Введение

Немецкий банкир Исахар Беренд Леман, Беренд Леман, Иссахар Берман Сегал, Иссахар бен Иегуда ха-Леви, или Берман Халберштадт (23 апреля 1661 года в Эссене, Вестфалия – 9 июля 1730 года в Халберштадте, Королевство Пруссия) был немецким банкиром, купцом, дипломатическим агентом, а также поставщиком для армии и монетного двора, служившим придворным евреем при курфюрсте Августе II Сильном Саксонском, короле Польши, и других немецких князей. Он пользовался привилегиями придворного еврея и имел статус постоянного жителя. Благодаря своему богатству, привилегиям, а также социальной и культурной деятельности, он был известным в свое время еврейским сановником в Центральной и Восточной Европе.

Предки и воспитание

Отец Лемана принадлежал к еврейской знати Вестфалии, как и его шурин, придворный еврей Леффманн Беренс из Бохума, впоследствии обосновавшийся в Ганновере. По мнению ранних биографов, Беренд Леман получил от него некоторую коммерческую подготовку, а затем занимался торговлей от имени Беренса по доверенности. В 1692 году он вместе с Леффманном Беренсом действовал при императорском дворе в Вене, участвуя в деловых операциях, направленных на возвышение герцога Эрнста Августа Ганноверского до статуса курфюрста.

Молодая семья и собственный бизнес в Гальберштадте

Его деятельность впервые зафиксирована в 26 лет, когда он вел дела на Лейпцигской ярмарке в 1687 году и впоследствии стал ее постоянным посетителем в течение трех ежегодных сезонов. Он проживал в Гальберштадте, где с 1688 года был женат на Мириам, дочери покойного еврея, находившегося под защитой, Джоэля Александра. От него он и получил свой статус защищенного лица. Два года спустя родился его первый сын, Леманн Бехренд, и он построил свой первый скромный дом в еврейском квартале Гальберштадта (Bakenstraße 37, частично сохранившийся в составе комплекса зданий Малой Венеции).

Банкир - саксонский электорат

В 1694 году он стал управляющим монетным двором и общим деловым агентом своего суверена, курфюрста Бранденбургского; год спустя он установил банковские связи с саксонским избирательским двором в Дрездене. В 1697 году молодой курфюрст Август Сильный поручил ему добыть средства, необходимые для приобретения польского престола. Он получил полномочия продавать или закладывать земли, расположенные за пределами основной территории Саксонии, и привлек кредиты на миллионы гульденов от христианских и еврейских банкиров, благодаря чему саксонский фельдмаршал Хайно Генрих Граф фон Флеминг убедил большинство польской шляхты избрать Августа Сильного королем Польши. В знак признательности Август назначил Беренда Лемана "резидентом короля Польши в Нижнесаксонском округе". Это была своего рода консульская привилегия, на которую Леманн неоднократно ссылался в своих требованиях, с переменным успехом.

Строительная деятельность в Халберштадте

Так, от курфюрста Фридриха Вильгельма III Бранденбургского он получил право приобрести в Гальберштадте, помимо скромного дома, которым он уже владел, просторное здание, которое, по его мнению, соответствовало его положению. Это было исключением, так как иудеям обычно запрещалось владеть вторым домом. Когда на обширной территории сада он начал возводить новое здание для йешивы (академии Торы/Талмуда) как основу для общественного комплекса, который также должен был включать в себя большую новую синагогу, ему запретили продолжать строительство. Не успев приобрести два соседних дома, собственность была конфискована в пользу недавно прибывших французских реформатов. Протест его покровителя, Августа Сильного, против конфискации не возымел действия.

Талмуд напечатан

В то же время он совершил значительный религиозный подвиг: когда дессауский придворный еврей Вулф, готовившийся издать Вавилонский Талмуд, столкнулся с финансовыми трудностями, Леман взял на себя этот проект и лицензию на печать. Он "не скупился на золото", так что в течение двух лет, с 1697 по 1699 год, во Франкфурте (Одер) было напечатано 2000 экземпляров двенадцатитомного издания. Большая часть тиража была бесплатно передана бедным еврейским общинам.

Армейский подрядчик

В период с 1700 по 1704 год Беренд Леман поставлял военное снаряжение Августу Сильному для использования в Северной войне против Швеции. Письма, отправленные им влиятельному придворному в Дрездене, свидетельствуют о его активном поиске новых займов и тревоге по поводу их возврата.

Благотворитель из общины в Гальберштадте

В 1707 году его жена, Мириам, умерла, и вскоре после этого он женился на Ханне, дочери франкфуртского общинного старосты по имени Мендель Бир. В это время он построил целый комплекс зданий, расширив свой первый скромный дом в Гальберштадте. Прусская местная администрация постоянно препятствовала его строительным планам, но Берлинская Hofkammer, учреждение, занимавшееся сбором средств для короля, оказывала ему поддержку. В новом комплексе, помимо офисов и жилых помещений для растущей семьи и прислуги, он разместил склад и винный погреб, а также, "из милосердия, чтобы они могли совершать богослужение", приютил шесть бедных еврейских семей. Будучи одним из трех парнассимов (старост) гальберштадтской общины, насчитывавшей около 1000 евреев (больше, чем в Берлине), он отвечал за "распределение" дополнительных сборов, которые король Фридрих Вильгельм I Прусский (король-солдат) неоднократно взимал с евреев. Он сам принимал на себя основную тяжесть этих сборов.

Дрезденский филиал

В Дрездене он также работал агентом монетных дворов Саксонии и Польши. Он также занимался приобретением драгоценностей для коллекции Августа Сильного «Зелёные своды» (Grünes Gewölbe). В 1708 году эта деятельность привела к основанию дрезденского филиала его предприятия из Хальберштадта, где вместе с ним и его зятем Йонасом Майером работал его тогда 18-летний старший сын Леманн Бехренд. По сути, за пределами Лейпцигских ярмарок Леманны и Майер были единственными евреями, пользовавшимися защитой во всей Саксонии. Однако крупное предприятие (с гордостью располагавшееся в Altes Posthaus по адресу Landhausstraße 13) нанимало и обеспечивало жильём до 70 еврейских сотрудников, которые сами не имели защиты. Это прежде всего спровоцировало антиеврейские протесты саксонских сословий (особенно активными среди которых были духовенство и торговцы), которые Август Сильный долгое время отражал, но в конечном итоге уступил под их давлением. В середине 1720-х годов торговля была вынуждена прекратиться, в то время как банковское дело продолжало функционировать в меньшем объеме.

Сельскохозяйственная деятельность и печать на иврите в Бланкенбурге

Из Гальберштадта он поддерживал деловые связи с правителем соседнего мелкого княжества Бланкенбург (Гарц). В 1717 году князь Людовик Рудольф, герцог Брауншвейг-Вольфенбюттельский, разрешил ему приобрести там земельную собственность, что было привилегией, обычно недоступной евреям. Леманн поселился в представительном особняке и основал еврейскую типографию, которой управлял печатник Израиль Абрахам из Йесница, однако типография прекратила своё существование из-за христианской цензуры.

Приключение в иностранных делах

В 1721 году Леман предпринял рискованную попытку склонить правителей Пруссии и Саксонии к разделу Польши. У Лемана были значительные долги, и он надеялся получить их выплату за счет будущей прусской части страны. Император Габсбургов Карл VI и царь Петр Великий также должны были извлечь выгоду из раздела. Леман попытался обратиться к императору через его зятя, принца Бланкенбургского Людовика Рудольфа. Царь, проинформированный Пруссией об этом плане, отреагировал гневом и потребовал тщательного расследования и наказания Лемана. Август Сильный смягчил его участь; он вернул расположение своего покровителя лишь после подношения ему драгоценного камня.

Финансовый спад и смерть

В то же время он потерял значительный капитал, который был конфискован, когда его зять, гановерский придворный еврей Исаак Бехрендс, обанкротился, и Леманна обвинили в незаконном сокрытии ценных бумаг, драгоценностей и денег из его имущества (это обвинение так и не было подтверждено). Ганноверская Justizkanzlei (канцелярия юстиции) потребовала его суда в Ганновере, но прусский король Фридрих Вильгельм I отказался выдать своего "защищенного" еврея, и в течение многих лет продолжался ожесточенный спор о том, является ли Ганновер или прусское место жительства Лемана в Гальберштадте законной юрисдикцией. Тем временем Леманн пытался достичь соглашения с кредиторами Бехрендса, частично отказавшись от собственных требований и побуждая других еврейских кредиторов поступить так же. Он также протестовал в нескольких письмах к королю Георгу I, который также был гановерским сувереном, против пятилетнего заключения и последующих пыток его родственников (которые не дали ожидаемого признания в предполагаемом хищении). Последовали дальнейшие убытки, и в 1727 году Беренд Леманн был объявлен несостоятельным. Причины его банкротства до сих пор не изучены. Также неясно, как ему, тем не менее, удалось создать несколько фондов. Один из них предназначался для оказания помощи в браке бедным сиротам-мальчикам и девочкам из общины Гальберштадта, другой – для обеспечения средств к существованию его учеников ешивы. Этот фонд выполнял свою функцию на протяжении последующих двух столетий. В начале 1730 года маркграф Байройтский предъявил ему требование о выплате долга в 6000 талеров, возникшего еще в 1699 году. Ему потребовалось время, чтобы занять эту сумму, чтобы снять "арест" в виде домашнего заключения. После его смерти 9 июля 1730 года требования на несколько сотен тысяч талеров удалось удовлетворить лишь частично за счет аукциона большей части его недвижимости. Впоследствии и его старший сын, Леманн Бехренд из Дрездена, потерпел неудачу. Надгробный камень Леманна, находящийся на старейшем израильском кладбище в Гальберштадте, сохранился и восхваляет его щедрость как благотворителя общины и его высокую репутацию в христианских "дворцах", что позволяло ему выступать в качестве штадлана (посредника, защитника) своих единоверцев.

Важность

Беренд Леманн входит в число выдающихся придворных евреев – венских Вертхаймеров и Оппенгеймеров, штутгартского Иосифа Сюсса Оппенгеймера, гановерского Леффмана Бехренда, франкфуртских Ротшильдов – и является одним из наиболее уважаемых еврейских деятелей в Центральной и Восточной Европе. Его стремление внести вклад в жизнь своего времени сделало его фигурой в стиле барокко, схожей с его знатными христианскими современниками, и часто приводило к конфликтам с христианскими властями, пытавшимися ограничить его деятельность. В своей благотворительности и религиозной щедрости он является образцом состоятельного еврея, одновременно являющегося набожным лидером своей общины.

Святой и герой

Позднее представление о Беренде Леманне впервые сложилось благодаря похвальным отзывам и легендам в еврейских и идишских хрониках общины. Спустя 150 лет, в "Истории израильской общины Халберштадта" (1866), тогдашний раввин города, Ауербах, пересказал старые истории с некоторой долей скептицизма, но всё же с большим почтением. В этом настроении за ним последовал другой ортодоксальный раввин, Маркус Леманн из Майнца, который в своей "Еврейской народной библиотеке" (Jüd. Volksbibliothek) изобразил жизнь Беренда Леманна в виде эпизодов (в основном вымышленных), представляя его как патриарха и активного участника немецкой и еврейской политической жизни. Он особо подчеркнул поддержку Леманном польских евреев в их бедах. Этот образ королевского резидента XIX века как святого и героя в последнее время был охарактеризован как "не обязательно соответствующий действительности, но представляющий собой предложенные идентификации, изобретенные за письменными столами Ауербаха и Маркуса Леманна".

Больше реализма

Спустя двадцать лет после двух раввинов Эмиль Леманн, прапрапраправнук Беренда Леманна, дрезденский либеральный юрист и политик, написал о нём эссе, в котором впервые были использованы архивные материалы. Он отметил умелость своего предка в тактике ведения дел, а также восхищался прозорливостью, с которой резидент обеспечил долгосрочное функционирование его учреждений. Хотя Эмиль Леманн был более объективным биографом, чем его предшественники, он всё же сохранял предвзятость, свойственную восхищённому потомку. На рубеже XX века дессауский раввин Макс Фреуденталь исследовал вклад Лемана в развитие еврейской книгопечати. Он прояснил обстоятельства издания Талмуда в 1697–1699 годах, особенно напряжённые отношения Лемана с христианским типографом Михаэлем Готтшальком. Впервые он продемонстрировал деловую хватку Лемана. Он также описал связь Лемана с типографом Израилем Авраамом из Кётена и Йесница, с которым он издал несколько работ учёных из его гальберштадтской ешивы.

Непредвзятый подход

Еще один шаг к исторически непредвзятой оценке Беренда Лемана был сделан берлинским архивистом Йозефом Мейслом, впоследствии основателем Центрального архива истории еврейского народа. В 1924 году он опубликовал переписку Лемана, относящуюся к балтийским театрам военных действий Северной войны. Она демонстрирует широкую деятельность Лемана как военного подрядчика и его стремление к участию в политических процессах (которые Мейсль, однако, оценивал как дилетантские).

Сельма Стерн

Большой импульс в изучении биографии Леманна пришел благодаря историку Сельме Штерн, которая в период с 1925 по 1962 год сначала исследовала положение евреев в Пруссии XVII и XVIII веков, а затем – в особенности придворных евреев. В ее сборнике документов его деятельность в пользу евреев Гальберштадта и еврейской общины в целом приобрела большую конкретность. В своей книге о придворных евреях она сопоставила его с Вертхаймерами и Оппенхаймерами из Вены и даже с Ротшильдами из Франкфурта. Она противопоставила его как "подлинного" придворного еврея менее уважаемому Йозефу Сюссу Оппенгеймеру из Штутгарта и тем самым идеализировала его.

Антисемитский провал

Антисемитизм национал-социалистов привёл к созданию двух публикаций о Беренде Леманне: первая, авторства Петера Дега (1938), представляла собой карикатуру на него в образе стереотипного "ростовщика", а вторая, написанная Генрихом Шнее (1953), – односторонний портрет, изображающий его как спекулянта и хитрого укрепителя еврейского влияния.

Новые похоронные речи

В 1970 году, как своего рода реакция на эти искажения, французский частный исследователь Пьер Савиль опубликовал первую монографию о Королевском резиденте. Опираясь на незначительное количество новых данных, он усилил роль Беренда Леманна в продвижении идеи его идентификации, создав очередной героический образ. Американский ортодоксальный раввин Манфред Р. Леман поступил так же в ряде публикаций о своем "возможном предке".

Новые исследования

Исследования, касающиеся Беренда Лемана, были возобновлены в первом десятилетии XXI века Люсией Распе и Берндтом Стробахом.

Здание комплекса

В Гальберштадте здание комплекса по адресу Бакенштрассе, 37, пережившее бомбардировку города в 1945 году и последовавшее за ней пренебрежение к исторической архитектуре в Восточной Германии, является впечатляющим свидетельством строительной деятельности Леманна. На одной из его наружных стен сохранились остатки пешеходного моста через реку Холтемме (которая в свое время протекала открыто среди домов еврейского квартала), что свидетельствует о его заботе об общественном благе. Он построил его "на благо всего населения".

Музей и Академия

Музей Беренда Лемана, основанный в 2001 году Академией Мозеса Мендельсона в Гальберштадте, располагается в двух живописных фахверковых домах (один из которых включает в себя бывшую микву, расположенную на территории синагоги, разрушенной в 1938 году). Музей рассказывает о жизни придворного еврея и наследии яркой последующей еврейской жизни в городе. Рядом с музеем сохранился портал богато украшенного здания в стиле барокко, построенного около 1730 года и снесенного в 1986 году (хотя его, возможно, удалось бы спасти). Местные жители полагают, что это был дворец Беренда Лемана, однако никаких подтверждений этой связи не существует.

Бывший учебный дом

Клаус (или йешива), Розенвинкель 18, был основан Леманном в доме неподалеку от синагоги и переехал на нынешнее место в конце XVIII века. В XIX веке, будучи раввинской академией, он стал одним из центров неоортодоксального иудаизма. Он пережил «Хрустальную ночь» и воздушный налет 1945 года и сейчас является резиденцией Академии Мозеса Мендельсона. Академия предоставляет информацию о еврейской жизни посредством конференций, выставок и лекций. Ее лекционный зал – бывшая синагога йешивы.

Попытка создания новой религиозной общины

В городе не было еврейской религиозной общины с послевоенных лет, когда там на короткое время собирались выжившие из концентрационных лагерей. Существует инициатива по созданию новой общины для нескольких евреев из стран СНГ, которые обосновались в Гальберштадте.