Офис военно-морской разведки США: История и современность

Введение

Управление военно-морской разведки (ONI) — военно-разведывательное агентство ВМС США. Основанное в 1882 году главным образом для содействия модернизации флота, оно является старейшим членом разведывательного сообщества США и служит основным источником морской разведки в стране. С начала Первой мировой войны задачи ONI расширились и теперь включают оперативное информирование о развитии и деятельности иностранных военно-морских сил, защиту морских ресурсов и интересов, мониторинг и противодействие транснациональным морским угрозам, а также предоставление технической, оперативной и тактической поддержки ВМС США и их партнерам, и изучение морской обстановки в мировом масштабе. В ONI работает более 3000 военнослужащих и гражданских специалистов по всему миру, а его штаб-квартира находится в Национальном центре морской разведки в Сютленде, штат Мэриленд.

История

Несмотря на активное и решающее участие в Гражданской войне в США, в последующие годы военно-морской флот США пришел в стремительный упадок. Недостаток как федерального финансирования, так и общественного интереса сократил численность, престиж и технологическое превосходство флота; в то время как стальные корабли становились все более распространенными, флот США оставался полностью деревянным. К концу XIX века американская военно-морская мощь значительно устарела по сравнению с европейскими державами и даже уступала флотам менее развитых стран, таких как Чили. В эпоху стремительной индустриализации, глобализации торговли и колониальной экспансии, преобладающая военная теория того времени утверждала, что военно-морские силы критически важны для коммерческих и стратегических интересов государства, а также являются источником национального престижа и демонстрации силы. В связи с этими событиями американские военно-морские офицеры и военные стратеги выступали за создание более крупного и технологически продвинутого флота, способного защитить обширные морские границы США, обеспечить безопасность своих коммерческих интересов и проецировать силу за рубеж. Среди ведущих реформаторов был лейтенант ВМС Теодорус Бейли Майерс Мейсон, который призвал к созданию управления военно-морской разведки, предназначенного для сбора информации об иностранных флотах и последних достижениях военно-морской науки, чтобы помочь восстановить флот США. Уильям Х. Хант, который недолгое время занимал должность министра ВМС при президенте Джеймсе Гарфилде, сформировал Консультативный совет по военно-морским вопросам, которому было поручено восстановить флот и привести его в соответствие с мировыми стандартами. В основном в ответ на рекомендации Мейсона, 23 марта 1882 года Хант издал Генеральный приказ № 292, в котором говорилось:

Новое Управление военно-морской разведки будет располагаться в здании Государственного, военного и военно-морского ведомств (ныне здание старого исполнительного офиса), а Мейсон будет назначен его первым "начальником разведывательного отдела". Изначально предполагалось, что ONI будет способствовать развитию ВМС, направляя военно-морских атташе по всему миру для сбора данных и ресурсов, связанных с последними достижениями в военно-морском деле. Эти данные будут анализироваться, интерпретироваться и распространяться среди руководства ВМС и правительственных чиновников, что поможет в формировании политики и программ, связанных с развитием флота. Вступление Америки в Первую мировую войну в 1917 году стало поворотным моментом в истории управления. Президент Вудро Вильсон считал сильный флот важным для обороны США. Под его руководством Конгресс санкционировал первое значительное увеличение численности персонала и финансирования ONI, а также расширил его роль, включив в нее операции по обеспечению внутренней безопасности, а именно защиту портов, гаваней и морских объектов США от вражеской инфильтрации и саботажа. Задачи ONI часто включали сотрудничество с Государственным департаментом, военным ведомством, министерством юстиции, торговли и труда. В связи с возрастающей конфиденциальностью своей работы ONI также начало цензурировать радио- и почтовые сообщения, что еще больше подчеркнуло его развитие как крупного разведывательного ведомства. В 1920-х и 1930-х годах значительная часть деятельности ONI была посвящена Японии, которая представляла собой все более развитую и агрессивную военно-морскую державу. Управление расследовало японские укрепления в Тихом океане, собирало информацию о японских военных самолетах и вооружении, а также сотрудничало с Отделом военной разведки армии США и Федеральным бюро расследований для мониторинга потенциально подрывных элементов в японско-американской общине; директор ONI, контр-адмирал Уолтер Страттон Андерсон, еженедельно встречался со своими коллегами из ФБР и МВД для сбора и обмена информацией о предполагаемых внутренних угрозах. В 1929 году начальник военно-морских операций Уильям Д. Лихи закрепил функции ONI как разведывательного управления, а в 1939 году президент Франклин Д. Рузвельт предоставил управлению значительные полномочия в вопросах внутренней безопасности. В преддверии нападения на Перл-Харбор ONI столкнулось с рядом проблем, включая разногласия с начальником военно-морских операций и ФБР относительно того, кто должен руководить военно-морской контрразведкой как за пределами, так и в пределах Соединенных Штатов. Отчасти из-за этих проблем в 1941 году ONI сменило четырех директоров.

The new Office of Naval Intelligence would be headquartered in the State, War and Navy Building (now the Old Executive Office Building), with Mason appointed as its first "Chief Intelligence Office". As originally conceived, ONI assisted in the Navy's advancement by dispatching naval attachés around the world to acquire data and resources related to the latest in naval warfare. These findings would be analyzed, interpreted, and disseminated to Navy leaders and government officials, helping to inform policies and programs related to naval development. American entry into the First World War in 1917 marked a turning point in the office's history. President Woodrow Wilson was an exponent of the importance of a strong navy to U. S. defense. Under his administration, Congress authorized ONI's first major increase in personnel and funding, and expanded its role to include domestic security operations — namely the protection of U. S. ports, harbors, and maritime facilities from enemy infiltration and sabotage. ONI's mandate often entailed partnering with the departments of State, War, Justice, Commerce, and Labor. Due to the increasingly sensitive nature of its work, ONI also began to censor radio and mail communications, which further marked its development as a major intelligence office. During the 1920s and 1930s, many of ONI's activities were dedicated to Japan, which was an increasingly advanced and belligerent naval power. The office investigated Japanese fortifications in the Pacific, acquired information on Japanese military aircraft and weaponry, and partnered with the U. S. Army's Military Intelligence Division and the Federal Bureau of Investigation to monitor potentially subversive elements within the Japanese American community; ONI's director, Rear Admiral Walter Stratton Anderson, met weekly with his counterparts in the FBI and MID to gather and share information on suspected internal threats. In 1929, Chief of Naval Operations William D. Leahy made permanent ONI's functions as an intelligence office, while in 1939, President Franklin D. Roosevelt granted the office considerable authority on matters of domestic security. In the run up to Pearl Harbor, ONI was beset with challenges including disagreements with the Chief of Naval Operations and the FBI on who would in charge of naval counterintelligence both outside and with the borders of the United States. Partly as result of these challenges, ONI had four directors in the year 1941.

Вторая мировая война

После нападения Японии на Перл-Харбор в 1941 году обеспокоенность по поводу подрывной деятельности американцев японского происхождения усилилась. ONI поручила Кеннету Ринглу, помощнику окружного офицера разведки 11-го военно-морского округа в Лос-Анджелесе, провести тщательное расследование среди проживавшего японского населения. Он обнаружил мало доказательств диверсионной деятельности американцев японского происхождения и в своем окончательном докладе президенту Рузвельту рекомендовал не прибегать к массовым заключениям. Такого мнения придерживались большинство сотрудников ONI, однако армия и военное ведомство в значительной степени проигнорировали эту рекомендацию. В годы Второй мировой войны обязанности ONI расширились, что привело к увеличению бюджета и штата. В ведомстве были созданы две школы разведки, обучившие сотни офицеров разведки для ВМС. Отдел специальных операций предоставлял критически важную информацию о немецкой технологии подводных лодок, их операциях и тактике, что оказалось решающим в Битве за Атлантику. ONI снабжала американские войска руководствами по идентификации кораблей и самолетов, предоставляла фотоспециалистов для идентификации вражеских судов, оказывала помощь в планировании военно-морских операций и отвечала за перевод, оценку и распространение перехваченных японских сообщений. В 1946 году был создан Оперативный разведывательный отдел для обеспечения командиров флота анализом в режиме реального времени морской деятельности и позиций иностранных военно-морских сил, в частности советского флота. В 1957 году был создан Офис полевой оперативной разведки ВМС (NFOIO) для получения более совершенной радиоэлектронной разведки и своевременной информации о намерениях сил противника. ONI также приложила согласованные усилия для расширения своих технических и научных ресурсов, диверсифицировав персонал для отражения более широкого спектра экспертных знаний. В 1968 году был создан Научно-технический разведывательный центр ВМС (NAVSTIC), который вскоре после этого был объединен с Центром военно-морской разведки и технической поддержки (NRTSC). В ответ на угрозу, исходящую от советских подводных лодок, оснащенных ядерным оружием, ONI разработала Систему звукового наблюдения (SOSUS) и Информационную систему наблюдения за океаном (OSIS), что позволило ВМС США отслеживать и сдерживать эти угрозы.

Following Japan's attack on Pearl Harbor in 1941, concerns about subversive activity by Japanese Americans grew more pressing. ONI commissioned Kenneth Ringle, assistant district intelligence officer for the Eleventh Naval District in Los Angeles, to conduct a thorough investigation of the resident Japanese population. He found little evidence of Japanese American saboteurs, and in his final report to President Roosevelt, advised against mass incarceration, a view that was shared by most ONI officials, but that was largely ignored by the Army and War Department. The Second World War would see another expansion of ONI's duties and a subsequent increase in its budget and staff. The office established two intelligence schools that trained hundreds of Intel officers for the Navy. Its Special Activities Branch offered critical intelligence on German U boat technology, operations, and tactics, which proved decisive in the Battle of the Atlantic. ONI supplied U. S. forces with ship and aircraft recognition manuals, provided photographic specialists for identifying enemy vessels, assisted in naval mission planning, and was responsible for the translation, evaluation, and dissemination of intercepted Japanese communications. In 1946, the Operational Intelligence Section was formed to provide fleet commanders with real time analysis of the maritime activities and positions of foreign naval forces, namely the Soviet Navy. The Navy Field Operational Intelligence Office (NFOIO) was established in 1957 to provide more advanced signals intelligence and timely information on the intent of enemy forces. ONI also made a concerted effort to enhance its technical and scientific resources, diversifying its personnel to reflect a wider range of expertise. The Navy Scientific and Technical Intelligence Center (NAVSTIC) was established in 1968 and shortly thereafter was folded into the Navy Reconnaissance and Technical Support Center (NRTSC). In response to the threat posed by nuclear armed Soviet submarines, ONI developed the Sound Surveillance System (SOSUS) and the Ocean Surveillance Information system (OSIS), allowing the U. S. Navy to monitor and deter these threats.

Консолидация и трансформация

Начиная с 1988 года, после окончания холодной войны, штаб-квартира ONI была переведена в ее нынешнее местоположение в Национальном морском разведывательном центре (NMIC) в Сютленде, штат Мэриленд. К ней присоединились Разведка береговой охраны (CGI), отвечающая за внутренние морские операции, и Подразделение морской пехоты по разведке, поддерживающее экспедиционные миссии в прибрежных районах. Размещение всех трех основных морских разведывательных органов страны было призвано содействовать обмену данными и координации. С начала глобальной войны с терроризмом в 2001 году – и последовавшей за этим значительной роли ВМС США в связанных конфликтах в Афганистане, Ираке и Африканском Роге – ONI испытала дальнейшее расширение своих задач и функций. 2009 год ознаменовался крупной реорганизацией управления. Начальник военно-морских операций адмирал Гэри Ругхед санкционировал преобразование ONI в командование с четырьмя подчиненными командами, каждая из которых выполняет специализированную функцию: научно-техническая разведка, оперативная разведка, информационные услуги и технологии, а также экспедиционная и специальная поддержка. Все четыре командования были размещены в NMIC, который впоследствии был определен Директором национальной разведки как центральный источник национальной интегрированной стратегической морской разведки. В том же году ВМС создали Корпус информационного превосходства (IDC) для подготовки матросов и офицеров широкому спектру вспомогательных разведывательных возможностей. В 2016 году IDC был переименован в Объединение информационных войн (IWC) с большим упором на междисциплинарный опыт в поддержании оперативного и технологического превосходства ВМС США. ONI предоставляет IWC критически важную морскую разведку и глобальное морское наблюдение в режиме реального времени. В XXI веке также наблюдается расширение поддержки ONI за пределы ВМС и правительства США, включая взаимодействие с соответствующими научными и коммерческими партнерами. Помимо операций, связанных с войной с терроризмом, современные задачи, требующие морской разведки, включают борьбу с пиратством, наблюдение за потенциальными зонами морских конфликтов (такими как территориальные споры в Южно-Китайском море) и мониторинг деятельности и развития формирующихся военно-морских сил противников (таких как Китай, Россия и Иран).

Beginning in 1988, and following the end of the Cold War, ONI's headquarters was moved to its current location in the National Maritime Intelligence Center (NMIC) in Suitland, Maryland. It was joined by Coast Guard Intelligence (CGI), which is responsible for domestic maritime operations, and the Marine Corps Intelligence Activity, which supports expeditionary missions in littoral areas. The housing of all three of the nation's principal maritime intelligence agencies was intended to facilitate data sharing and coordination. Since the start of the Global War on Terror in 2001—and the subsequently large role played by the U. S. Navy in related conflicts in Afghanistan, Iraq, and the Horn of Africa—ONI has experienced further expansion of its duties and functions. The year 2009 was characterized by a major reorganization of the office. Chief of Naval Operations Admiral Gary Roughead authorized ONI's conversion into a command with four subordinate commands, each with a specialized function: scientific and technical intelligence, operational intelligence, information services and technology, and expeditionary and special warfare support. All four commands were collocated in NMIC, which was afterward designated by the Director of National Intelligence as the nation's central source for integrated strategic maritime intelligence. The same year, the Information Dominance Corps (IDC) was established by the Navy to train enlisted sailors and officers in a wide range of supporting intelligence capabilities. The IDC was redesignated in 2016 as the Information Warfare Community (IWC), with a greater emphasis on inter disciplinary expertise in sustaining the U. S. Navy's operational and technological superiority. ONI provides the IWC with critical maritime intelligence and real time global maritime surveillance. The 21st century has also seen an extension of ONI's support beyond the Navy and U. S. government and towards relevant academic and commercial partners. In addition to operations related to the War on Terror, contemporary challenges that rely upon maritime intelligence include anti piracy efforts, surveillance of potential maritime conflict zones (such as the territorial disputes in the South China Sea), and monitoring the activities and developments in emerging rival navies (such as those of China, Russia, and Iran).

Организация и персонал

Согласно своему официальному сайту, организационная структура ONI специально разработана для "укрепления боевых возможностей ВМС в традиционных и нетрадиционных войнах, а также для расширения нашего понимания перспектив в области новых технологий, перспективных платформ, вооружений, сенсоров, систем C4ISR и кибервозможностей". ONI базируется в Национальном центре морской разведки (NMIC), расположенном на территории Федерального центра Сютленд в Сютленде, штат Мэриленд. Там же находятся пять специализированных подчинённых подразделений, известных как "Центры компетенций" – Центр оперативной разведки имени Нимица, Центр технического анализа имени Фаррагута, Центр нетрадиционной войны имени Кеннеди, Центр информационных услуг имени Хоппера и Центр морского взаимодействия имени Брукса. С 2009 года этот комплекс спроектирован для обеспечения круглосуточной координации, сотрудничества и анализа морской разведданных между подразделениями ONI, а также их взаимодействием с коллегами из Корпуса морской пехоты и Береговой охраны. Эта интеграция призвана предоставлять широкий круг заинтересованных сторон всестороннюю и оперативную разведывательную информацию. ONI возглавляет командующий, официально именуемый Командующим Управлением военно-морской разведки (COMONI), который также является директором Национального офиса интеграции морской разведки (NMIIO) – национального центра разведывательного сообщества по морским вопросам при ODNI. В обязанности COMONI входит выполнение национальных задач в области морской разведки, поставленных ВМС, Министерством обороны (DoD) и более широким разведывательным сообществом. Также в ONI есть заместитель командующего, являющийся основным помощником и советником командующего; начальник штаба, который руководит деятельностью руководителей штабов и офицеров и служит контактным лицом для других командований; и старший мастер-начальник, который руководит рядовым составом и консультирует COMONI, заместителя командующего и начальника штаба по вопросам политики командования. ONI насчитывает более 3000 военнослужащих и гражданских специалистов по всему миру, включая сотрудников по контракту. В состав штата входят аналитики разведки, учёные, инженеры и другие квалифицированные специалисты. Помимо постоянного персонала, ONI поддерживается более чем 800 резервистами ВМС, которые оказывают помощь управлению во время учебных сборов и призыва на действительную службу.

According to its official website, ONI's organizational structure is specifically designed to "strengthen the Navy's conventional and irregular war fighting capacities, and to expand our foresight into new technologies, future platforms, weapons, sensors, C4ISR and cyber capabilities". ONI is based in the National Maritime Intelligence Center (NMIC), located on the grounds of the Suitland Federal Center in Suitland, Maryland. It is collocated with its five specialized subcommands, known as "Centers of Excellence" – the Nimitz Operational Intelligence Center, Farragut Technical Analysis Center, Kennedy Irregular Warfare Center, the Hopper Information Services Center, and the Brooks Center for Maritime Engagement. Since 2009, the facility has been designed to facilitate 24 hour a day coordination, collaboration, and analysis of maritime intelligence among ONI's subcommands, as well as its counterparts in the Marine Corps and Coast Guard. This integration is intended to offer both comprehensive and rapid intelligence to a broad range of stakeholders. ONI is led by a commander, formally known as the Commander, Office of Naval Intelligence (COMONI), who also serves as Director of the National Maritime Intelligence Integration Office (NMIIO), the national intelligence community center for maritime issues under ODNI. The COMONI's functions including fulfilling the national maritime intelligence duties required by the Navy, Department of Defense (DoD), and wider intelligence community. There is also a Deputy Commander, who serves as the Commander’s primary assistant and adviser; a Chief Staff Officer, who directs the activities of staff directors and officers, and serves as the point of contact for other commands; and the Command Master Chief, who leads the enlisted personnel and advises the COMONI, Deputy Commander, and Chief of Staff on command policy. ONI employs over 3,000 military and civilian personnel worldwide, including contractors. Its staff includes intelligence analysts, scientists, engineers, and other qualified specialists. In addition to its permanent staff, ONI is supported by more than 800 Navy Reservists, who assist the office during weekend drills and active duty.

Центр оперативной разведки " Нимиц "

Названный в честь адмирала флота Честера В. Нимица времен Второй мировой войны, Центр оперативной разведки имени Нимица отвечает за ситуационную осведомленность в морском пространстве (MDA) и глобальную интеграцию морской разведки (GMII), что позволяет ему поддерживать боевое превосходство ВМС США, предоставляя точную и своевременную информацию о возможностях и местоположении военно-морских сил и других морских активов, представляющих интерес.

Центр технического анализа Фаррагут

Названный в честь адмирала Дэвида Фаррагута, Центр технического анализа Фаррагута является Центром компетенций ВМС США в области стратегического научно-технического анализа (НТРА) иностранных технологий, сенсоров, вооружений, платформ, боевых систем, систем управления, связи, разведки, наблюдения и рекогносцировки (C4ISR) и киберсредств. Помимо всестороннего анализа информации из всех источников, Центр Фаррагута осуществляет эксплуатацию иностранных материалов для Управления военно-морской разведки (ONI), анализ радиоэлектронной разведки, моделирование и имитационное моделирование, а также является базой для Национальной морской лаборатории акустической разведки.

Центр нелегальной войны Кеннеди

Центр имени Джона Ф. Кеннеди оказывает поддержку силам специальной войны ВМС и командованию военно-морских экспедиционных сил, предоставляя разведывательную информацию о потенциальных угрозах, исходящих от асимметричной войны. Аналитики часто привлекаются к выполнению других задач и обязанностей в данной специализированной области.

Центр информационных услуг Хоппера

Центр Хоппера, названный в честь контр-адмирала Грейс Хоппер, предоставляет информационные услуги в поддержку глобальных морских и разведывательных операций. В его штате состоит более 850 специалистов в области информационных технологий, расположенных в 42 пунктах в 11 странах. Центр также оказывает содействие в интеграции, тестировании, внедрении и техническом обслуживании передовых технологий, используемых Управления военно-морской разведки (ONI) и его подразделениями.

Центр морской деятельности Брукс

Центр Брукс был основан 13 июля 2016 года и назван в честь контр-адмирала Томаса А. Брукса, бывшего директора Управления военно-морской разведки.