Введение

Кризис престолонаследия и последовавшие войны за Испанию в XVIII веке. Война за испанское наследство была конфликтом между европейскими великими державами, длившимся с 1701 по 1714 год. Непосредственной причиной стала смерть бездетного Карла II Испанского в ноябре 1700 года, что привело к борьбе за контроль над Испанской империей. Его предполагаемым наследником был Филипп Анжуйский, внук Людовика XIV, главными сторонниками которого были Франция и большая часть Испании. Его соперником был эрцгерцог Карл Австрийский, поддерживаемый Великим союзом, в который входили Священная Римская империя, Голландская республика и Великобритания. Значительными сопутствующими конфликтами были Великая Северная война 1700–1721 годов и война королевы Анны в Северной Америке. Хотя к 1701 году Испания уже не была ведущей европейской державой, она сохраняла глобальное присутствие, включая Испанские Нидерланды, значительные части Италии и Америки. Это означало, что захват Испании Францией угрожал европейскому балансу сил, и провозглашение Филиппа королём Испании 16 ноября 1700 года привело к войне. Французы имели преимущество на начальном этапе, но после 1706 года были вынуждены перейти к обороне. Несмотря на успехи на севере Франции, к 1709 году некоторые союзники усомнились в целесообразности продолжения войны, особенно поскольку успех Бурбонов в Испании закрепил положение Филиппа как короля. Когда в 1711 году умер император Иосиф I, эрцгерцог Карл унаследовал престол Священной Римской империи от своего брата. Поскольку объединение Испании и Австрии было столь же нежелательно, как и объединение с Францией, новое британское правительство утверждало, что дальнейшее продолжение войны бессмысленно. К этому времени только британские субсидии удерживали союзников в войне, и их вывод привел к Утрехтскому миру в 1713 году, за которым последовали Раштаттский и Баденский мирные договоры в 1714 году. Филипп был утвержден королём Испании, но отказался от своих и прав своих потомков на французский престол. Испанская империя уступила большую часть своих итальянских территорий Савойе и Австрии, а также Испанские Нидерланды, но в остальном осталась в значительной степени нетронутой. Великобритания сохранила Гибралтар и Менорку, захваченные у Испании во время войны, получила значительные торговые уступки в испанской Америке и стала крупной торговой державой. Для голландцев война ознаменовала начало их упадка как значительной европейской державы. Хотя Людовику и удалось посадить своего внука на испанский трон, Франция осталась в состоянии финансового истощения.

Предыстория

Карл II Испанский взошел на престол в 1665 году, в возрасте четырех лет, после смерти своего отца Филиппа IV. На протяжении большей части своей жизни он страдал от продолжительных болезней, поэтому вопрос о его преемнике десятилетиями был предметом дипломатических споров. Например, в 1670 году Карл II Английский согласился поддержать права Людовика XIV Французского, а в 1689 году в рамках Гранд-Альянса Англия и Нидерландская республика обязались поддержать права императора Леопольда I. Хотя Испания уже не была доминирующей великой державой, к 1700 году в ее состав входили значительные территории в Италии и Америке, Испанские Нидерланды и другие колонии, такие как Филиппины. Переговоры между Людовиком и императором Леопольдом были сосредоточены на разделе этих территорий между различными державами, на что испанцы не согласились. Поскольку приобретение неразделенной империи Австрией или Францией сделало бы их слишком сильными, вопрос о наследстве привел к войне, в которую была вовлечена большая часть Европы. Великая Северная война 1700–1721 годов считается сопутствующим конфликтом, поскольку она повлияла на участие таких государств, как Швеция, Саксония, Дания-Норвегия и Россия. По разным причинам численность армий в период с 1688 по 1697 год часто превышала 100 000 человек, что требовало расходов, непосильных для доиндустриальных экономик. 1690-е годы также ознаменовались пиком Малого ледникового периода – периода холодной и влажной погоды, который резко снизил урожайность сельскохозяйственных культур по всей Европе. Великий голод 1695–1697 годов унес жизни, по оценкам, 15–25% населения современной Шотландии, Скандинавии и стран Балтии, а также еще двух миллионов человек во Франции и Северной Италии. Сочетание финансового истощения и голода привело к заключению в октябре 1697 года Рисвикского мира, компромиссного соглашения, которое не разрешило вопрос о престолонаследии. Леопольд подписал его лишь с большой неохотой, поскольку к тому времени стало ясно, что Карл умрет бездетным. Все стороны признали Рисвик лишь временной приостановкой враждебных действий, и возобновление войны казалось неизбежным.

Договоры о разделе

В отличие от корон Франции или Австрии, испанская корона могла передаваться по женской линии. Это позволило сестрам Карла, Марии Терезии (1638–1683) и Маргарите Терезии (1651–1673), передать свои права детям от браков с Людовиком XIV и императором Леопольдом соответственно. Людовик стремился избежать конфликта по этому вопросу посредством прямых переговоров со своим главным противником, Вильгельмом III Английским, исключая испанцев из обсуждения. Дочь Леопольда и Маргариты, Мария Антония (1669–1692), вышла замуж за Максимилиана Эммануила Баварского в 1685 году, и 28 октября 1692 года у них родился сын Иосиф Фердинанд. Согласно Гаагскому договору, заключенному в октябре 1698 года между Францией, Великобританией и Голландской республикой, пятилетний Иосиф был объявлен наследником Карла II; взамен Франция и Австрия должны были получить части европейских территорий Испании. Карл отказался принять это решение; 14 ноября 1698 года он опубликовал завещание, оставляя неразделенную испанскую монархию Иосифу Фердинанду. Однако смерть последнего от оспы в феврале 1699 года свела на нет эти договоренности. В 1685 году Мария Антония передала свои права на испанский трон сыновьям Леопольда, Иосифу и эрцгерцогу Карлу. Правомерность этого шага была сомнительной, но Людовик и Вильгельм использовали его для разработки Лондонского договора 1700 года. Эрцгерцог Карл стал новым наследником, а Франция, Савойя и Австрия получили территориальную компенсацию; однако, поскольку ни Леопольд, ни Карл не согласились с договором, он оказался в значительной степени бесполезным. Филипп V также сохранял определенные преимущества в своих притязаниях на престол по сравнению с Карлом. Он был единственным законным наследником в порядке прямого наследования. Хотя у него были отдаленные права на французский трон, эрцгерцог Карл имел еще более близкие права на престол Священной Римской империи, и его воцарение в качестве императора также дестабилизировало бы европейский баланс сил. К началу октября 1700 года Карл был при смерти; в своем последнем завещании он передал трон внуку Людовика XIV, Филиппу, герцогу Анжуйскому; в случае отказа Филиппа, предложение переходило к его младшему брату, герцогу Беррийскому, а затем к эрцгерцогу Карлу. Карл умер 1 ноября 1700 года, а 9-го числа испанские послы официально предложили престол Филиппу. Людовик на мгновение задумался об отказе; хотя это означало бы преемственность эрцгерцога Карла, настаивание на помощи Вильгельма в обеспечении соблюдения Лондонского договора могло позволить ему достичь своих территориальных целей без войны. Однако его сын, Дофин, отверг эту идею; французские дипломаты также советовали, что Австрия все равно начнет войну, в то время как ни британцы, ни голландцы не стали бы воевать ради соглашения, направленного на предотвращение войны. Поэтому Людовик принял предложение от имени своего внука, который был провозглашен Филиппом V Испанским 16 ноября 1700 года.

Прелюдия к войне

Поскольку большинство его целей были достигнуты дипломатией, Людовик предпринял ряд шагов, которые в совокупности сделали войну неизбежной. Большинство тори в английском парламенте возражали против Разделительных договоров, главным образом против французского приобретения Сицилии, важного звена в прибыльной торговле с Левантом. Однако, как заметил один иностранный дипломат, их отказ участвовать в европейской войне был верен "только до тех пор, пока не пострадает английская торговля". Людовик либо не сумел это оценить, либо решил проигнорировать, и его действия постепенно ослабили оппозицию тори. В начале 1701 года Людовик зарегистрировал претензии Филиппа на французский престол в Парижском парламенте, подняв вопрос о возможности объединения с Испанией вопреки воле Карла, хотя Филипп был лишь третьим в линии французского наследования. В феврале испанские герцогства Милан и Мантуя в Северной Италии объявили о своей поддержке Филиппа и приняли французские войска. В сочетании с усилиями по созданию альянса между Францией и имперскими немецкими государствами в Швабии и Франконии, это были вызовы, которые Леопольд не мог игнорировать. При поддержке вице-короля Макса Эммануила Баварского, французские войска заменили голландские гарнизоны в "барьерных" крепостях в Испанских Нидерландах, предоставленных в Рисвике. Это также угрожало голландской монополии на Шельду, предоставленной Мюнстерским миром 1648 года, а французский контроль над Антверпеном и Остенде позволил бы им блокировать Ла-Манш по своему усмотрению. В сочетании с другими французскими действиями, угрожавшими английской торговле, это создало явное большинство сторонников войны, и в мае 1701 года парламент призвал Вильгельма к переговорам об антифранцузском союзе. 7 сентября Леопольд, Нидерландская республика и Великобритания подписали Гаагский договор, возобновляющий Великий союз 1689 года. Его положения включали обеспечение голландского барьера в Испанских Нидерландах, протестантское наследование в Англии и Шотландии и независимую Испанию, но не касались возведения эрцгерцога Карла на испанский трон. Когда свергнутый король Англии Яков II умер 16 сентября 1701 года, Людовик отказался от признания протестанта Вильгельма III королём Англии и Шотландии и поддержал притязания сына Якова, Якова Франциска Эдварда Стюарта. Война стала неизбежной, и когда сам Вильгельм умер в марте 1702 года, его преемница королева Анна подтвердила свою поддержку Гаагского договора. Голландцы, теперь во главе с великим пенсионером Антонием Гейнсиусом, поступили так же, несмотря на французские надежды, что без штатгальтера республика будет расколота внутренними распрями. 8 мая Нидерландская республика объявила войну Франции, за ней последовали британцы и император 15 мая, а имперская диета – 30 сентября.

Общие стратегические факторы

Важность торговых и экономических интересов участников часто недооценивается; современники рассматривали поддержку голландцев и англичан делу Габсбургов прежде всего как стремление получить доступ к испанским рынкам в Америке. В то время как современные экономисты обычно исходят из предположения о постоянно растущем рынке, доминирующая тогда теория меркантилизма рассматривала его как относительно статический. Это означало, что увеличение собственной доли рынка требовало отъема ее у других, и государство способствовало этому, нападая на торговые суда и колонии противников. В результате война быстро распространилась на Северную Америку, Индию и другие части Азии, а тарифы стали использоваться как инструмент политики. Навигационные акты 1651–1663 годов стали важным фактором в англо-голландских войнах, а между 1690 и 1704 годами английские импортные пошлины на иностранные товары выросли на 400%. 6 сентября 1700 года Франция запретила импорт английских промышленных товаров, таких как ткани, и ввела заградительные пошлины на широкий спектр других товаров. Полевые армии, действовавшие в Южных Нидерландах во время Девятилетней войны, нередко насчитывали 100 000 человек. Численность армий продолжала расти во время войны за испанское наследство. В период с 1702 по 1707 год численность полевых армий в Южных Нидерландах составляла от 60 000 до 80 000 человек, а с 1708 года – более 120 000 человек. Эти многочисленные армии оказывали колоссальное давление на доиндустриальные экономики. Армии были ограничены зависимостью от водных путей для снабжения, поэтому кампании сосредотачивались на реках, таких как Рейн и Адда, а их отсутствие ограничивало операции в таких районах, как Северная Испания. Лучшая логистика, единое командование и более простые внутренние линии коммуникаций давали армиям Бурбонов преимущество над противниками.

Испания

В 1700 году Испания оставалась великой державой с точки зрения контролируемой территории; недавние исследования, кроме того, показывают, что импорт драгоценных металлов из Америки достиг своего наивысшего уровня между 1670 и 1700 годами. Однако это скрывало серьезные структурные слабости; подавляющее большинство этих импортов использовалось для финансирования долга или оплаты иностранных купцов. Когда новая администрация Бурбонов пришла к власти в 1701 году, она обнаружила, что империя обанкротилась и фактически осталась беззащитной, располагая менее чем 15 000 солдатами в самой Испании и флотом, состоящим всего из 20 кораблей. Почти непрерывные войны в течение XVII века привели к тому, что экономика подвергалась длительным периодам низкой производительности и депрессии, и в значительной степени зависела от других в вопросах процветания. Во многом, продолжение существования империи было обусловлено не испанской мощью, а необходимостью поддерживать баланс между державами, соперничающими за долю ее рынков. Несмотря на то, что Франция вела серию войн против Испании с 1667 по 1697 год, она также являлась ее важнейшим экономическим партнером, поставляя рабочую силу и контролируя значительную часть ее внешней торговли. Это соображение было важным фактором при решении о назначении Филиппа наследником. Зависимость Испании от других государств проявилась в 1703 году; несмотря на присутствие вторгшейся армии союзников, французский посол настоятельно рекомендовал Людовику разрешить голландским и английским купцам закупать шерсть у испанских фермеров, "иначе стада не смогут быть сохранены". Проведение политических или экономических реформ было чрезвычайно сложным, поскольку Габсбургская Испания представляла собой персональную унию между коронами Кастилии и Арагона, каждая из которых обладала совершенно различной политической культурой. Большая часть поддержки Филиппа исходила от кастильской элиты. Испанские Нидерланды управлялись Баварией с 1690 года, а связи с Италией, традиционно основным источником испанских новобранцев и финансирования, были ослаблены десятилетиями пренебрежения и высоких налогов. В Мадриде широко, хотя и с неохотой, признавали, что сохранение независимой испанской империи требует всесторонних реформ, включая отмену привилегий, или фуэрос, которыми обладали арагонские государства. Не случайно эрцгерцог Карл пользовался сильной поддержкой в регионах, входивших в состав Короны Арагона, включая Каталонию и Валенсию.

Франция

При Людовике XIV Франция была самым могущественным государством в Европе, с доходами, значительно превосходившими доходы её соперников. Её географическое положение обеспечивало огромную тактическую гибкость; в отличие от Австрии, она располагала флотом, и, как показали кампании 1708–1710 годов, могла защищать свои границы даже под сильным давлением. Девятилетняя война продемонстрировала, что Франция не может навязать свои цели без поддержки, а новый союз с Испанией и Баварией повышал вероятность успешного исхода. Однако предыдущие войны оставили Францию с серьёзными экономическими проблемами. Это признал маркиз де Шамле, который посоветовал Людовику не прибегать к чисто наступательной стратегии. Он утверждал, что объединённая мощь сил Великого Альянса делала крайне маловероятным успешное наступление Франции. Голландские и имперские крепости находились далеко от удобных франко-испанских баз, а Нидерланды и Рейнская область не имели судоходных рек, пригодных для передвижения бурбонских армий. Более того, осада крупной голландской крепости требовала привлечения двух полноценных армий. Французы, таким образом, намеревались придерживаться стратегии, определяемой как «смешанная война» в Европе. В рамках этой стратегии франко-испанские силы должны были в первую очередь занять оборонительную позицию, чтобы сохранить жизненно важные крепости. Наступательные действия, напротив, характеризовались напористой демонстрацией силы и стратегическим размещением войск, с упором на обеспечение снабжения армии за счёт ресурсов вражеской территории, когда это было возможно, блокирование вражеских наступлений и стремление к сражению при благоприятной возможности. Помимо недопущения объединения испанской монархии в одних руках, целью Людовика было обеспечение безопасности своих границ со Священной Римской империей, ослабление соперницы – Австрии, и укрепление французской торговли через доступ к торговле с Америкой.

Австрия и Священная Римская империя

Несмотря на то, что Австрия была доминирующей силой в Священной Римской империи, австрийские и имперские интересы не всегда совпадали. Габсбурги стремились возвести эрцгерцога Карла на престол неразделенной испанской монархии, в то время как их союзники боролись, чтобы не допустить этого ни со стороны Бурбонов, ни со стороны Габсбургов. Это расхождение, а также финансовый крах Австрии в 1703 году, привели к тому, что кампания в Испании зависела от военно-морской поддержки англичан и голландцев, а после 1706 года – от британского финансирования. Особенно в период правления Иосифа I для Габсбургов приоритетом была защита южных границ от французского вмешательства в Северной Италии и подавление восстания Ракоци в Венгрии. Значительная часть испанской знати возмущалась тем, что считала высокомерием австрийцев, что стало ключевым фактором в выборе Филиппа в качестве предпочтительного кандидата в 1700 году. В обмен на британскую поддержку Карл согласился на значительные торговые уступки в пределах империи, а также признал британский контроль над Гибралтаром и Меноркой. Это сделало его крайне непопулярным во всех слоях испанского общества, и он не смог удержаться за пределами прибрежных регионов, которые снабжались англо-голландскими флотами. Государства, контролируемые Виттельсбахами – Бавария, Льеж и Кёльн – выступили на стороне Франции, однако подавляющее большинство империи оставалось нейтральным или ограничивалось поставкой наёмников. Как и Бавария, крупные государства проводили собственную политику: претензии Августа Саксонского на польскую корону заставили его сосредоточиться на Великой Северной войне, а Фридрих I обусловил свою поддержку признанием Леопольдом Пруссии королевством и включением её в состав Великого союза на равных правах. Поддержка Георга, курфюрста Ганновера, также являвшегося наследником британского престола, была более надежной, но сохранялись подозрения, что интересы Ганновера для него были на первом месте.

Великобритания

Британская внешняя политика основывалась на трех общих принципах, которые в значительной степени оставались неизменными с XVI по XX века. Первый, превалирующий над всеми остальными, заключался в поддержании баланса сил в Европе, которому угрожала французская экспансия при Людовике XIV. Второй принцип – не допустить контроля над Нидерландами со стороны враждебной державы или государства, превосходящего Британию по силе; это касалось как Испанских Нидерландов, так и Нидерландской Республики, глубоководные порты и господствующие ветры которой делали ее удобной отправной точкой для нападения на Англию, что продемонстрировало событие 1688 года. Третий принцип – поддерживать флот, достаточно мощный для защиты британской торговли, контроля над британскими водами и нанесения ударов по торговым путям и прибрежным районам противников. Единство во взглядах на необходимость ослабления Франции и обеспечения протестантского престолонаследия в Британии скрывало разногласия относительно путей достижения этих целей. В целом, тори выступали за меркантилистскую стратегию, заключающуюся в использовании Королевского флота для атак на французскую и испанскую торговлю, одновременно защищая и расширяя собственную; наземные обязательства считались дорогостоящими и приносящими пользу прежде всего другим. Виги утверждали, что победить Францию одними лишь морскими силами невозможно, и поэтому необходима континентальная стратегия, в то время как финансовая мощь Британии делала ее единственным членом Альянса, способным вести боевые действия на всех фронтах против Франции.

Нидерландская Республика

Помимо беспокойства о балансе сил, голландцы долгое время были обеспокоены судьбой Испанских Нидерландов, рассматривая их как стратегический буфер против Франции. Это представление сохранялось даже в периоды союза с Францией, что подтверждается популярностью девиза "Gallicus amicus non vicinus" (Франция – хороший друг, но не хороший сосед) в Нидерландской Республике. Война за деволюцию (1667–68) и Франко-голландская война (1672–78) показали, что испанцы не в состоянии защитить Южные Нидерланды, и поэтому Рисвикский мирный договор 1697 года позволил голландцам разместить гарнизоны в восьми ключевых городах. Они надеялись, что этот барьер обеспечит необходимую стратегическую глубину для защиты их коммерческих и демографических центров вокруг Амстердама от нападения с юга. Однако, при помощи Максимилиана Баварского, губернатора Испанских Нидерландов, к 1701 году голландские гарнизонные войска были заменены французскими. Приоритетами голландцев было восстановление и укрепление Барьерных крепостей, сохранение контроля над экономически важным устьем Шельды и получение доступа к торговле в Испанской империи. Несмотря на то, что английский герцог Марлборо был главнокомандующим союзников в Нидерландах, голландцы предоставили основную часть живой силы, а стратегия на этом театре военных действий подлежала одобрению их полевых заместителей и генералов. Когда голландские войска действовали за пределами Испанских Нидерландов, это часто было уступкой их английским союзникам.

Савойя

В течение 17-го века Савойя стремилась заменить Испанию в качестве доминирующей державы в Северной Италии. Савойя состояла из двух основных географических сегментов: Пьемонт, включавший столицу Турин, и герцогство Аоста на итальянской стороне Альп, а также герцогство Савойя и графство Ницца в Трансальпинской Франции. Последние было крайне трудно защищать, и в сочетании с антигабсбургской политикой, проводимой Людовиком XIV и его предшественниками, это означало, что Савойя обычно поддерживала Францию. Однако Пьемонт предоставлял иностранным державам доступ к мятежным южным французским провинциям Дофине и Вонаж – бывшим оплотам гугенотов с долгой историей восстаний. Это давало Виктору Амадею II определенную степень влияния, позволяя ему маневрировать между противоборствующими сторонами с целью расширения своих территорий. Во время Девятилетней войны в 1690 году Савойя присоединилась к Великому союзу, а затем в 1696 году заключила сепаратный мир с Францией. Восшествие на престол Филиппа V в 1701 году привело к пересмотру давней стратегической политики: Франция стала поддерживать испанские позиции в Ломбардии, вместо того чтобы стремиться их ослабить, а Австрия – наоборот. Хотя Виктор Амадей первоначально объединил Савойю с Францией, его долгосрочной целью было приобретение Миланского герцогства, от которого ни Бурбоны, ни Габсбурги не отказались бы добровольно. Фактически, как отмечается в других частях этой статьи, император Леопольд был больше обеспокоен обеспечением безопасности своих границ в Италии, чем самой Испанией. Это означало, что Великобритания была единственной державой, заинтересованной в помощи Виктору Амадею в достижении этой цели, и он перешел на сторону противников в 1703 году после того, как англо-голландский флот установил контроль над Западным Средиземноморьем.

Италия

Война в Италии велась главным образом за испанские герцогства Милан и Мантуя, которые считались жизненно важными для безопасности южных границ Австрии. В 1701 году французские войска оккупировали оба города, а Виктор Амадей II, герцог Савойский, вступил в союз с Францией, отдав свою дочь Марию Луизу в брак Филиппу V. В мае 1701 года имперская армия под командованием принца Евгения Савойского вошла в Северную Италию; к февралю 1702 года победы при Карпи, Кьяри и Кремоне оттеснили французов за реку Адда. Вендом, один из лучших французских генералов, принял командование и получил значительное подкрепление; принцу Евгению удалось добиться ничьей в битве при Луццаре, но французы вернули себе большую часть территории, потерянной в предыдущем году. В октябре 1703 года Виктор Амадей объявил войну Франции; к маю 1706 года французы контролировали большую часть Савойи, за исключением Турина, а победы при Кассано и Кальчинато вынудили имперские войска отступить в долину Трентино. Однако в июле 1706 года Вендом и все доступные силы были направлены на усиление северной границы Франции после поражения при Рамийи. Подкрепленный немецкими вспомогательными войсками под командованием Леопольда Ангальт-Дессау, принц Евгений в сентябре снял осаду Турина; несмотря на незначительную победу французов при Кастильоне, война в Италии завершилась. К негодованию своих союзников, в марте 1707 года на Миланской конвенции император Иосиф предоставил французским войскам в Ломбардии свободный проход на юг Франции. Совместное савойско-имперское наступление на французскую базу Тулон, запланированное на апрель, было отложено, поскольку имперские войска были перенаправлены для захвата испанского Бурбонского королевства Неаполь. К тому времени, когда они осадили Тулон в августе, французы были слишком сильны, и им пришлось отступить. К концу 1707 года боевые действия в Италии прекратились, за исключением незначительных попыток Виктора Амадея вернуть Ниццу и Савойю.

Нижние страны, Рейн и Дунай

Первой целью Великого союза на этом театре было обеспечение безопасности голландских границ, которым угрожал союз между Францией, Баварией и Иосифом Клеменсом Баварским, правителем Льежа и Кёльна. В 1702 году Великий союз отразил нападение на Нимвеген, захватил Кайзерсверт, укреплённый город на восточной стороне Нидерландской Республики, и взял Венло, Рёрмонд, Стивенсверт и Льеж вдоль Мааса. Кампания 1703 года была омрачена разногласиями между союзниками относительно стратегии. Несмотря на захват Бонна, им не удалось взять Антверпен, а голландский контингент едва избежал катастрофы в Экеране в июне. На Верхнем Рейне имперские войска под командованием Людовика Баденского оставались в обороне, хотя они взяли Ландау в 1702 году. При поддержке баварцев, в ходе кампании 1703 года французские войска отбили Ландау, одержали победы при Фридлингене, Хохштадте и Шпейербахе, а затем захватили Кель и Брайзах. Поскольку австрийские ресурсы были поглощены войной за независимость Ракоци в Венгрии, франко-баварский план на 1704 год заключался в марше на Вену. Чтобы ослабить давление, Марлборо двинулся вверх по Рейну, соединился с Людовиком Баденским и принцем Евгением и 2 июля перешёл Дунай. Победа союзников при Бленхейме 13 августа вынудила Баварию выйти из войны, а по Ильберсхаймскому договору она перешла под австрийское правление. Попытки союзников воспользоваться своей победой в 1705 году провалились из-за плохой координации, тактических споров и соперничества между командующими. Дипломатический кризис между Нидерландской Республикой и Англией был предотвращён лишь отставкой генерала Слангенбурга, а установление австрийского правления в Баварии вызвало короткое, но жестокое крестьянское восстание. В мае 1706 года французы потерпели сокрушительное поражение при Рамилье от союзной армии под командованием Марлборо, которая затем заняла значительную часть Испанских Нидерландов менее чем за две недели. Франция заняла преимущественно оборонительную позицию до конца войны. Кампания 1707 года не ознаменовалась значительными событиями, поскольку обе стороны сосредоточились на других фронтах. Французы, теперь под командованием генерала Вандома, избегали сражений, а Марлборо не предпринял существенных усилий, чтобы спровоцировать их. К 1708 году внимание обеих сторон вновь почти полностью сосредоточилось на боях в Нидерландах. Союзники снова поставили своей целью прорыв французских укреплений, в то время как французы планировали крупное контрнаступление. Хотя это контрнаступление первоначально было успешным, когда французы застали врасплох союзные гарнизоны в Генте и Брюгге, оно закончилось неудачей после поражения французов в битве при Оденаарде. В результате союзники смогли захватить Лилль, сильнейшую крепость французской линии укреплений, а Гент и Брюгге были отвоеваны. Однако, несмотря на потери, такие как Лилль и другие опорные пункты, французы не позволили союзникам совершить решающий прорыв в своих границах.

Испания и Португалия

Британское участие было обусловлено главным образом необходимостью защитить свои торговые пути в Средиземном море. Возводя на испанский престол эрцгерцога Карла, они также надеялись получить коммерческие привилегии в пределах Испанской империи. Несмотря на свои династические притязания, австрийские Габсбурги считали обеспечение безопасности Северной Италии и подавление венгерского восстания более приоритетными задачами. После 1704 года, сосредоточившись на Фландрии, этот театр военных действий во многом зависел от британской военно-морской и военной поддержки. Королевство Испания представляло собой союз между коронами Кастилии и Арагона. Последняя, в свою очередь, была разделена на отдельные образования: Каталонию, Арагон, Валенсию, Майорку, Сицилию, Неаполь и Сардинию. В 1701 году Майорка, Неаполь, Сицилия и Сардиния объявили о поддержке Филиппа, в то время как сочетание антикастильских и антифранцузских настроений привело к тому, что остальные поддержали эрцгерцога Карла, наиболее важным из которых была Каталония. Победа союзников в заливе Виго в октябре 1702 года убедила Педру II Португальского перейти на сторону союзников, предоставив им операционную базу в этом регионе. Эрцгерцог Карл высадился в Лиссабоне в марте 1704 года, чтобы начать сухопутную кампанию, а захват Гибралтара англо-голландскими войсками стал серьезным ударом по престижу Бурбонов. Попытка отбить Гибралтар была отражена в августе, а осада с суши была снята в апреле 1705 года. Генуэзский пакт 1705 года между каталонскими представителями и Великобританией открыл второй фронт на северо-востоке; потеря Барселоны и Валенсии оставила Тулон единственным крупным портом, доступным Бурбонам в Западном Средиземноморье. Филипп попытался отбить Барселону в мае 1706 года, но потерпел неудачу, а его отсутствие позволило союзным войскам из Португалии войти в Мадрид и Сарагосу. Однако отсутствие народной поддержки и логистические проблемы не позволили союзникам удержать территории вдали от побережья, и к ноябрю Филипп контролировал Кастилию, Мурсию и часть Валенсии. Попытки союзников вернуть инициативу завершились поражением при Алмансе в апреле 1707 года, за которым последовала неудачная осада Тулона в августе. Несмотря на эти неудачи, контроль над Гибралтаром и захват Менорки в 1708 году позволили Королевскому флоту доминировать в Западном Средиземноморье. Поскольку многие британские политики считали это своей главной целью, они неохотно одобряли дальнейшие дорогостоящие сухопутные кампании в этом регионе.

Война за пределами Европы и связанные с ней конфликты

Тесные связи между войной и торговлей привели к тому, что конфликт распространился за пределы Европы, особенно в Северной Америке, где он известен как война королевы Анны, и в Вест-Индии, производившей сахар – тогда чрезвычайно прибыльный товар. Также имели место незначительные торговые конфликты в Южной Америке, Индии и Азии; финансовое бремя войны особенно сильно сказалось на Голландской Ост-Индской компании, истощая и без того ограниченные военно-морские ресурсы. К связанным конфликтам относится война за независимость Ракоци в Венгрии, финансировавшаяся Францией и представлявшая серьезную обеспокоенность для Габсбургов на протяжении всей войны. В Юго-Восточной Франции Великобритания финансировала восстание гугенотов – Камисардов (1704–1710 гг.); одной из целей кампании 1707 года в Северной Италии и Южной Франции была поддержка этого восстания, одного из серии, начавшихся в 1620-х годах.

В сторону мира; 17091715

К концу 1708 года французы отступили из Северной Италии, в то время как морские державы контролировали Испанские Нидерланды и обеспечили безопасность границ Голландской Республики; в Средиземном море морские державы добились господства на море, а Великобритания получила постоянные базы в Гибралтаре и Менорке. Однако, как указывал сам Марлборо, французские границы в основном остались нетронутыми, их армия не демонстрировала признаков поражения, а Филипп пользовался гораздо большей популярностью среди испанцев, чем его соперник. Многие из целей, поставленных Великим союзом в 1701 году, были достигнуты, но успех 1708 года вызвал у них излишнюю самоуверенность.

Дипломатия и возобновление войны

Французские дипломаты сосредоточились на голландцах, которых они считали более склонными к миру, чем их союзники, поскольку победа при Рамилье устранила любую прямую военную угрозу Республике, подчеркивая разногласия с Великобританией относительно Испанских Нидерландов. Мирные переговоры сорвались в конце 1708 года, так как союзники согласились не вести переговоры об отдельном мире, но не смогли прийти к согласию по условиям. Великий мороз 1709 года вызвал массовый голод во Франции и Испании, вынудив Людовика возобновить переговоры, и он намекнул на готовность уступить французские крепости Нидерландской Республике. В мае 1709 года союзники представили ему предварительные условия Гаагского договора. Великобритания и Австрия по-прежнему настаивали на нераздельной испанской монархии для эрцгерцога Карла. Союзники потребовали, чтобы Филиппу было дано два месяца на отказ от престола в пользу Карла, а Франция обязана была бы силой свергнуть его в случае неповиновения, а также уступить крепости Тьонвиль, Камбре и Валансьен в качестве залога. Хотя Испания была для них менее важна, голландские переговорщики во главе с Гейнсиусом сочли эти жесткие условия необходимыми для гарантии соблюдения мирных договоренностей, поскольку сомневались в искренности Людовика. Они опасались, что союзникам все еще придется истощать свои силы в Испании, в то время как Франция, после периода восстановления, вновь может оказать поддержку Филиппу. Многие союзные государственные деятели, включая Марлборо, предполагали, что Филипп отречется от престола по требованию, и считали, что условия серьезно недооценивают способность Франции продолжать войну. Они также требовали, чтобы испанцы признали эрцгерцога Карла своим королем, что они явно не желали делать, о чем свидетельствовал провал кампаний союзников по удержанию территории за пределами Каталонии. Хотя Людовик, казалось, был готов отказаться от своих амбиций в Испании, объявление войны своему внуку было неприемлемо – условие, настолько оскорбительное, что, став известным общественности, французы решили продолжать борьбу. После успеха в осаде Турне, наступление Марлборо в 1709 году на север Франции завершилось битвой при Мальплаке 11 сентября – номинальной победой союзников, но ценой 22 000 потерь из 86 000 солдат, при этом голландская пехота потеряла 8 500 из 18 000. Хотя стратегическое положение Франции продолжало ухудшаться, битва показала, что ее боеспособность сохранилась и усилила усталость от войны как в Великобритании, так и в Нидерландской Республике. Более значимыми были франко-испанские победы при Аликанте в апреле и Ла Гудине в мае, которые показали, что успешное военное решение в Испании для союзников теперь казалось маловероятным. Вскоре после этого голландцы узнали, что были исключены из торгового соглашения, подписанного эрцгерцогом Карлом, предоставившего Великобритании исключительные торговые права в Испанской Америке. Это углубило разногласия между союзниками и усилило испанскую оппозицию кандидатуре эрцгерцога на престол. Когда правительство вигов в Лондоне попыталось компенсировать голландцам, согласившись на уступки в Испанских Нидерландах, их противники-тори воспротивились этому, считая это вредным для британской торговли. Виги выиграли всеобщие выборы в Великобритании в 1708 году, утверждая, что военная победа – самый быстрый путь к миру, но неудача во Франции отразилась и в Испании. Эрцгерцог Карл вновь вошел в Мадрид в 1710 году после побед при Алменаре и Сарагосе, но союзники не смогли удержать внутренние территории и были вынуждены отступить. 8 декабря в Бриуэге сдались 3500 британских солдат, а битва при Виллависьосе 10 декабря закрепила контроль Бурбонов над Испанией. В то же время расходы продолжали расти: голландцы были близки к банкротству, а австрийские войска почти полностью финансировались Великобританией. В 1709 году парламент одобрил расходы в размере 6,4 млн фунтов стерлингов, по сравнению с 5,0 млн фунтов стерлингов в 1706 году; к концу 1710 года они удвоились до 12,9 млн фунтов стерлингов, несмотря на незначительные успехи.

Переговоры

Когда переговоры возобновились в марте 1710 года в Гертруйденберге, французская позиция в переговорах не изменилась существенно. Теперь Людовик даже проявил готовность помочь союзникам в изгнании своего внука из Испании. Голландцы были готовы компенсировать Филиппу Сицилию и Сардинию, но австрийцы и англичане не хотели соглашаться на это, и переговоры снова сорвались. Однако французам было ясно, что настроение в Британии изменилось. Это было подтверждено, когда сторонники мира тори одержали ошеломляющую победу на британских выборах в октябре 1710 года, хотя они подтвердили свою приверженность войне, чтобы предотвратить кредитный кризис. Несмотря на захват Бушана в сентябре, решающая победа в северной Франции продолжала ускользать от союзников, а экспедиция против Квебека в Новой Франции закончилась катастрофой. Когда в апреле 1711 года умер император Иосиф, императором был избран эрцгерцог Карл; продолжение войны теперь казалось бессмысленным для остальных союзников, поскольку союз Испании с Австрией был для них столь же нежелательным, как и союз с Францией. Британцы тайно договорились о мирных условиях непосредственно с Францией, что привело к подписанию предварительных статей Лондона 8 октября 1711 года. Они включали французское принятие Акта о урегулировании и гарантию того, что французская и испанская короны останутся отдельными; Франция обязалась обеспечить уступку Испании Гибралтара и Менорки, а Великобритании - тридцатилетнюю монополию на Asiento de Negros, право импортировать рабов в свои американские колонии. Несмотря на обиду, испытываемую голландцами из-за того, что они были исключены из этих переговоров, они были финансово истощены огромными затратами на войну и не могли продолжать без британской поддержки. Карл VI изначально отверг идею мирной конференции; он неохотно согласился, когда голландцы решили поддержать ее, но противодействие Габсбургов договору продолжалось.

Утрехтский мир

В течение нескольких недель после открытия конференции события стали угрожать основам мира, заключенного между Британией и Францией. Во-первых, французы представили предложения о передаче Испанских Нидерландов Максу Эммануилу Баварскому и создании минимального барьера, оставив голландцам мало, что могло бы оправдать их огромные инвестиции денег и людских ресурсов. Во-вторых, серия смертей привела к тому, что двухлетним правнуком Людовика XIV, будущим Людовиком XV, стал наследником, что сделало Филиппа следующим в очереди на престол и его немедленное отречение необходимым. Голландцы и австрийцы продолжали воевать, надеясь улучшить свои позиции на переговорах, но Болингброук отдал распоряжение сменившему Марлборо герцогу Ормонду воздержаться от наступательных операций против французов. Эти распоряжения вызвали гнев как тогда, так и впоследствии, и виги призывали к военному вмешательству Ганновера. Те, кого Георг, курфюрст Ганноверский, считал ответственными, включая Ормонда и Болингброка, были вынуждены покинуть страну после его восшествия на престол и стали видными якобитами. Принц Евгений захватил Ле-Кеной в июне и осадил Ландреси, но потерпел поражение при Дене 24 июля; после этого французы отвоевали Ле-Кеной и многие города, потерянные в предыдущие годы, включая Маршен, Дуэ и Бушен. Это продемонстрировало, что французы сохранили свою боеспособность, в то время как голландцы, наконец, достигли предела своей готовности и возможности продолжать войну. 6 июня Филипп подтвердил свое отречение от французского престола, а британцы предложили голландцам пересмотренный Барьерный договор, заменивший договор 1709 года, который голландцы сочли чрезмерно щедрым. Значительно улучшенный по сравнению с Барьерным договором 1697 года, он подлежал австрийскому одобрению; хотя итоговые условия были менее выгодными, их было достаточно для того, чтобы голландцы согласились на мирные условия. Переговоры о реализации барьерной системы между голландцами и австрийцами затянулись до 1715 года, поскольку австрийцы неохотно шли на оплату голландских гарнизонов, размещенных на их территории. Однако британское давление в конечном итоге привело к завершению переговоров, удовлетворивших Голландскую республику. Карл покинул конференцию, когда Франция потребовала от него гарантий, что он не будет приобретать Мантую или Мирандолу; его поддержал Георг, курфюрст Ганноверский, который хотел, чтобы Франция прекратила поддержку наследника Стюартов, Джеймса Фрэнсиса. В результате ни Австрия, ни Священная Римская империя не подписали Утрехтский мир от 11 апреля 1713 года между Францией и другими союзниками; Испания заключила мир с голландцами в июне, затем с Савойей и Великобританией 13 июля 1713 года.

Раштатский и Баденский договоры

Бои продолжались на Рейне, но Австрия была финансово истощена, и после потери Ландау и Фрайбурга в ноябре 1713 года Карл наконец заключил мир 7 марта 1714 года. В Раштаттском договоре Габсбургская монархия приняла условия Утрехтского договора, которые подтвердили её приобретения в Южной Италии, вернули Брайзах, Кель и Фрайбург, положили конец французской поддержке венгерского восстания и согласовали условия для голландских крепостей-барьеров. Карл отказался от своих притязаний на Страсбург и Эльзас и согласился на восстановление Виттельсбахских курфюрстов Баварии и Кельна, Макса Эммануила и Иосифа Клеменса. Статья XIX договора передала суверенитет над Испанскими Нидерландами Австрии. 7 сентября Священная Римская империя присоединилась к соглашению посредством Баденского договора; хотя Каталония и Майорка были окончательно покорены Бурбонами лишь в июне 1715 года, война была окончена.

Последствия

В статье II Утрехтского мира содержалось положение о том, что "ввиду великой опасности, нависшей над свободой и безопасностью всей Европы из-за слишком тесного союза королевств Испании и Франции, одно и то же лицо никогда не должно становиться королем обоих королевств". Некоторые историки рассматривают это как ключевой момент в эволюции современного национального государства; Рэндалл Лесфер утверждает, что это знаменует собой важную веху в развитии концепции коллективной безопасности.

Испания

Филипп был утвержден королем Испании, которая сохранила свою независимость и большую часть своей империи в обмен на уступку Испанских Нидерландов, большей части своих итальянских владений, а также Гибралтара и Менорки. Эти потери были болезненно восприняты; Неаполь и Сицилия были возвращены в 1735 году, а Менорка – в 1782 году, хотя Гибралтар оставался под контролем Великобритании, несмотря на многочисленные попытки его вернуть. Декреты Новой Планты 1707 года централизовали власть в Мадриде и упразднили региональные политические структуры, хотя Каталония и Майорка оставались за пределами этой системы до 1767 года. Их экономика восстановилась на удивление быстро, и династия Бурбонов (за исключением кратковременных перерывов) с тех пор занимает испанский трон.

Франция

Людовик XIV умер 1 сентября 1715 года, и ему наследовал его пятилетний правнук Людовик XV. По преданию, на смертном одре он признался: "Я слишком сильно любил войну". Правда это или нет, но хотя окончательное урегулирование было значительно более выгодным, чем условия союзников 1709 года, трудно понять, что Людовик приобрел, чего он не достиг бы дипломатическим путем к февралю 1701 года. Начиная с 1666 года французская политика основывалась на военном и экономическом превосходстве над соперниками, но к 1714 году это уже не соответствовало действительности, поскольку Великобритания, казалось, обогнала Францию на обоих фронтах. Дальнейшее расширение этого разрыва, вызванное ростом британской торговли после Утрехтского мира, рассматривалось преемниками Людовика как постоянная угроза европейскому балансу сил. Стремление уменьшить этот разрыв стало одной из главных причин вступления Франции в войну за австрийское наследство 1740–1748 годов.

Австрия и Священная Римская империя

Несмотря на неудачу в Испании, Австрия укрепила свои позиции в Италии и Венгрии и приобрела большую часть Испанских Нидерландов; даже после возмещения голландцам затрат на их барьерные гарнизоны, возросшие доходы позволили значительно увеличить австрийскую армию. Перенос внимания Габсбургов с Германии на Южную Европу продолжился благодаря победе в Австро-турецкой войне 1716–1718 годов. Их доминирующее положение в Священной Римской империи подверглось вызову со стороны Баварии, Ганновера, Пруссии и Саксонии, которые все более активно действовали как независимые государства; в 1742 году Карл Баварский стал первым не-Габсбургским императором более чем за 300 лет.

Великобритания

Великобритания обычно считается главным выгодоприобретателем Утрехтского мира, который ознаменовал её восхождение к статусу доминирующей европейской коммерческой державы. Она установила господство на море над своими соперниками, приобрела стратегически важные средиземноморские порты Гибралтар и Менорку, а также торговые права в Испанской Америке. Франция признала протестантское право наследования, обеспечив беспрепятственную передачу престола Георгу I в августе 1714 года и согласившись прекратить поддержку Стюартов в англо-французском договоре 1716 года. Хотя война обременяла всех участников беспрецедентным государственным долгом, лишь Великобритания смогла эффективно его финансировать, что дало ей относительное преимущество перед конкурентами.

Нидерландская Республика

Голландцы успешно восстановили свои позиции в Южных Нидерландах, и их войска играли ключевую роль в альянсе, остановившем территориальную экспансию Франции в Европе до начала нового цикла в 1792 году. Однако война фактически разорила их и нанесла непоправимый ущерб голландскому купеческому флоту; хотя они и оставались доминирующей экономической силой на Дальнем Востоке, Великобритания заняла место ведущей мировой торговой и морской державы. Истощение голландских адмиралтейств также позволило алжирским пиратам захватить множество голландских торговых судов, остановить которые голландцы смогли лишь после продолжительной борьбы. Крепости Барьерного договора стали главным фактором голландской внешней политики в десятилетия после 1713 года и подверглись испытанию во время войны за австрийское наследство.

Другое

Более широкие последствия включали усиление Пруссии и Савойи, а многие участники были вовлечены в Великую Северную войну 1700–1721 годов, в результате которой Россия впервые стала крупной европейской державой. Наконец, хотя колониальные конфликты были относительно незначительными и в основном ограничивались Североамериканским театром военных действий, включая так называемую войну королевы Анны, они впоследствии стали ключевым фактором в будущих войнах. Тем временем, вызванная окончанием войны морская безработица привела к третьему этапу Золотого века пиратства, поскольку многие моряки, ранее служившие в флотах воюющих держав, обратились к пиратству ради выживания.