCO in 1997 reported that "some of the reconstructions, such as those on the triumphal arch, the capitolium, and the oil pressing workshop, are radical and at the limit of currently accepted practice." From 2000 excavations carried out by University College London and the Moroccan Institut National des Sciences de l'Archéologie et du Patrimoine under the direction of Elizabeth Fentress, Gaetano Palumbo and Hassan Limane revealed what should probably be interpreted as the headquarters of Idris I just below the walls of the Roman town to the west of the ancient city centre. Excavations within the walls also revealed a section of the early medieval town. Today, many artefacts found at Volubilis can be seen on display in the Rabat Archaeological Museum. UNESCO listed Volubilis as a World Heritage Site in 1997. In the 1980s, the International Council on Monuments and Sites (ICOMOS) organised three conferences to assess possible nominations to the World Heritage List for sites in North Africa. It was unanimously agreed that Volubilis was a good candidate for the list and in 1997 ICOMOS recommended that it be inscribed as "an exceptionally well preserved example of a large Roman colonial town on the fringes of the Empire", which UNESCO accepted.

Планировка и инфраструктура города

До римской оккупации Волубилис занимал территорию около , построенный на V-образном гребне между уади Фертасса и Хумане по оси север-юг. Город был застроен по довольно регулярному плану, типичному для финикийских/карфагенских поселений, и окружен стенами. В римский период город значительно расширился по северо-восточной-юго-западной оси, увеличившись в размерах до примерно . Большинство общественных зданий города были построены в старой части. Роскошные дома, которыми знаменит Волубилис, расположены в новой части, за Декуманом Максимусом (главной улицей), разделявшей часть города римской эпохи. Декуман был вымощен, с обеих сторон располагались пешеходные дорожки, а по сторонам тянулись аркадные портики, за которыми находились десятки лавок. Арка Каракаллы отмечает место слияния старого и нового городов. После того, как акведук пришел в негодность с окончанием римской оккупации, к западу от уади Хумане был построен новый жилой район. Город снабжался водой по акведуку, берущему начало в источнике в холмах за городом. Предположительно, акведук был построен около 60–80 гг. н.э. и впоследствии неоднократно реконструировался. Разветвленная сеть каналов подавала воду в дома и общественные бани из городского водоснабжения, а сточные воды и отходы отводились в реку для смыва. Акваэдук проходил под Декуманом Секундусом, улицей, параллельной Декуману Максимусу, и заканчивался большим фонтаном в центре города, рядом с Аркой Каракаллы. Большая часть первоначальной доримской городской стены была перестроена или разрушена, но участок оригинальной стены, сложенной из сырцового кирпича на каменном фундаменте, все еще можно увидеть вблизи тумулуса. Римские городские стены простираются на и имеют среднюю толщину . Построенные из бутового камня и тесаного камня, они в основном сохранились. Полный оборонительный периметр стен включал 34 башни, расположенные на расстоянии примерно друг от друга, и шесть главных ворот, фланкированных башнями. Часть восточной стены была реконструирована до высоты . Ворота Тингиса, также реконструированные, обозначают северо-восточный вход в Волубилис. Они были построены в 168/169 гг. н.э. – дата известна благодаря обнаружению монеты этого года, которую строители намеренно замуровали в кладку ворот. К западу от Арки Каракаллы стоит стена раннего средневековья; она была построена после окончания римской оккупации, предположительно в V или VI веке, для защиты восточной стороны нового жилого района города. Она была ориентирована с севера на юг и построена из камней, разграбленных из разрушенных зданий в заброшенных районах города.

Prior to the Roman occupation, Volubilis covered an area of about , built on a V shaped ridge between the Fertassa and Khoumane wadis on a roughly north–south axis. It was developed on a fairly regular pattern typical of Phoenician/Carthaginian settlements and was enclosed by a set of walls. Under the Romans, the city was expanded considerably on a northeast–southwest axis, increasing in size to about Most of the city's public buildings were constructed in the older part of the city. The grand houses for which Volubilis is famous are in the newer part, behind the Decumanus Maximus (main street), which bisected the Roman era part of the city. The decumanus was paved, with footways on either side, and was lined with arcaded porticoes on either sides, behind which were dozens of shops. The Arch of Caracalla marks the point at which the old and new cities merge. After the aqueduct fell into disrepair with the end of the Roman occupation, a new residential area was constructed to the west near the Wadi Khoumane. The city was supplied with water by an aqueduct that ran from a spring in the hills behind the city. The aqueduct may have been constructed around 60–80 AD and was subsequently reconstructed on several occasions. An elaborate network of channels fed houses and the public baths from the municipal supply and a series of drains carried sewage and waste away to the river to be flushed. The aqueduct ran under the Decumanus Secundus, a street that ran parallel with the Decumanus Maximus, and terminated at a large fountain in the city centre near the Arch of Caracalla. Most of the original pre Roman city wall was built over or destroyed, but a stretch of the original wall, which was made of mud bricks on a stone foundation, can still be seen near the tumulus. The Roman city walls stretch for and average thick. Built of rubble masonry and ashlar, they are mostly still extant. The full circuit of walls had 34 towers, spaced at intervals of about one every , and six main gates that were flanked by towers. A part of the eastern wall has been reconstructed to a height of The Tingis Gate, also reconstructed, marks the northern eastern entrance to Volubilis. It was constructed in 168/169 AD – the date is known due to the discovery of a coin of that year that was deliberately embedded in the gate's stonework by its builders. An early medieval wall stands to the west of the Arch of Caracalla; it was built after the end of the Roman occupation, apparently some time in the 5th or 6th centuries, to protect the eastern side of the city's new residential area. It was oriented in a north–south direction and was constructed using stone looted from ruined buildings elsewhere in the abandoned areas of the city.

Торговля

Во времена Римской империи Волубилис был крупным производителем оливкового масла. Остатки зданий, предназначенных для отжима оливок, до сих пор хорошо видны, как и остатки оригинальных прессов и оливных мельниц. В одном из таких зданий была воссоздана полноразмерная копия римского оливкового пресса. Оливковое масло играло центральную роль в жизни города, поскольку оно было не только продуктом питания, но и использовалось для освещения, купания и в медицинских целях, а жмых скармливали животным или высушивали для использования в качестве топлива в банях. По этой причине даже в самых роскошных особняках были собственные оливковые прессы. На сегодняшний день в Волубилисе обнаружено 58 комплексов для производства оливкового масла. Они включали в себя стандартный набор элементов: мельницу для измельчения оливок, отстойник для сбора масла из отжатых оливок и пресс, состоящий из противовеса, перекладины (прелюма) и деревянных опор, в которых крепился прелюм. Сначала оливки измельчали в пасту, затем помещали в плетеные корзины и подвергали прессованию. Оливковое масло стекало в отстойник, в который периодически добавляли воду, чтобы более легкое масло всплывало на поверхность. Затем его зачерпывали и переливали в амфоры. Существуют также веские доказательства того, что город был оживленным торговым центром. На данный момент выявлено не менее 121 лавок, многие из которых – пекарни, а судя по количеству бронзовых изделий, найденных на территории, Волубилис мог быть также центром производства или распространения бронзовых художественных изделий.

Знаковые здания

Хотя раскопана лишь около половины Волубиля, многие выдающиеся общественные здания все еще сохранились, а некоторые, в частности базилика и триумфальная арка, были восстановлены. Обнаружено также множество частных зданий, включая особняки городской элиты. Особенно примечательны прекрасно сохранившиеся мозаики, найденные во многих строениях и до сих пор находящиеся на своих первоначальных местах в домах. Здания в основном построены из местного серо-голубого известняка. От первоначального пунического поселения сохранилось очень мало, так как оно находится под более поздними римскими постройками. Примерно в центре раскопанной территории, между старой и новой частями города, возвышается большой курган неопределенного происхождения и назначения. Было предложено несколько теорий относительно его предназначения, например, что это место захоронения, религиозное сооружение, погребальный памятник или монумент в честь римской победы. Однако все эти теории остаются недоказанными гипотезами.

Общественные здания

В центре города хорошо видны два крупных общественных здания – базилика и Капитолийский храм. Базилика использовалась для отправления правосудия и управления городом. Завершенная во время правления Макрина в начале III века, она является одной из лучших римских базилик в Африке и, вероятно, была построена по образцу базилики в Лептисе Магна в Ливии. Здание имеет длину и ширину и изначально имело два этажа. Внутри его пространство доминируют два ряда колонн, обрамляющих апсиды на каждом конце здания, где заседали магистраты. Внешняя стена базилики, украшенная колоннами, выходит на форум, где проходили рынки. Маленькие храмы и общественные здания также располагались вдоль форума, который был полон статуй императоров и местных сановников, от которых теперь остались лишь постаменты. О общественных зданиях, существовавших в Волубилисе до начала III века, известно немного, поскольку существующие постройки возведены на фундаменте более ранних сооружений. Капитолийский храм стоит за базиликой, внутри первоначального аркадного двора. В дворе, перед 13 ступенями, ведущими к коринфскому колоннадному храму с одной целлой, установлен алтарь. Здание имело большое значение для общественной жизни, поскольку было посвящено трем главным божествам римского государства – Юпитеру, Юноне и Минерве. Перед храмом проводились общественные собрания, чтобы просить помощи богов или благодарить их за успехи в важных государственных делах, таких как ведение войн. Расположение храма, обращенного к задней стене базилики, несколько необычно, и предполагается, что он мог быть построен на месте существующего святилища. Надпись, найденная в 1924 году, сообщает о его реконструкции в 218 году. Он был частично восстановлен в 1955 году и подвергся более масштабной реставрации в 1962 году, в ходе которой были восстановлены 10 из 13 ступеней, стены целлы и колонны. В пределах храмового комплекса находилось еще четыре небольших святилища, одно из которых было посвящено Венере. В городе было пять других храмов, из которых наиболее известен так называемый «Храм Сатурна», расположенный на восточной стороне Волубилиса. По-видимому, он был построен на месте или перестроен из более раннего пунического храма, который, возможно, был посвящен Баалу. Это святилище с окружающей стеной и трехсторонним портиком. Внутри находился небольшой храм с целлой, возведенной на невысоком подиуме. Традиционная идентификация храма с Сатурном является чисто гипотетической и не получила широкого признания. Волубилис также располагал как минимум тремя комплексами общественных бань. Некоторые мозаики сохранились в банях Галлиена, переоборудованных этим императором в 260-х годах и ставших самыми роскошными банями города. Ближайшие северные бани были самыми большими в городе, занимая площадь около. Они, возможно, были построены во времена Адриана.

Two major public buildings are readily visible at the centre of the city – the basilica and the Capitoline Temple. The basilica was used for the administration of justice and the governance of the city. Completed during the reign of Macrinus in the early 3rd century, it is one of the finest Roman basilicas in Africa and is probably modelled on the one at Leptis Magna in Libya. The building is long by wide and originally had two storeys. Its interior is dominated by two rows of columns framing the apses at each end of the building where the magistrates sat. The outer wall of the basilica, which is faced with columns, overlooks the forum where markets were held. Small temples and public offices also lined the forum, which would have been full of statues of emperors and local dignitaries, of which only the pedestals now remain. Not much is known about the public buildings which existed in Volubilis prior to the start of the 3rd century, as the buildings currently visible were built on the foundations of earlier structures. The Capitoline Temple stands behind the basilica within what would originally have been an arcaded courtyard. An altar stands in the courtyard in front of 13 steps leading up to the Corinthian columned temple, which had a single cella. The building was of great importance to civic life as it was dedicated to the three chief divinities of the Roman state, Jupiter, Juno and Minerva. Civic assemblies were held in front of the temple to beseech the aid of the gods or to thank them for successes in major civic undertakings such as fighting wars. The layout of the temple, facing the back wall of the basilica, is somewhat unusual and it has been suggested that it may have been built on top of an existing shrine. An inscription found in 1924 records that it was reconstructed in 218. It was partly restored in 1955 and given a more substantial restoration in 1962, reconstructing 10 of the 13 steps, the walls of the cella and the columns. There were four more small shrines within the temple precinct, one of which was dedicated to Venus. There were five other temples in the city, of which the most notable is the so called "Temple of Saturn" that stood on the eastern side of Volubilis. It appears to have been built on top of, or converted from, an earlier Punic temple, which may have been dedicated to Baal. It is a sanctuary with a surrounding wall and a three sided portico. In its interior was a small temple with a cella built on a shallow podium. The temple's traditional identification with Saturn is purely hypothetical and has not generally been accepted. Volubilis also possessed at least three sets of public baths. Some mosaics can still be seen in the Baths of Gallienus, redecorated by that emperor in the 260s to become the city's most lavish baths. The nearby north baths were the largest in the city, covering an area of about They were possibly built in the time of Hadrian.

Дома и дворцы

Дома, обнаруженные в Волубилисе, варьируются от богато украшенных особняков до простых двухкомнатных домов из саманного кирпича, использовавшихся бедными жителями города. О значительном богатстве города свидетельствует изысканный дизайн домов богатых, в некоторых из которых до сих пор сохранились большие мозаики. Они получили названия от археологов по своим основным мозаикам (или другим находкам): Дом Орфея в южной части города назван так по большой мозаике с изображением Орфея, играющего на лире перед аудиторией из деревьев, животных и птиц. Как отмечает Пол Маккендрик, мозаика выполнена довольно небрежно, поскольку животные разных размеров и смотрят в разные стороны, не имея отношения к Орфею. Похоже, мозаичист просто копировал изображения из книги, не пытаясь объединить различные элементы. Мозаика расположена в триклинии, столовой, где обедающие возлежали на кушетках вдоль стен и любовались центральной мозаикой. Другие мозаики можно увидеть в атриуме, где изображена Амфитрита в колеснице, запряженной морским коньком, в сопровождении других морских существ, а также в банях. В одной комнате, примыкающей к главному двору, находится мозаика с дельфином, которого римляне считали счастливым животным. Дом Атлета или Дезультора, расположенный рядом с форумом, содержит юмористическую мозаику с атлетом или акробатом, едущим на осле задом наперед, держа чашу в протянутой руке. Возможно, это Силен. Самые престижные дома города располагались вдоль Декумануса Максимуса, за рядами магазинов, выстроившихся вдоль улицы под аркадой. Вход в них осуществлялся с боковых улиц между магазинами. Дом Эфеба получил свое название в честь найденной там бронзовой статуи. Внутри находится просторный внутренний двор, ведущий в ряд общественных комнат, украшенных мозаиками, в том числе изображением Бахуса в колеснице, запряженной леопардами. В Доме Рыцаря, расположенном по соседству, также есть мозаика с Бахусом, на этот раз изображенного встречающим спящую Ариадну, которая позже родила ему шестерых детей. Дом получил свое название от бронзовой статуи всадника, найденной здесь в 1918 году и ныне выставленной в археологическом музее в Рабате. Это было большое здание площадью около 400 квадратных метров, включавшее в себя значительную площадь, предназначенную для коммерческой деятельности, в том числе восемь или девять магазинов, выходящих на дорогу, и большой комплекс для прессования оливок. Дом Трудов Геркулеса назван в честь мозаики, изображающей двенадцать подвигов, которые полубог должен был совершить в качестве искупления за убийство своей жены и детей. Считается, что она была создана во времена правления императора Коммода, который отождествлял себя с Геркулесом. Юпитер, его возлюбленный Ганимед и четыре времени года изображены на другой мозаике в доме. Дом был дворцового размера, с 41 комнатой, занимающей площадь в 400 квадратных метров. Здание, известное как Гордиановский дворец, расположено выше по Декуманусу Максимусу. Это было самое большое здание в городе и, вероятно, резиденция губернатора, а не императора Гордиана III; оно было перестроено во время правления Гордиана в середине III века. Оно объединило два отдельных дома, создав комплекс из 74 комнат с дворами и частными банями, предназначенными как для бытовых, так и для официальных нужд. Он также включал в себя колоннаду с дюжиной магазинов за колоннадой и маслобойню, состоящую из трех маслопрессов и склада масла в северо-восточном углу комплекса. Сегодня украшения Гордиановского дворца довольно скромные, сохранилось лишь несколько фрагментарных мозаик. Несмотря на предполагаемый высокий статус, полы, по-видимому, были в основном отделаны opus sectile, а не украшены мозаикой. Надписи, найденные во дворце, свидетельствуют об упадке города и его окончательном падении. В них зафиксирована серия договоров, заключенных с местными берберскими вождями, число которых увеличивалось по мере того, как город становился все более уязвимым, а племена оказывали все большее давление. К моменту заключения последнего договора, всего за несколько лет до падения города, вожди стали рассматриваться как практически равные Риму – показатель того, насколько ослабла римская власть в этом районе. Два последних алтаря с надписями, датированные 277 и 280 годами, упоминают foederata et diuturna pax («федеративный и прочный мир»), хотя эта надежда оказалась тщетной, поскольку вскоре после этого Волубилис пал. Дом Венеры, расположенный на восточной стороне города под заметным кипарисом, был одним из самых роскошных домов в городе. В нем были частные бани и богато украшенный интерьер с изящными мозаиками, датируемыми II веком нашей эры, изображающими животных и мифологические сцены. Мозаики были в семи коридорах и восьми комнатах. В центральном дворе находится причудливая мозаика с изображением скачущих колесниц на ипподроме, запряженных командами павлинов, гусей и уток. Мозаика Венеры, в честь которой назван дом, была перевезена в Танжер, но в соседней комнате до сих пор сохранилась мозаика с изображением Дианы и спутницы-нимфы, застигнутых врасплох Актеоном во время купания. Актеон изображен с начинающими расти рогами из его головы, поскольку он превращается разгневанной богиней в оленя, прежде чем его преследуют и убивают его собственные охотничьи собаки. По-видимому, дом был разрушен спустя некоторое время после падения города около 280 года; мозаика с изображением купидонов, кормящих птиц зерном, обуглилась, как будто на ней горел огонь, возможно, в результате того, что здание было захвачено поселенцами, которые использовали мозаику в качестве очага. В том же здании в 1918 году была обнаружена бронзовая бюст Катона Младшего выдающегося качества. Один из самых заметных артефактов, обнаруженных в Волубилисе, он сейчас выставлен в Археологическом музее в Рабате. Он был найден на первоначальном постаменте. Бюст датируется временем Нерона или Веспасиана и, возможно, является копией бюста, созданного при жизни Катона или вскоре после его смерти. Надпись идентифицирует его как оратора. В пекарне напротив был обнаружен еще один выдающийся бюст, изображающий эллинистического принца. По-видимому, он был изготовлен в то же время, что и бюст Катона, и, возможно, происходил из Дома Венеры, где пустой постамент в другой комнате предполагает, что у Катона был спутник. Бюст, который также выставлен в Рабате, обычно идентифицируется как Юба II, но другие возможности включают Гиерона II Сиракузского, Клеомена III из Спарты, Юбу I или Ганнибала.

The houses found at Volubilis range from richly decorated mansions to simple two room mud brick structures used by the city's poorer inhabitants. The city's considerable wealth is attested by the elaborate design of the houses of the wealthy, some of which have large mosaics still in situ. They have been named by archaeologists after their principal mosaics (or other finds):

The House of Orpheus in the southern part of the city thus takes its name from the large Orpheus mosaic, showing the god playing his harp to an audience of trees, animals and birds. As Paul MacKendrick puts it, the mosaic is rather artlessly executed, as the animals are all of different sizes and face in different directions with no relationship to Orpheus. It appears that the mosaicist simply copied patterns from a book without attempting to integrate the different elements. The mosaic is situated in the triclinium, the dining room, where the diners would have reclined on couches set against the walls and admired the central mosaic. Other mosaics can be seen in the atrium, which has a depiction of Amphitrite in a chariot pulled by a seahorse and accompanied by other sea creatures, and in the bathing rooms. One room off the main courtyard has a mosaic of a dolphin, considered by the Romans to be a lucky animal. The House of the Athlete or Desultor, located near the forum, contains a humorous mosaic of an athlete or acrobat riding a donkey back to front while holding a cup in his outstretched hand. It may possibly represent Silenus. The most prestigious houses in the city were situated adjoining the Decumanus Maximus, behind rows of shops that lined the street under an arcade. They were entered from side streets between the shops. The House of the Ephebe was named after a bronze statue found there. It has a prominent interior courtyard leading to a number of public rooms decorated with mosaics, including a depiction of Bacchus in a chariot being drawn by leopards. The House of the Knight next door also has a mosaic of Bacchus, this time shown coming across the sleeping Ariadne, who later bore him six children. The house takes its name from a bronze statue of a rider found here in 1918 that is now on display in the archaeological museum in Rabat. It was a large building, with an area of about , and incorporated a substantial area dedicated to commercial activities including eight or nine shops opening onto the road and a large olive pressing complex. The House of the Labours of Hercules is named for the mosaic depicting the twelve tasks that the demigod had to perform as penance for killing his wife and children. It is thought to have been created during the reign of the emperor Commodus, who identified himself with Hercules. Jupiter, his lover Ganymede and the four seasons are depicted in another mosaic in the house. The house was of palatial size, with 41 rooms covering an area of A building dubbed the Gordian Palace is located further up the Decumanus Maximus. It was the largest building in the city and was probably the residence of the governor, rather than the emperor Gordian III; it was rebuilt during Gordian's reign in the mid 3rd century. It combined two separate houses to create a complex of 74 rooms with courtyards and private bathhouses serving both domestic and official functions. It also incorporated a colonnaded front with a dozen shops behind the colonnade, and an oil factory consisting of three oil presses and an oil store in the north east corner of the complex. The decoration of the Gordian Palace is today quite plain with only a few scanty mosaics remaining. Despite its presumed high status, the floors seem to have been mostly rendered with opus sectile rather than decorated with mosaics. Inscriptions found in the palace testify to the city's decline and eventual fall. They record a series of treaties reached with the local Berber chieftains, increasing in number as the city became more vulnerable and the tribesmen pressed harder. By the time of the final treaty, just a few years before the fall of the city, the chieftains were being treated as virtual equals of Rome – an indication of how much Roman power in the area had declined. The last two inscribed altars, from 277 and 280, refer to a foederata et diuturna pax (a "federated and lasting peace"), though this proved to be a forlorn hope, as Volubilis fell soon afterwards. The House of Venus, towards the eastern side of the city under a prominent cypress tree, was one of the most luxurious residences in the city. It had a set of private baths and a richly decorated interior, with fine mosaics dating from the 2nd century AD showing animal and mythological scenes. There were mosaics in seven corridors and eight rooms. The central courtyard has a fanciful mosaic depicting racing chariots in a hippodrome, drawn by teams of peacocks, geese and ducks. The mosaic of Venus for which the house is named has been removed to Tangier, but in the next door room is a still extant mosaic showing Diana and a companion nymph being surprised by Actaeon while bathing. Actaeon is depicted with horns beginning to sprout from his head as he is transformed by the angry goddess into a stag, before being chased down and killed by his own hunting dogs. The house appears to have been destroyed some time after the city's fall around 280; a mosaic depicting Cupids feeding birds with grain has been charred by what appears to have been a fire burning directly on top of it, perhaps resulting from the building being taken over by squatters who used the mosaic as the site of a hearth. The same building was also the site of the discovery in 1918 of a bronze bust of outstanding quality depicting Cato the Younger. One of the most notable artefacts discovered at Volubilis, it is now on display in the Archaeological Museum in Rabat. It was still on its original pedestal when it was found by archaeologists. The bust has been dated to the time of Nero or Vespasian and may be a copy of a bust created in Cato's lifetime or shortly thereafter. Its inscription identifies its subject as the orator. Another outstanding bust, depicting a Hellenistic prince, was discovered in a bakery across the street. It seems to have been made at the same time as the Cato bust and may well have come from the House of Venus, where an empty pedestal in another room suggests that the Cato had a companion piece. The bust, which is also on display in Rabat, is usually identified as Juba II but other possibilities include Hiero II of Syracuse, Cleomenes III of Sparta, Juba I or Hannibal.

Штаб-квартира Идриса I

Неподалеку от городских стен, на пойме Уэд-Хуман, была обнаружена серия взаимосвязанных дворовых построек, крупнейшая из которых содержала хаммам, или баню. Это сооружение L-образной формы, с холодной комнатой, вымощенной каменными плитами и скамьями вдоль стен. В конце комнаты расположен бассейн с тремя ступенями для спуска. Из холодной комнаты переходили в вестибюль, расположенный в углу здания и украшенный рельефом щита, взятого с арки Каракаллы. Оттуда путь вел в теплую комнату, сохранившую свод, и, наконец, в горячую комнату. Свод последней был восстановлен, но до сих пор видны каналы в полу, по которым проходил горячий воздух. За горячей комнатой находилась печь, обогревавшая ее, а также воду для бассейнов в углах. Двор, западной границей которого являлся этот хаммам, был большим и вмещал множество крупных зернохранилищ-силосов. К югу от этого двора располагался двор, вероятно, предназначенный для приемов, с длинными узкими комнатами, расположенными на востоке и западе, одна из которых была окрашена в красный цвет и имела низкую скамью или диван у одного из концов. Южнее находился третий двор, частично раскопанный, который, по-видимому, использовался в бытовых целях. Планировка с большими дворами и узкими комнатами существенно отличается от современных одно- или двухкомнатных построек внутри городских стен, вероятно, населенных берберами племени Авраба. Датировка по монетам и керамике относит комплекс ко времени правления Идриса I, и он был идентифицирован как его резиденция.