Введение
Сюрреалистическая форма театра, короткий рассказ. "Театр жестокости" (англ. Theatre of Cruelty, также Théâtre cruel) – форма театра, разработанная Антоном Арто. Арто, некоторое время состоявший в движении сюрреалистов, изложил свои теории в серии эссе и писем, собранных в книгу "Театр и его двойник". "Театр жестокости" можно рассматривать как отход от традиционного западного театра и способ воздействия на чувства зрителей посредством агрессивного воздействия. Работы Арто оказали значительное влияние на таких деятелей искусства, как Жан Жене, Джерзи Гротовски, Питер Брук и Ромео Кастелуччи.
the short story
The Theatre of Cruelty (, also Théâtre cruel) is a form of theatre conceptualised by Antonin Artaud. Artaud, who was briefly a member of the surrealist movement, outlined his theories in a series of essays and letters, which were collected as The Theatre and Its Double. The Theatre of Cruelty can be seen as a break from traditional Western theatre and a means by which artists assault the senses of the audience. Artaud's works have been highly influential on artists including Jean Genet, Jerzy Grotowski, Peter Brook, and Romeo Castellucci.
История и влияние
Антонин Арто был известен как актёр, драматург и эссеист, работавший как в театре, так и в кино. Он был членом движения сюрреалистов в Париже с 1924 по 1926 год, прежде чем его «радикальная независимость и неуправляемый характер, постоянно находящийся в состоянии бунта, привели к его отлучению Андре Бретоном». Возглавляемое Андре Бретоном движение сюрреалистов утверждало, что бессознательное является источником художественной истины, а произведения искусства, связанные с этим движением, стремились раскрыть внутренние механизмы разума. Хотя он был лишь недолгое время официальным членом группы, на протяжении всей своей жизни он поддерживал связь с её участниками, и теории движения повлияли на развитие Арто и его Театра жестокости. Он руководил всеми постановками в театре и исследовал многие идеи, которые впоследствии изложил в своих работах о Театре жестокости. В 1931 году Арто увидел выступление балийской танцевальной труппы на Парижской колониальной выставке. Семь лет спустя, в 1938 году, Арто опубликовал свою главную работу о Театре жестокости – «Театр и его двойник». В ней говорится, что «Манифест Театра жестокости» (1932) и «Театр и его двойник» (1938) призывали к «общению между актёром и зрителем в магическом экзорцизме; жесты, звуки, необычные декорации и освещение объединяются в язык, превосходящий слова, который можно использовать для подрыва мышления и логики и для того, чтобы шокировать зрителя и заставить его увидеть низость своего мира».
Определение "театра" и "жестокости" Арто
В своих трудах о Театре Жестокости Артар отмечает, что и "театр", и "жестокость" отличаются от своих общеупотребительных значений. Для Артара театр – это не просто сценическая постановка перед пассивной аудиторией. Театр – это практика, которая "пробуждает нас – нервы и сердце", и посредством которой мы переживаем "непосредственное, яростное действие", которое "вдохновляет нас огненным магнетизмом своих образов и воздействует на нас как духовная терапия, прикосновение которой невозможно забыть". Аналогично, жестокость не подразумевает эмоционального или физического насилия. По мнению исследователя Натана Горелика, жестокость – это, в более глубоком смысле, неутолимое томление жизни, ставшей ненужной, ленивой или оторванной от какой-либо побуждающей силы. Театр Жестокости выражает все, что связано с "преступлением, любовью, войной или безумием", чтобы "неизгладимо запечатлеть в нас идеи вечного конфликта, конвульсии, в которой жизнь непрерывно разрывается, в которой все сущее восстает и утверждает себя против предназначенного нам места". Воздействуя на чувства аудитории, Артар был убежден, что театральный опыт может помочь людям избавиться от разрушительных эмоций и ощутить радость, которую общество заставляет их подавлять. По словам Артара, "театр создан для коллективного дренирования абсцессов".
Производство и постановка
Артау хотел упразднить сцену и зал, а также отказаться от декораций, реквизита и масок. Он представлял сценическое пространство как пустую комнату, в центре которой располагались зрители, а актеры выступали вокруг них. Сценические эффекты включали в себя оглушительные звуки и яркий свет, призванные ошеломить чувства зрителей и полностью погрузить их в театральное переживание. Арто верил, что сможет сломить сопротивление публики, используя эти методы, "обращенные прежде всего к чувствам, а не к разуму", поскольку "публика прежде всего мыслит своими чувствами". Спектакль не имел ни коммерческого, ни критического успеха и был показан всего 17 раз. Однако Арто считал, что, несмотря на то, что финансовые ограничения вынудили его сузить масштаб своего замысла, "Les Cenci" успешно воплотил принципы Театра жестокости. "Марат/Сад" использует драматические приемы, разработанные как Артау, так и Брехтом, для изображения классовой борьбы и человеческих страданий в условиях меняющихся социальных структур. Немецкий драматург Хайнер Мюллер утверждает, что мы до сих пор не смогли в полной мере ощутить и оценить вклад Арто в театральную культуру; его идеи, по мнению Мюллера, "опережают свое время": "Арто – это чрезвычайная ситуация. Он отделил литературу от полиции, театр – от медицины. Под солнцем пыток, которое одинаково светит на всех континентах этой планеты, его тексты расцветают. Читайте их на руинах Европы – и они станут классикой".
Современное приложение для активистов
В 2011 году группа профессоров географии и социологии использовала «Театр жестокости» как концептуальную технику, основанную на переживании, для исследования аграрных конфликтов и обезлесения в бассейне Амазонки. Эти профессора утверждают, что театр в более широком смысле предоставляет структуру для жестокого действа, а насильственные земельные конфликты, наряду с уничтожением лесов, представляют собой предсказуемую трагедию, разворачивающуюся как театральное событие. Иными словами, жестокий конфликт за землю в Амазонии, со всеми его ужасными последствиями для людей и окружающей среды, может быть понят как театральная структура, имеющая философские и материальные последствия для сознания и тела.