Третья англо-голландская война (1672–1674)

Введение

Часть англо-голландских войн и франко-голландской войны (1672–1674). Третья англо-голландская война началась 27 марта 1672 года и завершилась 19 февраля 1674 года. Это морской конфликт между Нидерландской республикой и Англией, в союзе с Францией, который рассматривается как связанный конфликт в рамках более широкой франко-голландской войны 1672–1678 годов. В 1670 году, согласно Дуврскому секретному договору, Карл II Английский согласился поддержать нападение Людовика XIV Французского на Нидерландскую республику. Таким образом Людовик надеялся получить контроль над Испанскими Нидерландами, а Карл стремился восстановить свой престиж, подорванный рейдером на Медуэй в 1667 году. По условиям договора Карл также получал тайные выплаты, которые, как он надеялся, сделают его финансово независимым от парламента. Французское наступление в мае и июне 1672 года быстро захватило большую часть республики, за исключением основной провинции Голландия, где оно было остановлено водными укреплениями. В начале июня англо-французский флот потерпел серьезное поражение от голландцев под командованием Михиля де Рёйтера в битве при Солебее. Вскоре после этого Иохан де Витт ушел в отставку с поста Великого пенсионера, а племянник Карла, Вильгельм III Оранский, был назначен штатгальтером. Вильгельм отклонил попытки Карла заключить мир, зная, что французский союз непопулярен в Англии, в то время как французский успех принес ему поддержку императора Леопольда и Испании. К концу 1673 года голландцы вернули большую часть территории, потерянной в мае, и, потеряв надежду на быструю победу, парламент отказался предоставлять Карлу дальнейшее финансирование для войны, против которой выступало большинство. В период с июня по июль 1673 года голландский и англо-французский флоты провели три отдельных сражения, которые в основном не принесли результатов, но положили конец любым перспективам английского вторжения. Английский торговый флот тем временем понес большие потери от голландских каперов. Кроме того, Людовик теперь сосредоточился на захвате Испанских Нидерландов, что было столь же вредно для английских интересов, как и для голландских. Возросшая внутренняя оппозиция вынудила Карла согласиться на Второй Вестминстерский мир в феврале 1674 года.

Part of the Anglo Dutch Wars and Franco Dutch War (1672–1674)

The Third Anglo Dutch War , began on 27 March 1672, and concluded on 19 February 1674. A naval conflict between the Dutch Republic and England, in alliance with France, it is considered a related conflict of the wider 1672 to 1678 Franco Dutch War. In the 1670 Secret Treaty of Dover, Charles II of England agreed to support an attack by Louis XIV of France on the Dutch Republic. By doing so, Louis hoped to gain control of the Spanish Netherlands, while Charles sought to restore the damage to his prestige caused by the 1667 Raid on the Medway. Under the treaty, Charles also received secret payments which he hoped would make him financially independent of Parliament. The French offensive in May and June 1672 quickly overran most of the Republic, with the exception of the core province of Holland, where they were halted by water defences. In early June, the Anglo French fleet was badly damaged by the Dutch under Michiel de Ruyter at the Battle of Solebay. Shortly thereafter, Johan de Witt resigned as Grand Pensionary, and Charles' nephew William III of Orange was appointed Stadtholder. William rebuffed attempts by Charles to make peace, knowing the French alliance was unpopular in England, while French success brought him support from Emperor Leopold and Spain. By the end of 1673, the Dutch had regained much of the territory lost in May, and with hopes of a quick victory gone, Parliament refused to provide Charles with further funding for a war which the majority opposed. Between June to July 1673, the Dutch and Anglo French fleets fought three separate battles, which were largely inconclusive but ended any prospect of an English landing. The English merchant fleet meanwhile suffered heavy losses to Dutch privateers. In addition, Louis now focused on taking the Spanish Netherlands, an objective as harmful to English interests as it was to Dutch. The resulting increase in domestic opposition forced Charles to agree the Second Peace of Westminster in February 1674.

Предыстория

Первая англо-голландская война 1652–1654 годов была результатом коммерческого соперничества и поддержки оранжистов изгнанного Карла II, дяди Вильгельма Оранского. В мирные условия, согласованные в 1654 году с английским протекторатом, входило постоянное исключение Дома Оранских-Нассау из государственных должностей, обеспечивая политический контроль республиканцев. Когда Карл восстановил английский престол в 1660 году, его связи с оранжистами означали, что великий пенсионер Йохан де Витт выступал против переговоров об англо-голландском альянсе; после их провала он заключил договор о помощи с Людовиком XIV в 1662 году. Несмотря на давнюю поддержку в голландской Восьмидесятилетней войне против Испании, французские цели в Нидерландах угрожали голландским коммерческим интересам. Мир в Мюнстере 1648 года навсегда закрыл устье Шельды, что укрепило базу власти Де Витта в Амстердаме, устранив ближайшего соперника – Антверпен, и сохранение этого закрытия было жизненно важной целью. Изменения в этом регионе также касались Англии, поскольку контроль над портами на Северно-Фламандском побережье позволял враждебной державе блокировать Ла-Манш. В 1665 году нападение герцога Йоркского на Вест-Индскую компанию привело ко Второй англо-голландской войне; в первые 18 месяцев голландцы потерпели серьезное морское поражение у Лоустофта, вторжение в Мюнстер и попытку оранжистского переворота, оба финансируемые Англией. Перспектива английской победы побудила Людовика активизировать договор 1662 года, хотя голландцы считали оказанную поддержку недостаточной. Когда Штаты Голландии заблокировали его просьбы о территориальной компенсации, Людовик начал Войну деволюции в мае 1667 года и быстро оккупировал большую часть Испанских Нидерландов и Франш-Конте. Его отказ созвать парламент вынудил Карла выплатить флот в начале 1667 года, что привело к унизительному набегу на Медуэй. Несмотря на этот триумф, голландцы больше беспокоились об успехах Франции; они быстро договорились о прекращении войны в июле 1667 года, а затем начали переговоры в Лондоне о совместном подходе к их отмене. Почувствовав возможность, Карл предложил Людовику альянс, который не желал платить требуемые субсидии; однако Де Витт приветствовал английских посланников в Гааге, видя в этом способ оказать давление на Францию. Французские тарифы на импорт, введенные в начале 1667 года, усилили оппозицию в Генеральных штатах, которые предпочитали слабую Испанию в качестве соседа сильной Франции. 23 января 1668 года Республика, Англия и Швеция подписали Тройственный союз, обязуясь оказывать взаимную поддержку в случае нападения на одну из них Францией или Испанией. Секретная статья предусматривала оказание Испании военной помощи, если Франция продолжит войну. Карл раскрыл эту статью Людовику, который почувствовал себя преданным голландцами. Людовик вернул большую часть своих приобретений в соответствии с Договором из Эйкс-ла-Шапель 1668 года, хотя сохранил Шарлеруа и Турне. Придя к выводу, что голландцы никогда не примут французские цели в Испанских Нидерландах добровольно, Людовик решил, что лучший способ их достижения – ликвидация Республики. Это означало разрыв Тройственного союза; поскольку субсидии, обещанные голландцами, остались неоплаченными, было легко отделить Швецию, предложив деньги, и сделать Англию следующей целью. Французские и английские короли заключили Тайный Доверский договор в 1670 году, используя Генриетту Английскую в качестве посредника, сестру Карла и невестку Людовика. Очень немногие английские государственные деятели были осведомлены о его положениях. Условия включали англо-французский военный союз против Республики, создание голландского усеченного государства для племянника Карла, Вильгельма, и британскую бригаду для французской армии. Договор был подписан в декабре 1670 года, но опускал секретные статьи, которые не были раскрыты до 1677 года; Людовик согласился платить Карлу 230 000 фунтов стерлингов в год за бригаду, 1 миллион фунтов стерлингов за флот и 200 000 фунтов стерлингов за его публичное обращение в католицизм, время которого было оставлено на его усмотрение. Узнав, что Людовик ведет переговоры с Де Виттом о разделе Испанских Нидерландов, Карл потребовал Уолхерен, Кадзанд и Слёйс, владение которыми дало бы ему контроль над голландскими морскими путями. Национальная напряженность между Англией и Республикой значительно уменьшилась после 1667 года, и поддержки антиголландского альянса с Францией было минимально. Обмен голландской колонией Новые Нидерланды на остров специй Рун разрешил важный спорный вопрос, в то время как обе стороны были обеспокоены французскими целями в Нидерландах, а английские купцы также пострадали от французских тарифов. Большинство голландских и английских политиков считали Тройственный союз необходимой защитой от французской экспансии; в начале 1671 года парламент выделил средства для обеспечения выполнения Королевским флотом своих обязательств по договору.

The 1652–1654 First Anglo Dutch War was the result of commercial rivalry and Orangist support for the exiled Charles II, uncle of William of Orange. Peace terms agreed in 1654 with the English Protectorate included the permanent exclusion of the House of Orange Nassau from public office, ensuring Republican political control. When Charles regained the English throne in 1660, his Orangist links meant Grand Pensionary Johan de Witt opposed negotiations for an Anglo Dutch alliance; after these broke down, he agreed a treaty of assistance with Louis XIV in 1662. Despite their long standing support in the Dutch Eighty Years' War against Spain, French objectives in the Low Countries threatened Dutch commercial interests. The 1648 Peace of Münster permanently closed the Scheldt estuary, benefiting De Witt's power base of Amsterdam by eliminating their closest rival, Antwerp, and keeping it shut was a vital objective. Changes in this region also concerned England, since control of ports on the North Flemish coast allowed a hostile power to blockade the Channel. In 1665, an attack by the Duke of York on the West Indische Compagnie led to the Second Anglo Dutch War; in the first 18 months, the Dutch suffered a serious naval defeat at Lowestoft, an invasion by Münster and an attempted Orangist coup, both financed by England. The prospect of an English victory led Louis to activate the 1662 treaty, although the Dutch considered the support provided inadequate. When the States of Holland blocked his requests for territorial compensation, Louis launched the War of Devolution in May 1667 and rapidly occupied much of the Spanish Netherlands and Franche Comté. His refusal to recall Parliament forced Charles to pay off his fleet in early 1667, leading to the humiliating Raid on the Medway. Despite this triumph, the Dutch were more worried by French gains; they quickly negotiated an end to the war in July 1667, then started talks in London on a shared approach for reversing them. Sensing an opportunity, Charles proposed an alliance to Louis, who was unwilling to pay the subsidies demanded; however, De Witt welcomed English envoys to The Hague, seeing it as a way to put pressure on France. French tariffs on imports imposed in early 1667 increased opposition in the States General, who preferred a weak Spain as a neighbour to a strong France. On 23 January 1668, the Republic, England and Sweden signed the Triple Alliance, committing to mutual support in the event of an attack on one by France or Spain. A secret clause agreed to provide Spain military assistance if France continued the war. Charles disclosed the secret clause to Louis, who felt betrayed by the Dutch. Louis returned most of his acquisitions in the 1668 Treaty of Aix la Chapelle, although he retained Charleroi and Tournai. Concluding the Dutch would never voluntarily accept French aims in the Spanish Netherlands, Louis decided the best way to achieve them was to eliminate the Republic. This meant breaking up the Triple Alliance; since the subsidies promised by the Dutch remained unpaid, it was easy to detach Sweden by offering money, making England his next target. The French and English kings negotiated the 1670 Secret Treaty of Dover, using Henrietta of England as a mediator, Charles' sister and Louis' sister in law. Very few English statesmen were aware of its provisions. Terms included an Anglo French military alliance against the Republic, creation of a Dutch rump state for his nephew William and a British brigade for the French army. The treaty was signed in December 1670, but omitted secret clauses not revealed until 1677; Louis agreed to pay Charles £230,000 per year for the brigade, £1 million for the navy and £200,000 for his public conversion to Catholicism, the timing of which was left up to him. Aware Louis was negotiating with De Witt over dividing the Spanish Netherlands, Charles demanded Walcheren, Cadzand and Sluys, whose possession would give him control of Dutch sea routes. National tensions between England and the Republic significantly diminished after 1667, and there was minimal support for an anti Dutch alliance with France. Exchanging the Dutch colony of New Amsterdam for the spice island of Run resolved a major area of dispute, while both were concerned by French aims in the Low Countries, and English merchants were also affected by French tariffs. Most Dutch and English politicians considered the Triple Alliance an essential protection against French expansion; in early 1671, Parliament allocated money to ensure the Royal Navy could fulfil its obligations under the treaty.

Приготовления

Людовик поручил де Помпонну, своему послу в Гааге, продолжить переговоры с Де Виттом в качестве тактической задержки, пока он завершал планы вторжения. Английский посланник сэр Уильям Темпл был наделен Карлом той же миссией. Поскольку голландская оборона была сосредоточена вдоль южной границы с Испанскими Нидерландами, Людовик заключил союз с Избирательным Кельном, что позволило его армии продвинуться через Княжество Льеж для атаки с востока (см. Карту). Он также взял на себя обязательство перед императором Леопольдом I не использовать Испанские Нидерланды в качестве маршрута вторжения. В апреле 1672 года Франция согласилась субсидировать Швецию, чтобы та оставалась нейтральной, и пообещала военную помощь, если Бранденбургской Пруссии будет "угрожать". Это компенсировало соглашение от 6 мая между голландцами и Фридрихом Вильгельмом, чьи территории включали герцогство Клевское на их восточной границе. Надеясь на английскую поддержку, 25 февраля 1672 года Генеральные штаты назначили 22-летнего племянника Карла Вильгельма генеральным капитаном федеральной армии, численность которой составляла 83 000 человек. Неопределенность относительно французской стратегии привела к тому, что большинство войск были размещены не там, где требовалось, а многие гарнизоны были недостаточно укомплектованы; 12 июня один командир доложил, что в его распоряжении всего четыре роты из положенных восемнадцати. Республика была лучше подготовлена к морской войне, однако, чтобы не провоцировать англичан, 4 февраля Генеральные штаты сократили военно-морской бюджет с 7,9 млн до 4,8 млн гульденов. В конце Второй англо-голландской войны в 1667 году голландский флот был крупнейшим в Европе, но к 1672 году объединенный англо-французский флот превосходил его более чем на треть. Однако французы были неопытны, их корабли были плохо спроектированы, а отношения с Королевским флотом были осложнены взаимным подозрением. В битвах 1666 года голландцам мешало незнание их новых, гораздо более тяжелых военных кораблей, сложная федеральная система командования и конфликт между Михилем де Руйтером и Корнелисом Тромпом. К 1672 году эти недостатки были устранены, а интенсивные тренировки флота де Руйтером в линейном строю привили ему новое чувство согласованности и дисциплины. Голландские корабли, как правило, имели лучшие артиллерийские платформы, их малая осадка подходила для операций вблизи берега, но они были медленными и менее эффективными в открытом море. Хотя численность голландского флота была дополнительно сокращена из-за того, что Фризия оставила корабли для обороны против Мюнстера, лучшая подготовка и конструкция обеспечили им оперативное равенство. Англия предоставила две трети англо-французского флота из 98 "больших кораблей и фрегатов", задачей которых было установление контроля над голландскими водами, высадка экспедиционного корпуса и атака голландского судоходства. Парламент в целом одобрял военно-морские расходы, рассматриваемые как защита английской торговли, но отказался финансировать сухопутные войска. Британская бригада состояла в основном из наемников Думбартона, находившихся на французской службе с 1631 года, и лишь немногие ее члены участвовали в боевых действиях до окончания войны. Отказ парламента финансировать войну против протестантских голландцев в союзе с католической Францией вынудил Карла искать другие источники финансирования. В январе 1672 года он приостановил выплату государственных долгов, что принесло 1,3 миллиона фунтов стерлингов, но имело катастрофические экономические последствия. Многие лондонские купцы разорились, и это перекрыло краткосрочное финансирование, необходимое для международной торговли. В конце марта, за две недели до официального объявления войны, он приказал атаковать конвой голландской Левантийской компании в Ла-Манше, который был отбит его эскортом под командованием Корнелиса Эвертсена-младшего. Непопулярность французского альянса и отсутствие финансирования вынудили Карла пойти на риск быстрой войны. В попытке заручиться поддержкой нонконформистов он 15 марта издал Королевскую декларацию об индульгенции, но, сняв ограничения и с католиков, он мало что сделал для уменьшения оппозиции. Враждебность усилилась, когда Карл назначил своего католического брата Джеймса лордом-адмиралом, а не своего протестантского двоюродного брата, принца Руперта. Даже Королевскому флоту было трудно набрать достаточно моряков для полной укомплектованности. Его главный министр, лорд Арлингтон, получил указание "разорвать отношения с (голландцами), но возложить вину за это на них". Это было сделано с использованием сфабрикованных инцидентов, включая дело "Мерлин", произошедшее недалеко от Брилла в августе 1671 года. Королевской яхте было приказано пройти через голландский флот, который, как и положено, опустил флаг в знак приветствия, но не дал дымовой сигнал, почесть, оказываемая только военным кораблям. Официальная жалоба Генеральным штатам была отклонена, и немногие в Англии даже знали об этом инциденте. Использование этого инцидента в качестве предлога, в сочетании с нападением на голландский конвой, заставило некоторых английских политиков объявить конфликт "несправедливым". Англия объявила войну 27 марта, а Франция – 6 апреля.

Louis instructed de Pomponne, his ambassador in The Hague, to continue negotiations with De Witt as a delaying tactic while he finalised invasion plans. The English envoy, Sir William Temple, was entrusted by Charles with the same mission. Since Dutch defences were concentrated along their southern border with the Spanish Netherlands, Louis agreed an alliance with Electoral Cologne, allowing his army to advance through the Principality of Liège for an attack from the east (see Map). It also complied with an undertaking to Emperor Leopold I not to use the Spanish Netherlands as an invasion route. In April 1672, France agreed to subsidise Sweden to remain neutral, while also promising military assistance if 'threatened' by Brandenburg Prussia. This offset an agreement of 6 May between the Dutch and Frederick William, whose territories included the Duchy of Cleves on their eastern border. Hoping for English backing, on 25 February 1672 the States General appointed Charles' 22 year old nephew William as captain general of the federal army, which had an authorised total of 83,000 men. Uncertainty over French strategy meant most of these were based in the wrong place, while many garrisons were below strength; on 12 June, one commander reported he had only four companies available from an official total of eighteen. The Republic was better prepared for a naval war, although to avoid provoking the English, on 4 February the States General reduced the naval budget from 7.9 million to 4.8 million guilders. At the end of the Second Anglo Dutch War in 1667, the Dutch Navy was the largest in Europe but by 1672 the combined Anglo French fleet outnumbered them by over a third. However, the French were inexperienced, their ships badly designed and their relationship with the Royal Navy was damaged by mutual suspicion. In the battles of 1666, the Dutch had been hampered by lack of familiarity with their new, much heavier, warships, the complex federal command system and conflict between Michiel de Ruyter and Cornelis Tromp. By 1672, these had been corrected, and De Ruyter's intensive training of his fleet in line of battle manoeuvres installed a new sense of coherence and discipline. Dutch ships were generally better gun platforms, whose shallow draft suited operations close to shore but were slow and less effective in open seas. Although Dutch numbers were further reduced by Friesland retaining ships for defence against Münster, better training and design gave them operational equality. England provided two thirds of an Anglo French fleet of 98 "great ships and frigates", whose role was to gain control of Dutch waters, land an expeditionary force and attack its shipping. Parliament generally approved naval expenditure, seen as protecting English trade, but refused to fund land forces. The British brigade was largely composed of Dumbarton's, a mercenary unit in French service since 1631, and very few members saw service before the war ended. Parliament's refusal to fund a war against the Protestant Dutch in alliance with Catholic France meant Charles had to find other sources of finance. In January 1672, he suspended repayment of Crown debts, an act that produced £1.3 million, but had disastrous economic effects. Many City of London merchants were ruined and it shut off the short term financing essential to international trade. In late March, two weeks before a formal declaration of war, he ordered an attack on a Dutch Levant Company convoy in the Channel, which was beaten off by its escort under Cornelis Evertsen the Youngest. The unpopularity of the French alliance and lack of funding forced Charles to gamble on a quick war. In an attempt to gain support from Nonconformists, he issued a Royal Declaration of Indulgence on 15 March, but by also removing restrictions on Catholics, it did little to reduce opposition. Hostility increased when Charles appointed his Catholic brother James as Lord High Admiral rather than his Protestant cousin, Prince Rupert. Even the Royal Navy found it difficult to recruit enough sailors to fully man the fleet. His chief minister, Lord Arlington, was instructed to "break with (the Dutch), yet to lay the breach at their door". This was done using manufactured incidents, including the Merlin affair, which took place near Brill in August 1671. The royal yacht was ordered to sail through the Dutch fleet, who duly struck their flag in salute, but failed to fire white smoke, an honour afforded only to warships. A formal complaint to the States General was dismissed, while few in England were even aware of the incident. Its use as a pretext, combined with the attack on the Dutch convoy, led some English politicians to declare the conflict "unjust". England declared war on 27 March, followed by France on 6 April.

Обзор

Когда в мае 1672 года французы вторглись в Голландскую республику, поначалу казалось, что они одержали сокрушительную победу. К концу июня между ними и основной провинцией Голландия оставалась лишь Голландская водная линия; открыв шлюзы, голландцам удалось остановить французское наступление. Выживание Голландии зависело от контроля над морскими коммуникациями, что обеспечивало возможность доставки жизненно важных ресурсов и поддержания открытых торговых путей. Несмотря на численное превосходство противника, 7 июня де Рюйтер атаковал объединенный англо-французский флот в битве при Солебее; обе стороны потеряли по одному кораблю, но это положило конец крупным морским операциям в этом году. Его неожиданный успех оказался неоднозначным для Людовика, поскольку отвлек его от главной цели – захвата Испанских Нидерландов. Перспектива того, что Франция получит контроль над республикой, крупнейшей торговой державой в Европе, обеспечила голландцам поддержку императора Леопольда и Испании, среди прочих. Это также усилило оппозицию в Англии, где многие изначально выступали против союза с католической Францией. Мирные переговоры не принесли существенного прогресса; излишне уверенный в себе Людовик выдвигал требования, неприемлемые даже для его английских союзников, в то время как голландцы использовали эту возможность для привлечения союзников и восстановления своей армии. К концу 1672 года они вернули значительную часть территории, потерянной в мае; у Карла иссякли средства, а парламент отказывался предоставлять дальнейшее финансирование.

Французский успех: с мая по июнь

Скорость, с которой Республика была захвачена в 1672 году, привела к тому, что ее до сих пор называют Rampjaar, или «Годом бедствий». 7 мая французская армия численностью около 80 000 человек вошла в Льеж; в сопровождении Людовика они обошли голландский опорный пункт Маастрихт, пересекли Маас и осадили голландские крепости на Рейне – Рейнберг, Орсой, Будерих и Везель. Последняя из них сдалась 9 июня, а войска из Мюнстера и Кёльна одновременно вошли в провинции Оверэйссел и Гелдерланд. 12 июня французы перешли Нижний Рейн в Бетуве близ Схенкеншанса и, переправившись обратно через Нижний Рейн, чтобы обойти линию Исселя, заняли Арнем 16 июня и Zutphen 25 июня. Теперь, находясь под угрозой отрезания от основной провинции Голландия, Вильгельм и его войска отступили через Утрехт за Голландскую водную линию; 22 июня были выпущены затопления, остановившие французское наступление в этом районе. 5 июля Оверэйссел сдался Бернарду фон Галену, князю-епископу Мюнстерскому, который оккупировал Дренте; он достиг Гронингена, но затопление помешало осаде, и его войска вскоре начали голодать. Генеральные штаты ответили на мартовское нападение на конвой из Смирны, увеличив активный флот с сорока восьми до шестидесяти кораблей и заказав строительство тридцати шести новых кораблей. Тем не менее, они по-прежнему уступали численностью объединенному англо-французскому флоту, и Де Рюйтер отступил в прибрежные мелководья, ожидая удобного момента. Бедствия на суше означали, что Де Витту нужна была победа; он приказал Де Рюйтеру атаковать, в сопровождении Корнелиса де Витта, чтобы обеспечить выполнение этих инструкций. Когда союзный флот отошел в Солебей близ Саутвольда, графство Саффолк, для пополнения запасов, 7 июня Де Рюйтер застал его врасплох в битве при Солебее. Герцог Йоркский возглавил свои эскадры против основного голландского флота, но его французский коллега д’Эстре либо неправильно понял его намерения, либо сознательно проигнорировал их, направившись в противоположном направлении. Тридцать французских кораблей вели отдельный бой на большом расстоянии с пятнадцатью кораблями Зеландского адмиралтейства под командованием Адриана Банкерта. Д’Эстре позже был осужден некоторыми из своих офицеров за то, что не вступил с ними в более тесный контакт. Граф Сандвича погиб, когда «Роял Джеймс» был потоплен брандеры, а другие корабли получили серьезные повреждения. Хотя потери кораблей были примерно равны, Солебей обеспечил голландцам контроль над своими прибрежными водами, защитил их торговые пути и положил конец надеждам на высадку англо-французских войск в Зеландии. Гнев из-за предполагаемой недостаточной поддержки со стороны д’Эстре усилил оппозицию войне, и парламент неохотно одобрял средства на необходимый ремонт. В течение остальной части года английские военно-морские операции были ограничены неудачной атакой на Возвращающийся флот Голландской Ост-Индской компании. Однако это не компенсировало ущерб, нанесенный голландскими поражениями на суше, и невозможно было скрыть серьезность кризиса. Поток ядовитых оранжистских памфлетов обвинял братьев Де Витт, в частности, и режим регентов в целом в предательстве страны французам. По всей стране вспыхнули беспорядки, оранжисты захватили контроль над городскими советами и потребовали, чтобы Вильгельм взял на себя управление. 22 июня Йохан де Витт был тяжело ранен при покушении; один из нападавших, Якоб ван дер Граф, был быстро арестован, осужден и казнен, что усилило народный гнев на Де Виттов.

The speed with which the Republic was over run in 1672 means it is still referred to as the Rampjaar or 'Year of disaster'. On 7 May, a French army of around 80,000 entered Liège; accompanied by Louis, they bypassed the Dutch stronghold of Maastricht, crossed the Meuse and besieged the Dutch held Rhine fortress towns of Rheinberg, Orsoy, Buderich and Wesel. The last of these surrendered on 9 June, while troops from Münster and Cologne simultaneously entered the provinces of Overijssel and Gelderland. On 12 June, the French crossed the Lower Rhine into the Betuwe near Schenkenschans and, recrossing the Lower Rhine to outflank the IJssel Line, occupied Arnhem on 16 June and Zutphen on 25 June. Now in danger of being cut off from the core province of Holland, William and his troops retreated through Utrecht behind the Holland Water Line; the inundations were released on 22 June, stopping the French advance in this area. On 5 July, Overijssel surrendered to Bernhard von Galen, Prince Bishop of Münster, who occupied Drenthe; he reached Groningen, but flooding prevented a proper siege and his troops were soon starving. The States General had responded to the March attack on the Smyrna convoy by expanding the active fleet from forty eight to sixty vessels, and ordering the construction of thirty six new vessels. This still left them outnumbered by the combined Anglo French fleet, and De Ruyter withdrew into shoal waters near the Dutch coast, awaiting an opportunity. Disasters on land meant De Witt needed a victory; he ordered De Ruyter to attack, accompanied by Cornelis de Witt to ensure these instructions were carried out. When the Allied fleet withdrew to Solebay near Southwold, Suffolk, to resupply, on 7 June De Ruyter surprised it at the Battle of Solebay. The Duke of York led his squadrons against the main Dutch fleet, but his French colleague d'Estrées either misunderstood his intentions or deliberately ignored them, sailing in the opposite direction. The thirty French ships fought a separate encounter at long range with fifteen ships from the Admiralty of Zeeland, under Adriaen Banckert. D'Estrées was later condemned by some of his own officers for failing to engage them more closely. The Earl of Sandwich was killed when the Royal James was sunk by fireships, with other ships suffering heavy damage. Although ship losses were roughly equal, Solebay ensured the Dutch retained control of their coastal waters, secured their trade routes and ended hopes of an Anglo French landing in Zeeland. Anger at the alleged lack of support from D'Estrées increased opposition to the war, and Parliament was reluctant to approve funds for essential repairs. For the rest of the year, this restricted English naval operations to a failed attack on the Dutch East India Company Return Fleet. However, this did not offset the damage caused by Dutch defeats on land, and it was impossible to hide the gravity of the crisis. A stream of venomous Orangist pamphlets accused the De Witt brothers in particular and the Regent regime in general of betraying the country to the French. There was widespread rioting, with Orangists seizing control of city councils and demanding William take over government. On 22 June, Johan de Witt was badly wounded in an assassination attempt; one of the attackers, Jacob van der Graaf, was quickly arrested, tried and executed, increasing popular anger with the De Witts.

Переговоры

Голландцам помогла несовместимость французских и английских целей, в то время как первоначальный успех заставил Людовика переоценить свои позиции. Французская экспансия в Испанских Нидерландах преследовала в первую очередь цель экономического роста за счет голландцев, но также подрывала английскую торговлю и безопасность. Если бы Людовик получил контроль и над Голландией – финансовым и коммерческим центром Европы – потенциальное усиление французского влияния угрожало бы всем остальным европейским державам. 14 июня Генеральные штаты Голландии начали переговоры, предложив Людовику право оккупировать ключевые крепости на юге, а также выплату компенсации в размере десяти миллионов гульденов. Он ответил дополнительными требованиями, включая религиозную свободу для католиков или французский суверенитет над Утрехтом и Гелдерном. Обе стороны использовали переговоры как тактический прием для выигрыша времени, полагая, что их положение улучшится; Людовик знал, что посланники не уполномочены вести переговоры по вопросам религии или территориальной целостности провинций и должны будут запросить дальнейшие инструкции. Англичанам должен был быть передан Дельфзейл в Гронингене, который уже осаждался Мюнстером. Убежденные, что только Карл может спасти их от французов, сторонники Оранского добились назначения его племянника Вильгельма штатгальтером Голландии 4 июля. Надеясь на быструю победу, Карл отправил Арлингтона и Бакингема в Брилл, в сопровождении оранжистских эмигрантов, бежавших из Республики после неудачного переворота 1666 года. Они прибыли в штаб-квартиру Вильгельма в Ньивербрюге 5 июля, где их приветствовала толпа, верящая, что они принесли обещания английской поддержки. Однако настроение быстро изменилось, когда их условия были обнародованы. Франция и Мюнстер должны были сохранить свои завоевания, а Вильгельму предлагалось стать суверенным принцем Голландии, в обмен на выплату Англии десяти миллионов гульденов, 10 000 фунтов стерлингов в год за права на ловлю сельди в Северном море и разрешение английским гарнизонам занять Брилл, Слёйс и Флиссинген. Вильгельм отклонил предложение, поскольку оно не давало голландцам ничего, чем они уже не владели. Арлингтон и Бакингем затем встретились с Людовиком и 16 июля заключили Хесвийкское соглашение. В нем был перечислен ряд общих требований и взято на себя обязательство не заключать сепаратный мир, однако ни одна из сторон не возлагала на него больших надежд. Посланник Леопольда в Гааге, Франсуа Поль де Лизола, заверил Генеральные штаты в имперской поддержке и организовал размещение испанских войск в голландских крепостях Гертогенбос и Бреда, освободив их гарнизоны для полевой армии. Второе письмо Карла от 18 июля призывало Вильгельма принять его условия, утверждая, что Де Витты – единственное препятствие на пути к миру. В ответ он предложил права на рыболовство, 400 000 фунтов стерлингов, Слёйс и Суринам в обмен на признание его принцем Голландии и заключение Англией сепаратного мира. Основываясь на Хесвийкском соглашении, Людовик потребовал от голландцев уступить Англии свою военно-морскую базу в Хеллевутслёйсе, требование, которое, как он знал, будет неприемлемо. После отклонения условий 20 июля Арлингтон и Бакингем вернулись в Лондон. Йохан де Витт ушел в отставку с поста Великого пенсионера в июне, а Корнелис был арестован по обвинению в заговоре с целью убийства Вильгельма. 15 августа в Голландии было опубликовано письмо Карла, обвинявшее Де Виттов; это привело к обострению напряженности, и два брата были замучены до смерти оранжистским гражданским ополчением 20 августа. Оранжист Гаспар Фагель стал Великим пенсионером, а 27 августа Генеральные штаты Голландии запретили своим политическим оппонентам занимать местные должности, укрепив политическое положение Вильгельма.

The Dutch were helped by the incompatibility of French and English objectives, while initial success meant Louis over estimated the strength of his position. French expansion in the Spanish Netherlands was primarily intended to grow their economy at the expense of the Dutch, but undermined English trade and security as well. If Louis also gained control of Holland, the financial and commercial centre of Europe, the potential increase in French influence threatened every other European state. On 14 June, the States of Holland opened negotiations, offering Louis the right to occupy key fortresses in the south, plus an indemnity of ten million guilders. He responded with additional demands including religious freedom for Catholics, or French sovereignty over Utrecht and Guelders. Both sides were using talks as a delaying tactic, assuming their position would improve; Louis knew the envoys were not authorised to negotiate on religion or the territorial integrity of the provinces and would have to request further instructions. The English were to be ceded Delfzijl, in Groningen, already besieged by Münster. Arguing only Charles could save them from the French, Orangist pressure led to his nephew William's appointment as stadtholder of Holland on 4 July. Hoping for a quick win, Charles sent Arlington and Buckingham to Brill, accompanied by Orangist exiles who had fled the Republic after their failed coup in 1666. They arrived at William's headquarters in Nieuwerbrug on 5 July, cheered by crowds who believed they brought promises of English support. The mood quickly changed when their terms were made public. France and Münster were to retain their conquests and William would be appointed Sovereign Prince of Holland, in return for which he would pay England ten million guilders, £10,000 per annum for North Sea herring rights, and allow English garrisons to occupy Brill, Sluys and Vlissingen. William rejected the offer, since it gave the Dutch nothing they did not already hold. Arlington and Buckingham then met with Louis and agreed the Heeswijk Accord on 16 July. This set out a list of shared demands and undertook not to conclude a separate peace, but neither side placed any reliance on it. Leopold's envoy in the Hague, Francois Paul de Lisola, gave the States General assurances of Imperial support and arranged for Spanish troops to hold the Dutch fortress cities of 's Hertogenbosch and Breda, releasing their garrisons for the field army. A second letter from Charles on 18 July urged William to accept his terms, claiming the De Witts were the only obstacle to peace. He responded by offering fishing rights, £400,000, Sluys and Surinam, in return for recognition as Prince of Holland and England agreeing a separate peace. Based on the Heeswijk Accord, Louis demanded the Dutch cede their naval base at Hellevoetsluis to England, a demand he knew was unacceptable. After the terms were rejected on 20 July, Arlington and Buckingham returned to London. Johan de Witt had resigned as Grand Pensionary in June, while Cornelis was arrested for allegedly plotting to murder William. On 15 August, Charles' letter blaming the De Witts was published in Holland; the effect was to inflame tensions and the two brothers were lynched by an Orangist civil militia on 20th. The Orangist Gaspar Fagel became Grand Pensionary, and on 27 August the States of Holland banned their political opponents from local office, securing William's political position.

Восстановление экономики Нидерландов: с июля по декабрь

7 июля наводнения были приведены в полную готовность; их эффективность снизится с наступлением зимы и замерзанием воды, но на данный момент Голландия была защищена от французского вторжения. Это дало Штатам время для проведения военных реформ, утвержденных 16 июля, и их силы возросли благодаря возвращению 20 000 пленных, выкупленных у французов. Помимо неофициальной испанской поддержки, 25 июля Леопольд пообещал вторгнуться в Рейнскую область и Эльзас с 16 000 войсками, в дополнение к 20 000, обещанным Фридрихом Вильгельмом в мае. Это вынудило Людовика перебросить 40 000 человек для отражения этой угрозы, а еще около 50 000 были задействованы в гарнизонах вокруг Республики. Английские надежды на быструю победу развеялись после Солебея, а устранение семейства Де Виттов укрепило положение Вильгельма и избавило его от зависимости от Карла. Армия Мюнстера распалась из-за нехватки снабжения, и 27 августа фон Гален снял осаду Гронингена; осаждающие потеряли более 11 000 человек, включая 6000 дезертиров, многие из которых присоединились к голландцам. Вильгельм предпринял атаки на Ворден и Шарлеруа, которые оказались чрезмерно амбициозными и безуспешными, но восстановили боевой дух голландцев, а Коэворден был отвоеван 31 декабря. Несмотря на шаткое положение, к концу 1672 года голландцы вернули значительную часть территории, потерянной в мае, и Людовик оказался вовлеченным в более масштабную европейскую войну на истощение. Несмотря на французские субсидии, у Карла иссякли средства, и он столкнулся с серьезной внутренней оппозицией продолжению войны. Ситуация усугубилась, когда голландская Капская колония отправила экспедиционный корпус на английский остров Святой Елены и захватила его во владение от имени Голландской Ост-Индской компании.

Обзор

После того, как французам не удалось прорвать голландскую водную линию обороны, англо-французскому флоту было поручено разгромить голландский флот, чтобы обеспечить возможность блокады голландского побережья и угрожать Республике голодом, либо высадить десант. Однако из-за плохой координации им не удалось воспользоваться своим численным превосходством, и Де Рюйтер смог предотвратить разгром своего флота. Хотя сражение у Текселя 21 августа не принесло решительных результатов, оно стало стратегической победой голландцев, поскольку нанесенный английскому флоту ущерб вынудил его вернуться в порт для ремонта. Война изначально не пользовалась популярностью, и вместе с угасанием надежд на быструю победу, английская поддержка войны иссякла. В конце 1673 года французы вышли из состава Республики и сосредоточились на завоевании Испанских Нидерландов, что вызывало серьезные опасения у большинства английских политиков. В сочетании с голландской кампанией по распространению памфлетов, утверждавших, что Карл II согласился на восстановление католицизма, Парламент отказался финансировать войну, а уровень оппозиции заставил Карла II опасаться за свою власть. В феврале 1674 года Второй Вестминстерский мир положил конец войне; он был встречен с восторгом в обеих странах, особенно коммерческими кругами Амстердама и Лондона, и договор был ратифицирован с беспрецедентной скоростью.

Морские сражения

В первых двух войнах оба флота, особенно голландский, использовали агрессивную тактику, которая часто приводила к значительным потерям кораблей для проигравшей стороны. В Третьей англо-голландской войне приоритетом стало минимизировать потери, и флоты обычно вступали в бой, используя строй «линия вперёд» – по сути, оборонительный подход; несмотря на нанесение существенного ущерба, ни одна из сторон не потеряла корабли у Текселя. Когда зимой 1673 года Водная линия замерзла, французы не смогли её прорвать, столкнувшись с тонким льдом и голландскими моряками, оснащенными коньками, под командованием Йохана де Лифде. Попытки весной осушить северную часть линии или переправиться на плотах также не увенчались успехом. Поскольку восточный подход был непрактичен, Королевскому флоту было приказано блокировать побережье в сотрудничестве с французской эскадрой; при возможности, они должны были высадить десант, хотя способы его осуществления оставались неясными. Не имея опыта десантных операций, предполагалось захватить голландский порт, несмотря на ограниченные знания об опасных отмелях, защищающих подходы к нему. Надеясь деморализовать голландцев, принц Руперт распространил информацию о том, что его флот сопровождают корабли с десантными войсками; на деле он оставался в Великом Ярмуте и в любом случае был недостаточен для выполнения этой задачи. В мае английский флот из 81 корабля приблизился к голландскому побережью, в то время как 55 кораблей Де Рюйтера заняли оборонительную позицию у Схоунвельда. Рано утром 7 июня принц Руперт отделил лёгкую эскадру, надеясь спровоцировать Де Рюйтера на бой, где союзники могли бы использовать своё численное превосходство. Альтернативой было загнать голландский флот в Хеллевоэтслёйс, где его можно было бы блокировать, пока транспорты доставляли войска для штурма Ден-Бриля или Влиссингена. Однако скорость реакции Де Рюйтера позволила ему атаковать до того, как главный союзный флот был готов, начав Первую битву у Схоунвельда. В Солебее годом ранее французская эскадра двигалась в противоположном направлении от английской; чтобы опровергнуть обвинения в преднамеренности этого, она теперь заняла центральную позицию. Однако их неопытность и неудачное расположение создали бреши, позволившие Де Рюйтеру пройти через центр союзного флота. Французским командирам Людовик XIV приказал не рисковать кораблями, а сосредоточиться на обучении у англичан и голландцев. Поэтому они отступили, позже отправив восторженные отчёты о тактическом гении манёвра, выполненного Де Рюйтером. Их отход угрожал отрезать тылы союзников под командованием сэра Эдварда Спрагга; он повёл свою эскадру в атаку на Тромпа, который также был атакован Рупертом, но страх сесть на мель не позволил ему сделать это с уверенностью. Теперь разделённые на четыре части и в полном замешательстве, союзники отступили после девяти часов боя; преследование не последовало, поскольку Де Рюйтер решил не рисковать без необходимости. Союзники продолжали удерживать свои позиции у голландского побережья; 14 июня Де Рюйтер, воспользовавшись благоприятным ветром, начал Вторую битву у Схоунвельда. Это вновь посеяло хаос в неподготовленном союзном флоте, который получил серьёзные повреждения и вернулся на Темзу для ремонта. В конце июля Руперт снова вышел в море, надеясь заманить голландцев на север, имитируя атаку на Гаагу или Ден-Хелдер; хотя Де Рюйтеру и не хотелось покидать свою позицию, ему было приказано сопроводить ценный входящий флот Ост-Индской компании. В последовавшей битве у Текселя обе стороны понесли серьёзные повреждения, и принцу Руперту пришлось вернуться домой для ремонта. Поведение французов вызвало всеобщее негодование и обвинения в том, что они не оказали поддержку своим английским коллегам. Справедливость этих обвинений остаётся предметом споров; во всех трёх битвах Де Рюйтер воспользовался недостатками союзников в боевых инструкциях и системе сигнализации. В любом случае, это усилило подозрения между англичанами и французами, ещё больше подорвав народную поддержку войны и положив конец любым надеждам на истощение голландцев морской блокадой. Результатом стала сокрушительная стратегическая победа голландцев, несмотря на то, что четыре корабля флота специй попали в руки союзников. Для Де Рюйтера успешная кампания, отразившая атаки превосходящих сил и спасшая его родину, стала вершиной его карьеры, что англичане охотно признали: герцог Йоркский заключил, что среди адмиралов «он был величайшим, которого когда-либо видел мир». Англичанам пришлось отказаться от планов вторжения с моря, а большие затраты на ремонт беспокоили парламент. 24 августа 1673 года голландцы отбили у англичан город Новый Амстердам (переименованный ими в «Нью-Йорк») под командованием адмирала Корнелиса Эвертсена Младшего и капитана Энтони Колве. Эвертсен переименовал город в «Новый Оранж». Однако голландское правление закончилось 10 ноября 1674 года, когда было приказано выполнить положения Вестминстерского договора.

In the first two wars, both navies, particularly the Dutch, employed aggressive tactics that often resulted in heavy ship losses for the defeated side. In the Third Anglo Dutch War, the priority was to minimise losses, and it was common for fleets to engage using the 'line ahead' formation, an essentially defensive approach; despite inflicting considerable damage, neither side lost any ships at the Texel. When the Water Line froze during the winter of 1673, the French were unable to break it, thwarted by thin ice and companies of Dutch sailors equipped with ice skates, under Johan de Liefde. Attempts in the spring to drain the northern part of the line or cross on rafts also proved unsuccessful. With an eastern approach impractical, the Royal Navy was ordered to blockade the coast in co operation with a French squadron; if possible, they were to land an invasion force, although how this would be accomplished was unclear. Lacking experience of amphibious operations, this meant capturing a Dutch port, despite limited knowledge of the dangerous shoals protecting their approaches. Hoping to unnerve the Dutch, Prince Rupert leaked information claiming his fleet was accompanied by ships carrying an invasion force; in reality, it remained in Great Yarmouth, and was in any case insufficient for the task. In May, the English fleet of 81 ships approached the Dutch coast, while De Ruyter's 55 ships took up a defensive position in the Schooneveld. Early on 7 June, Prince Rupert detached a light squadron, hoping to tempt De Ruyter into battle where the Allies could use their superior numbers. The alternative was forcing the Dutch fleet into Hellevoetsluis, where they could be blockaded while transports brought troops over to assault Den Briel or Vlissingen. However, De Ruyter's speed of response allowed him to attack before the main Allied fleet was ready, launching the First Battle of the Schooneveld. At Solebay the previous year, the French squadron had sailed in the opposite direction to that of the English; to counter accusations this had been deliberate, they now formed the centre squadron. However, their inexperience and poor positioning left gaps which allowed De Ruyter to sail through the Allied centre. The French commanders had been ordered by Louis not to risk their ships, but focus on learning from the English and Dutch. They therefore disengaged, later writing enthusiastic reports about the tactical genius of the manoeuvre used by De Ruyter. Their defection threatened to cut off the Allied rear under Sir Edward Spragge; he took his own squadron to attack Tromp, who was also being engaged by Rupert, but fear of running aground meant this was not done with any conviction. Now split into four parts and in considerable confusion, the Allies withdrew after nine hours of fighting; they were not pursued, since De Ruyter decided not to take any unnecessary risks. The Allies continued to hold their position off the Dutch coast; on 14 June, De Ruyter took advantage of favourable winds and launched the Second Battle of the Schooneveld. Once again, this caused chaos in the unprepared Allied fleet, which suffered severe damage and returned to the Thames for repairs. In late July, Rupert put to sea again, hoping to draw the Dutch north by feinting against The Hague or Den Helder; although De Ruyter preferred to remain where he was, he was ordered out to escort a valuable incoming Dutch East India Company treasure fleet. While both sides suffered severe damage in the resulting Battle of Texel, Prince Rupert was forced to return home for repairs. The conduct of the French led to widespread recriminations and accusations they had failed to support their English colleagues. Whether this was fair remains a matter of dispute; in all three battles, De Ruyter took advantage of Allied deficiencies in fighting instructions and signalling. Regardless, it deepened suspicions between the English and French, further undercutting popular support for the war, while ending any hopes of starving the Dutch through a naval blockade. The result was an overwhelming strategic victory for the Dutch. even though four ships of the Spice Fleet had fallen into Allied hands. For De Ruyter, the successful campaign, by repelling attacks by much superior fleets to save his homeland, had been the highlight of his career, as the English readily acknowledged: the Duke of York concluded that among admirals, "he was the greatest that ever to that time was in the world". The English had to abandon their plans for an invasion from the sea, and the large costs of repair troubled Parliament. On 24 August 1673, the Dutch recaptured the city New Amsterdam (renamed "New York" by the English) under Admiral Cornelis Evertsen the Youngest and Captain Anthony Colve. Evertsen renamed the city "New Orange." However, Dutch rule ended on 10 November 1674 with the order to implement the provisions of the Treaty of Westminster.

Антивоенные настроения в Англии

В предыдущих конфликтах инвестиции в каперов были весьма прибыльны для англичан, но с 1672 по 1673 год голландские рейдеры захватили свыше 2800 французских и английских кораблей, значительно больше, чем их противники. Одна лишь провинция Зеландия содержала 120 каперов. Не сумев установить блокаду голландского побережья, английские купцы были отстранены от жизненно важной торговли балтийским кораблестроением. Кроме того, возвращение голландцев в Новый Амстердам и нападения на английские владения в Индии нанесли дополнительный коммерческий ущерб. Эти потери усилили существующие сомнения относительно войны, которую многие считали несправедливой. Стабилизация военного положения также восстановила кредитоспособность Голландии, позволив Генеральным штатам расширить военный бюджет до ста миллионов гильденов, что в три раза превышало годовые налоговые поступления. Людовик напал на Республику, рассчитывая на быструю победу; когда это не удалось, он столкнулся с войной на истощение на нескольких фронтах. В июле 1673 года французские войска захватили Маастрихт; 30 августа голландцы заключили Гаагский союз с Леопольдом и Испанией. В октябре к ним присоединился Карл IV, герцог Лотарингский, чье герцогство было оккупировано Францией, образовав Четверной союз. Вильгельм обеспечил провал мирных переговоров, проходивших в Кёльне с Францией и Англией. В сентябре он отвоевал Наарден, Мюнстер и Кёльн заключили мир, а французские войска были выведены из Голландской Республики, сохранив лишь Грейв и Маастрихт. Поскольку победа над голландцами стала маловероятной, война превратилась в борьбу за контроль над Фландрией – вопрос, разделивший Англию и Францию. Напряженность между ними возросла, когда бывший секретарь Арлингтона, Питер дю Мулен, бежал в Республику в начале 1673 года. Он развернул пропагандистскую кампанию, заполонив Англию памфлетами, обвиняющими Карла и Людовика в сговоре с целью вновь сделать страну католической. Многие поверили в правдивость этих обвинений, особенно когда Карл разрешил своему брату и наследнику, Якову, жениться на Марии Моденской, набожной католичке. В феврале 1673 года парламент отказался утверждать новые налоги, если Карл не отменит предложенную им Индульгенцию и не примет Тестовый акт, запрещающий католикам занимать государственные должности. В июне 1673 года Яков подал в отставку с поста лорда-адмирала, что было воспринято как подтверждение слухов о его тайном обращении в католичество и неспособности соблюдать Тестовый акт. Поскольку у Карла не было законных наследников, брак Якова открывал реальную перспективу установления в Англии католической династии. Букингем, узнавший о секретных положениях Доверского договора годом ранее, отреагировал на изменение общественного мнения, передав их другим политикам, включая Арлингтона. В результате министерство Кабал присоединилось к сторонникам мира с голландцами; потрясенный раскрытием соглашения Карла с Людовиком, лорд Шафтсбери начал рассматривать возможность полного устранения дома Стюартов. При его поддержке Джон Локк разработал правовые концепции, изложенные в его труде «Два трактата о правлении» – всеобщую критику абсолютной монархии.

In previous conflicts, investing in privateers had been very profitable for the English, but from 1672 to 1673 Dutch raiders captured over 2,800 French and English ships, far more than their counterparts, The province of Zealand alone operated 120 privateers. Having failed to blockade the Dutch coast, English merchants were excluded from the vital Baltic trade in shipbuilding materials. In addition, the Dutch re capture of New Amsterdam and attacks on English possessions in India caused further commercial damage. These losses compounded existing doubts about the war, which many felt was unjustified. Stabilising their military position also restored Dutch credit, allowing the Estates to expand the military budget to a hundred million guilders, three times annual tax revenues. Louis had attacked the Republic hoping for a quick victory; once this failed, he faced a war of attrition on multiple fronts. In July 1673, French troops captured Maastricht; on 30 August, the Dutch agreed the Alliance of the Hague with Leopold and Spain. In October, they were joined by Charles IV, Duke of Lorraine, whose duchy was occupied by France, forming the Quadruple Alliance. William made sure the peace negotiations held in Cologne with France and England failed. In September, he recaptured Naarden, Münster and Cologne made peace, and French troops withdrew from the Dutch Republic, retaining only Grave and Maastricht. With victory over the Dutch now unlikely, the war became one for control of Flanders, an issue that divided England and France. Tensions between the two increased when Arlington's former secretary Peter du Moulin fled to the Republic in early 1673. He started a propaganda campaign, flooding England with pamphlets accusing Charles and Louis of conspiring to make the country Catholic again. Many were convinced of its truth, particularly when Charles gave permission for his brother and heir James to marry Mary of Modena, a devout Catholic. In February 1673, Parliament refused to approve further taxes unless Charles withdrew his proposed Indulgence and accepted a Test Act barring Catholics from public office. In June 1673, James resigned as Lord High Admiral, which was seen as confirmation of rumours he had secretly become a Catholic and could not comply with the Test Act. As Charles had no legitimate offspring, James' marriage now presented the strong prospect of a Catholic dynasty ruling England in the future. Buckingham, who learned of the secret provisions of the Treaty of Dover the previous year, reacted to the changed public mood by leaking them to other politicians, including Arlington. As a result, the Cabal Ministry joined those advocating peace with the Dutch; shocked by the revelation of Charles' agreement with Louis, Lord Shaftesbury began to consider removing the House of Stuart entirely. With his backing, John Locke developed the legal concepts that appeared in his work the Two Treatises of Government, a general denunciation of absolute monarchy.

Второй Вестминстерский мир

В этой ситуации Карл считал, что продолжение союза представляет серьезную угрозу для его личного положения и что Парламент больше не будет финансировать войну. Он сообщил французскому послу Колберту де Круасси, что, к его сожалению, ему пришлось прекратить военные действия Англии. Он передал голландцам через испанского консула в Лондоне, маркиза дель Фресно, что, поскольку его главная цель войны – утвердить его благородного племянника в должности штатгальтера – была достигнута, он больше не возражает против заключения прочного мира между двумя протестантскими братскими нациями, при условии выплаты некоторых незначительных "индемнитетов". Штаты Голландии поначалу не были склонны удовлетворять требованиям Карла: по их мнению, Англия, не добившись ничего в войне, не имела права на какое-либо вознаграждение. Однако Вильгельм убедил их в том, что есть шанс в конечном итоге вовлечь Карла в войну против Франции. Кроме того, Испания еще не объявила войну Франции и была готова сделать это только в случае заключения Англией мира, опасаясь английских нападений на свои американские колонии. После непродолжительного обмена предложениями посредством трубачей Вестминстерский договор был публично провозглашен в Лондоне 17 февраля по старому стилю. Он был одобрен штатами Голландии и Западной Фризии 4 марта (по новому стилю) и ратифицирован Генеральными штатами 5 марта. Договор предусматривал, что Нью-Йорк, ранее Новая Нидерландия, отныне станет английским владением, а Суринам, захваченный голландцами в 1667 году, останется их колонией, подтверждая статус-кво 1667 года. Голландцы должны были выплатить "индемнитет" в размере двух миллионов гульденов. В конечном итоге Вильгельм заставил Карла зачесть эти индемнитеты с долгов, которые тот был должен Дому Оранских, поэтому английский король фактически получил очень небольшую сумму. Несмотря на мир, бригада Монмута не была выведена из французской армии и ей было разрешено проводить набор рекрутов в Британии до окончания франко-голландской войны. В апреле того же года Вильгельм попытался убедить своего дядю вступить в войну против Людовика, но потерпел неудачу. До конца Голландской войны в 1678 году Карл пытался выступать посредником между двумя сторонами, временами делая вид, что рассматривает возможность конфликта с Францией, когда это было ему выгодно. В 1677 году он вынудил свою племянницу Мэри выйти замуж за Вильгельма, что впоследствии стало одной из основных причин падения его брата в 1688 году.

In this situation Charles felt that continuing the alliance was a grave threat to his personal position and that Parliament would no longer fund a war. He informed the French ambassador Colbert de Croissy that to his regret, he had to terminate the English war effort. He told the Dutch via the Spanish consul in London, the Marquess del Fresno, that, his main war aim to install his noble nephew as stadtholder having been attained, he no longer objected to concluding a lasting peace between the two Protestant brother nations, if only some minor "indemnities" could be paid. At first the States of Holland were disinclined to grant Charles's demands: as England had accomplished nothing in the war, it was, in their opinion, not entitled to any reward. But William convinced them that there was some chance of bringing Charles into the war against France eventually. Furthermore, Spain had not yet declared war on France and was willing to do so only if England made peace, because it feared English attacks on its American colonies. After a short exchange of proposals by means of trumpeters, the Treaty of Westminster was publicly proclaimed in London on 17 February Old Style. It was approved by the States of Holland and West Frisia on 4 March (New Style), and ratified by the States General on 5 March. The treaty stipulated that New York—formerly New Netherland—would henceforth be an English possession and that Suriname, captured by the Dutch in 1667, would remain their colony, confirming the status quo of 1667. An "indemnity" of two million guilders was to be paid by the Dutch. Eventually, William would force Charles to set off these indemnities against the debts he owed to the House of Orange, so the English king actually received very little. Despite the peace, Monmouth's brigade would not be withdrawn from the French army and it would be allowed to recruit in Britain until the end of the Franco Dutch War. In April that year, William attempted to convince his uncle to enter the war against Louis but failed. Until the end of the War of Holland in 1678, Charles tried to negotiate between the two parties, at times pretending to consider a conflict with France, when such pretence was beneficial to him. In 1677, he forced his niece Mary to marry William; this would later prove to be a fundamental cause of the fall of his brother in 1688.